Дневники пропавшей девушки

Кетон предложил мне сигарету, и я вспомнил, что не курил уже много часов. Я благодарно кивнул и подкурился. Из бара вышла та самая девушка, которая интересовалась о Кетоне. Она пробуравила меня своими тёмными глазами.

– Угостите даму сигаретой.

Мы расположились под навесом недалеко от крытых мусорных баков, принадлежавших бару.

Кетон взял сигарету в рот, подкурил её и только потом протянул девушке.

Я не мог отвести глаз от её монро, которое однозначно вызывало у меня отвращение.

– Давно вы вместе? – поинтересовался я, ведь друг даже не упоминал о новой пассии.

– О, нет, мы не вместе, – усмехнулась она и сделала затяжку.

Кетон приобнял её и подмигнул мне, сигнализируя, что у него всё на мази.

Бэккер в свою очередь прокомментировал:

– Это называется свободными отношениями, братан.

Девушка засмеялась:

– Это называется, мне просто хочется повеселиться.

Друзья изрядно накидались, и в ход пошли сальные шуточки. А закончилось всё тем, кто какие позы предпочитает в сексе.

– Я только что трахнул рыжую сучку прямо на капоте под дождём, – внёс свою лепту я.

На мгновение я забыл, что среди нас девушка, так она влилась в нашу компанию и наравне с мужиками обсуждала непристойности. Не дай Бог при Лилит обсуждать такие интимные вещи: она всегда была такой нестерпимо правильной, самой настоящей ханжой. Скупой на ласки.

– Красавчик, – отметил Кетон, шутливо толкая меня.

А Бэккер с насмешкой заметил:

– Я думал, вы только умеете заниматься любооовью. И то только в миссионерской позе.

Ещё днём ранее я бы разозлился, что порочат честь моей девушки, но сейчас мне самому хотелось над ней насмехаться, так сильно она меня задела. Ну и его правда, секс наш был далёк от мечтаний парней, так и источающих тестостерон.

– Выдрал её напоследок, будет что вспомнить, – улыбнулся я.

– Значит, всё ништяк, братан? – уточнил Кетон, с сомнением глядя на меня.

– Всё круто, я официально в активном поиске.

Девушка внимательно на меня посмотрела, словно изучая потенциальный вариант, хотя Кетон недвусмысленно её обнимал.

– Не познакомишь нас? – встряла она, обращаясь к Кетону.

– Без проблем, Девин, это – Анабель, моя спутница на ночь, если я смогу её споить, – пошутил он, но, как известно, в каждой шутке есть доля правды.

– Девин, с бо́льшим успехом я уйду домой вместе с тобой, чем с этим парнем, – улыбнулась она и ткнула Кетона в бок.

Все засмеялись, хотя и так было понятно, что Кетону сегодня однозначно перепадёт. Эта девчонка неспроста интересовалась им у раздевалки, что не оставалось никаких сомнений. У меня дак точно. Кетон засобирался внутрь и уже на крыльце оглянулся с немым вопросом, потому как из нас никто за ним не двинулся. Я ждал, что Анабель пойдёт за ним следом, но она ещё не докурила и продемонстрировала Кетону полсигареты. Я думал, что смогу спокойно поговорить с Бэккером наедине, рассказать ему о своих намерениях, ведь вдвоём они бы сразу на меня насели. Но расклад получился иным, Бэккер бросил мне на ходу:

– Рад, что ты снова с нами, ждём внутри.

Мы остались вдвоём с этой нетипичной девушкой, и я бы тоже пошёл, но у меня также было полсигареты, и было бы глупо срываться за парнями.

– Кстати, можно просто Ана, – девушка протянула мне руку для рукопожатия.

Я невольно улыбнулся этому жесту, ведь Лилит считала, что здороваться с девушкой рукопожатием – это неприемлемо. Я сжал руку Аны, все пальцы которой были в тоненьких серебряных колечках, включая и фаланги пальцев.

– Ну что, Ана, дождалась своего хахаля?

– Я его знаю чуть дольше тебя.

– Где же вы успели познакомиться?

– Я его заприметила во время вашей игры, конечно, как игрок он уступает тебе, но мне подсказали, что он совершенно свободен. Да и мышцы его очень даже неплохо играют под формой.

– Не похоже, чтобы ты интересовалась спортом, – она и правда не смахивала на типичную болельщицу, во всяком случае, на ней не сидела короткая юбка и майка с глубоким вырезом.

– Считай, убиваю время, – пожала она плечами.

– Ну и что было дальше? Кажется, я видел, как ты уходила, не дождавшись Кетона. Удиви меня, – сказал я, продолжая пялиться на её монро, в котором отражался блик от фонаря.

– Дошла до бара, а там и ваши подтянулись отмечать. А ты почему отделяешься от коллектива?

– Вряд ли ты захочешь выслушать историю о том, как я поехал к своей бывшей.

– Ну похоже ты рассчитывал на что-то большее, чем прощальный секс, – язвительно заметила она.

Как точно она уловила суть. Может, она не так глупа, как кажется.

– Скажем, я не люблю, когда меня ни во что не ставят.

– Насколько у вас серьёзно? – сказала она, докуривая.

– Четыре года.

– Недурно. И что, вот так просто расстались и всё? – кажется, ей всерьёз было интересно. Хотя, может, она просто так «убивает» своё время.

– Парни особо не драматизируют.

– Далеко не все, – улыбнулась она.

Я стряхнул уголёк с сигареты и чётким щелчком попал окурком в урну.

– Идёшь в бар? – спросила она.

– Затем я и здесь.

Мы перебрались из-под навеса на крыльцо «Пьяного енота», я следовал за ней. Джинсы облегали её красивые ноги с крепкими икрами. В отличие от стройных доходяг, её сочные ягодицы хотелось даже потрогать. Я одёрнул себя, ведь во-первых, она предназначалась Кетону, а во-вторых, мне не нравилось, что на её лице красовался этот пирсинг.

– Ты же знаешь, что тебе не идёт эта железяка? – спросил я, догоняя её.

– Ты же знаешь, что у тебя идиотская причёска? – в свою очередь спросила она.

– Девчонкам нравится.

– Утешай себя этим, – бросила она, исчезая в дверях.

Как знать, возможно, уйдя из спорта, я потеряю свою «клиентскую базу» поклонниц.

Я зашёл в зал, продолжая думать о том, что она нетипичная девушка, и явно не в моём вкусе. Ну а Кетону, кажется, без разницы с кем проводить время, да и она сама создаёт впечатление вечно скучающей особы, которая ухватится за любой движ.

В зале стоял полумрак, посадка была полная. Из колонок раздавалась песня Survivor – Eye of the Tiger, которая уже много лет ассоциировалась в первую очередь с сериалом «Сверхъестественное». Наши парни вели себя громче всех, постоянно выкрикивая что-то и гогоча. Симпатичные девушки сновали между круглых столиков с подносами, полных мужицких пивных кружек. Я подошёл к парням, сидящим всем скопищем и обсуждавшим яркие моменты игры. Среди толпы на диване из кожзама тёмно-зелёного цвета сидела и Ана с одной из таких пивных кружек и о чём-то весело говорила с Кетоном и Бэккером. Со стороны казалось, что они сто лет знакомы, и не было совершенно никакой неловкости между ними. Я бы ни за что не подумал, что они только что познакомились. Я вскинул руку, подзывая мимо проходящую официантку, которая торопливо пробегала к очередному столику. Заметив меня, она сменила маршрут и с улыбкой устремилась ко мне:

– Добрый вечер, чего желаете?

На бейджике с логотипом «Пьяный енот» было написано её имя – Тара.

– Тара. Будьте добры фирменное тёмное 0,5.

– Отличный выбор. – Кивнула она. – Вы тоже из команды победителей?

– Считайте, они победили только благодаря мне, – похвалился я.

– Я не сомневалась, – звонко засмеялась она и как бы невзначай потрогала меня за бицепс, рельефно выделяющийся сквозь тонкую ткань куртки.

Я встретился взглядами с Анабель и кивнул ей в знак того, что моя идиотская причёска только что привлекла официантку, но та лишь усмехнулась.

Тара появилась молниеносно и уже ставила мою кружку на картонный подстаканник, на котором был изображён енот с бокалом пива, откуда с горкой возвышалась пена.

– Заказ для победителя, – расплылась она в улыбке.

– Чем занимаетесь после смены, Тара? – подхватил её игру я.

– Уже скоро заканчиваю и абсолютно свободна, – её рука снова оказалась на моём плече.

Ана наблюдала за нами и, смеясь, комментировала что-то Кетону.

– Присоединяйтесь к нам, – предложил я, на что она любезно согласилась, чем удивила меня, мне казалось, что это не в политике заведения.

Я сделал большой освежающий глоток ледяного пива, и мой гнев совершенно сошёл на нет. Я уже начал забывать о событиях минувшего вечера, и уж тем более решил поставить жирный крест на Лилит и её высокомерии. Видимо, она возомнила, что она выше меня. Ну так что ж, пусть будет так. Но, может, раз она была со мной только потому, что я был хорош в спорте, то, как личность я её никогда и не привлекал? А, может, и она как личность меня не особо-то и привлекала. Ну да ладно. Она слишком серьёзная для своего возраста, и уж тем более для молодого горячего парня, которому хоть иногда хочется заняться сексом далеко не в миссионерской позе – что так точно подметили парни – а также в полнейшей тишине, чтобы вдруг не услышали родители.

Я наблюдал за развитием отношений Кетона и Аны: они мило шушукались, а девушка смеялась над его грязными шутками. Кетон был высоким, накачанным блондином с аккуратной щетиной, правильными чертами лица, и, конечно, суперпривлекательным для девушек. Я же был противоположностью ему: чёрные как смоль волосы, которые всё время торчали в произвольном направлении, такая же борода, из-за которой порой у нас с Лилит возникали разногласия. Но хотя бы сейчас мне не надо будет выслушивать её укоры.

Только сейчас я снял куртку, изрядно промокшую: ткань внешне напоминала кашемир, но, конечно, являлась лишь дешёвым аналогом. Я открыл всеобщему взору два крупных бицепса, украшенных татуировками – полинезийскими мотивами, торчащими из-под рукавов чёрной футболки. Конечно, для меня данные татуировки имели смысловое значение. Восход солнца символизирует пробуждение энергии. Может, и глупо верить в то, что тату пробудило во мне какую-то силу, но мои успехи в спорте не заставили себя ждать. Не так уж много я и тренировался, чтобы стать абсолютным лидером в игре. Но я, как никто другой, верю в то, что тату может влиять на жизнь человека.

Взгляд Аны упал на меня, и она одобрительно кивнула, похоже, мне удалось вызвать у неё интерес. Кетон с его девственно чистыми руками однозначно упал в её глазах на ступень ниже.

– Ты на самом деле решил замутить с официанткой? – презрительно спросила она.

– Я свободный парень, почему бы и нет?

– Я думала, ты игрок. Неужели тебе по вкусу такая лёгкая победа? – искренне удивилась она.

Кетон осушил свой стакан и выдвинулся в сторону WC9, оставив спутницу в моём распоряжении. Я подсел к ней, чтобы продолжить нашу беседу уже не через стол, а с глазу на глаз. Сейчас я рассмотрел необычный цвет её глаз: карие, переходящие в зелёный.

– Я наигрался в примерного мальчика за четыре года, и сейчас мне хочется расслабиться. Что в этом предосудительного?

– Ничего, просто разве тебя удовлетворит подобная связь?

Она в очередной раз показалась мне очень проницательной.

– Ты хорошо разбираешься в парнях?

– Скорее в людях в целом. Я увлекаюсь психологией.

– Учишься на психолога? – удивился я, так как среди моих знакомых психологи не числились. По мне это бесполезная профессия, и сидеть в офисе и выслушивать чужие проблемы – верх скуки. Хотя эта девушка вряд ли удовлетворится таким раскладом. Интересно, если пациент кончает жизнь самоубийством, несёт ли ответственность за это его психолог?

– Это одно из направлений, которое я рассматриваю для поступления в следующем году у вас.

– Ты не отсюда?

– Приехала на разведку. Убиваю время, как и говорила.

– Чем занималась до этого?

– Училась на корреспондента в своём городе, он промышленного типа. Прошла практику в производственной газетёнке, и поняла, что это не моё. Можно сказать, что сбежала, куда глаза глядят. Остановилась пока у вас.

– Вот это поворот. У родственников остановилась? – кажется, она пробудила во мне неслабый интерес. Точнее не она, а её история.

– Познакомилась с парнем, он предложил к нему приехать, если появится желание. Живу пока что у него.

– И где же этот парень? – поинтересовался я.

– Он на дежурстве.

– Врач? – спросил я первое, что пришло мне в голову.

– Скорее легавый.

Вот это поворот. Странно, что такая ветреная девушка остановилась у блюстителя порядка.

– На нём ты решила не останавливаться? – спросил я, намекая на Кетона.

Она засмеялась:

– Это несерьезно.

Несерьёзно с легавыми или с Кетоном?

Тут вернулся Кетон, словно почуял, что речь зашла о нём.

– Друг, я всё понимаю, но это мой трофей. Разве твоя официантка не должна подойти?

Прямолинейности ему не занимать. Но, кажется, Анабель относилась к такому обращению с юмором.

– Аккуратнее, друг. Твоя подруга корешится с легавыми, – в шутку предупредил я.

– Мы пока не нарушаем законы нашего штата. Ну а в случае чего, я всегда могу вывести её в другой и сказать её другу, что это не в его юрисдикции, – пошутил Кетон.

Мы выпили за победу, за нашего тренера, друг за друга. После этого показалась Тара, уже в обычной одежде, а не в форме, и с распущенными волосами.

– Скучаешь, красавчик?

– Кажется, пора проветриться. Не составишь компанию?

Кетон начал откровенно приставать к Ане, и я посчитал деликатным оставить их вдвоём, учитывая, что Бэккер с остальными парнями отошли покидать в дартс.

– Пожалуй, – она взяла меня под руку, чтобы не потеряться в толпе.

Мы вышли на парковку, дождь прекратился. Ночь стояла тёмная, из-за облаков было не видно звёзд, но ярко-белое расплывчатое пятно указывало на наличие полной луны. Пахло свежестью после дождя, и откуда-то доносился запах скошенной травы.

– Ты не сказал, как тебя зовут, – сказала Тара, доставая тонкие бабские сигареты.

– Зови меня красавчик, мне понравилось, – улыбнулся я и вдруг почувствовал, что её общество мне в тягость.

Не мог только понять, связано ли это с нелестными комментариями Анабель.

– Хорошо, красавчик. Мне нравится твоя причёска, – она провела пальцами по моим волосам. Когда так делала Лилит, по моему телу проносилась дрожь, сейчас я не почувствовал ничего кроме раздражения.

– Не поверишь, но буквально только что одна особа сказала, что она совершенно идиотская, – сказал я, вспоминая замечание Аны.

– Не верь ей, это неправда.

Она ждала, пока я деликатно её подкурю, чем напомнила мне Лилит: хотя та не курила, но очень любила такие галантные жесты с моей стороны. Хотя пару раз Лилит пробовала курить, но ей не понравилось. И я считал, что курить – это чисто мужская прерогатива.

Я поднёс к её лицу зажигалку, чем на мгновение подсветил в темноте её черты лица. Она была в меру симпатичной, но через пару бокалов пива я забуду, как она выглядит.

– Ты не будешь курить? – поинтересовалась она.

– Хочу просто охладиться. В зале так душно.

– Рядом с тобой мне тоже становится душно, – как-то фальшиво прозвучала эта фраза, позаимствованная ею из жёлтой литературы. Если она, конечно, прочитала хоть одну книгу в своей жизни. Сам я не любил читать, но длительное общение с Лилит приучило меня к мысли, что читающие девушки – это круто.

Я не заметил, как Тара вторглась в моё личное пространство, забывая о том, что это она трезвая, а я – выпивший.

Она медленно поцеловала меня в губы, словно ждала, что я подхвачу. Но от неё резко пахнуло куревом, и я подумал о том, что сто лет не целовался с курящей девушкой. Она вела себя более чем вызывающе, учитывая, что была трезва. Или я в своих консервативных отношениях пропустил момент, когда девушки начали сами проявлять активность. Она не стала навязываться и продолжила курить, как ни в чем не бывало.

– Итак, красавчик, у тебя кто-то есть?

– Думаю для прикола замутить с потенциальной девушкой друга, – пошутил я.

Но намёк был не понят, и она снова полезла ко мне, обвивая мою шею одной рукой, а второй держа сигарету, словно уличная девка, заманивающая дальнобоя. Снова её губы коснулись моих, но в этот раз она решила не ждать особого приглашения, и вот уже страстно целовала меня в засос. Не сказать, что мне понравилось или не понравилось, просто я хотел понять, как целуются другие, не Лилит. И заодно понять, что я при этом испытываю. Как будто пытаюсь выйти из зоны комфорта. Но определённо мне это не нравится, ведь лучше родных губ нет ничего. Пробовать новое всё время неприятно. Зачем заказывать блюдо дня, если знаешь, что пицца, которую ты заказываешь из раза в раз, снова будет отменно приготовлена? Но тут был иной расклад. Ты понимаешь, что повар сменился, и твоя любимая пицца уже будет совершенно другой на вкус, так стоит ли портить воспоминания о ней?

Этот поцелуй длился вечность, и я всё пытался прочувствовать его: вдруг рано или поздно мне бы понравилось. Но для начала я пытался хотя бы выкинуть из головы Лилит с её нежными губами. Они словно были созданы специально для того, чтобы упоительно сливаться с моими.

И тут меня словно ударили по голове. Я вдруг понял, как я размяк. И даже мыслить стал подобно девочкам, зачитывающимся детскими романами о первой любви. И сразу дело пошло. Я грубо схватил Тару и прислонил к кирпичной стене. Теперь я впивался в её рот, не думая совершенно ни о чём, и знаете, это было моим освобождением. Я словно сбросил привычные настройки и был близок к тому, чтобы запустить новую программу. От Тары пахло табаком и какой-то жирной едой: запах за смену пропитал саму кожу. Мои руки скользили по её телу через одежду, и я был близок к тому, чтобы перейти от поцелуев к чему-то большему. Но именно в этот момент вышли мои друзья, и их насмешливый свист сразу привёл меня в чувство. Я отстранился.

Вся компания: Бэккер, Кетон и Анабель пришли на перекур. Я забыл про Тару, которая стояла рядом.

– Эй, Дон Жуан, ты такой быстрый, научишь меня? – засмеялся Бэккер, который совершенно не стремился снять девку на ночь, в отличие от Кетона, которого победа в матче всегда раззадоривала.

– Боюсь, это талант от рождения. – Подхватил я, совершенно забыв, что Тара всё ещё стояла рядом. – Кетон, а ты совсем уже хороший, сколько ты выпил?

– Счастливые кружек не считают, – пробурчал он, но я уверен, что в оригинале говорилось про часы.

Анабель очевидно устала от навязчивого Кетона, и уже не знала, куда деваться: её кондиция была скорее аналогична моей. И вот мой диагноз: слишком трезв для всего этого дерьма.

– Тара, ты за рулём? – спросил Бэккер, которому, видимо, становилось всё больше стыдно за друга, который нахально лез к Анабель.

Тут я вспомнил про её существование, и мне стало как-то мерзко что ли, от воспоминания о нашем «страстном» поцелуе. И я мысленно поблагодарил друзей за то, что прервали нас.

– Да, вон моя машина, – указала она на старенький пикап голубого цвета с явными следами коррозии.

– Отлично, не могла бы ты довезти нашего друга до дома? Честно говорю, ещё немного, и его выпроводят из бара. А мы, как видишь, все выпившие, нам за руль нельзя, – веско заметил Бэккер.

Лицо Тары омрачилось, ведь это означало, что нашей маленькой интрижке пришёл очевидный конец. Но возразить у неё не хватило духу.

– Ладно, пошли, – сказала она Кетону, но тот не хотел отпускать Ану.

Я освободил Ану из пьяного захвата и помог Бэккеру дотащить нашего общего друга до голубого пикапа Тары. Там мы его усадили и попытались вразумить. Но буквально через секунду он уже захрапел.

– Интересно, как вы прикажете мне его потом вытаскивать? – разозлилась Тара.

– Я поеду с вами. – Вызвался Бэккер, хотя Тара, очевидно, намекала на моё присутствие. – А Девин заплатит по счёту.

– Ну, естественно, старый еврей, большего я от тебя и не ждал, – рассмеялся я, хотя в душе ликовал, что друг меня снова отмазал от Тары.

Тара залезла на водительское сидение и хотела ещё что-то мне сказать сквозь полуопущенное окно, но Бэккер недовольно крикнул:

– Вперёд, крошка, чего ты ждёшь?

И они уехали, оставив на парковке только нас двоих с Аной.

– Ну и как тебе лёгкая победа? – поинтересовалась девушка, закуривая.

– Благодаря твоим едким комментариям я не получил ровным счётом никакого удовольствия.

Она улыбнулась, почувствовал значимость своих изысканий.

– Прошу прощения, иногда стоило бы оставить свои мысли при себе.

– Это факт, – я тут же закурил, пожелав скорее избавиться от привкуса неудавшегося поцелуя с Тарой.