Академия магического права. Брюнетка в бою
- -
- 100%
- +
– Рад, что к тебе вернулась способность трезво рассуждать, Себастьян.
Услышав хрипловатый голос Андре, все присутствующие, включая меня, обернулись. Защитная сфера вокруг него за время нашего спора успела растаять, а сам оборотень, хоть и с трудом, поднимался на ноги.
– Андре! Живой! – искренне обрадовалась я.
– Тоже рад видеть тебя, Кара. И спасибо за помощь, без тебя мы бы не справились, – тот слабо улыбнулся, а потом перевел взгляд на своего заместителя. – Годард, Верховный судья прав. Ситуация на сегодняшний день такова, что мы не сможем обеспечить безопасность Видящей только своими силами. Нас не так много и Хаос охотится за кровью нивергатов. Мы не имеем права рисковать безопасностью Кары.
Настойчивый заместитель опустил глаза, не в состоянии выдержать силу пристального взгляда альфы. И хотя самого Годарда слабым назвать было никак нельзя, до Травесси ему все же было далеко.
– Согласен, – чуть помолчав, все же признал он. – Однако по‑прежнему считаю, что отпускать Видящую в поместье Торна крайне неразумно. Даже когда там будет восстановлена защита. Оно небольшое и не приспособлено для осады. Что недавний штурм хаоситов и показал.
– Провести остаток жизни у вас здесь или в лачуге в Аландорских горах я тоже не желаю, – категорично отрезала я, покосившись на Верховного судью.
Сияющий ореол вокруг него уже поугас, сигнализируя, что тот вновь контролирует свою силу.
– Карина, твоя безопасность…
– Моя безопасность меня волнует, конечно, – перебила я Себастьяна. – И на рожон я лезть не собираюсь. Но так же хочу напомнить, что я не зверюшка, которую можно просто закрыть в клетке. А еще, у меня есть щит, который даже вы, ваша честь, не смогли обойти… по крайней мере, сразу. Значит, я вполне смогу продержаться и против других нападающих какое‑то время и позвать на помощь. А вот в Аландорских горах позвать на помощь будет невозможно.
Доводы заставили спорщиков ненадолго задуматься. Наконец, отец с какой‑то усталостью посмотрел на меня.
– Чего ты хочешь, Кара?
– Чтобы мне позволили продолжить учиться, – тут же выдвинула я требование. – Хаоситам добраться до меня в академии невозможно: порталы отслеживаются, окна и двери укреплены аландорским металлом, сквозь который Тени не пройдут. И к стенам так просто не подгонишь пульсомет, как в случае с нашим домом. Да и накрыть куполом всю территорию не получится – она слишком огромна, так что на помощь позвать всегда смогу.
– Зато в академию могут войти судьи‑отступники, – резонно отметил Годард.
– Могут, – согласилась я. – Но у меня, повторюсь, есть щит. Так что ничего они мне не сделают. Зато мы в этом случае сможем вычислить предателей.
Мои защитники задумчиво переглянулись.
– Многие преподаватели из оборотней – нивергаты. Думаю, можно еще увеличить количество братьев для присмотра, – добавил аргументов моему предложению Андре.
– Заодно и проверку самой академии можно устроить, – пробормотал отец.
– Не можно, а нужно, – поправил Себастьян, с неудовольствием прищурившись. – Тем более все равно собирались. И еще одно. Ты не сможешь активировать щит, если спишь, Кара. Так что учеба – учебой, но ночевки в академии исключены.
– В горы не поеду! – понимая, к чему он ведет, воспротивилась я.
– Кара вполне может ночевать и в ордене, – предложил Андре. – Судьям‑предателям сюда не пробраться. Вселиться в нас ни один хаосит не может, так что и с этой стороны проникновение исключено. Кроме того, здесь постоянно находится достаточное количество нивергатов, чтобы среагировать на любую возможную опасность. А уж если дело опять дойдет до открытого столкновения, мы сможем отразить его все вместе.
– Кроме того, в архиве ордена находится много информации о Видящих, – добавил Годард. – Каре это может быть полезно. Книги и зеркала выносить из библиотеки нельзя, так что изучать их все равно нужно здесь.
А вот это действительно важно! Пожалуй, чтобы получить доступ к местному архиву, я и впрямь готова тут ненадолго поселиться.
– Возможно, это и неплохая идея, – с некоторым сомнением согласился папа.
– Кара? – Андре вопросительно посмотрел на меня.
Взгляды Годарда и нивергатов вмиг стали напряженными. Конечно, они‑то помнили, как я жаждала выбраться отсюда! Но одно дело – когда взаперти тебя собираются удерживать вечность, и совсем другое, когда ты в любой момент можешь уйти.
От информации и собственной безопасности я отказываться не собиралась, поэтому коротко кивнула.
– Я не против.
Ян нахмурился. Костяшки его пальцев, и до того с силой сжимавшие меч, теперь побелели, а глаза на миг полыхнули, выдавая, что тот вновь на грани. Однако, несмотря на мои вполне обоснованные опасения, спорить Себастьян не стал, признавая, что этот вариант и впрямь наилучший.
«Не будь он уверен в твоей предполагаемой беременности, такого волнения не было бы», – едко напомнило подсознание. Но сейчас я была такой уставшей, что даже задумываться о мотивах мужчины не захотела.
Тем временем отец сообщил Андре и Годарду о том, что если с моей драгоценной головы упадет хоть один волос, не поздоровится всему ордену сразу. После чего обратился ко мне:
– Вернусь за тобой утром. Надеюсь, у господ нивергатов хватит сил и ответственности тебя защитить.
«Господа» недовольно зароптали, а полный рвения Годард в тысячный раз заверил, что охрана Видящей у нивергатов в приоритете, и они готовы чуть ли не спать у моей постели.
– А вот это лишнее, – такое предложение отцу ожидаемо не понравилось.
Себастьяну, кстати, тоже. Если бы взгляд Верховного судьи испепелял на месте, на одного ретивого защитника у меня стало бы меньше.
Наконец, папа закончил раздавать указания и, поцеловав меня на прощание, активировал портал. После его ухода Андре кивком указал на располагавшуюся неподалеку крутую каменную лестницу.
– Пойдем, провожу тебя в одну из спален ордена.
Выглядел он при этом бледным и болезненным, и держался на ногах, похоже, только за счет силы воли и упрямства.
– Давай лучше я о Каре позабочусь, – уверенно произнес Годард. – А тебе, чтобы к завтрашнему дню восстановиться, надо отдыхать.
Протестовать Андре не стал: видимо, действительно чувствовал себя плохо. Так что, быстро простившись, направился к дальнему выходу из зала.
Зато Себастьян так просто уходить не собирался.
– Я хочу проверить защиту помещения, которое вы отведете Карине, – произнес он таким тоном, что желания спорить ни у кого даже не возникло.
Поднявшись на пару этажей, мы прошли по слабо освещенному коридору без окон и остановились перед внушительной дубовой дверью.
– Прошу. – Годард деактивировал магический замок и пропустил нас с Себастьяном внутрь.
Выделенные мне комнаты, состоявшие из небольшой спальни, гардеробной и ванной, оказались весьма приличными. Хотя в столь измотанном состоянии, признаюсь, я была готова заснуть и на полу.
Однако отправиться на долгожданное свидание с подушкой и одеялом сразу не удалось: пришлось ожидать, когда Ян закончит инспекцию. А Верховный судья не спешил, даже невзирая на мое выразительное зевание.
Когда же осмотр был завершен, он приказным тоном выставил недовольного Годарда в коридор и закрыл дверь. После чего повернулся ко мне и уточнил:
– Ты действительно уверена, что хочешь остаться здесь?
– Хочу, – заверила я и с подозрением уточнила: – Комнаты ведь в порядке?
– Да, защита тут хорошая. – Он рассеянно кивнул. – Вот только…
Ян осекся. На лице его вдруг появилось какое‑то странное, болезненное выражение.
– Что?
– Знаешь, когда мы с твоим отцом увидели разрушенный дом и тела погибших, я на мгновение подумал, что… В общем, стоило все‑таки забрать тебя и никого не слушать.
Ох, вот только тяжелых разговоров мне для полного счастья и не хватало!
– Пожалуйста, Ян, давай ты меня заберешь хотя бы не сейчас? – устало попросила я. – Это была жуткая ночь. Я очень хочу спать. Правда. Здесь безопасно, ты сам сказал. Понимаю, твоя сила давит и требует, но постарайся сегодня справиться с ней как‑нибудь сам, а?
– Не только сила, – тихо произнес Себастьян и коснулся пальцами моей щеки. Осторожно, почти неощутимо.
А я, почувствовав тепло его руки, едва удержалась от того, чтобы не прижаться сильнее. Желание это оказалось таким неожиданно острым, что пришлось даже прикусить губу.
Впрочем, Ян и так все понял. Мгновение он смотрел на меня, словно что‑то решая, а затем рывком отстранился.
– Не сегодня, – словно бы самому себе произнес мужчина. – Отдыхай.
В его пальцах треснула сфера нонгата, и я осталась одна.
Глава 2
Несмотря на растерянность и легкое смятение после ухода Себастьяна, усталость все же пересилила, и я упала на кровать. Однако сон этой ночью для меня оказался непозволительной роскошью. По крайней мере, хозяин мира за Щитом решил именно так.
Поскольку не ответить на его зов я не могла, пришлось явиться на лунную поляну.
Шагнув в границы неяркого багрового света, я замерла. Хаос сидел в беседке за небольшим столиком, на котором стояли два бокала и бутылка вина. По его непроницаемому виду невозможно было понять, сердится монстр или нет.
Сердце тревожно сжалось. А вдруг в отместку за смерть Хартхана этот монстр убьет Ники?
От всплеска адреналина даже усталость слегка отступила. Я собрала последние остатки решительности, чтобы постараться хоть как‑нибудь выгородить подругу, но внезапно услышала совершенно невероятное:
– Извини.
Ничего себе!
На мгновение я усомнилась в собственном слухе. Однако сомнения развеяло повторное:
– Извини, Кара. За моих слишком ретивых соратников, которые решили проявить инициативу. Поверь, я хотел, чтобы ты была рядом со мной, но не таким способом.
– Так вы… ты не собирался меня похищать? – выдавила я, еще не придя в себя от невероятного события – Хаоса, который просит прощения.
– Нет, конечно. – Он отрицательно качнул головой. – В этом не было никакой необходимости. Мы ведь с тобой договорились обо всем, а я держу слово. К тому же, я сразу сказал: ты должна прийти по своей воле.
– Но зачем тогда Тени и Хартхан напали на мой дом?!
– Хартхан… вот в нем‑то все и дело. – Повелитель мира за Щитом с досадой поморщился. Потом поднялся, подошел ближе и протянул руку.
Когда черные костлявые пальцы легко прикоснулись к щеке, я невольно вздрогнула.
– Он видел, как ты важна мне, вот и решил проявить ненужное рвение, – пояснил Хаос. – Доставить сюда, чтобы обеспечить тебе полную безопасность. Ну а мне презентовать своеобразный подарок. Что поделать, инициативные дураки, как оказалось, водятся не только среди людей. Впрочем, теперь он мертв, и я надеюсь, что этот инцидент не омрачит нашу с тобой дружбу.
– Ну, уж если ее не омрачил недавний шантаж, то попытку похищения я как‑нибудь переживу. Учитывая, что Хартхан получил по заслугам, – пробормотала я.
Язвительно прозвучало, конечно, но Хаоса и такой ответ удовлетворил.
– Вот и хорошо. – Монстр довольно оскалился. – Не волнуйся. Пока ты выполняешь условия нашего соглашения, ничего с твоей подругой не случится. Сама подумай, какой смысл мне убивать маленькую слабую волчицу из захудалого клана? Она ни на что не влияет. Не хотелось бы портить с тобой отношения из‑за такой мелочи. Присядем?
Он кивнул в сторону беседки.
Облегченно выдохнув, я позволила проводить себя к мягкой скамейке и даже не отказалась от бокала вина. Правда, потом все же не удержалась от постоянно мучившего вопроса:
– И все же, почему моих предшественников ты истреблял, а со мной пытаешься договориться?
– Ты обо всем узнаешь, любопытная девочка, когда перестанешь видеть во мне врага. – Хаос клыкасто улыбнулся. – Пока же просто помни, что я всегда готов тебе помочь. Нет, не перебивай. – Он махнул рукой, упреждая мое желание от такой сомнительной чести вежливо отказаться. – Поверь моему опыту, со временем тебе это действительно будет необходимо. Ты – единственная Видящая. Многие захотят использовать твои возможности или запереть тебя до конца жизни якобы ради безопасности. А то и вовсе убить, обвинив в собственных бедах и неудачах. Ты ведь не сможешь помочь всем, даже если будешь очень стараться.
От его слов стало неуютно. Вспомнилось, как еще недавно меня «делили» мои защитники. Да взять хотя бы тех же нивергатов, которые были готовы чуть ли не драться с отцом и Верховным судьей.
Справедливости ради стоило признать, что монстр в чем‑то прав. Но…
– Вы ведь тоже хотите меня использовать, – тихо отметила я.
– Я даю тебе выбор, – парировал Хаос. – Видишь, даже не вынуждаю шантажом обязательно прийти ко мне в обмен на жизнь твоей подруги. Прошу не избегать общения, и только.
«А ведь и впрямь, – мелькнула мысль, – он мог бы, но не делает этого!»
– Я не делаю этого, потому что уважаю твои желания, – словно отвечая моим мыслям, произнес монстр. – При этом, в отличие от людей и даже нивергатов, я никогда не устану, не забуду, не предпочту тебе долг или дела. Не стану решать, что для тебя лучше, не отмахнусь от твоего мнения. Со временем ты сама в этом убедишься, девочка, и примешь верное решение. А я подожду. Ждать я умею.
После такого признания я только и смогла, что растерянно улыбнуться. Слишком уж странно, невероятно, но при этом веско и серьезно оно прозвучало. Так, что нельзя было усомниться ни в едином слове.
Да, Хаосу я не доверяла. Ненавидела его и боялась. Но, несмотря ни на что, в этот момент каким‑то внутренним чувством понимала: сказанное сейчас – правда.
– Ты устала. – Монстр, похоже, воспринял мое молчание по‑своему. – Пожалуй, тебе пора возвращаться и выспаться. Хватит с тебя потрясений. Приятных снов, моя сладкая Видящая.
Хаос взял из моих рук бокал, и в ту же минуту беседка начала отдаляться.
Проснулась я рано – за окном из мутного непрозрачного стекла едва занимался рассвет. Однако от воспоминаний о вчерашнем дне сон пропал начисто.
Меня пытались похитить. И еще как пытались! Подтянули всех сущностей, задействовали судей‑отступников и, по всей видимости, спровоцировали нападения на Щит, чтобы отвлечь Верховного судью.
И хотя Хаос заверил, что все это – инициатива Хартхана и больше подобное не повторится, все равно было не по себе. Мало ли кто еще из хаоситов решит выслужиться перед хозяином, преподнеся меня ему на блюдечке? Конечно, хотелось бы надеяться на то, что эта ситуация не рядовая, и приказы хозяина не игнорируются. Но…
Но все‑таки нужно быть готовой к любым неожиданностям. А пока демонстрировать Хаосу свою покладистость, ибо жизнь Ники – веский аргумент. И выбор невелик: являться на встречи к Повелителю мира за Щитом или до конца жизни мучиться угрызениями совести из‑за смерти подруги и обезумевшего Андре.
На мгновение посетила мысль: а может, рассказать ему о шантаже Хаоса? Но я тотчас ее отбросила. Ведь кровь Ники уже у Хаоса. Достать ее не сможет ни Андре, ни даже Себастьян. Учитывая метку избранной пары, Травесси воспримет ситуацию более чем остро, разрываясь между чувствами к девушке и обязанностью защитить меня. А если еще и Ян с отцом обо всем узнают, дело закончится убежищем для меня и неизбежной смертью подруги.
Этого я допустить не могла. Я до последнего собиралась искать способ спасти Ники. Послушно являться на лунную поляну, разговаривать с Хаосом, слушать захватнические планы… и попробовать исподволь расспросить монстра о природе проклятий на крови. У нас, конечно, считается, что они необратимы, но вдруг все‑таки есть способ их избежать? Хаос‑то о своих проклятиях знает куда больше остальных.
Да, это может занять много времени, ну и что? Главное, убивать меня не собираются, а остальное выдержу. Я – Кара Торн! И я не намерена отступать!
К тому же, явные плюсы общения с Хаосом уже налицо: смогла же я узнать Хартхана в нападавших, и это помогло Андре уничтожить убийцу своего отца.
Мои размышления прервал стук в дверь. Я вздрогнула, почему‑то решив, что это Себастьян явился с утра пораньше проверить, как дела. Сердце, невзирая ни на какие доводы здравого смысла, при воспоминании о Верховном судье тут же застучало сильнее. Сердито куснув губу, я закуталась в покрывало и пошла открывать.
По счастью, за дверью находился Годард.
– Доброе утро, Карина, – поприветствовал он, с легким удивлением скользнув взглядом по моему «наряду». – Судья Торн сообщил, что прибудет за тобой через час. Но я хотел бы, чтобы ты успела позавтракать до его прихода.
Услышав в голосе заботливые нотки, я с трудом сдержала улыбку. Кажется, в доме нивергатов у меня появилась «нянюшка». Оставалось только надеяться, что информацию о вкусной и здоровой пище Годард почерпнул не от своего руководителя, который еще недавно, вместе с Яном, пичкал меня всякой полезной едой.
«Интересно, а как там няня?» – новая мысль заставила сердце тревожно сжаться. Конечно, меня убеждали, что хаоситам не было смысла оставаться и убивать кого‑то после нашего исчезновения, но…
– Хорошо, буду готова через пятнадцать минут, – поспешно заверила я оборотня и, подхватив свои вещи, рванула в ванную.
Переодеваясь, сделала в уме пометку: сегодня же захватить для ночевок в ордене несколько скромных пижамок. Правда, когда у зеркала обнаружился лишь один деревянный гребень, в список пришлось добавить и свою косметичку… ну или хотя бы ее часть, учитывая размеры этого помещения.
Через обозначенный срок я вышла из комнаты к своему терпеливому провожатому «няню». Мы спустились на этаж ниже, прошли короткий коридор и оказались в большом вытянутом зале с длинными дубовыми столами.
В столовой ордена царило оживление. Около десятка нивергатов, забыв о принципе глухоты и немоты во время еды, оживленно переговаривались, поглощая разложенные на тарелках груды запеченного мяса, копченых колбасок и поджаренных до золотистой корочки перепелок, к которым прилагались миски свежих овощей. Витавший в воздухе запах жаркого заставил сглотнуть голодную слюну.
«Определенно, такой рацион мне нравится куда больше, чем выбор Себастьяна Брока», – однозначно решила я.
От мысленного поглощения всех этих вкусностей меня отвлекла установившаяся вокруг тишина. При нашем появлении, оборотни, как один, замолчали и обернулись.
– Светлого утра, – вежливо произнесла я, разглядывая мужчин, многих из которых уже, как оказалось, встречала в академии на кафедре криминалистики.
Мне ответил неровный хор голосов, после чего Годард указал на одно из ближайших свободных мест и предложил:
– Устраивайся. Надеюсь, ты не имеешь ничего против белковой пищи? Мясо хорошо насыщает и придает сил. Конечно, если ты привыкла по утрам есть кашу, то я поищу…
– Нет, нет, спасибо! – мигом отказалась я. – Никакой каши!
И, сопровождаемая одобрительным взглядом своего «няня», утащила к себе в тарелку ближайшую копченую колбаску. А едва вгрызлась в нее зубами, окончательно поняла – вот правильно я здесь ночевать осталась, а не у Себастьяна Брока! Хаоса с два я бы у него такой завтрак получила, даже если бы долго выпрашивала!
Папа появился где‑то на половине третьей колбаски, так что ее пришлось оставить. Не без сожаления, конечно, но многозначительный взгляд родителя недвусмысленно намекал, что лучше поторопиться.
– А где Андре? – спохватилась я, сообразив, что до сих пор не вижу своего главного защитника. – С ним все в порядке?
– Не волнуйся. Он отбыл в клан по делам. Будет позже, – провожая нас с отцом в холл, ответил Годард.
Но волноваться я не перестала, теперь дернув за рукав отца.
– А прислуга? Няня? Они как?
– Целы и невредимы, – заверил тот. – Никто не пострадал. Сейчас сама все увидишь.
После чего поблагодарил Годарда за заботу обо мне, активировал портал, и вскоре мы оказались прямо перед входом в поместье.
Бегло осмотревшись, я с облегчением заметила, что практически все следы недавнего боя уже устранили. Защитный купол восстановили, а пробитую стену дома заделали так, что только более насыщенный цвет краски выдавал место недавней пробоины.
Войдя внутрь, я увидела привычную величественность парадного холла. Все сверкало чистотой и порядком. Да только перед глазами живо встала совсем другая картина: залитые кровью полы и развороченная пробоина в стене, сквозь которую прорывались подергивающиеся, занятые хаоситами тела.
Счастье, что все эти ужасы позади!
И счастье, что никто из слуг не пострадал. Нападающие действительно ушли, как только меня переместили из поместья.
– Как сегодня дела у моей дорогой девочки? – возвращая меня в реальность, раздался полный заботы голос госпожи Травесси. Она вместе с Андре уже восседала на стоявшем неподалеку диванчике.
– Все… все хорошо, – с запинкой ответила я и быстро взглянула на господина Старшего следователя. Тот выглядел гораздо лучше, чем вчера: не бледным и болезненным, а просто сильно уставшим.
– Сейчас доктор подтвердит нам очевидное и станет еще лучше, – пропела матушка Андре. – Поверь, дорогая, под моей опекой всем и всегда хорошо, а с тебя я вообще глаз не спущу.
Представив масштабы такого бедствия, как излишне заботливая госпожа Травесси, я непроизвольно вздрогнула. Судя по страдальческому выражению лица Андре, которому с этой самой заботой приходилось сталкиваться не раз, бояться было чего.
– Для начала дождемся результатов обследования, – разумно осадил госпожу Травесси мой папа.
– Конечно, ваша честь, – с притворным смирением согласилась та.
Диалог прервало появление господина Мервуда – нашего семейного доктора. Этого пожилого сухощавого мужчину я знала с рождения, а отец и того дольше. Господин Мервуд был одним из немногих, кому он доверял полностью. Папа рассказывал, что когда‑то давно спас его от хаоситов, а потом по дружбе сделал личный охранный амулет из аландорского металла. С той поры за здоровьем нашей семьи следил только господин Мервуд.
– Рад видеть тебя, юная госпожа, – с улыбкой поприветствовал он меня. – Как себя чувствуешь?
– Хорошо…
– Хорошо, что вы наконец пришли! – вмешалась госпожа Травесси. – И давайте поторопимся, у нас еще вечером свадьба и ритуал принятия силы клана. Если бы судья Торн снял защиту родовой магии или допустил до Кары другого доктора, результат мы бы получили уже давно.
О, Создатель, и почему главой ордена Нивергатов не стала госпожа Травесси? С ее настойчивостью и целеустремленностью у Хаоса со всеми его монстрами шансы на победу были бы равны нулю. Уверена, узнай госпожа Травесси о том, кто истинный виновник безбрачия ее сына, уже через час весь клан слаженно штурмовал бы мир за Щитом.
– С подготовкой к свадьбе ты поторопилась, мама, – в который уже раз попытался возразить Андре. – И еще раз тебе напоминаю: у меня не было близких отношений с Карой и даже если она в положении, то явно не я тому причина.
– Не ты?! – ожидаемо возмутилась та. – Я застала ее в твоей постели! «Элитар» и прочие издания разрываются от очередных новостей, в которых вы двое беседуете наедине! Ты чуть не подрался из‑за нее на балу с Верховным судьей, и конечно, это опять не близкие отношения! Да только куда уж ближе, мой мальчик?!
Разговор матери и сына прервало появление Себастьяна, шагнувшего в холл из вихря портала. Улыбка на лице отца, с которой он наблюдал семейные перипетии Травесси, мигом увяла. И хотя папа и раньше не жаловал Яна, сейчас встреча была более чем прохладной.
– Думаю, пора провести осмотр, а выяснение отношений отложим на потом, – решил отец.
Мы вдвоем с доктором, оставив остальных в холле, проследовали в мои комнаты.
Осмотр продлился недолго, и вскоре господин Мервуд вынес однозначный вердикт: не беременна.
Я облегченно вздохнула. Выходить замуж по особым обстоятельствам мне уж точно не хотелось. А учитывая наши непростые отношения с Яном, быть с ним только ради ребенка не хотелось вдвойне.
Когда мы спустились обратно в холл, нетерпеливые взгляды ожидающих тотчас устремились на доктора.
– Не беременна, – повторил тот свой вывод.
– Хвала Создателю! – Реакция отца была схожа с моей.
– Этого не может быть! Я настаиваю на осмотре Кары врачевателями клана! – гневно воскликнула госпожа Травесси, которую результат, ожидаемо, не устроил.
– Никаких повторных осмотров, – твердо заявил отец. – Вопрос исчерпан, так что прошу вас, госпожа, покинуть мой дом. Вашего сына я тоже надолго не задержу.
Кипящая от возмущения госпожа Травесси активировала портал, пообещав напоследок, что так просто она не сдастся и все равно будет за мной наблюдать.
Андре промолчал, но судя по выражению лица, также был доволен вердиктом, снимавшим сразу множество вопросов и проблем. А вот Себастьян по‑прежнему выглядел ледяной статуей, и привычная маска на лице не позволяла понять, доволен Верховный судья таким исходом или же нет.
– Если Кара не беременна, то в чем причина таких недомоганий? – бесцветно уточнил он.