Буду твоим первым, принцесса
- -
- 100%
- +
Он её прерывает.
– Алиш приехал с Денисом, и он тоже на колёсах. Так что, я точно ваши планы не сорву.
Сорвёт. По крайней мере, её. Но он не хочет подавать ей вида, что всё понимает. Вместо этого подходит ко мне и берет за руку, и в этот момент девчонка видит браслет. А я отворачиваюсь, вниз смотрю, потому что у меня стойкое ощущение, будто я какая-то воровка. Он же ещё больше подливает масла в огонь.
– Идём, принцесса, – говорит он прямо при ней.
И да, с одной стороны меня это радует, он открыто ей показал, что я сейчас важнее и шансов у неё нет. С другой же… я бы никогда не хотела оказаться на месте этой девушки.
– Сестра друга, – говорит зачем-то мне, когда мы спускаемся.
Как будто это отменит то, что она по-прежнему стоит на своём месте, как брошенный котёнок, и смотрит, как парень её мечты уходит с другой.
– Ты специально разбиваешь ей сердце, – я не осуждаю, просто констатирую факт.
Может, просто хочу его понять. Потому что это было жестоко. А он останавливается и устало выдыхает. Поворачивается ко мне и так серьезно заявляет:
– Ты мне нравишься, – и говорит он абсолютно честно, – как думаешь, я похож на того, кто не умеет правильно расставлять приоритеты?
Я не знаю, что на это ответить. Потому что смысла обманывать нет. Я бы не хотела, чтобы он поставил меня в неловкое положение, даже несмотря на то, что кому-то может быть больно. Молчу, на что парень кивает и снова тянет меня в сторону, когда я наконец вижу, что он ничуть не лукавил.
У него и правда есть «железный конь». Мотоцикл: чёрный и шикарный. И жутко дорогой. Я не специалист, но могу понять, что такая вещь стоит почти как квартира. Останавливаюсь и смотрю на него с откровенным вопросом в глазах. Тот, у кого есть такая вещь, не забирается в чужие дома. Хотя я изначально понимала, что обычный вор точно не убегает с одними бумагами из подобного дома. А вот сейчас даже и не знаю, что думать.
– Не переживай, всё законно. У меня даже права есть, – подмигивает он, перекидывая ногу и садясь.
Однако смотрит с явным интересом, ждёт моей реакции. Ему важно, поверю я ему или нет. Почему-то верю. Глупая, наверное, потому что и искренне хочу верить, что всё и правда законно. Так ведь проще. Поэтому ухожу от прямого ответа, делая вид, что изначально переживала совсем о другом.
– Предлагаешь мне залезть на него в таком платье?
Слава богу, оно не узкое, от талии расклешенное, но короткое, и я уверена, что сегодня моё нижнее бельё не увидит, разве что, самый ленивый.
А этот наглец кивает, улыбаясь, ещё и смотрит так, что становится понятно, он будет первым в очереди, кто не откажется от этого вида. Кивком головы подзывает к себе.
– Смелее, принцесса, ты сама этого хочешь.
Хочу. Очень хочу. Потому что со мной такого ещё никогда не происходило. Боже, да со мной никогда и не случалось того, что была так близка с парнем. Были попытки и много, но они все и рядом не стояли с тем, как это делает он. Нагло и в то же время слишком аккуратно, что с ума сводит эта смесь.
Головой встряхиваю, будто сама не могу поверить, что соглашаюсь на такое, но все равно подхожу. Арс всё смотрит на моё лицо, волнительно так, словно хочет запомнить всё до мельчайшей детали, волосы мои приглаживает, что у меня снова всё замирает в груди. Я дышать боюсь, как не хочу развеять это ощущение.
– Я поеду медленно и тут всего пять минут. Потом до твоего дома тоже недалеко. Но поверь, оно того стоит, сама убедишься, – говорит он мягко, продолжая приглаживать несколько волосинок, выбившихся из высокого хвоста.
А мне глаза хочется закрыть от этой удивительной нежности. Господи, да я ведь уже отдала ему своё сердце, к чему сопротивляться?
Киваю ему, и он тянется, чтобы достать шлем, потом сам надевает его мне на голову, тоже невероятно бережно, после чего протягивает руку, чтобы помочь мне забраться.
До сих пор не могу поверить, что делаю это, у меня вместо лёгких точно шар огромный и перекачанный ощущается. А когда ещё мои бёдра оказываются с двух сторон от него, и замечаю его взгляд, скользящий по оголенной коже, и во все дышать не могу.
Арс отворачивается, вид такой, будто заставляет себя смотреть только перед собой, сам надевает шлем и кладёт руки на руль.
– Ближе, принцесса, и крепче, – он не смотрит всё ещё на меня, но его голова чуть повёрнута.
А я глубоко втягиваю воздух, мне страшно, но далеко не из-за того, что мы скоро поедем, я знаю, что мне нужно его обнять. Господи! Это я то трушу? Серьёзно, что со мной? Просто обнять парня. Я точно смогу справиться с этим. Вот только когда прижимаюсь к нему – всё, я пропала. Понимаю, что ничего приятнее я не испытывала. А когда ещё ощущаю, как напрягается он сам, точно знаю, что и для него это что-то волнительное.
– Крепче бёдрами, – его голос сдавлен и слишком серьёзен. Но я всё равно делаю, как он говорит. – Готова?
– Ты когда-нибудь сбегал от дракона? Так много говоришь, что…
Я охаю, сильнее его обнимая, когда подо мной прокатывается мощная вибрация. Глаза аж зажмуриваю, но слишком быстро беру себя в руки. Не хочу ничего пропустить, потому что ничего подобного со мной ещё не было. Эти ощущения: кусачий воздух по коже и он – горячий безумно. Игра его мышц, когда он двигает руками, мощь двигателя, рычащий, оглушающий звук… У меня сердце скоро перестанет умещаться в груди.
Арс и правда едет не быстро, но этого всё равно хватает, чтобы тело накачало адреналином. И никакая уже грозящая полностью задраться юбка не избавит меня от желания, чтобы скорость прибавил. И на трассе именно это и происходит, но мы едем слишком мало, что опомниться не успеваю и как следует насладиться ощущениями, как он уже сворачивает, и я понимаю, куда мы едем. Знаю я, что здесь находится, этот карьер видно с трассы, и он высотой с пятиэтажное здание.
И вот теперь я по-настоящему начинаю переживать. Потому что дорога наверх одна. Понимаю, что по ней и техника поднимается, и машины, но справа никаких преград нет. Но пасовать? Сама ему доверилась, поэтому сдерживаю в себе волнение, лишь один раз прикрывая глаза, когда остаётся нес метров, вся буквально сжимаюсь, но руки оставляю расслабленными, боясь парня хоть как-то отвлечь, но стоит ему затормозить, а мне открыть глаза, готова признать, что он был прав.
Оно того стоит.
Мы стоим на самой высоте. С двух сторон от нас абсолютная пустота. И вид отсюда… это не описывается словами. Такое просто невозможно передать. Голубовато-сероватое небо в преддверии рассвета. Густые облака, окрашенные золотыми и ярко-розовыми цветами. Впереди трасса, леса, даже речку видно у нашего посёлка.
Искупил ли он вину? На всю тысячу процентов.
Смотрю вниз, туда, где раньше были раскопки, и у меня захватывает дух от высоты, на которой находимся.
– Только не говори, что мы сейчас на всех порах поедем вниз, – шучу я и тут же морщусь, когда слышу, как звучит мой голос в шлеме. – Если что, то ты уже достаточно меня впечатлил, чтобы я признала, что оно того стоит.
Арс смеётся, и его почему-то слышно лучше, чем меня. А когда поворачиваюсь обратно, узнаю, почему. Он снял шлем, повесив его, и он встаёт, выкатывая ножку, чтобы закрепить мотоцикл. Я сижу не совсем понимая, что он собрался делать и что делать мне, как Арс обратно садится. Лицом ко мне, снова сам снимает шлем, а я морщусь, от внезапного ветра, света и звуков, что теперь слышатся ярче и насыщенней. Он сидит ниже, но точно между моими ногами, хотя и не пользуется ситуацией, чтобы опустить взгляд. Смотрит исключительно мне в глаза.
– Я ж не убивать нас сюда приехал, – улыбается он.
Красивый. Он такой красивый. Первый раз его вижу в свете. Тёмные густые ресницы, глаза, которые он чуть щурит от улыбки и их цвет. Цвет пасмурной лагуны.
– И для чего же?
Я ведь знаю уже ответ, но хочу, чтобы он его сам сказал.
– Ты мне кое-что задолжала, принцесса, и сама сказала, что я искупил вину, – он даже не ждёт, чтобы начать действовать.
Вот только не целует, его рука тянется к моей макушке, а я приподнимаю взгляд, не сразу понимая, что он собрался делать.
– Что ты…
– Избавляюсь от любого орудия, потому что одним поцелуем я не обойдусь, – заявляет нагло и прямо, доставая шпильки, которыми я всегда затягиваю волосы, чтобы они лежали идеально гладкими.
Они у меня не длинные, примерно чуть ниже плеч, но я не люблю их распускать, чтобы не мешались. Плюс, выгодно подчеркивает форму лица. А вот этот парень определённо вознамерился забрать у меня все резинки, потому что стоит ему выкинуть последнюю шпильку, как он распускает мои волосы, пальцами расправляет, прежде чем снова надеть резинку на запястье.
– Ты собрался… – хочу поинтересоваться, улыбаясь, как неожиданно следующее слово остаётся на его губах, когда он притягивает меня к себе.
Глава 8. Арсений
У меня мозг провернулся на этой девчонке. Серьёзно. Три недели я даже разговаривать нормально ни с кем не мог, постоянно огрызаясь даже на мелочи, думая, что у неё есть другой.
Ещё и эти красноречивые взгляды Алиша, подстёбы типа: «Ну и где же твоя белокурая цыпочка», сообщения в общем чате, где мы обычно договариваемся о встречах, что Арс сегодня снова, наверное, пойдёт покорять «занебесные высоты», после того как я пару раз пробовал в одного прогуляться за ДК, надеясь поймать её (хотя сам понятия не имел, что бы я тогда делал, с учётом того, что она меня просто обвела вокруг пальца, если бы встретил), что в один момент тупо сорвался, психанул и написал на всеобщее обозрение, что я просто хотел доказать, что легко получу такую девчонку.
Лучше неудачник, у которого не получилось подобраться, чем неудачник, который втюрился за пару минут и бесился, что поверил, будто бы может быть у неё первым.
Но первый. На все сто первый. Сейчас я могу хоть что на это поставить. Потому что принцесса в первые секунды теряется, когда ловлю её губы и сразу же размыкаю их. Дыхание задерживает, точно боится моих действий, что мне бы по-хорошему притормозить, дать привыкнуть, но куда там…
Я едва осилил не поцеловать ее прямо на той заброшке. В наглую и без разрешения. Да я бы поцеловал её прямо при Дане только за то, как она отреагировала на неё: без истерики и лишних вопросов, которыми обычно забрасывали другие, стоило той появиться на горизонте. Про то, когда её касался, и вовсе молчу. Она какая-то нереальная смесь остроты и нежности в одном флаконе. Будто нужно пробраться через колючую проволоку, прежде чем окажешься в каком-то охренительном месте.
Плюс, я три недели жалел, что так и не узнал, слаще она сахарной ваты или нет.
Слаще.
Просто. В тысячу. Мать его. Раз.
– Откуда ж ты взялась такая, девочка-сахарнаявата? – спрашиваю, всё-таки притормаживая.
Но вот, чтобы ещё контролировать, что несу? Увольте, я не настолько железный. Да и собственно далеко не приличный и правильный, это просто с ней у меня каждый шаг требует мыслей и осторожности.
Спугнуть я её точно не собираюсь.
Хотя это её чертово платье так и норовит сорвать все мои планы, когда мысли настойчиво только и крутятся около «факта» его длины, которые упорно стараюсь не замечать.
Глаза. У неё красивые глаза и улыбка, внушаю себе. Что мне до ног. Ног, которые всего-то в десятке сантиметров от моих рук…
Ну просто очень красивая улыбка.
Яркая и довольная, потому что ей явно нравится, как она действует на меня. Точно снова все мои мысли читает, что побеждает меня, не прикладывая вообще никаких усилий.
Она просто есть сама по себе. И я только что украл её первый поцелуй. А выглядит принцесса так, будто всё наоборот.
– Ты сам меня украл у дракона, – щебечет она сладко.
Сама флиртует со мной и снова дразнится, сидит чуть выше, что я на неё смотрю снизу верх, а мне так и хочется уровнять шансы. Дёргаю её на себя, что она немного теряется, когда усаживаю вплотную к себе, но слишком быстро отходит и тихо смеется.
– И не собираюсь возвращать обратно, – заявляю уверенно.
Да я и ждать больше не собираюсь. Будем считать, что она готова. Потому что сдерживаться я не планирую. Хочу её острый язык сделать мягким и чертовски податливым. Это будто особый трофей с ней. В принципе, какой нежной она становится, когда её прикасаюсь.
Вот, что меня так зацепило и никак не отпускало. Как замирало её дыхание, когда приблизился первый раз к губам. Как завороженно наблюдала, когда снимал браслет. Как сегодня млела, когда уговаривал её поехать.
И это реакции девчонки, которая гуляет по заброшенному лесу у промзоны и угрожает шпильками и каблуками.
Да я не просто влюбился. Покажите мне пункт, где принимают мозги в обмен на её сердце, и я буду первый в очереди уже через пару секунд.
Потому что она во всём такая. Если первый поцелуй встретила робко и неуверенно, то сейчас она сама на встречу идёт, стоит мне проникнуть ей в рот. Горячая и страстная, отвечает и обнимает, когда к себе прижимаю и таки укладываю на мотоцикл.
Только ж это и видел с того момента, как оказался напротив неё.
И… чтоб его. С ней будет сложно. Очень сложно. Не талию её хочу я сжимать.
Она ж ещё пахнет, как какая-то сладость фруктовая.
Нет, мозги мне определённо ещё понадобятся, иначе глупостей не миновать.
– Твой телефон упирается мне в бедро, – между поцелуями пытается вставить она, будто это её отвлекает.
Но… тут я бессилен, ей просто придётся смириться, что так будет всегда.
– Поверь, принцесса, это далеко не телефон.
А в ответ она только смехом разражается, что мне приходится остановиться её целовать.
– Тогда очень странно, что он вибрирует.
Что?
Не сразу соображаю, о какой вибрации идёт речь, вглядываясь в неё. Но потом… черт, у меня и правда звонит телефон в кармане. На который не собираюсь отвлекаться, хоть убей. К ней хочу вернуться, но теперь вибрацию игнорировать становится не просто, а принцесса и вовсе смотрит на меня, ожидая, когда его выключу, что по итогу сдаюсь и выпрямляюсь, поднимая её вместе с собой. Отодвинуться приходится, чтобы достать его, а когда смотрю на дисплей, с моего лица разом сходит вся краска.
Твою мать.
«Арс таки поимеет эту цыпочку»
«Красава»
«Так держать, бро»
Я вырубаю вибрацию и сразу смахиваю все уведомления. На девчонку даже не смотрю, у меня четкое ощущение, что она по выражению моего лица всё поймёт. У меня даже нет времени, чтобы просто отключить уведомления в настройках. Тупо удаляю приложение, чтобы не засветить ни одного сообщения. Но когда всё делаю и смотрю обратно на принцессу, поцеловать её снова кажется неправильным. Чтобы уложить под себя, так и вовсе. Она ещё кажется в этот момент такой открытой полностью, что мне от самого себя становится тошно.
Я идиот. И мне надо это как-то исправить.
– Тебе не кажется, что уже пора назвать своё имя, –сам себя пытаюсь увести от мыслей, а заодно и уйти в разговор.
Это будет как-то не очень, если я сразу предложу ей ехать домой, после того как заглянул в телефон. Который далеко не убираю, чтобы показать, что мне нечего скрывать от неё. А заодно и номер её получить.
Она упирается руками назад и чуть голову склоняет в бок.
– Только если пообещаешь и дальше меня называть «принцессой».
Отличная сделка, но я всё равно хочу кое-что взамен.
– Прямо сейчас и готов так тебя записать, номера, разве что, не хватает.
Она улыбается снова. И да, у неё реально очень красивая улыбка, на которую тупо хочется смотреть до потери сознания.
– Тогда записывай «принцесса Кристина», а то, мало ли, вдруг снова попадется кто-то в беде и ты не устоишь, чтобы помочь сбежать от дракона.
Ох, нет, принцесса, я определённо другую не хочу. У меня в планах не только украсть её первый поцелуй. Но и много ещё чего первого. Но она и сама это знает, ей просто хочется получать от меня подтверждение. Которое не даю. Завтра получит, когда согласится встретиться со мной.
– Уже записал, диктуй цифры.
Она их называет, заодно говорит, что в основном все зовут её «Крис», даже папа, и лишь одна мама упорно продолжает стоять на своём. Мы не долго разговариваем, светает, и принцесса напоминает, что ей пора возвращаться в «башню», пока дракон не вылетел на её поиски. Мне смешно от того, как она всё это подаёт, но отчего-то желание знакомиться с её братом пока что не возникает. Особенно после того, как увез её прямо у него из-под носа. Отвожу её домой и говорю, что завтра ей придётся со мной встретиться, несмотря ни на что, иначе уже мне придётся выкрадывать её самому из башни. А сам только и думаю, как исправить видимость, что создал, потому что теперь я точно уверен: планы у меня на неё далеко не на один вечер.
Глава 9. Кристина
– Ты светишься, – слышу голос брата и вздрагиваю, прежде чем повернуться к нему лицом и прищурится.
Мир произносит это с раздражением, смотрит ещё так остро, будто на что-то злится. Стоит в проеме в мою комнату, пока затягиваю покрепче хвост. Понимаю, что скорее всего не пробуду с ним и пары минут, после встречи с Арсом, но есть что-то особое в том, как он каждый раз забирает мои резинки себе. При каждой нашей встрече, у него их две на запястье, а когда мы видимся на следующей день – одна. Та самая, что забрал в первый раз.
Я даже специально надевала похожие, делая маленький надрез, чтобы проверить, смогу запутать его или нет, но этот парень не так прост.
– Я всегда свечусь, Мир, – бросаю, якобы не понимая, о чем речь, и одариваю брата ослепительной улыбкой. – До сих пор удивлена, что вы можете смотреть на меня без солнцезащитных очков.
Отхожу к шкафу, чтобы достать ветровку. Сегодня прохладно, несмотря на то, что разгар лета. Может и можно было бы обойтись одной кофтой с длинным рукавом, но на мотоцикле это проигрышный вариант. Я вообще за последние пять дней стала любительницей джинс, чего за мной не наблюдалось несколько лет. Не то чтобы я их вообще не носила, но для прогулки по городу точно выбрала бы юбку или платье. А если учесть, что иду гулять с парнем, и вовсе себя не узнаю.
– Он – не лучший вариант, Крис, – Мир говорит это так, будто долго пытался подобрать фразу.
Но я её ждала несколько дней. И это не первый раз, когда слышу её один в один. Я не рассказывала никому про Арса, но Мир не дурак. Я пропадаю где-то днями напролёт без него. Добавим ещё к этому, что такого не происходило никогда, даже Яр с лёгкостью бы понял, что у меня кто-то есть.
Ну, это если бы, конечно, он в принципе делал хотя бы вид, что здесь живёт, а не пытался избегать соседнего дома, толком не появляясь в своём. Его перестали брать даже угрозы мамы, что оставит его без денег. Этот засранец отлично находит возможности их раздобыть сам.
Я снова натягиваю улыбку, когда перекидываю сумку через плечо.
– Понятия не имею, про кого ты говоришь, – отвечаю ему в наглую.
Но нет, не выйдет. Не в этот раз. Обычно, я даже не борюсь за парней. Не то чтобы было много желающих. Вернее, нет, не так. Желающие были, но когда твой старший брат учится с тобой в одной школе и красноречиво показывает, что убьёт любого, кто решит подобраться к тебе без намерения сразу надеть обручальное кольцо, они как-то сами по себе не вызываются рискнуть попытать удачу.
А кто всё же рискует либо неинтересны, либо идиоты.
Добавим к этому, что есть младший, с которым учусь в одном классе и провожу большую часть своей жизни, всё время наказывающего, кто мне пара, а кто – нет…
Уверена, на моей личной жизни поставили крест где-то свыше еще до моего рождения.
Протискиваюсь мимо Мира, уже собираясь направиться к лестнице, как мне в спину прилетает:
– Арсений Багиров, – всё ещё как-то натяжно, Мир будто действительно не хочет об этом говорить, но приходится. – Так ты тоже скажешь, что не понимаешь, о ком идёт речь?
Черт. Торможу, мне не нравится, что он откуда-то знает такие подробности, но я планирую по-прежнему избегать разговора.
– Поздравляю, ты, наконец, узнал, как пользоваться серыми клетками, – смотрю на брата через плечо. – Но мой тебе совет, использовать их по назначению, а не для того, чтобы залезть в мою жизнь.
Мир устало вздыхает:
– Крис.
– Нет, серьёзно, Мир, – указываю на него пальцем. – Не лезь. А заодно, почаще себе напоминай, что я слишком часто закрываю глаза на все твои дела. Не в этот раз.
Я снова собираюсь уйти, но брат не отступает.
– Да я же правда о тебе переживаю!
– Как и все прежние миллион раз, – выдаю небрежно, спускаясь по лестнице. – Хоть бы слова новые подобрал.
– Крис, послушай, в этот раз всё иначе.
Я закатываю глаза. Да-да, это я тоже слышала. Достаю обувь, когда Мир спускается следом.
– Послушай, я последнюю неделю часто зависаю на треке с Удавом и Тёмой, и они там знают всех, – он делает паузу, снова подбирает слова. – Яра много, кто там знает. И знают, что ты его сестра. А ещё у него есть там враги, если учесть, что они в последнее время творят там, то не удивительно. И, Крис, ходят слухи…
Вот с этого слова мне больше ничего неинтересно.
– Ненавижу слухи, – обуваюсь и беру ключи. – Девяносто процентов из них можно сразу отсечь, и только в десяти будет намёк на правду. А уж от Удава и Тёмы… – пожимаю красноречиво плечом.
Вот, кому я точно не собираюсь верить так этим двоим. Открываю дверь и добавляю:
– И моя личная просьба, Мир, поменьше Сатинских в нашей жизни. – Та, что Алёна, уже каким-то образом приблизилась к нашей семье, начав общаться с Яром, не хватало только её старшего братца. Оба точно порождение самого дьявола. Не зря их фамилия указывает с ним на родство. – Если Алёне хоть есть, чем брать Яра, то в Артёме я точно ничего привлекательного не нахожу, чтобы тебя зацепило.
Я даже не задерживаюсь, чтобы оценить выражение лица брата. Сразу за дверь шмыгаю, оставляя его беситься в одиночестве. То, что никогда не боролась за свои личные границы, не говорит о том, что я не могу. Не видела смысла. Сейчас же всё иначе. Мне достаточно только того, с каким взглядом встречает меня Арс, когда наконец выхожу из посёлка.
Он ждёт меня недалеко от проездного пункта. И боги… его глаза и улыбка, когда он видит меня – я продала им душу в те самые первые несколько секунд, когда он спрыгнул с забора и посмотрел на меня первый раз.
Я до сих пор не знаю, что он там делал. Не стала спрашивать, но у меня точно по какому-то шестому чувству отпадают все ужасные варианты. Не знаю я, что это, но никак не вижу в нем того, кто способен на плохие поступки.
Хотя этот парень всё ещё для меня загадка. Он рассказывает про себя, я знаю, что его мама работает врачом и что он живёт в простом районе. На вопрос, откуда у него такой мотоцикл, он слишком простовато ответил: ненужный подарок.
«Он стоял несколько недель, а в тот день я как знал, что мне он понадобится, – улыбнулся Арс, намекая на «побег». – Хотя изначально я тупо хотел что-нибудь сделать с ним».
На последних словах я уловила в его глазах некий намёк на нежелание что-то вспоминать. Возможно, поэтому не полезла дальше с расспросами. Подумала, что он сам расскажет, когда захочет. Мне достаточно того, что он доверяет и так немало. Я тоже открываюсь ему, много рассказываю про свою жизнь. Но всё же большую часть времени наших встреч уходит на поцелуи и разговоры на какие-то незначительные темы.
Пять дней не так уж и много, чтобы сразу узнать друг о друге всё до единого.
Мы только-только узнаем друг друга, и это слишком волнительно на самом деле, когда с каждым днём твоё сердце тонет всё больше и больше в сладком ощущении восторга.
Я счастлива и влюблена, и не хочу выходить из этого состояния ни на секунду.
– Черт, – качает головой Арс, когда к нему приближаюсь, – тебе кто-нибудь говорил, что ты ярче солнца, принцесса? – спрашивает, притягивая к себе.
А я от улыбки не могу удержаться. Мне нравится, что он говорит мне. И как смотрит, лицо внимательно обводит взглядом, что дышать становится невозможно.
Очевидно, я и правда свечусь. Но это неудивительно с ним.
Когда-то давно я решила для себя, что хочу, чтобы на меня смотрели именно такими глазами, видя всю жизнь, как папа смотрит на маму. А ещё иногда я даже завидовала Еве, и искренне злилась на неё, не понимая, почему она не замечает, как на неё смотрит Яр.