Алиса и Диана в темной Руси

– Гороховая баба! Это же ее поле! Я совсем забыл об этом мелком факте, – обеспокоенно прокаркала птица.

Гороховая баба – злой дух, хозяйка гороховых полей. Гороховая баба душит всех, кого встретит на своем пути. Она не знает о том, что с нечистью можно договориться или откупиться. Если в несущейся на вас фигуре вы распознали Гороховую бабу, то схватите тяжелую палку, бросьте ее, а потом бегите как можно быстрее куда глаза глядят, потому как эта нечисть в любом случае сильнее вас. И не шуршите горохом в полдень, чтобы злыдня не подумала, будто вы ее дразните. А также не засыпайте рядом с гороховым полем – этого баба тоже не любит.

– Да, да, в нее надо кидаться палками! – поддакнул ворон.

Алиса поискала глазами палку, но не нашла.

– Кидайся яблоками! – подсказала чёрная птица.

– Ах, да! – юннатка открыла рюкзак, и райские яблоки полетели в нечистую силу.

Но фрукты не остановили старуху. Она неумолимо приближалась к своей жертве. А через секунду нежить уже вцепилась в ребенка и стала его трясти. У Алисы в руках было последнее яблоко, она по инерции протянула его Гороховой бабе, а та, недолго думая, опустила красно-зеленый плод в рот и, не жуя его, проглотила.

И тут со злобной нечистью начали происходить чудеса: Гороховая ведьма засветилась каким-то золотистым сиянием, вся затряслась, а потом ее рот расцвел райской улыбкой. И старушка начала на глазах молодеть. Через какое-то время Гороховая баба превратилась в самую настоящую бабу – молодую и подобревшую.

– Спасибо тебе, дитятко, за сытную бомбочку! У тебя есть еще? – спросила она ласково-ласково у подопечной черного ворона.

Алиса махнула рукой в ту сторону, куда она кидала волшебные яблочки.

– Там их много, – пролепетала девочка.

Гороховая баба кинулась выискивать сладкие бомбы в гороховых зарослях.

– Бегом отсюда! – каркнул ворон и юркнул в гороховую ботву, чтобы достать оттуда Динку. Он клюнул ее в спину, и кошка дала деру.

Алиса, прихватив рюкзак, тоже подрапала. А черный командарм полетел, размахивая крылами, как флагом. Его армия отступала.

«Но это стратегически оправдано!» – подбадривал он свое войско.

Бежать им пришлось до самого конца горохового поля и даже дальше. Промчавшись немножко по лужку, девушка плюхнулась на траву, ворон и кошка – рядом. Отдышавшись, они уснули: смертельная усталость дала о себе знать.

А Гороховая баба подобрала все выпущенные в нее райские яблочки, сложила их в кучку, уселась рядышком и, поглощая фрукт за фруктом, хохотала от удовольствия:

– Ах какая добрая девочка! Какая хорошая девочка! И милая какая…

Алиса проснулась вместе с солнышком. Оглянулась, друзей нигде не было.

«Небось на охоту почапали», – подумала она.

А в животе тоскливо заурчало: «Пора б и тебе на охоту!»

– Еще чего! – возмутилась хозяйка живота и полезла шариться в рюкзаке.

Волшебных яблочек там не оказалось, а горох она не успела собрать. В кармашках лежали лишь сон-трава – подарок духа полей, да дедушкины термос и спички.

– Ну что ж, пойду голодная, – решила Алиса, наелась черной смородины со своей головы и позвала приятелей. – Дина! Ворон!

Когда все собралась в гордую, несломленную кучку, и Динка была посажена в рюкзак на мягкую бабушкину шаль, то команда двинулась в путь. Гора Горюха была уже близко. Вон она торчит над темной Русью безобразным стариковским горбом: один бок у нее скалистый, а другой лесной.

– Ать-два левой, ать-два левой! – повторял ворон.

Он больше не хотел никаких разговоров, особенно психологических. Поэтому Алисе пришлось разговаривать со спящей кошкой. О чём? Да всё о том же: кто виноват в пропаже сестрицы, и как ей дальше с этим жить?

А гора манила хлебной горбушкой, а где-то под ним должна была лежать лепешка заветного озера. Но думать о еде Алиса не могла, она гнала от себя навязчивый призрак корочки черного хлеба с красной икрой и сливочным маслом, жареной горбуши, и деда, размахивающего перед ее носом сушеной корюшкой.

– Что тут скажешь? Одним словом: островитянка! – каркнул прыгающий впереди ворон.

«Опять он мои мысли читает!» – нахмурилась деточка, но тут же остыла:

– А в озере Чудесяки рыбка водится?

– А как же! Волшебная.

– Опять волшебная! Волшебную не всегда полезно есть: потом то одно происходит, то другое… Да и ловить без удочки я не умею.

– А мы ее сетью или сачком.

– Сети и сачок дома остались. Слышишь, ворон, а если ее портфелем попробовать поймать?

– Попробуем, – согласилась черная птица, а через секунду ее собеседницы не стало.

– Кар? – удивился девчачий друже, покрутив головой в разные стороны.

И бог ты мой, высоко в небе, махая крючковатыми крылами, в сторону горы Горюхи летел дракон, а в его пасти торчала Алиса вместе со своим рюкзаком, в котором должна была сидеть кошка. Ворон возмущенно взлетел и помчался вдогонку.

А дракон неспешно приземлился в свое логово на вершине горы, выплюнул Алису, улегся поудобнее и прохрипел:

– Рассказывай!

Девушка лежала в глубоком обмороке, кошка билась в истерике в своем рюкзаке, она-то и растормошила хозяйку. Алиса открыла глаза, увидела перед собой огнедышащую морду и снова упала в обморок. Тут подлетел дружочек ворон, опустился на обмякшее юное тельце и тюкнул принцессу в темечко. Алиса очнулась и не поверила своим глазам:

«Не театральная ли это постановка?» – и махнув на «жизнь и смерть» рукой, отправилась рассматривать чудо-юдо со всех сторон.

– Рассказывай! – дыхнуло чудище перегаром и перевернулось брюхом к солнцу.

– Чего рассказывать-то? – насупилась Алиса, она не помнила своего полета в пасти дракона и была уверена, что внутри этой громадной туши сидит человек и управляет ее телом и огнедышанием. Она осторожно пощупала кожу дракона, которая походила на настоящую. Хотя откуда было знать дитю, как должна выглядеть кожа настоящего дракона?

– Давай трави сказки, я спать буду. А как проснусь, так тебя сожру! – гаркнула махина.

– Так! – воткнула Алисочка руки в боки. – А ты кто такой?

– Я змей Горыныч о семи головах,

о семи жар во ртах,

два волшебных крыла и лапы —

дев красных хапать!

А как нахапаюсь дев,

так тяну их во чрев,

переварю и опять на охоту.

На земле было б больше народу,

если б не Горыныч змей.

А сколько сжег я кораблей!

– Ой, держите меня! – рассмеялась девчушка. – Одна. Одна у тебя голова! А где остальные шесть?

Ей уже было не страшно, однако кошка продолжала биться в истерике, и хозяйка пока не решилась выпустить ее на волю.

– Дык это, Иван-царевич отрубил мне их, было дело… – змей прищурился. – А ты по случаю не родственница ему?

– Нет! – лиса Алиса отвернулась от морды змея.

Горыныч успокоился и сделал вид, что храпит:

– Я внимательно слушаю тебя, чумазое дитя!

Алиса загрустила, на ум пришли лишь бабушкины сказочки «Колобок», «Теремок» и «Курочка ряба». Внучка присела рядом с дракошей и послушно рассказала ему эти три сказки, а потом поднялась, чтобы рассмотреть ландшафт внизу горы.

– Стой! – выпустил змеище еще одну порцию огня. – Мало текста! Рассказывай еще.

Алиса вздохнула и начала свой долгий рассказ про свою жизнь на острове, о большой трагедии в их семье и о ее злоключениях в темной Руси.

Когда девочка закончила, то заметила, что из пепельных глаз дракона текут настоящие живые слезы.

– Горыныч, ну что ты, не плачь! – растрогалась красавица.

Ворон же не поверил горючим луковым слезам и тюкнул змея между глаз:

– Отпусти женщину, тварь!

Дракон злобно сверкнул прожекторами глаз на ворона:

– Вот ты зачем сейчас это сделал? Я уже хотел было ее отпустить. А теперь передумал. Давай, дочь, трави мне настоящие сказки, чтоб за душу драло!

Алиса растерялась, она, кроме бабушкин ясельных сказочек, не знала никаких других.

– Я расскажу тебе хорошие былины, змей Горыныч, санитар всея Руси! – услышали наши собеседники громыхающий голос с той стороны сопки, где был лес.

Горыныч, Алиса и ворон медленно повернули головы и увидели огромного мужичищу, тучей нависшего над ними. Однако странный великан тут же начал сдуваться и превратился в маленького, идущего к ним мужичка в лаптях, рваных одеждах, с длинной бородой и серо-зелеными запутанными волосами, в которых торчали листья да ветки. Он подошел ближе, и стало видно, что это вовсе не человек, а существо с серой кожей, без бровей и ресниц, но с большими зелеными глазами, светящимися изумрудным блеском.

Леший – дух леса, способен менять облик и рост по своему желанию: в лесу он может головой доставать до верхушек самых высоких деревьев, а через мгновение, шагнув на луг, стать ниже травы. Леший ходит и смотрит: всё ли в порядке, помогает животным, выкорчевывает больные деревья и отгоняет от леса прочих духов, вредящих ему. Леший добрый и заботливый хозяин: часто он помогает и людям, выводя заблудившихся из леса. Ему подчиняются все лесные животные и растения.

– Ну, здравствуй, Леший, друг лесов и полей! – хмыкнул Горыныч.

– Да, да, я расскажу тебе, змеище, пару сказок, но с одним условием: ты отпустишь девицу на волю!

– Ох, ох, ох какие мы грозные! – ехидно прокрякал змей. – Ладно, начинай.

Леший раскряхтелся, садясь на землю, и неспешно начал свой сказ:

– Эта быличка про Лешего, то бишь про меня, а называется она «Белая лошадь Евпатия Коловрата». Так вот, по самой глухомани рязанской, по болотам топким да по кладбищам старинным бродит призрак белой лошади, а за нею следом черной тучей войско сотенное, ищут они хозяина своего – богатыря-воеводушку Евпатия Коловрата, но всё не сыщут никак. Невдомек им, душам умершим, знать правду суровую о том, что богатыри бессмертием обладают: павшие в бою богатыри переходят в мир сказочный и живут там вечно, гуляя по былинам, потехи мелкие перепрыгивая, а байки про меж ног пуская…

Леший рассказывал сказку про богатыря, про Лешака, про войско сотенное и несчастную белую лошадь. Горыныч, Алиса и ворон очень внимательно его слушали. А когда нежить закончил, змей сказал:

– Конец уж дюже печальный. Давай другую сказку.

– Ну что ж, – прошамкал Леший. – Вот тебе другая байка «О том, как богиня Ягиня стала бабой Ягой». Очнулась, значит, богиня Ягиня у брега моря синего, посмотрела по сторонам, поняла, что она не на небе, не в доме своем, а там, где смерды живут, сами на себя войной идут. Перевернулось все внутри Ягини от ужаса, зашел у нее ум за разум, и стала девка диким голосом вопить, к небесам взывать, руки в мольбе вверх тянуть. Но оттуда ни привета ей, ни ответа. Погоревала девка, поплакала год-другой. Но делать нечего, надо как-то жить дальше. И решила она со смердами якшаться потихоньку, супруга милого ожидаючи. Зареклась, однако, Ягиня быть Ягиней без мужа своего. Выбрала она себе другое имя на время разлуки. Нареклась Берегинею, дабы сберечь верность свою к богу любимому, другу Велесу…

Когда долгий сказ закончился, дракон встрепенулся, обрадовался:

– Любо, любо! Наконец-то, страшилку услыхал.

– Бр-р! – поежилась Алиса. – Больно страшная сказка и неправдоподобная, баба Яга не такая злая как в твоей легенде. Ягуся добрая! А что это за сказки такие? Мне даже дед ничего подобного не читал!

Леший потупился:

– Эти сказки написала твоя мама Инна.

У Алисы отвалилась челюсть от изумления:

– Мама?

– Мать твоя, мать твоя! – загыгыкала огнедышащая туша. – Валяй дальше, еще хочу таких теплых баек, дед лесничий!

– Расскажу, расскажу, ты только девку отпусти.

– Да пущай ползет отсюда! – развалился Горыныч еще удобнее, предвкушая сладкий сон под захватывающее чтиво.

– Бегом тякай, пока вонючка добрый! – Леший легонечко толкнул Алису в спину.

– А куда идти-то, где озеро Чудесяки находится? – шепотом спросила девочка.

– Несись туда, откуда я пришел, по южной сторонушке, – шепнул Леший пленнице и, развернувшись к Горынычу, сказал. – А третья быличка «Забава Путятична и змей Горыныч!»

– Гы-гы-гы, Гы-гы-гы! – заклокотал дракон от удовольствия.

Алиса кубарем покатилась с горы: по травке, по лесочку, по пенечкам. Ворон хотел было напоследок еще разочек клюнуть змея, но передумал, оторвался от вершины и спланировал вниз.

Когда Алиса добралась до подножия горы и вышла из-за елок, перед глазами путешественницы предстало неописуемой красоты озеро. Правда, до него еще надо было добраться. Алиса выпустила наконец Динку на волю и плюхнулась от усталости на мураву. Подоспел и черный ворон:

– Это я, старый дурак, виноват, не разглядел тушку в небе!

– Да ладно тебе! – обняла его Алиса. – У нас с Динкой вон ягодки есть, покушай.

А сама достала термос с яблочным соком и выпила его весь.

– Вода ведь близко, – виновато хихикнула она.

– Да мы и из лужи попьем, не переживай. Ты только сиди здесь тихо и никуда не высовывайся!

Пернатое с мохнатым отправились на поиски еды и воды. А маленький человечек, свернулся калачиком, накрылся Ёжкиной шалью и решил отдохнуть от только что пережитого кошмара.

Алиса проснулась от пения птиц и лукаво глядящего на нее солнышка. Однако кошечки и птички нигде не было. Девочка побоялась кричать друзьям, а вдруг драконище услышит ее голос?

– Кис-кис, ворон! – почти шепотом позвала она, но никто не отзывался.

«А если я одна пойду до озера Чудесяки, то ворон с Динкой догонят меня или нет?» – таких сложных задач ребенок еще никогда не решал.

Поэтому Алиса придумала не спешить с путешествием, а поесть-попить смородину, растущую на ее голове и немножко поразмышлять: «А ведь Динка никогда от моих ног далеко не уходит – боится. Может, ворон ей дорогу подскажет? Эх, мне же позарез к тому озеру нужно, я тут долго сидеть не могу. А с другой стороны… вдруг с ними что-то случилось? – забеспокоилась подружка. – Нет, нет, хоть цель и близка, а друзей бросать нельзя!»

И, покумекав, девочка решила опуститься на коленки, ползать в высокой траве по спирали и шепотом звать друзей.

– Радиус действия, радиус действия, надо мысленно очертить радиус действия! – твердила она.

И кто ей рассказал про этот радиус действия? Наверное, папа физик-ядерщик. Неудавшийся физик, но это не важно, ведь во всех папиных неудачах, как всегда, была виновата мама.

А пока Алиса ползала на четвереньках по своему радиусу действий и искала товарищей, совсем рядом в овражке сидела голая девка-краса, длинны русы волоса да гладила Динку и ворона, те отвечали ей взаимностью. Впрочем, наш юный следопыт вскоре наткнулся на этот овраг и на голую тетку в нем. Такой дивной картины ребенку еще никогда не показывали! Алиса, конечно, видела голых тётенек в мгачинской общественной бане. Но чтобы так нагло, открыто да в лесу! Школьнице показалось это возмутительным. Но самым омерзительным было то, что кошка с птицей как будто прилипли к такому разврату и отлипать, похоже, не собирались, забыв о ней, Алисе – самой приличной девушке на свете! Она встала в полный рост и нахмурилась:

– Дина, ворон, быстро ко мне!

Животные не реагировали. Что-то в их поведении показалось девочке подозрительным: «Как-то странно они ластятся к бабе да и сами на себя не похожи, типа под гипнозом!»

– Милая дама, – Алиса попыталась притвориться вежливой. – Верните мой зоопарк на родину и поскорее! Нам некогда, мы спешим.

Блондинка удивленно вскинула брови.

– Отдайте мне моих животных! – повторила девочка свой ультиматум.

И тут девка-краса рассмеялась:

– А ты знаешь, кто я такая? Я и есть хозяйка всех лесных зверей и птиц, а мое имя Гаёвка. К тому же я дух, нежить лесная.

Гаёвки – внучка Лешего, покровительница лесных зверей и птиц. Зимой она обрастает белой шерстью, а весной ее сбрасывает, оставаясь голой, но с длинными белыми волосами. Гаёвка подкарауливает гуляющих в лесу девушек, раздевает их и забирает себе платье. Гаёвка помогает Лешему присматривать за лесом. Может помочь и человеку, идущему в лес с добрыми намерениями, делится с ним знаниями о целебных растениях и о полезных грибах да ягодах. А животные когда болеют или ранены, так вообще смело идут к Гаёвке за помощью: та залечивает им раны, выхаживает. В минуту опасности Гаёвка становится невидимой.

– Вот смотри! сказала Гаёвка Алисе и исчезла вместе с Динкой и вороном, а через минуту-другую появилась вновь. Потом опять исчезла и снова появилась, весело хихикая. Алиса чуть не поперхнулась от гнева:

– Да нет же, это я хозяйка кошки и ворона! А зовут меня…

– Зовут тебя мелкая человеческая вошь, которая, как бы ни пыхтела, никогда не дорастет до Алисы в Стране чудес, а так и будет всю жизнь до самой смертушки ползать по русским топким болотам да темным-претемным лесам!

Алиска кинулась с кулаками на нежить, но та исчезла и, смеясь, появилась в другом месте. Девочка туда! Все повторилось.

– Бесполезно со мной тягаться, заморыш! – промурчала Гаёвка. – А давай меняться: я тебе животинку, а ты мне свою одежку. Ох и устала я, красна девица, голяком по лесу шастать, – ведьма притворно заплакала.

Алиса никаким образом не могла расстаться со школьной формой, ведь она покупалась один раз и на весь учебный год за большие деньги.

«А в чём я в школу ходить буду? – перед девчонкой встала дилемма. – Друзья или форма, питомцы или нагота?»

Но она вовремя вспомнила слова своей матушки: «Если одноклассники не видят твой позор, значит, это не позор».

Ученица выдохнула облегченно: «Черт с ней, похожу и я тут голой, друзья дороже!»

Правда, оставался еще один маленький-премаленький шанс не раздеться, и в ход пошел весомый аргумент:

– Ты не сможешь носить мою одежду, она тебе мала и к тому же очень грязная.

– Снимай, снимай! – прорычала злая тетка и сделал вид, будто душит кошку.

Алиса насупилась, быстро разделась и кинула Гаёвке свою любимую школьную форму.

– И лапти с рюкзаком кидай!

Девчушечка показала дулю насчет рюкзака, а туфли гранатами полетели в ведьму (не жалко, детка избила и натерла в них ступни), но пролетев сквозь прозрачное тело, обувь плюхнулась за спиной лесной феи, которая все подобрала, оделась и обулась.

– Ну как? – спросила она хвастливо.

Алиса застенчиво отвернулась, ее форма великолепно сидела на Гаёвке и сверкала чистотой, и свежестью, а сама нечистая сила уменьшилась в размерах и стала ростом с Алису.

– На, держи, я брехать не умею! – ведьма замурлыкала от удовольствия, щелкнула пальцами перед мордой кошки и клювом ворона, те очнулись и поскакали к своей настоящей хозяйке.

Гаёвка, хохоча, исчезла. А друзья наобнимавшись, задумались о том, как бы им поприличнее одеть ребенка?

– Надо нарвать сухой травы и сделать юбочку, – прокаркал ворон.

– Да уж, – всплеснула руками Алиса, представив, как она заходит в класс в костюме индейца. – А кто мне теперь новую форму купит? У матери кошелек не резиновый… Мама!

Ребенок вспомнил мамку Инку и разрыдался. Дочка и думать не думала, гадать не гадала о том, что она так горячо любит свою смешную маманьку. А вот ведь. Оказывается.

У ворона округлились глаза:

– Странная ты девочка! – воскликнула черная птица. – Во-первых, ты сильно зациклена на школе. Во-вторых, на маминых деньгах. Так жить нельзя! А в третьих, ты зачем в темную Русь полезла, сестру найти?

– Сестру найти! – прохлюпала наша красавица с красным носом и опухшими глазами.

– А как найдешь сестру, так твоей матери аж две новые формы покупать придется!

– И правда, – обрадовалась Алиса. – Аж две новые формы!

– Ну вот, – ворон по-отечески накрыл дочку своим крылом. – Пущай Грибнич хоть маленько раскошелится.

– Кто-кто?

– Да никто. Папашка твой, говорю!

– Ага, – закивала девочка головой. – Пущай раскошелится! А я ее точно-точно найду?

– Кого?

– Сестру.

– Обязательно найдешь.

– Угу, – детонька вытерла нос и успокоилась.

– Давай, одевайся, – птичка принялась клювом вырывать траву, помогая подружке приодеться.

Алиса соорудила себе наряд, как у Полевика, посадила непослушную Динку в портфель, и повеселевшая компашка отважно двинулась к озеру Чудесяки-Превращаки.

– Неприятная женщина эта Гаёвка! – сделала вывод девочка, шурша травой и сеном.

– Да нет, отчего же? Симпатичная, – прохмыкал пернатый.

– Ворон! – назидательно прикрикнула на него Алиса.

– Мур! – непонятно кому из них двоих поддакнула сидящая в рюкзаке кошка.

И девочке стало отчего-то очень хорошо впервые за всё долгое время, проведенное в темной Руси.

Алиса шла босыми ногами по сказочному мягкому мху да пушистой травке, удивляясь:

– И почему я раньше не сняла эту ненавистную обувь?

– А я тебе скажу почему, – ехидно прокаркал ворон. – Поди, опять матушкины денежки от растрат берегла!

– Фигушки тебе, длинный клюв! Туфли можно и в рюкзак запихать. Я просто помню, какой колючий лес в Мгачах, там босиком никак нельзя пройти: то хвоя, то ветки колючие.

– Да уж, – пикнул клюв. – Будь у тебя злое сердце, ты бы и здесь все ноги об острые зеленые иголки ободрала.

– Это у меня-то доброе сердце что ли? – горько усмехнулось дитятко. – А кто Диану в темный лаз запихал?

– Поговорим об этом?

– Говори сам. А я и так знаю, что я злыдня!

– А ты знаешь, девочка, что и в вашем мире очень много злых духов невидимых, о которых вы даже и не догадываетесь. Вот эти-то злые духи и толкают человека на гадкие дела. И те люди, у которых душа молодая и неопытная, поддаются воли злых духов. Но какой бы древней ни была душа человека, она лишена своей старой памяти и поэтому в совсем маленьких детках не справляется с темными силами. Вот и выходит, что детское тельце живет как бы само по себе: кто в него залетит, тем духом дитя и рыдает. Но с годами душа становится все сильнее и сильнее – привыкает в новом теле справляться со злом и не слушать его внушения. А вывод такой: человеческий детеныш – это не сама свята душа, а клубок чужих дел и эмоций. Так что, какими ты там бесами Дианку в лаз толкала – незнамо, неведомо.

Алиса уже привыкла ко всему необычному, гуляя по темной Руси, поэтому картину ее реального мира, нарисованную чернокрылым сказочником, восприняла равнодушно:

– А почему у старых душ нет своей старой памяти?

– Прячут они свою память, ну чтоб зло их не вычислило и не спустило на них всех «собак».

– А у меня душа древняя?

– Не знаю, – развел крыльями ворон. – Древние души только талантами себя и выдают.

– Не, я бездарь, – вздохнула девчушка. – Значит, не древняя.

– Поживем – увидим, – проворчал ворон.

Алиса хитро сощурила глазки:

– Ты же говорил, что в моем мире никогда не был!

Ворон отмахнулся:

– Мне баба Яга обо всем рассказывает. А знаешь, кто она?

– Кто?

– Проводник во все миры: в Правь, Навь и Явь.

– А что такое Правь, Навь и Явь?

– Явь – это мир живых. Навь – мир мертвых. А Правь – жилище богов.

– В смысле? Бог же один. Для тех, кто в него верит.

– Ой ты школьница! Ой-е-ей, плохо в школе училась. А как же языческие боги?

– А-а, ну да.

– Так вот, когда-то давно баба Яга жила в Прави со всеми другими богами и была молодой богиней Ягиней, а потом ее скинули на грешную землю и она скурвилась.

– Скурвилась?

– То есть стала плохой и весь свой волшебный дар в навоз оборотила. Но несмотря на это она всё же осталась богиней, и только одна она из всех божеств может шнырять из мира в мир, то есть из Яви в Навь.

Алиса вспомнила торчащий из грядки толстый зад бабы Яги, и хотела было засмеяться, но ее затошнило.

– Это от голода, – вздохнула птичка. – А вон и наше озеро. Дошли.

И правда, кусты цветущего терновника расступились и показали девочке озеро Чудесяки-Превращаки, серебристая поверхность которого играла на солнце и звала к себе, звала…

– Вода! – закричала Алиса и помчалась к берегу.

Ей страстно захотелось попить, помыться и искупаться. Но из голубой манящей глади воды уже выходили Водяница с Водяным и угрожающе нацеливали на ребенка боевые вилы-трезубцы.

Бедная, бедная девочка: замученная, грязная, жалкая, голодная! А на нее надвигаются еще и баба с зелеными волосами да мужик с бородой болотного цвета; оба склизкие, пузатые, опутанные речной тиной; лапы у них с перепонками, хвосты рыбьи; а глаза горят, как угли; да еще и с грозными вилами наперевес.

Водяной – дух, обитающий в воде. Ездит на соме или на коряге. Имеет власть над русалками и прочими водными жителями. Он хозяин вод, хранитель рек, озер и рыбных запасов. Пасет на водных просторах стада рыб. С другими Водяными он враждует. Чаще всего из-за того, что все Водяные стараются угнать друг у друга рыбьи стада и захватить территорию соседа.