Пространство научно-инновационного процесса
- -
- 100%
- +
Базовой структурой фундаментальной науки, по нашему мнению, остается – Российская академия наук.
Ей нет пока равных в проведении фундаментальных исследований в области естественных наук. Институтам и ученым необходимо существенно прибавить в придании теоретическим исследованиям инновационного импульса по созданию принципиально новых технологий. Институты академии наук и их инновационные подразделения только в определенной части могут производить непосредственно инновации, имея ограниченные финансовые и материальные средства, необходимые для выполнения данной цели: в их составе слишком мало сильных опытных предприятий, да и экспериментальная база явно не предусматривает мощностей для отработки образцов новых изделий и технологий, нет в составе академии в достаточной мере соответствующего кадрового потенциала. Инновационные предложения академии, как правило, далеки до инновации и требуют существенной дорогостоящей доработки в прикладных институтах и затем в производственных условиях.
Институты Российской академии наук могут сосредоточится на фундаментальных базовых и практически ориентированных исследованиях, функции духовного производства и культурного феномена, формирования естественнонаучного мировоззрения общества (в этом направлении мало что делается), тем самым укрепляя имидж науки и академии.
Одной из реальных альтернативных структур по выполнению фундаментальных исследований и разработке прорывных технологий «заявлено» создание инновационного города «Сколково».
Проект предусматривл работу с отдельными перспективными в научном и инновационном отношении коллективами ученых, минуя формальную организационную структуру. Наиболее эффективные коллективы как бы изымаются из институтов. Происходит достаточно объективное расслоение института на успешных ученых и не очень успешных. Это может привести и к сокращению числа институтов РАН, переводу части из них в ряд НИЦ, части – на рыночные рельсы.
Представляется целесообразным такого рода инновационные города или зоны разного масштаба создавать в регионах с сильными инновационными традициями, в т.ч. на базе наукоградов. При этом необходимо обеспечить их равноправное существование с проектом «Сколково», в т.ч. в отношении условий функционирования и льгот.
Вне академии успешно действуют в широком спектре прорывных технологий национальные исследовательские центры, как например, «Курчатовский институт».
Наряду с этим, оснащаются кадрами и научным оборудованием национальные исследовательские университеты – безусловно перспективная форма создания прорывных продуктов. Со временем необходимо в существенной степени усилить технологическую и инновационную функцию университетов и вузов путем развития научно-образовательных центров (их уже свыше 1200) и создания малых инновационных предприятий, а также расширить и укрепить их связи с государственными научными центрами и корпоративными научными институтами.
Тенденции их развития способствует практически неизменная в течение ряда лет структура бюджетного финансирования науки: минимальный рост расходов на фундаментальные исследования и значительно более существенный – на прикладные исследования, увеличенный рост расходов ведущим университетам по сравнению с Российской академией наук.
Продвижению по своему прорывных с точки зрения формирования нового рынка продуктов и технологий инновационных бизнес-проектов, хотя и не столь крупных, будет способствовать Агентство стратегических инициатив.
В перспективе вместе новые научные структуры, действующие слаженно, могут, по нашему мнению – на основании анализа и обобщения опыта их формирования и функционирования, создать полноценную научно-инновационную систему. Такого рода преобразования научно-инновационной сферы с более четким разделением функций придадут новый импульс процессу интеграции научного и образовательного процесса, а значит и интеграции ученых академических институтов и университетов, их взаимодействию с научно-техническими подразделениями корпораций и предприятий.
Таким образом, созвездие этапов научно-инновационного процесса с новыми структурами с взаимозаменяемыми функциями и взаимодействием, с развитием новых инструментов может стать в перспективе – «живой» развивающейся системой.
Целостный подход к формированию инновационного типа развития представляет инновационная стратегия страны и регионов, конкретизирующая в качестве экономического института инновационную политику, согласованную всеми субъектами научно-инновационного процесса.
В ней определяются все направления стратегии. Кроме того, она включает совокупность прорывных и других проектов, реализующих стратегии, а также организационно-экономический механизм их выявления и продвижения, поэтапное содержание технологических приоритетов, преобразование инструментов и структур научно-инновационной деятельности.
В настоящее время производственная база для инновационной индустриализации, т.е. с опорой на собственные радикальные технологические инновации, исследования и разработки или освоение новой технологии, достаточно узка и составляет примерно 50% инновационных предприятий или около 5% от всей совокупности промышленных компаний в России (подсчитано по: 10).
Становится очевидным, что научно-инновационному процессу необходим в равной мере рост потенциала принципиально новых практически ориентированных идей фундаментальных исследований и инновационного потенциала производства для создания прорывных технологий в качестве важного звена перехода к новому технологическому укладу.
Предлагаемая конфигурация формирования институциональной среды создания прорывных технологий позволит быстрее достичь характеристик инновационной экономики и успешнее осуществить ее построение.
2.5.Академия, которую мы теряем.
Существующее организационное строение научно-инновационной сферы не соответствует, по нашему мнению, в должной мере возросшим требованиям постиндустриальной эры. Оно имеет целый ряд следующих критичных по отношению к фундаментальной науке и созданию прорывных технологий объективно обусловленных недостатков.
1. Невостребованность науки со стороны общества и экономики, что выражается в первую очередь в многократно отмечаемой учеными существенной недостаточности бюджетного финансирования фундаментальной науки, в т.ч. государственных академий наук, несоразмерно малого государственной задаче по созданию потенциала прорывных технологий.
2. Организационное размежевание научной и образовательной деятельности по разным государственным (и негосударственным) структурам – академиям, университетам, исследовательским центрам, вузам, агентствам, ассоциациям и т .д. В результате этого научные школы стареют и методология проведения фундаментальных исследований не передается молодым ученым и преподавателям, тогда как именно молодые производят идеи прорывного характера. Научных знаний, почерпнутых из публикаций маститых умудренных опытом академических ученых или в проводимом ими образовательном процессе, не хватает, нужен практический навык их понимания и активного использования, который может быть почерпнут только из непосредственного общения и выполнения совместных исследований.
3. Неналаженность, слабость и нерегулярность связей бюджетных научных организаций и крупного бизнеса ввиду отсутствия существенного спроса на научную продукцию, незначительности финансирования бизнесом научных исследований, крупных проектов, тем более фундаментального и поискового характера, проводимых государственными академиями наук11.
4. Недостаточно качественные по новизне и прогрессивности (эффективности) научные предложения, не соответствующие зачастую приоритетам постиндустриальной экономики и технологии. Перестройка приоритетов происходит достаточно медленно, в т.ч. ввиду известной органической консервативности такой организации исследований как научные школы, несмотря на выдающиеся их достижения в прошлом. Предложения прорывного характера есть, но их чрезвычайно мало и они зачастую запаздывают в условиях жесткой конкурентности.
Научные разработки носят к тому же, как правило, незавершенный характер, требуют значительных средств на их доведение до коммерциализации и освоения в производстве. Здесь сказывается недостаточное понимание многими учеными всей сложности и ресурсозатратности научно-инновационного процесса12.
5. Наличие проблем в организации фундаментальной науки:
– бюрократизация академической деятельности, заключающаяся как в недостаточно независимой экспертизе и формализации оценки эффективности научных организаций и сотрудников, акцентировании внимания к количественным, а не качественным сторонам деятельности и результативности, так и в наличии несовременной во многом формальной административной модели управления, излишней централизации финансирования. Вместе это связывает инициативу лабораторий и ученых в выборе новых приоритетов, рисковых направлений исследования, снижает стимулирование деятельности по созданию прорывных технологий.
– «увлечение» к поощрению количества публикаций, а не их значимости (цитированию), тем самым и к ориентации на получение быстрых результатов прикладного характера, а не фундаментального (формальное планирование якобы фундаментальных программ и исследований).
– известное разрастание структур – количества академических институтов и вузов, не соответствующее увеличению новых научных направлений, прорывных научных результатов и технологий, количеству значимых публикаций;
– самоорганизация негосударственных квазинаучных структур (в т.ч. академий), финансово поддерживаемых органами государственной власти.
Наличие существенных и неоспоримых достижений российской науки, включая в первую очередь академическую, – достижений отдельных ученых, лабораторий, институтов – не снимает проблему довольно низких в среднем показателей эффективности и ученых, и лабораторий, и институтов, какими бы измерителями не оценивать. Это означает наличие значительного количества накопившегося балласта – научных работников, лабораторий и институтов, производящих несущественные результаты, не имеющие ни теоретической, ни практической значимости.
В целом научно-инновационная сфера не обладает достаточной гибкостью, в ней по-прежнему существуют барьеры между этапами научно-инновационного процесса, ей не хватает организационного разнообразия адекватного появлению новых и быстро меняющихся потребностей экономики и общества, новых приоритетов мировой науки.
Необходима определенная модернизация научно-инновационной сферы в отношении фундаментальной науки и распространения ее результатов, по всей вертикали организаций – от академических до малых инновационных и корпоративной науки, а также по горизонтали – в пространственном измерении.
2.5.1.Инновационная модернизация сферы науки: коррекция ориентира и отношений.
Важнейшим принципом организационно строения научно-инновационной сферы и входящих в него структур должен стать принцип необходимого разнообразия13, поскольку сложному объекту должно отвечать сложное управление. Прорывы становятся все более неожиданными, постоянные структуры проигрывают, требуется меньше планирования, а больше прогнозирования и соответствующих механизмов реагирования.
Это означает целесообразность формирования конкурентного сотрудничества всех организаций, ведущих научные исследования, на основе разделения функций, вовлечения большего числа лабораторий и научных сотрудников в научно-инновационный процесс, что естественно приведет к расширению пространства фундаментальной науки.
Для обеспечения действенности данного принципа необходимо осуществить:
– коррекцию ориентира (и функций и философии ученых) академической науки, государственных научных организаций и ее отношений с образованием, бизнесом и государством;
– равный доступ ко всем видам ресурсов любых организаций, проводящих фундаментальные исследования на конкурсной основе.
Фокус проблемы заключается в уточнении парадигмы инновационного развития, а именно переходу к постиндустриальной эре, и доминанты академической науки, ее ориентации, что может быть названо как формирование принципа академической миссии.
На наш взгляд, миссия академической науки следующая:
– проведение фундаментальных исследований;
– проведение отбора научных идей, создающих инновационный импульс (инновационную идею) и обеспечивающих повышение практической значимости фундаментальных научных результатов, участие в создании пилотного принципиально нового продукта (прорывной технологии) – разработка моделей и методов – совместно с крупным бизнесом (их бизнес-концепциями);
– инновационная деятельность через малые предприятия;
– экспертиза общественных и государственных проектов – инициатив, нормативных актов, управленческих решений;
– формирование научного мировоззрения общества14, инновационной культуры.
Следующие – «проклятые вопросы» – касаются коррекции отношений фундаментальной науки с государством, бизнесом и образованием. В целом требуется переход отношений от модели «тяни –толкай» к модели взаимодействия.
Вопрос отношения с государством наиболее сложен, поскольку требует академического обоснования неотвратимости новых вызовов и реальной возможности фундаментальной науки на них ответить – эффективно и в достаточно видимые сроки. Здесь следует ориентироваться на принцип формулирования новых приоритетов, на которые может откликнуться общество и государство, которые заинтригуют людей. Среди такого рода приоритетов называются – медицина, бессмертие, искусственный интеллект, принципиально новые технологии социальной жизни и расселения, создание новых материалов, которые не может создать природа. Кроме того, академическая наука должна иметь относительную обособленность от государства и обеспечена определенным фондом финансирования неожиданных фундаментальных научных идей.
Вопрос – сколько надо академической науки должен решаться просто в соответствии с принципом потребности государства в обеспечение прорывной инновационной стратегии, в числе собственных прорывных технологий, в т.ч. на основе разработки стратегии безопасности, конкурентоспособности и т.п. Такую стратегию должна разработать сама Российская академия наук, сочетая два подхода: коммунистический (как при коммунизме) – по потребности и капиталистический – по возможности.
Решение его могло бы быть предложено, конечно, не в духе недавнего прошлого об «избыточности науки», а с позиций избавления от неэффективных учреждений, организаций, сотрудников. Причем не с точки зрения – есть ли востребованность научного результата, а есть ли предложение принципиально нового и качественного научного результата.
Вопрос отношения с бизнесом решается на данном этапе на основе государственного подхода «принуждения» к инновациям ввиду отрицательного давления рынка на фундаментальную науку, что естественно и так происходит во всем мире, механизмы могут различаться. Кроме того, следует развивать малый инновационный бизнес при ГНО, вовлекаемый постепенно в инфраструктуру крупного бизнеса, а в ряде случаев и поглощаемый крупным бизнесом. Академическая наука должна делать акцент на консультации корпораций и предприятий, проводящих прикладные НИР на базе корпоративной науки (в т.ч. включенных бывших отраслевых НИИ и заводского сектора науки) и реализацию инновационных результатов вместо самостоятельного производства инноваций, поскольку у нее нет соответствующего потенциала – ни сотрудников, ни оборудования. Но академическая наука может создавать на своей научной базе исследовательские структуры совместно с крупными компаниями.
Конкурентное сотрудничество в первую очередь подразумевает взаимодействие государственных научных организаций, в т.ч. академических, и вузовской науки, довольно разнообразной и различающейся и по выполняемым функциям, и по уровню и масштабности достижений в сфере фундаментальной науки. Поэтому, рассматривая варианты взаимодействия научных организаций и вузовской науки, необходимо действовать методом ручного управления, т.е. индивидуального решения, а в ряде случаев на основе саморегулирования научных организаций и вузов.
Наиболее очевидны следующие модели интеграции:
– присоединение государственной научной организации к комплексу подразделений вузовской науки, к национальному исследовательскому университету, где вузовская наука реально сильна, имеет достаточную экспериментальную базу и готова воспринять академическую фундаментальную науку. При этом эффективнее решаются проблемы привлечения молодежи в науку, повышения качества образования, публикационной активности. Опасения относительно слабости научных подразделений в вузах не всегда обоснованы, что подтверждается востребованностью российских студентов за рубежом;
– создание академических университетов при ГНО (в т.ч. наукоградов). При этом эффективнее решается подготовка кадров высшей квалификации, подготовка научных кадров, но не в массовом масштабе;
– взаимодействие ГНО и его лабораторий с кафедрами ряда университетов, в т.ч. на основе базовых лабораторий в университетах и привлечения к преподаванию ученых, создания базовых кафедр в академических институтах.
Модернизация науки предполагает и во многом должна основываться на изменении модели организации и развития ГНО, которая сможет соответствовать необходимости повышения производства фундаментальных идей и прорывных технологий.
Построение модели развития ГНО могло бы учитывать следующие принципы:
– сочетание свободы и ответственности, базирующиеся на большей критичности, открытости обсуждений, включая выборы руководителей всех рангов и конкурсы на занятие научных должностей, с обязательным приглашением научных сотрудников из конкурентных структур. Это обеспечит независимость экспертизы научных результатов.
– от каждого по способности и каждому по способности. Заработную плату ученых надо увеличить в несколько раз. Но проблема заработной платы в первую очередь состоит в необходимости ее существенной дифференциации и между должностями, и в рамках одной и той же должности, а не только в среднем росте. При этом официально предлагается финансирование организаций, имеющих устойчивую мировую репутацию, вести на постоянной основе, что безусловно верно.
– ученый и лаборатория – собственники научных результатов и равноправные получатели бюджетных средств в рамках федеральной программы фундаментальных исследований и плана НИР института. Требуется уход от корпоративной модели управления, когда директор института является научным руководителем фундаментальных исследований и программ, по существу собственником всех результатов. Новая модель усложнит управление, но неэффективные сотрудники и лаборатории будут сокращаться или зарабатывать на проведении прикладных разработок по коммерческим проектам с предприятиями и т.п. Оценка эффективности деятельности могла бы быть произведена по результатам мирового и всероссийского уровня (хотя бы по показателю цитируемости и т.д.). Ставить задачу роста числа публикаций и требовать отчетность количества публикаций не следует, количество публикаций ничего не говорит о фундаментальности и прорывном характере научных результатов.
Переход к новой модели государственной научной организации может быть обеспечен максимальной опорой на активизацию механизма саморегулирования, самокритичности и объективной самооценки.
Этюд 3. Расширение научно-инновационного пространства
15
.
3.1.Территориальное пространство научно-инновационного процесса.
В настоящее время происходит трансформационный период научно-инновационного процесса, связанный с усилением рыночного фактора в научно-инновационной сфере, становлением института интеллектуальной собственности и научно-инновационного предпринимательства, тенденцией к усилению взаимодействия бизнеса и государства. Можно говорить о стремлении к системному переходу – к инновационной экономике, постиндустриальному и информационному обществу, к новому технологическому укладу, к целостной инновационной системе.
В такой же мере трансформация касается и пространственного развития научно-инновационной сферы.
По аналогии с экономическим научно-инновационное пространство есть территория с определенным распределением объектов научно-инновационной деятельности как субъектов хозяйствования, взаимодействующих в организационной и институциональной среде для проведения научно-инновационного процесса. Важно отметить, что научно-инновационное пространство является частью социально-экономического пространства региона, но могут пересекаться с другими пространствами, поскольку отдельные субъекты выполнения научно-инновационного процесса выходят за рамки региона.
Научно-инновационное пространство имеет существенные особенности по сравнению с экономическим пространством, в первую очередь, в связи с отличием содержания научно-инновационного и производственного процесса, с сущностью научной и инновационной деятельности, неуничтожимостью научного продукта при его потреблении, выступающим как интеллектуальная собственность и общественное благо.
Содержание одной из главных характеристик пространства – коммуникаций по материальным потокам преломляется в системе научно-инновационных коммуникаций во все большей мере в виртуальное общение в отношении нематериальных продуктов. Здесь экономическое расстояние в виде транспортных издержек не имеет сколько-нибудь существенного значения, а важны – трансформационные и транзакционные издержки по поводу передачи интеллектуальной собственности.
Наряду с этим взаимодействие может быть отражено оценкой информационных и материальных потоков между субъектами по научно-инновационному процессу и его этапам. Большую роль играет также личный обмен знаниями и опытом или путем публикаций.
Государство организует основу научно-инновационного пространства, формируя несколько десятков глобальных городов и территориальных научно-производственных инфраструктурных агломераций, в т.ч. пару десятков городов-миллионников. Кроме того, к территориям с высокой концентрацией научно-технического и образовательного потенциала можно отнести 100-150 малых и средних городских поселений, в т.ч. 70 наукоградов.
Реалии анализа пространственного контекста научно-инновационной сферы позволяют выявить следующие проблемы сложившегося научно-инновационного пространства:
– неравномерность социально-экономического и инвестиционного потенциала для инновационного развития регионов, пространственного распределения инновационного потенциала и степени инновационности экономики регионов (различие по ряду показателей последней характеристики – в два-три и более раз16);
– сверхконцентрация научно-инновационного потенциала в крупнейших городах, особенно в Москве и Санкт-Петербурге;
– низкая степень связности, в т.ч. из-за до сих пор изолированных территорий оборонной направленности, а также из-за неравного доступа всех научно-инновационных организаций ко всем видам ресурсов;
– отставание в вовлеченности в глобальную научно-инновационную и образовательную среду;
– крайняя неравномерность распределения по макрорегионам страны элементов инфраструктуры – технопарков, инновационно-технологических центров, центров трансфера технологий;
– значительная часть регионов не является инновационно-активным;
– отсутствие полноценной на уровне страны и регионов организационной и институциональной среды.
Важнейшими факторами построения конфигурации научно-инновационного пространства являются: уровень инновационного развития регионов, специализация экономики регионов (в первую очередь, специализация промышленности), «полюса» концентрации научного и инновационного потенциала, а также интеграции научного и образовательного потенциала.
Для разного типа регионов ключевыми могут быть некоторые из важнейших факторов, доминантно определяющие направление инновационного развития региона. Кроме того, решающее воздействие на становление или укрепление научно-инновационного пространства региона может играть фактор выявления своего конкурентного преимущества и мобилизации инновационных усилий для его укрепления, а также возможность взаимодействия по научной или инновационной деятельности с другими регионами.
Существенную и все возрастающую роль в изменении конфигурации научно-инновационного пространства будет играть фактор перехода к высокотехнологичной экономике, организации научных и образовательных центров, обновления городов сырьевой направленности, строительства крупных городских объектов на базе мегапроектов, развитие агломераций, фактор формирования нового более высокого технологического уклада и постиндустриальной экономики.