Не проси

Глава 1 . Лучшее-туда

I

Антон с детства терпеть не мог бегать по кругу, но к тридцати с небольшим понял: есть вещи, против которых бессмысленно возражать. Он стал выходить в парк каждый вечер: сначала для того, чтобы стать выносливей и сбросить пару килограммов, потом — чтобы хоть на час уйти от вечного гудения рабочих чатов, нескончаемых дедлайнов и ощущения, что жизнь проходит где-то сбоку. Теперь эта вечерняя пробежка была его единственным способом сохранить себя в целости, не дать внутренней пружине окончательно лопнуть. Ощущение пустоты внутри нарастало.

Дорога в парк обычно начиналась с раздражения. Антон чертыхался под нос, если в ботинке оказывалась лишняя крошка, если куртка вдруг становилась тесной или шарф казался недостаточно спортивным. Но стоило добежать до первой аллеи недалеко от моста, как раздражение начинало рассеиваться, уступая место какой-то странной отрешённости, даже безразличию, в котором неожиданно было очень удобно.

К декабрю в парке стало люднее и громче. Дети катались на санках не только по специально приспособленным горкам, но и по замёрзшей траве, визжали, падали, потом вскакивали и катились дальше. Молодые родители, одетые в одинаковые пуховики, обсуждали акции в супермаркетах и скидки на строительные материалы. Вечером толпа чуть редела, но всё равно сохраняла какую-то праздничную возбужденность, как будто приближающийся Новый год был обязательной, всенародной радостью, и не заразиться этим было невозможно.

Сегодня парк выглядел особенно завораживающе: перед новогодними праздниками его украшали множество ёлок, сверху донизу увешанные гирляндами и причудливыми игрушками, где-то умельцы лепили волшебных персонажей популярных мультиков и сказок из снега, от ларьков тянуло хотдогами и горячей кукурузой; запах смешивался с морозом, дымом и мокрой шерстью чужих варежек. Еловые ветки на обочине аллеи провисали под тяжестью гирлянд, роняя комья снега на землю.

Снег внизу искрился тусклыми вспышками под редкими фонарями — в двух из них лампы давно перегорели, и между ними тянулись длинные полосы темноты. Игрушки на ёлках — покосившиеся, кое-где с облупившейся краской — отражали цветные огоньки с ларьков. Малиновые, зеленые, жёлтые блики плясали по белому снегу, слишком яркие, почти тревожные.

На обычном маршруте Антон почти ни о чём не думал. Разве что о Новом годе — странном празднике, который вроде давно перестал быть детским, но всё равно каждый декабрь делал вид, что может вернуть человеку прежнюю радость.

— Извините! Пр- пр- прошу прощения… у вас не найдется немного денег, пожалуйста? — внезапный, скрипучий, будто с трудом выдавленный из опухших и воспалённых связок голос мужчины резко вырвал Антона из его рассеянных, ни к чему не обязывающих новогодних размышлений.

Он даже не сразу понял, откуда взялась эта фигура, такой была органичность ее появления в перетянутом гирляндами пейзаже парка. Она как будто материализовалась слева от беговой дорожки: огромная, уродливая, грязная. Первым инстинктом было отпрыгнуть, отскочить прочь и ускориться, чтобы как можно быстрее уйти от угрозы, но ноги не слушались — в этот момент Антон понял, что просто врос в землю, и застыл там, где его настиг окрик.

Его поразило даже не то, что человек оказался настолько близко — метра два, от силы три, — а то, что он не был ни страшен, ни агрессивен. Это был, если отбросить всю чудовищность внешности, самый обычный бездомный, каких Антон видел в парке тысячи раз, особенно зимой, когда они сбивались в стаи возле ярко освещённых детских площадок и киосков с хотдогами, попрошайничая у прохожих или просто греясь в теплых струях света. Но этот — явно новичок или, наоборот, ветеран, прошедший сквозь все возможные круги санитарного ада — был особенно велик ростом и какой-то нечеловеческой массивности.

На нем болталось чудовищно потрепанное шерстяное пальто, из-под которого торчал выцветший, местами прожжённый шарф, замотанный вокруг шеи так крепко, что казалось: чуть сильнее — и мужчина сам себя придушит. Он тянул к Антону ладонь, обтянутую драной перчаткой с отрезанными пальцами, и на этих пальцах лежали какие-то наросты из серой, похожей на мокрую муку кожи, как будто их макнули в жидкое тесто и забыли об этом. Вторая рука — или то, что должно было быть рукой...скрывалась под пальто.

Сейчас же он почувствовал, как внутри него завелось мерзкое, чужеродное ощущение — будто бы этот человек способен забрать у него больше, чем просто мелочь.

Антон моргнул, и на долю секунды ему показалось, что за спиной нищего колыхнулась тень. Не его собственная — та покорно лежала на снегу, придавленная светом фонаря, — а другая, огромная, бесформенная, которая не принадлежала ни человеку, ни дереву, ни чему-либо, что можно было бы назвать. Она дышала. Антон потряс головой, и тень исчезла. Остался только бездомный — грязный, жалкий, с протянутой рукой.

«Нервы», — сказал себе Антон.

— Мне очень жаль… но я просто на пробежке, я не брал с собой никаких денег… — вырвалось у Антона слишком быстро и слишком громко. В голосе слышалась, пожалуй, даже ненависть к самому себе за то, насколько в нем мало решимости. Он стоял, не отводя взгляда от лица нищего, и с ужасом обнаружил, что перед ним не просто мужчина, а что-то куда более древнее, как будто вылезшее со страниц постсоветских страшилок о городских призраках и исчезнувших людях, навсегда осевших под мостами и у канализационных люков.

— Вообще ничего нет, даже карты, — добавил он немного тише, почти шепотом, как будто старался стать для собеседника менее заметным.

— Молодой человек, — сказал тот — и в голосе не было ни осуждения, ни злости, только усталость и какая-то детская обреченность, — ну вы же посмотрите на себя! Вы такой красивый, как в кино! На вас спортивная одежда, у вас, наверняка, есть дом, родители, все в порядке и даже лучше, чем у большинства. А у меня — пусто, понимаете? Зима! Праздники на носу! Я бы не стал вас тревожить, если бы не… — он немного понизил голос и, выдохнув, прикрыл рот тыльной стороной ладони: — … у меня за углом маленькая дочь, ей очень плохо, а я не знаю, как ей помочь. Прошу вас, хотя бы пару монет! Для нее! Я вас умоляю, молодой человек!

Теперь, когда всё внимание Антона сосредоточилось не на уродливой внешности собеседника, а на его глазах, он вдруг заметил, что в них нет ни тени лукавства. Наоборот, там отражалась какая-то чистая, первобытная тоска, от которой, как в детстве, хотелось просто убежать, забраться под одеяло и не высовываться до утра.

Он пытался вспомнить, что ему рассказывали о таких ситуациях коллеги: не вступать в разговоры, не давать денег, не делать резких движений. Но вместо этого вдруг услышал собственный голос, сорвавшийся на полуторжественный фальцет:

— Я бы помог, честно, но… — он опустил глаза и вдруг почувствовал: если не скажет хоть что-то ещё, то потом, всю оставшуюся жизнь, будет вспоминать этот разговор как самое большое предательство. — Я врач. Если хотите, я могу посмотреть на вашу дочь. Я понимаю, это не деньги, но… может, я смогу чем-то помочь прямо сейчас.

— Вы… вы это серьезно? — бездомный отступил на шаг, как будто надеялся, что сейчас за Антоном появится ещё кто-то, специально обученный ловить таких, как он, на вранье. — Вы не шутите? Вы правда врач?

— Да, терапевт. Могу посмотреть, что с ней, — Антон сам не понял, почему так легко сдался, и тут же пожалел о сказанном: у него в голове уже нарисовалась картина, как он стоит посреди парка, окруженный толпой каких-то мутных личностей и вынужден спасать чужого ребенка, когда у него самого полно неотложных дел. Но голос бездомного вдруг стал другим: в нем появилась какая-то странная серьезность и даже достоинство.

— Это тут рядом. Мы прячемся под мостом, там тепло. Она очень слабая, кашляет и не ест ничего третий день. Я прошу вас, если есть хоть минутка, — он посмотрел на Антона так, что тот не смог бы отказаться даже если бы хотел, — пожалуйста, пойдемте со мной.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.