Чужая невеста дракона. Короли и пешки
- -
- 100%
- +
Впрочем, если успею найти Сердце, шанс реализовать эту задумку остаётся в силе. Тем более какой стимул мне подбросил папаша.
До жары нужно найти Сердце. Или хотя бы понять, где оно. Иначе я буду бесполезен.
Я глубоко вдыхаю — воздух режет изнутри, но это приятная боль. Лучше, чем жжение и ощущение, что грудь горит и плавится, а ты не можешь сделать ни вдоха.
Ладно. Хватит. Помирать мне рано. Сперва нужно найти треклятую сказку, на которой помешался отец.
Я возвращаюсь в зал. Прохожу краем, вдоль колонн, стараясь не привлекать внимания. Магия ветра привычно растекается вокруг — я тренировал это годами, и теперь она работает почти без усилий. Звуки раскладываются на отдельные линии. Шёпот — одна нить. Звон бокалов — другая. Шорох платьев — третья.
Обычно я легко отличаю важное от пустого. Чем тише речь и громче стук сердца, тем интереснее разговор. Страх, жадность, похоть, ненависть — у каждого свой ритм, пульс, и я научился читать их как открытую книгу.
Но сегодня всё бесполезно. Зал гудит как развороченный улей. Слишком много шума и возбуждения. Отец своим заявлением всколыхнул всех — от последнего барона до членов совета. Теперь каждый третий мечтает о короне, а каждый второй строит планы, как использовать хаос.
Я прохожу мимо группы лордов с восточных земель. Они обсуждают легенды о Сердце, перевирая их так, что мне хочется рассмеяться. Мимо дам из свиты старшей леди отцовского гарема — те шепчутся о том, кто теперь станет выгодной партией. Мимо Валериана, который сидит в окружении прихлебателей и жалуется на отца, даже не пытаясь понизить голос.
Идиот. И это наш будущий правитель?
Я не останавливаюсь. Просто иду дальше, к боковой двери, которая ведёт во внутренние помещения.
Лестницы — мои заклятые враги. Я ненавижу их всей душой. Каждая ступенька отдаётся в груди тупой болью, и к середине подъёма я уже дышу через рот, стараясь делать это незаметно.
Хорошо, что здесь никого нет.
Никто не видит, как бастард короля цепляется за перила и делает вид, что просто остановился передохнуть и очень заинтересован рисунком на гобелене.
К счастью, чувство магии подсказывает, что отец на втором этаже. Одна из малых гостиных, окнами во внутренний двор. Я продолжаю подъём, радуясь, что не нужно идти выше, и иду на ощущение.
Король Эдриан практически лежит в кресле у камина. Огонь горит слабо, почти угли, и в комнате полумрак. Он выглядит плохо — бледный, осунувшийся, с тёмными кругами под глазами. На тумбочке рядом — несколько пузырьков и стакан, пахнет лекарством, которое лишь глушит симптомы. Белый плащ с золотым шитьём, который ещё час назад казался величественным в тронном зале, брошен на ковёр, будто половая тряпка.
Я падаю в соседнее кресло. Два умирающих дракона. Ещё непонятно, кому хуже.
— Какого хрена, папаша?
Он даже не открывает глаз.
— Конкретизируй.
— Зачем ты объявил охоту на Сердце перед всем двором? Если хотел, чтобы я искал быстрее, мог просто попросить. Без этого цирка.
Он молчит. Я слышу, как потрескивают угли в камине.
— Это не из-за тебя.
— Брехня.
— Королевству нужен сильный наследник, — голос короля звучит устало и раздражённо. Ему не хочется со мной говорить и, вероятно, он с радостью вышвырнул бы меня отсюда, если бы мог встать без помощи. — Я не могу оставить трон Валериану. Это опасно. Для всех.
Я поворачиваю голову и смотрю на него. Он всё ещё не открыл глаза.
— Ну прости, папаша. Я тебе тут не помощник. Кто же знал, что твои дети от блестящих и чистокровных леди королевства подарят лишь людей, а случайная служанка, которую ты взял силой и со скуки, разродится мной.
Он открывает глаза и смотрит на меня. На короткий миг серо-голубые глаза вспыхивают прежним огнём, но потом он морщится от боли и снова кажется жалким стариком. Хотя что есть третья сотня лет для бесконечно долгой жизни?
— Ты никогда не даёшь мне забыть об этом, да?
— А зачем? — я пожимаю плечами. — Это единственное, что делает меня особенным. Бастард с драконьей душой. Чудо природы. Ошибка, которая оказалась сильнее законных детей. Мне почти жаль, что все, кого от этого факта наизнанку выворачивало, давно кормят червей.
— Я признал тебя, — лениво спорит король.
— Почти через сорок лет. Спасибо, папуля. Очень вовремя.
Он вздыхает и снова закрывает глаза. Мы замолкаем.
Наш обычный разговор — едкий, колючий, на грани ссоры, но мы оба знаем, что это просто слова. Способ общаться, когда нормально не получается. Так уж вышло, что к концу своей жизни циничный сын-бастард — единственный кому король может доверять. Большая власть делает человека одиноким.
— Ты выяснил что-нибудь?
— Насчёт старшенького? — я хмыкаю. — И да, и нет. Прямых доказательств у меня нет, но для тебя не новость, что Валериан идиот и это основная причина, почему он может быть связан с культом, который тебя травит. Он достаточно глуп, чтобы влезть туда, думая, что контролирует ситуацию, и достаточно труслив, чтобы делать всё, что они скажут, если пообещают ему корону.
Эдриан хмурится.
— Думаешь, он правда на это способен?
— Я же сказал — прямых доказательств нет. Мне же нужно заниматься дурацким Сердцем. Если бы ты не объявил охоту на него перед всем двором, я бы просто принёс тебе артефакт, исцелили тебя, если это дерьмо работает именно так, как написано, и забыли бы об этом неудачнике. Подождали бы, пока кто-то из твоих наложниц не подкинет вариант получше.
— У меня нет больше времени ждать.
— У тебя ещё дочь есть. Лиорелла тоже может летать.
Эдриан открывает глаза и смотрит на меня с раздражением.
— Лиореллу женят на ком-то из совета ещё до того, как остынет пепел моего костра. Она пешка на политической доске, у неё нет власти. Не говоря о том, что в королевстве хватает драконов, которые легко оспорят право Арквеллов на трон. Как только я умру, начнётся война. Ты это знаешь не хуже меня.
Я усмехаюсь. Вспоминаю разговор, который подслушал в зале.
Ксарен Валкрейн и его ледяная дочь. Первый меч империи не вызывает короля на поединок только потому, что не признаёт победы над доходягой. Честь для него не пустой звук.
Но когда Эдриан умрёт, а это случится скоро, судя по всему, Ксарен будет в первых рядах претендентов. Он натравливает на него свою умненькую дочку не потому, что верит в него. Ксарен тоже имеет глаза и знает, что кронпринц — тупица. Как только лисёнок будет носить на шее ожерелье из запечённых в меду куропаток, Валериан будет облизывать её туфли и тявкать по команде.
Дыхание после лестницы уже восстановилось, и я поднимаюсь. Пора идти. Завтра полно дел и нужно хоть немного поспать, чтобы голова работала.
— Дарго.
Я останавливаюсь у двери и оборачиваюсь.
— Ты уверен, что хочешь принести Сердце мне? — голос Эдриана звучит странно. Мягче, чем обычно. — Ты же можешь забрать его себе. Исцелиться. Стать королём.
Глава 5. Послесловие к действию
Я иду через зал, и внутри всё дрожит.
Не от холода — плащ Дарго остался на балконе, я вернула его перед уходом и даже не обернулась, хотя хотелось. Посмотреть, накинул ли на плечи? Стоит ли там до сих пор или ушёл?
Нет. Хватит. Я запрещаю себе думать о нём. В сложившихся обстоятельствах единственный мужчина, который должен меня интересовать — кронпринц.
Пекло… Это даже в мыслях звучит отвратительно…
Но в памяти свежи ощущения тепла его пальцев на запястье, дыхание у виска, запах от плаща. И то, как Дарго смотрел на мои губы — всего мгновение, но этого хватило, чтобы внутри всё перевернулось.
Мы никогда прежде не говорили. Я и видела-то его всего пару раз, в тронном зале и на каком-то приёме. Принц-бастард всегда в стороне, всегда один. Насколько я знаю, он жил во дворце с раннего детства, но в свете стал появляться относительно недавно. Для дракона так точно.
— Леди Алиссандра?
Я вздрагиваю и останавливаюсь. Передо мной стоит мужчина — высокий, темноволосый, с гербом дома Морвейн на камзоле. Лорд или сын лорда, я не помню точно.
— Вы не окажете мне честь?
Он протягивает руку, пытаясь пригласить меня на танец. Музыка всё ещё играет, хотя зал уже не танцует так активно, как до объявления короля.
Я смотрю на его руку. Потом на его лицо — вежливое, ожидающее, с лёгким налётом расчёта в глазах. Я достаточно знаю об этом месте, чтобы трижды обдумывать, с кем и как долго мне стоит говорить.
В ходе моего обучения правилам двора бабушка объясняла, что всякий раз, когда к незамужней девушке обращается мужчина, в её голове должны переворачиваться песочные часы. Если говорить слишком долго, это может быть расценено как проявление симпатии и породить ненужные слухи, а учитывая сваленную на меня миссию, допускать этого никак нельзя.
Кроме того, я достаточно подготовлена, чтобы не смущаться от подобного внимания. Морвейн смотрит на меня и видит не Лиссу, а дочь Ксарена Валкрейна. Человека, который только что стоял рядом с королём. Который может знать больше, чем говорит, а с учётом объявления охоты я сейчас не столько девушка, сколько потенциальный источник информации.
— Простите, — я выдавливаю улыбку. — Я немного устала. Возможно, позже?
Он кивает, не настаивая, и отступает. Пронесло.
Ещё двое пытаются меня остановить. Один — пожилой советник, который явно хочет выведать что-то через светскую беседу. Второй — молодой офицер из гвардии. Симпатичный и, кажется, искренний, но я всё равно отказываю.
Иронично. Полчаса назад я злилась, что меня отверг Валериан — наследный принц, будущий король, а теперь сама отмахиваюсь от мужчин, которые хотят моего внимания. Когда ты дочь Ксарена Валкрейна, каждый твой танец — это политическое заявление. И сегодня я не готова его делать.
В мыслях подшучиваю над собой: это же сколько раз перевернулись песочные часы, пока я остывала на балконе с принцем-бастардом? Безумие. Если пойдут слухи, лучше соврать, что он в чём-то подозревал меня и допрашивал, чем признаться, что я забыла обо всём, чему меня учили будто девчонка, впервые вышедшая в свет.
Я нахожу Рейнара у шоколадного фонтана в дальнем конце зала. Он всё ещё с принцессой Лиореллой и леди Таврией, но что-то изменилось. Рейнар больше не выглядит взволнованным новичком. Он стоит прямо, плечи расправлены, и говорит что-то принцессе — негромко, но уверенно.
Я замедляю шаг, наблюдая за ними. Мой младший брат, двуединый дракон и наследник, которым отец гордится, растёт быстрее, чем я замечаю. Сегодня вечером он впервые оказался в придворном водовороте, и судя по его лицу справляется лучше, чем я в его возрасте.
Гордость и боль. Они всегда ходят парой, когда я смотрю на Рейнара.
Лиорелла замечает меня первой. Её лицо — бледное, с широко распахнутыми серо-голубыми глазами — поворачивается ко мне, и я вижу в нём страх, который она пытается спрятать за светской улыбкой.
— Алиссандра, — её голос чуть дрожит. — Как хорошо, что ты вернулась.
— Ваше Высочество, — я делаю лёгкий реверанс. — Простите, что оставила вас так надолго.
Лиорелла кивает, но её взгляд всё ещё мечется. Она напугана, и я догадываюсь почему.
Король только что объявил, что трон достанется тому, кто найдёт Сердце Дракона. Не его законному наследнику Валериану, и не ей — принцессе, которую собирались выдать замуж как сестру будущего короля. Теперь её ценность резко упала.
— Я всё ещё не могу поверить, что Его Величество сказал это, — говорю я тихо, чтобы слышали только она, Рейнар и Таврия. — Получилось… неожиданно.
— Да уж, — повторяет Лиорелла с горькой усмешкой. — Мой отец только что объявил, что наша семья больше не имеет права на трон. Что любой может занять его место.
Я смотрю на неё. Молодая, красивая, с волосами почти белыми и глазами цвета грозового неба. Она дракон, как и её отец. Случись что с Валерианом, она будет в праве претендовать на трон.
Боги, сейчас и правда на кого ни глянь — соперник. Так и друзей врагами сделать быстро.
— Если я могу чем-то помочь или если захочешь поговорить о чём угодно, буду рада встретиться. Иногда нужно просто… выдохнуть. С кем-то, кто не ждёт от тебя решений.
Глаза Лиореллы блестят сильнее обычного. Она безупречно держит лицо и дежурно улыбается, но я прекрасно чувствую её страх. Потом её плечи чуть опускаются, и она выдыхает — едва заметно, но я замечаю.
— Спасибо, Лисса, — говорит она тихо. — Да, это было бы очень кстати. Мы с тобой так давно не собирались, хотя бы просто выпить чая. Давай я… дам тебе знать, когда смогу? Завтра или послезавтра. После этого праздника нужно будет навести порядок.
— Конечно, — я киваю. — Я буду ждать.
Рейнар переводит взгляд с меня на принцессу и обратно. Он молчит, но я вижу, что брат всё понимает.
Отец появляется внезапно. Для его габаритов он преступно тихо ходит. Вернее, просто возникает рядом и кладёт руку на плечо Рейнару.
— Нам пора, — заявляет Ксарен и склоняется в поклоне, — Принцесса, благодарю за вечер. Всё было чудесно.
Мы с Рейнаром тоже кланяемся по нормам этикета и отступаем, направляясь за отцом в сторону выхода. Мне подают тёплый плащ, драконы моей семьи в подобном, конечно, не нуждаются, но дожидаются, пока я буду готова.
Экипаж уже ждёт у крыльца. Ночь окончательно заявила о своих правах. Я забираюсь внутрь, сажусь напротив отца. Рейнар устраивается рядом со мной. Дверца захлопывается, и экипаж трогается.
Проехав полукруг по площади, мы выезжаем на аллею, сомкнувшуюся над дорогой живым туннелем, и покидаем территорию Арквейра.
Рейнар медленно выдыхает. Его спина расслабляется, и он практически растекается по сидению, вытягивая вперёд ноги. Я усмехаюсь и хлопаю его по плечу:
— Ты хорошо держался. Очень неплохо для первого серьёзного выхода.
— Можно он будет последним? Моя голова сейчас взорвётся.
— Прости, но, боюсь, что нельзя, — улыбаюсь я, разминая его шею.
— Я никого не запомнил. Вообще.
— Главное все запомнили, что ты весь вечер общался с Лиореллой. А принцесса кого попало к себе не подпускает.
Отец вмешивается в разговор:
— Как прошло с кронпринцем?
Я сглатываю. Добродушная атмосфера мигом остывает.
— Пока не очень.
— Что значит «не очень»? — в глазах отца вспыхивает недобрый огонёк.
5.2
Бесить огненных драконов — дурацкая идея даже для членов его семьи. Я должна как-то понизить градус напряжения в экипаже, потому как меньше всего нам сейчас нужен раскол внутри семьи.
Назревающего внутреннего переворота предостаточно.
— Кронпринц… — я замолкаю, подбирая слова, — не заинтересован во мне как в женщине. Возможно, у него другой вкус на девушек, такое случается. Но я всё равно могу сблизиться с ним. Уже предложила свою помощь в поисках Сердца. Пока он отказался, заявил, что женщины слишком глупы для таких дел, но передумает.
Отец молчит. Его лицо неподвижно, но я вижу, как желваки ходят под кожей. Злится, но не на Валериана, как стоило бы заботливому отцу, а на меня.
— Вкус на девушек — оправдание для неудачниц. Если бы ты занималась делом и использовала всю свою харизму, то могла рассчитывать на внимание любого мужчины из гостей, так что я не хочу слышать подобные отговорки. Ты должна была соблазнить его, — угрожающе тихо рычит Ксарен. — Это было твоё единственное задание, Лисса. Одно. Простое. Задание.
Что мне было делать? На колени к нему сесть и корсет распустить?
Я не могу злиться на отца. Что на войне, что при дворе он видит задачи бесстрастно. Поставил цель? Умри, но сделай.
Иногда я завидую его целеустремлённости, но чаще она меня всё-таки пугает.
— Я не могу заставить человека желать меня, — голос звучит ровно. — Особенно если он смотрит на меня как на пустое место.
— Можешь, — отец подаётся вперёд. — Ты просто не стараешься. Ты умная, недурна собой и знаешь, как говорить с мужчинами. Почему ты не можешь сделать одну простую вещь для своей семьи?
Всего-то лечь под борова. Это же такая мелочь…
— Отец, — голос Рейнара звучит твёрдо. — Лисса старается. Я видел, как она говорила с кронпринцем. Если он слепой, это не её вина.
Я смотрю на брата. Не хватало ещё, чтобы они из-за меня поругались.
Рейнар снова выпрямился, сжимая кулаки на коленях. Он всегда смотрит на отца без страха. Мой маленький защитник, хотя это моя работой — оберегать его от проблем.
— Не вмешивайся, — рычит отец.
— Это дело семьи, а значит, я обязан, — не уступает Рейнар. — Я не понял, зачем Лисса говорила с кронпринцем, но ей больше не стоит этого делать. Вентарис слишком глуп, чтобы оценить её, он недостоин моей сестры. Я будущий глава дома, и я не позволю ей выйти за него замуж.
Вот это он зря. Наш отец лоялен к наследнику, но всё же Рейнар слишком мал, чтобы бросить ему вызов и отстоять противоположную позицию.
Пока отец открывает рот, чтобы ответить, но я хватаю брата за руку.
— Давайте немного остынем? Я неинтересна Валериану в романтическом плане, но это не важно. У меня всё равно есть приглашение в королевскую библиотеку. Завтра утром я начну поиски Сердца.
Ксарен замирает. Он быстро вспыхивает, но так же быстро остывает. Его гнев сменяется интересом и расчётом.
— Библиотеку, — повторяет он.
— Да. Закрытый сектор. Там могут быть подсказки об артефакте. Меня пригласили помочь с поисками.
Не буду говорить, что Валериан не имеет к приглашению никакого отношения, оставляю это висеть в воздухе, и по лицу отца вижу, что он делает выводы сам. Выводы, которые мне выгодны и которые гасят вспыхнувший конфликт.
Не хватало мне чтобы он сцепился с Рейнаром. Отец даже со своими детьми не станет церемониться, если речь идёт о его чести.
Ксарен откидывается на спинку сиденья. Его лицо расслабляется, он даже почти улыбается.
— Хорошо. Очень хорошо. Значит, ты нашла другой подход к этому недоумку. Это умно, Лисса. В конце концов, мне плевать, каким образом мы достанем Сердце, но, если в процессе поисков он будет проявлять знаки внимания, используй все возможности держать его при себе, ты поняла меня?
— Отец! — снова рычит Рейнар, и я крепче сжимаю его руку.
— Мы все прекрасно понимаем, что в сложившихся обстоятельствах Валериан не самый сильный участник поисков, — замечаю я. — Мне не хочется сближаться с ним сильнее, чем это будет необходимо, чтобы, в случае его проигрыша в гонке, не остаться за пределами двора. Вероятно, новый правитель Элариона избавится от него в числе первых. Я бы не хотела попасть под горячую руку, поэтому собираюсь держать дистанцию.
— Почему ты думаешь, что кронпринц не фаворит? — спрашивает Рейнар сквозь зубы и всё ещё прожигая отца взглядом.
— Потому что отец тоже будет искать Сердце.
Вот теперь на лице Ксарена действительно распускается улыбка, а глаза вспыхивают изнутри инфернальным светом его дракона.
— Не бойся, Лисса. Ты не останешься вне двора, и уж точно никто не посмеет тебя тронуть, — хмыкает Ксарен. — Если мы найдём Сердце, у тебя будет поддержка и во дворе, и в доме Валкрейн. Я просто хочу держать под контролем основные фигуры этих поисков.
Да уж. Идеально распределил. Себе корону, младшему сыну оставить сильный род. Ну а я так, расходный материал с правом выжить, когда отработаю свою роль.
Грустно, конечно, но я могу понять. Я не дракон, моя жизнь для отца не несёт ценности. Он знает, что у меня мало времени и не ценит меня так, как ценит Рейнара.
Брат, возможно, однажды переймёт отцовский цинизм. Мне стоит порадоваться, что пока он привязан ко мне и на его помощь в случае чего и правда можно рассчитывать.
Разговор стихает. Я смотрю в окно на проплывающие мимо улицы столицы. Я ведь крупно рискую, согласившись на предложение принца-бастарда, о котором знаю не так уж много.
Стоило бы выяснить о нём побольше, но у кого? Обычно я спрашивала отца или бабушку. Первый может задать ненужные вопросы, а бабушка…
Проклятье, она видит меня насквозь и точно отметит, что он за один вечер вызвал у меня больше эмоций, чем кто-либо за все годы моей пусть и недолгой жизни.
Придётся молчать. Я не знаю, что будет за такое, но точно ничего хорошего. Вот и проверим, чему я научилась и не задохнусь ли я в паутине собственных недомолвок.
Закрываю глаза и откидываюсь на спинку сиденья. Завтра утром. Королевская библиотека. Не знаю, чего боюсь больше — что Дарго жестоко пошутил надо мной и вообще не придёт, или что он всё-таки придёт.
Глава 6. Закрытый сектор
Утро встречает меня серым небом и мелкой моросью. Я стою перед зеркалом и разглядываю своё отражение. На мне закрытое платье в цветах дома, тёмно-бордовое, почти чёрное с золотой вышивкой, высокий ворот, длинные рукава. Ничего лишнего. Ничего вызывающего. Отец встал раньше меня и уехал по делам, так что обошлось без утренних допросов. Бабушка в отъезде, а Рейнар ещё спит, когда я выскальзываю из дома и сажусь в экипаж.
Королевская библиотека встречает меня запахом старой бумаги, кожи и воска. Из непривычного только гул голосов, от которых в библиотеке принято прятаться, но сейчас здесь слишком людно. Я ожидала, что будет много народу после вчерашнего объявления, но не настолько же.
В главном зале я насчитываю не меньше полусотни человек. Лорды, леди, секретари, пара офицеров в цветах разных домов. Все пытаются выглядеть так, будто просто зашли почитать на досуге. Но я вижу, как они нервно осматривают полки, как шепчутся с библиотекарями, как напряжены их плечи.
Охотники. Те, кто уже начал поиски Сердца Дракона и первым делом пришёл туда, куда приходят все, кто хочет что-то найти, — в книги. Ещё одно подтверждение, что здесь ловить нечего.
Я пришла немного раньше назначенного Дарго времени, так что прохожу внутрь и решаю осмотреться. На сгибе моего локтя несколько книг, которые уже можно вернуть.
Высокие стеллажи уходят вверх на три-четыре человеческих роста. Галереи опоясывают зал на нескольких уровнях. Магические светильники парят под потолком и над столами, заливая всё мягким золотистым светом. Я провожу пальцами по корешкам ближайших книг: история королевства, генеалогия домов, трактаты по магии. Всё в идеальном порядке. Библиотекари здесь явно знают своё дело.
— Леди Алиссандра? Какой сюрприз.
Голос раздаётся сзади — мягкий, обволакивающий, с лёгкой ноткой яда. Я натягиваю на лицо вежливую улыбку и оборачиваюсь.
Каэллира Дорвен стоит в проходе между двумя стеллажами. Рыжие волосы уложены в сложную причёску, струящееся платье тёплого персикового цвета облегает мягкую фигуру. Она смотрит на меня с интересом, который я не назвала бы дружелюбным.
Одна из женщин королевского гарема. Из тех, кто не просто ждёт внимания короля, а активно строит своё будущее. Я слышала, что у неё сильное магическое ядро и амбиции, значительно превышающие влияние её семьи. Ожидалось, что у неё самые высокие шансы подарить королю Эдриану наследника с душой дракона, но в свете последних событий похоже этим планам не суждено сбыться.
— Леди Дорвен, — я делаю лёгкий кивок, не опуская подбородка. — Не ожидала встретиться с вами здесь в столь ранний час.
— О, я тоже не ожидала увидеть вас, — её улыбка кажется кошачьей. — Эларис буквально сошёл с ума, пытаясь найти это сердце. Так что дочь первого меча империи тоже решила попытать счастья в охоте за короной. И как успехи? Успели что-нибудь найти?
Ага. Нашла десять сердец ещё до завтрака. Теряю хватку, видимо.
Я выдерживаю её взгляд. Спокойно. Ровно.
— Не знаю, разочарую я вас или обрадую, но я здесь, чтобы вернуть книги, — показываю ей свою ношу. — Мой брат брал несколько изданий, чтобы подготовить работу для академии. Мне было по пути.
Часть правды срывается с языка не задумываясь. Может повезёт, и она займётся своими делами?
Каэллира прищуривается, разглядывая корешки. Я делаю вид, что не понимаю, на что она смотрит.