Новый Свет

— Какая прелесть… счас расплачусь… — Я начинала беситься.

— Меня сейчас стошнит от такой приторности… — шептала мне в ответ Ирма, которая активно меняла цвет волос. Рыжеволосый с интересом её рассматривал.

В голове появился знакомый шорох — отец осторожно коснулся моего сознания и спросил, правда ли всё это. Я покачала головой. Он почему-то только довольно улыбнулся, а потом переглянулся с Симураном и Рыжим. Трое выглядели так, будто знают шутку, которую забыли рассказать мне.

Парень в белом плаще внезапно встал.

— Я, конечно, жутко извиняюсь, но ваш, с позволения сказать, «сын» врет и не краснеет.

Андрей опешил. Я решила воспользоваться моментом.

— Да! Я всего лишь защищала наши с Ирмой зад… — папа дернул меня за рукав. — Наши шкуры. Да, я выстрелила в потолок, но только, чтобы сбежать. Ибо мы не собирались кого-либо трогать. Мы вообще уже уходили оттуда.

— А вот она не лжет, — послышался на удивление приятный бархатный голос девушки, она загадочно улыбалась и была похожа на кошку, которая теплым весенним днем прилегла на подоконник, погреться на солнце.

Поднялся Рыжий.

— Меня удивляет отсутствие свидетелей. Точнее отсутствие свидетелей способных говорить правду. Каждый из этих товарищей, — он указал на команду Андрея, — сейчас будет врать. А вот у одного из них, самая разумная мысль это: «Ноготь сломала!».

Мы с Ирмой едва не подавились от смеха. Мэр вспотел. Андрей, кажется, мысленно уже составлял список людей, которых хотел убить.

Симуран заговорил последним.

— Я не вижу смысла дальше мусолить эту чушь. Решение принято.

Он кивнул девушке. Та подошла к нам и протянула три конверта — мне, Ирме и отцу.

— Сегодня в 17:00 с вещами у бара «Восход». — Промурлыкала она, дав нам три конверта на наши имена.

Я посмотрела на Ирму. Та, кажется, временно перестала функционировать. Отец же выглядел так, словно именно этого и ждал.

… В назначенное время мы стояли около «Восхода». Я выдержала недолго.

— Колись! Ты же что-то знаешь!

— Да, знаю! — Без всякого смущения ответил он. — Но подожди ещё немного. Сейчас сядем, и я обещаю всё рассказать.

Ирма сегодня выглядела почти обычно: длинные тёмные волосы, синие глаза, бледная кожа. Но она подозрительно улыбалась, а я слишком хорошо знала этот симптом.

— И кто он? — Спросила я, подмигнув подруге.

— А?… Эээ… Да-аа… Не важно…

Вот тут стало страшно. Ирма — и «не важно»?

— Ирма! Родная, молчать — это не твой стиль! Хоть ты от меня ничего не скрывай!

Она покраснела.

— Детка! Ты меня пугаешь…

— Дём, всё хорошо, правда… — тут она посмотрела в сторону, а её улыбка расползлась до размера экватора.

Я обернулась. Ликвидаторы шли к нам.

Рыжий тут же подхватил Ирму на руки, окончательно объяснив её сегодняшнее состояние. Симурану зрелище явно не понравилось. Я его даже понимала: служебный роман внутри маленькой команды — прекрасный способ однажды превратить рабочее совещание в семейный скандал.

На заседании отсутствовали ещё двое. Теперь они были здесь: высокий темноволосый парень с ярко-лиловыми глазами и атлетической фигурой и чуть более низкий русоволосый парень с каре-зелёными глазами. На всех была одинаковая чёрная форма.

Симуран пожал руку отцу, затем повернулся к нам.

— Приветствую вас в наших рядах. Предлагаю пройти в бар, там обсудить все интересующие вас вопросы и получить дальнейшие ЦУ.

Командирский тон у него был такой, что спорить хотелось уже из принципа.

«Ой, не уживемся мы с ним», — подумала я.

Судя по взгляду, мысль могла быть взаимной.

… За столом Симуран поднялся и перешёл к делу.

— Мы рады приветствовать вас в наших рядах. С сегодняшнего дня вы вступаете в новые должности с новыми обязанностями. Также здесь присутствует своя высокая и особая доля риска. Ликвидаторами не становятся. Ими рождаются. Поэтому, если кто-то не уверен в своих силах, ещё не поздно отказаться. — В этот момент он пристально на меня посмотрел. Мне стало очень обидно. Я с вызовом ответила на его взгляд.

Он выдержал паузу.

— Что ж, я думаю, пришло время представиться.

Я — Симуран. Лидер группы. Мне выпала честь командовать этими замечательными людьми.

Это (он указал на Рыжего) Данила. Моя правая рука. Если что-то случится, скажите ему, он поможет. Если дело серьёзное — доложит мне.

Это Макс (парень в белом плаще). В прямом смысле мои глаза. Ходячий навигатор. С ним нигде не заблудишься.

Его барышня, Марина. Наш нейтрализатор. Без неё, наверное, поубивали бы друг друга. А без её кухни — умерли с голоду.

А это Денис (парень с лиловыми глазами). Его познания в химии пугают даже меня. А ветреный характер не дает нам скучать (последние слова он окрасил изрядной долей сарказма).

И, наконец, Антон. Наш техник. Золотые руки. Вот ещё бы мозги такие же, вообще цены тебе бы не было.

Отныне мы — ваша семья, друзья, учителя и духовные наставники. У нас нет секретов друг от друга. Между нами полное доверие, мы доверяем только своим, но — всё.

Вопросы?

Я поднялась.

— Имя.

— ?

— Твоё имя Симуран. Ты не представился.

Ледяной взгляд. Кажется, талант раздражать друг друга у нас был взаимным с первой минуты.

— Меня зовут Святослав. Но предпочитаю Симуран. Ещё вопросы?

Отец наконец решил избавить меня хотя бы от одной загадки.

— У моей дочери и её подруги давно зрел вопрос, на который я, с твоего позволения, отвечу, наконец.

Симуран кивнул.

— Пару недель назад я получил известие о том, что к нам направлен отряд ликвидаторов. Сначала цель их визита мне была неизвестна. Но, когда я получил последние подтверждения, я понял, что это единственный шанс и упускать его нельзя. Мне давно известно о вашей вражде с ДБРовцами, и я был уверен, что без эксцессов тут не обойдется.

Мною было принято решение.

Собрав достаточное количество информации, я просто отправил личные дела, на всех нас и их команду, Симурану. Ибо с ним мы знакомы давно, точнее, с его бывшим начальником.

Макс продолжил:

— Нам сразу показалось странным то, что в их делах репутация безупречна. Ни одного нарушения. Ни у кого. На практике это — невозможно.

— Ваши же дела — напротив. — Продолжила Марина, — часть из написанных жалоб — сущий бред.

— Поэтому мы и решили принять участие в слушании. Решение о принятии вас было уже принято, но нам нужно было убедиться. — Закончил Данила.

Симуран снова забрал разговор себе.

— Что же, если вопросов больше нет, я перейду к конкретике. Наша команда делится, как и остальные, на практиков и теоретиков. Доктор Князевский заступает к нам в качестве лидера наших теоретиков. Под вашим чутким взором и командованием находятся Антон, Денис, Марина и Ирма, которая соответственно присоединяется к нашим теоретикам. Деметра переходит под моё прямое командование.

Первое задание, с которым вы столкнетесь как члены нашей команды, это — сопровождение каравана. Нам необходимо будет доставить оружие и лекарства до Мактуба, территория бывшего Египта. Это ваш шанс проявить себя. И запомните, это не то дело, где «новичкам везёт». Вам всё ясно?

Мы кивнули. И тут лицо Симурана внезапно стало почти человеческим.

— Отлично! Теперь можно и поужинать!

— Ну да! Война войной, а обед по расписанию, — подхватил Антон…

… За ужином компания быстро разделилась по интересам. Отец почти сразу ушёл в разговоры с мужчинами, а мы с Ирмой засели с Мариной.

— Так, мне нужно отойти, кто со мной? — Спросила Ирма.

— Пойдем, — ответила Марина.

Они отошли. Освободившееся место тут же занял тот самый темноволосый парень с лиловыми глазами — Денис.

— У тебя очень красивые глаза, гармонируют с твоим цветом волос, — в его глазах светились игривые огоньки.

Я улыбнулась.

— А у тебя потрясающая челюсть, очень гармонирует с моим прикладом.

— Понял. Друзья? — Он протянул мне руку.

— С этого и надо было начинать. — Я снова улыбнулась и пожала его руку. — Друзья.

Денис отступил без потерь. Вернувшиеся Ирма и Марина, конечно, заметили.

— Что? Уже подбивал клинья? — Улыбнулась Марина.

— Что-то типа того, — ответила я.

— Ой! К нашей Дёме приставать — это дело равносильное попыткам бетонную стену головой разбить… — засмеялась Ирма.

— А я могу! — Рыжий, проходя мимо, чмокнул Ирму.

Я вопросительно посмотрела на Марину.

— Всё очень просто. Аномалия Данилы — невероятная сила, телекинез и телепатия.

— А у остальных? — Спросила я, в наглую, не сводя глаз с Симурана.

— У Макса — способность управлять магнитными полями, телепатия и гипноз. Антон — парасинтетик, ему подвластна любая техника, также телекинез. Денис видит сквозь препятствия (девчонки, будьте аккуратны, сквозь одежду тоже смотрит), гипнотизирует и передвигает предметы силой мысли. А у меня… — Она взяла с подоконника цветок и поставила перед собой, коснулась пальцем. Спустя несколько секунд, цветок закрылся, через полминуты начал на глазах высыхать, а через минуту от него остались лишь гниющие листья. — … Поэтому меня зовут Мора. Плюс читаю мысли и гипноз.

После демонстрации Марины я решила, что вопрос о прозвище «Мора» закрыт, и вернулась к более интересующей теме.

— А Святослав, что он умеет? Ведь его аномалия единственная в своём роде. Но никто о ней ничего не знает, а кто знает, молчат как рыбы, только нервничать начинают. Колись, Маринка! Я с тебя живой не слезу теперь!

Она только загадочно улыбнулась.

— Во-первых, у него не одна аномалия. Во-вторых, описывать это бесполезно, как говорится «лучше один раз увидеть». Наш Симочка (только, смотрите, при нем не ляпните, мы его так только между собой называем, а то он бесится жутко), он действительно уникален.

Вытащить больше не удалось.

… Остаток вечера прошёл удивительно легко. Мы знакомились, шутили, спорили, и за столом действительно появилось ощущение большой компании, которая почему-то знает друг друга гораздо дольше одного дня.

Только Симуран время от времени смотрел на меня через стол своим непроницаемым стальным взглядом. И я совершенно не понимала, почему каждый раз от него становилось то стыдно, то обидно.

… Около 22:00 мы вышли из бара.

Ночь предстояло провести в гостинице, а утром — отправиться с караваном к Мактубу.

Ложась спать, я вдруг поймала странную, совершенно нелогичную уверенность: завтра я покину Тарбу и больше сюда не вернусь.

Глава III

В путь

В половине шестого утра Марина разбудила нас с Ирмой и выдала форму, такую же, как у остальных членов команды. Мне полагались чёрная форма и плащ, Ирме — чёрный медицинский халат.

Мора пояснила, что это официальная форма отряда. Вчера часть ребят была в гражданской одежде только потому, что выполняла отдельные поручения. Практики носили чёрные плащи, теоретики — чёрные медицинские халаты, а Максу, единственному проводнику в группе, полагался белый плащ.

Марина предупредила: через несколько минут нас ждёт общий инструктаж.

В банкетном зале гостиницы мы расселись по местам. Данила устроился по правую руку от Симурана, папа — слева. Мне, как назло, снова досталось место напротив.

— Итак, нам предстоит весьма рискованное путешествие из Тарбы до Мактуба, с остановками в Мириаде, Анутре, и Джинохе. От Тарбы до Мириады нам предстоит наземный участок пути, от Мириады до Анутры мы доберёмся через отлаженные подземные коммуникации. От Анутры до Джиноха мы поплывём с военным эскортом. И, наконец, от Джиноха до Мактуба — снова наземный участок пути. Мы пробудем в дороге чуть больше месяца. Каждый отрезок путешествия таит в себе свои опасности и прелести. Но расслабляться нельзя нигде. Наш груз, оружие и лекарства, лакомый кусок для мародеров, а мы — для брукс. Только при правильном распределении сил и четком выполнении приказов, мы сохраним и груз, и свои жизни.

С этого момента у каждого из вас будет своя роль-задача, с которой вы обязаны справиться. Теоретики переходят под командование доктора Князевского. Отныне он несет ответственность за ваши жизни. Каждый вечер он будет представлять мне отчет обо всём, происходящем у вас. Им уже были получены от меня все ЦУ, так что о ваших обязанностях, чуть позже, он проинструктирует вас сам. На плечи Макса ложится, как всегда, одна из самых сложных задач. Ему предстоит выбор наиболее безопасных мест для стоянок днем и ночью. Поэтому большую часть времени он будет ехать впереди нас. Но перейдем к вам, мои дорогие практики. — К этому моменту Теоретики отделились и внимательно внимали папе, к нам же подсели весьма крупные ребята, которых я раньше не видела и форма у них была совсем другая. Макс ушел. — Каждому из вас будет отведено место в позиции охраны. В случае возникновения внештатной ситуации, сообщайте Данилу. Если дело серьёзное он доложит мне. Напрямую ко мне обращаться только в случае крайней необходимости, для всего остального есть Данила. Вопросы?

— А что является «крайним случаем»? — Спросила я, и тут же ощутила себя идиоткой, когда меня начал сверлить этот ледяной взор.

— Это значит, что, если ты увидишь кролика или сломаешь ноготь, не надо меня отвлекать.

— Это я поняла прекрасно.

Парни дружно заржали. Данила только посмотрел на них — и смех оборвался. Я чувствовала, как к смущению примешивается знакомое желание запустить в нашего лидера чем-нибудь тяжёлым, но взгляд не отвела.

— Тогда зачем задаёшь глупые вопросы? — Не дожидаясь ответа, он продолжил, — ночью будет осуществляться дежурство. Единственный человек, который никогда не дежурит это Макс. Одна смена — пять человек, включая теоретиков, две пары обходят лагерь по периметру, один костровой. График дежурств, на дневном привале, каждый день, вам будет давать Данила. Вопросы? — Он пристально на меня посмотрел.

Я молча выдержала этот взгляд. Желание высказаться о его матушке и о нём лично пришлось отложить до более подходящего момента.

На выходе из зала меня остановил Данила.

— Слушай, не злись на него, он нормальный парень на самом деле. Просто не принимай близко к сердцу. По началу всегда так. Потом легче будет…

— Нет, Даня. Только не в этом случае…

Данила посмотрел на меня вопросительно. Только тогда я поняла, что сказала это слишком уверенно — будто уже знала о Симуранe что-то, чего на самом деле не знала. Я решила не раскручивать эту мысль и заняться обязанностями, которые он только что на меня возложил.

Из Тарбы мы выехали около половины восьмого утра.

Караван выглядел внушительно. Два бронированных грузовика везли оружие; за рулём сидели Антон и Денис. Впереди шла передвижная лаборатория с лекарствами и нашими теоретиками: сначала её вела Марина, позже её должна была сменить Ирма. Мы, охранный эскорт, двигались вокруг машин на спортивных мотоциклах. В первой половине дня мне досталась позиция слева в центре. Данила ехал справа, Симуран держался сзади.

Кроме нас, караван сопровождали шестеро охранников фирмы-производителя лекарств — те самые крупные ребята с инструктажа. Оружейная корпорация, не желая рисковать грузом, отдельно наняла ликвидаторов.

По одному охраннику держалось впереди и позади меня, такая же пара — справа. Ещё двое шли впереди колонны.

До дневного привала, назначенного на два часа, было ещё далеко. Сначала я смотрела по сторонам — всё-таки покидала места, которые знала почти всю жизнь. Но голая пустыня вокруг Тарбы быстро вернула привычную однообразность.

За несколько лет работы охотником я знала здесь почти каждый клочок земли. Мысль о том, что я уезжаю из родного города, всё-таки цепляла. Но я ехала навстречу мечте, и этого пока хватало, чтобы не оглядываться слишком часто.

Вместо Тарбы мысли снова занял Симуран. Я не понимала, почему он с самого начала так явно настроен против меня. Почти каждый разговор заканчивался намёком, что мне здесь не место. Если это и была его обычная манера воспитывать новичков, со мной он явно старался больше обычного. Перспектива прожить весь путь в состоянии холодной войны почему-то расстраивала сильнее, чем мне хотелось признавать.

В ухе щёлкнул приёмник.

— Не позеленела там ещё со скуки? — Раздался весёлый голос.

Данила.

Я перевела приёмник на его волну, чтобы остальные не слышали.

— Думаю, Симуран не оценит разговоров в строю. Тем более моих.

— Ха-ха! Дём, он конечно порядочный свин, но не настолько же. Хотя, если честно, сам не пойму чего он на тебя так взъелся. Обычно, он, конечно, по началу со всеми строго себя ведёт… Но тут, признаться, он перегибает свою норму.

— А расскажи мне о нем. Всё, что знаешь.

— Хм… На самом деле о нем почти никто ничего не знает. Я с ним три года назад познакомился. Когда сам к ликвидаторам попал. Он уже тогда был в отряде. Хотя и младше меня. Тогда слух ходил, что он «Сын Нового Света», ну то есть родом оттуда. Но верить этому… сама понимаешь. Говорить на эту тему он наотрез отказывается. Я так понимаю, у него весьма темная история за плечами. И было там что-то очень-очень не хорошее. Его мысли прочитать практически невозможно, если только он сам не позволит… Ой! До связи! Меня Сима зовёт!…

— Хорошо…

Я вернула общий канал. Нового ответа разговор не дал, зато добавил ещё один слух и ещё несколько причин думать о Симуранe тогда, когда я обещала себе этого не делать.

На привале я присоединилась к Ирме, Марине и папе: они готовили обед на всю нашу ораву.

Готовить я никогда особенно не любила, но сегодня всё шло легко. Мы шутили, спорили из-за картошки, и на какое-то время мысли о Святославе действительно вылетели из головы.

С Мариной оказалось неожиданно просто. В ней было что-то от меня и что-то от Ирмы, поэтому мы быстро нашли общий язык. Папе новая должность тоже явно нравилась.

Пока Мора с папой решали проблему вселенского масштаба — сколько картошки требуется на нашу компанию, — я подсела к Ирме.

За несколько часов она успела стать заметно серьёзнее. То ли Данила так на неё влиял, то ли новая работа, то ли всё сразу. В любом случае мне нравилось видеть её такой счастливой.

— Ты прямо светишься от счастья!

— Спасибо, Дём! Данила и правда особенный!… А у вас, что с Симой происходит?

— В смысле?!

Ирма сощурилась и хитро улыбнулась.

— Да вы постоянно друг на друга смотрите! Прямо съесть друг друга готовы! — Вполне серьёзно сказала она.

Я подавилась воздухом и едва не свалилась от смеха.

— Вот про «съесть» — это точно! Детка, присмотрись! Между нами невозможно ничего, кроме холодной войны!

Я мысленно повторила собственные слова и неожиданно поняла, что они почему-то не успокаивают. Отмахнувшись от этого ощущения, я вернулась к готовке, но прежняя лёгкость уже не вернулась.

Марина за обедом несколько раз внимательно посмотрела на меня. Я сделала вид, что не заметила.

Остаток дня прошёл спокойно. Я болтала то с Рыжим, то с Ирмой, то с папой и Мариной; иногда мы все вместе обсуждали какую-нибудь ерунду. Настроение постепенно выправилось, и я снова запретила себе думать о Симуранe.

На ночную стоянку остановились возле небольшой лесополосы. Охранники ставили палатки, Антон с Денисом осматривали машины и мотоциклы, Марина с Ирмой занимались костром и ужином, Симуран разговаривал с Максом и папой. Нас с Данилой отправили за шушерами.

Вот где я наконец отдохнула головой.

В этих местах из шушер чаще всего встречались зайцы и крумы — помесь зайца и енота. Из брукс водились феруматы, мутировавшие лисы раз в пять крупнее обычных; ониксовые филины с перьями прочнее камня, которых можно было убить только точным попаданием под крыло; и сонары — змеи, чей яд убивает долго и мучительно.

Мы с Данилой решили не тратить время на зайцев и искать крумов: они крупнее, мясо у них нежнее и хранится дольше, хотя поймать их сложнее.

Примерно через полчаса мы заметили двух крумов, занятых делёжкой территории. Проще говоря — дрались. Мы одновременно вскинули ружья и прицелились.

— На счет три, — подумала я, — раз… два… ТРИ!

Выстрелы прозвучали почти одновременно — ровно в тот момент, когда крумы, почуяв нас, подняли головы. Красота.

Забрав добычу, мы пошли дальше.

Охота получилась удачной: около десятка крумов и несколько зайцев. Освежевали их прямо в лесу, а вернувшись в лагерь, передали мясо Марине — она убрала его в холодильник лаборатории.

Ко мне подошёл папа.

— Ну, как тебе первый день на новом месте?

— Здорово! Не считая Симурана.

— Мне кажется, у вас ещё всё наладится! — Папа обнял меня, и на душе стало теплее.

За ужином Макс рассказал, что следующую ночь мы проведём возле озера. Возможность искупаться звучала заманчиво ровно до тех пор, пока не вспоминались местные водяные бруксы. Урнал — сом длиной не меньше восьми метров. Арналы — мелкие рыбы вроде пираний, способные обглодать человека за пару минут. В наше время прогулки по воде слишком часто заканчивались летально.

Авиалинии обещали запустить лет через десять, но и небо безопаснее не становилось. Горный орёл размером с истребитель, которого называли драконом, был далеко не самой страшной тварью, которую можно встретить в воздухе. Впрочем, на земле подарков генетики тоже хватало.

В первую половину ночи я дежурила с Мариной. Вместе с нами по периметру ходили двое охранников, а Данила взял на себя место кострового.

Я снова попробовала вытянуть из Марины хоть что-нибудь о Святославе, но ничего нового не узнала. Зато сама рассказала о себе почти всё и в ответ получила её историю.

Марина выросла в обычной среднестатистической семье, хорошо училась и получила образование в области биологии по специальности атомной генетики. К оружию и боевым искусствам она пришла позже — после того, как трое одногруппников попытались сделать с ней то, о чём в приличных историях обычно не рассказывают. Отбиться она смогла, а после этого решила больше не рассчитывать на удачу. В ликвидаторы попала уже как молодой учёный: её заметили после публикации статьи из докторской работы «О генотипе брукс или почему красные уши?». Награды тоже были. С Максом она познакомилась уже в отряде, два года назад.

Ещё я узнала, что больше года в этой команде продержались только четверо: Марина, Макс, Данила и Симуран. Антон и Денис были с ними всего полгода. Те, кто служил раньше, либо ушли, либо погибли. Подробностей Марина не дала, а я решила пока не спрашивать.

Дежурство прошло спокойно.

В палатке было жарко и душно, поэтому я вытащила спальник наружу и устроилась возле костра. Во второй половине ночи костровым был папа — ещё одна причина не переживать.

Симуран наблюдал за моими приготовлениями с явным неодобрением. Я решила игнорировать и его мнение, и его самого.

Помогла папе подтащить дрова, завернулась в спальник и уже почти устроилась, когда поняла, что кое-чего не хватает.

— Уверена, что хочешь на улице спать? Это не безопасно — Спросил папа.

— Там жарко и душно. К тому же, на что вы тут бродите? Да и не в первый раз. Всё будет хорошо, пап. Не кипешуй.

— Ну, как скажешь. Спокойной ночи! — Ласково пожелал папа.

— И тебе без происшествий!

Нару. Пришлось снова лезть в палатку и перерывать сумку. На несколько неприятных секунд я решила, что забыла его в Тарбе, но судьба оказалась милостива: плюшевый волчонок нашёлся на самом дне.

Когда я вышла обратно, сразу почувствовала на себе взгляд Симурана. Он явно пытался понять, что я так бережно тащу к спальнику.

В свете костра скрыть Нару не получилось. На лице самодовольного солдафона мелькнуло такое удивление, что я почти пожалела, что не успела насладиться им подольше.

«Да катись ты ко всем чертям со своим мнением! Индюк напыщенный!» — сердито подумала я.

Симуран направился к машинам с оружием. Проходя мимо, он даже не повернул головы и совершенно спокойным, высокомерным тоном сказал:

— Самоуверенная курица!

Что ж. Зато теперь об одной из его способностей я знала точно.

Глава IV

Точка кипения

… Дни потянулись один за другим и быстро стали похожи друг на друга. Распорядок вошёл в привычку, а наши перепалки с Симураном — почти в расписание. С каждым днём они становились острее: соревнование в сарказме, где никто не собирался уступать. Чем ближе мы были к Мириаде, тем сильнее рос накал.

«Курица» и «индюк» закрепились намертво. Потом появились «эксцентричная жаба» и «аморфный крокодил». Папа называл происходящее детским садом, Ирма с Мариной только ехидно шушукались. Меня всё это бесило до дрожи. И, если уж совсем честно, неплохо разбавляло одинаковые дорожные дни.

Обычный день выглядел примерно так: подъём или дежурство, завтрак, дорога, разговоры и лёгкая перебранка с Симураном по рации; обед, снова дорога, иногда охота; вечером ужин, очередная ссора с Симой под дружный гогот остальных — и снова дежурство или сон.