И стрелы пролетают мимо

– Оказались вполне себе заразными, – продолжил Артур фразу девушки.

– Что ты имеешь ввиду? – удивленно посмотрела на него Алиса.

– А ты правда не видишь сходства? – не поверил ее словам Артур.

– Сходства? Кого и с кем? Я никогда не продавала себя всяким уродам, – горделиво произнесла Алиса. – А мечтала встретить настоящую любовь: красивого мужчину, который подарил бы мне сказочную жизнь, и я хранила себя для него, хотя у меня и была куча возможностей потерять девственность с каким-нибудь богатым старикашкой.

– И ты никогда не пользовалась своей внешностью, чтобы получить желаемое? – хмыкнул Артур.

Алису возмутила странная реакция волонтера на ее слова: как смеет этот слизняк сомневаться в ее порядочности? Девушка уже было собралась привести миллион аргументов в свою защиту, но резко передумала и решила просто обидеться и больше не разговаривать с этим идиотом. Смерив Артура презрительным взглядом, она вновь закрыла глаза.

Несколько секунд волонтер неотрывно смотрел на, казалось бы, уснувшую Алису, и в его взгляде читалась смесь из жалости и сочувствия. Наконец, взяв себя в руки, он с легким вздохом, сделанным, скорее по привычке, чем из необходимости, последовал ее примеру.

***

– Алиса! Услышь меня! Я не могу задействовать тебя в этой программе! Ты очень способная девушка, но твое тело достигло своих пределов, и выше головы ты уже не прыгнешь. Пойми, я планирую поставить не просто танец, а настоящий спектакль, и в нем будут работать лишь профессиональные артисты!

– Назовите сумму и мама заплатит, – спокойно произнесла юная и прекрасная Алиса, равнодушно пожав плечами.

– Да дело совсем не в этом. Я нашел спонсоров, и они готовы вложить в мой проект грандиозные суммы. На кону не только большие деньги, но и моя профессиональная репутация: я не могу выпустить на сцену дилетантов. Да и физически ты не сможешь сделать то, что требуется. Мои танцоры уже сами давно работают хореографами, а ты – все-таки любитель.

– Зато я стану настоящим украшением твоего спектакля. Представь меня спонсорам, как свою будущую звезду и увидишь, что они не будут возражать против моего присутствия.

– Алиса, дело не в красоте, а в таланте! – закатил глаза импозантный мужчина в черном спортивном трико.

– То есть ты считаешь, что у меня его нет? – сузила глаза Алиса. – А если я чего-то и не умею, то значит, это ты меня не научил! – со злостью в голосе прокричала девушка, тряхнув копной светлых волос. – За что мамуля платит тебе такие деньги?

– Алиса, не все упирается в знания! Талант либо есть, либо его нет. Я с самого начала говорил тебе, что не имею дело с подростками, но ты очень хотела работать именно со мной и твоя мама меня убедила.

– Она заплатила тебе в три раза больше, чем ты того стоил, – перебила его Алиса.

– И это тоже, – покорно согласился мужчина. – Потому что мне требовалось в три раза больше времени, чтобы объяснить тебе то, что другие понимали сходу. Я пошел тебе навстречу и дал все, что ты могла у меня взять, но ты достигла своего потолка. Давай поставим тебе сольный танец вне проекта?

– Нет, я буду примой этого спектакля! – топнула ножкой Алиса, напоминая капризного ребенка, требующего понравившуюся ему игрушку.

– Алиса, – устало протянул мужчина, всем своим видом показывая, что у него не осталось сил, чтобы продолжать этот бессмысленный спор. Казалось, что он уже все для себя решил, и сейчас лишь пытается найти нужные слова, чтобы не обидеть упрямую девушку.

Алиса обиженно надула пухлые губки и хотела было отвернуться, чтобы наказать строптивого собеседника своим отвержением, но в этот момент ее зеленые глаза полыхнули от озарившей ее догадки. Сменив гнев на милость, она улыбнулась своему учителю и стала медленно стягивать с себя гимнастический купальник.

– Алиса, что ты делаешь? – прохрипел мужчина и закашлялся.

– Ты так любил случайно касаться моей груди, и я внезапно подумала, что мы можем расстаться навсегда и ты никогда не увидишь то, что все это время скрывалось от твоего взора под моей одеждой, а это – досадное упущение! Ты совершенно не ценишь мою красоту, – прошептала Алиса, вертясь перед учителем в одних крошечных трусиках. – А значит, ее оценит кто-нибудь другой.

– Я не выгоняю тебя, просто не могу дать роль, – сглотнул мужчина, не в силах оторвать взгляд от юного тела танцовщицы.

– Очень жаль, – пропела девушка, быстро натягивая одежду. – Значит, нам придется прекратить наше сотрудничество. – Всего вам самого доброго, Арсен Бенедиктович, – отрезала Алиса, подойдя к ошарашенному мужчине и глядя ему прямо в глаза.

– И тебе, – растерянно прошептал он в ответ.

Опустив свою ладонь на живот не ожидавшего такого поворота событий мужчины, Алиса ласково провела ей из стороны в сторону, с каждым разом опускаясь все ниже. Внезапно оборвав движение, она резко развернулась и не оборачиваясь, пошла в сторону выхода.

– Подожди! – закричал ей вслед Арсен Бенедиктович. – Я что-нибудь придумаю.

Алиса остановилась. На ее губах играла довольная улыбка.

***

– Алиса, ты не можешь так поступить! Специально для тебя я ввел нового персонажа и согласовал твое участие со всеми спонсорами. Твой костюм уже в разработке! – испуганно кричал в телефонную трубку Арсен Бенедиктович.

– Вы требуете от меня слишком многого. Я очень устаю на ваших занятиях, – раздался из динамика равнодушный голос Алисы. – К тому же, я не привыкла быть на вторых ролях.

– Алиса! Я не могу сделать тебя примой! Ты едва справлялась с ролью в кордебалете и мне пришлось придумать для тебя отдельную партию – ты не дотягивала до уровня других танцовщиц, и от этого страдала общая картинка, – растерявшись, принялся оправдываться учитель танцев.

– Ну вот видите, значит не так уж я вам и нужна, если я все порчу, – капризно протянула Алиса. – Прощайте, Арсен Бенедиктович. Наша встреча была ошибкой!

– Постой, Алиса. Нельзя же бросать проект на полпути! Ты подведешь и меня, и весь коллектив.

– В этой жизни, Арсен Бенедиктович, каждый сам за себя. Неужели, дожив до столь преклонных лет, вы этого так и не поняли? – цокнула языком Алиса.

– Но мне только сорок два, – растерянно протянул хореограф, думая в этот момент о чем-то другом.

– Боже мой, какому старику я позволяла себя трогать, – сокрушенно произнесла Алиса. – В вашем возрасте, Арсен Бенедиктович, о вечности уже пора задуматься, а вы все туда же.

– Алиса, не бросай проект, мы что-нибудь придумаем. Я изменю план репетиций, сделаю тебе нагрузку полегче, ведь время еще есть. Мы можем разделить тренировки на утренние и вечерние, чтобы днем ты могла немного отдохнуть, – хватался за последние соломинки учитель.

– То есть теперь я должна подставлять тебе свою грудь дважды в день, да еще и платить за это? Хорошо ты устроился! Трогай свою жену, а мне есть с кем проводить свободное время, – холодно произнесла Алиса и в трубке раздались частые гудки.

– Постой! – прокричал Арсен Бенедиктович, вновь набирая номер ученицы. – Ты не можешь так просто уйти! – молил он сквозь выступившие на глазах слезы.

– Могу, – отрезала Алиса и снова отсоединилась.

Закрыв руками лицо, Арсен Бенедиктович зарыдал в голос.

***

Алиса сидела в ярко-освещенной комнате, стены которой были увешаны плакатами с полуголыми моделями восьмидесятых годов. Поправив макияж, она смерила оценивающим взглядом девушку по соседству. «Где они понабрали таких уродин», – пронеслось у нее в голове.

– Алиса, на приват! – раздался крик администратора.

– Опять меня, – закатила глаза Алиса, делая вид, что ей это не по вкусу. – Пока дурнушки ждут, что их выберет какой-нибудь несчастный, красивые леди зарабатывают, – язвительно улыбнулась она своей соседке.

– Тоже мне прима-балерина, – скривилась развалившаяся на стуле, полуголая брюнетка.

– Именно! Я долгое время занималась балетом, и даже была задействована в крупной постановке, – елейно улыбнулась светловолосая девушка, накидывая на себя легкий халат и направляясь к выходу.

– И где можно купить билетик? – оскалилась кучерявая блондинка, переодевавшаяся в углу комнаты.

Но Алиса не удостоила ее своим вниманием и, громко хлопнув дверью, вышла из комнаты. Пройдя коротким коридором, она завернула за угол и подмигнув плечистому охраннику, вальяжно вошла в небольшое, тускло освещенное помещение с зеркалом на потолке.

При ее появлении, сидевший на стуле мужчина, суетливо зашевелился и попытался встать, но что-то удержало его на месте.

Плотно прикрыв за собой дверь, Алиса остановилась на пороге и изящным движением скинула халатик. Когда ее глаза привыкли полутьме, она направилась в центр комнаты, плавно покачивая крутыми бедрами и соблазнительно облизывая пухлые губки. Встав так, чтобы незнакомец имел возможность рассмотреть ее получше, Алиса на секунду застыла в своей самой соблазнительной позе, проверенной на десятках других мужчин и, тряхнув длинными, светлыми волосами, начала танцевать.

– Так вот на что ты променяла мой спектакль?! Вот чему я учил тебя все эти годы?! – раздался взволнованный голос Арсена Бенедиктовича.

Ошарашенная Алиса замерла в нерешительности, не зная, что ей делать дальше.

– Алиса – ты позор всей моей жизни, – плача, бормотал именитый хореограф.

– Витя! – истошно завопила Алиса, приходя в себя. – Этот мужчина меня оскорбляет.

– Ну что же вы, господин хороший? – миролюбиво поинтересовался широкоплечий охранник, в мгновение ока возникший на пороге. – Заплатили за танец, так смотрите. Зачем на девушку ругаетесь?

– Это не девушка, а исчадие ада, – ответил Арсен Бенедиктович, и из его глаз вновь покатились крупные слезы.

– Вы танец смотреть будете или вас отсюда вывести? – добавив металла в голос, сурово поинтересовался Витя.

– Я сам здесь больше не на секунду не останусь! – воскликнул учитель Алисы, поднимаясь со своего места. – Услышав о том, чем ты тут занимаешься, я был уверен, что тебя оболгали, а теперь своими глазами убедился в правдивости сказанного. Отныне, ты умерла для меня, кинул он опешившей девушке и быстрыми шагами вышел из комнаты.

Оставшись в одиночестве, Алиса рухнула на единственный стул и громко зарыдала.

– Ты как? – возник на пороге дюжий Витя.

– Мне надо с ним поговорить! – вскричала Алиса, кидаясь к дверному проходу.

– Эй, эй, полегче, – пробормотал охранник, аккуратно удерживая Алису за плечи. – Вам нельзя общаться с клиентами, знаешь же правила. Да он уже и ушел.

– Мне очень надо ему все объяснить! – не успокаивалась девушка, захлебываясь слезами. – Я же не делаю ничего плохого!

– Твой знакомый, да? – участливо осведомился Витя. – Что ж, бывает, не ты первая. Слушай, езжай-ка домой, а то с таким заплаканным лицом только стриптиз и танцевать.

– Но я же не плохая? – голосом маленькой девочки спросила Алиса, напряженно ожидая вердикт охранника.

– Конечно же нет! – усмехнулся Витя. – Ты – лучшая танцовщица за всю историю нашего клуба. И самая красивая. А он – просто очередной придурок, которому ты не по зубам.

Успокоенная словами восхищенно смотревшего на нее мужчины, Алиса решительным шагом направилась в гримерную.

***

– Черт, – пробормотала Алиса, открывая глаза. Она обеспокоенно оглядела комнату, пытаясь определить, можно ли чертыхаться в загробном мире. Убедившись, что, не провалилась в ад от сказанного, она добавила еще пару нецензурных слов.

– Зачем кому-то было нужно ворошить именно эти события, да еще и при Артуре? – подумала девушка, но тут же вспомнила, что волонтер слышит все ее мысли.

– Я не собираюсь перед тобой оправдываться, ведь я не сделала ничего дурного. Господь, или кто-то там еще наделил меня красотой, и я использовала ее по своему усмотрению. Ведь если бы Создатель не хотел, чтобы я так поступала, то он бы не сделал меня такой, какая я есть, верно? – нервно рассмеялась девушка.

– Мне иногда кажется, что кто-то придумал Бога лишь для того, чтобы перекладывать на него ответственность за свои действия и бездействия, – пробормотал Артур себе под нос.

– Ну а что предосудительного было в моих поступках? По-моему, вполне нормальное поведение молодой девушки, которая только познает этот мир и проверяет, какое влияние может на него оказать, – протянула Алиса.

– Знаешь, никому и в голову не придет искать объяснение чему-то нормальному, – внимательно посмотрел на нее Артур. – Оправдывают, как правило, лишь то, во что не верят сами.

– А я вот не считаю, что я сделала что-то дурное. Бенедиктович – форменный придурок. Слюнтяй, а не мужик. Чуть что – сразу в слезы. Разве настоящие мужчины плачут? Такой тряпкой можно пользоваться лишь по ее прямому назначению, – отчего-то разозлилась Алиса.

– Со слезами выходит душевная боль. Ты считаешь, что мужчинам не дозволено страдать? – тихо произнес волонтер.

– Ну ты-то можешь распустить нюни, а вот настоящие самцы не плачут. Они должны стойко преодолевать трудности и терпеть лишения – на то они и сильный пол, а слезы – это удел женщин, – твердо сказала Алиса.

– То есть, мужчины, по-твоему, ничего не чувствуют? – внимательно посмотрел на нее Артур.

– Я не говорила, что совсем ничего. Они могут любить, восхищаться и ощущать свое превосходство над другими, – уверенно произнесла Алиса.

– Но больно им быть не может? – наседал Артур.

– Почему это? – удивилась девушка. – Они могут получить боевое ранение или спортивную травму.

– Я говорю про другую боль – душевную. Разве им нельзя горевать? Печалиться? Тосковать? – не сдавался Артур.

– Вот это я и пытаюсь тебе донести! – воскликнула Алиса. – Можно! Но такие субъекты не имеют права называться сильным полом. Настоящими мужчинами считаются лишь те, кому неведомы все эти страдания. Зачем терзаться, если ты можешь получить все, что захочешь? Просто будь смелым и отважным!

– Но ведь это невозможно! Такого не бывает! Жизнь состоит из взлетов и падений, – растерялся Артур.

– Просто не всем это дано, – пожала плечами Алиса. – Победитель получает все, а проигравшему только и остается, что искать причины неудач.

– Но нельзя же все время выигрывать! Я допускаю мысль о том, что можно найти клад, и в одночасье стать богатым, но как, например, заставить другого человека полюбить тебя? – удивился Артур.

– Вот же дурачок! – закатила глаза Алиса. – Об этом я тебе и толкую! Получить можно все! И чем больше сил приложено, тем сладостней победа. Сердце женщины можно завоевать!

– Правильно ли я понимаю твою логику, – вконец запутался Артур. – Ты называешь настоящим мужчиной лишь того, кто способен добиться любви любой понравившейся ему женщины?

– Ну, не любой, а той, которая вдохновит его на то, чтобы он бросил весь мир к ее ногам, – мечтательно пропела Алиса.

– И при этом он не должен печалиться, если на первых порах она холодна к нему или что-то идет не по его плану? – усмехнулся Артур.

– У настоящего мужчины все всегда идет по плану, поэтому ему незачем пребывать в плохом расположении духа, – уверенно произнесла Алиса.

– Ну, а что, если за одной и той же женщиной ухаживают два настоящих мужчины? И они оба понимают, что кому-то из них она не достанется. Они и тогда не могут немного пострадать? – еле сдерживая смех, спросил Артур.

– Вот тот из них, который начнет страдать и окажется на обочине жизни, – отрезала Алиса.

– А что, если она выберет именно того, который страдал? И знать об этом не будет? – все-таки рассмеялся Артур.

– Я же тебе говорю, что такого не бывает, – по слогам произнесла Алиса, словно объясняла элементарные вещи малому ребенку. – Настоящая женщина, подсознательно выберет из них двоих не нытика, а настоящего мужчину.

– То есть того, кто не умеет чувствовать? –перестав улыбаться, серьезно спросил Артур.

– Она выберет того, кто ощущает лишь то, что помогает ему в жизни, – спокойно ответила Алиса.

– Но мы же не можем контролировать свои чувства, – удивился Артур. – Они не подвластны разуму.

– Почему? Я, например, это умею. Тех, кто мне нравится – я люблю, а тех, кого презираю – нет, – пояснила Алиса. – Если мне что-то не хочется, я просто это не делаю.

– То есть в твоем понимании, идеальный мужчина – это победитель, который умеет располагать к себе женщин и терпеть невзгоды, не замечая боли и не испытывая страданий? – округлил глаза Артур.

– И еще любить всем сердцем, – ослепительно улыбнулась Алиса.

– И ты таких встречала? – заинтересовался Артур.

– Возможно, – загадочно улыбнулась девушка и о чем-то задумавшись, закрыла глаза.

***

– У тебя божественное тело, – послышался низкий с хрипотцой, мужской голос и Алиса с Артуром вновь очутились в неярко освещенной комнате для приватных танцев. – Ты превзошла свою маму и лицом, и фигурой. Я готов это признать, хоть она мне и жена, – продолжал сыпать комплиментами мужчина, и полуобнаженная танцовщица, буквально расцвела от этих слов. – Знаешь, я никогда тебе об этом не говорил, но твоя красота поразила меня в самое сердце. Сначала я тебя совсем не замечал, но на праздновании твоего восемнадцатилетия, когда ты появилась в том красном, шелковом платье с разрезом до самого бедра, все внутри меня затрепетало от желания, и это чувство не отпускает меня до сих пор. Эти цветы для тебя, – кивнул высокий, темноволосый мужчина на огромный букет чайных роз, благоухавших на низком столике в углу комнаты.

– Кирилл, они великолепны, – прошептала Алиса, смотря на отчима завороженными глазами олененка Бэмби.

– И это только начало, – прошептал мужчина, скользя взглядом по обнаженной груди Алисы. – Это же твой последний танец на сегодня, да? Я буду ждать тебя у выхода, и сам отвезу домой. Или куда пожелаешь, – улыбнулся ей отчим, открывая шампанское.

Пригубив напиток, Алиса вернула фужер Кириллу, но плечистый красавец вновь поднес его к ее губам. Повинуясь молчаливому приказанию, разгоряченная танцем девушка осушила весь бокал, и мужчина тут же наполнил его снова, а затем, ослепительно улыбнувшись, вышел из комнаты.

Подойдя к большому зеркалу, Алиса чокнулась шампанским со своим отражением и радостно воскликнув: «за нас!», сделала несколько больших глотков. Громко рассмеявшись, она прошептала: «счастье есть» и ликуя, стала поспешно собирать свою раскиданную по полу одежду.

***

– Кирилл! Кирилл, где же ты? Меня совсем не держат ноги, – заплетающимся языком звала Алиса.

Пошатываясь на высоких каблуках, девушка выскользнула на улицу через дверь черного хода, и ее тут же окружила темнота.

– Прекрасной принцессе нужна помощь отважного рыцаря! – то и дело восклицала Алиса, направляясь в сторону фонаря.

На последних словах она оступилась и чуть было не упала, но чьи-то сильные руки подхватили пьяную красавицу и крепко прижали к себе.

– Мой герой, – прошептала девушка, засовывая руки под его широкую футболку и припадая к его губам.

В ответ на поцелуй, спаситель Алисы нежно обнял ее за талию.

– Ну я смотрю, ты времени даром не теряешь, – с усмешкой проговорил Кирилл, внезапно вырастая рядом с целующейся парочкой. Продолжая улыбаться, он стал внимательно рассматривать спутника Алисы. – Ну, развлекайтесь тогда, – проговорил он после секундного молчания, и снова исчез.

– Ничего не понимаю, – растерянно пробормотала Алиса. – А кто тогда ты, если ты – это не он? – обратилась она к незнакомцу в футболке.

– Егор, – тихо пробормотал невысокий, щуплый парень, не двигаясь с места.

– Кто?! – нечеловеческим воплем огласила округу Алиса, вырываясь из его рук. – Да кто ты вообще такой? И какое право имел лапать меня? Охрана! – крикнула она еще громче, но переулок был пуст.

– Я лишь поддержал тебя, – сверкнул бездонными, синими глазами молодой человек, назвавшийся Егором. – Ты чуть не упала.

– А зачем полез целоваться? – не переставала кричать Алиса. Войдя в раж, она разразилась и вовсе нецензурной бранью.

– Но ведь ты первая начала, – едва слышно проговорил Егор.

– Что?! – задохнулась от возмущения Алиса. – Все было не так! Это ты набросился на меня, а Кирилл не смог пережить увиденного! Он никогда мне этого не простит! Я потеряла его навсегда, – еще громче заголосила девушка и бурно зарыдала.

– Постой, а этот Кирилл ведь твой отчим, да? Муж Надежды Петровны? – оторопел Егор.

– Не твое собачье дело, – протянула Алиса сквозь стиснутые зубы. – Мы любим друг друга! Случилось страшное недоразумение! Ему сейчас очень больно, и я должна во что бы то ни стало все ему объяснить, пока он не уехал! Лишь бы от отчаяния он не натворил глупостей! – на одном дыхании выпалила девушка и, спотыкаясь, побежала в сторону парковки.

– Постой, там может быть опасно! – крикнул Егор, кидаясь за ней.

Кое-как доковыляв до стоянки, Алиса начала оглядываться по сторонам:

– Его нет, он уехал, – повторяла она сквозь слезы, заламывая руки. – Это все ты, ты виноват, – плакала девушка, то и дело выкрикивая ругательства своему обидчику. В какой-то момент ей показалось этого мало, и она бросилась на парня с кулаками, а потом стала бить его острыми носками своих модных туфель на высоких шпильках.

Егор стоял не шевелясь, молча выдерживая Алисины побои и оскорбления, и позволяя разъяренной девушке беспрепятственно выплескивать на него всю свою ярость.

– Ненавижу тебя, – кричала Алиса, держась за плечо Егора и впиваясь в него длинными ногтями. – Ты что, ничего не чувствуешь? Что еще я должна сделать, чтобы ты понял, как мне плохо. Куда тебя ударить, чтобы ты закричал от нестерпимой боли. Как я тебя ненавижу!

– А я тебя люблю, – спокойно и просто ответил Егор, стойко перенося пощечины Алисы.

– Что?! – продолжила кричать Алиса. – Да как ты смеешь говорить такое?! Ты – ничтожество. Ты не имеешь ни малейшего права любить меня. Да кто ты такой? Ты себя в зеркало видел? Сопляк! Коротышка! Да ты просто ребенок, сосунок. Что ты знаешь о любви? Наверное, и целовался-то в первый раз?

– В первый, – простодушно признался Егор и улыбнулся. Из его разбитой губы стекала тоненькая струйка крови, но, казалось, он этого не замечал.

– Ну вот, я же говорю, сосунок! – тряхнула светлыми волосами Алиса. – Неужели ты думал, что я снизойду до такого ублюдка, как ты? Да ты знаешь, какие мужчины добиваются моего расположения? И сколько они готовы заплатить за один мой взгляд в их сторону? А таких как ты, я даже не замечаю.

– Это ты про Кирилла? – тихо спросил Егор.

– Да что ты понимаешь?! – вновь забилась в истерике Алиса. – Еще в тринадцать лет я решила, что он станет моим первым мужчиной и все это время хранила себя для него. Знаешь, чего мне стоило влюбить его в себя? Мама не оставляет нас дома одних ни на минуту, и вот он наконец-то сделал первый шаг! Сегодня Кирилл должен был лишить меня девственности, а ты все испортил!

– Ну, тогда я рад, что вмешался, – признался Егор и тут же получил еще одну оплеуху от Алисы.

– Да как ты смеешь?! – зверем проревела девушка.

– Мне бы хотелось, чтобы твой первый раз был с человеком, который любит тебя всей душой, – улыбнулся парень в вытянутой футболке.

– Да что ты знаешь о настоящих чувствах? – презрительно сузила свои зеленые глаза Алиса.

– Все, – ответил Егор, ласково глядя на разъяренную девушку. – Ведь мне посчастливилось любить прекраснейшую из женщин.

– А я тебя ненавижу! – закричала Алиса. – И никогда не прощу! Я буду презирать тебя до конца своих дней и отомщу за ту боль, которую ты причинил мне и Кириллу. Знай, что это не сойдет тебе с рук.

– А я буду любить тебя до самого последнего вдоха, – спокойно парировал ей Егор.

***

– Да придурочный один, Егор Кораблев, все таскается за мной – надоел уже, – пропела Алиса, водя тщательно наманикюренным пальчиком по внушительному бицепсу молодого парня. – Поговоришь с ним по-мужски?

– Так толковали уже, неужели не отстал? – удивился ее собеседник.

– Значит, не доходчиво объяснили. А-я-яй, а я-то думала, что ты умеешь добиваться своего, – облизнула губы девушка.

– Дык я же на соревнованиях был, ребят своих отправил. Они сказали, что парнишка не робкого десятка – Славику нашему предложил один на один выйти, а ты ж Славика видела – тот еще шкаф с антресолями, чуть что – так сразу в драку, да и Димон не отстает, а тут они пацана даже бить не стали, о чем-то с ним потолковали, и все. Сказали: «все понял, пусть живет». Мне даже интересно стало, это что же за подросток такой, что двоих амбалов усмирить смог.

– Вот сам с ним и познакомься, заодно спросишь, – саркастично ответила Алиса, обиженно надув пухлые губки и перестав ласкать парня.

– Конечно, дорогая, все ради тебя. Раз лоботрясы мои не справились, я займусь им лично, – потянулся к Алисе молодой человек, пытаясь ее поцеловать. – Кисуля, когда ты уже заглянешь ко мне в гости?

– Никогда, – отрезала Алиса. – Отвези меня домой, я устала.

– Как скажешь, дорогая, – улыбнулся ей парень. – Но, если передумаешь, моя холостякская берлога всегда к твоим услугам.