Я (не) верю тебе, ректор!

Глава 9. Пропавший аппетит

Первый учебный день начинается для меня раньше, чем для Алексы. Дочь дракона, согласно её расписанию, может валяться в кровати лишний час, мне же приходится вскочить пораньше, чтобы успеть привести себя в порядок, собраться, позавтракать и найти нужную аудиторию.

Вот они, привилегии тех, у кого есть магия. Пошутила бы о том, что нам приходится больше учиться, да только от названий назначенных ей дисциплин начинает болеть голова, а, прочитав первую страницу учебника, я поняла далеко не все слова.

Тем не менее боевой дух никуда не делся. Пусть мы с ней начинаем с разных ступеней, да и я вряд ли смогу когда-нибудь добраться до её высот, но это не значит, что нужно сложить лапки и ничего не делать. Правильно?

Правильно.

Собрав свои вещи и спрятав во внутреннем кармане записку ректора, которую я решаю вообще из рук не выпускать, потому как мало ли что может случиться, иду в столовую.

Еду здесь выставляют на стеллажи в центральной части зала. Можно выбрать, что понравится, и нести к столикам, занимающим всё остальное помещение. Народу пока не очень много, похоже, расписание специально составили так, чтобы мы не толпились тут разом.

– Эй, привет. Свободно?

Я поднимаю голову и встречаюсь взглядом с рыжей красавицей с яркими полными губами. Смущаюсь и, глянув на как минимум пять абсолютно свободных столов вокруг меня, киваю. В конце концов, знакомства тоже нужно заводить.

– Да, садись. – убираю сумку с соседнего стула и вешаю её на спинку своего.

– Классно, – кивает девчонка и опасно ставит поднос напротив моего. – Ты первокурсница, да? С какого факультета?

Помня о странной реакции во время заполнения документов, я решаю придержать карты в рукаве.

– Так заметно, что я первокурсница? – улыбаюсь я.

– Ага. Вы все сидите поодиночке, – девушка оглядывается и взмахивает рукой, обозначая несколько столиков, в которых в таком же гордом одиночестве сидят другие студенты. – не нервничай так. Здесь не так уж плохо. А если с правильными людьми дружишь, то будет ещё и весело.

– Спасибо, я учту. Меня Илайн зовут.

– Кортни, – представляется рыжая и поднимает кружку зелёного чая, чтобы стукнуть по моей. – Ты не с факультета магических животных, верно? Я на втором уже, но пытаюсь вычислить своих. Ну, знаешь, чтоб поддержать лишний раз.

– Нет, не с него. Похоже, первый курс у вас не такой простой, как кажется?

– Не сказала бы. Тут знаешь, больше с внутренним настроем. Все ж с разным темпом идут. Одни уже в первый год фамильяра получает, а кто-то и до третьего мучается. Главное не сдаваться и пробовать, пробовать, пробовать, пока один из магических зверей не решит связать с тобой свою душу.

– Зверь стабилизирует магию, да? – смутно вспоминаю я. – А что будет, если так и не находишь своего?

– Ну, кто-то уходит в менее престижные сферы, артефакторику, например, – Кортни вздыхает и отправляет в рот кусочек вафли. – У меня много сокурсников чуть не отчислились. Трудно наблюдать за тем, как половина группы уже обрела фамильяра, а другие только в поисках. Это нервирует и подрывает моральный дух. У нас знаешь…

Она рассказывает мне несколько историй о своих однокурсниках, имена которых мне ни о чём не говорят. Я слушаю вполуха, размышляя о том, зачем мне всё это рассказывать.

Наверно я параноик, но как-то не верится, что ей страсть как нужна подруга вроде меня.

Но вообще тема интересная. Надо будет поискать в свободное время информацию про фамильяров. Может быть какой-то зверёк сможет пробить блок и выпустить из меня хоть тонкий ручеёк силы? Мне многого не надо, только б обрести самостоятельность и избавиться от Даркса.

– О-о-о, смотри, – Кортни хлопает меня по руке, кивая в сторону. – Видишь его? Это же Атар! Он уже на третьем курсе и… какой же кла-а-а-асный!

Я восторгов новой знакомой не разделяю совершенно. У стендов с едой тот тип, что фыркал на меня во время заполнения анкеты.

Опускаю голову, позволяя волосам немного прикрыть лицо, и рассматриваю старшекурсника внимательнее. Широкая спина, на жёлтый пиджак формы подчёркивает размах плеч. Пока он накладывает в тарелку блинчики, гренки и жареные сосиски, не только наш столик одаривает его вниманием. Красивый, спорить не могу. Кортни вон вообще чуть ли не облизывается, и дело явно не в аппетитности её завтрака.

– Нравится он тебе? – уточняю я, чтобы не ляпнуть лишнего.

– Да… Классный такой. Умный, лучший студент курса. Ходят слухи, что его отец – кто-то из имперский генералов.

– Дракон? – поднимаю бровь.

Может, Алекса с ним знакома? Не то чтобы мне было сильно нужно, но лучше знать своих недоброжелателей в лицо.

– Ага. Эй! Атар! – она вскидывает руку и машет ему. – Доброе утро!

– Тихо ты! – шиплю я, пытаясь её остановить и молясь провидению, чтобы парень посчитал нас недостойными своего внимания, как и множество девчонок, пускающих на него слюни.

Но моя удача снова вышла погулять.

Атар величественно поворачивает голову, ухмыляется Кортни и, увидев, с кем она сидит чуть, сужает глаза.

Узнал. Проклятье. И что дальше?

С тоской смотрю на недоеденные вафли с малиновым джемом, бросать их не хочется. Атар уходит налить себе кофе. Можно, конечно, понадеяться, что всё обойдётся, но плохое предчувствие, выработавшееся за время общения с Дарксом, меня не подводит. Что-то будет.

– Эй, ты чего? – возмущается Кортни. – Это невежливо, вообще-то. Дёргать людей.

– Прости, – пытаюсь оправдаться я. – Просто он выглядит таким задумчивым. Не стоит его тревожить так рано, ещё и в первый день.

– Угу. – хмыкает Кортни. – Илайн, ты в курсе, что скромность красит только тех, кого не красит больше ничего? Будешь молчать в тряпочку, – ничего не добьёшься. Такие, как Атар на тебя даже не взглянут.

И слава провидению. Мне такие и не нужны.

– Обо мне сплетничаете? – раздаётся над ухом, и я вздрагиваю, замерев, как загнанный в угол кролик.

Медленно поворачиваюсь и вижу опускающийся поднос. Атар занимает стул рядом со мной так, будто я в его доме и без разрешения влезла в кладовую в поисках еды. Кортни, к слову, тоже замирает, но по другой причине.

– Нет, – вру я.

– Да, – с придыханием отвечает она. – Так рада тебя видеть! Я скучала, знаешь ли. Как провёл лето?

Атар её будто не слышит и смешается в мою сторону, превращая завтрак в не самое приятное времяпровождение.

– А ты что тут делаешь? Разве я не просил тебя свалить?

Он говорит негромко, но кажется, что все звуки в столовой стихают. Даже посуда не стучит. Я уже поняла, что этот парень какой-то важный тип, пользующийся необъятным авторитетом, и что я ему совершенно не нравлюсь.

– Видишь ли, – спокойно отвечаю я. – Я не считаю, что кто-то вроде тебя вправе решать, как мне жить свою жизнь.

По ближайшим столикам прокатывается вдох. Кортни смотрит на меня такими глазами, будто я призналась в том, что утопила котёнка.

– Да что ты говоришь? – наклоняет голову Атар, придвинувшись ближе и положив руку на спинку моего стула. – А кто же в таком случае скажет бездарности вроде тебя, что нужно делать?

Слышу грохот. Это он, видимо, скинул на пол сумку с учебниками.

По спине проносится холодок, но я заставляю себя сидеть ровно и сохранять нейтральное выражение лица.

Медленно поворачиваюсь к нему и смотрю в тёмные, отливающие синим глаза. Нельзя показывать страх, нельзя провоцировать. Один раз дам слабину задиры вроде него в покое до самого выпускного не оставят.

– Тебе не кажется, что давить на «бездарность вроде меня» как это делаешь ты – не добавляет тебе чести? – проговариваю я, очень стараясь, чтобы не дрожал голос. – Может найдёшь более достойный способ доказать всем, что ты крутой? Учёба, спорт, например.

Атар ухмыляется.

– И с чего ты взяла, что я не доказал всё это там?

– Потому что ты сидишь здесь и ведёшь себя как придурок, – отвечаю я и, кажется, делаю большую ошибку.

Потому как напряжение в воздухе становится таким плотным, что его можно порезать на аккуратные кубики. Кортни роняет вилку, и я невольно вздрагиваю от грохота.

Глава 10. Первые уроки

Вот чего он прицепился? В этой академии не осталось тех, к кому можно пристать? И главное, как мне теперь выкрутиться?

Все вокруг замирают в ожидании расправы. Я не боюсь Атара, но, учитывая, что у меня испытательный срок, было бы лучше просидеть его за учебниками, не отвлекаясь на разные интриги. Кроме тех, что организует мне отчим, само собой.

Кортни вот, похоже, растеряла энтузиазм со мной дружить. Теперь она выглядит так, будто только и ждёт команды вскочить и рвануть от столика как можно скорее.

– Ты не думаешь, что стоит проявить уважение? – сужает глаза третьекурсник. Мне кажется, или его зрачки на миг становятся вертикальными? Ой…

Сглатываю. Мне лучше промолчать. Определённо да. Я сделаю самую большую глупость в жизни, если сейчас открою рот. Я…

– Я проявляю уважение к тем, кто этого заслуживает, – вырывается у меня. – Ты же пока не делаешь ничего достойного, чтобы это уважение вызвать?

– Неужели? Поясни-ка? – он придвигается ближе.

Ой, ладно. Влипать так влипать.

– Твоя единственная претензия ко мне – то, что у меня нет тех сил, что есть у тебя. Посади сюда кого-то, кто будет сильнее тебя, станешь вести себя так же? Вряд ли. Потому что условия будут другими, твоё преимущество не будет играть роли. Если бы причиной уважения было личные качества, тебе было бы наплевать, кто сидит рядом. Тебя будут уважать за то, что не измеряется сравнением.

– Надо же, – Атар наклоняет голову к плечу. – Ничего не представляющая из себя девчонка решила поучить меня как заслуживать уважения? как думаешь, далеко ты сможешь пробиться с таким подходом и скольких сумеешь убедить в том, что уважать нужно тебя?

Слышатся смешки. Я понятия не имею, как мне себя вести. Что я вообще собиралась доказывать тем, кто не слушает?

– Доброе утро, – неожиданно разносится над нами спокойный голос ректора. – Атар, вы заняты тем, что даёте первокурсникам полезные советы по обучению?

Тот медленно поднимает голову и улыбается:

– Само собой, ректор Хартман.

– Рад слышать, – кивает он и смотрит на меня.

Снова замираю, чувствуя в груди то же странное тепло, что и прошлым вечером. Глубокие зелёные глаза ректора смотрят внимательно, будто выискивая ответы на незаданные вопросы.

Интересно, а он чувствует что-то подобное или только я с ума схожу? Да, пожалуй, лишь я. Ему-то с чего бы?

Ух, всё равно волнительно.

– Мисс Вестер, ваша лекция перенесена и пройдёт не в аудитории. Собираемся в сквере на заднем дворе через десять минут, не опаздывайте.

– Д-да. Конечно, – глупо улыбаюсь я.

– Славно, – кивает ректор, бросает предостерегающий взгляд на Атара и уходит.

Парень хмыкает, смотрит на меня, намекая, что мы ещё не закончили, и тоже исчезает. Кортни сбегает следом, старательно делая вид, что не сидела со мной за одним столом.

Вот и славно. Хоть доем спокойно.

После завтрака спешу на первое занятие. Как и сказал ректор, мы собираемся во дворе за стенами академии. Погода чудесная, отлично понимаю, почему нас решили вывести на улицу. Здесь есть удобная зона отдыха, пара полукруглых скамеек, окружающих многоярусный вазон с красивыми цветами, запах которых немного напоминает виноград. Крупное дерево бросает на нас кружевную тень, так что сидеть здорово.

Кроме меня тут ещё пятнадцать человек. Имена относительно знакомые, вчера успела десять раз перечитать пока искала себя.

Все держатся зажато, можно понять. Всё же жизнь у таких, как я, полна сложностей и проблем, но всё же, увидев меня, многие приветствуют кивком или поднимают руку.

– Ещё раз доброе утро, – к нам подходит ректор, неся на предплечье свой китель. – Решил вывести вас в неформальную обстановку, чтобы вам было комфортнее слушать и привыкать к новому. Работа нам с вами предстоит серьёзнаная, сложная, но, если справимся, сможем сделать очень хорошее дело.

Он обводит всех присутствующих взглядом, и тепло улыбается. Ловлю себя на том, что уже в который раз с его появлением возникает и ощущение спокойствия. Он будто излучает его наравне с уверенностью.

– Меня зовут Мертен Хартман, если кто не знал или забыл. Я ректор Адмарейна и ваш непосредственный куратор. Любые вопросы связанные с обучением в академии решаются через меня. Не стесняйтесь обращаться и с другими проблемами, возможно, я помогу, если не сам, то укажу направление, кто сможет. Даю такую возможность потому, что у нас будет сложный год и любая мелочь может стать серьёзным препятствием на пути к аккредитации. Если кто-то хочет о чём-то сообщить сейчас, я слушаю.

Оглядываюсь по сторонам. Девочки молчат. Мертен смотрит на меня, но тоже не решаюсь высказаться. В конце концов, он стал свидетелем всех подключившихся со мной за полдня проблем, нового, к счастью, пока не произошло. И всё же приятно, что ректор предлагает. С моим везением, точно буду пользоваться.

– Что ж, раз никаких проблем у нас пока нет, приступаем к вводной лекции. Кто догадывается, какие цели у нашего с вами курса?

Мы молчим. Потом девушка напротив меня предполагает:

– Обрести магию?

– В том числе, – кивает Мертен. – Эта академия – особенное место. У кого-то из вас действительно могут появиться способности. Но наша задача в том, чтобы сделать так, чтобы все вы имели возможность устроит себе безбедную жизнь. Независимо от того проснутся ваши способности или нет.

– Мы будем пользоваться артефактами? – спрашивает девушка, сидящая рядом со мной.

– В том числе и артефактами. У вас будет много дисциплин. Поверьте, в жизни немало удивительных процессов, которые никак не связаны с магией, но способны делать то же самое. Наша задача – научиться искать иные пути к требуемому результату, – Мертен кладёт китель на край скамьи и начинает ходить вокруг вазона. – Сперва пройдёмся по основным типам имеющейся в Хартмариане магии.

Следующие полчаса мы конспектируем самые азы.

Для меня открытий было немного, во многом потому, что мама часто рассказывала мне о нюансах своей работы. Мертен касается даже провидцев, магах, способных читать нити судеб, заглядывать в будущее и прошлое. Вряд ли кто-то из нас окажутся таковыми, слишком уж редкий дар, находящийся преимущественно в руках правящей семьи.

Чаще всего в нашей империи встречались стихийники, которые оказывались весьма изобретательны и осваивали практически все возможные сферы занятости. Другие связывали души с фамильярами и получали несколько больше необычных комбинаций.

У моей мамы был талант к ментальной магии, хорошо считывала эмоции. Она объясняла, что сила похожа на кисти и набор красок. У кого-то лишь один цвет, у кого-то несколько, это не так важно. Главное навыки и воображение, потому что даже одним цветом можно создавать невероятные картины.

– Теперь давайте отложим ваши записи и немного отдохнём, – объявляет Мертен и вытаскивает из кармана кителя предмет, похожий на игральную кость с двадцатью гранями. – Этот артефакт реагирует на магию. Он достаточно точный и сможет уловить даже слабое проявление. Предлагаю каждому из вас по очереди подержать его в руках и попробовать воздействовать мысленно.

Он передаёт артефакт одной из девочек. Та крутит кость в руках, щурится, пытаясь сделать с ним хоть что-то, потом пожимает плечами и передаёт дальше.

– То, что сейчас не получается, не значит, что магии у вас нет, – объясняет Мертен, когда артефакт переходит из рук в руки, никак не откликаясь. – Каждый маг по-разному чувствует силу. Вы поймёте, когда найдёте правильное состояние.

Наконец кость передают мне. Я рассматриваю ровные, отполированные до блеска грани. До этого сидела спокойно и ровно, а теперь накрыло внезапным волнением. А что если… Получится? Может Даркс не прав? Вдруг у меня тоже есть магия?

Медленно выдыхаю, пряча камень в ладонях, и закрываю глаза.

Глава 11. Не обуза

Всё-таки, пробуя что-то новое, было бы неплохо получить хоть какие-то инструкции. Пусть даже в общих чертах.

В детстве я много раз приставала к маме, пытаясь выведать секрет, как можно пробудить магию, но она всегда лишь загадочно улыбалась и отвечала, что я сама пойму, когда придёт время. Было бы классно, если бы оно пришло прямо сейчас!

Сжимаю в ладонях артефакт, волнуясь сильнее, чем перед поступлением. Я знаю, что нужно расслабиться и прислушаться к ощущениям, чтобы что-то там понять. Но как ни стараюсь, не могу выкинуть из головы мысли о том, сколько преимуществ даст пробуждение силы.

Никто в группе ничего не показал. Если бы у меня получилось, то…

Поток мыслей прерывает оглушительный хруст. Вибрация от него проходит по всему телу, поднимая волну неприятных мурашек. На миг кажется, что-то пошло не так, и у меня сломалась парочка костей. Ладони покалывает. Вздрогнув, я распахиваю глаза и смотрю на артефакт. Вернее то, что от него осталось.

Ой…

Красивая двадцатигранная кость, изготовленная из материала, напоминающего лёд с прожилками и пузырьками, перламутровыми блёстками раскалывается не несколько неаккуратных кусков. Мерцание в нём угасает, артефакт кажется мёртвым.

– Ну молодец, – складывает на груди руки полноватая девушка, которая должна была пройти это испытание сразу после меня. – Испортить дорогущий артефакт. И как мы теперь будем проверять, проснулась в нас магия или нет?!

Мертен присаживается передо мной на колено. Ветерок легко играет с его волосами, собранными на затылке. Интересно, какие они на ощупь? Только сейчас обращаю внимание насколько он высокий в сравнении со мной.

Щёки обжигает стыдом. Я вжимаю голову в плечи, не зная, то ли спрятать испорченный артефакт, то ли показать. Ректор берёт один из осколков и внимательно осматривает скол.

– Простите… – скрипит мой голос.

– Ничего страшного, – отвечает он, подставляя ладонь, и я пересыпаю на неё уничтоженный кристалл. – Как вы себя чувствуете?

– Виноватой, – честно признаюсь я.

Сокурсники награждают меня смешками. Становится ещё более неловко.

Ректор мягко улыбается. Я бросаю на него короткий взгляд и радуюсь, когда не вижу в ответ злости и разочарования. Артефакт наверняка очень дорогой.

– А может это знак? – спрашивает девушка, которая пробовала одной из первых. – Вдруг её сила слишком велика, вот он и сломался?

– Тогда она не училась бы на немагическом. – возражает девушка рядом со мной.

– Первое, что я хочу вложить в ваши головы, – вмешивается в спор ректор, – у любого события может быть несколько причин. Людям проще списывать всё не проявление магии. Почему идёт дождь, светит солнце и так далее. Почему зимой можно увидеть радугу и прочее, прочее, прочее. Разумеется, когда вы живёте среди магов, очень многое происходит по их желанию, но не всё. Далеко не всё, – Мертен выпрямляется, сломанный кристалл бликует, бросая на нас брызги солнца. – Он действительно сломан, и теперь нужно выяснить почему. В конце концов он просто мог быть неверно изготовлен.

– Но раз сломался от воздействия, значит, магия в ней всё же есть? – не унимается девчонка.

Урок заканчивается на достаточно позитивной ноте. Мертен даёт нам общие рекомендации относительно того, на что обращать внимание и в чём следует проявлять осторожность, а ещё дал несколько упражнений, которые стоит выполнять для общего развития.

Ректор прощается с нами и отпускает нас минут на десять раньше. Сломанный камень отправляется в его карман, и меня опять накрывает чувством вины.

Мало того что устроила фееричное знакомство, так ещё и артефакты ломаю. Такими темпами я здесь и месяца не продержусь.

Девочки из моей группы собираются в кучку и толпой идут ко входу в академию. Я же копаюсь со своей сумкой немного дольше обычного. Мертен, будто чувствуя, что я хочу о чём-то поговорить. Задерживается, спокойно надевая на плечи свой китель.

– Ректор Хартман, – осторожно шагаю к нему, теребя лямку сумки. – Простите, пожалуйста, за то, что сломала…

– Вам не за что извиняться, – Мертен наклоняет голову к плечу. – Это артефакт, они могут ломаться. К сожалению, это случилось, когда настала ваша очередь.

– Я бы хотела попросить не вешать эти расходы на моего отчима, – прошу я, опустив взгляд. – Если можно, я сама отработаю. Как-нибудь.

Мертен поднимает бровь.

– Хвалю стремление отвечать за свои проступки, – улыбается мужчина, а я чувствую, как сердце сбивается с ритма. Тепло в груди набирает градусы. – Но я не собирался наказывать за подобное ни финансово, ни как-либо ещё, – он выдерживает короткую паузу и чуть сужает глаза. – Лучше ответьте на вопрос, Илайн. У вас проблемы с магистром Вестером?

Я вздрагиваю и отвожу взгляд. Пожаловаться на него сейчас? И что будет? Ректор вмешается, прикажет Дарксу оставить меня в покое? Боюсь, ничем хорошим это не закончится, он меня совсем со свету сживёт.

Даркс умеет… Сделает всё так красиво, что и слова поперёк не скажешь, а я останусь сама виновата. Слишком ранимая и вообще истеричка. Нет уж, я ему такого удовольствия не доставлю.

Натягиваю на лицо вежливую улыбку:

– Спасибо вам за беспокойство. Всё в порядке, просто… Мы друг другу чужие люди, не хочу быть ему обузой.

– Кому обузой? – раздаётся голос, от которого по спине немедленно проносятся мурашки.

Глава 12. Тёмные пятна

Мертен Хартман

Уже второй раз отмечаю, что при проявлении магистра Вестера Илайн замирает и едва дышит. У них явно непростые отношения, но я не понимаю в чём причина. Девчонка сжимается, как будто ждёт, что её ударят. Это мне совсем не нравится.

Если кто-то из моих магистров позволяет себе подобное, ему нечего делать в преподавании. Вот только на прямой вопрос девчонка не ответит. Как минимум не сейчас. Слишком уж это узкая тема, да и у нас с ней не самые доверительные отношения.

– Вы искали меня или свою падчерицу? – уточняю я.

– Если честно, вас обоих. Хотел… – он бросает на Илайн странный взгляд, на который можно не обратить внимания, если не присматриваться, – убедиться, что она не доставляет проблем.

Первокурсница бледнеет, и теперь уже мне адресован её полный ужаса взгляд. Переживает из-за артефакта, очевидно.

– Делать выводы после первой же лекции – не лучшее решение, – наклоняю голову к плечу. – Но с ней она справилась хорошо. Думаю, следующая тоже не вызовет у неё трудностей.

Приятно видеть, как в глазах девчонки загораются новые, неожиданно яркие огни. От них даже в груди теплеет, и это… настораживает.

В сердце зажигается нервирующий огонёк. Ощущение знакомое, но минувшие года притоптали его новыми воспоминаниями и проблемами. Я едва узнаю его, но… нет.

Нет, этого не может быть. Я снова хватаюсь за солнечные лучи, прекрасно понимая, что никакого смысла в этом нет. Мой шанс был упущен много лет назад. Второго провидение не даёт. Уж точно не таким, как я.

Хотя на миг, на пару ударов участившегося пульса мне всё же кажется, что это что-то значит. Что моя нить судьбы ещё может оказаться с кем-то связана, но… нет, думаю, мне кажется. Снова выдаю желаемое за действительное.

– Мисс Вестер, – киваю Илайн. – Не смею больше вас задерживать, передохните перед следующей лекцией. Если я ничего не путаю, у вас должно быть природопользование. В музее на третьем этаже.

– Д-да. Спасибо, ректор.

– Илайн, ты хоть расписание своё выучи, – хмыкает Даркс. – Не заставляй меня тебя стыдиться.

– Я благодарю за лекцию, – огрызается девочка и, выдавив для меня не слишком искреннюю улыбку, уходит.

– Это было лишнее, – упрекаю я.

– Бросьте, – ухмыляется Даркс. – Вы же собираетесь преподавать этим бездарностям основы выживания. С ними нужно построже, чтобы не расслаблялись. Её мать была выдающимся магом, на дочери природа отдохнула.