Академия Космического Флота: Пограничный филиал

Впереди по усыпанной гравием дорожке, смеясь и подтрунивая друг над другом, пробежала влюблённая парочка. Молодые люди держались за руки и сильно размахивали ими. Вскоре, хихикая, они резко свернули с дорожки, чтобы спрятаться за толстым стволом искусственного дерева.

Хрустя всё тем же гравием, мимо прошёл мужчина в антрацитовом костюме. Он раздражённо наговаривал в коммуникатор на запястье: «…Да-да, всё понял, дорогая. Ну выкинь ты этого робота, раз он оказался таким некачественным. Я иду сейчас показывать клиентам квартиру в новостройке, прости, уже подхожу, не могу дольше говорить…»

Вдалеке взвыла характерная сирена Планетарной Полиции.

Мир словно говорил мне: «Вивьен, ты здесь никто. Просто жалкая уродина, до которой никому нет дела. Ну потеряла сегодня работу и единственный шанс на осуществление мечты всей своей жизни, и что с того? Люди продолжают жить, влюбляться, работать и даже нарушать закон».

На глаза попалось скучное одноэтажное здание. Обычно в нём проходили бесплатные выставки начинающих художников и скульпторов, в искусстве которых я ровным счётом ничегошеньки не понимала. Мне довелось побывать внутри всего два или три раза, когда я так же бесцельно гуляла по городскому парку, не желая возвращаться домой после тяжёлой смены. Каждый раз внутрь меня загонял начинающийся дождь. На Захране вообще погода менялась внезапно. Минуту назад ещё припекало солнце, а потом – оп! – и с неба капает что-то непонятное. В инфосети утверждали, что таковы последствия парникового эффекта.

Приблизилась к расписанной баллончиками стене и с любопытством заглянула в одно из окон. Обычно, попадая в этот дом из-за непогоды, была вынуждена строить умное лицо и блуждать, рассматривая экспонаты, в ожидании, когда дождь прекратится. Сейчас мне не хотелось изображать из себя тонкого ценителя искусства. Подошла ближе просто по наитию, по неведомой причине, которую толком не смогла бы выразить словами. Каково же было моё изумление, когда вместо привычно расставленных на подрамниках картин и причудливых экспонатов, изготовленных из синтетических материалов, я увидела внутри ряды столов и множество людей в синей форме, а также небольшую группку молодёжи на входе. Быстро поискала взглядом вывеску (обычно где-то было написано, какой художник решил выставить на обозрение своё творчество) и нашла скромное объявление на входной двери: «Помещение временно арендовано Космофлотом». Всё.

Попятилась, чувствуя странное першение в горле, и чуть не подпрыгнула на месте, когда один из динамиков на здании вдруг ожил:

– Дорогие абитуриенты! Напоминаем вам, что осталось всего два дня, чтобы попытаться сдать вступительные экзамены в Академию Космического Флота. Пожалуйста, убедитесь, что вы правильно заполнили анкету и получили квиток с номером.

– Ай, аккуратнее! – раздалось позади чьё-то недовольное восклицание.

Резко обернулась. Как оказалось, пока динамики вещали, я попятилась и невольно наступила на ногу незнакомому парню. Тот демонстративно поморщился, встряхивая своей нижней конечностью.

– Смотри, куда идёшь, – буркнул молодой человек.

– Простите, я случайно… – пробормотала рассеянно, потому что мой взгляд сфокусировался на стопке голубых бумажек у него в руках.

– Случайно, случайно… Чтобы я ещё хоть когда-нибудь вызвался отрабатывать наказание на Захране! Все здесь какие-то пришибленные и… случайные. Случайно попытались стащить мой коммуникатор, случайно некая девица испортила мне китель мороженым, вот теперь другая ногу отдавила…

– Эта вторая с вами просто познакомиться хотела. У нас в кафе всегда так делают, – на автомате произнесла я.

– М-да? – Парень скептически поднял брови. – А я-то думал, что она решила мне дополнительную смену у майора выбить – за неподобающий вид формы…

Я усмехнулась.

– Так, – спохватился незнакомец, – в общем, вот тебе анкета, бросаешь в ту урну, валидируешь, квиток оставляешь себе. Там время автоматически проставляется, но в целом неважно, во сколько на испытания придёшь, всё равно всех проверят, желающих не так уж и много. Однако квиток нужен обязательно, он с данными анкеты в облаке синхронизируется.

– Что, простите?

Парень нахмурился, пытаясь всучить мне голубую бумагу.

– Ты же на тестирование? Абитуриент, так?

– Нет, – ответила искренне. – Просто мимо проходила!

– Ага-ага, тут каждый третий мимо проходит…

Что-то напрягало во внешности незнакомца. Подумаешь, длинные светлые волосы с бусинами на концах, острые скулы, широкие плечи. Вроде бы парень как парень, но…

– У вас зрачки вертикальные! – воскликнула внезапно, кажется перебив кадета. – Вы ларк?!

Конечно, я читала в инфосети о других расах Федерации, но одно дело – видеть картинку или голограмму, а совсем другое – встретиться с их представителем вживую!

– Ага, – юноша демонстративно закатил глаза, – ввиду того что Захран очень долго не контактировал с другими мирами Федераций и местное население очень суеверно и настроено… гм-м-м… несколько предвзято, сюда отправляют лишь таноржцев да ларков. В общем, тех, кто внешне больше всего похож на захухрей.

Я продолжала молча смотреть в удивительные глаза с радужкой необычного яблочного оттенка и думала о том, что не такие мы всё же разные… Хотя, конечно, конкретно этот ларк явно крупнее любого захухри его ровесника. Интересно, а у него действительно нюх и слух существенно лучше, чем у меня?

Где-то на краю сознания прозвучал тяжёлый вздох юноши, и тоненькая книжечка оказалась у меня в руках вместе с голубым листочком. Подскочила какая-то девушка и начала выпрашивать себе такой же. Парень отвернулся, я моргнула, скидывая наваждение. Посмотрела на маркетинговую брошюру с претенциозным названием «Почему Космофлот – это ваш шанс» и скептически хмыкнула. Мне хватило пары минут, чтобы по диагонали пролистать информационный буклет и уловить суть: «В Академию Космического Флота берут лучших из лучших со всех планет, входящих в Федерацию Объединённых Миров». Нет, это точно не про меня. Несколько крупных капель упало на открытую страницу брошюры. Начинался дождь.

– Ну что, заполнять анкету будешь? – спросил ларк, вновь обращаясь ко мне.

Пожала плечами и вежливо ответила:

– Спасибо, я подумаю.

Парень хмыкнул.

– Давай так, я впишу в анкету твою фамилию – и всё. Если захочешь, вернёшься завтра, а на нет и космолёта нет.

Прежде чем успела ответить отказом, юноша ловко выудил бумажку из моих рук, щёлкнул стилусом, взявшимся как бы из ниоткуда, и затараторил:

– Имя?

– Вивьен.

– Фамилия?

– Виардо.

– Возраст?

– Девятнадцать лет.

– Та-а-а-ак, Вивьен Виардо, захухря, восемнадцать лет есть. Жаль, что не двадцать один… А, сойдёт, неважно. Остальные данные подтянутся из общей базы Аппарата Управления Планетой.

Под усиливающимся дождём ларк подошёл к огромной серо-голубой кабине, вставил в неё анкету. Шестерёнки в урне зашуршали, поспешно зажёвывая листок, что-то загудело, пикнуло, на плоском табло высветился статус «Заявка принята», и золотоволосый протянул мне маленький квиток, на котором стояла завтрашняя дата и время: «08:00».

– Это тебе, – вполне дружелюбно улыбнулся ларк.

Ошарашенно кивнула, схватила квиточек, сунула его внутрь брошюры о Космофлоте и поспешила домой, одновременно набирая запрос на коммуникаторе, как долго продлится дождь. К сожалению, прогноз сообщал, что с той или иной интенсивностью осадки будут выпадать вплоть до середины ночи. Первые несколько сотен метров я пробежала, тщетно надеясь на то, что не промокну, а затем плюнула на это дело и пошла спокойным шагом. Всё равно у моей куртки не было непромокаемого капюшона, а у меня самой ни зонта, ни переносного купола.

В голове сумбурно крутились отрывки диалога с кадетом Космофлота. За последние пять лет, с тех пор как Захран официально справился с синдромом Кесслера и информационная изоляция пала, в планетарной инфосети появилось множество данных о других мирах Федерации. Однако после этого знаменательного события мало что изменилось. Люди продолжали работать на своих местах, никто особенно не рвался улететь с родины, а кто рвался – не мог сделать это в силу отсутствия хорошего образования и достаточных финансовых средств. Да и жизнь на родине, согласно новостным сводкам и активной пропаганде со стороны нового Аппарата Управления, становилась от года к году всё лучше. Лично меня вот эти темпы «от года к году» не устраивали. Наверное, единственным глобальным изменением, которое коснулось меня, стало обязательное изучение межгалактического языка в старших классах и колледжах и по желанию нескольких предметов, которые ранее не имели такой ценности: астрономии, истории Федерации, мировой политики.

Несмотря на то что вся моя жизнь состояла из беготни по кафетерию, стёртых до мозолей ног и размышлений, откуда ещё можно добыть кредиты, по вечерам, закрывшись в своей комнате, я с упоением изучала в федеративной инфосети всю имеющуюся там информацию. О новейших разработках и патентах миттаров в медицине. Об удивительных возможностях цваргов, которые, в противовес жителям Захрана, с каждым годом делали свою планету всё более закрытой. О пиратах, что время от времени нападали на соседей Федерации Объединённых Миров, но те, в свою очередь, не хотели открывать границы для пропуска кораблей Космофлота, потому что боялись оккупации собственного космического пространства. О прекрасном и солнечном Зоннене с его сине-зелёными океанами. Да много о чём.

В кроссовках противно хлюпало, в горле запершило. «Заболею, наверное», – подумала отстранённо. Вода тонкими ручейками стекала с волос прямо на куртку, а с неё на штаны, оставляя на последних некрасивые разводы… В животе громко заурчало ровно в тот момент, когда подходила к дому. И тут вдруг вспомнилось, что я сегодня так и не успела пообедать, а время между тем близилось к ужину.

Когда в очередной раз подняла руку, чтобы поправить неудобный воротник, из густой водной взвеси проступила фигура в тёмно-синем мундире с золотой звездой. От неожиданности я даже замедлила шаг, настолько нереальным представилось мне то, что мой недавний знакомый брюнет в такую погоду поджидает меня у подъезда дома. Конечно, в отличие от девушки, которая только что осталась без работы и без единого гроша в кармане, у него имелся трансформируемый купол. И одежда наверняка обработана водоотталкивающей пропиткой. И ботинки не пропускают влагу. Но я всё равно не смогла скрыть своего изумления.

– Марк?! Что ты здесь делаешь?

– Да вот хотел тебя увидеть, чтобы обменяться номерами наших коммуникаторов. – Парень обворожительно улыбнулся, сверкнув белозубой улыбкой. В результате раскосые глаза стали ещё у́же, но это ничуть не испортило внешность молодого человека. Наоборот, со своими очаровательными ямочками на щеках Марк на миг показался мне таким простым, словно мы давно были знакомы. Хорошим приятелем, с которым можно поделиться всеми невзгодами и пожаловаться на жизнь. Но этот миг прошёл, и всё вернулось на круги своя. – Я зашёл в тот кафетерий, но вторая девушка сообщила, что ты уволилась, и дала твой домашний адрес. Надеюсь, ты не сердишься, что я ждал тебя здесь?

Несколько секунд я хлопала ресницами. Что? Зачем? Ну обменяемся мы номерами, а дальше-то что? Марк Танеко – симпатичный кадет, поступивший в Академию Космического Флота. А я кто?

– Нет, разумеется, не сержусь, – пробормотала, совершенно не соображая, что говорить, а потому ляпнула первое пришедшее на ум: – А где твои друзья?

– Собирают вещи, прощаются с родственниками. Уже завтра мы улетаем. Увольнительная заканчивается, – спокойно пояснил кадет. – Я смотрю, ты всё-таки надумала попробовать пройти тест в Академию? – Его взгляд остановился на тонком буклете в моих замёрзших пальцах и голубом корешке, что сиротливо торчал из него.

Неопределённо повела плечами.

– Не знаю… Я ещё ничего не решила.

– Решайся скорей, тебе понравится, – вновь улыбнулся собеседник. Тёплые карие глаза при этом озорно блеснули.

Где-то вверху громыхнуло, и на нас обрушился целый поток воды. По всем законам гостеприимства нужно было пригласить Марка к себе домой, но я понятия не имела, как на это отреагирует Гардения. Пока срочно придумывала, что ответить парню, из сплошной стены воды вынырнули ещё две фигуры, закутанные в длинные пластиковые плащи, – худая высокая и низенькая, чуть потолще. В первую секунду не обратила на них внимания, зато они сразу узнали меня.

– Вивьен, вот ты где! А мы тебя искали! Ты вообще-то должна была принести сегодня ужин, а его всё нет и нет. Хлоя, между прочим, проголодалась! Так что нам самим пришлось тащиться в ту дыру, где ты работаешь, и Казимир Бельмешев сообщил, что ты прогуливаешь… – возмущённо отчитывала меня мачеха, начав делать это ещё издалека. Но она резко осеклась, когда рассмотрела моего собеседника. – Ой, а кто это с тобой?

Я судорожно сглотнула, быстро придумывая, что можно сказать Гардении, чтобы та отцепилась от меня. Когда приду домой, пускай орёт, возмущается, пусть даже все чаевые до конца года себе заберёт, лишь бы только не унижала меня сейчас перед Марком. Однако прежде, чем я что-либо сообразила, юноша сделал уверенный шаг вперёд и по-военному чётко отдал честь.

– Добрый вечер! Я кадет главного филиала Академии Космического Флота, прилетел с друзьями на Захран в увольнительную. Познакомился с Вивьен на днях и хотел пригласить её в иллюзион, но она, к сожалению, оказалась очень занятой. Вот теперь пытаюсь добиться от неё номера её коммуникатора.

– У Вивьен? У этой уродины? – не моргнув глазом брякнула мачеха. Причём сказано это было таким тоном, будто моё врождённое уродство располагается на лбу, а не на ногах. – Зачем она вам?

Воспитанный таноржец оторопел от прямоты моей родственницы. Я же отчаянно закусила губу, чтобы не расплакаться. Хоть и не собиралась поступать в Академию, но выглядеть полнейшим ничтожеством перед симпатичным брюнетом мне тоже не хотелось. Это был первый парень, который обратил на меня внимание. Да, скорее всего, он уже завтра улетит в свой космос и вряд ли вспомнит обо мне, но всё же приятно, что кто-то в принципе заинтересовалсямной.

– Простите, я не совсем понимаю, почему вы так называете Вивьен… – спустя несколько секунд молчания произнёс кадет Танеко.

– Ой, а она вам разве не сказала?! – наигранно удивлённо воскликнула Гардения. – Вивьен бракованная. Она родилась с уродством ног, а потому всегда носит штаны.

Марк перевёл изумлённый взгляд на меня, а я почувствовала, что непроизвольно отступаю. Совсем как недавно в парке. Шаг, ещё один шаг. В карих глазах мелькнуло понимание. Он вспомнил, как я упала в «Усладе». А ведь плотные легинсы тогда порвались сразу в нескольких местах… Ещё шаг.

– Послушайте, – Гардения вновь обратилась к Марку, – вы явно очень серьёзный молодой человек, имеющий перспективы в Звёздном Флоте…

– Космическом, – автоматически поправил кадет, неотрывно глядя на меня. Было что-то такое в этом взгляде, отчего я почувствовала, как у меня вновь начинают дрожать пальцы. Не от холода. От страха, что и таноржец тоже назовёт меня уродиной.

– …Перспективы в Космическом Флоте. У меня есть дочь, Хлоя, очень милая девушка. И, кстати, любит иллюзионы, в отличие от нелюдимой и не обученной правилам этикета Вивьен.

На этих словах я не выдержала, развернулась и опрометью бросилась в подъезд.

Позади послышался мужской крик:

– Вив!

И женское:

– Ну а я что говорила? Безответственная, слабохарактерная девица…

Капли дождя на моём лице давно смешались со слезами, рыдания душили. Я споткнулась в прихожей о свёрток с Пыльником, больно ушибив мизинец на ноге, смачно выругалась и нырнула в свою крошечную каморку без окон. Как же в этот миг я ненавидела свою мачеху! А заодно и себя, и свои проклятые ноги… Не знаю, сколько провалялась, уткнувшись носом в подушку, но в какой-то миг на периферии сознания уловила громкий хлопок входной двери и шелест одежды, а затем скрип напольного покрытия и стук в мою дверь.

– Вивьен, открывай, паршивка! – визгливо крикнула опекунша.

В ответ накрылась одеялом с головой. Нет, не открою. Не хочу. Не могу…

– Значит, так, Вивьен, ты меня очень сильно расстроила сегодня, – так и не дождавшись какой-либо ответной реакции с моей стороны, продолжала Гардения. – Мало того что ты не выкинула морозильник, не принесла домой еду после работы и нахамила Казимиру Бельмешеву, я теперь ещё узнаю, что ты втайне, – она повысила голос, – встречалась с кадетом Академии Космического Флота! Ты, безмозглая уродина, замахнулась на такого чудесного и воспитанного молодого человека с самого Танорга! – Название планеты прозвучало в устах мачехи как синоним к слову «небеса». – Могла бы подумать и о сестре, между прочим. Познакомить юношу с Хлоей. Хотя о чём это я? Ты же бессовестная хамка и думаешь лишь о себе… Вон Казимир сообщил, что ты просто-напросто бросила работу в кафетерии. Ты хотя бы подумала о том, на что мы теперь будем жить?!

Сглотнула горькую слюну, встала с кровати и всё-таки отодвинула самодельную задвижку на двери.

– Я не бросала работу, просто у меня не было другого выхода… – пробормотала сквозь слёзы, но Гардения властным движением руки остановила поток моих оправданий.

– Что это?! – произнесла она таким тоном, будто в квартире завёлся по меньшей мере сломанный трактор, на утилизацию которого уйдёт весь месячный оклад официантки.

Машинально обернулась. На полу в центре комнаты валялась та самая брошюра и голубой квиточек с оттиском эмблемы Космофлота и аккуратной надписью «Вивьен Виардо, 08:00». Видимо, выпало из рук, а я этого даже не заметила.

– Ты что, решила податься в Академию?! – взвизгнула мегера раньше, чем я успела понять, что именно так её взволновало.

– Да нет… не совсем…

Тёмные косы мачехи растрепались и слегка намокли под дождём. Сейчас они напоминали клубок шевелящихся ядовитых змей, а красивое лицо исказила такая гримаса, что мне стало откровенно не по себе.

– Ты, неудачница, решила попытать счастья в космосе? Думаешь, раз тебя здесь не любят, то такое страшилище примут с распростёртыми объятиями там? Что на фоне рогатых цваргов и шестируких пикси твоё уродство никому не бросится в глаза?! Да на что ты сдалась им, Вивьен?! Я столько лет потратила на тебя и твоё воспитание, растила как родную, а ты?! Забудь о нелепой идее улететь с Захрана! Это твоя роднаяпланета! А здесь – твоя родная семья! Где родился, там и пригодился! Поняла?!

Лицо Гардении покраснело, а губы побелели. Мачеха жёстко оттолкнула меня, прошла внутрь комнаты, в которой обычно не любила появляться, наклонилась, подняла голубой квиток и прямо на моих глазах порвала его. Затем сложила обрывки и порвала снова, и ещё раз, и ещё…

До сих пор я уверяла и себя саму, и ларка, и даже Танеко, что не хочу поступать в Академию. Но, глядя на то, как Гардения уничтожает мой единственный шанс начать новую жизнь, я испытала почти физическую боль. Лучше б она меня ударила. Лучше бы выставила на посмешище посередине площади с голыми ногами, в короткой юбке. Лучше бы ещё раз унизила перед Марком… Всё было бы лучше. Внутри меня взметнулся рой ос, который стал больно жалить прямо в сердце. Они жалили и жалили…

– Завтра же пойдёшь к Казимиру и вымолишь у него прощение, – тем временем, чуть успокоившись, произнесла Гардения. – И морозильник выкинешь тоже завтра. А насчёт Космофлота забудь. Во-первых, туда берут только лучших из лучших, а во-вторых, ты уродина среди своих, а среди чужих станешь и вовсе кикиморой. Над тобой все будут смеяться.

Голубые клочки веером рассыпались по полу. Не дожидаясь моего ответа, мачеха вышла из комнаты, громко хлопнув дверью.