- -
- 100%
- +
– А шлюху твою куда денем?
– Устроим ей выходной, – произнес он, даже глазом не моргнув.
Какой же урод!
– М-м… Как интересно. А утром что?
Апостолов пожал плечами.
– Чего ты хочешь?
– Ну, одной удачей, Артем Александрович, вам уже не отделаться.
– Все, что я предлагал, остается в силе. Можем придумать тебе какой-нибудь бизнес. Я готов рассмотреть варианты.
– Да я выиграла эту жизнь! – глядя ему в глаза, бросила ту же фразу, что сказал мне Артем, когда я пришла к нему просить о помощи.
Смерть отца. Угрозы Дыма. Казалось, это случилось так давно. В другой жизни.
Артем сосредоточенно смотрел мне в глаза.
– Так чего ты хочешь, Саша? – Он с такой силой стиснул челюсти, что я услышала скрип зубов.
– Чего я хочу? – запрокинув голову, истерично рассмеялась я. – Женись на мне! Тогда можешь хоть… залюбить! – выпалила в сердцах.
Хотелось вывести Артема на эмоции. Я ведь носила под сердцем его ребенка… Рано или поздно мне придется сказать ему об этом.
Апостолов скривился.
– Я пытался быть джентльменом, Александра, – еле слышно процедил он, и я отметила, как ожесточились черты его мужественного лица, а хватка на моей талии усилилась. – Так выпустим пар? М?
– Пытался быть джентльменом, но, как обычно, пошел путем морального урода? – горько усмехнулась, стараясь не обращать внимания на такой знакомый дурманящий аромат, исходящий от его тела.
Артем раздевал меня глазами, а его тяжелая ладонь, спустившись по моему бедру, поглаживала ягодицу.
– Представь, что мы еще там… Одним разом больше…
Я с презрением посмотрела в его темные глаза, стараясь игнорировать нарастающее напряжение внизу живота. Мое тело, к сожалению, проигрывало моему духу.
– Мне нужно, Саша… – прохрипел Апостолов с нажимом. – Здесь. А потом поедем ко мне. Мы просто потрахаемся. – Я не уловила, в какой момент Артем прижал меня к двери. Я уже почти не соображала. Перехватив мои руки и зафиксировав их над головой, Артем вжался в мои бедра каменным пахом, настойчиво потираясь.
– Я не буду здесь, – пробормотала я, надеясь заболтать его и отвлечь. – Не в подсобке в разгар праздника моей подруги.
– Сашенька, да я бы рад не здесь… – прошептал доверительно, на ушко, полностью накрывая меня своим твердым телом. – Но я знаю, как пахнет твое возбуждение. Ты мокрая. И это… – обнюхивая меня, Артем проглотил нецензурное слово. – Я тебя отблагодарю…
Отблагодарит он. Кто бы сомневался!
– Если хочешь здесь, тогда сядь на диван, – прошептала безучастно я. Пора было кончать с этим «аттракционом невиданной щедрости».
Внезапно Апостолов немного отстранился и выпустил мои руки из захвата. Не отводя от меня черных глаз, он поправил брюки в районе паха и сделал небольшой шаг назад.
Собрав все свои силенки, я залепила Апостолову звонкую пощечину, надеясь воззвать к остаткам его совести, если таковая вообще имелась.
– Проверь зрение! Со шлюхой своей меня попутал… – водя пальцами по двери за спиной, я пыталась нащупать дурацкий замок.
Этот взгляд. Рассвирепевший. Дикий.
– Сахарная Саша… – Артем сжимал и разжимал челюсти, закипая от ярости. – Я же тебя сожру.
Мрачно посмеиваясь, он прижал ладонь к тому месту, где совсем недавно побывала моя рука, будто не веря, что я осмелилась на это.
Ударить его Темнейшество.
Щелчок – и мне удалось вслепую открыть щеколду. Аллилуйя! Повернувшись, я потянула дверную ручку. У меня почти получилось вырваться… Почти…
Но крепкие мужские руки оказались проворнее и обхватили меня под грудью. Я задрожала под весом его тела, едва устояв на слабых ногах. Его руки были такими горячими, словно расплавленный воск. В висках лихорадочно стучало: мне с ним не справиться.
Артем вжал меня в себя с такой силой, словно хотел растворить в себе, запустить под кожу и пустить по крови.
– Чего ты ломаешься? Я же все чувствую, Саша.
– Отпусти, Артем. – Я попыталась развернуться, однако Апостолов навалился на меня всей своей тяжестью, припечатывая грудью к двери. – Прекрати.
– Устроила шоу. – Рука Артема скользнула к моему бедру. – Этого же добивалась? Так вот он я… – Он тяжело дышал мне в затылок.
– А как быть с растерзанной самооценкой? Растоптанной гордостью? Смертельной обидой, наконец? В душу же плюнул и растер!
– Не усложняй, Саш! – Его колено протиснулось между моих бедер. Собрав мое платье по бокам, Апостолов резко потянул его вверх. – Мы совпали в сексе, понимаешь? – Его сбитое дыхание вызывало дрожь в моем теле. – Только и всего.
Мужские руки сжали мои ягодицы, а затем одна скользнула к поясу-резинке на колготках.
– Лучше со мной, чем с кем попало.
Сколько же унижений у него для меня припасено?
– Урод… – Я позорно всхлипнула. – Ты не имеешь права так поступать со мной! Не имеешь!
Его ладони на моих бедрах резко замерли. Положив подбородок мне на плечо, Апостолов судорожно втянул воздух.
– Саша… Сашенька…
– Ты сам меня прогнал, – шептала я, задыхаясь. – Обжимался с какой-то бабой на моих глазах. Трахал шлюх. Даже не догадываясь, что… – я осеклась, вновь выдохнув нечто похожее на протяжный вздох-всхлип. – А теперь хочешь секса? Да кто ты такой? Самому-то от себя не тошно? Потому что мне – да! – выпустила ногти ему в ладонь, желая оставить свои отметины, пустить кровь.
Подонок. Эгоист.
Как же я ненавидела отца своего ребенка.
– Достаточно, – перехватив мою руку, Апостолов крепко меня обнял. – Малолетка дурная, – лаская мою талию ладонями, Артем сцеловал мурашки с моей взмокшей шеи. – С этого дня держись от меня подальше, Саша. Если не хочешь… – И он резко потянул за подол моего платья.
Я услышала звук рвущейся ткани.
– Что ты…?!
Внезапно Апостолов отпустил меня и сделал несколько шагов в сторону. Обернувшись, я оторопело переводила взгляд с его перекошенного от ярости лица на свой испорченный подол. Кусок белоснежного атласа валялся на полу.
– Это платье… Мне его Алина подарила на день рождения. Оно в единственном экземпляре. Специально для меня. – Я нервно моргала, словно у меня тик, старалась взять себя в руки.
– Белый – цвет чистоты. Красивое платье. Было… – Губы Апостолова растянулись в дьявольской усмешке. – Жаль, теперь оно несколько потрепано…
Он скользнул по моему телу многозначительным взглядом, очевидно, проводя некоторую параллель.
Потрепано.
Больно? Нет. Разрушительно.
Не глядя на него, я подобрала испорченную деталь своего наряда и на ватных ногах покинула подсобку.
POV Артем
Когда дверь за Сашей закрылась, я вновь щелкнул замком. Бахнул по деревянной поверхности кулаками.
К моему ненормальному возбуждению примешивалась ярость, заточенными когтями, раздиравшая глотку. Говорят, чтобы отвлечься, надо сосчитать до десяти.
Один. Два. Твою ж… десять.
Какая-то хреновая математика вырисовывалась.
Развернувшись, я налетел на стол и смахнул с него вазу, поморщился от звона битого стекла, разнесшегося по подсобке.
Потребность в Сашеньке выходила за рамки моего понимания. В память врезалось ее красивое печальное лицо. Широко раскрытые глаза. Раскрасневшиеся щеки.
Сахарная Саша. Ни убавить. Ни прибавить.
Я внимательно осмотрел темную подсобку, будто видел ее впервые, потому что только сейчас меня начало понемногу «отпускать». На смену неконтролируемым животным инстинктам пришло раскаяние.
А ведь я даже здороваться с ней не планировал. Ха-ха. Здороваться не планировал, но чуть ли не на коленях выпрашивал секс. Дожили, Артем Александрович! Затмение какое-то.
Коридор затмений, мать вашу!
Увидев Сашу в объятиях своего лучшего друга, меня захлестнуло волной такой ядерной ревности, что просто унесло. Я пропал. Все мое существо сконцентрировалось на желании обладать Александрой. Незамедлительно. Здесь и сейчас. А потом в своей кровати. Неторопливо. Изнуряюще долго. Чтобы насытиться девчонкой впрок.
Я знал, как заставить ее всхлипывать и умолять. Хотелось глубоко. Первобытно. А потом отнести мою девочку в душ и самому отмывать от своей же грязи, попутно утягивая в новый эротический танец.
Откровенно говоря, осознание всего произошедшего поразило меня до глубины души.
Смутило. Захлестнуло тревожным ознобом. Мой четко распланированный мир стал расползаться и опасно трещать. Все рушилось. Все. Я терял контроль. Становился слепым рядом с ней, начинал вести себя неосмотрительно. Как дикое животное. Хуже.
Тяжело вздохнув, я упал на диван, расфокусированным взглядом рассматривая свои окровавленные ладони.
Почему-то вспомнился тот разговор с Сахаровым прошлой осенью. Он ведь был частым гостем в моем баре.
Роман Владимирович, к слову, был давним приятелем моего отца, мы же с ним общались только по необходимости. У них с батей были какие-то свои давние делишки, поэтому-то Сахаров после перестрелки и позволил мне «подлататься» у него в доме.
Судя по всему, отец Александры обладал отличным нюхом. Он сразу понял, что эра Венедиктова заканчивается – этого ублюдка уже прессовали со всех сторон, поэтому Сахаров и поддержал моего батю.
Но вернемся к разговору, с которого все и началось.
В ту ночь все разошлись после партии в покер, остались только мы с Сахаровым. Хорошо выпившие. Роман Владимирович явно находился на взводе: пил больше обычного, не закусывая.
– Какие-то проблемы? – негромко спросил я, беря свой стакан с виски.
– Дочь совсем от рук отбилась. Сказала, что будет заниматься в библиотеке, а сама весь вечер тусовалась в баре с подружками. Ничего. Я перекрыл ей кислород. Теперь только: учеба – дом – учеба, – Сахаров натужно рассмеялся. – Со мной не забалуешь.
– А сколько ей лет?
– Восемнадцать через два месяца исполнится. Дитя дитем, и все туда же. Мальчиков им, видите ли, подавай! Еще не хватало, чтобы на первом курсе принесла в подоле.
– Ну что вы так, Роман Владимирович, – при воспоминании об Александре уголки моих губ непроизвольно приподнялись.
– Забыл уже, какое шоу она устроила в твоем ресторане в прошлом году? – вновь потянувшись к бутылке, Сахаров вылил остатки виски в свой стакан.
Я рассмеялся в кулак. Такое трудно забыть. Нечасто скромницы-школьницы заказывают коктейли с водкой.
Саша своей дерзостью определенно произвела на меня впечатление. Непослушная.
– Александра все делает мне назло, – вздохнул Сахаров. – Пришлось снова посадить дочь под домашний арест. Пусть подумает о своем поведении.
– Это же не выход, – заключил я после продолжительной паузы. – Ей далеко не тринадцать, Подобные методы только сильнее отвернут дочь от вас.
– А что, по-твоему, выход, Артем?
– У меня нет детей, мне трудно судить, – пожал плечами я. – Однако я сделал из хлюпика Кирилла настоящего мужика. Так что кое-какое представление о воспитании подростков имею.
– И как бы ты поступил в моей ситуации? – не унимался Сахаров.
– Я бы дал девчонке больше свободы, но только после того, как она докажет, что действительно к ней готова.
– Это как? Поясни, – он с недоумением почесал переносицу.
– Начните с трудотерапии. Хочет ходить по ресторанам и барам? Тогда пусть сама зарабатывает на развлечения. Найдет подработку. Узнает, что деньги на карте появляются не по взмаху волшебной палочки.
Сахаров хохотнул, ударяя донышком пустой бутылки об стол.
– Чтобы моя Сашенька где-то работала? Ой, Артем, не смеши! Она ж белоручка! Только транжирить и умеет! Да и что это будет за подработка? В метро листовки раздавать? – он уже откровенно ржал.
И вот в этот момент лучше бы мне отрезать себе язык… Однако я тоже выпил достаточно, напрочь позабыв о ее неразделенной ко мне любви.
По-человечески хотелось помочь девчонке справиться с необоснованно жесткой диктатурой папаши, будучи в курсе некоторых его заскоков. Судя по тому, что я знал об ее отце, жизнь у Сахаровой была отнюдь не сахар.
– Например, официанткой в моем ресторане, – я удержал вмиг ставший серьезным взгляд Сахарова. – Нам как раз требуются стажеры.
Некоторое время собеседник молчал, внимательно разглядывая меня из-под темных насупленных бровей.
Я улыбнулся с притворным радушием.
– Еще бутылочку? Есть у меня один скотч с двадцатилетней выдержкой. Вы как?
– А почему бы и нет, – он явно оживился. – Так и что там с подработкой в твоем ресторане? Можно поподробнее? – поинтересовался Сахаров после того, как на столе появилась бутылка скотча, ценник которого перевалил за сотню тысяч рублей.
Я обрисовал ему в общих чертах. Договорились, что Роман Владимирович все обдумает и наберет мне в случае положительного решения.
Но через пару недель Сахаров собственной персоной появился на пороге моего офиса, все-таки решив опробовать идею трудотерапии, тем более, Александра, на удивление, оказалась не против поработать официанткой в «Патриках».
Вскоре выяснилось, что упрямая бандитская дочка так и не выкинула меня из головы…
Перед глазами до сих пор стояли ее наполненные слезами глаза, когда я разодрал это чертово платье.
«Жаль, оно немного потрепано».
Идиот. Зато теперь наверняка. По-хорошему, стоило бы ей все рассказать, однако правда будет равнозначна концу. И так, и так – хреновый расклад.
Я поморщился от резкого стука в дверь, но не двинулся с места. Однако тот, кто находился за дверью, явно был очень упертым. Поднявшись, я все-таки открыл дверь.
Незваным гостем оказался Паша. Легок на помине.
– Ты Золушку мою не видел? – излишне взволнованно поинтересовался Левицкий.
– Кого? – Я уже ни черта не соображал. – Какую еще Золушку?
– Ну, девчонку мою! Мы с ней танго танцевали! Саша зовут.
Девчонку мою.
Эх, Паша-Паша, как же ты не вовремя.
– Понятия не имею, – процедил сквозь зубы.
Павлик мечтательно закатил глаза.
– Еще и сбежала! Вот жучка! Найду – в попу зацелую! – И он пошло облизнулся.
Да твою ж…
– Паш, мне отъехать надо. Ненадолго. Можешь ключики от «Гелика» дать?
– А твой «мерс» где?
– Его подперли со всех сторон, – я пожал плечами. – Не в службу, а в дружбу!
– Да, без проблем. Только сильно не гоняй.
– Обижаешь, – подмигнув, я поспешил к выходу.
POV Кирилл Воронов
Вечеринка подходила к своему логическому завершению, хотя по количеству гостей, дрыгающихся в центре зала, этого нельзя было сказать. Мы с Алиной ели торт, обмениваясь хитрыми улыбками, пока сын под присмотром няни спал в малом банкетном зале.
– Ты даже с начинкой угадал, – Алина зачерпнула фисташковый крем ложечкой. – Спасибо за этот вечер, Кирилл. Так ловко все провернул! – Ее улыбка стала шире.
– Лето выдалось довольно напряженным, – я подавил вздох. – Не говоря уже о постоянном недосыпе из-за Сашкиных выкрутасов. Подумал, неплохо бы переключиться. – Забрав из рук официантки кружку с чаем, я поставил ее на стол. – А еще у нас не было традиционной первой брачной ночи, – подмигнул слегка раскрасневшейся Алине я. – Не порядок!
– Теперь понятно, ради чего все затевалось, – хихикая, жена потрепала меня по щеке.
Я перехватил ее руку и зажмурился, как довольный кот, наслаждаясь прикосновением.
– Кирилл, надо закругляться, – проверив время на телефоне, Алина озадаченно закусила губу. – Может, заберем Сашку и уйдем по-английски? Все равно большинство гостей уже забыли, по какому поводу собрались. – Она покосилась в сторону ведущего, откровенно флиртующего с моей секретаршей.
– Хорошо, только переговорю с Темычем, надо утрясти пару вопросов перед отъездом.
Завтра в первой половине дня мы с семьей улетали в Дубай. Без обратного билета. Это был наш первый отдых в новом составе, поэтому решили посмотреть, как пойдет, и тогда уже определиться с датой возвращения.
Артем, к удивлению, поддержал мое намерение на несколько недель увезти семью из Москвы. Он не говорил открыто, однако я догадывался о серьезных проблемах с одним из конкурентов. Больше года Темыч воевал с Сергеем Полянским, титаном строительного бизнеса, из-за лакомого куска земли в центре города.
Артем с отцом мечтали возвести там фешенебельный отель, но упертый ублюдок уже дважды через подставных лиц срывал тендер. Недавно еще выяснилось, что Полянский завербовал в нашем головном офисе стукача, который сливал ценную проектную информацию.
Я был в курсе, что брат «силовым методом» решил вопрос, предупредив Полянского о последствиях, если тот продолжит вставлять нам палки в колеса. Хотелось верить, что старый разбойник угомонится.
Окинув взглядом банкетный зал, я так и не отыскал Темыча. Вытащил телефон из кармана, чтобы ему набрать, однако меня опередил входящий вызов от начальника службы безопасности.
– Да, Толь? Какая еще авария? – Я крепче сжал трубку и поймал встревоженный взгляд Алины. – Точно не надо скорую? Да, я выезжаю!
– Что случилось?
– Толя с Артемом въехали в отбойник. На Пашкиной машине. Говорит, отделались легким испугом. Только «гелику» сильно досталось.
На лице Алины отразилось недоумение.
– Куда они вообще поехали посреди праздника?
Я бы тоже хотел это знать.
– Не узнаю Артема. – Я с досадой покосился на недоеденный кусок свадебного торта. – Творит какую-то дичь. Ладно, найду Пашу и поедем. Толя сказал, они уже вызвали прикормленных гаишников. Я постараюсь быстро. – Я поцеловал жену в щеку. – Не волнуйся. У нас ведь еще первая брачная ночь.
* * *– Оба бампера, правое крыло, подвеска, диски, обе левых двери, левое зеркало, – дрожащим голосом перечислял Левицкий, прыгая вокруг своей покореженной тачки. – Это же катастрофа! – присев на корточки, товарищ схватился за голову. – Я ее семь месяцев ждал…
– Паш, расслабься, – Артем протянул ему бутылку виски. Глаза брата горели недобрым огнем.
– Расслабиться? Темыч, ты серьезно? Какого черта вы поперлись в эту деревню?! От какого долбаного зверя уворачивались? КАК МОЖНО БЫЛО НЕ ЗАМЕТИТЬ ОТБОЙНИК?! – орал Левицкий, переводя разгневанный взгляд с Анатолия на Артема и обратно. – Толь, ты сидел за рулем? Может, объяснишь?!
– Да, я… – буркнул Толя, сверля Артема осуждающим взглядом. – Ну, олень выскочил.
– Олень сейчас стоит перед вами! – зло выплюнул Левицкий. – Что я бате-то скажу?! Новая тачка! Погуляли на свадьбе…
– Не впадай в истерику, Паш. Все расходы я беру на себя, – с отсутствующим видом сообщил Артем и присосался к бутылке. – А вот и гайцы. Я уже по телефону все порешал. Замнут по-тихому, тем более Толя трезвый.
– Да твою ж… – продолжал сокрушаться Павлик, вместе с Анатолием направляясь к работникам дорожной автоинспекции.
Подняв воротник повыше, я внимательно разглядывал своего старшего брата. Он был мрачнее тучи и смотрел на меня так, словно хотел превратить в горстку пепла.
Какого черта они с Толей сорвались посреди торжества и поехали в деревню с не самым поэтичным названием «Десны»? Что-то во всей этой истории не сходилось.
– А почему не на своей тачке? – тихо спросил я.
– У тебя вроде первая брачная ночь? Алина не заскучает?
– Не переживай, все супружеские долги я отдаю в срок. Еще и с процентами.
Едва сдерживая саркастичную улыбку, Артем поднес ладонь к лицу и костяшками почесал переносицу. Мой взгляд упал на свежий кровоподтек на его ладони. Присмотревшись, я заметил несколько царапин. А вот это уже любопытно. Кто это его так?
Я посмотрел на Левицкого, мирно беседующего с гаишниками, потом снова сосредоточился на Артеме, воспроизводя в голове события последних нескольких часов.
Брат пришел на праздник в компании очередной светской… львицы, не отлипал от нее весь вечер. А что делал Паша? Хм… До легендарного танца дикарей я за Левицким не следил. Не мог же он подкатить к девушке Артема? Нет, не мог. Они с Сашей танцевали танго и выглядели очень даже вдохновленными…
И тут меня накрыло озарение. Я не сдержал нервный смех.
– Не может быть…
– О чем ты, Кирилл?
– Она? Серьезно? – Я внимательно изучал его недовольное лицо.
– Я не умею читать мысли, – Артем нахмурился.
– Саша? – наконец прямо спросил я.
– Не неси бред! – сцепив челюсти, брат смотрел куда угодно, только не мне в глаза.
По его реакции я понял, что попал «в яблочко».
– Когда вы успели? Неужели закрутили, когда она работала у тебя официанткой? И сколько пробыли вместе?
Вот тихоня!
– Я не собираюсь обсуждать это с тобой.
– Значит, все-таки Александра, – негромко подытожил я.
– Шерлок Холмс, которого я заслужил, – ощерился брат. – Странно, что с такой развитой дедукцией ты до сих пор не получил Нобелевскую премию, – невесело хмыкнул он.
Мы сверлили друг друга взглядами.
– Чего пялишься? – сквозь зубы процедил Артем.
– Жду подробностей, – пожал я плечами как ни в чем не бывало.
– Кирюх, каких подробностей? С каких это пор я должен перед тобой отчитываться? – протянул сочащимся желчью голосом.
Я припомнил, как несколько дней назад этот мудак заставил меня носиться по Арбату с голой задницей, и почувствовал усиливающееся раздражение. В прошлый раз у него был флеш-рояль, теперь удача однозначно повернулась ко мне.
– Можешь не рассказывать, но, полагаю, Паше будет любопытно узнать, за что ты так с его обожаемым «геликом». Ведь это сделал ты, Артем. И даже не заливай мне про Толю.
От его взгляда стало не по себе. Этакий маньяк на минималках. Наверняка он мысленно уже со всех сторон «прожарил» меня, как отбивную с кровью. Однако я не собирался пасовать.
– Так что, позвать Пашу?
Артем резко покачал головой.
– Я помог Саше в одном деле. Взамен она согласилась скрасить мою поездку в Сочи. Вот и вся история, – прохрипел он каким-то не своим голосом.
– И?
– Что «и»? – брат состроил свирепую мину.
– Дальше-то что? Вернулись из Сочи…
– Я сказал ей, что все кончено.
На мгновение между нами воцарилась абсолютная тишина.
– Погоди, ты поимел дочку Сахарова, а потом просто послал ее? Так, что ли?
Судя по тому, как задергалась венка у него на шее, я был близок к истине.
Алина не раз упоминала, что у ее подружки не жизнь, а сплошные проблемы. После смерти Сахарова выяснилось, что мужик давно заложил дом и другое имущество в счет уплаты долгов, и Саша в прямом смысле осталась на улице. Мы помогли ей с арендой комнаты, в которой раньше жила Алина, оплатив на полгода вперед. А этот благодетель…
Получается, он бросил ее около месяца назад, а сегодня, зная, что Саша наверняка будет на празднике, приперся в компании другой бабы? Еще и тачку Левицкого разбил.
От полученной информации я начал заводиться.
– По-мужски разобраться было слабо? Действуешь, как Карабас-Барабас, исподтишка? Смотри сам себя не перехитри, Артем.
– Какие образные сравнения. Ты мультиков со своим сыном пересмотрел, Кирюх?
Я покачал головой.
– И ты мне еще говорил про какое-то неадекватное поведение? Может, тебе каникулы устроить? Отдохнешь в психушке. Подлечишься. Витаминчики попьешь.
– Поезжай домой, жена уже заждалась, – бросил он с привычной издевкой.
– Я-то поеду, только сперва хотел прояснить один момент: раз ты отказался от девчонки, зачем вставляешь Левицкому палки в колеса? Они классно смотрятся. Оба свободные. Помнишь, во время мальчишника на Арбате Паша сказал, что решил остепениться? Чем черт не шутит? Вдруг Саша – его судьба?
И тут мой «адекватный» братишка не выдержал – метнулся ко мне и схватил за грудки.
– Не лезь в это, каблук, – прохрипел он мне в лицо, судорожно раздувая ноздри.
– Как же ты достал с этим каблуком. – А теперь уже не выдержал я, первым съездив брату по морде.
И понеслось…
Как там говорят: какая свадьба без драки? Мы сцепились посреди узкой проселочной дороги деревни «Десны». Честно говоря, я прямо-таки наслаждался поводом наконец начистить его самодовольную рожу. Лучший подарок на свадьбу, потому что в последнее время Темыч вел себя просто невыносимо. Заслужил.
– Мужики-и! Да вы чего-о?! – раскудахтался над нами Левицкий. – Кир, а вдруг у него скрытые травмы после аварии?! Поосторожнее…
– Скрытые травмы у него в голове! Еще с роддома…
Я поймал предупреждающий взгляд Артема, который настоятельно рекомендовал мне не раскрывать истинную причину нашей потасовки. Подмигнув брату, я с размаху ударил его в живот.
POV Артем
Я инстинктивно почесал саднящую скулу – научил же драться на свою голову. Но этому мстителю недоделанному тоже нормально прилетело. Интересно, что сказала Алина, когда ее муженек заявился домой весь в грязи и с фингалом под глазом?