Нахальство знать, что это стихи. Как полюбить современную поэзию?

Введение

«Вы держите в руках не просто учебник, вы держите в руках…» – так обычно начинаются книги подобного рода.

Да, это не совсем учебник. Скорее, это экскурс в современную поэзию с примерами из оной. Я не хочу бегать за вами с указкой и учить вас, как правильно понимать стихи после Блока/Маяковского/Бродского (вставьте сюда любое имя, после которого, по вашему мнению, закончилась большая поэзия). Тем более что я не филолог-теоретик, а практик современного литературного процесса. Но я хочу, чтобы вы взглянули на современную поэзию по-новому, без скептицизма, предвзятости и установки «раньше было лучше».

Современную поэзию можно любить за многое. Например, за то, что постоянно приоткрывает нам небольшие окошки в параллельные вселенные или показывает, что эти вселенные уже здесь, стоит только замедлиться и обратить внимание. Или за то, что заставляет по-другому взглянуть на язык – не как на механическое соответствие предметов и обозначений, а как на живой организм, далеко не всегда подчиняющийся расхожей логике и здравому смыслу. Или за то, что поэзия говорит о мире прямо здесь и сейчас, свидетельствуя ужасное и восхитительное, важное и неуловимое, весомое и невесомое – словом, всё, что выражает текущий момент. И наконец, поэзия, конечно же, говорит и о чувствах и эмоциях.

Но для того, чтобы всё это почувствовать, нужно быть хотя бы немного в контексте. Увы, времена, когда стихи были прозрачные, понятные и выражали вселенские истины прямой речью, безвозвратно ушли. Для сомневающихся: взгляните вокруг, посмотрите, как изменилась музыка, кино, изобразительное искусство, та же проза – неужели поэзия должна отставать от скорости мира?

Я понимаю, что сто лет, прошедшие с Серебряного века, трудно наверстать за пару сотен страниц. И учитывая огромнейший разброс индивидуальных стилей ныне пишущих поэтов и поэтесс, возможно, вам зайдут далеко не все примеры из данной книги – и это нормально. Но если хоть одно из стихотворений, которые я предлагаю почитать и изучить, отзовётся у вас – значит, всё не зря, значит, вы готовы к прогулке по этому лабиринту-лесу. А уж какой тропинкой воспользоваться – ваше дело.

Моя же задача состоит в том, чтобы дать вам начальные контурные карты, которые вы будете заполнять в соответствии с траекторией вашего личного путешествия. Пусть современная поэзия и считается довольно закрытой и обособленной частью литературного поля, со своими правилами и странностями, я её очень люблю. И надеюсь, что в процессе чтения книги из моих опытов блуждания в поисках ответов вы поймёте почему.

Глава 1. Не всё, что в столбик: что такое поэзия, часть 1

В тот день я стоял на главной лестнице своей alma mater, и у меня тряслись поджилки. И всё остальное, что только может трястись. Немудрено – мне предстояло впервые в жизни выступить со стихами. Нет, пока не со своими. В арсенале были Блок, Маяковский и, кажется, Бродский – стандартный набор начинающего чтеца. Стихи-то я помнил наизусть, но место для чтения было выбрано будто бы не самое подходящее. Почему я вообще оказался в этой ситуации?

Отмотаем время на три месяца назад. Лето 2014. Я, окончив бакалавриат по специальности «Электроэнергетика и электротехника», наконец (впервые за 4 года!) разрешаю себе расслабиться и отправляюсь в летний студенческий лагерь. Солнце, море, пляж и бесконечные тусовки – всё, что нужно молодому организму. Но оказалось, душа требовала чего-то большего. И вот, я ввязываюсь во все культурные активности, доступные мне на протяжении этих двух недель. Написать сценарий для сценки на праздник? Пожалуйста. Выступить с абсолютно идиотской ролью в постановке? Запросто. Принять участие в конкурсе талантов? Дайте два. В общем, желание быть на виду (ранее забитое учёбой) и делать что-то классное раскрылось с неимоверной силой.

Вернувшись в Москву, я сначала как-то даже не понял, почему мне вдруг стало грустно и одиноко. Спустя некоторое время до меня дошло: нужен движ. Пришла идея сколотить в своём институте книжный клуб, и она воплотилась. Но не хватало чего-то ещё. И тут – о чудо – мне на глаза попалась афиша: институтское радио организовывает литературный вечер. Зарегистрировался. Выбрал репертуар. От директора радио прилетает идея сделать промо литвечера во время большой перемены прямо на лестнице главного корпуса.

Именно так я и оказался на этом месте, а также наедине со своими страхами. А вдруг забуду стихотворение? Запнусь? Кто-то начнёт высмеивать моё чтение? Или преподаватели скажут, что вместо учёбы я занимаюсь чёрт-те чем? Ваня Губин, упомянутый выше директор радио, был настроен решительно и всячески приободрял меня. Кажется, даже взял на себя роль открывающего эту промоакцию. Итак, подошла моя очередь. Я делаю глубокий вдох, произношу первую строчку… А дальше всё как в тумане. Прихожу в себя уже в каморке радио. Кажется, акция удалась. Мысль: сейчас случилась Поэзия.

На самом деле, при всей поэтичности самого момента, всё случившееся со мной нельзя назвать поэзией. Это было лишь удачное выступление, пусть и открывшее мой путь. А с другой стороны, поэзией можно назвать всё что угодно: движение ветвей на ветру, напоминающее танец, или кем-то брошенная перчатка, указывающая случайное направление, или рутинное совпадение, которого не должно было случиться – но вот оно, играет всеми красками жизни. В итоге у читателя возникает закономерный вопрос: а всё же, что это такое? Давайте попробуем ответить.

Надо сказать, до определённого момента у меня у самого не возникало вопроса, что такое поэзия. И дело не в том, что для ответа достаточно открыть томик стихов, скажем, Бродского и показать: вот же она, поэзия. И даже не в том, что я чувствовал всем своим естеством какие-то там колебания вещества поэзии. Всё гораздо банальнее – меня об этом не спрашивали. Нет, ну серьёзно, это же не субкультурная тусовка 90-х, где тебя могли спросить за все альбомы группы Nirvana, если у тебя на майке Курт Кобейн. Пришёл на мероприятие, вышел на сцену – значит, уже поэт.

Но со временем я стал замечать некоторый разрыв: есть произведения, написанные в столбик и с рифмой (а иногда даже и без неё), их читают со сцены, печатают в книгах, публикуют в интернете, но это – лишь тексты. А есть поэзия.

Если спросить нескольких людей не из литературного сообщества, что такое поэзия, то из их ответов можно сложить расхожее определение – те самые красивые строчки в столбик с рифмой и размером, повествующие о чём-то важном, лиричном и сокровенном. Попробуем поковыряться в таком определении.

Слово «красивые» сразу отметаем: оно настолько затёрто до дыр, что ничего из себя не представляет. Я бы предложил слово «гармоничные», потому что в любом хорошем стихотворении присутствует гармония, произошедшее сочетание разных элементов, которые в сумме дают больше, чем по отдельности (хотя, конечно же, и к слову «гармоничные» можно поставить много вопросов). Но для простоты введения в тему предлагаю принять его вот в каком контексте. Поэзия есть некая гармония, сопряжение слов внутри строки и строк между друг другом, их «единство и теснота»[1]. Эта гармония и порождаемая взаимосвязанность действительно очень важны, так как создают сложный, интересный калейдоскоп: сначала стихотворение кажется одним произведением, через две строчки – уже другим. По сути, гессевская «Игра в бисер» – головоломка из, казалось бы, простых слов.

Опять же оговоримся, что термину Тынянова в буквальном смысле сто лет, что какие-то из современных текстов так или иначе могут выходить за его рамки, да и вообще это не какая-нибудь линейка из Парижской палаты мер и весов, которой нужно ходить и измерять каждое попавшееся под руку стихотворение. Скорее, это важный базовый принцип.

3) во-первых, «календарь», очевидно, к смене времён года (а весной с рек сходит лёд), во-вторых, «советский» отсылает нас к теме2[2]преображения природы человеком, популярной в СССР;

1) пока что это для нас просто «море»;

2) появляется перекличка «море – лёд»;

4) идёт перекличка «время – календарь»;

5) перекличка с «советским календарём» (и с самим атеистическим дискурсом, и со сменой календаря с дореволюционного на современный);

6) уже даже не перекличка со словами «море» и «лёд», а полноценный лейтмотив;

9) тут все три лейтмотива сплетаются в одно: время, текущее как река, лёд, который гонит советский календарь, – это время старого типа, остатки религиозного сознания; однако оно покорно подчиняется времени новому и не роняет слёзы, а лишь тускнеет, блекнет. Кроме того, слёзы и икону можно воспринимать и в общерелигиозном контексте, и как указание на мироточение, вернее, его отсутствие. Итог: чуда не будет, старое время смиренно погибает.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

1

«Единство и теснота стихового ряда» – термин, предложенный литературоведом Юрием Тыняновым в статье «Проблема стихотворного языка» в 1924 году. (Примеч. авт.)

2

2 Вспомним «Сталинский план преобразования природы» или нереализованные проекты поворота северных рек для обеспечения водой засушливых регионов СССР. (Примеч. авт.)