- -
- 100%
- +
© Инженер, 2026
ISBN 978-5-0070-0731-3
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Глава 1. Волны и кассеты
Солнце пекло так, будто решило выжечь всё на свете дотла. Середина июля, Анапа, 1995 год. Воздух дрожал над раскалённым асфальтом, пахло морем, жареными семечками и дешёвыми духами с лотка у остановки.
Семён шёл вдоль набережной, пиная камешек носком старых кед. В кармане — горсть мелочи, пара кассет (одна — «Кино», вторая — какая-то попса, которую подсунули на обмен) и смятая пачка «Примы». Ему было шестнадцать, лето казалось бесконечным, а будущее — туманным, как дымка над морем.
Он остановился у ларька с газировкой.
— «Буратино», пожалуйста, — бросил он продавщице в цветастом сарафане. Та молча протянула бутылку, звякнула сдачей. Семён открутил крышку, сделал глоток — шипучее, сладкое, с привкусом ностальгии по детству.
Вдалеке смеялись девчонки, кто-то кричал: «Эй, пошли купаться!». Семён прищурился. В толпе мелькнуло что-то яркое — красная майка, светлые волосы, перехваченные резинкой. Девушка шла босиком по нагретой плитке, неся в руках сандалии. Она обернулась — и их взгляды встретились на долю секунды.
Сердце Семёна ёкнуло.
Она тут же отвернулась, скрылась за толпой, но этого мгновения хватило. Что-то изменилось. Будто кто-то взял и перемотал кассету его жизни на новый трек.
Он машинально допил газировку, бросил бутылку в урну и пошёл следом. Просто так. Без плана. Без слов. Только море шумело, ветер трепал волосы, а где-то внутри уже зарождалось то самое чувство — лёгкое, тревожное, волшебное. Первая искра.
На набережной играла музыка из чьего-то магнитофона: «Звезда по имени Солнце» хрипло доносилось из динамиков. Семён улыбнулся. Кажется, это лето будет другим.
Глава 2. Песок и секреты
Семён шёл по набережной, стараясь не потерять из виду красную майку. Толпа то размыкала проход, то смыкалась снова — курортники, дети с мороженым, продавцы кукурузы и ракушек. Девушка свернула к пляжу, спустилась по деревянным ступенькам и направилась к свободному месту у самой воды.
Он замедлил шаг. Что сказать? Как подойти? В голове крутились десятки фраз — все казались глупыми. «Привет, я тебя видел на набережной» — слишком банально. «Можно здесь сесть?» — слишком робко.
В итоге Семён просто прошёл мимо, делая вид, что ищет место для себя. Опустился на полотенце в паре метров от неё, достал из рюкзака кассету — ту самую, попсовую — и положил рядом, будто это какой-то талисман.
Девушка расстелила пляжную простыню, бросила на песок сандалии, поправила волосы. На руке у неё блеснул тонкий серебряный браслет с подвеской в виде ракушки. Она заметила его взгляд, слегка улыбнулась — не насмешливо, а как будто понимающе.
— Нравится «Кино»? — спросила она, кивнув на кассету с «Звездой по имени Солнце», торчащую из рюкзака.
Семён вздрогнул.
— А… да. Но это не моя, друга. Моя вот, — он неловко поднял попсовую кассету. — Хотя «Кино» круче.
Она рассмеялась — легко, звонко, как чайка над водой.
— Меня Катя зовут, — сказала она, протягивая руку.
— Семён, — он пожал её ладонь — прохладную после моря.
— Ты местный? — спросила Катя.
— Нет, с родителями на две недели. А ты?
— Я тут у тёти. Каждый год приезжаю. Уже всё знаю: где самые чистые пляжи, где продают самый вкусный чурчхелу, где по вечерам играют в волейбол… Хочешь покажу?
Сердце Семёна забилось быстрее.
— Конечно, — сказал он, стараясь говорить небрежно. — Только… сейчас?
Катя поднялась, отряхнула песок с ног.
— Почему нет? Пойдём. Сначала — к скалам, там вода прозрачная, можно увидеть крабов.
Она надела сандалии и пошла вдоль берега. Семён схватил рюкзак и поспешил за ней.
Волны накатывали на берег, оставляя белую пену. Ветер доносил запахи водорослей и солнцезащитного крема. Где-то вдали играла музыка, смеялись люди, но Семён слышал только её голос и чувствовал, как внутри разгорается что-то новое — яркое, как полдень, и волнующее, как море перед штормом.
Они шли рядом, иногда задевая друг друга локтями, и каждый раз Семён ощущал этот контакт, как слабый электрический разряд. Он ещё не знал, что это лето подарит ему не только солнце и море, но и то, что изменит его навсегда.
Глава 3. Закат и обещания
Семён и Катя шли вдоль берега, огибая скалы. Вода здесь и правда была прозрачной — сквозь неё виднелись камни и мелкие крабы, шныряющие между ними. Катя присела на корточки, зачерпнула ладонью воду и брызнула на Семёна.
— Ну и что это? — он сделал вид, что возмущён, но не смог сдержать улыбку.
— Проверка на смелость, — она подмигнула. — Или ты только на словах отважный?
Он в ответ зачерпнул воды и аккуратно плеснул в её сторону. Катя взвизгнула и отскочила, рассмеявшись.
— Ладно, мир! — она встала, отряхнула шорты. — Пойдём дальше? Вон там, за поворотом, есть маленькая бухта. Там почти никого нет.
Они свернули за скалу и оказались в укромном местечке — песчаная полоска, обрамлённая камнями, несколько коряг, выброшенных морем, и тишина, нарушаемая лишь шумом волн.
— Вот это да, — выдохнул Семён. — Как в кино.
— Я же говорила, что знаю места, — Катя села на камень, свесив ноги. — В прошлом году мы тут с подружками весь август тусили. Жгли костёр, пели под гитару, рассказывали страшные истории…
Семён присел рядом.
— И что за страшные истории? — он невольно понизил голос.
— О старом маяке, — она заговорщицки оглянулась. — Говорят, там живёт призрак смотрителя. Он появляется только в туманные ночи и машет фонарём, заманивая корабли на скалы.
— Жуть, — Семён невольно оглянулся на море. — И ты в это веришь?
— Не особо, — Катя пожала плечами. — Но когда рассказываешь это у костра, в темноте, становится страшно. Хочешь, как-нибудь вечером придём сюда с гитарой?
— Конечно, — он кивнул слишком поспешно, потом смутился. — То есть… да, было бы здорово.
Они замолчали, глядя на закат. Небо наливалось оранжевым, алое солнце опускалось к горизонту, отражаясь в воде огненной дорожкой.
— Красиво, — тихо сказала Катя. — В городе такого не увидишь. Там вечно пыль, шум, суета… А здесь — будто время останавливается.
— Да, — Семён посмотрел на неё. В свете заката её волосы казались золотистыми, а глаза — тёмно-синими, как море в глубине. — Здесь всё по-другому.
Катя повернулась к нему, улыбнулась.
— Знаешь, — сказала она, — мне кажется, это будет лучшее лето в моей жизни.
Семён почувствовал, как внутри всё сжалось от счастья.
— И в моей, — тихо ответил он.
Они сидели и смотрели, как солнце скрывается за горизонтом, окрашивая облака в пурпурные и розовые тона. Ветер стал прохладнее, но им было тепло — от близости друг друга, от новых ощущений, от предчувствия чего-то важного.
— Пора идти, — Катя встала. — Родители будут волноваться.
— Давай завтра снова встретимся? — быстро спросил Семён.
Она на мгновение задумалась, потом кивнула.
— В три у ларька с газировкой?
— Договорились, — он улыбнулся. — Я буду там.
Они пошли обратно к набережной, уже не торопясь. Солнце окончательно село, на небе появились первые звёзды. Где-то вдалеке играла музыка, смеялись люди, но Семён слышал только шаги Кати рядом, чувствовал её присутствие — и знал, что завтра будет ещё лучше, чем сегодня.
Глава 4. Дождь и откровения
Семён пришёл к ларьку с газировкой без пяти три — на полчаса раньше оговорённого времени. Он расхаживал взад-вперёд, то и дело поглядывая на часы. В кармане лежала новая кассета — «Наутилус Помпилиус», которую он выменял у соседа по пансионату. Хотелось произвести впечатление: Катя ведь оценила его вкус к «Кино» вчера.
Ровно в три он заметил её — Катя шла по набережной, на этот раз в голубом сарафане и с плетёной сумкой через плечо. Увидев Семёна, она улыбнулась и ускорила шаг.
— Ты что, тут давно стоишь? — спросила она, подойдя ближе.
— Нет, только что пришёл, — соврал он. — Куда пойдём?
— А давай на старый пирс? — предложила Катя. — Говорят, там рыбаки продают свежую кефаль прямо с лодки. Можно купить и попросить пожарить на углях у пляжных поваров.
Они направились к пирсу. По дороге Катя рассказывала, как в детстве боялась заходить на него из-за скрипучих досок, а теперь это её любимое место. Семён слушал, время от времени вставляя реплики, и чувствовал, как напряжение первых минут встречи тает.
У пирса действительно стояли рыбаки. От корзин с рыбой шёл свежий морской запах. Катя ловко договорилась о покупке пары кефалей, а Семён отсчитал деньги — те самые, что мать выдала ему на неделю.
Пока рыбу жарили, они устроились на краю пирса, свесив ноги над водой. Под ними проплывали медузы, покачивались буйки, вдалеке виднелись парусники.
— Знаешь, — вдруг сказала Катя, глядя вдаль, — я тут не просто у тёти отдыхаю.
Семён вопросительно посмотрел на неё.
— Родители разводятся, — тихо продолжила она. — Мама решила, что мне лучше провести лето подальше от всего этого. А тётя как раз позвала…
Семён не знал, что сказать. Он осторожно положил руку на её плечо.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.