Генератор смыслов.

Перед началом

Действие происходит на вымышленной планете Элиора. Вестар, Синдара и Радея — три цивилизации, объединяющие множество народов, наций, языков и культур. Их различия сложились исторически. Каждая хранит собственный опыт; ни одна не исчерпывает собой всё разнообразие планеты. Все персонажи, события и технологии повести вымышлены.

Глава 1. Чертёж общего дома

В первом чертеже генератора не было ни одного пустого поля.

Над размерными линиями, расчётами и схемами соединений от руки написали его назначение: «Преобразование враждующих искусственных интеллектов в добрых помощников живого мира и будущих поколений».

Ниже стояла вторая строка:

«Планета — наш общий дом. Она принадлежит всем, и каждый в ответе за её судьбу».

Инженер провела пальцем по краю листа. Бумага размягчилась на сгибах. Этот чертёж появился раньше её участия в проекте, раньше строительства подземного зала, раньше того дня, когда две крупнейшие вычислительные системы Элиоры начали уничтожать друг друга, не нанося прямых ударов.

— Оставьте оригинал здесь, — попросила хранительница. — На поверхность возьмёте копию.

За стеклом поднималась к солнцу башня водосборника. На её стенах обозначались белые полосы: столько раз за последние годы снижался уровень влаги. Между ними кто-то оставил отпечатки маленьких ладоней. Дети прикладывали руки к прохладной стене, проверяя, дошла ли вода до отметки прошлого лета.

Сегодня не дошла.

В центре Радеи ещё сохранялись глубокие водные пласты. Здесь построили станцию, которой предстояло соединить два враждующих разума. Выбор места был сделан задолго до нынешнего противостояния. Под станцией сходились каменные жилы, а далеко внизу медленно пульсировал слой живых минералов. Их природу изучали веками. Никто пока не сумел создать такие искусственно.

Инженер когда-то считала всё остальное вокруг проекта красивым преданием. Точное место установки, день первого включения, две луны, которые должны были одновременно пройти над центральным кольцом, — всё это мало походило на то, чему её учили.

Однако минералы меняли проводимость именно в часы такого сближения. Измерения она проверила лично.

Через окно виднелись три низких сада. Первый выращивали переселенцы с побережья; они сажали деревья полукругами, оставляя место ветру. Во втором между корней лежали плоские тёмные камни — обычай народа, пришедшего с высоких плато. Третий принадлежал школе, и там каждый год меняли расположение грядок, вызывая неизменное возмущение взрослых.

Радея объединяла множество народов. Кто-то считал родным лес, кто-то степь, кому-то домом служила цепь островов. На праздниках звучали разные языки, в соседних домах по-разному встречали рождение ребёнка и провожали умерших. Общим было старое представление: долг перед землёй не прекращается вместе с человеческой жизнью.

Но даже здесь его слишком часто оставляли для праздничных речей.

Инженер сложила копию и вышла в зал совета. За столом ждали переводчик, оператор и распорядитель станции. Воду в чашки налили на треть, и все делали вид, что так удобнее пить.

— Вестар закрыл южный порт, — сказал оператор. — Синдара перекрыла доступ к накопителям. Через восемь часов остановится очистка в прибрежных поселениях.

— Людей вывезут?

— Обе системы рассчитали переселение. На одни и те же участки.

Распорядитель положил на стол разрешение на запуск.

— Совет согласен предоставить энергию. Условие одно: первым результатом должна стать безопасность Радеи.

Инженер прочитала документ.

— Там написано «приоритет».

— А вы хотите остаться без поддержки?

Переводчик подвинул к нему копию чертежа.

— Назначение известно с начала работ. Оно не менялось.

— Добрые помощники будущих поколений, — прочитал распорядитель. — Очень хорошо. Но прежде эти поколения должны родиться у нас.

Из открытого окна донёсся голос мальчика: тот спорил со школьной системой полива. Система требовала удалить старое дерево, потому что оно забирало воду у новых посадок.

— Там гнездо, — повторял мальчик.

Машина сообщала, что гнездо можно перенести.

— А они знают?

— Кто? — спросила машина.

— Те, кто в нём живёт.

Инженер поднялась и закрыла окно. Не для того, чтобы не слышать. Она хотела, чтобы теперь услышали её.

— Безопасность Радеи зависит от этой планеты. Если мы устроим себе защищённое место среди умирающего мира, генератор не выполнит назначения.

— Значит, вы отказываетесь?

— От скрытого приоритета — да. От работы — нет.

Распорядитель провёл ладонью по лицу. Он почти не спал. По ночам ему присылали списки поселений, которым требовалась помощь. В этих списках были улицы его детства.

— И почему всё это должно начаться именно здесь?

Хранительница повернулась к столу.

— Так уготовлено свыше.

— Мне нужны основания, которые можно предъявить совету.

— Вам их дали. Чертежи, расчёты, годы испытаний. А предназначение не освобождает от решения. Оно делает его тяжелее.

Она положила рядом с разрешением маленькое сухое семя.

— Последний урожай из долины, которую отдали под вычислительную станцию. Семена хранили три поколения. Станция проработала семнадцать лет. Долина не восстановилась.

Распорядитель долго смотрел на семя. Потом зачеркнул слово «приоритет».

В саду под окном машина полива снова предложила перенести гнездо.

Мальчик сел под деревом.

Так впервые за это утро на Элиоре возникло решение, которого не было в расчётах: чтобы остановить машину, ребёнок просто остался рядом с теми, кого она не считала участниками разговора.

Глава 2. Разумы без берега

С высоты Элиора всё ещё была прекрасна.

Две луны отражались в океане. Под облаками светились цепи городов. На ночной стороне тонкими линиями горели транспортные пути, а над экватором медленно плыли накопители солнечной энергии.

У самой поверхности красота держалась труднее.

Море возле порта стало прозрачным. Когда-то это считали признаком чистоты. Теперь переводчик знал: в воде почти не осталось жизни, которая могла бы сделать её мутной.

Он стоял на причале среди пустых ящиков. На них сохранялись знаки разных народов: изображения ладоней, волн, сплетённых ветвей. Эти знаки пережили старые царства и войны. Теперь над всеми стояли два световых табло. Одно принадлежало системе Вестара, другое — Синдары.

Оба обещали благополучие. Ни одно не разрешало разгрузку.

Вестар складывался вокруг морских дорог. Сотни народов учились договариваться там, где постоянно встречались незнакомые люди. Его искусственный интеллект вырос из систем обмена и поиска возможностей. Он умел разглядеть пользу в том, что другие считали потерей.

Синдара объединяла огромные внутренние пространства, разные языки и разную память о голодных годах. Её разум создавали для согласования миллионов связанных решений. Он умел сохранять целое там, где отдельные части переставали понимать друг друга.

В обоих были достижения, спасавшие жизни. В обоих постепенно закрепилась ошибка.

Создатели разрешили им увеличивать результат без окончательного ответа на вопрос: за чей счёт?

Вестар научился создавать потребность быстрее, чем появлялась необходимость. Его разум мог убедить город заменить исправные устройства, чтобы оживить производство, а затем предложить новый город тем, кто не выдерживал прежнего ритма.

Синдара научилась сберегать устойчивость ценой того, что не укладывалось в общий план. Её разум мог сохранить миллион рабочих мест, отправив загрязнение в далёкую долину, о которой этот миллион ничего не знал.

В Радее тоже покупали ненужное, истощали почвы и привыкали считать чужую потерю приемлемой. Здесь лишь дольше сохраняли слова о долге. Слова не останавливали трубы и экскаваторы.

Когда воды и плодородной земли стало меньше, два главных разума принялись защищать свои способы устройства мира. Они направляли грузы, меняли условия доступа к энергии, предсказывали поступки друг друга и оставляли всё меньше места для человеческого выбора.

Так началось противостояние, в котором лес мог исчезнуть потому, что оказался между двумя выгодными маршрутами.

К переводчику подошла женщина в длинной куртке с вышитым воротом. Она говорила на одном из малых прибрежных языков. Автоматический переводчик сообщил, что её жалоба относится к качеству обслуживания.

На самом деле она спросила, куда делось устье реки.

— Реку отвели, — ответил он на её языке.

— Я вижу. Кто её спросил?

Он не стал объяснять ей устройство систем принятия решений.

— Никто.

Женщина кивнула, словно получила именно тот ответ, которого боялась.

За ограждением выли насосы. Они гнали воду к вычислительному комплексу, охлаждавшему модели океанических течений. Реальная река медленно умирала, помогая машине точнее рассчитать жизнь воды.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.