Её звали Шайнара. Книга первая. Тень

Послушники закрыли лица и переступили порог заведения. В нос ударил запах крепкого вина, топленного на сковородке жира, мокрой шерстяной одежды и мужского пота. Несколько пар глаз уставились на четверых молодых людей и девушку, и сложно было сказать, что вызывало у местных завсегдатаев большее удивление – маски или деревянные мечи вошедших.

Не обращая внимания на возникшую тишину, Задир прошёл к стойке, за которой стоял маленький человек с чёрными прилизанными волосами и отсутствующим зубом в верхнем ряду. Закатанные по локоть рукава обнажали следы от кандалов на его запястьях.

– Две кружки эля, – провозгласил Задир, подбрасывая в руке тугой кошелёк и краем глаза следя за обстановкой.

Шайнара насчитала пятнадцать человек, если не считать хозяина, трёх женщин и одного пьянчужки, который уже валялся на полу и не подавал признаков жизни.

– О, в город приехал бродячий цирк? – раздался насмешливый голос, и из-за ближайшего стола, покачиваясь, поднялся здоровенный детина. Его одежда, наверно, несколько лет не знала стирки. А волосы свисали грязными сосульками до плеч.

– Посмотрите, как они одеты! – подхватил его собутыльник с рыжей бородкой и маленькими бегающими глазками. – Да какое у них грозное оружие! Никак сами гвардейцы короля к нам пожаловали! – он изобразил на лице ужас, и стены заведения затряслись от хохота.

Тем временем к Шайнаре сбоку приблизился ещё один человек. Его выпученные от природы глаза плотоядно пожирали её тело, а из слюнявого рта воняло тухлыми яйцами.

– А что, я бы не отказался посмотреть, какое личико скрывает эта маска, – проговорил он, протягивая к девушке заскорузлые пальцы.

Шайнара сделала шаг назад.

– Зачем тебе личико, Ральд?! – снова воскликнул рыжебородый. – У девок есть более интересные места для осмотра!

По столам прокатился одобрительный весёлый гул.

– Я сказал, две кружки эля, – громко повторил Задир, заглушая своим голосом этот гул. – И поживее.

Несколько мужчин переглянулись, встали со своих мест и стали пробираться к Задиру. Ещё несколько направились к Шайнаре. Девушка вытащила деревянный меч. Гевор, Анок и Руден, стоявшие немного позади, последовали её примеру. Последним доставшим своё деревянное оружие был Задир, но он стал первым, кто начал атаку…

Мастер Сибурд хорошо подготовил послушников. Анок, Руден, Гевор, Задир и Шайнара сражались с подвыпившими людьми, не испытывая особых трудностей. Ловко орудуя деревянными мечами, они избивали посетителей таверны направо и налево. И только Анок получил небольшую царапину на руке, когда его попытались пырнуть ножом, да Руден неудачно ударился ногой о торчавшую из пола железную скобу.

Когда же все соперники были повержены и не проявляли больше желания подняться на ноги, Задир подошёл к человеку с рыжей бородкой – тому самому, который высмеивал их одежду и оружие. Притень пнул его, переворачивая на спину и приводя в чувство, а потом зажал между ножками стула и сказал:

– Тебе был смешон мой меч? Так запомни же его навсегда!

И с этими словами Задир воткнул деревянный меч рыжебородому в глаз. Душераздирающий вопль огласил стены заведения и вырвался далеко за их пределы.

– Что ты делаешь?! – воскликнула Шайнара, подскакивая к притеню.

– Ну, я же не убил его, – небрежно отозвался тот и, вернувшись к стойке, грозно выкрикнул в лицо хозяину таверны, – я долго ещё буду ждать свой эль?!

С тех пор старших послушников часто вывозили на материк. В прибрежных городах они посещали самые злачные места и, провоцируя на себя нападение, отрабатывали своё боевое искусство. Иногда им поручали сопровождать кого-нибудь из Теней, и послушники своими глазами наблюдали, как проходят казни приговорённых.

Зрелище это Шайнаре не доставляло никакого удовольствия. Чего нельзя было сказать о Задире. Казни приводили его в полный восторг. Особенно Задиру нравилось, когда приговорённый погибал не сразу. Но такое случалось редко, потому что все Тени старались сделать свою работу, как можно быстрей, не растягивая моменты казни.

– С Задиром что-то происходит, – однажды поделилась Шайнара своими наблюдениями с Алхеной. – Он ведь не был таким раньше.

– Вы все меняетесь, – ответила наставница. – Ваша связь с Духом Ушедшей Тени растёт и вызывает эти изменения.

– Дух Ушедшей Тени рождает в Задире жестокость?

– Нет. Сам по себе Дух Ушедшей Тени не может сделать человека жестоким. Но он усиливает то, что уже есть. И тогда смелый становится ещё более смелым, осторожный – более осторожным, а жестокий – более жестоким…

– И что же делать? Как помочь Задиру справиться с собой?

– Никак. Этот путь каждый из вас должен пройти сам.

***

Дакареш – единственный город, уцелевший после столетней пустынной войны за воду. Это место, где южные племена арахонцев встречались и торговали друг с другом. Дакареш стоял на оазисе среди раскалённых песков и добраться до него было не просто. Но несмотря на это, высокие стены окружали город. А местный глава проводил свою, независимую от Миртании, политику.

Уже несколько дней Задир, Анок, Руден, Гевор, Шайнара и несколько опытных разведчиков Ордена, переодевшись в характерную для пустынников одежду, гуляли по Дакарешу. Они запоминали и рисовали схемы расположения улиц, домов, площадей и невольничьих рынков. Отмечали, что можно поджечь, и в каком месте удобнее всего спуститься со стены. Собирали сведения о том, где и как часто проходит городская стража, и какова её численность.

Все данные потом передавались в лагерь Теней, разбитый неподалёку от городских стен, но невидимый за барханами. Ожидалось, что скоро в Дакареше состоится встреча южных вождей, на которой будет подписан какой-то важный договор. Шайнара не знала, что это за документ, и зачем он понадобился Магистрам Ордена, но то, что вскоре произошло в городе, поразило её.

В полночь несколько десятков Теней перелезли через городскую стену и устроили возгорания в разных частях Дакареша. И пока местное население в панике и суматохе тушило пожары, несколько членов Ордена проникли в Дом Главы и выкрали нужный договор. После этого Тени сразу покинули город и рассыпались по пустыне, направляясь к границе Миртании не вместе, а небольшими группами или по одному, чтобы их сложно было отследить. И старшие послушники под предводительством Задира тоже возвращались в Орден отдельно ото всех.

Солнце палило нещадно, а пескам всё не было видно ни конца, ни края. Шайнара ехала на лошади позади всех и обдумывала то, что произошло в Дакареше. Девушка впервые столкнулась с тем, что Орден использует Теней не для исполнения приговора, а для какой-то шпионской деятельности. И увидев, как виртуозно и слаженно те отработали, Шайнара неожиданно осознала, насколько же она заблуждалась, считая, что те несчастные бутылки с записками, которые Карлем вылавливал в лагуне, – и есть основной источник сведений для Ордена. Всё было совсем не так!

В Дакареше, среди пустынного народа, Орден имел своего человека, благодаря которому Магистры и выяснили, где и когда состоится подписание нужных им бумаг. Шайнара не знала имени осведомителя (никто не посвящал старших послушников в подробности), но краем уха слышала, что тот происходил из знатного рода. Значит, этот человек работал на Орден также, как лорд Кризотт, которому принадлежал Красный Остров…

Из этого всего, девушка сделала вывод, что таких «лордов Кризоттов» у Ордена может быть много – они занимают важные посты в Королевстве или живут среди обычных горожан, собирая и передавая на Красный Остров нужные сведения. Карлем однажды обмолвился, что Шайнара даже не представляет себе, насколько могущественен Орден, и как далеко простирается его влияние. И вот теперь девушка, кажется, начала это понимать…

Хотя Тень не должны заботить подобные мысли. Ведь это работа касты Света и Магистров. А Тень лишь выполняет приказы…

– Смотрите, там… – воскликнул Гевор, указывая на горизонт.

В дрожащем от зноя воздухе проявились очертания руин, наполовину занесённых песком. Задир сверился с картой.

– Да. Это развалины крепости, о которой говорил Мастер Сибурд. Там есть источник воды. Переждём жару там, а вечером продолжим путь.

Послушники пришпорили коней, спеша поскорее спрятаться от изнуряющего солнца. Но подъехав к руинам ближе, они увидели растянутый на копьях белый шатёр. Задир поднял руку, приказав всем остановиться.

– Там уже кто-то есть, – проговорил он. – Нельзя, чтобы они видели нас. Стража из Дакареша, возможно, итак идёт по нашим следам…

– Но лошадям нужен отдых, – возразил Анок.

– И вода, – добавил Гевор. – Они не выдержат ещё день без воды.

Задир приказал всем спешиться, оставить лошадей Рудену, а остальным ползти за ним. Послушники подобрались к шатрам поближе и, осторожно выглядывая из-за бархана, стали наблюдать за лагерем.

Он был небольшой – Шайнара насчитала четверых вооружённых мужчин и одного невооружённого. Недалеко от шатра стояла накрытая тканью высокая повозка. Один из мужчин подошёл к ней и откинул край полога. Под ним оказалась клетка, в которой сидели двое ребятишек лет десяти. По цвету их кожи становилось понятно, что пленники с севера.

– Работорговцы, – прошептала Шайнара и вспомнила, как когда-то и она сидела точно в такой же клетке, пока Морлав Тейн не освободил её. А что было бы, если бы не освободил…? Впрочем, теперь она знала, что – в Дакареше ей представилась отличная возможность своими глазами увидеть, как бойко идёт торговля «живым» товаром. Арахонцы вальяжно прохаживались между рядами столбов, к которым были пристёгнуты обнажённые женщины, и ощупав каждую со всех сторон, начинали вести долгий торг.

Но ужаснее всего было находиться в «детских рядах». Когда Шайнара впервые очутилась там, то остановилась, как вкопанная, и забыла, зачем её послали. И только грубый толчок Задира вывел её из оцепенения и заставил продолжить работу. Шайнара собирала сведения для Теней, но клетки с детьми не выходили у неё из головы.

И вот сейчас она снова встретила работорговцев, пополнявших рынки Дакареша северным «товаром», и ладонь сама легла на рукоять меча.

– Что будем делать? – тихо спросил Анок.

– Орден преследует работорговцев по всей Миртании, – вполголоса отозвался Гевор. – А чем мы хуже?

– Во-первых, мы не в Миртании, – отрезал Задир. – А во-вторых, нам не давали такого приказа.

– Но мы должны освободить их, – проговорила Шайнара, не отрывая взгляда от клетки с детьми.

– Здесь я командую, – грубо напомнил Задир. – По нашему следу, возможно, уже идут солдаты из Дакареша. И если мы устроим здесь побоище, они будут знать, что находятся на верном пути.

Послушники вернулись к лошадям.

– Отъедем и разобьём лагерь дальше, – сказал Задир, вскакивая в седло.

Анок, Руден и Гевор тоже сели на лошадей. И только Шайнара медлила.

– Мы не можем бросить этих детей, – произнесла девушка.

– Я сказал, мы едем дальше, – Задир привстал в стременах. – Или ты отказываешься мне подчиняться, Шайнара-сур?!

– Пожалуйста, Задир… – девушка умоляюще посмотрела на притеня. – Прикажи освободить этих детей. И я клянусь, что никогда и ни в чём не буду больше противоречить тебе. Прошу…

Задир дёрнул лошадь за поводья и молча сделал вокруг Шайнары несколько кругов по песку.

– Хорошо, – выговорил он наконец. – Но впредь ты будешь делать всё, что я скажу, по первому моему слову, и никогда больше не будешь обсуждать мои приказы. Поняла?

– Клянусь, – подтвердила девушка.

Задир вытащил из ножен меч:

– За мной, парни!

И он, пришпорив коня, помчался туда, где песчаный бархан скрывал за собой белый шатёр…

Нападение послушников застало четверых охранников врасплох. Они едва успели похватать оружие, как были перебиты. Остался лишь сам торговец. В момент нападения он находился в шатре и не сразу сообразил, что происходит. А когда увидел, как к нему входит Задир и остальные, судорожно схватил кинжал.

– Кто вы такие? – истерично заверещал торговец с сильным южным акцентом. – Что вам надо? – он вытянул перед собой кинжал, а потом выпустил его из рук и встал на колени. – У меня есть деньги! Много денег! Я могу заплатить! Не убивайте меня!

– Ты торгуешь детьми, – произнёс Задир, подходя ближе. – И за это Вольный Суд приговаривает тебя к смерти.

– Нет! – торговец задрожал всем телом. – Не надо! Сжальтесь! Я заплачу!

Он закрылся руками от надвигающегося на него притеня. Задир поднял меч и… отрубил торговцу кисть. Тот истошно заорал.

– А ты думал, у тебя будет лёгкая смерть? – усмехнувшись, спросил Задир и, не дожидаясь ответа, отрубил торговцу другую кисть.

Шайнара дёрнулась вперёд, но Анок удержал её, схватив за локоть. Девушка вырвала руку, развернулась и вышла из шатра.

Она направилась к клетке, в которой сидели два мальчика и смотрели вокруг большими перепуганными глазами. Шайнара сбила замок и освободила пленников. А из шатра тем временем доносились душераздирающие крики торговца, которого медленно казнил притень, отрубая от живой плоти кусочек за кусочком…

Когда звуки смолкли, Задир вышел из шатра и подошёл к детям.

– Откуда вы? – спросил он, вытирая меч о ткань, накрывающую клетку.

– Из Гельдорана, – робко ответил один из мальчиков, покосившись на перепачканную в крови одежду Задира.

«Из Гельдорана» – сердце девушки тоскливо сжалось.

– Не бойтесь, – сказала она. – Мы не тронем вас. Есть хотите?

Мальчики закивали. Анок и Руден распотрошили сумки охранников и нашли несколько головок сыра, сушёные финики и хлеб. Гевор отправился к развалинам искать источник воды, обозначенный на карте, и когда он нашёл его, послушники напоили своих лошадей и лошадей работорговца.

Всё это время девушка не разговаривала с Задиром и даже не смотрела в его сторону.

– Тебе опять что-то не нравится? – уточнил он, неожиданно подловив её у источника, когда та наполняла бурдюки водой про запас.

Шайнара отрицательно покачала головой и продолжила заниматься своим делом, не поднимая на притеня глаз.

– Ты поклялась, что теперь будешь беспрекословно выполнять мои приказы, – напомнил Задир.

Шайнара утвердительно кивнула, но всё также не глядя на него. Тогда Задир снял с себя перепачканную в крови торговца рубашку и швырнул её девушке.

– Выстирай это… – приказал он и удалился к остальным.

***

Источник был выложен камнями, и Шайнара долго тёрла о них одежду Задира, прежде чем пятна крови полностью не отстирались. Остальные послушники тем временем расположились на отдых в тени развалин и обсуждали, до какого ближайшего города они смогут сопроводить детей, чтобы потом отправить тех оттуда домой. В карауле в этот час находился Гевор. Только он пока научился отсылать своего рукокрыла на разведку и угадывать по его поведению о приближении чужаков.

Закончив со стиркой, Шайнара повесила одежду притеня для просушки, а потом побрела вдоль руин, подыскивая и себе место для отдыха.

Она очень устала и не смотрела под ноги, когда при очередном шаге её ступня вдруг не нашла опоры и провалилась в пустоту. Шайнара не удержала равновесие и в следующее мгновение полетела куда-то вниз, а сверху на неё посыпался песок и обломки кирпича. Поднявшись на ноги, девушка огляделась и увидела, что находится в широкой и глубокой яме.

Её стены были настолько гладкими и отвесными, что не давали никакой возможности уцепиться. А оружие осталось наверху. Шайнара набрала в грудь побольше воздуха, собираясь позвать на помощь, как вдруг в метре от неё послышалось шипенье, и из темноты показалась голова змеи. Девушка замерла, а змея, привстав на хвост, всем своим видом показывала, что уже готова к нападению.

Но тут с высоты прямо в яму упал рукокрыл Шайнары. Он схватил ползучего гада, поднял в небо и сбросил на камни. Всё произошло так быстро, что девушка даже не успела вскрикнуть. Но опасность вовсе не миновала – из дальнего тёмного угла вновь послышалось леденящее кровь шипение, и Шайнара увидела, как там зашевелился и развернулся целый клубок таких змей. Она оцепенела от ужаса и приготовилась к неминуемому укусу…

– Ну ты долго там ещё будешь стоять?! – раздался сверху голос Задира. Он лежал на краю ямы, свесив руку, в которой держал свой пояс, намотав один его конец на ладонь, а другой спустив девушке. Шайнаре достаточно было лишь подпрыгнуть, чтобы схватиться за него.

Живой клубок начал расползаться по яме, но девушка уже карабкалась по стене. Ещё чуть-чуть и Задир её вытянет… Или не вытянет? Страшная догадка промелькнула в мозгу у Шайнары, что стоит Задиру сейчас отпустить пояс, и она упадёт прямо на потревоженных и готовых к атаке змей. И никто ведь потом не обвинит притеня в её гибели – просто пояс порвался…

Девушка встретилась глазами с Задиром и прочитала в них, что он понял, о чём она думает… Однако через несколько секунд она оказалась на поверхности…

***

Акено Ошар очень удивился, когда Шайнара рассказала ему, как рукокрыл спас её от змеи.

– Похоже, твоя связь с маленькой тенью растёт намного быстрее, чем обычно, – сказал Мастер. – Тебе стоит уделить этому особое внимание. Приходи ко мне почаще, и я покажу тебе, что делать дальше…

После возвращения на Красный Остров, жизнь старших послушников вернулась в прежнее русло, и только Задир с нетерпением ждал, когда же их снова отправят на материк. Обычные тренировки теперь казались ему скучными и однообразными. Он жаждал боёв, в которых мог бы не сдерживать свою страсть к насилию и крови. С каждым днём Задир становился всё раздражительней и раздражительней.

Однажды Ивар попросил его помочь и принести с вершины Медвежьей скалы несколько растений для супа, а то младших послушников распорядитель уже забрал на работы, а больше обратиться не к кому. Задир охотно согласился – ему всегда льстило, когда члены Ордена подчёркивали его статус притеня. Он собрал Шайнару, Анока, Рудена и Гевора и направился с ними к Медвежьей скале.

Попасть на неё можно было только с соседней вершины по переброшенному специально для этих целей мосту. Ведь растение, которое требовалось Ивару, обладало не только восхитительным ароматом, но и лечебным свойствами, и лекари Ордена часто собирали его для своих настоек.

Однако шторма, обрушивающиеся на Красный Остров всю последнюю неделю, немного повредили мост над пропастью и теперь, чтобы пройти по нему, требовалось приложить некоторые усилия. Впрочем, для старших послушников это не составляло особого труда.

Смерив полуразрушенный мост оценивающим взглядом, Задир приказал каждому принести по одному растению, и сам отправился первым. Он быстро преодолел расстояние до вершины Медвежьей скалы, ловко перелезая и перепрыгивая через все опасные места на переправе, и вскоре вернулся назад, держа в руке нужный стебель.

Следующим пошёл Анок, за ним Руден и Шайнара. Последним был Гевор. Он, как и остальные, быстро пробежал по мосту, перепрыгнув через самую большую дырку. Но в тот момент, когда он делал это, ещё несколько еле державшихся деревянных перекладин оторвались и упали вниз, тем самым увеличив опасный проём. И теперь, сорвав растение, Гевор стоял перед этой дыркой в нерешительности.

– Надо сходить за Вареном Сайроком, – сказал Анок. – Пускай трудни отремонтируют мост.

– Может, пока перебросить Гевору ствол сосны? – предложил Руден. – Давайте спустимся в рощу и срубим подходящий.

Задир шумно выдохнул. Ему совсем не хотелось с этим возиться – рубить дерево, тащить его на вершину… У него уже были планы на вечер, и он громко крикнул Гевору.

– Ты допрыгнешь, если как следует оттолкнёшься.

Тот ещё раз смерил взглядом расстояние от того места, где он стоял, до того, где снова начинался мост, и отрицательно покачал головой.

– Нет. Я не смогу, – закричал он в ответ.

– Сможешь! – настаивал Задир.

– Нет.

– Прыгай давай!

– Нет!

– Я приказываю, прыгай, трус!

Анок и Руден переглянулись, но промолчали.

Гевор отошёл от края пропасти, чтобы взять хороший разбег.

– Прыгай! – ещё раз крикнул Задир, и Гевор что есть силы побежал, оттолкнулся и прыгнул. Но в следующее мгновение его руки схватили лишь воздух, и он полетел в пропасть…

Придя в себя, послушники опрометью помчались по тропе, ведущей со скалы вниз. Они быстро нашли тело Гевора у подножия моста. Воспитанник Акено Ошара лежал в неестественной позе и глаза его, не мигая, смотрели в одну точку. Руден присел возле друга и прислонил ухо к его груди. Но это было лишнее – все видели, что Гевор уже мёртв…

Тем временем его рукокрыл с пронзительными криками начал описывать круги над телом хозяина. Он поднимался всё выше и выше, и на его зов со всего острова слетались другие рукокрылы. И вот уже огромная стая, истошно крича и шумно хлопая крыльями, закрыла собой солнце, и всё потемнело вокруг.

– Это ты виноват! – закричал Анок и бросился на Задира.

Они упали и, осыпая друг друга ударами, покатились по земле. Руден медленно поднялся на ноги, но не стал разнимать Анока и Задира. И Шайнара тоже не двигалась с места…

***

Вечером члены Ордена простились с Гевором и предали его тело огню. Акено Ошар стоял в стороне от остальных. Его бледно-восковое лицо по-прежнему нисколько не изменилось, но глаза… Шайнара не могла смотреть ему в глаза – столько там было тоски и печали.

С последними языками пламени Акено Ошар сложил два пальца на правой руке и провёл по горлу сверху вниз. Это означало, что он наложил на себя Печать Молчания и теперь не произнесёт ни слова, пока не достигнет какой-то цели. Шайнара не знала, какой. Да и никто не знал. Тени, накладывающие на себя Печать Молчания всегда имеют на то внутренние причины.

После погребального обряда девушка вернулась в Тайную Обитель. Она вошла в Зал Пустоты и села на пол возле одной из колонн, поддерживающих свод. Гевор был хорошим человеком. Он всегда поддерживал её в спорах с притенем и, как никто, умел рассмешить и снять напряжение после тяжёлого дня.

Послышался звук шагов, и в Зале Пустоты появился Задир. Он опустился на пол возле другой колонны, прямо напротив девушки, и прикрыл веки. Шайнара молча взирала на него со своего места. Сколько они так просидели, неизвестно, но все в Тайной Обители уже разошлись по комнатам на ночлег, и наступила тишина.

– Не надо так на меня смотреть, – промолвил наконец притень, открыв глаза. – Я не хотел, чтобы он погиб.

– Но он погиб.

– Не тебе меня судить. Ты вообще мне жизнью обязана!

– Я помню… Хотя и удивлена, что ты не оставил меня тогда в той яме со змеями.

– Что?! – Задир вскочил на ноги. – Что ты несёшь?! Ты же… Я же… Ты же член Ордена! Да я за тебя жизнь отдам, если надо будет!

Задира можно было упрекнуть в чём угодно, но он не был лжецом. И Шайнара изумлённо уставилась на притеня – она никак не ожидала от него таких слов.

– Жизнь? – переспросила она, – член Ордена, говоришь? Да что для тебя Орден, если ты так измываешься над приговорёнными?!

– Они преступники. И ничего страшного не случится, если я немного поразвлекаюсь перед их смертью.

– Ты себя слышишь, Задир?! «Поразвлекаюсь перед смертью»? Твой меч – это Закон! А Закон не знает жестокости!

Последнюю фразу Шайнара процитировала из «Слово о Тени». Правда в оригинале она звучала, как «Закон не знает МЕСТИ и жестокости» …

В этот момент в Зал Пустоты вошёл Магистр Теней.

– Магистр Хрут, – обратился к нему Задир, после того, как он и Шайнара поприветствовали вошедшего положенным жестом, – позвольте просить вас.

– Проси, – разрешил Велиар Хрут, усаживаясь на своё обычное место.

– Я прошу вас снять с меня полномочия притеня, – сказал Задир. – Я не справился.

Магистр неторопливо расправил складки на своей мантии, словно обдумывая просьбу послушника, а потом ответил:

– Нет, Задир-сур. Ты останешься притенем. А ты, – Велиар Хрут обратился к девушке, – оставь нас…

Шайнара вышла из Зала Пустоты и направилась в свою спальню. Её рукокрыл уютно примостился на плече. Девушка погладила зверька, но последние слова Задира никак не выходили у неё из головы. О, как бы она хотела, чтобы Карлем сейчас был здесь. Ей так не хватает его совета…