Измена. Вернуть жену

Такие люди продавливают, ломают и подчиняют.

А я его когда-то еще и любила…

Глупая.

Как можно любить такой кусок ледяной глыбы?!

Жмет на газ, разворачивает автомобиль резко, и я понимаю, что машина двигается, при этом отдаляется от здания моего офиса.

Оглядываюсь по сторонам и взвизгиваю:

– Куда ты меня везешь?!

Молчит, лишь прибавляет газу, а я замечаю в боковых зеркалах, что за нами еще пара машин сопровождения.

– Игнат. Ты отдаляешься от офиса! – опять повышаю голос.

– У нас был уговор, – выговаривает жестко, – ты сегодня показала, что лакомый кусочек для моих врагов…

– Каких врагов?! Что за бред?! Куда ты меня везешь?! – спрашиваю с нажимом.

Бросаю внимательный взгляд на резкий профиль Игната. Вновь лицо – маска. Ничего не понять.

Уже не жду ответа, как внезапно меня оглушает:

– Я везу тебя в особняк, Юля, – отвечает лаконично, а затем добивает меня внезапным: – Будешь жить со мной.

– Что?! – вскрикиваю, хватаюсь за переднюю панель, потому что в этот момент Игнат входит в резкий поворот.

– А ты как думала?! – спрашивает и бросает на меня взгляд. – Ты моя жена, а значит, живем мы вместе, в одном доме.

Меня на мгновение на смех разносит, и я бросаю весело:

– Я надеюсь, спать мы не в одной спальне будем?!

Мой вопрос повисает в воздухе, и, как это ни странно, но Юсупов на него ничего не отвечает.

– Я не могу ехать в твой чертов дом! – наконец спустя минуту молчания произношу я. – Я Морковкина оставить не могу!

Машину слегка заносит на этих словах, и Игнат вновь смотрит на меня, буквально взглядом стреляет, прибивает к месту.

– Какой еще Морковкин?! – спрашивает так грозно, что я на мгновение начинаю бояться за своего пушистика.

– Дома у меня живет. Так что разворачивайся, и едем ко мне.

– У тебя дома никто не живет, – отвечает Игнат, и на мгновение в его словах проскальзывает сомнение, а я не спешу развеять его сомнения, получаю какое-то странное удовольствие от звенящей натянутости между нами. И мне кажется, что Юсупов бесится, а я лишь подливаю масла в огонь.

– Кто это такой, и почему ты к нему по фамилии обращаешься?

– Возвращайся. Мне нужно понять, как быть дальше, и решить все с Морковкиным…

Прикрывает на мгновение веки, опять резко выкручивает руль и разворачивается. Мы мчимся в сторону моего дома, а я наблюдаю за тем, как массивные руки мужчины впиваются в руль, как длинные пальцы сжимают его так, будто с корнем вырвать хотят, подмечаю ободок дорогущих часов на запястье, которые слегка выглядывают из-под белоснежного манжета.

Пока едем до моего дома, я уже понимаю, что все куда серьезнее, чем мне представлялось. Юсупов на полном серьезе вновь сделал меня своей женой. Раз уж решил, что мы вместе должны жить, значит, я вновь становлюсь женой напоказ. Интересно, как он будет решать вопрос с людьми, ведь на нашей свадьбе было полно друзей Игната, таких же миллиардеров, и если на бумаге такой, как он, может все стереть и написать заново, то… что делать с памятью людей?!

Хотя… Я более чем уверенна, что при встрече все будут делать вид, что страдают амнезией и что мы с Игнатом и не разводились…

И все же муж не говорит, зачем я ему понадобилась, но стремительно выстраивает необходимую для себя линию поведения.

Машина останавливается во дворе, Юсупов разблокирует двери, и я выскальзываю наружу.

– Жди здесь, я соберусь.

Выговариваю скороговоркой, но мужчина лишь ухмыляется и выходит из машины следом, идет за мной.

– Я что-то никакого сожителя у тебя вчера не заметил, – выговаривает рублено, слова бросает, как дротики, и мне как-то уже жалко становится несчастного Морковку.

Качаю головой, игнорирую слова бывшего-нынешнего мужа и иду в подъезд. Поднимаюсь по лестнице, и внезапно нога соскальзывает, не замечаю какую-то бутылку, которую, видимо, бросила то ли шпана, то ли местные алкоголики.

Меня ведет, и я чуть не падаю, вскрикиваю и лечу назад, кажется, что сейчас меня расплющит на этой лестничной площадке, но сильная рука оплетает меня за талию, придерживает, и я оказываюсь в руках Игната.

Замираю, дышу тяжело, сердце колотится в груди со страшной силой, а я цепляюсь за лацканы пиджака мужчины. Не знаю, как так получилось, что я оказываюсь лицом к лицу с мужчиной и ощущаю его ментоловое дыхание на своих губах. Я рассматриваю его сорочку без галстука, расстегнутые пуговицы и боюсь поднять глаза, потому что уверена, что в эту секунду утону в его пронзительных глазах.

В его взгляде, который уже однажды выпотрошил мне всю душу…

Наваждение длится мгновение, но и его хватает, чтобы окунуться в какой-то водоворот из запретных чувств, чувств, которые уже давным-давно должны были умереть в моей душе, но…

Полумрак чертового подъезда, свежий запах мужчины с примесью цитруса и чего-то забытого действует на воспаленное сознание, и я по какой-то непонятной причине поднимаю глаза, и меня простреливает, когда встречаюсь взглядом с золотистыми омутами…

Что-то проскальзывает в этих глазах, что-то алчное, больное, отчаянное, но стоит мужчине моргнуть, как все исчезает…

Появляется привычный взгляд миллиардера с легким прищуром и смешинками, которые оставляют впечатление, что олигарх на всех смотрит свысока.

– Осторожнее, Юлия…

Растягивает мое имя, будто пробует его на вкус, и носком своей дорогостоящей обуви сметает в сторону бутылку, о которую я чуть не расшиблась, …

Так странно, что Игнат меня не отпускает, прижимает к груди, и я нахожу в себе силы, выставляю ладони вперед и начинаю отталкивать мужчину, тот спустя долгое мгновение поддается, освобождает меня от своей хватки. Но руки с моего локтя больше не убирает, словно демонстрирует готовность поймать меня, если я вновь навернусь.

А я… я не могу понять, почему человек, которого я ненавижу, которого никогда не прощу… так будоражит мои чувства…

Быстро открываю дверь, и Игнат ступает за мной, след в след, присматривается к квартире, а я принимаюсь собирать вещи.

Игнорирую миллиардера.

– Здесь нет никого, – поясняет Юсупов и пытается приземлиться в кресло, жуткий визг, и Игнат подпрыгивает, а Морковка принимается грозно шипеть на пришлого, который посмел посягнуть на излюбленное кресло моего питомца.

Кажется, Юсупов только что заимел еще одного врага. И это хорошо. Морковкин у меня хоть и маленький, но характер уже видно.

– Это что такое? – спрашивает Игнат.

– Мой кот…

Игнат явно оценивает оранжевый окрас зверя и больше никаких вопросов не задает. Я же скидываю вещи в чемодан, беру переноску и собираюсь, больше не пререкаясь.

Понимаю, что шанса отвертеться у меня нет. Реальность настигает стремительно. Заметив, что я закончила и выкатила чемодан, Юсупов молча подходит и поднимает его, будто тот ничего не весит, я беру Морковкина, который бьет хвостиком, явно демонстрируя, что ему не нравится то, что происходит.

– Мне тоже, дружок, – выдыхаю, и мы выходим на улицу, где Игнат не идет к своему внедорожнику, а открывает дверь машины, которую он подарил мне, и ставит чемодан в багажник.

Разворачивается и смотрит на меня в упор.

– Я не…

– Если хочешь сказать, что не примешь эту тачку – хорошо, будет другая. Могу позвать водителя. Садись на заднее сиденье со своим рыжим дружком.

Игнат сверлит меня нечитаемым взглядом, и я протягиваю руку.

– Отдай ключи. Мне поводыри с няньками не нужны.

Кивает.

– Я рад, что ты буквально схватываешь на лету, – выговаривает четко, – в машине встроена система GPS, так что нажимай на панель и выбирай “Дом”, навигатор довезет тебя до ворот…

От этой речи Юсупова у меня чуть лоток с котиком из рук не падает.

– То есть ты изначально все решил?!

– Разумеется. Как и сказал, выбора у тебя нет. Ты моя жена. Жить будешь в моем доме…

– И для всех мы будем играть счастливую пару, которая столько лет вместе?!

Намеренно иронизирую, но мой бывший-нынешний муж непреклонен.

– Именно так. Ты моя жена. Развода не было.

Смотрит на часы. Морщится.

– Поезжай домой, как раз дизайном и обустройством займешься…

– То есть ты хочешь, чтобы я именно дизайном этого дома занималась?!

– Да. Я его недавно приобрел, и мне интерьер не нравится. Так что это именно тот дом, которым ты будешь заниматься.

– Юсупов, тебе лечиться надо! – выдыхаю зло, а он улыбается.

– Неужели думаешь, что я действую без определенной стратегии? В общем. У меня запланирована важная встреча, куда я уже опаздываю…

Эти слова колют страшной силой. Хочется спросить, а не на встречу ли с воровкой Константиновской он опаздывает, но я закусываю губу, чтобы вдруг Юсупову не показалось, что я ревную своего бывшего к его любовнице.

На сердце разливается кислота, и я сжимаю ключи, которые секундой ранее мне передал Юсупов.

– Тебя никто не держит, и не стоило из-за меня нарушать свой драгоценный график, отодвигать важные встречи!

– Я бы этого не делал, если бы одна нерадивая девчонка не решила подставиться, сбежав от охраны!

– Юсупов, я без тебя жила обычной человеческой жизнью! И мне не нужно было беспокоиться по поводу охраны!

– Вот именно. До меня. Сейчас ты со мной, а значит, все меняется. До того момента, как ты вновь стала Юсуповой, опасности не было. Но сейчас… Большие деньги – опасные игры…

– Еще бы. Завещания всяких чокнутых родственников… Что опять дедушка с того света приказал что-то?!

– Юля. Ты не в той весовой категории, чтобы воевать со мной. Так что. Остановись, – практически рычит и переводит тему. – Итак, решай, тебя везет мой водитель, или сама за руль сядешь?! Хотя… я не видел тебя в деле, так что будет лучше, если за руль сядет водитель!

– Как бы не так! – рявкаю в ответ и разворачиваюсь, бережно помещаю переноску на сиденье, и сама сажусь за руль, но захлопнуть дверь мне не дают. Рука Игната останавливает, и я вскидываю вопросительный взгляд на мужа.

– Буду к ужину.

– О как. Мне, как трепетной жене, запечь твою любимую рыбу и ждать тебя в пеньюаре?!

Язвлю. Бесит. Так и подмывает поцапаться. Игнат же окидывает меня внимательным взглядом, от которого жар обдает все тело, и выговаривает четко, с расстановкой:

– Да. Раз уж у нас воссоединение семьи, пускай и ужин будет торжественным…

Захлопываю дверь. Вдавливаю педаль газа и матерюсь про себя, в мечтах красочно рисуя свое возмездие наглому олигарху. То пургена в мыслях добавляю к рыбке в качестве соуса, чтобы заставить Игната мучиться, то, вообще, мышьяк.

– Ну что, Морковкин, будем воевать? – спрашиваю своего котейку, который лениво игнорирует мой вопрос, лишь на мгновение бросив на меня внимательный взгляд.