Сразу и навсегда! Уйти по-английски

ПРЕДИСЛОВИЕ

…Карие глаза встречаются примерно у 50% населения Земли.

Люди с карими глазами, отличаются импульсивностью, безудержной страстью, повышенной активностью. Они – лидеры. Они не терпят поражений и случаев, когда кто-то с ними не согласен: их мнение – единственно правильное, и никак иначе. Сексуальность, чувственность, обаяние – отличные дополнения к их личностным качествам.

Такие люди обладают природной красотой, отличаются умом, неугомонностью. Они не злопамятны, быстро прощают и забывают мелкие обиды. Карие глаза могут означать и некоторую ветреность: такие люди легко влюбляются, но столь же легко могут забыть объект своей любви.

Кареглазые леди необыкновенно быстро сходятся с людьми. Они общительны, не закомплексованы, уверены в себе «на тысячу процентов». Самооценка у них, в большинстве случаев, завышенная. Они этого, как правило, не замечают.

Кареглазые женщины неравнодушны к золоту, богатству, деньгам. Они хитры, умны, изворотливы, находчивы.

От грёз любви не отличим

Сочинение на тему «Как я провел лето»

Ради счастья, ради нашего, если мы хотим его…

Ох, и странные, эти русские! (продолжение рассказа «Кошка, которая гуляла сама по себе» из сборника «Зеленые глаза»)

И этим всё сказано

Сразу и навсегда!

Мой ангел смотрит на меня…

Уйти по-английски

От сердца к сердцу мост

Пришвартоваться в тихой гавани

Благодаря и вопреки

Перевоз Дуня держала…

От ненависти до любви и обратно

Свадебный хоровод Созвездий

Одним росчерком пера

Что обещает её лицо или Женя, Женечка и Катюша

Это он – мой Мужчина!

Сразу и навсегда!

…И гордый демон не отстанет,

Пока живу я, от меня.

И ум мой озарять он станет

Лучом чудесного огня;

Покажет образ совершенства

И, вдруг, отнимет навсегда.

И, дав предчувствия блаженства,

Не даст мне счастья никогда.

М.Ю.Лермонтов, из стихотворения «Мой демон»

Легко пригласить демона в гости, трудно заставить его уйти

Болгарская народная поговорка

1

– Ну, что, Пенка1 Атанасовна, как там наша новая сотрудница? Обживается на новом месте?

– Вы о Бояне2 Славчевой?.. Так она же отказалась от должности…

– Подождите, ничего не понимаю. Мы же в пятницу обо всём договорились… Что произошло?

– Я тоже ничего не понимаю. Она была заинтересована в работе, перед разговором с Вами уже и документы в отдел кадров принесла, но вдруг передумала. В понедельник позвонила и сообщила, что не выйдет на работу. И документы забрала. Может…

– Может что?

– Извините, может, что-то В ы ей сказали, что ей не понравилось?

– Я??? – искренне удивился Живко3, – Да я соловьём разливался. Вы что, меня не знаете?

Живчик, как за глаза называли своего директора строительной фирмы все его сотрудники, как старше, так и младше его, действительно, был обаяшкой и душкой, и ему совершенно не подходило именоваться по имени-отчеству Живко Натановичем. Но Пенка Атанасовна, как его заместитель, прекрасно понимала, что за, на первый взгляд, несерьёзной внешностью с прекрасной белозубой улыбкой и беспечными голубыми глазами, прячется серьёзный руководитель с железной деловой хваткой. Иначе как бы он добился успеха в такой непростой отрасли, как строительство? Многие его конкуренты не воспринимали Живко всерьёз, считая, что фирма процветает только благодаря его старшему брату – Дамьяну4 Натановичу, который возглавлял архитектурную фирму, и утверждали, что старший пристроил младшего для ширмы, а сам руководит и владеет огромным холдингом единолично. Но Пенка Атанасовна прекрасно была осведомлена о реальном положении вещей: братья взаимно дополняли друг друга. Суровость и нелюдимость старшего смягчалась открытостью и обаянием младшего. И ещё не известно чья заслуга в успехе их холдинга была больше – Дамьяна Натановича или Живчика.

– Знаю, – осторожно ответила Пенка Атанасовна. (Она не присутствовала при разговоре новой сотрудницы с Живко, уйдя сразу после представления Бояны Славчевой своему директору, но успела заметить, как потемнело её лицо, как только она зашла в кабинет к начальнику), – но, тем не менее, передумала она после разговора с Вами.

– Это просто какое-то недоразумение. Или за выходные ей успели предложить более выгодные условия.

– Может быть, и предложили.

– Вот ведь досада! Кандидатов пруд-пруди, а достойного специалиста нашли с таким трудом… А у Вас остались какие-нибудь её координаты? Может, вызвать ещё раз её на разговор?

– Кажется, в отделе кадров успели сделать копии её документов

Через секретаря вызвать на разговор Бояну Славчеву не получилось. Она наотрез отказалась приходить на фирму и заявила, что решение её твёрдое и окончательное, и нет никакого смысла тратить время друг друга на бессмысленные разговоры. Живко был в недоумении. Обычно из его кабинета женщины выходили окрылёнными и готовыми совершать трудовые подвиги. Живко считал, и не без основания, что небольшая влюблённость женской части персонала его фирмы, которая составляла львиную долю от всех её сотрудников, очень помогает успешной её работе, и пользовался своим обаянием направо и налево, правда, никогда не опускаясь до интрижек со своими сотрудницами. И первый в его жизни облом очень его заинтриговал, с одной стороны, а с другой, действительно, расстроил – грамотные ведущие инженеры на дороге не валяются, даже в период, когда предложения превалируют над спросом. А потому он решил во чтобы то ни стало встретиться с Бояной и выяснить – в чём дело?

1 – в переводе – скала, камень

2 – в переводе – сражающаяся

3 – в переводе – живой, живчик

4 – в переводе – приручающий, подчиняющий

2

Бояна рассеянно ковыряла вилкой в салате, практически не слушая трели сидевшего напротив неё Живко, и уныло думала о том, что придётся говорить с ним грубо и прямо, что совершенно не отвечало её характеру, но по-другому, видимо, от него не отделаешься. Он так назойливо докучал ей своими предложениями о разговоре, что она решила, наконец, согласиться, чтобы отделаться от него раз и навсегда. А жаль! Работа в Архитектурно-строительном холдинге «Глиптия»5 устраивала её со всех точек зрения, а особенно – зарплаты, но вот с начальником не повезло. Бояна не собиралась второй раз наступать на одни и те же грабли… Да нет, если признаться себе честно, то дважды она уже наступила, так что это будет третий раз.

Первым был её муж – такой же обаятельный, улыбчивый… У Бояны больно сжалось сердце: муж погиб два года назад, но рана до сих пор так и не затянулась. Она с головой ушла в работу, чтобы опять не впасть в депрессию, из которой с трудом выкарабкивалась целый год после его ухода…

Вторым был её предыдущий начальник, прекрасно осознававший, какое впечатление он производит на женщин, и вовсю этим пользовавшийся. И всё бы ничего, в конце концов, Бояна не была молоденькой глупенькой девочкой, наивно поверившей в любовь неисправимого ловеласа, но его презрительные слова: «Так смешно смотреть в её влюблённые глаза! Такая страшненькая! И как она на себя в зеркало смотрит?», больно ранили её душу. И она больше не хотела подвергать себя подобному унижению.

Жаль, что директор «Глиптии» оказался из того же теста. Вон, с какой завистью смотрят на неё женщины за соседними столиками. С завистью и недоумением: и что нашёл такой симпатяга в женщине с уродливым шрамом через всё лицо?

– Послушайте!, – решилась, наконец, прервать поток красноречия Живко Бояна, – Дело не в размере зарплаты, графике работы или социальном пакете. Здесь меня всё устраивает. И работа мне нужна. Очень! Дело в Вас. И это уже не изменить никаким макаром.

– Во мне? Так это вообще не препятствие! Скажите, что мне нужно сделать, и я всё сделаю!

– Живко Натанович!..

– Называйте меня просто Живко, – заулыбался Живко, решивший, что раз уж дело только в нём, то проблем не будет, и на автомате выпустил просто осязаемое облако обаяния на свою визави.

– Живко Натанович! – с нажимом повторила Бояна, – Я терпеть не могу таких смазливых мужчин, как Вы, тем более в качестве своего начальника. Очень уж я на них падкая. И глазом моргнуть не успеваю, как влюбляюсь.

Живко растерялся от такого странного признания и совершенно не понимал, как на него реагировать. Бояна даже развеселилась, глядя на его обескураженное лицо.

– Знаете, сердце некрасивой женщины болит точно также как и сердце красавицы, только чаще. Так что лучше я его поберегу.

– Что Вы такое говорите! Вы же умная женщина! – засопротивлялся Живко.

Он искренне не понимал, почему Бояна считает себя некрасивой? Из-за шрама на правой щеке? Какие глупости! Тонкая белая полоса тянулась от лба, перерезая красивое коромысло брови пополам, по всей щеке и совершенно не портило девушку. Наоборот, хотелось нежно погладить эту извилистую змейку и даже прикоснуться к ней губами. Живко вообще заметил шрам только в ресторане, куда уговорил прийти Бояну для разговора, а в своём кабинете обратил внимание только на её огромные карие глаза, которые сейчас смотрели на него с нескрываемой насмешкой:

– Ну, конечно! Некрасивой женщине обязательно надо быть либо умной, либо супер-талантливой! Иначе вообще дело – швах! Хоть в петлю лезь! Так что давайте закончим этот бессмысленный разговор и разойдёмся в разные стороны.

– Погодите! – остановил, уже было приподнявшуюся со стула девушку, Живко. У него в голове мелькнула интересная идея, но он не мог её озвучить до конца, не переговорив предварительно с братом, – Если не брать в расчёт меня, остальные условия Вас устраивают? Вам нужна эта работа?

Ещё бы ей не нужна была работа! Кредит за машину и кучу долгов мужа Бояна уже почти выплатила, но ещё оставался самый большой кредит, висевший над ней, как дамоклов меч – за квартиру. С последней своей работы она ушла скоропалительно, в порыве эмоций, и очень быстро об этом пожалела. Возвращаться не хотела, хотя бывший начальник и звал её вернуться, но смотреть в его с лживым сочувствием глаза сил не было.

– Да, нужна! И условия меня все устраивают.

– Не могу Вам ничего обещать на сто процентов, но, кажется, я смогу предложить Вам работу, где Вы не будете лицезреть мою «смазливую» физиономию.

Теперь пришёл черёд смущаться Бояне, а Живко смотреть на неё с лукавой усмешкой.

– Вы вовсе не обязаны обеспечивать меня работой. Я и сама справлюсь. Не надо заниматься благотворительностью.

– Никакой благотворительности! Я просто не хочу упускать хорошего специалиста!

– И откуда же Вы знаете, что я хороший специалист? Неужели, из нашего странного разговора следует такой вывод? – подозрительно уставилась на Живко Бояна, чем ужасно напомнила ему его старшего брата.

– Нет, конечно! Но я абсолютно доверяю чутью своего зама.

Бояне очень понравилась Пенка Атанасовна, вот под чьим началом она бы с удовольствием поработала.

– И что же она обо мне такого сказала?

И дальше их разговор покатился по вполне дружескому руслу. Бояна и сама не заметила, как расслабилась, и спрятала свои иголки. А самое главное – перестала воспринимать Живко, как потенциальную угрозу. Этот вечер оставил в её душе теплоту и надежду на скорый выход на работу. И она абсолютно не заметила, что в конце они с Живко поменялись местами: теперь уже он попал под её очарование. Он тоже испытывал похожие чувства. Только теплота была с лёгким флёром влюблённости. А надежду Живко питал на то, что если он уговорит брата махнуться ведущими инженерами: он ему – Бояну, а Дамьян ему – Стояна, то они, таким образом, хоть изредка, но будут видеться. А там… Там будет видно. Может, со временем, Бояна поймёт, что у него есть не только «смазливая» мордашка. Очень уж его задела презрительная насмешка, прозвучавшая в её словах…

5 – фирма названа именем музы – покровительницы живописи, зодчества и ювелирного искусства

3

Дамьян сопротивлялся целую неделю, но Живко с Пенкой Атанасовной всё-таки его уломали. И тут сыграли роль не только обаяние младшего брата и уважение к классному специалисту и просто мудрой женщине, но и желание самого Стояна сменить архитектурную стезю на строительную. И Дамьян Натанович согласился, хотя и остался зол, как чёрт. Как тысяча чертей! Он вообще недолюбливал женщин. Да в его фирме их почти и не было. Была б его воля, он бы и секретарём взял парня. Свою секретаршу Цветанку6 застращал так, что она сидела тихо, как мышка, научилась быть почти невидимкой. А вот с ведущим инженером придётся общаться много, и это раздражало.

Бояне всё понравилось на новой фирме. Работа была интересной, новой. Но это её не страшило. Она любила учиться, а, поскольку специализация была смежной, то трудностей не возникало. Коллектив был в основном мужской. И хотя появление новой молодой женщины вызвал волну флирта среди мужского населения, но она быстро схлынула, поскольку Бояна держала себя дружелюбно, но без женского кокетства. И специалистом себя быстро зарекомендовала хорошим, так что ситуация устаканилась и вошла в обычную рабочую колею уже через месяц.

Проблемы с Дамьяном Натановичем начались примерно через три месяца после начала работы Бояны на новом месте. На очередном совещании, где они обсуждали сложности, возникшие с текущим архитектурным проектом, Бояне в голову пришла оригинальная идея, позволяющая неожиданно и элегантно решить трудную задачку. Они не успели даже приступить к обсуждению её идеи, поскольку начальник прервал Бояну на полуслове, сказав с нескрываемой издёвкой:

– Вы что, уже вообразили себя великим специалистом в архитектуре? У Вас же строительное образование, насколько я знаю?

– Строительное, – постаралась как можно спокойнее ответить Бояна, – И именно с точки зрения практики…

– Ах, вот как, оказывается, – перебил её Дамьян Натанович, – Ну, конечно, практик-строитель гораздо круче теоретика-архитектора. А я и не знал…

Бояна уже было открыла рот возразить на эту несправедливую тираду, но на её руку под столом успокаивающе легла рука ведущего архитектора Тодора7 Радковича, который еле слышно шепнул ей на ухо: «Лучше промолчать». И она заткнулась. Начальник ещё некоторое время зло позыркал на неё из-под насупленных бровей и вскоре закрыл совещание.

– Ну, что? С боевым крещением тебя! – весело поприветствовал Бояну зашедший после совещания к ней в кабинет ведущий архитектор.

– Я не поняла, Тодор Радкович, что это было?

– Привыкай, деточка! (Тодор Радкович, как самый пожилой и уважаемый сотрудник фирмы, всех немногочисленных женщин-сотрудниц называл «деточками». И никто на него не обижался, поскольку никакой издёвки в его словах не было, а только отеческая теплота). У Шаха сегодня плохое настроение.

«А ведь и действительно, Шах, – подумала Бояна, – точно назвали!» Густые усы сливаются с кудрявой бородой. Из-за вечно нахмуренных бровей не разобрать даже цвет глаз. Не терпящий возражений деспот и самодур. Шах, да и только!

– Я что, действительно, предложила полную ерунду?

– Вовсе нет! Давай вместе поработаем?

Позже, когда идея Бояны реализовалась на бумаге, и Тодор Радкович утверждал изменения в проекте у Дамьяна Натановича, ведущий архитектор не преминул заметить, что это оригинальное решение предложила Бояна, на что начальник предпочёл никак не отреагировать.

Тодор Радкович и Бояна с тех пор сдружились, и часто решали проблемы в тандеме. А на совещаниях Бояна старалась помалкивать. Но грозный начальник умудрился съязвить и на её молчание:

– А что же это молчит наша всезнайка? Идеи закончились? (Его уже, честно говоря, достали до печёнок постоянные восхваления «умницы-девочки» со стороны Тодора Радковича, которого он ценил и уважал, а потому, возражать не смел, только недовольно хмыкал)

– Почему же закончились?

– Так поделитесь, будьте так добры! А то под Вами стул от нетерпения уже дымится.

Бояна еле сдерживалась, излагая своё предложение, а Дамьян Натанович только презрительно ухмылялся. Тодор Радкович еле успокоил девушку после совещания – дослушал до конца, позволил обсудить и даже принял – это ли не прогресс? Ну, а то, что ведёт себя, как неандерталец, так это издержки воспитания.

Но Бояна решила, что хватит ей уже вести себя безропотно. Сколько можно это терпеть? В конце концов, она себя не на помойке нашла. Начальник, даже когда молчал, умудрялся делать такое выражение лица, что у Бояны было долго кисло во рту после каждого общения с ним. И она пошла поговорить с ним по душам, чинно записавшись на приём у секретаря Цветанки.

Дамьян Натанович очень удивился, когда к нему в кабинет зашла «по доброй воле» Бояна. Но человеческая эмоция слишком быстро промелькнула на его лице, сменившись каменным сарказмом:

– Чему обязан?

– Дамьян Натанович, Вы не довольны моей работой?

Начальник ничего не ответил, неопределённо передёрнув плечами. Бояна подождала немного, и так и не дождавшись ответа, продолжила:

– Я не понимаю, почему Вы в штыки принимаете любое моё предложение. Я же стараюсь для общего блага.

– Значит, мы Вам обязаны своим благополучием?

– Вы всё передёргиваете, – начала терять терпение Бояна.

– Общие слова, – отмахнулся от девушки начальник. – Вы тратите моё время на пустую болтовню. Когда будет конкретный вопрос – приходите. Вы свободны.

«Какие же они разные, – размышляла Бояна, после того, как возмущение от разговора с начальником отклокотало в её душе, – открытый, дружелюбный, улыбчивый дамский угодник Живко и неотёсанный дикарь Шах. Не знала бы, что родные братья – ни за что бы не поверила!»

6 – в переводе – нежный цветок

7 – в переводе – подарок бога

4

Вообще-то, зная характер брата, Живко рассчитывал, что Бояна будет ему жаловаться на него, и через какое-то время сама захочет сменить место работы. И он, конечно, с радостью возьмёт её на работу к себе. А вместо этого Живко приходилось выслушивать возмущённое ворчание брата:

– Подумаешь, назвал её на «ты»! Так возмутилась, как будто я её оскорбил! Пригрозила, что и ко мне на «ты» будет обращаться!

– Так уж и пригрозила? – засомневался Живко.

– Влетела в кабинет, как ведьма на помеле. Глаза сверкают, из-под рук искры сыпятся.

(Насчёт ведьмы Дамьян Натанович, конечно, сильно преувеличил. А вот глаза у Бояны, действительно, возмущённо засверкали, когда она услышала в ответ на вежливую просьбу очередной язвительный ответ. И, хотя он был вполне ожидаем, всё равно рассердилась, больше, правда, на себя, чем на невоспитанного начальника, – не думала же она, в самом деле, что сможет перевоспитать его своими словами? А, когда уходила, действительно, её от металлической ручки двери током ударило.)

– И что, осуществила свою угрозу?

– Пока нет. Старается больше помалкивать, и то – хорошо. А фразы строит так, что ни на «ты», ни на «Вы», обезличено получается, – с какой-то даже гордостью ответил Дамьян.

Живко внимательно посмотрел на довольное лицо брата, совершенно не соответствующее своим выражением произносимым словам, и задумался: уже давно Дамьян так много внимания не уделял женщине. Со времени измены невесты он замкнулся в себе, вычеркнул, кажется, всех женщин из своей жизни, перестал за собой следить, а ведь раньше они смотрелись с братом почти как близнецы. Дамьян был только чуточку серьёзнее, просто в силу возраста (он был старше Живко на четыре года) и из-за этого выглядел в глазах женщин более харизматично и брутально. А вот в женщинах разбирался гораздо хуже младшего брата. Из всех женщин, что пачками вешались к нему на шею, выбрал Эмилию, и не поверил предостережениям Живко, даже обиделся на него за любимую. Тем больнее ему было, когда младший брат оказался прав…

Окончательно Живко уверился, что Дамьян не равнодушен к Бояне, под Новый год. На традиционном в конце года собрании ведущих специалистов фирмы, подводя итоги, Дамьян Натанович для всех сотрудников нашёл, пусть и скупые, но слова благодарности, кроме Бояны. Про неё сказал, что не доволен работой ведущего инженера. Бояне было очень обидно слышать эти несправедливые слова. На собрании воцарилась гнетущая тишина, все не знали, куда деть глаза. Бояне хотелось вскочить и уйти, хлопнув дверью, но её удержал Тодор Радкович, как и всегда в подобных случаях, успокаивающе положив руку на её плечо, и единственный из всех с укоризной посмотрел прямо в глаза начальника. Дамьян Натанович даже немного смутился и скомкано закончил свою речь.

– Даже не пришла выяснить, чем конкретно я не доволен! – делился с братом возмущением Дамьян.

– А тебе не кажется, что на этот раз ты перегнул палку?

– Ничего, за каникулы всё перетопчется, – ответил Дамьян, но выглядел при этом огорчённым.

Живко так и не понял, то ли он, действительно, осознал, что был не справедлив к сотруднице, то ли переживал, что не удалось лишний раз увидеться и поговорить с Бояной перед праздником. А Бояна решила, что этот хамский поступок начальника является последней каплей. Как ни успокаивали её Тодор Радкович и другие сотрудники, и даже тихоня Цветанка, девушка твёрдо решила заняться поиском нового места работы сразу после приезда с зимних каникул. А ещё дала себе слово, что ни за что не позволит обиде испортить себе долгожданную поездку в Лез-Арк2.

Совершенно отрешиться сначала не удалось, хотя стояла чудесная солнечная погода и было тепло. Чистейший воздух, белейший снег, мягкая лыжня, величественные горы, красивые извилистые трассы, ледяной грот со сказочными снежными скульптурами, вечернее веселье в многочисленных барах, милые альпийские магазинчики – что ещё нужно, чтобы забыть обо всём на свете? Но только когда Бояна придумала, как посмеяться над начальником напоследок, её отпустило. А там – будь, что будет! Она уволится, даже если не сразу найдёт работу.

Ситуация в строительстве резко изменилась за последнее время, София утвердила множество проектов по благоустройству города, и Бояне уже несколько раз звонили с предложением прийти на собеседование те фирмы, в которые она безуспешно обращалась девять месяцев назад. Зарплата, правда, уступала той, которую она получала в «Глиптии», и поэтому Бояна не торопилась принимать эти предложения, но начальник перешёл все мыслимые и немыслимые границы, и теперь деньги отошли на второй план. Пусть она даже не закроет кредит за квартиру так быстро, как планировала, но без работы точно не останется – это главное, а значит, и с остальными проблемами справится.

2 – горнолыжный курорт во Франции с огромным количеством трасс различной сложности и системой подъёмников, позволяющих кататься целый день, не спускаясь к подножию гор.

5

Первое же рабочее совещание после выхода Бояны на работу началось для неё с язвительного вопроса Дамьяна Натановича – не устала ли она ещё отдыхать? (Отпуск Бояны продлился на неделю дольше зимних выходных, но он ведь сам её отпустил в него, не так ли?) Но девушку это уже не задело. Она широко улыбнулась и дерзко ответила, что совершенно не устала. Начальник аж поперхнулся, все собравшиеся спешно спрятали смешинки в глазах, а Тодор Радкович одобрительно сжал локоть Бояны и прошептал: «Молодец! Так держать!» «То ли ещё будет!», – весело подумала Бояна.

В пятницу предстояло поздравлять «любимого» начальника с днём рождения, а потом он уезжал в командировку. Лучших обстоятельств, чтобы осуществить задуманное и тихо уволиться, просто придумать не возможно!

Бояна уговорила Цветанку перенести поздравления сотрудников на вторую половину дня и отловила момент, когда в кабинет зашли ещё и представители сторонних фирм, и только потом провела туда и продвинула в первые ряды прямо напротив принимающего поздравления Дамьяна Натановича… точную его копию. Те же борода и усы, тот же рост и цвет волос, такой же костюм и галстук (вот для чего Бояне нужно было время!). Двойник ничего особенного не делал. Просто точно копировал все движения своего визави как отражение в зеркале. Даже рот успевал открывать синхронно Дамьяну Натановичу.