Люди и деловые привычки китайских провинций. Внешность, характер, традиции

Глава 5. Жители Тяньцзиня

1. Внешние черты

Внешние черты жителей Тяньцзиня часто описывают как черты древних императоров, а их характер считается упрямым, рыцарским, своенравным, а также отличающимся стремлением к успеху и самоотверженностью. Так могут ли жители Тяньцзиня считаться типичными представителями Китая? Большинство учёных полагают, что Тяньцзинь с древних времён был портовым городом, имевшим частые контакты с внешним миром, что опровергает возможность рассматривать жителей Тяньцзиня в качестве типичных представителей. Большинство коммерсантов из Тяньцзиня отличаются высокой активностью, смелостью и проницательностью — это давно установленный факт, однако использовать их в качестве типичного образца явно недостаточно обосновано.

Внешние черты жителей Тяньцзиня, как и жителей Хэбэя, не отличаются резкими чертами, но в них есть некая аура полководцев и министров, которую невозможно не заметить.

2. Особенности характера

Широкий кругозор и красноречие жителей Тяньцзиня во многом связаны с географическим положением города. Благодаря своему красноречию и общительности жители Тяньцзиня получили прозвище «вейцзы», которое контрастирует с прозвищем «цзинъюзы». Однако по сравнению с циничным «ю» «цзинъюзи», «вейцзуйцзы» в большей степени несут в себе «лай» пристанищных «цинпи» и «цзянь» жителей торгового порта. Хотя жители Тяньцзиня и «лай», но они упорны в этом; хотя и «цзянь», но они хитры в этом, поэтому тяньцзиньский сяншэн не такой «скользкий», как пекинский, но при этом более многогранен и интересен. Тяньцзинь изначально был крупнейшим торговым портом Севера и одним из первых прибрежных городов Севера, открытых для внешней торговли, но, возможно, из-за слишком близкого расположения к центру политической власти, вся слава досталась Пекину, а у Тяньцзиня не было той мощной финансовой поддержки, которой обладал Пекин как столица. Поэтому на фоне Пекина он неизбежно выглядел блекло. «Дух молодого хулигана» жителей Тяньцзиня также не превратился в такое же независимое самосознание, как у жителей Шанхая, но именно благодаря этому, по сравнению с пекинцами и шанхайцами, тяньцзиньцы кажутся более простыми и вызывают больше доверия.

3. Как общаться с жителями Тяньцзиня

Общаясь с жителями Тяньцзиня, не стоит быть слишком настороженным, поскольку они не привыкли обманывать других. Даже если у них и есть способы обмануть кого-то, они часто выглядят при этом довольно неуклюже. У жителей Тяньцзиня есть дух, позволяющий им пойти на все ради друга. Этот дух наиболее ярко проявляется во время драк. Поэтому драки в Тяньцзине часто носят массовый характер, то есть это «массовые драки». Хотя это и драки, жители Тяньцзина ведут себя в них вежливо и сдержанно. Они следуют принципу «сначала вежливость, потом сила», то есть сначала проводят некоторое «обсуждение» по всем правилам, а если спор так и не удается урегулировать, то выходят на улицу и устраивают хорошую драку.

4. Этническое происхождение и особенности

В древности Тяньцзинь назывался Чжигу; как торговый поселок он начал формироваться ещё в эпоху династии Цзинь. В эпоху династии Юань здесь был основан поселок Хайру, что стало началом строительства города Тяньцзинь. Название «Тяньцзинь» означает «место, где император переправлялся через реку». Это название было лично даровано императором династии Мин Чжу Ди в память о «походе Цзиннань». В начале правления императора Мин Юнло был создан «Тяньцзиньский гарнизон», и это название сохранилось до наших дней.

Во времена правления императора Цин Юнчжэня был учреждён уезд Тяньцзинь, ставший административным центром префектуры Тяньцзинь; в 1928 году был создан особый город Тяньцзинь, в 1930 году переименованный в город Тяньцзинь, который в настоящее время является городом под прямым управлением центрального правительства. В 1860 году город был открыт как торговый порт, но впоследствии империалистические державы, такие как Великобритания и Франция, принудили правительство династии Цин выделить им концессии, что привело Тяньцзинь к периоду ненормального развития. После освобождения в 1948 году в городе была проведена реконструкция: в настоящее время западная и южная части городской территории Тяньцзиня представляют собой культурный район; территория к востоку от реки Хайхэ — основной промышленный район; районы, простирающиеся от Центральной площади на северо-запад и юго-восток, являются центром жилой, политической и экономической жизни города; район Танго, расположенный на побережье Бохайского моря, примерно в 45 километрах от центра города, является местом расположения нового порта Тяньцзиня.

На первый взгляд Тяньцзинь — самый невыразительный из всех городов, находящихся в прямом подчинении центрального правительства Китая: ему не хватает ни величественной торжественности Пекина, ни оживлённой суеты Шанхая, где город никогда не засыпает, ни причудливой красоты Чунцина с его горами и водоёмами. На первый взгляд он выглядит всего лишь как увеличенная копия Шицзячжана, однако на самом деле, по сравнению с обычными северными городами, Тяньцзинь обладает некоторой красотой прибрежного города. Реки, в том числе Хайхэ, пересекают город в разных направлениях, а вокруг городской территории разбросаны озера, которые, хотя и невелики, придают городу дополнительный шарм. Тяньцзинь расположен недалеко от моря; в эпоху династии Мин здесь был основан военный гарнизон для защиты побережья, поэтому город назывался «Тяньцзинь-Вэй». Несмотря на то что он находится недалеко от Пекина, тяньцзиньский диалект значительно отличается от пекинского. Говорят, что это связано с тем, что Тяньцзинь развивался на основе гарнизона «Тяньцзинь-Вэй», а в то время гарнизон и их семьи в основном происходили из провинции Аньхой, поэтому тяньцзиньский диалект, подвергшись влиянию аньхойского, отличается от диалектов соседних регионов.

[Примечание] «Рынок призраков» в Тяньцзине

Жители Тяньцзиня шутливо называют период с поздней ночи до рассвета «когда призраки скрежещут зубами». Такое богатое воображение во многом напоминает стиль Пу Сунлинга из «Ляоцзай», а его яркая выразительность просто заставляет ахнуть от восхищения. И название «Рынок призраков», вытекающее из этого, становится вполне логичным и уместным.

«Рынок призраков» впервые возник в конце эпохи Цин и в начале республиканского периода, будучи чисто аномальным явлением, порождённым смутными временами. Он зародился в Тайпинцзане, расположенном в юго-западной части старого города Тяньцзиня, а затем постепенно переместился в районы Сяодаюань, Дунканъянь, Маоцзяфунди, Гуанкай-дацзе и Сиши-дацзе, и в конце концов распространился на районы Башаодао и Тяньбао-лу. В 30–40-е годы XX века «призрачный рынок» Тяньцзиня достиг своего расцвета: как только наступал полночь, здесь кипела оживлённая торговля, люди сновали туда-сюда, раздавались крики торговцев, и продажи шли «на ура». В то время, когда вокруг царила военная суматоха, а все отрасли экономики пришли в упадок, «дневные рынки» оставались без покупателей, а только этот огромный «рынок призраков» был необычайно оживлён и шумно процветал — разве это не было чем-то сверхъестественным?

Ещё более зловещим было то, что окрестности «призрачного рынка» оставляли желать лучшего. Дело в том, что рядом с ним находилась знаменитая вонючая яма, в которую стекались в основном грязные сточные воды из города; а с другой стороны канавы примыкало обширное кладбище с беспорядочно разбросанными могилами; с наступлением ночи не умолкал неистовый лай диких собак, и время от времени можно было наблюдать ужасающие сцены, когда стаи собак вытаскивали трупы и бросались их грызть; Недалеко от «Рынка призраков» находилось место под названием Чжаоцзяяо, где скапливались проститутки низшего сорта; в тех рядах деревянных домиков, похожих на «фонари за изгородью», «девушки из Чжаоцзяяо», с ярким макияжем и натянутой улыбкой, бродили, словно призраки.

«Рынок призраков» процветал в основном благодаря тому, что товары здесь были чрезвычайно дешевыми, что как раз соответствовало покупательской психологии некоторых безработных и любителей сэкономить. Однако, раз товары продавались дешево, то, соответственно, их стоимость была ещё ниже. На «призрачном рынке» обычно есть два источника товара: во-первых, это вещи, добытые кражей или грабежом, поэтому продавцы спешат избавиться от них, чтобы получить деньги и уйти; во-вторых, это товары, которые изначально были бракованными, но продавцы, подделав их, придают им совершенно новый вид, так что они выглядят как новые. «Например, так называемые «тигровые туфли» — это бракованный товар с загнутыми краями, растрескавшимися боковыми частями и разорванными швами, но продавцы на «призрачном рынке» владеют «магией», позволяющей зашить разрывы, как-то там, а затем заделать заметные трещины битумом, придать туфлям нужную форму и натереть их черной обувной смазкой, чтобы они стали черными как смоль.при свете масляной лампы обычный человек всегда бывает ошеломлён, но есть одна загвоздка: как только вы принесёте такие «тигровые туфли» домой, вы не успеете их носить и полдня, как они обязательно разлезутся на части и покажут своё истинное лицо; однако, вернувшись на «призрачный рынок», вы вряд ли найдёте того же продавца на прежнем месте. Есть ещё один, ещё более беспринципный способ: продавец с наёмными головорезами. Вы покупаете довольно приличную вещь по очень низкой цене, но едва успеваете отойти от «рынка призраков» на некоторое расстояние, как вас догоняют несколько крепких парней, которые выдают себя за владельцев этой вещи и, угрожая кулаками и ногами, требуют вернуть купленное. Разумеется, они забирают вещь бесплатно, не давая за неё денег».

В нестабильном обществе уровень нравственности едва ли можно назвать достойным похвалы. Конечно, ожидать от человека, который едва сводит концы с концами, разговоров о добродетели и морали — пустая трата времени. Поэтому разнообразные стороны жизни, представленные на «призрачном рынке» старого Тяньцзиня, являются точным отражением общества того времени.

Глава 6. Жители Шаньдуна

1. Внешние черты

Среди китайцев тип жителей Шаньдуна представляет собой довольно устойчивый образ.

Жители Шаньдуна обладают легко узнаваемыми чертами, и по сравнению с типом жителей Хэбэя, у которого произошли изменения в результате смешанных браков, их внешность значительно отличается.

Внешность современных жителей Шаньдуна очень похожа на реконструированный облик жителей полухолмов, а их рост превышает рост китайцев из других регионов. Поэтому вполне возможно, что прототипом внешности китайцев является именно тип жителей Шаньдуна.

Внешние черты жителей Шаньдуна: продолговатое лицо, широкий лоб, мелкие, но яркие и выразительные глаза, высокий переносица, блестящий цвет кожи, непринуждённая осанка.

2. Черты характера

В древности Шаньдун был землёй Ци и Лу — местом, где «зелень Ци и Лу не угасает». Однако жители Ци и Лу, хотя и происходили из одной местности, во многом отличались друг от друга. Люди из Лу были честными и прямолинейными, грубыми снаружи, но тонко чувствующими внутри, верными дружбе и придающими большое значение образованию; из их среды вышли как такие благородные джентльмены, как Конфуций и Мэн-цзы, так и такие разбойники, как Хуан Чао и Ли Куй. В то же время жители Лу, находясь в глубине страны, были относительно более консервативными и бережливыми в своих взглядах; жители Ци, проживающие на землях Восточных И, хотя и не обладают таким богатым культурным наследием, как жители Лу, но, благодаря ежедневному воздействию морского бриза, отличаются более открытым мышлением, любят появляться на публике, создавать шумиху и оказывать влияние; кроме того, жители Ци уделяют большое внимание межличностным отношениям и мастерски лавируют в высших кругах, поэтому среди них больше чиновников.

Кроме того, поговорка «В Шаньдуне рождаются разбойники» пользуется широкой известностью. Мужчины из Шаньдуна, как и мужчины с Северо-Востока, имеют репутацию бесшабашных людей, но во многом это следствие вводящих в заблуждение литературных произведений, таких как роман «Водяной путь». На самом деле жители Шаньдуна придают огромное значение иерархии и любят соблюдать этикет, что, возможно, связано с влиянием конфуцианства в этом регионе. Кроме того, жители Шаньдуна очень заботятся о том, как их оценивают окружающие. Вследствие этого у них особенно сильное чувство привязанности к родной земле, и они всегда считают, что Шаньдун — лучший регион под солнцем. Говорят, что в Китае есть только два народа, которые любят хвастаться своим родным краем: во-первых, жители Шаньси, которые поют «Говорят, в Шаньси прекрасные пейзажи»; во-вторых, жители Шаньдуна, которые поют «Кто не скажет, что мой родной край прекрасен?». Если вы осмелитесь сказать в присутствии жителя Шаньдуна, что Шаньдун не так уж хорош, то, какими бы близкими друзьями вы ни были в повседневной жизни, он обязательно рассердится на вас.

Теперь поговорим о «свободолюбии» жителей Шаньдуна. На самом деле их нельзя назвать свободолюбивыми в полном смысле этого слова; напротив, они часто производят впечатление сдержанных людей. Однако, поскольку у жителей Шаньдуна есть репутация бесшабашности, они и стремятся демонстрировать эту черту, но на деле это часто выглядит как искажённая «бесшабашность», превращаясь в грубость: например, они говорят громко и напыщенно, имеют хриплый голос, любят злоупотреблять алкоголем и выставлять себя сильными, а в нетрезвом состоянии ведут себя безнравственно, прибегают к насилию и устраивают беспорядки.

Вышесказанное относится лишь к небольшой части жителей Шаньдуна; на самом деле, поскольку большинство из них находится под слишком глубоким влиянием учений Конфуция и Мэн-цзы, они не любят выставлять себя напоказ и предпочитают тихо и незаметно посвящать себя общему делу. Девушки из Шаньдуна нежны и чувственны, хорошо воспитаны и следят за своей внешностью. Особенно в прибрежных городах, таких как Циндао и Яньтай, красавиц встретишь немало. Хотя они и не так кокетливы и изящны, как девушки с юга, и не такие «крупные и грубоватые», как считают жители юга, у них есть своя особая красота, основанная на крепком телосложении.

Однако жители Шаньдуна не стремятся создавать себе славу «красавиц Ци-Лу», в результате чего весь мир знает о первой красавице страны — Гун Ли, но не подозревает, что она родом из Цзинаня в Шаньдуне; Ни Пин также делится своей улыбкой и очарованием со зрителями только по телевидению, не желая афишировать, что она — красавица из Ци-Лу. Поэтому, если вас спросят, много ли в Шаньдуне красавиц, верьте своим глазам, а не ушам. Красавицы Шаньдуна не любят выставлять себя напоказ, и это, естественно, нравится практичным и разумным мужчинам. Мужчины Шаньдуна отличаются сильным мачизмом, но их мужественность и чувство справедливости и добродетели недостижимы для многих. Поэтому, взяв в жёны женщину из Шаньдуна или женившись на мужчине из Шаньдуна, вы не пожалеете об этом всю жизнь.

Характерные черты жителей Шаньдуна: терпимость, великодушие, сильное чувство справедливости, не придание значения мелочам, неприятие манипуляций. Благодаря своим отличным физическим данным они обладают качествами военных. Они отличаются духом сплочённости, но при этом немного закрыты, имеют высокое самоуважение, из-за чего им иногда не хватает гибкости и мягкости.

3. Как общаться с жителями Шаньдуна

Когда в марте-апреле этого года SARS бушевал в Пекине, жители Шаньдуна, подобно тому, как в те времена жители гор Имон бескорыстно помогали солдатам, проявили бескорыстную самоотдачу по отношению к жителям столицы. Сельскохозяйственная продукция и продукты переработки из Шаньдуна непрерывно поступали в Пекин, а кровь жителей Шаньдуна текла в жилах жителей столицы.

Шаньду стал надежным тылом для жителей столицы в борьбе с «САРС». Кто-то в шутку говорит, что жители Шаньду — это живые Лэй Фэны. И это действительно так: щедрость, бескорыстность, честность, способность сопереживать чужим проблемам, трудолюбие и выносливость — все это прекрасные качества жителей Шаньду. Это и есть дух жителей Шаньдуна. В ходе великой практики реформ и открытости, а также построения социалистической модернизации жители Шаньдуна придерживаются концепции развития, сочетающей наследие и инновации, стремясь повысить качество старых брендов, создать для них новый имидж и сделать их более адаптированными к потребностям рыночной экономики. В новую историческую эпоху жители Шаньдуна сформировали «дух Шаньдуна», обладающий яркими чертами современности.

В той неожиданной борьбе с «атипичной пневмонией» («САРС») «дух Шаньдуна» вновь проявился и прошел испытание. «Дух Шаньдуна», укрепившийся в условиях кризиса, стал самым ценным духовным достоянием, оставленным жителям Шаньдуна в результате этой борьбы с «САРС». Мы должны проанализировать, обобщить и осмыслить это духовное достояние, чтобы в максимальной степени пробудить духовную энергию более 90 миллионов жителей Шаньдуна и тем самым стремиться к созданию нового Шаньдуна — «великого и сильного, богатого и прекрасного». Жители Шаньдуна пользуются хорошей репутацией в глазах всего народа Китая; их прямолинейность, честность и простота заслужили признание всего народа.

Чтобы наладить отношения с жителями Шаньдуна, следует отказаться от мелких уловок и хитростей и честно завоевать доверие собеседника. Даже в случае небольшой ошибки нельзя уклоняться от ответа, а необходимо искренне извиниться и исправить ситуацию. Жители Шаньдуна не терпят несправедливых сделок и принудительных переговоров, поэтому при ведении с ними дел лучше всего действовать в естественной манере; однако, как только вы завоюете их доверие, с ними будет легче наладить тесные отношения, чем даже с родными. Жители Шаньдуна ведут дела четко и организованно, отличаются сильным духом сплоченности и пользуются высокой репутацией в деловых кругах. Если говорить о том, что жители Шаньдуна — люди интеллектуального склада, то, пожалуй, правильнее будет сказать, что они отличаются крепким телосложением и по своему типу напоминают военных. Исследования показывают, что немало китайских военных родом из Шаньдуна и его окрестностей.

Однако жители Шаньдуна пригодны не только для военной службы; среди них немало успешных предпринимателей. Почти все они отличаются умением вести прямую атаку и последовательно достигать поставленных целей, что заслуживает особого внимания.

4. Этническое происхождение и особенности

Провинция Шаньдун включает в себя нижнее течение реки Хуанхэ; в этом регионе находятся знаменитая гора Тайшань и храм Конфуция в Цюфу. Основоположник китайского конфуцианства Конфуций был уроженцем Шаньдуна.

Согласно историческим источникам, Чжоу — одна из местных сил династии Инь — является предком «истинных китайцев», то есть все чистокровные китайцы являются потомками народа Чжоу. Такое утверждение легко создает ложное впечатление, будто ханьцы — это и есть народ Чжоу. Династия Чжоу когда-то считала народы, проживавшие на востоке, западе, юге и севере, чужеродными и называла их «восточными и», «западными рун», «южными мань» и «северными ди», приравнивая их к насекомым и зверям.

К востоку от Чжоу в то время единственной передовой страной с великой культурой было царство Инь, а Чжоу когда-то было его вассальным государством. Поэтому в письменности народов Инь и Чжоу, а также южных, северных и западных маньцев существовали различия.

После того как Западная Чжоу победила династию Инь и установила свою власть, большинство знати династии Инь бежало на Корейский полуостров, а часть переправилась на восток, в Японию. В настоящее время в таких японских префектурах, как Ямагути, Хиросима и Северный Киушу, проживает немало японцев крепкого телосложения и высокого роста, что, возможно, связано с этим историческим эпизодом.

Конечно, многие жители династии Инь и их потомки остались на родине под властью династии Чжоу, вступая в смешанные браки с представителями династии Чжоу. Однако если в горных районах полуострова Шаньдун сохранились потомки чистокровных жителей династии Инь, то можно предположить, что именно их потомки являются типичными представителями народа Шаньдуна. Если эта гипотеза верна, то жители Шаньдуна, как одни из представителей древних потомков ханьцев, имеют на это наибольшее право. Однако наибольшее внимание заслуживает недавнее открытие в провинции Шаньдун остатков культурного слоя Цинляньган, который считается самой древней культурой Китая. Культура Цинляньган, также известная как культура Давэнькоу, принадлежит к той же системе, что и древние культуры к северу от реки Янцзы и в бассейне реки Хуай. Из этого можно сделать вывод, что династия Чжоу была лишь народом, пришедшим с запада. До династии Чжоу здесь уже проживал другой древний коренной народ. Прото-ханьцы основали здесь государство и постепенно процветали. Однако какой именно это был народ, установить невозможно.

Кроме того, как стало известно на недавно прошедшем «Международном научном симпозиуме по археологии Китая и мировой археологии XXI века», последние открытия в области молекулярной археологии в нашей стране оказались неожиданными: генетические особенности жителей Линцзы в провинции Шаньдун, живших 2500 лет назад, оказались удивительно схожими с генетическими особенностями современных европейцев. Учёные взяли в качестве образцов ДНК древних людей из групп древних захоронений в районе Линцзы провинции Шаньдун, извлекли и очистили ДНК из костей древних людей этого региона, живших 2500 и 2000 лет назад, а также ДНК современных людей, после чего провели сравнение генетических характеристик с более чем 1300 образцами, отобранными из международных генетических баз данных. Результаты показали, что генетические особенности жителей Линцзы в провинции Шаньдун, живших 2500 лет назад, очень близки к генетическим особенностям современных европейцев, а генетические особенности жителей Линцзы, живших 2000 лет назад, очень близки к генетическим особенностям современных казахстанцев и жителей Алтая.

Шаньдун — один из регионов Китая, откуда китайцы начали переселяться за границу раньше всего. Согласно преданию, ещё во II веке до н. э., во времена династии Цинь, отряд под руководством Сюй Фу, отправлявшийся на поиски эликсира вечной молодости, вышел с побережья Шаньдуна и переправился на восток, в Японию. Однако настоящая история китайской диаспоры из Шаньдуна сформировалась лишь в течение последних почти ста лет. По оценкам, в настоящее время число китайских эмигрантов и китайцев, проживающих за рубежом, из провинции Шаньдун составляет более 400 тысяч человек и состоит в основном из четырёх групп: во-первых, потомки обанкротившихся крестьян, вынужденных до 1840 года уехать за границу в поисках средств к существованию; во-вторых, потомки так называемых «китайских рабочих по контракту», похищенных и обманутых колонизаторами в новейшей истории; в-третьих, соотечественники из Шаньдуна, переселившиеся за границу из Тайваня за последние сорок с лишним лет; в-четвертых, представители различных слоев общества, непосредственно переселившиеся за границу после начала политики открытости Китая. Эти жители Шаньдуна, проживающие за рубежом, рассеяны по более чем 90 странам и регионам мира, причем наибольшее их число проживает в Южной Корее, США, Японии, России, Индии, Сингапуре и Индонезии; в Европе, Африке и Южной Америке также проживает часть китайцев, родом из Шаньдуна.