Майя и Шейх. После измены

Глава 6

– Я не смог отпустить тебя, Майя, – отвечает он мне голосом, в котором я считываю воплощение самой необратимости, – я выкрал тебя из твоей страны и твоей жизни… Насильно привез в Киренаику… Поселил в свой гарем и…

Он делает паузу, от которой внутри все спирает от напряжения…

–… ждал, когда твое сердце примет меня так же, как твое тело…

От его правды я отшатываюсь, делая еще несколько шагов в сторону постели. Сердце бьется в горле. Страшно и волнительно…

–Вы… взяли меня силой? – слова вырываются сами. Я отчаянно пытаюсь докопаться до правды… Я чувствую боль- и мне нужно понять, какова ее причина? Что было в прошлом, что заставляет меня так страдать?

–Нет, Майя… Я не унижал ни тебя, ни себя таким. Я знал, что ты поймешь… Как сейчас знаю, что ты вспомнишь и все будет как раньше…– подходит, нежно проводит по лицу, цепляет локон и заправляет его за ухо.

– Ты сама сказала мне «да». Я принудил тебя только раз- сделать смелый шаг в сторону своей новой жизни, сказав «пока» старой- серой, безнадежной, слишком мелкой для такой, как ты…

Я закрываю глаза. Внутри все вибрирует.

Он чувствует мое смятение. Нежно проводит по спине, но даже через ткань его рука ощущается раскаленной.

– Отдохни, баннута (араб. – девочка), – впереди встреча с Киренаикой. В прошлый раз это была любовь с первого взгляда. Уверен, всезнающие пески помогут тебе вспомнить всё…

Когда сон накрывает меня рваным покрывалом, я ухожу в странное блуждание по тому, что вроде бы было, а может и нет. Так происходит все время, стоит моим глазам сомкнуться.

Картинки мелькают, подобно кадрам кинофильма. Они разные и странные. Я словно бы чувствую аромат восточных благовоний, чувствую жар пустыни, опаляющий до ожогов кожу мелким раскаленным песком, чувствую нежность лепестков белоснежного лотоса с голубоватой сердцевиной, вижу закат и вижу рассвет, лазурную гладь спокойного моря, чувствую восторг и удовольствие, чувствую страсть и отчаяние. Словно бы рай и ад соединились в моем воображении в одну картину…

«Инта умри» (араб. – ты моя жизнь)– слышу протяжным внутренним голосом- то тонким пронзительно-прекрасным женским, то хрипло-неизбежным и низким мужским… Ты моя жизнь…

В голове на репите снова и снова странный голос, который поет на арабском, но я прекрасно понимаю эти слова:

«Ты моя жизнь…

Твои глаза вернули меня ко дням давно ушедшим,

Заставили жалеть о прошлом и его ошибках

До того, как я увидела тебя, мои глаза лишь

Смотрели на жизнь, проходящую напрасно.»1

Открываю глаза с полу вскриком. Напротив, стюардесса.

–Мы на подлете, госпожа. Вот Ваша одежда.

Самолет плавно выруливает на посадку. Мы касаемся земли- словно бы вовсе и не летели. Пилот у него правда первоклассный.

Предметом одежды, который мне оставила стюардесса, оказывается черная абайя, закрывающая мое тело до пят. Интересно, раньше я тоже такое носила?

Надеваю ткань и дышу с трудом. Кажется, что она подавляет, унижает, делает меня невидимкой.

Выхожу к мужчинам, набравшись смелости.

На душе все равно до невозможности волнительно.

За окном желтые пески. Под ложечкой начинает сосать. Интересно, это психомиметика или я правда что-то чувствую из подсознательного?

–Таали, Майя (пойдем, Майя), – подзывает меня Тамер и пропускает вперед. Мы едва успеваем выйти на палящее солнце, как тут же оказываемся в спасительной прохладе салона затемненного автомобиля.

Садясь в машину, я машинально ловлю взглядом, где Даниил. В компании одного Тамера мне пока слишком волнительно.

Он ловит мой взгляд, берет руку, подносит к губам, как на борту, целует.

Я слышу шепот на ухо. По телу мурашки…

– Не нужно волноваться, Майя… Ты в безопасности. Привыкай ко мне…

Во рту пересыхает. Боюсь поднять на него глаза, потому что знаю, что утону в его взгляде.

Кортеж резко стартует- и я впиваюсь глазами в пейзаж.

–В прошлый раз мы также прилетели на самолете? -спрашиваю я его.

–Да, – слышу ответ на русском.

Еще внимательнее вглядываюсь в картину за окном. Вспомню ли я? Почувствую ли? Можно забыть людей, можно забыть события, но можно ли забыть пустыню? Неужели мое сердце не отзовется на ее ошеломительную красоту, на ее суровый пугающий нейтралитет, на её сакральную неизбежность?

Вглядываюсь в желтые волны. Восхищаюсь. Удивляюсь. Но не узнаю… От этой мысли грустно на душе…

В голове снова и снова «Инта умри», словно бы слова этой песни теперь нашептывают пески. В легких мало воздуха- возможно, это действие местного климата, возможно- его присутствие.

Запах Тамера заполняет весь салон. Я и правда чувствую его на интуитивном уровне. Всем телом.

Спустя полчаса мы заезжаем на территорию дворца.

Тамер все еще держит мою руку в своей и нежно ее гладит, то и дело бросая на меня пытливые взгляды.

Он не спрашивает в открытую «узнаешь?», но я знаю, этот вопрос мучает его так же, как меня.

Красота дворцового комплекса, утопающего в зелени, поражает. Оглядываюсь по сторонам, не в силах сдержать восторга. Здесь и правда ошеломительно красиво…

Он приглашает меня выйти из авто. Мы откололись от кортежа и, оказывается, уже одни. Вокруг много прислуги. От ее лебезящего внимания не по себе.

–Где будет Даниил? У меня будет с ним связь?

Тамер бросает на меня острый взгляд и молчит. А я начинаю паниковать еще больше… Я совсем одна в этом новом враждебном мире… Даже друга нет рядом…

Когда мы пересекаем порог одного из дворцов на территории, я замираю в благоговении, заставляющем страху на мгновение отступить, потому что мы попадаем в настоящую арабскую ночь с потрясающим внутренним садом, по центру которого фонтан с журчащей водой, а покрытые тонкой инкрустацией белоснежные стены ласкают раскидистые ветви пестрых бугенвилий.

Аромат ванили и пачули дурманит голову, ласкает рецепторы и расслабляет.

– Это то место, где ты жила раньше, Майя, – чувствую прикосновение к своим плечам Тамера, – мне кажется, чтобы быстрее все вспомнить, для начала нужно пожить здесь. А потом мы переедем в главный дворец.

Я напрягаюсь.

Оборачиваюсь на него.

–А Вы? Тоже будете здесь жить?

Тамер кладет руку на мою талию и аккуратно придвигает к себе.

Наши дыхание сплетаются.

Он шепчет в мои губы.

– Если ты боишься, что мы будем делить одну спальню, не стоит, баннута. Я буду ждать столько, сколько понадобится. Но…– цепляет зубами мою губу. Не больно, просто шокирующе и смело, – не стоит тебе цепляться за мысли о другом, даже если в них только дружба…

Руки сжимаются на талии чуть сильнее.

– Единственный мужчина твоей жизни я, Майя. Даниил здесь не для того, чтобы развлекать тебя или защищать. У нас с ним свои дела- и видеться вы больше не будете. Я буду мягким и терпеливым, но не стоит испытывать мое терпение или даже гнев. Никогда больше не задавай подобные вопросы ни мне напрямую, ни тем более в присутствии моих слуг. И помни- во дворце даже у стен есть уши… Ты могла об этом забыть, но не эти камни, которые впитывают память о всех человеческих прегрешениях. Это ясно?

Я молчу, нервно кусая губы. Его слова пугают и возмущают одновременно.

Лицо Тамера, несмотря на мою реакцию, на удивление светлеет, а на губах рождается слабая улыбка.

Он проводит по моему лицу костяшками, заправляет прядь за ухо.

–Строптивый взгляд… С вызовом… Дерзкий… Не успели мы пересечь порог дворца, а я уже вернул себе тот самый взгляд, по которому сходил с ума… Ты вспомнишь нас гораздо раньше, Майя… Гораздо раньше, чем сама думаешь…

Отступает, выпуская из своего захвата- физического и ментального…

– Располагайся, изучай, осваивайся и отдыхай… Вечером за тобой придут. Мы поужинаем вместе, красавица…

Глава 7

Легко сказать- отдохнуть… Словно бы у меня были на это силы…

Словно бы были силы расслабиться, отпустить себя, закрыть глаза и не бояться, что нужно держать ухо в остро… Здесь все должно быть знакомо, а кажется еще более странным и чужим. Самое удивительное в моем состоянии- что я прекрасно понимаю язык этой страны, откуда-то знаю ее традиции, но совершенно не понимаю её саму… Внутреннее ощущение раздрая просто невыносимо. Оно разрывает изнутри, дезориентирует.

Я долго-долго лежала и таращилась в красивый резной потолок. Что ждет меня в этом чужом крае? Как заново обрести себя? Что ждет меня рядом с этим мужчиной, пугающим и влекущим одновременно…

Когда спустя несколько часов пелена сна все же начала меня плавно забирать к себе, я услышала шорох в комнате, напоминавший шуршание какого-то насекомого. Встрепенулась, резко подорвалась на постели…

– Простите, госпожа. Я ни в коей мере не хотела Вас напугать…– сказала худосочная женщина в черном одеянии. Я принесла одежду для ужина и набрала тонизирующую ванную.

Нехотя встала, все еще рассеянная от прерванной дремы. Лаконично поздоровалась в ответ.

Когда та уверенно прошла за мной в ванную и застыла в ожидании команды, я недоуменно уставилась на неё.

–Я бы хотела уединения, – честно ответила.

– Господин приставил меня к Вам выполнять все Ваши поручения и прихоти. Вы пока не помните меня, но я прислуживала Вам, когда Вы были здесь раньше…

–Как Вас зовут? -спросила я, застыв на образе женщины, не выражавшей своим внешним видом совершенно никаких эмоций, словно бы она была белым холстом, несмотря на черное аскетичное одеяние.

Та на секунду застыла, словно бы колеблясь, говорить его мне или нет, а потом ее губы все-таки разомкнулись, и она произнесла:

–Мириам, госпожа. Называйте меня Мириам…

–Мириам, я бы хотела полежать в ванной сама, в одиночестве, – сказала решительно.

Снова колебания.

–Господин очень волнуется за Ваше состояние и приказал не оставлять Вас одну ни на секунду.

В душе царапнуло. Господин не только волновался о моем состоянии. Он следил за каждым моим шагом… Боялся что-то упустить из виду… Тамер пока был для меня непонятен, но то, насколько он, лукав и непрост, было очевидно. Это и пугало в нем более всего… Эти восточные мужчины… В их волооком взгляда зыбучий песок, который поглотит тебя- ты и не заметишь…

Мы сошлись на том, что она подождет у двери снаружи. И я смогла предаться нежной ласке воды. Белесая вода, увенчанная пиками пены, словно бы сливками, ласкала кожу. Благовонии расслабляли. Я невольно вслушивалась в этот сложный аромат – и понимала, что могу разобрать на его нотки, будто дегустируя, пробуя на язык. Эти запахи были мне уже знакомы… Пачули, немного лаванды, цветок фули и… еще один приятный аромат, который доминировал над всей композицией, но название которого я никак не могла вспомнить… И в то же время, он казался мне до боли знакомым. Как странно, эти знания были во мне… а я даже представить об их наличии не могла, находясь в России. Что еще таит моя память? Какие секреты и сюрпризы? От этой мысли одновременно было любопытно и боязно.

Вдоволь насладившись купанием, я вынуждена была снова вверить себя в руки Мириам, которая начала участливо и услужливо колдовать над моим туалетом.

–Где мое белье? – спросила я, когда она подняла прекрасное воздушное платье из красного крепдешина, чтобы помочь мне одеться.

–Женщина посмотрела на меня как-то странно, даже удивленно.

– Это национальное платье, госпожа. Его ношение не предполагает нижнего белья. Здесь так много нежнейших слоев шелка, что оно Вам не понадобится. Наденьте и почувствуйте это сами.

Я напряглась, но спорить не стала. Все вокруг было для меня слишком незнакомым и чужим, чтобы артачиться даже в таких мелочах.

Нырнула в нежный плен божественно мягкой ткани, невольно прикрыла глаза от наслаждения. И правда, платье нежно ласкало кожу, а отсутствие белья расслабляло и не зажимало. То, что материал обвивал меня до самого пола, немного отвлекал от мысли, что внизу я ничем не прикрыта.

И в то же время, подойдя к зеркалу, я заметила, что наряд, несмотря на многослойность, довольно легкий и прозрачный.

Заметив мое замешательство, Мириам подняла с кровати еще один предмет одежды. Выполненную из довольно плотного вышитого изысканными узорами по бархату накидку- безрукавку тоже в пол.

–Эта часть туалете скроет всё, что Вы пока хотели бы спрятать, госпожа… Не волнуйтесь…– почувствовала мое смятение Мириам.

Я облегченно выдохнула. Похоже, во дворце уже были осведомлены о том, в каком состоянии моя память. Что ж, это и не удивительно… Ведь даже примитивные история из сериалов про жизнь в гареме пестрили всевозможными интригами и тайнами, что уж говорить о том, что происходило здесь и сейчас, в реальности… Интуиция подсказывала мне, что все странное и опасное только впереди… И мои провалы в памяти- не самое страшное из того, что здесь может приключиться…

Мириам помогла мне искусно подвести глаза, накрасила нежно-алым губы и красиво уложила волосы. Я смотрела на себя в зеркало и понимала, что нравлюсь внутреннему я… Такой ты хотела видеть себя в будущем, школьница Майя? На что способна эта роковая красавица в отражении? Что таят ее мысли, которые пока закрыты от тебя?

–Добрый вечер, Майя, – произнес Тамер, обмазывая меня таким сладким взглядом, что я чуть не поскользнулась на этой сладости.

Прошла внутрь красивого помпезного зала, у которого меня оставила Мириам, любезно препроводив по извилистым коридорам, представившимся мне настоящим лабиринтом из древнегреческих мифов. Уютный мрак помещения словно бы обнимался с приглушенно-романтичным светом изысканных медных светильников, расставленных и развешанных в разных местах по помещению. Все они были разными по формам, но в одинаковом стиле- мелкие отверстия, формирующие причудливые восточные узоры, отбрасывали свою филигранную тень на стены и потолок, создавая настоящие шедевры из игры света. Глаз наслаждался этой пленительной красотой…

Я невольно залюбовалась этой красотой, а когда услышала мягкую протяжную восточную мелодию, мне показалось, что эта совершенная красота коснулась самой моей души.

Атмосфера вокруг расслабляла и умиротворяла, несмотря на то, что сама мысль о том, что я останусь с Шейхом тет-а-тет ввергала меня в страх.

Мужчина подошел, уже по привычке взял меня за руку и нежно поцеловал пальцы, не сводя горячего взгляда.

–Красный цвет на тебе- это особая форма удовольствия, Майя… Удовольствия и пытки… Потому что это удовольствие недоступно… Пока…

Говорил и улыбался. Играл? Соблазнял? Охотился?

Мне было тяжело понять этого колоритного мужчину, заполнившего собой и всё и вся в моем мире в одночасье… Стоило ли верить его страсти и вожделению?

– Я попросил повара приготовить самые изысканные блюда моей страны, баннута. Говорят, вкусы и запахи лучше всего возвращают человека туда, где он когда-то был счастлив. А мы с тобой были здесь счастливы, любимая…

Тамер галантно помогает мне занять отведенное место за столом в зале.

Стол ломится от яств, о существовании которых я даже не догадывалась…

–Это мясо антилопы, любимая, – поясняет он, когда из темноты, словно бы выросшим из самой стены, появляется фигура прислужника, – а это ароматный жир-жир- любимая зелень жителей Киренаики. Мы едим ее с морской солью и оливковым маслом. А еще я хочу, чтобы ты попробовала хариссу, особый острый перец. Только будь осторожна- он так же вкусен, как и остр. Для вкуса хватит даже одной песчинки…

Я любовалась этими гастрономическими шедеврами, словно бы завороженная. Умелая манипуляция рук официанта и сладкие речи Тамера вводили в транс. На это он, видимо и рассчитывал.

А еще я понимала, что с каждым мгновением мне становится все жарче и жарче…

–Служанка переусердствовала с толщиной ткани. Судя по всему, здесь отнюдь не так холодно, – посмотрела я на потрескивающие дрова в камине, от которого исходил жар и раздосадовано почувствовав, как спина покрывается испариной под слоем толстой ткани бархатной накидки. Сдвинула ее, немного сдвинув края.

–Ты всегда можешь снять накидку, Майя…– произнес Тамер- и мне показалось, что его взгляд стал еще более горячим, даже обжигающим.

Трактовав мое молчание по-своему, он махнул рукой прислужнику, тотчас от него избавившись, встал и подошел ко мне.

Пальцы коснулись плеч и потянули края накидки.

Я напряглась и резко перехватила ткань. Платье внизу из тончайшего красного шелка ничего не прикрывало. Ничего. Он наверняка специально приказал облачить меня именно в такой наряд. Решил, что я не выдержу и сниму толстую накидку…

–Поверь мне, тебе нечего стесняться. Твое тело божественно, Майя…, и я имел возможность хорошо его изучить… – снова плавные движения по плечам. Тяжелый бархат опадает на стул. Я перед ним в одном шелке. Он проводит пальцем по линии соприкосновения кромки ткани и моей кожи.

–Помню каждую твою родинку, – шепчет он хрипло, – помню, что на спине у тебя веснушки… Так вы называете их на русском? – чувствую ладонь на спине. Откидывает волосы на одну сторону, наклоняется, вдыхает меня… Не шевелюсь… Словно бы приросла к своему месту…

Скашлянула напряжение.

–Ваше величество, я…

Мой тон вернул его в реальность или он сам понял, что перегнул… Не знаю, но Тамер тут же отстранился от меня и вернулся за свое место, уже через пару мгновений как ни в чем не бывало, накладывая себе мясо.

–Как первые ощущения в родном дворце, Майя?

– Я пока не чувствую родства, – пожала плечами.

Чуть наклонил голову. Чувствую, как изучает…

–Вина? -произнес, указывая на бокал передо мной, – коллекционное. Особенное. Очень богатый купаж. Терпкий, но свежий… Подарок близкого друга, правителя Кабилии. У него прекрасные винные плантации с виноградом родом с юга Франции. В союзе с щедрой североафриканской почвой они дают божественный результат.

–Разве Вы не мусульманин? Пьете вино? -резонно спросила я.

Тамер усмехнулся.

–Ты уже задавала мне этот вопрос… При нашей первой встрече. В тот день я понял, что влюбился в тебя без памяти… С первого взгляда…

Его откровенность выбивала почву из-под ног…

Тамер говорил, смотрел на меня – и его взгляд становился острее, ярче, многозначительнее.

И, конечно же, до невозможности смущал меня…

–Расскажите мне побольше о том, как я сюда попала…

Снова усмехнулся, словно бы колеблясь, стоит ли что-то открывать мне… Почему-то интуиция подсказывала, что какой бы ни была эта история в своей кульминации, начало её было отнюдь не романтичным… В сущности, он ведь сам мне в этом и признался в самолете…

–Ты все вспомнишь, Майя… Со временем. Каким бы ни был рассказ, он не сможет воссоздать полноты картинки. Могу сказать только одно- прошлое у нас с тобой есть… будущее тоже будет… Так почему бы нам не сконцентрироваться на настоящем? Ты ведь хотела бы узнать меня поближе… Спрашивай… Я готов ответить на любые твои вопросы…

–Неправда, – сказала категорично, отпивая вино, – только что я уже задала вопрос, но Вы не ответили… а он как раз позволил бы мне узнать Вас поближе… Скажите, Вы увезли меня сюда насильно? Похитили? Изнасиловали?

Теперь щедро отпил Тамер.

–Сколько вопросов в одном… а ты играешь не по правилам, девочка… Может выберешь все же, на что мне стоит ответить из всего того, что желаешь спросить? А то это уже какая-то пресс-конференция или монолог. А мне так приятно слышать твой голосок…

– Вы совершили надо мной насилие, Шейх Тамер? – постаралась емко сформулировать то, что более всего меня волновало…

Снова молчание. Затянувшаяся на чуть дольше, чем время, нужное, чтобы он отпил очередной щедрый глоток из бокала.

–Нет, – хрипло ответил, наконец, глядя в мои глаза, – мы оба хотели того, что между нами случилось, Майя. Ты отдалась мне сама. Это было божественно. И для тебя, и для меня. И нет, это произошло не в Москве, а много позже. Мы поехали в Асуан, на место родины и место погребения моей матери. Это произошло там… Мы съездим туда обязательно… Возможно, это волшебное место пробудит твои воспоминания…

–Но как я согласилась лететь с Вами? Неужели я была так безрассудна?

–Нет, любимая… Рассудок потерял я, когда увидел тебя. Я увез тебя дискретно.

–Значит, насилие все-таки было…

Он молчит, многозначительно смотря на меня.

–Ты отчаянно пытаешься зацепиться за негатив, потому что боишься своих эмоций. Закрываешься от меня… Почему? У тебя было достаточно времени найти себя в России, но ты продолжала оставаться потерянной… Так давай попытаемся поискать вместе, Майя… И тебе, и мне нужна та, кто вдохнула жизнь в эти древние стены… Кто оживила все то мертвое и безжизненное, что, казалось, не шевелится уже много лет… «Я сказал: говори о ней над моей могилой и смотри, как она возвращает меня к жизни…» … Знаешь, кто это?

–Махмуд Дервиш (прим. –всемирно известный арабский поэт), – автоматически сорвалось с моих уст, и я даже пораженно вскрикнула. Откуда я это знала? Как?!

Лицо Тамера изменилось. Ноздри стали раздуваться. Он воодушевился… Ему показалось, что он нащупал нужную дорогу… Но его надежды пока были тщетны… Я помнила эти строки так же, как прекрасно понимала язык… Не знания были вырваны из моей памяти, а гораздо более серьезная вещь- чувства…

–Не хочу Вас разочаровывать, Шейх Тамер, но у меня сейчас нет никаких эмоций кроме смятения. –честно ответила я, – еще вчера я пыталась построить одну жизнь на руинах неизвестной старой. Сегодня же у меня новая реальность… Вы считаете, мне сейчас не достает эмоций?

Мужчина откинулся на стуле. То ли раздраженно, то ли разочарованно…

–Никаких руин не было… Твоя старая жизнь здесь, Майя… Я здесь. Твой мужчина. Твоя любовь… Посмотри на меня… Нам было хорошо вместе… Мы наслаждались телами друг друга, мы заряжались друг от друга… Ты могла часами слушать меня, а я захлебывался от желания дать тебе как можно больше знаний, потому что ни одна женщина до тебя не волновала меня так сильно не только физически, но и ментально… История словно бы плела между нами с тобой золотой кокон… Я смотрел на юную прекрасную девочку- и видел свою королеву, которая интеллектом и знаниями, мудростью и тонкостью ума затмит даже мужчин, равных мне… Между нами всегда было больше, чем просто физическое влечение…

Подняла глаза на Тамера. Голова закружилась от его слов. От его взгляда, который словно бы стал влажным… Черт, наверное, это от вина. Я ни разу не пила все эти месяцы. Захотелось вырваться на свежий воздух, убежать от него и его натиска, упасть на кровать, зарыться в одеяла, закрыться от него… Но разве это было возможным?

Взгляд Тамера вальяжно сполз на мою грудь и я, сжигая от стеснения и неудобства, поняла, что мои соски предательски напряглись и проглядывают через тонкую материю. Он изучал мое тело. И казалось, что эта дурацкая накидка для него совершенно не преграда- словно бы он смотрел на мое лицо, совершенно ничем от него не прикрытое…

–Я бы хотела пойти в свою комнату, Шейх Тамер… Я немного устала после насыщенного дня…

Встала из-за стола, не дожидаясь его разрешения. Прошла несколько шагов к выходу, наивно полагая, что найду дорогу по лабиринту самостоятельно. Плевать. Главное, скрыться от него и его взгляда…

Не успела…

–Тихо, Майя, не стоит так волноваться… Обещаю, я не овладею тобой, пока ты сама не будешь к этому готова…– горячая рука обхватывает меня за талию и тут же приподнимает над полом, как пушинку, – ты скоро уйдешь, я тебе обещаю. Но сейчас я хочу, чтобы ты послушала одну историю… Я же говорил тебе, ты очень любила слушать мои истории…

С этими словами он вернулся к своему креслу, продолжая держать меня в объятиях- и через секунду я оказалась у него на коленях.