Орбита Улугбека

Амир Тимур организовал большие празднества рядом с городом, и пригласил на них родственников со всей империи, а также своих лучших нойонов с семьями. Это было потрясающее зрелище! Десятки тысяч палаток, юрт стояли по степи, раскрашенные цветными лентами из шелка и хлопка. За ними дымили походные котлы, палатки с банями, толпы слуг суетились вокруг них. Палатки и юрты были расположены не как попало - были организованы широкие улицы, вдоль которых стояли торговые лавки с мясом, напитками и сладостями. На улицах постоянно происходили какие-то действа – ходили канатоходцы, делали сложные фигуры акробаты и жонглеры. Шуты и дервиши всех мастей и народов смешили толпу.

Ага Бегим во все глаза смотрела на происходящее, забыв о том, зачем она туда едет. Она все время с восторгом тормошила свою маму, показывая на акробатов и шутов.

В один момент она обернулась на мать, чтобы обсудить наряд иностранной делегации, как вдруг заметила ее окаменевшее лицо. Бегимай посмотрела в ту сторону, куда смотрела ее мать, и от удивления и ужаса расширила глаза.

Они проезжали площадь, на которой были поставлены в ряд виселицы. На них вверх ногами висели несколько человек. Люди старались обойти эту площадь подальше, тем более что ее охраняли свирепые воины.

- Мама, кто они? За что их казнили? – Бегимай в испуге закрыла глаза.

- Это не наше дело, дочка! Они воры, и Правитель их за это наказал. Не смотри, потом будешь плохо спать.

Только много позже, через несколько лет, Улугбек рассказал, кто были эти люди, и за что их казнили.

Амир Тимур приказал на праздники всем торговцам и ремесленникам Самарканда за городом поставить торговые ряды. Каждая ремесленная и торговая тайфа располагались обособленно, создавая как бы небольшие поселки со своими ремеслами и товарами.

Каждая тайфа подготовила также увеселения со своими артистами, акробатами и канатоходцами. Веселье продолжалось несколько дней, гости ходили по торговым рядам, с удовольствием тратили деньги на горячее мясо, плов, лепешки, фрукты и сладости. Люди покупали посуду, оружие и украшения, слушая сказителей и глазея на искусных канатоходцев и танцоров.

В одну из ночей перед каждой тайфой по приказу Тимура были выстроены виселицы.

Горожане в недоумении и с ужасом ждали дальнейших событий. Правитель семь лет был в походах, и самаркандцы отвыкли от старых жестоких повадок Тимура.

Первым казнили главного визиря Амира Тимура, который управлял страной в его отсутствии - Правитель обвинил его в казнокрадстве и приказал повесить вниз головой.

Один из приближенных Тимура пытался за него заступиться, предложив четыреста тысяч серебряных динар.

Тимур согласился взять деньги, а потом приказал пытать заступника, чтобы он отдал все остальное. Когда тот уже не смог ничем заплатить, Тимур приказал его повесить.

Следующими под горячую руку попались ремесленники и торговцы, которых обвинили в завышении цен. Некоторые были казнены, у других отобрали имущество и продали в рабство. Кто был обвинителем - никто не знал. Возможно, их выбрали случайно, а может, так сводились счеты по старым обидам, или более проворные постарались выбить своих конкурентов.

Горожане были возмущены, но открыто никто больше не выступал. Всем стало ясно, что спокойное время закончилось, теперь здесь будет править страх.

«Лучше все-таки вор, чем тиран» - говорили жители Самарканда, с тоской вспоминая спокойные семь лет правления вороватого, но не жестокого визиря.

А закон – он будет на стороне Правителя и его безжалостных сабель.

Больше мама Бегимай не проронила ни слова, пока они не доехали до шатров Амира Тимура и его жен.

Основные шатры находились внутри большого сада - Баг-и- нау. Сад был окружен высокой оградой, защищавшей Правителя и его семью от чужих взглядов.

Ага Бегим с матерью подъехали к воротам на своей разукрашенной коляске, запряженной двойкой лошадей, которой правил наряженный в новую одежду по такому случаю молодой шустрый слуга.

Вход в сад был через высокую и широкую дверь. Уже по двери было видно, чей это сад - она была полностью отделана золотом, лазурью и изразцами. Вход охраняли шесть злобных караульных с дубинками и саблями.

Начальник караула, узнав жену Мухаммед Султана, его бывшего командира, тепло поприветствовал ее, и пропустил коляску внутрь сада.

А там их ждала еще одна неожиданность - шесть индийских слонов ходили по вытоптанной траве друг за другом, поворачиваясь по команде погонщиков, которые сидели в башенках, закрепленных на спинах громадных животных.

Не только Ага Бегим, но и ее мать открыли рты, и с восхищением смотрели на невиданных чудищ, от топота которых сотрясалась земля вокруг.

-

Мама, смотри, они встают на задние ноги? А для чего им эти длинные штуки на голове? А зачем им такие уши? - дергая мать за руку, спрашивала девочка.

-

Я не знаю, я сама их в первый раз вижу! - мать с изумлением смотрела на слонов, забыв, для чего они сюда приехали.

Наконец мама с дочерью добрались до цели своего небольшого, но насыщенного увиденным путешествия. Ага Бегим с матерью сошли с повозки возле высокой ограды, украшенной разноцветными лентами. Перед дверью стояли личные телохранители Биби Ханым - так называли главную жену Тимура - Сарай Малик Ханым (25), чингизидку, бывшую жену Хуссейна, соправителя Тимура.

Телохранители пропустили внутрь ограды мать и девочку, которые в очередной раз были изумлены новыми красотами.

За оградой стояли несколько огромных юрт, покрытых красными коврами. Юрты снаружи опоясывали белые полосы, украшенные большими золотыми бляшками с драгоценными камнями.

Ага Бегим подняла голову - в глаза бил солнечный зайчик, отраженный от позолоченной фигуры большого орла с расправленными крыльями. Внизу, перед входом в юрту, стояли серебряные соколы, которые смотрели на орла и будто бы собирались вот-вот взлететь.

Бегимай с матерью, уже уставшие от дороги и долгого ожидания, вошли в юрту, где их встретили две служанки Биби - Ханым.

Деревянные полы юрты были покрыты дорогими бухарскими коврами, на которых стояли золотые столы, а на них возвышались несколько золотых кувшинов, украшенных жемчугом и драгоценными камнями.

На топчане сидела, опершись на подушки, грузная женщина с черными проницательными глазами. Это была сама Биби Ханым, одетая в зеленое шелковое платье с золотыми нитями. Вокруг нее возлежали на подушках несколько богато одетых женщин - это были ее сестры и подруги.

Мать учтиво поздоровалась с Правительницей, и представила ей Ага Бегим. Биби Ханым кивнула ей, и внимательно посмотрела на девочку.

- Разденьте ее! – приказала служанкам Ханым.

Дрожащую от страха Бегимай раздели, оставив в одной нижней сорочке, и подвели к повелительнице.

- Сколько ей лет? - Спросила Биби Ханум у матери, ощупывая и рассматривая девочку.

- Одиннадцать лет было месяц назад, – ответила мать заискивающим тоном.

Осмотрев Ага Бегим и не найдя физических изъянов, Биби Ханым приказала ей отойти на два шага назад. Бегимай подчинилась приказу, и отошла на пару шагов. В этот момент Биби Ханым взяла большую подушку и с размаху кинула в девочку.

Ага Бегим рухнула вместе с подушкой на ковры, больно ударившись спиной.

- Не годится еще в постель к мужу, – усмехнулась Ханша.

Ага Бегим вскочила с пола, отбросила ногой подушку в сторону, и со злостью погрозила кулачком старухе.

Ее мать в ужасе всплеснула руками, предвидя гнев Биби Ханым.

- А она с характером! – захохотала Правительница, показывая на нее пальцем смеющимся подругам и служанкам.

- Пока не войдет в тело, будет жить на моей половине. Улугбеку не помешает боевая жена! – заключила она и кивком приказала выйти Бегимай с матерью.

__________________________________________________________________

За месяц до свадьбы Улугбек с двумя другими внуками Амира Тимура присутствовал на приеме послов.

Прием был в саду одного из загородных домов Повелителя. Амир Тимур не любил дворцов, он приказывал разбивать сады в пригороде Самарканда, где стояли роскошные, украшенные позолотой и серебром большие дома.

Амир Тимур сидел на небольшом помосте, обложенный вышитыми подушками. На голове у него был белый шелковый колпак, покрытый драгоценными камнями и жемчугом, с большим красным рубином по центру.

Сегодня наконец-то после долгого ожидания приняли послов из самой Испании. Тимур махнул рукой, приглашая их подойти поближе. Посланники короля, согласно церемониям, принятым при испанском дворе, приблизились, несколько раз останавливаясь и преклоняя колено.

Им приказали подойти еще ближе, так как Амир Тимур плохо видел, и встать перед ним на колени.

Правитель был доволен – как же, из далекой Испании прибыли посланники с подарками, подчеркивая свое уважение перед грозным завоевателем.

Затем их посадили по правую руку Тимура. Выше них сидел только посол Китая. Тимур нахмурился, увидев это, и приказал пересадить посла Китая ниже посланников Испании. Скорее всего этот маневр был им заранее задуман, чтобы еще больше унизить посла Китая, который уже был не рад, что оказался здесь.

Несколько десятилетий назад была свергнута династия чингизидов Юань (27). Вместо нее сейчас Китаем правили ханьцы, но при этом новые правители считали себя правопреемниками династии Юань. На этом основании они требовали дань от стран, которые были в вассальном подчинении бывших правителей Китая.

И Тимур - Гураган, зать чингизидов чагатайского улуса, исправно платил им долгие годы. Ему не нужны были враги на Востоке, пока он разбирался с врагами на Западе.

Но теперь он силен, как никогда, и уже семь лет ни один динар не был выплачен Китаю.

Сцена с унижением китайского посла на этом не закончилась.

- Я решил оплатить дань вашему выскочке императору! – Амир Тимур внезапно обратился к китайскому послу.

- Но она слишком большая, очень много золота, я не доверяю ее караванщикам! - покачал головой и зацокал языком Повелитель, - я сам ее привезу, со своим войском!

Посол был бледен. Он понимал, что это объявление войны, и что его жизнь висит на волоске.

________________________________________________________________________

Тем временем Ага Бегим готовили к свадьбе.

На свадебные мероприятия ее одели как куклу - красный узкий халат, а на голову напялили боктаг – конструкцию в виде сапожка, на вершине которых торчали, покачиваясь, перья филина.

- Ты чингизидка, твой боктаг должен быть выше, чем у других невест! –с этими словами мать надела на нее этот головной убор, который постоянно пытался свалиться с головы. Бегимай приходилось все время напрягать свою тощую девичью шею, которая потом так затекла, что она неделю не могла повернуть голову. Сверху богтага нацепили шелковую накидку, чтобы никто раньше времени не увидел лицо невесты.

После подготовки их отвели к месту свадьбы - в большой сад, заставленный разукрашенными шатрами - и приказали ждать в одном из шатров.

Постепенно собрались приглашенные гости - знатные люди Мавераннахра, послы, эмиры. Все эти праздники продолжались больше месяца, поэтому никто не разъезжался по своим владениям и городам, пока не разрешит Повелитель.

Сопровождаемый охраной и приближенными людьми, прибыл и сам Тимур Гураган. Его принесли в паланкине - больные старые ноги не позволяли ему уже свободно ходить самому.

Теперь все ждали саму Биби Ханым. Бегимай с досадой сняла богтаг с накидкой, мешающей ей смотреть на происходящее, и отодвинула полог шатра, с интересом оглядывая происходящее событие. Она даже забыла, что все это празднество посвящено бракосочетанию ее и других невест с внуками Тимура.

Наконец появилась сама Биби Ханым, и это было самое потрясающее зрелище, что видела когда-либо Бегимай, да и не только она, но и многие гости. Даже испанские послы, искушенные в придворных изысках европейских дворов, были потрясены увиденным.

Жена Повелителя, чингизидка Биби Ханым, была в красном шелковом платье с длинным подолом, который несли пятнадцать женщин - настолько он был длинным!

На голове у Биби Ханым был высокий богтаг, украшенный крупными жемчугами и драгоценными камнями, оправленными в золото.

Богтаг был опоясан золотым венком, и сверху донизу усыпан драгоценными камнями и жемчугом. Верх венка венчали три огромных рубина.

Тяжелый и дорогой головной убор поддерживали три знатные женщины.

Биби Ханум медленно и торжественно ступала по коврам, а впереди шли одетые в дорогие халаты евнухи гарема.

Главная жена Правителя села на возвышение рядом с Тимуром.

Свадебное торжество началось с хутбы почтенного шейха Шемсаддина Мухамеда ибн аль Джазири, взятого в плен в Бурсе во время войны с османским султаном Баязидом (28). Он говорил долго и нудно, и Ага Бегим при этом почти ничего не поняла, так как часть речи была по - арабски, часть по тюркски с сильным анатолийским акцентом.

После окончания речи, которой с нетерпением ждали все приглашенные, на середину перед Амиром Тимуром были вызваны пять его внуков, и к ним подведены пять их невест.

Тут-то впервые Ага Бегим увидела своего жениха - десятилетнего Улугбека.

Это был высокий худенький мальчик, с умными и веселыми глазами. Он держался несколько высокомерно, что было естественным для любимого внука Правителя.

Главный кази Самарканда - Салахадин - спросил всех пятерых пар, согласны ли они вступить в брак, и, получив нестройные, но положительные ответы, объявил о случившемся бракосочетании.

На этом официальная церемония была закончена, и все присутствующие приступили к пиршеству.

Гостей рассадили согласно их положению на расстеленных коврах, и слуги начали разносить огромные куски мяса на больших выделанных кусках кожи с ручками.

Вместе с винами и кумысом подали фрукты всевозможных видов и сладости.

Биби Ханым пила вино сама, и заставляла гостей пить до дна, а после рассказывать курьезные случаи из их жизни, при этом смеясь громче всех.

Молодожены сидели за одним столом, украдкой поглядывая друг на друга. Все они выросли при дворе, и прекрасно знали, что это были политические браки, устроенные АмиромТимуром, и в будущем у мужчин будет не одна жена и наложница.

Пиршество длилось до поздна, пока гости не стали падать от усталости и пьянства на ковры, после чего слуги брали их под мышки и разносили по паланкинам, унося хозяев в свои покои.

Бегимай сидела с трудом от усталости и тяжести богтага, боясь упасть и опозорить семью. Наконец евнух приказал ей идти за ним, отведя в женскую половину Биби Ханым.

С этого дня начался ее странный брак, в котором она долгое время не видела своего мужа Улугбека.

___________________________________________________________________

- Напиши свое имя! И хватит смотреть в окно!

Старик писарь, которого приставили к Ага Бегим обучать ее арабскому письму и чтению, вышел из себя.

Казалось, весь Самарканд опустел. Весь двор Тимура с женами, наложницами и поварами отправился на восток, на войну с Китаем.

Стоял февраль, на улице дули необычно холодные для этой местности ветра. Печка в комнате девочки еле согревала маленький закуток, куда прижалась Бегим, укутавшись в овечью шубку, пытаясь разобраться в арабской грамматике.

Биби Ханым строго наказала писарю, чтобы к ее возвращению Бегимай уже могла читать и писать по - арабски.

Но зимняя тоска и одиночество никак не могли помочь маленькой принцессе освоить этот сложный для нее язык.

Этот день Самарканд, да и весь Мавераннахр запомнит надолго - прибыл черный гонец.

Правитель огромной части мира, десятки лет железной рукой собиравший империю, умер в далеком заснеженном Отраре.

В городе началась паника. Торговцы прятали зерно, цены на него взлетели в два раза. Предчувствие чего-то страшного, чего уже давно не ощущали жители Мавераннахра, долгие десятилетия находившиеся вдалеке от кровопролитий, витало в воздухе.

Все войны шли в далеких странах. Сюда привозились только трофеи – серебряная и золотая утварь, доспехи, ткани. Все это было уже по дороге тщательно отмыто от крови хозяев. Кроме того, пригонялись тысячами разноязыкие и разноликие мастера – зодчие, оружейники, ювелиры, и даже ученые.

Где-то далеко разрушались города, осиротевшие дети плакали на пепелищах возле тел своих родных, пока их не забирали рабовладельцы. Торговые пути под давлением войн переносились в безопасные маршруты по империи Тимура. Но теперь все рухнуло, начиналась эпоха междоусобных войн наследников империи.

«Лучше тиран, чем война внутри страны!» - теперь уже по другому вздыхали жители города.

Из Отрара в Самарканд тело Повелителя отправили в сопровождении шейха Ходжа Юсуфа. В отдельной повозке везли гроб из черного дерева, в котором лежалый залитый медом Амир Тимур.

Человек, который за половину века потряс половину Земли, был мертв, не забрав с собой на тот свет ни одной золотой монеты, а его государство уже раздирала война за наследство.

Смерть Тимура была неожиданной для всех его близких и соратников. В Отраре стоял переполох, военные эмиры поначалу хотели скрыть кончину Правителя, и дальше продолжать военный поход.

Этим воспользовался один из многочисленных внуков Тимура, двадцатилетний Халиль Султан (29). Со своим преданным ему войском он первее всех остальных законных претендентов захватил Самарканд, а значит и самое важное для управления страной - казну Амира Тимура.

Халиль Султан сверг с номинального престола чингизида - Махмуд хана (30), и поставил на ханский трон 9-летнего Мухаммад Джахангира - сводного младшего брата Ага Бегим. Их общий отец - Мухаммад Султан, был официальным наследником Амира Тимура, поэтому нужен был легитимный наследник трона, кем и был выбран маленький мальчик.

Так и ходили они - братишка с сестрой - по дворцу, под неусыпным контролем нукеров Халиль Султана, невольно ставшие заложниками сложной политики наследников Тимура.

Военные эмиры отправили гарем Повелителя - всех его жен и внуков, служанок, евнухов - в Самарканд, избавившись от ненужного им груза. Процессия ехала долго, жены и наложницы стенали и плакали вполне искренно - дальнейшая судьба их была туманна.

Биби Ханым сидела, закутавшись в шубы, в крытой повозке. Она прекрасно понимала, что ее век Правительницы закончился. К ней вернулись воспоминания и чувства тех времен, когда был свергнут ее первый муж Амир Хуссейн (31), и будущее было зыбко и неопределенно. Все вельможные женщины теперь старались держаться от нее подальше, обдумывая, к какому крылу наследников стоило бы примкнуть.

Войско, возглавляемое военными эмирами - Шах - Меликом и Шейх Нураддином, забрав с собой двоих сыновей Шахруха - Улугбека и Ибрагим - Султана, отправилось в Бухару. Самарканд был теперь недоступен для соперников Халиль Султана.

Улугбек, тепло простившись со своей воспитательницей Биби - Ханым, практически ставшей ему матерью, не подозревал, что больше никогда не увидит ее.

Ага - Бегим выглянула на шум в окно своей спальни. Во двор въехала внушительная процессия жен, детей и слуг. Она пробежала глазами в поисках Биби Ханым - обычно вокруг нее толпились знатные женщины. Из повозки с трудом слезла женщина, поддерживаемая одной старой служанкой. От дороги и переживаний Биби Ханым сильно исхудала, и казалось, что это древняя старуха, а не та белолицая, смеющаяся жена Повелителя половины мира, которой ее запомнила Бегимай.

В Самарканде, после пышных похорон Тимура, которые устроил новый правитель - Халиль Султан, началась новая жизнь, где всем заправляла его любимая жена Шад Малик - девушка из простой семьи, игрою судьбы ставшей правительницей Маввенахра.

Прибрав к рукам казну, Халиль Султан и Шад Малик решили избавится от многочисленного гарема, выдав замуж всех молодых жен и наложниц Тимура за своих военных эмиров.

Во дворце остались только Биби Ханым и Тукель Ханым - вторая по положению жена, а теперь вдова Тимура. С ними и жила теперь Ага Бегим, про которую все забыли, но при этом она оставалась законной женой Улугбека.

Шад Малик назначила вдовам совсем небольшое содержание, которого хватало только на еду и на оплату нескольких служанок. Все их драгоценности прибрала к рукам новая правительница.

А ведь именно Биби Ханым спасла Шад Малик от гнева Тимура. Когда Халиль Султан влюбился в красавицу Шад Малик - дочь ремесленника, и захотел на ней жениться, Тимур в гневе приказал казнить ее. И только мудрая Биби Ханым смогла повлиять на Повелителя, сказав ему, что невеста беременна. “Неужели ты убьешь собственную кровь?” - озадачила она Правителя. И ему пришлось смирится с неравным браком любимого внука.

Тукель Ханым громко возмущалась, жаловалась Халиль Султану, что ее должны содержать как королеву. Но Биби Ханым безропотно приняла новое положение дел.

Причину ее безучастности Ага Бегим узнала случайно, когда ночью ее разбудили странные звуки, доносящиеся из комнаты Биби Ханым. Девочка на цыпочках подошла к двери, и аккуратно ее отворив, сунула туда свой любопытный носик.

Резко постаревшая вдова Повелителя стояла на коленях перед бронзовым тазом - ее тошнило кровью.

Бегим в испуге отшатнулась от увиденного и нечаянно скрипнула дверью. Биби Ханым резко подняла голову и спросила властно:

-

Кто здесь? Ну - ка зайди в комнату!

-

Это я, Ага Бегим. - дрожащим голосом ответила девочка, и нерешительно вошла в покои бывшей Правительницы.

-

А, это ты, жена Улугбека! - невесело усмехнулась старая женщина. – Иди лучше спать!

-

Биби Ханым, что с вами? Вам помочь? - Бегимай смотрела на изможденное пожелтевшее лицо, и ей не верилось, что всего полгода назад эта женщина имела неограниченное влияние на миллионы людей в странах, подчиненных Тимуру. Бегимай вспоминала ее энергичность и жизнелюбие, ее любовь к праздникам и нарядам.

-

Я умираю, дочка, пришло мое время. - бывшая Правительница, тяжело вздохнув, села на тахту.

-

Биби Ханым, надо позвать лекаря, или шамана. Может быть, они найдут какие нибудь травы, или покамлают.

Ага Бегим испугалась, что, если Биби Ханум умрет, она останется одна в этом дворце с чужими людьми. И хотя Халиль Султан приходился ей дядей, правила тут его любимая коварная жена.

-

Доченька, все лекари боятся ко мне прийти сейчас. Ты же видишь, выставили охрану, боятся двух женщин и девчонку!

Биби Ханум задумалась на некоторое время.

-

Тебе надо вернуться к Улугбеку и его семье, только они смогут защитить тебя. А сейчас отправляйся спать.

На следующий день, ближе к полудню, одевшись как взрослая женщина из чингизидок, напялив на себя ненавистный богтаг, Ага Бегим заявилась в покои новых правителей.

Охранники не хотели поначалу ее пускать, пока она не заявила, что хочет поговорить со своим дядей о семейных делах.

Халиль Султан вместе с супругой сидели в окружении новых подхалимов, которые всегда появляются как бы ниоткуда при новой власти. Все пили вино, на столе в золотых чашах лежали фрукты и сладости.

Ага Бегим вошла гордой походкой, и остановилась перед Халиль Султаном, сделав ему обязательный поклон, придерживая рукой богтаг.

-

Что тебе нужно, племянница? Платья закончились? - улыбнулся молодой правитель.

-

Мирзо Халиль Султан, я прошу вас прислать мне в покои лучшего лекаря.

-

А что случилось? Ты вроде не выглядишь больной?

-

Я неважно себя чувствую, у меня болит живот! - выпалила на одном дыхании Ага Бегим, стараясь не встречаться глазами с Шад Малик, которая с подозрением посматривала на девочку.

-

Эй, может она беременна? Ай да Улугбек, шустрый Мирзо! - кто-то из подхалимов пошутил, вызвав гогот среди окружающих.