- -
- 100%
- +
Он наклонился ко мне ближе.
– И ещё: через три дня у Мэлвина будет пир. Большая вечеринка. Туда потащат ещё больше провизии. Если ты хочешь ударить – это шанс. А моя “работа” для тебя простая: верни еду деревне.

Кирилл откинулся назад.
– Заплачу тысячу монет. Ну что?
Я покачал головой.
– Не деньги. Ты дашь мне больше информации – про юг и про запад – если я верну еду и доберусь до Мэлвина.
Кирилл усмехнулся:
– С тобой приятно иметь дело. Договорились.
Я встал.
– Тогда я иду на восток.
У восточных ворот было тихо. Странно тихо – как перед ударом.
Один крестьянин медленно открыл створку, будто выпускал меня не на дорогу, а в пасть зверя. Остальные стояли рядом с луками и смотрели вдаль так, будто ждали, что из холмов выкатится смерть.

Меня буквально вытолкнули наружу и тут же закрыли ворота.
С той стороны я услышал:
– Удачи…
И в этом слове было всё: страх, надежда, вина.
Дорога пошла вокруг холмов. Я шагал быстро, не давая себе думать лишнее. Время было важно: три дня до пира – это много только на словах.
Через час я вышел к КПП полуросликов.
Невысокий частокол, ворота, и за ними – странный шорох, как будто кто-то тёр камень о камень. Я прошёл внутрь – и сразу увидел причину.
В центре площадки стоял артефакт: тёмный, низкий, с кругом рун по краю. Вокруг него… воздух дрожал иначе. Пылинки падали слишком медленно. Дым от костра тянулся вверх ленивой лентой, словно миру здесь было лень двигаться.
Вокруг артефакта стояли полурослики в чёрных плащах. Их лица были закрыты тканью, но глаза блестели влажным голодом.

Один повернулся ко мне:
– Смотрите, кто пожаловал.
Другой усмехнулся:
– Это тот ржавый рыцарь, про которого болтают в Кутеже. Говорят, он “захватил” лагерь “Смерть”.
Третий шагнул ближе.
– Мы – культ “Кровь”.
– И что это значит? – спросил я, не опуская руку с меча.
– Мы уничтожаем врагов, – ответил он спокойно. – А потом едим то, что остаётся. Чтобы сила не уходила в землю.
От его слов во рту стало сухо.
Я посмотрел на артефакт.
Руны на нём были слишком похожи на башенные. Слишком знакомая геометрия, будто это не местная поделка, а кусок чужой системы, поставленный здесь.
– Я заберу артефакт, – сказал я. – Он не должен стоять у вас.
Они рассмеялись.
И пошли на меня.
Их было двадцать: мечники, камнемёты, копейщики. Они действовали грубо, но уверенно – как стая, которая слишком давно режет одиночек.
Я приказал слугам держаться дальше от копий. Те рассыпались по краям, словно тени, выжидая момент. Я же встретил первый удар мечом – и ответил огнём.
Камни полетели в меня первыми, я ушёл в сторону, почувствовал, как один валун прошёл рядом с шлемом и сшиб кусок земли. Мечники прыгнули следом – и тут мой клинок нашёл плоть.
Когда первый полурослик упал, над телом поднялась жёлтая сфера. Вторая. Третья.
Броня потянула их в себя без спроса – как голодный рот. За моей спиной появлялись новые тени.
Бой длился долго ровно настолько, чтобы мне стало противно. Потом – закончился быстро: последние копейщики побежали, но слуги догнали их в траве и порвали, как тряпки.
Я вытер клинок и подошёл к артефакту.
Он был холодный, но внутри ощущалась тяжесть – как спящий механизм. Я коснулся руны, и мир на мгновение задержал дыхание. Шорох листа стал длиннее. Капля крови на моём пальце потекла медленнее.

– Вот ты какой, – прошептал я.
Я снял артефакт с постамента и приказал:
– Несите это в башню. И всё оружие тоже. Быстро.
Слуги исчезли в дороге.
Я остался ждать – один, среди трупов культа “Кровь”, в месте, где даже ветер двигался ленивее.
Через два часа они вернулись.
Один из слуг встал передо мной и сказал:
– Хозяин… теперь вы можете замедлять время.
Я поднял руку.
На ладони появилась тонкая метка – руна, похожая на башенную. Я сжал кулак, и на секунду мир вокруг стал тише и гуще, словно я сжал воздух пальцами.
Я отпустил.
– Хорошо, – сказал я. – Идём дальше.
Я ускорил шаг. В голове крутилось: два с половиной дня. Вроде много. Но в этом мире “много” заканчивается слишком быстро.
Через час впереди показалась площадка. Вокруг стояли полурослики, а в центре – бой.
Тролль и несколько рабов.
Рабы были худые, почти прозрачные от голода. Они держали ржавые палки, которые скорее подходили для копания, чем для боя. А тролль… тролль играл ими, как игрушками: поднял, швырнул, растоптал.
Справа от площадки в горе был большой дом – не деревенский, а массивный, будто вырезанный из камня. Возле него пахло едой даже сквозь дым.
Слева уходила дорожка, и на табличке кровавыми буквами было выведено:

Я почувствовал, как внутри меня поднимается холодная радость.
Значит, я рядом.
Я обошёл площадку, нашёл вход на арену – и пошёл туда.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.




