Шёпот Кха'ззри

Он не хотел ее мучить. Боги свидетельствуют, не хотел. Но он жаждал хоть искры в той пустоте, что разделяла их. И теперь, когда он наконец увидел этот проблеск, его охватила странная, тихая эйфория. Возможно, путь к ее сердцу лежал не через попытки растопить лед, а через умение разжечь в ней огонь. Даже если этот огонь пока обжигал лишь его самого.

***

Эйдан оставил Магру на попечение расторопных гардеробных служанок, учтиво выйдя из комнаты, но не отошел далеко. Прислонившись лбом к прохладному стеклу окна, он смотрел в темное небо, где редкие звезды тонули в городской дымке. За его спиной, за дверью, оставалась она — с ее обидой, с ее ревностью, такой же хрупкой и ценной, как та брошь, что он подарил. Он чувствовал себя одновременно и подлецом, и окрыленным. Подлецом — потому что использовал ситуацию, чтобы вызвать в ней эмоции. Окрыленным — потому что эти эмоции были обращены на него.

Радостное возбуждение гасло, как огонек задутой свечи, вытесняемоя холодной волной трезвых мыслей. Этот инцидент с вином — был ли он действительно случайностью? В свете последних событий любая мелочь казалась зловещей. Слова Императора, требовавшего бдительности, обвинения Рагнара, насмешки Циарана — все это смешивалось в тревожный клубок. Возможно, кто-то хотел не просто оскорбить принцессу, а проверить, как он отреагирует. Или, что хуже, спровоцировать его на необдуманный шаг, вывести из равновесия. А его реакция — порывистая, почти инстинктивная, когда он увел Магру с бала, — была ли она мудрой или лишь выдала его слабость, его привязанность, которую так легко использовать против него?

Время в пустом коридоре текло густо и тягуче, как остывающая смола. Каждая секунда ожидания отдавалась в висках тяжелым, мерным стуком. Он слушал приглушенные шаги служанок за дверью, ловя отзвуки ее голоса, и думал о том, что самая большая опасность для них обоих заключалась не в кинжалах из тени, а в том, что его собственное сердце стало их общей уязвимостью.

Эйдан ждал, напряженный и собранный, словно пружина, готовая вот-вот распрямиться.

Он смотрел в темное небо, но видел не звезды, а отражение глубоких глаз Магры, печальных и отстраненных еще совсем недавно.

Мелочи, конечно, но мелочи, складывающиеся в призрачную надежду. Испорченное платье, как ни странно, стало удачным поводом отступить от фальшивого блеска бала, укрыться от посторонних глаз. Сейчас, наедине, в более интимной обстановке возможно, она позволит ему увидеть не только навязанного мужа, но и мужчину. Шанс, небольшой, робкий, но шанс был. И упускать его он не собирался.

Дверь примерочной бесшумно отворилась, и Магра вышла, словно лунный свет, просочившийся сквозь темные облака. Серебристое платье сменилось на струящийся наряд глубокого изумрудного цвета, ткань которого мягко облегала фигуру, подчеркивая плавные изгибы. Простой, но изысканный крой платья казался более созвучным ее природной красоте, чем вычурный блеск бального наряда. В волосах теперь не было тяжелых драгоценностей, лишь несколько жемчужин, едва заметных в темно-рыжей волне. Она выглядела не менее царственно, но уже не как холодная статуэтка, а как ожившая лесная нимфа, случайно попавшая в каменные стены дворца.

Эйдан повернулся к ней, замерев на мгновение. Изумрудный цвет невероятно шел к ее зелено-голубым глазам, делая их ярче и глубже. Она словно излучала мягкое сияние, контрастирующее с тревожным полумраком дворца.

— Вам очень к лицу, принцесса, — произнес он тихо, с искренним восхищением в голосе. — Этот цвет словно отражение магии Зафирии.

Магра легко улыбнулась, кажется, впервые по-настоящему искренне с начала вечера.

— Мне кажется, так лучше, — ответила она, поправляя складки платья. — Не так вычурно. И дышится легче.

Эйдан протянул руку, слегка касаясь ее локтя.

— Позволите? — предложил он тихо, взглядом приглашая ее пройти вглубь комнат.

Магра посмотрела на его руку, затем подняла глаза на его лицо. В ее изумрудно-бирюзовых озерах больше не было льда, лишь легкое колебание, нерешительность, но не отторжение. Она положила свою ладонь в его руку, и Эйдан ощутил тепло ее прикосновения сквозь тонкую ткань перчатки. Он мягко сжал ее пальцы, ведя за собой в глубину личных покоев.

Они молча шли по длинным коридорам, где звуки музыки стихали, а шепот придворных таял, словно дымка.

Наконец, они остановились в небольшой гостиной, освещенной мягким светом камина. Эйдан отпустил ее руку, но не отступил далеко, оставляя между ними лишь несколько шагов дистанции.

— Принцесса, — начал он тихо, нарушая молчание, — я хотел бы поблагодарить вас. За то, что согласились на этот брак. Я понимаю, это нелегко — оставить родину, покинуть привычный мир, и связать свою судьбу с человеком, которого вы почти не знаете.

Магра смотрела на огонь, танцующий в камине, отражающий золотистые блики в ее зеленых глазах.

— Я сделала это не только ради политики, Эйдан, — произнесла она тихо, но твердо, не отводя взгляда от пламени. — И не только ради своего народа. В ваших словах, в ваших глазах я вижу нечто большее, чем просто расчет и долг. Нечто искреннее. И это обнадеживает.

Она повернула голову, встречаясь взглядом с Эйданом, и в ее глазах промелькнула робкая тень нерешительности.

— Эйдан, — тихо начала Магра, словно взвешивая каждое слово, — есть кое-что что я хотела бы прояснить для себя. Если вы не против.

— Конечно, принцесса, — мягко ответил Эйдан, внимательно глядя на нее. — Спрашивайте всё, что вас тревожит.

Магра глубоко вдохнула, словно собираясь с духом, и неуверенно начала:

— Когда мы были в пещере в пещере благочествия, — она запнулась, Эйдан видел как тяжело ей было вспоминать это, да и он сам бы отказался от этих воспоминаний, — вы помните, кристаллы Вы видели их свет, Эйдан. Я видела это.

Она посмотрела на него прямо, ища подтверждения своим словам. Эйдан нахмурился, стараясь понять, к чему она клонит.

— Кристаллы? Да, помню. Я пытался поддержать вас и помочь Но, — он вопросительно поднял бровь.

— Не просто помогли, Эйдан, — Магра покачала головой, ее голос стал серьезнее. — Видеть их свет он виден не каждому. Только Маги могут по-настоящему видеть его. И я видела я видела, как вы смотрите на кристаллы как вы реагировали на их свет. Вы видели их как маг.

Эйдан усмехнулся, покачав головой.

— Принцесса Магра, вам показалось.

Но Магра не отступила. Она смотрела на него с твердой уверенностью в глазах.

— Нет, Эйдан. Мне не показалось. Я видела. И не только видела я чувствовала. В тот момент от вас исходила сила. Магия. Я уверена в этом.

Эйдан молча смотрел на нее несколько секунд, а потом медленно поднял руку и коснулся места на груди, под костюмом, где обычно носил Сплетение.

— Принцесса Магра, Вы, вероятно, почувствовала действие Сплетения, — произнес он спокойно, стараясь придать голосу убедительность. — Этот артефакт он обладает магической энергией. Возможно, Вы приняли ее за мою собственную.

Магра проследила взглядом за движением его руки и снова покачала головой, на этот раз более решительно.

— Нет, Эйдан. Я чувствую разницу. Сплетение – это другое. Искусственное. А то, что я ощутила от вас это была ваша собственная магия. Настоящая.

Эйдан вздохнул и развел руками.

— Принцесса, это невозможно. Я родился в мире технологий. В Клэннахе. Мои родители Они не маги. Магия – это не то, что может появиться из ниоткуда.

Магра на мгновение замолчала, словно обдумывая его слова. В её глазах всё ещё читалось сомнение, но тон стал немного мягче, примирительнее.

— Возможно возможно, вы и правы, Эйдан.

В этот момент в памяти Эйдана всплыл эпизод из недавнего прошлого – штурм притона Рагнара. Он вспомнил внезапные осечки у него, несколько раз подряд, в самый разгар боя. Тогда он списал это на низкое качество оружия или случайное стечение обстоятельств. Позже пришел официальный отчет оружейника, сухой и лаконичный: «Конструктивных дефектов и отклонений в баллистике не выявлено. Происшествие классифицировано как случайность».

И сейчас, после слов Магры о магии, в сознании возникла смутная связь. Ведь ему было известно, что технологии не сосуществуют с магией. И если то, о чем говорила Магра правда, то

Эйдан отогнал назойливые мысли, стараясь вернуться в русло текущего разговора. Он не мог позволить себе увлечься мистическими фантазиями. Впереди стояли реальные угрозы, интриги, война. И магия, существуй она в нем или нет, не поможет ему с ними справиться. Только логика, расчет и сила. И, возможно доверие этой загадочной принцессы, смотрящей на него сейчас с любопытством и непониманием.

Он внимательно посмотрел в зеленые глаза Магры. В них было нечто большее, чем просто любопытство к незнакомому миру. Была там и искренность, и попытка понять его, несмотря на явные противоречия между их мирами. Может быть, спорить дальше о магии сейчас не самое важное? Может, стоит сменить тему, пойти ей навстречу в чем-то другом?

— Возможно, вы и правы, принцесса Магра, — мягко сказал Эйдан, нарушая молчание, — Возможно, я просто чего-то не понимаю в вашей магии. Я вырос в другой культуре. Но это не значит, что я не хочу понять вас. И ваш мир.

Он протянул руку и осторожно взял ее ладонь в свою. На этот раз Магра не отстранилась. Ее пальцы оставались теплыми и мягкими в его руке. В ее глазах мелькнуло легкое удивление, потом интерес, и даже некое зарождающееся доверие. Словно маленький мостик начал тянуться между двумя такими разными мирами. И Эйдан чувствовал, как это тепло распространяется от ее руки по всему его телу, разогревая душу, уставшую от интриг и тревог. Может быть, не все потеряно? Может быть, в этом холодном и чужом дворце он найдет не только политического союзника, но и нечто гораздо большее

Девушка повернула голову, встречаясь взглядом с Эйданом. В ее глазах мелькнула слабая улыбка, и легкая грусть, и нежность — все вместе, словно отражение сложной палитры чувств, только начинающих распускаться в ее сердце.

— Быть может, — продолжила она тихо, — быть может, в этом чужом и холодном мире я смогу найти не только клетку, но и дом. И не только политического партнера, но и друга.

В голосе Магры появилась едва уловимая теплота, надежда, словно первый луч солнца, пробившийся сквозь зимнюю стужу. Эйдан смотрел на нее, не отрывая взгляда, осознавая — их путь только начинается. И впереди — не только политические интриги, войны и предательства, но и робкая надежда на нечто большее. На то, что между ними — между двумя мирами, между долгом и чувствами — зародится искра настоящей связи. Связи, способной согреть их сердца даже в самые темные времена.

И в тишине дворцовых покоев, под мерное тиканье часов, Эйдан Галахер, герой Империи, и принцесса Магра Хамза, невеста из волшебной страны, стояли рядом, смотря в огонь камина, видя в нем не только отражение прошлого, но и призрачные очертания неведомого, но манящего будущего.