Элимир. Наследие Эльдранов

Глава 1

Приветствие хозяина дома сковало воздух. Каждый за столом замер в ожидании. Каждый ждал, когда кто-то первым скажет слово. Артур Нэльдар довольно улыбался и смотрел на гостей.

"Так... погодите-ка... Что значит "не гарантирует безопасность"? Это уловка? Этот старый мерзавец решил угрожать мне через хозяина дома?!" — Грин сжал скулы и нахмурил брови.

Он все еще пристально смотрел на мужчину, с которым у них была взаимная неприязнь. Гости не обращали внимание на напряжение между ними. Их больше интересовали их собственные жизни, что неудивительно. Кляйнз вспотел и как будто начал хныкать. Незнакомая женщина, ранее расслабленно сидевшая на стуле, села в позу ученика и заметно напряглась. Инффилис Дарроу старалась не показывать собственных эмоций, как любой житель Андалании, но поджатые губы и нервное теребление волос выдавали в ней беззащитность.

— Что вы имеете в виду, мистер Нэльдар? Вы нам угрожаете? — мужчина в летах и белой рясе первым прервал молчание.

— Да! Что это значит? — все больше людей подхватывали и разделяли недовольство.

Артур продолжал улыбаться, будто ничего не происходило. Он расслабленно сел за стул, прикрыл глаза и ждал, когда стихнет гул. Все заметили это и остановились в надежде услышать, что это была нелепая шутка.

— Дорогие гости, все, что я сказал — правда. Мне не хочется от вас ничего скрывать. Я хочу быть честен с вами с самого начала, поэтому наставляю вас. Каждый из вас прибыл сюда из своих государств. И у каждого из вас есть причины, по которым вы были приглашены. Наверное вы помните, что я писал в письме: вы все — прогрессивные личности. Все вы так или иначе связаны с политикой и странами. Хочу напомнить вам, что наша конфедерация, наш с вами родной Элимир, прошла долгий исторический путь. Кровью и терпением мы имеем три независимых государства, которые живут бок о бок. Хочу также напомнить, что именно народ создал Элимир. Резня, которая была 400 лет назад, поглотившая семью Эльдранов, стала поворотным моментом в истории. И этот поворот совершили именно наши предки. Сейчас же мы выбираем не путь насилия, а путь дипломатии. Но быть настороже - это нормально. Ведь каждый заинтересован в исполнении своих целей и целей своего государства.

Нэльдар сделал паузу, дав небольшое пространство размышления своим гостям.

— Андалания, Вальдерсия, Грюкмерс... Тем не менее сейчас важны все три составляющие Элимира.

Речь Артура слегка успокоила гостей. Кто-то громко выдохнул. Кляйнз перестал теребить салфетку. За столом вновь появилось осторожное движение.

Герман, как и все, заворожённо слушал мистера Нэльдара. Хотя смятение и горечь в горле, вызванные внезапной встречей, все еще не утихли. Все за столом закивали. Артур одобрительно зажмурился, вскинул ладони и продолжил:

— Дела государства важны, но давайте начнем завтракать. Думаю, все сложные обсуждения лучше организовывать не с пустым желудком.

Артур щелкнул пальцами и в обеденную вошли слуги. Они поочередно начали помогать гостям накладывать пищу и убирать грязную посуду. Грин приметил, что знакомый мужчина на время перестал обращать на него внимание и поступил точно так же. Герман начал анализировать обстановку за столом: хозяин дома был весьма интеллигентен и спокоен, словно для него подобные приемы не редкость; Инффилис Дарроу изящно ела шоколадный пудинг, запивая все горячим кофе; Сэмюэль сновал от мистера Нэльдара к разным гостям, видимо, выполняя мелкие просьбы; Роберт охотно уплетал жареные сосиски и свежий салат. Сам Грин не сильно чувствовал голод, но, увидев за столом любимое коксовое печенье, он с большим удовольствием съел несколько штук, запивая крепким чаем.

Гости наслаждались завтраком. Все ели неспешно и внимательно наблюдали друг за другом. Мистер Нэльдар решил дать толчок к непринужденной беседе среди собравшихся:

— Как вам резиденция? Все ли успешно добрались без проблем?

Первым решил ответить на вопрос Артура пожилой мужчина в той самой белой рясе. Герман уловил это и стал его рассматривать:

"Этот старый человек выглядит мудрым. Что-то мне подсказывает, что он из Вальдерсии. Этот знак золотого голубя на его одежде и библия в его руках... Белая ряса священника отлично ему подходит. Я как-то посещал главную церковь в Экклесе, но не припомню данного служителя. Может он из другого города?"

Священник аккуратно сложил столовые приборы на тарелку, поправил белую длинную бороду морщинистыми руками и поднял серый взгляд на хозяина дома.

— Благодарю, мистер Нэльдар. Завтрак очень хорош, как и в целом ваша резиденция и теплый прием. Хочу представиться всем — меня зовут Тормунд Бэйгл. Я являюсь старшим служителем в пригороде Далеска в Вальдерсии.

Тормунд почесал крючковатый нос и отпил воду из стакана. Он осторожно взялся руками за голубя на своей рясе, поправив золотую брошь. Артур внимательно смотрел за движениями священника.

— Мистер Бэйгл, я рад, что угодил священнику из Вальдерсии. Более того, мне очень приятно, что настолько правильный и строгий член общества патриархальной верующей страны так отозвался о моем приеме, — Артур поправил свои волосы и положил кусок хлеба в рот. — Когда-то я был в Вальдерсии, не в Далеске, в Экклесе, разумеется. Мне очень понравились шпили на белых соборах. Священников из провинций посылают в командировки в столицу?

Тормунд покачал головой. Его тяжелые брови изогнулись, словно он был готов впасть в уныние, но вытянув губы вперед и почесав белую бороду, он добавил:

— К великому сожалению, эпоха учения священников из других городов в столице ушла. Последний раз я служил в Экклесе сорок лет назад. После указа короля Бенедикта о том, что за каждым служащим закреплена конкретная церковь и конкретный участок земли — я ни разу не видел ни Экклеса, ни даже собственного дома в Коффине. Служение и просвещение людей в Далеске стало ядром всей моей жизни.

За столом стало неуютно от разоткровенничавшегося священника. Грин поддерживающе смотрел на Тормунда, стараясь облегчить его горькую печаль, но в столе произошло оживление и неприятный мужчина вступил в беседу.

— Тормунд Бэйгл? — мужчина даже не посмотрел на старца, бесцеремонно вытирая рот салфеткой. — Канцелярия советников Вальдерсии при короле, Эндрю Штайн. Раз уж вы решили так протестовать против принятых нами и королем законов...

— Что вы! Что вы... — Тормунд выпучил глаза и в тряске перебил Штайна. — Я нисколько не выступаю против законов и уж тем более не против нашего аппарата! Я лишь скучаю по старым временам.

— Я не договорил, мистер Бэйгл, — Эндрю раздраженно посмотрел на священника и поджал пухлые губы. — Если вы решили критиковать законы, и мы собрались здесь обсуждать правление всех стран, то я бы хотел услышать, что вы предложите?

Мистер Бэйгл схватился ладонью за библию. Он словно пытался впитать все то хорошее, что есть в тексте этого учения. Напряженные цепочки между Эндрю расползались не только на Грина. Герман крепко сжал зубы и отставил пустую чашку в сторону, намереваясь вступить на защиту Тормунда, но его опередил хозяин резиденции:

— Господа, прошу... Давайте не будем нагнетать обстановку. Мы все здесь именно для того, чтобы разрешать конфликты, а не создавать их.

Штайн вопросительно посмотрел на Тормунда, но через несколько секунд вернул свой взгляд в тарелку с едой. Бэйгл налил прохладной воды и начал непрерывно пить большими глотками. Казалось, что текущий разговор заставил снова вернуть то электрическое поле, заставляющее переживать каждого в столовой, но шум прибоя, доносившийся со стороны балкона, и яркое солнце, выходившее все выше и выше в небе, отвлекли внимание.

Герман решил взять на себя инициативу разговора и обратился к хозяину дома:

— Артур, очень приятно познакомиться! Меня зовут Герман Грин, прибыл из Экклеса.

Брови Артура взлетели на широкий лоб, а губы разошлись в улыбке.

— Рад это слышать, мистер Грин. Припоминаю, что вы были советником короля, не ошибаюсь ли?

— Нет, все верно, — Герман запнулся и застыл с приоткрытым ртом.

"Выходит, что он пригласил меня, уже зная, что я отстранен от службы. Неужели я так важен на этом собрании?"

— Я бы очень хотел послушать вас и ваши предложения, касательно процветающего черного рынка в Вальдерсии. Слышал, что вы, Герман, хотели снизить налог и упростить покупку механико-паровых установок, но с треском... простите... получили отказ.

— Да, это так. К сожалению, старшие советники решили, что это может пошатнуть строгие правила и привести к неконтролируемой системе рынка и продажи.

— Однако сейчас происходит именно это же, разве нет?

— Да! В этом все и дело! Я приводил аргументы, но, видимо, подпольная продажа выгодна по непонятным мне причинам, — Герман горячо отвечал Артуру, видя в нем поддержку и разделение мыслей про черный рынок.

Мельком взглянув на Эндрю Штайна, Грин заметил его недовольство и краснеющие щеки. Он не стал акцентировать внимание на этом или продолжать углубляться в тревожащую его тему, дав место и другим сидящим за столом высказать благодарность Артуру и насущные вопросы.

----------------------

Утренняя трапеза близилась к завершению. Тарелки заметно опустели, а слуги все чаще уносили подносы и посуду. В какой-то момент Артур взял серебряную ложку и начал осторожно постукивать ею о горлышко своего стакана.

— Друзья! Коллеги! Я бы хотел немного рассказать о себе. Я чувствую, что большинство из вас задается вопросом: кто я такой? Что я из себя представляю? Некоторые знают меня, — Нэльдар стрельнул своими синими глазами в сторону неизвестного мужчины в коричневом пальто, а затем на молодую девушку в строгих черных брюках и роскошной белой рубашке. — Так вот, я не сильно известен в широких кругах, а уж тем более и в узких. Всю свою жизнь я провел в этом поместье, время от времени выбираясь путешествовать по каждой из трех стран. Знаете, мне больше всего понравилось в Вальдерсии — могущество, консерватизм и строгие правила. Хотя в Андалании меня привлек крупный водопад Хаюм. Такой красоты я не видел нигде.

Артур завел черную прядь за ухо и одарил улыбкой графиню Дарроу.

— Несомненно, Грюкмерс тоже хорош. Дисциплина народа — одно из важных аспектов. Но все же мои путешествия в каждую из стран наводили меня на мысли, что мы живем разрозненно. Как будто мы ненавидим политику друг друга! Я считаю, так не может больше продолжаться. Особенно из-за последнего события, которое произошло между Вальдерсией и Андаланией.

За столом все померкли. Инффилис Дарроу наморщила лоб и потупила взгляд на свои колени. Грин чувствовал, как от нее исходит сильный жар. Это было необычно, так как Инффилис строго сдерживала свои чувства и была холодна.

"Он прав" — Герман подвел пальцы к подбородку и прикусил внутреннюю часть щеки.

Два месяца назад король Бенедикт был на встрече в Андалании с семьей Карвидан. Незадолго до приема посол Вальдерсии посетил Андаланию с призывом провести собрание на тему продажи механико-паровых установок. Гарольд Карвидан, глава семейства и по совместительству негласный правитель Андалании, сопровождал монарха, принца Кэрри, на этой встрече. В процессе обсуждения король Бенедикт и папа Кристофер все время опирались на веру, законы и ужесточение рынка. Король очень сильно хотел услышать мнение принца Кэрри, но на все вопросы отвечал мистер Карвидан.

Принц всего лишь был куклой, которая внимательно слушала и лишь удрученно кивала головой. Первой ошибкой на этом собрании была сгоряча оброненная фраза папы Кристофера:

— Это невозможно! Почему вы, Гарольд, все время затыкаете принца Кэрри? Вы совсем не уважаете свое правительство!

Достоинство семейства Карвидан было подорвано на данной встрече. А Карвиданы были слишком жестокими и не прощали ошибки.

— Не слишком ли вы много себе позволяете? Я слышал, что в Вальдерсии достаточно проблем, которые нужно решать. По какому праву вы влезаете в дела нашей страны? Я являюсь первым и самым близким советником принца. Не припомню, чтобы спрашивал вашего совета по тому, как вести собрание.

Однако король Бенедикт не мог слушать, как престарелого папу Кристофера, его верного друга, затыкает надменный тиран Андалании. Спор продолжался весь оставшийся вечер. Голоса не стихали. В какой-то момент со стороны двери в зал, где проходило собрание, послышался треск канделябров. В газетах писали, что принц Кэрри не выдержал напора и унижения и ударил канделябром папу Кристофера. В тот момент случился раскол в отношениях двух государств, который до сих пор продолжает трескаться, как хрупкая ваза.

-------------------------------------

— Смотрю, что практически все закончили завтракать? — продолжил Артур, потирая ладони. — Тогда прошу в ближайший час собраться в гостиной. Я хочу провести вас по своей резиденции. После пройдем в мой кабинет. Там всем хватит места, не беспокойтесь. Именно там мы впоследствии будем проводить с вами наши дискуссии.

Мистер Нэльдар со скрипом отодвинул обеденное кресло и встал, поправляя ожерелье на груди. Он подозвал Сэмюэля, что-то шепнул ему и ушел в сторону коридора.

Гости остались неподвижно сидеть в столовой. Все смотрели друг на друга в ожидании, что кто-то начнет первым выходить из-за стола. Герман заметил, что Сэмюэль подошел к столу и вскинул руки вверх:

— Господа! Завтрак окончен. Как сказал мистер Нэльдар, через час прошу подойти в гостиную. В свободный час вы вправе свободно передвигаться по резиденции и ее окрестностям, включая наш яблоневый сад. Однако прошу не заходить в комнаты, рядом с которыми стоят статуи грифона — это для вас знак, что в помещение нет доступа. Просим с господином Нэльдаром соблюдать данное простое правило.

Все молча согласились и начали вставать из-за стола. Герман тоже оживился и задвинул стул. Он подтянул свои перчатки и собирался выйти на веранду столовой, но внезапно почувствовал, что его плечо схватила чья-то ладонь.

Герман обернулся и сложил брови.

— Грин! Что ты тут забыл?

Это был Эндрю Штайн.

— Штайн, а тебе ли не все равно? Мы вроде как уже не коллеги.

Герман развернулся и скрестил руки на груди.

— Очень даже не все равно! Ты представляешь угрозу безопасности страны. Ты был в аппарате советника короля, а теперь треплешь всем закрытую информацию?!

Вокруг их пары начали собираться гости. Их лица были в растерянности. Кто-то шептался, указывая на них пальцем. Кто-то молча ушел из столовой, не желая наблюдать за стычкой. Инффилис Дарроу подошла к Герману и решила вступить в диалог:

— Месье, по какой причине необходимо устраивать этот концерт? По-моему, мистер Нэльдар явно обозначил, что не желает видеть здесь конфликтов.

— А вас, миледи Андалании, никто не приглашал в разговор. В вашей лицемерной стране дискуссии - лишь выгода, которую вы мнете под себя.

Графиня приоткрыла рот и вскинула брови, но вовремя не дала себе спуску. Она вернула холодность в лице и твердо ответила на провокацию:

— Если вам необходимо выпустить пар, давайте пригласим Сэмюэля или самого мистера Нэльдара. Думаю, они быстро найдут, чем вас занять.

Мимо пробегал слуга, уносящий остатки еды со стола. В этот момент Инффилис щелкнула пальцами, привлекая его внимания. Ее взгляд был прикован к Эндрю, но слуга прекрасно слышал слова графини. Он поставил поднос на обеденный стол и направился к двери, но Штайн громко произнес:

— Хорошо! Опустим этот спор. Мистер Грин, пройдемте на веранду. Продолжим нашу беседу на более спокойных настроениях?

Герман бросил взгляд на Инффилис, затем на слугу и в конце приковал его к Штайну.

— Знаете, мистер Штайн, давайте я быстро вам сейчас все объясню, чтобы не затягивать наш разговор? — слишком долго копились камни внутри его груди, которые он хотел сбросить. — Вам следует знать. Я хоть и не работаю на той должности в той конторе, в которой мы с вами числились коллегами, но я имею полное право находиться здесь, как и все остальные. В том числе и вы.

Вокруг стало слишком тихо. Рот Штайна растерянно открылся, но он не мог произнести ни слова. Священник Тормунд схватился за библию и начал еле слышно читать молитву.

— Если вас что-то не устраивает, то свои претензии вы можете высказать тому, кто пригласил меня сюда. Поэтому могу предложить вам с уважением относится ко мне, как и к другим. Хотя бы на время пребывания в этом месте.

Грин приподнял голову, демонстрируя Эндрю свой острый подбородок.

— Я понял. На время нашей миссии здесь... Хорошо.

Эндрю Штайн, громко топая каблуками туфель, стремительно вышел за дверь столовой. Остальные гости заметно выдохнули и стали более активными.

— Спасибо, — тихо произнес Герман графине.

— Нет проблем. Но я это сделала не для вас, а для чести Андалании.

Она молча развернулась и ушла на веранду.

-----------------------------------------

Грин стряхнул с себя невидимый груз пыли и отправился прочь из столовой. Он блуждал по красивым коридорам резиденции, периодически натыкаясь на слуг и гостей. У него не было желания общаться ни с кем после столь напряженного спора. К тому же он в глазах каждого видел, что слухи пронеслись с ошеломительной скоростью.

"Как же так получилось! Снова Штайн... Вечно подрывает мой авторитет!"

Он сжал кулаки и даже не заметил, как свернул в неприметный тупиковый коридор. Здесь было одно небольшое окно и единственная темно-бордовая дверь. Он не обратил бы на нее никакой внимания, если бы не увидел статую грифона.

"Ого. Теперь я знаю, в какие двери путь мне закрыт".

Угрожающая статуя грифона размером с большой графин стояла на утончённом белом пьедестале, который расположился рядом с дверью. Взгляд Грина приковала змея, словно живая, застывшая в горле грифона.

"Это же герб! Прямо как на печати письма!"

Герман подошел ближе к статуе и аккуратно провел рукой по голове змеи. Его всегда привлекали скульптуры. В церкви он часто засматривался на богов.

Стало подозрительно тихо. Грин почувствовал жар и как капелька пота стекла у него по затылку. Глухую тишину начали прерывать щелчки, раздававшиеся где-то за дверью. Они были похожи на стук часов, но тем не менее походили больше на какой-то неизвестный Герману механизм.

"Это похоже на..." - Герман сделал шаг ближе к двери, но не успел закончить свою мысль.

— Я бы не советовал.

Вздрогнув от неожиданности, Грин ошарашенно обернулся. Сзади него, буквально в двух шагах стоял мужчина в коричневом пальто. Тот самый мужчина, которому Артур Нэльдар подарил свой взгляд, упоминая знакомых ему людей.

— Сэмюэль ведь предупреждал нас насчёт грифонов, — продолжил говорить незнакомец.

Грин виновато потупил взгляд в пол и спрятал руки в карманы.

— Я никуда и не собирался входить.

Мужчина скользко улыбнулся.

— Разумеется.

Пауза между ними длилась где-то еще минут, пока Герман не решился перевести тему:

— Вы знакомы с Нэльдаром?

Незнакомец поставил свою трость прямо перед собой и положил на нее обе руки.

— Достаточно давно.

Только сейчас Грин приметил, что мужчина носит усы и шляпку. Морщинки у его глаз прятали интересные истории, а шрам на левой щеке внушал любопытство и страх.

— А как вы познакомились?

— Лучше спросите у него сами. Артур не любит сплетни за спиной.

Мужчина снял свою шляпу, подул на нее и вернул на место. Он вальяжно повернулся к Герману спиной и завернул за угол тупикового коридора.

"Черт. Надеюсь, он не расскажет об этом инциденте мистеру Нэльдару" — Грин разнервничался, начиная теребить запястья.

День шел совсем не так, как себе представлял Герман. Он посмотрел на наручные часы и понял, что у него осталось пять минут до встречи с Нэльдаром. Герман собирался последовать за незнакомым господином в сторону гостиной, но напоследок просил взгляд к двери.

Тонкая полоска света у самого низа запрещенного входа ярко сияла и не имело пыли. Значит, помещение не было заброшенным или какой-то кладовой. Им определенно пользовались регулярно.

Но правило есть правило.

Герман поторопился в гостиную. Там уже собрались все гости. Он пришел последним.

***

— А вот и мистер Грин. Надеюсь, резиденция уже успела вас заинтересовать? — мистер Нэльдар сцепил руки в замок и поднял их на уровне груди.

Грин притворно улыбнулся и издал смешок. Он все еще переживал, что мужчина с тростью в коричневом пальто что-то мог рассказать Артуру. Но после этой фразы Нэльдар больше не уделял ему особого внимания, и постепенно Герман успокоился. Похоже, переживать было не о чем. По крайней мере, пока.

Они отправились на прогулку по дому Артура. Несколько раз мистер Нэльдар упоминал личные интересные факты о своем жилище: