Хулиган. Его тихоня

– Конечно, нет, – ответила я, подыграв и закатив глаза, а затем вырвала книгу из ее рук.

Почему я беспокоилась за нее, было выше моего понимания. Она была в полном порядке.

– Уля, – позвала ее подруга, которая, кстати, была старостой группы, и с отвращением посмотрела на меня. – Тащи свою задницу сюда.

Ульяна по-детски высунула язык, прежде чем спрыгнуть с парты.

– Не обращай внимания на Таню, – пробормотала она, глядя на меня. – Мы дружим еще со школы, и она не очень-то любит привлекать новых людей в нашу компанию.

Я кивнула в ответ и она, хмыкнув, оставила меня одну. Я наблюдала, как Таня начала гневно шептаться с Ульяной, в то время как другие их подруги кивали в знак согласия. Ульяна нахмурилась и что-то начала шептала ей в ответ.

Я отвернулась, когда Таня вновь посмотрела на меня с упреком в глазах. Это было нехорошо. Не стоило портить отношений со старостой. Хотя я и не понимала, в чем она обвиняет меня. Я не лезла к Ульяне, по крайнее мере, первой. И не я затеяла всю эту кашу.

Во всем виноват Орлов.

Они должны были смотреть с укором на него, а не на меня.

Наступило время обеда. Я вновь не дышала, пока шла с Орловым к нашему обычному месту в кафетерии, которое теперь уверенно закрепилось за нами. Он был не в духе с самого утра, прямо с момента, когда мы встретились у моего дома. Он не разговаривал со мной и хотя этому я была рада, это было слишком странно, слишком неловко и слишком страшно. Просто слишком. Должно быть, он все еще злился на меня за вчерашнее.

Я с тревогой наблюдала, как Орлов открывал контейнер с обедом, который я приготовила для него.

Сначала я не знала, что ему приготовить. Но так как он был парнем, то я решила, что огромный американский сэндвич, с ветчиной, беконом, сыром и овощами между двумя кусочками поджаренного хлеба вполне подойдет.

Я даже не хотела думать, что он со мной сделает, если ему не понравится моя стряпня.

Я затаила дыхание, когда он сделал первый укус. Он медленно прожевал и проглотил, прежде чем откусить еще раз.

Я не удержалась и спросила:

– Вкусно?

Орлов проглотил и посмотрел на меня.

– Очень.

Я чуть не взвыла от гордости за свои кулинарные способности и счастья. Я научилась готовить еще в раннем детстве. Мои родители постоянно уезжали в командировки, оставляя меня на произвол судьбы. Но я никогда прежде не готовила для кого-то другого. И как бы страшно мне не было готовить для Орлова, сейчас я поняла, что возможность накормить его чем-то вкусным сделала меня счастливой. Видимо, я любила, когда мои кулинарные способности удостаивались высокой оценки. Даже если оценивал мое творение сам Алексей Орлов, самый страшный хулиган университета.

И какое бы угрюмое настроение ни было у него сегодня утром, оно улетучивалось по мере того, как он ел. Я буквально чувствовала, как он расслабляется.

И как бы странно это ни было, но я предпочитала счастливого Орлова сварливому.

Теперь я могла сосредоточиться на своем салате. И я уже не могла дождаться, когда закончится этот день. От одной мысли о том, что завтра выходной, мне хотелось смеяться и плакать одновременно от счастья. Я не могла дождаться утра, чтобы проснуться и удобно устроиться на кровати с книгой, попивая горячий кофе.

А главное – я не могла дождаться своего выходного дня без Орлова.

Я поднесла ко рту вилку салата, чтобы скрыть свою ухмылку, грозившую вот-вот появиться на моих губах.

– Кстати, у нас завтра свидание. Я тебя приглашаю.

Вилка выпала из моей руки прямо в контейнер, когда я услышала эти слова.

– Что? – спросила, едва дыша.

Он отпил купленный в кафетерии чай, прежде чем ответить:

– Я сказал, что приглашаю тебя завтра вечером на свидание. Я заеду за тобой в семь.

Мысль о том, что у меня был день свободы от Орлова, лопнула, как воздушный шарик.

Я хотела сказать, что ни за что на свете не пойду с ним на свидание завтра вечером.

Я хотела сказать, что ни за что на свете не позволю ему везти меня туда, куда он запланировал.

Я хотела сказать, что ни за что на свете не позволю себе остаться с ним наедине вечером, потому что все плохое обычно происходит с наступлением темноты.

Но вместо этого я просто сидела и бездумно кивала.

– Все нормально? – его глаза сузились, глядя на меня.

Паника, которую я испытывала, должно быть, отразилась на моем лице.

Я должна была взять себя в руки!

– Д-да, да… Нормально. Просто замечательно, – пробормотала я. – Что мне… что мне надеть?

– А что, блять, девушки надевают на свидание? – его губы дернулись в ухмылке.

Я закрыла глаза в отчаянии.

Свидание. Мы с Орловым собирались на свидание. Завтра…

О, ужас! Мы с Орловым собирались завтра на свидание!

И откуда мне знать, что надевают девушки на свидание? Я никогда не была на свидании!

– Ксюша, – я услышала свое имя как будто из-под воды, но, несмотря на то, что я его слышала, я никак не реагировала. – Ксюша! – услышала я снова, на этот раз намного резче.

Я вздрогнула и открыла глаза.

– Что?

Орлов скрупулезно изучил мое лицо, а затем спросил:

– Ты уверено, что с тобой все в нормально?

Мне хотелось крикнуть ему в лицо, что это совершенно не так. Что понятие "нормально" пропало из моей жизни с его появлением.

Но мне просто нужно было успокоиться.

Все будет хорошо.

Со мной все будет хорошо.

Я должна была просто посмотреть на ситуацию с другой стороны. В конце концов, у меня наконец-то будет первое свидание, да еще и с очень горячим парнем, хотя он и пугал меня до чертиков.

– Да, – ответила я.

Он продолжал изучать меня, а я, не дыша, смотрела на него в ответ. Я увидела, как дернулся уголок его губ, после чего он невозмутимо продолжил есть свой обед. Мне же захотелось воткнуть в него свою вилку. Слишком кровожадно и совершенно не смешно.

И чтобы унять свое желание, я ожесточенно воткнула вилку в помидорку черри из своего салата. Ну, хоть что-то…

4.3. Мысли о ней

POV Леша

Я не был уверен, почему сделал это. Я не планировал приглашать Ксюшу на гребаное свидание, но мысль о том, что я проведу целый день без нее, сильно разозлила меня.

Я решил посчитать это всего лишь частью плана. В конце концов, мне же нужно было контролировать и отслеживать ее передвижения. Это было лучше, чем посылать кого-то из друзей стоять у ее дома или сидеть в машине, следя за Ксюшей.

А свидание – это совмещение приятного с полезным.

И тот бутер, который она для меня приготовила.

Бля-я-я…

Я так давно не ел домашней еды. Обычно заказывал еду на дом или ужинал с пацанами той же самой заказной едой.

Ксюша была не только красивой, с прекрасными глазами, манящими губами и телом, но и умела вкусно приготовить. Полный набор.

Она была идеальна.

Счастливчиком будет тот парень, который начнет с ней встречаться.

Потому что я был пиздец как уверен, что это буду не я.

Я услышал, как распахнулось окно дома, выходящее на задний двор, где я и находился. Я повернулся и столкнулся с удивленным взглядом друга. Даня, не церемонясь, вышел на улицу прямо через окно, покидая дом с шумной музыкой и громким смехом. Он плюхнулся на садовый диван рядом со мной и быстро прибрал к рукам, бутылку пива, стоящую на столике.

– Что ты здесь делаешь? – спросил меня Громов.

– Где? В своем доме? – съязвил, приподнимая бровь.

Друг закатил глаза и шумно выдохнул.

– Я имел в виду, что ты делаешь здесь один, пока все остальные находятся внутри?

Я неопределенно пожал плечами. Если бы я сам знал… Все, что я знал – это то, что мне нужно было побыть в тишине от своих пьяных и шумных друзей.

– Череп решил устроить завтра вечеринку у себя дома, – сообщил Даня. – Он девчонок новеньких пригласил. Заберешь меня завтра, ладно? У меня тачка все еще в ремонте.

Я отхлебнул пива и ответил:

– Неа, я не поеду.

– Почему?

– У меня свидание.

Глаза Дани расширились от удивления.

– Это типа шутка такая?

Я не стал ничего отвечать, но и взгляда своего в сторону не отвел.

– Да по-любому это какой-то прикол, да? – Даня нервно хмыкнул и подскочил на ноги. – Не, погоди… Орлов, ты сейчас серьезно?! Ты же не хочешь сказать, что идешь на свидание с ней?

Я по-прежнему не отвечал.

– Серьезно, блять?! – Громов был настолько ошарашен, что мне даже смешно стало. – Ты реально собираешься пойти на свидание? Ты хоть знаешь, что такое свидание? Или что люди делают на нем? Потому что я знаю, что ты никогда на них не ходил и, в общем то, не собирался.

– Дань, это просто свидание, а не вышмат, – проворчал я. – Ты просто ведешь девушку в какое-нибудь приятное место и надеешься, что в конечном вы окажетесь в твоей койке, верно? Ты всегда так делаешь.

Но Громов, казалось, не слышал меня. Я наблюдал за тем, как глаза Даня расширились еще больше, а потом его снова понесло:

– И тебе придется завести с ней разговор. Тебе придется говорить, Лех. Говорить! Открывать рот и произносить слова.

– Я, блять, знаю, как разговаривать, Дань. Я ж не идиот.

– Ты хоть знаешь, как вести разговор с девушкой? Тебе придется рассказывать ей о себе. Или слушать, как она рассказывает о своих домашних животных, цвете маникюра и бывших парнях.

– Ксюша мало говорит. У нее нет домашних животных, она не делает маникюр, и я уверен, что у нее никогда не было парня, раз она спросила меня, что ей надеть завтра вечером.

Даня бросил на меня еще более ошеломленный взгляд.

– И Ксюша согласилась?

В моей памяти промелькнуло ее испуганное лицо, отчего я чуть не рассмеялся.

– Она была о-о-очень рада, – сказал я с язвительной ухмылкой. – Она чуть в обморок не грохнулась от радости.

Даня разразился смехом и этот звук подействовал мне на нервы так сильно, что захотелось плеснуть пивом в своего друга, чтобы тот заткнулся.

– Тебе ведь это всё нравится, да? – спросил Громов, когда наконец затих.

Я лишь пожал плечами, не зная, что ему ответить. А Даня, довольно ухмыльнувшись, сказал:

– Я рад, что ты взял ее на себя.

– Почему? – спросил я, припоминая, что еще вчера друг истерил по этому поводу.

– Не знаю, – настала очередь Дани пожимать плечами. – Просто ты впервые за много лет выглядишь таким… спокойным.

Я выпрямился, оттого как резко напряглось мое тело, когда я почувствовал острую боль, пронзившую все мое нутро.

Я стиснул зубы, пронзая друга свирепым взглядом.

– Даже не думай об этом.

– Я и не собирался. Я просто говорю то, что вижу, – услышал я невозмутимый и даже довольный тон друга. – И мне, честно сказать, нравится видеть тебя таким.

Мне тоже нравилось чувствовать себя таким.

Но, блять, это было совсем не то, что я должен был чувствовать.

Я совершал серьезную ошибку, непросительную. И понимал это. Я должен держаться от Ксюши как можно дальше, пока все не закончится. Быть рядом для контроля и не больше.

– Не могу дождаться встречи с ней. Ты ведь познакомишь нас с ней?

Я хмуро посмотрел на друга.

– Не думаю, что наше дело займет так много времени, чтобы вы с ней успели познакомились.

– А вдруг? Все может быть. Ну так, ты познакомишь нас?

– Вряд ли.

– Орлов, да ладно тебе, не ломайся, – Даня вновь устроился рядом со мной, сжимая мое плечо и ухмыляясь.

– Вы ее до инфаркта напугаете, – проворчал я.

– А ты, блять, ее не пугаешь, да? – с укором спросил он, приподняв бровь.

Я уставился на него, прежде чем ответить:

– И я тоже ее пугаю.

Даня тихо хмыкнул и сделал глоток пива. Мы погрузились в уютную тишину, разреженную разве что постукиванием колец Дани по стеклу бутылки. Мои мысли в это время снова начали блуждать в поисках некой голубоглазой девушки, отчего я снова начинал злиться на самого себя.

Мне нужно было перестать думать о ней.

– Лех, – вдруг отозвался Даня усталым тоном, заставив меня посмотреть на него. – Что ты будешь делать, когда все закончится?

Та же боль пронзила мое нутро, снова, но на этот раз острее.

– Ничего, всё просто закончится, – ответил я, поднося бутылку к губам.

– Так просто?

– Да.

Даня уставился на меня, его губы были плотно сжаты, а глаза излишне обеспокоены. Затем он покачал головой, словно считая меня идиотом, что слегка разозлило меня. Но я решил оставить это без внимания.

– Так ты завтра вечером на тачке поедешь? Я еще не решил свою проблему. Мне же надо как-то до Черепа добраться.

Я покопался в кармане и бросил ему ключи от машины.

– Не поцарапай.

– Ты на мотоцикле за ней поедешь? – недоверчиво уточнил он. – А если она вечером замерзнет? Давай махнемся, ты на тачке, а я…

– В последний раз, когда я разрешил тебе взять его, ты чуть не разбился, – перебил друга, припоминая ему ту аварию. – Так что, нет. Ты либо берешь тачку, либо пешком, автобус, такси – выбирай, что ближе тебе по душе. А если Ксюша замерзнет, то я с радостью согрею ее.

– Хрен с тобой, – Громов покачал головой, поднимаясь на ноги. – Ладно, я пойду к остальным.

– Проследи там, чтобы Влад, как в прошлый раз, не наблевал мне на диван. Он всё также не умеет пить.

– Как скажешь. И имей в виду – я хочу получить полный отчет о твоем свидании.

– Я тебе ни хрена не скажу, – ответил смеясь.

Даня ответно рассмеялся и, хлопнув меня по плечу, оставил одного на заднем дворе со своими мыслями.

Что я буду делать, когда все закончится?

Я опустил глаза на плитку под ногами.

Дане не нужно было задавать мне этот глупый вопрос. Я не собирался задерживаться с Ксюшей. Мне, по большей части, было плевать на нее. Она была лишь частью нашего плана. Она была лишь средством достижения цели.

Какими бы ни были красивыми ее кристально-голубые глаза…

Я взял бутылку и сделал глоток. Я принялся вглядываться в темноту, ничего не видя и стараясь ничего не чувствовать.

Затем я со всей силы швырнул бутылку в ближайший забор. Раздался грохот, как от выстрела из ружья. Выстрела прямо в мою голову…

Глава 5

5.1. Волнительные сборы

POV Ксюша

Когда раздался внезапный телефонный звонок и я ответила на него, то услышала это:

– Ты что?!

Я вздрогнула, отводя телефон от уха. Даже на расстоянии от динамика я все еще могла слышать, как сильно негодовала Ульяна.

– Я сказала, что мы с Орловым идем на свидание, – ответила я и снова вздрогнула, когда она пронзительно закричала мне прямо в ухо. – Ульяна! Перестань кричать!

Раздалась короткая тишина, во время которой у меня неистово звенело в ушах. А затем Ульяна вновь обрела дар речи:

– Я сейчас приеду к тебе. Скажи мне свой адрес.

Без всяких колебаний, я сообщила Ульяне свое место жительства, а затем линия резко оборвалась. Я в недоумении уставилась на телефон в своей руке, внезапно почувствовав тревогу.

Возможно, это была плохая идея.

Я устало упала на диван, потирая сонные глаза и сильно зевая. Прошлой ночью мне не удалось сомкнуть глаз после бесконечного ворочания. Мысли о свидании с университетским хулиганом не давали мне покоя.

Я беспокоилась о том, что надеть. Я беспокоилась о том, как выглядеть презентабельно. Я беспокоилась о том, что у меня даже не было косметики, за исключением одинокой туши. У меня даже не было помады!

Наконец, когда солнце взошло, я придумала, как решить свою дилемму. Я решилась написать Ульяне, единственному человеку, к которому я могла обратиться за помощью в такой ситуации. Поэтому я отыскала ее в чате нашей группы и, без каких-либо предисловий и формальностей, написала – "У меня вечером свидание с Орловым". Именно после этого сообщения я удосужилась от нее звонка, а теперь была вынуждена ждать ее у себя в гостях.

Дожидаясь прихода Ульяны, я решила прибраться в доме, как это обычно делала мама, будучи помешанной на чистоте и порядке. Я быстро прибралась в прихожей, гостиной, кухне, своей комнате, проигнорировав разве что родительскую спальню.

Через десять минут раздался звонок в домофон, а затем и в квартиру. Я открыла ей дверь и мой рот распахнулся от удивления.

Я тут же пожалела, что позвонила ей.

Ульяна была в майке на тоненьких бретельках, черных джинсах, высоченных босоножках и с солнцезащитными очками на голове. Но не это меня в Ульяне напугало, а то что ее руки были заняты тяжеленными пакетами, с неизвестным содержимым, а ее сумка через плечо выглядела так, будто вот-вот лопнет. Она отпихнула меня с дороги и прошмыгнула внутрь квартиры. Я тяжело вздохнула, закрывая за ней дверь и упираясь о нее головой.

Кажется, это была фатальная ошибка.

Это была очень, очень плохая идея.

– Посмотри на себя! – я обернулась и увидела, что Ульяна с отвращением смотрела на мой внешний вид, сложив руки на груди. – Ты даже душ еще не приняла! Ты совершенно не готова, а до свидания осталось всего четыре часа!

– Так вот зачем ты пришла, да? – протянула я, понимая всю глубину своей обреченности. – Чтобы помочь мне подготовиться к свиданию?

– Разумеется, но я не думала, что ты настолько безнадежна. Хотя, я должна была догадаться.

Прежде чем я успела ответить что-то язвительное, Ульяна схватила меня за руку и силой затащила в ванную комнату, захлопнув за мной дверь. Я проворчала, оттого какой раздражающей и властной Ульяна была даже в чужом доме, и все же приняла душ. Убедившись, что я чиста, свежа и вкусно пахну, как никогда прежде, я вышла из душа, завернувшись в махровое полотенце.

Зайдя в свою комнату, я резко остановилась прямо на пороге.

Одежда, которая точно принадлежала не мне, была разбросана по моей кровати, а на туалетном столике лежала гора чужой косметики. Ульяна в это время уже стояла с моим феном в руке, ожидающе глядя на меня

– Садись, ботаник, – сказала она, указывая на кресло от туалетного столика перед ней.

– Я начинаю жалеть о том, что позвонила тебе, – честно призналась я, сильнее фиксируя полотенце на своей груди.

– Не драматизируй. Я нужна тебя и ты это понимаешь.

– Я же не совсем неумеха. Как-нибудь бы собралась без посторонней помощи, – тихонько пробормотала.

– А, по-твоему, из нас двоих я неумеха? – огрызнулась Ульяна, бросая на меня возмущенный взгляд.

– Нет, – я села на предложенное место и посмотрела на огромное количество косметики. – А мы же не будем слишком сильно меня красить? Обойдемся тушью и, может быть, блеском для губ?

– Если у тебя все продумано, зачем ты заставила меня прийти к тебе? – язвительно спросила Ульяна.

Я хотела сказать ей, что она пришла по собственной воле, но не стала. Вместо этого я вздохнула и постаралась расслабиться, пока мне сушили волосы. Я закрыла глаза, вдохнула и выдохнула, чтобы успокоить нервы, и не успел опомниться, как задремала из-за прошедшей бессонной ночи.

Когда я проснулась, Ульяна уже закончила творить с моими волосами. Однако она не позволила мне увидеть себя и заставила повернуться спиной к зеркалу, чтобы начать наносить мне макияж. Когда она закончила и с ним, я повернулась и в недоумении уставилась на себя.

Пришлось признать, что Ульяна проделала неплохую работу. Я выглядела очень даже неплохо. Она сделала легкий макияж, почти как я и просила, хотя и использовала чуть больше косметических продуктов, чем тушь и блеск. Этот макияж подчеркнул мои глаза, сделав их визуально больше, чем они есть на самом деле, мои губы стали нежно-розовыми с легким блеском, а мои обычно неухоженные волосы превратились в легкие блестящие волны, которые струились по спине и плечам.

– Ульяна, это потрясающе, – вздохнула я в благоговении.

– Я знаю, – ответила она с самодовольной ухмылкой. – И зови меня Уля.

– Уля, я чувствую себя красивой.

– Ты и есть красивая. Я просто подшучивала над тобой, когда говорила, что ты не такая, – Ульяна обняла меня со спины и мы обе уставились на мое отражение в зеркале. – Знаешь, – продолжила она, – я чувствую волнение за тебя даже тогда, когда не должна.

– Почему? – я взглянула на нее, подняв свои уложенные брови.

– Ты же вернешься живой с этого свидания?

Я хотела ударить ее за испорченный настрой, но вместо этого опустила глаза.

– Спасибо за веру в лучшее, Уля.

– На всякий случай, оставь родителям прощальную записку.

– Я не расскажу тебе о нашем свидании, если ты продолжишь в том же духе, – предупредила я ее.

Она бросила на меня взгляд, полный насмешливого недоумения.

– Ты уверена, что останешься в живых, чтобы рассказать мне хоть что-нибудь?

– Всё, я тебе точно ничего не расскажу.

– Ладно, ладно, – она тихонько рассмеялась. – Я замолкаю.

Дальше мы спорили о том, что мне надеть. Уля хотела, чтобы я надела наряды, которые заставили бы меня чересчур оголить декольте или выставить напоказ мою пятую точку. Наш спор перерос в ругань, пока она наконец не сдалась под моим напором. В конце концов мы остановились на красивом топе, джинсах и каблуках. Откуда у Ульяны были туфли моего размера, я не знала и делиться со мной этой тайной она не стала.

Примерив выбранный наряд, я повернулась к зеркалу во весь рост и вздохнула, увидев себя.

Это была не я.

Я выглядела сексуально, как не выглядела никогда. Мне это нравилось.

Но это была не я.

Топ был потрясающим. Он был бежевого цвета и корсетного типа, с v-образным вырезом и ощутимым намеком на мою грудь, на чем ожесточенно настаивала Ульяна. Рванные джинсы же, наоборот, были свободного кроя, светло-голубого цвета. Подобным выбором мы смогли подчеркнуть изгибы моего тела, о которых я могла даже и не подозревать.

– Немного тесновато, – сказала я Ульяне, пытаясь подтянуть топ повыше.

– Прекрати, – она тут же шлепнула меня по рукам. – Это потому, что у тебя грудь больше моей. И попа тоже. Не надо ничего подтягивать. Ты свою грудь будешь прятать в универе под своими несуразными вещами, а сейчас не смей этого делать. Это преступление – прятать такую грудь!

Я тяжело вздохнула и оставила затею подтянуть топ, чтобы чуть больше скрыть оголенное декольте. А затем я попыталась пройтись на каблуках и, убедившись, что не упаду в них, я подошла к своей шкатулке с украшениями и открыла ее. Если я и не любила выставлять на показ свою фигуру и выделяться из толпы, то украшения я обожала.

Ульяна помогла мне выбрать подходящие аксессуары к наряду. Мы остановились на паре серьг-протяжек с бриллиантами, которые родители подарили мне на день рождения в прошлом году.

Затем Ульяна слишком обильно побрызгала меня своими духами, отчего я едва не задохнулась, торопливо отходя от нее.

Я снова подошла к зеркалу и с тревогой посмотрела на себя. Все это было не по мне. Но мне это нравилось, хоть в то же время я и начинала волноваться.

Потому что мне было интересно, что об этом подумает Орлов.

– Я же хорошо выгляжу? – спросила я Ульяну.

– Конечно, хорошо, – она мягко улыбнулась мне. – Ты выглядишь как принцесса.

– Ага, – насмешливо ответила я.

– Я больше не беспокоюсь о тебе, – она ухмыльнулась и откинула мои волосы на плечо. – Не думаю, что у него, нашего местного Волан-де-Морта, поднимется рука обидеть такую принцессу. Теперь он станет думать о том, как залезть к тебе в трусы, – веселым тоном заявила Ульяна, подмигивая мне.

– Замолчи, – нахмурилась я, начиная краснеть от смущения. – Он еще даже не целовал меня.

Глаза Ульяну расширились, а ее рот приоткрылся.

Я не должна была этого говорить. Я не должна была этого говорить!

– Ты хочешь, чтобы он тебя поцеловал, да?

– Нет, – без промедления ответила я.

– Ты хочешь, чтобы он тебя поцеловал, – утвердила она, посмеиваясь. – И я уверена, что он захочет поцеловать тебя после того, как увидит, как сексуально ты сегодня выглядишь. Я так тебе завидую!

Я нахмурилась, когда она завизжала и захлопала в ладоши. От этого я пуще прежнего начала волноваться.

Что, если он собирался поцеловать меня сегодня вечером? В книгах, которые я читала, свидания обычно проходили именно так.

Конечно, там были поцелуи. Много поцелуев. С языком и всем остальным!

Мысль о поцелуе с Орловым вызвала у меня приятную дрожь.

Ульяна начала вести лекцию о поцелуях и тогда я решила, что давно пора ее выгнать. В конце концов она ушла сама, взяв с меня обещание, что я расскажу ей все подробности нашего свидания.

А я в свою очередь взяла с нее обещание, что она обратится в полицию, если не получит от меня звонка позже вечером. Перестраховка еще никогда никому не вредила.

Чтобы отвлечься от мыслей о предстоящем свидании с Орловым, я взяла с полки случайную книгу и начала читать ее. Но когда я наткнулась на особенно жаркую сцену поцелуя в книге и представила, что это мы с Орловым целуемся, я закрыла книгу и стала работать ею, как веером, чтобы остудить разгоряченные щеки.