По ту сторону смерти

— «У меня есть условие», — он вдернул подбородок и его глаза потухли.

— «Ну, конечно», — Белиал закатил глаза и качнул головой. — «Какое же? Удиви».

— «Мне нужен артефакт, какой именно, скажу при надобности».

— «Говори сейчас, иначе — не получишь».

— «Чёрная эфиральная ренканскентия, лучшего качества. Ваша», — выдавил сквозь зубы Вельзевул.

— «Собрался пополнить ряды? Хотя не отвечай, я даже знать не хочу», — Белиал снова закатил глаза и протянул руку. — «Хорошо повеселились, но Сатаниэль прав, пора завязывать. Я дам тебе то, что ты просишь, взамен возьму клятву».

Нехотя Вельзевул пожал протянутую ладонь.

— «Вот и ладушки», — заключил Асмодей и растворился после хлопка в ладоши.

Следом за ним испарились Левиафан и Бельгефора, взявшись за руки. Только Сатаниэль оставался неподвижным, очевидно, ради того, чтобы скрепить клятву.

— «Ты поклянешься в том, что никогда не посмеешь строить заговоры за моей спиной».

Достав из-за пояса изогнутый клинок, Вельзевул полоснул себя по ладони.

— «Клянусь».

Я как могла точно записала эти события со слов Сатаниэля. Именно тогда у меня и возникло предположение насчет магического дара Белиала...

— Тэль! — рявкнул Ханса, щелкнув пальцами перед глазами девушки.

Увлеченная текстом, она и не заметила, как он вошел в дом.

— Явился, чёрт, по мою душу? — съязвила Тэль с улыбкой и захлопнула книгу.

— И как Ламия тебя еще не съела, ума не приложу, — вздохнул демон и потер глаза. — Вставай, маленькая Тэль, провожу.

— Иди, дитя, у нас будет еще много времени, — ласково произнесла Эмида, заметив в глазах девушки растерянность. — Мне как раз пора отдохнуть. Выпей это перед тем, как ляжешь спать, — она протянула склянку с искрящейся ярко-фиолетовой жидкостью

— Спасибо вам, Эмида.

Глава 7. Арсенал

— Чёрт, а девчонка с характером...

— Уж поверь, этот характер нам ещё поперек горла встанет, если не всему Аду.

— Интригуешь.

Ханса не стал ходить вокруг да около. Уставший и немного нервный, он почти сразу начал неприятный для себя разговор.

— Я узнал насчет Дэйрона.

Вся усталость и переполненный разум вдруг отошли на задний план, и Тэль навострила уши.

— И?

— Я был прав — его душу раздирают в Аду Чревоугодия и Ложных Богов, и, если от него хоть что-нибудь осталось, ваша встреча состоится по моей воле. Твое же желание считается исполненным — возможность его увидеть ты получила.

Из легких девушки вырвался весь воздух, она резко остановилась. Мозг отказывался понимать в полной мере, через что проходил друг детства.

— За что? — её голос слегка дрожал.

— Судя по всему, он давно пристрастился к наркотикам и иным способам пресытиться. Может ты не так хорошо его знала?

— Ханса…

— Что, Тэль? Если тебе станет от этого легче, стражи сочли его грехи не глубокими, он не так давно встал на этот путь. Его покаяние будет идти тысячу лет, для тебя по ощущениям пройдет пара недель. Потом я устрою вам встречу, если ты всё еще этого хочешь, но я сразу предупрежу тебя, что он вряд ли останется таким, каким ты его знала при жизни.

— Мне плевать.

— Это ты сейчас так говоришь. Всё еще витаешь в облаках? Ты в Аду, крошка, здесь не бывает полумер. Жизнь станет лучше, если ты увидишь своего сгнившего друга, едва помнящего, что он человек? Ты же ведь знаешь, как пытают чревоугодников.

Тэль сглотнула и отрицательно мотнула головой. Она знала или, по крайней мере, могла бы выдвинуть предположение, просто не захотела говорить вслух — тогда этот ужас стал бы реальным. Впрочем, Ханса не стал ждать её ответа.

— Такие же ненасытные, подобно грешникам, насекомые и их личинки пожирают заживо плоть, уделяя особое внимание глазным яблокам и губам, с которых шепотом срывается молитва. Грешник стоит на коленях с распростертыми, привязанными к столбам руками. Из вен хлещет кровь, снова и снова приглашая на пир… Их головы всегда запрокинуты к серому небу, и они нескончаемо давятся опарышами, — Ханса произнес ужасные строчки таким голосом, словно это вырезка из романа. — Ну как? Представила картинку?

— Я должна с ним хотя бы попрощаться, — отчуждённо ответила Тэль, пытаясь всеми силами не думать о мерзких белых личинках. По её телу пробежала неприятная волна, вызвав зуд.

— Ладно, — сдался демон. — Но потом не говори, что тебя не предупреждали. Ламия уже провожала тебя через портал?

— Да, — ответила девушка и потянулась за сигаретой.

— Не советую…

— Подождешь, — перебила Тэль, на что Ханса хмыкнул.

— Ты меня совсем не боишься?

— А стоит? – Тэль показательно закурила, выгнув бровь. — Если стоит бояться и тебя, то просто убей и всё.

— Не заводись, — закатив глаза, Ханса скрестил руки.

— Просто дай мне минутку прийти в себя, — девушка отвернулась, затянувшись поглубже, ее ладони едва заметно подрагивали.

— Выпей.

— Что это?

— Притупит страх.

— Я не боюсь, Ханса. Мне стрёмно. Я словно попала в один из своих дебильных, жутких снов и никак не могу выбраться.

— Снова та же песня? — он устало вздохнул и шагнул ближе.

— Ты судишь как демон, но я человек и не понимаю, что сделать, чтобы не рехнуться окончательно. Может, у меня и правда шизофрения и я попала в выдуманный мир грёз?

— А я тогда кто? Галлюцинация?

— Возможно.

— Я — демон, разглядывающий твои мозги изнутри два десятилетия, и могу точно сказать, что ты в здравом уме. Ну, почти. Заканчивай наматывать сопли на кулак и начинай жить. Да, в Аду, но это та реальность, которую ты сама выбрала. Никто не заставлял тебя пускать кровь и вызывать демона. Все кого-то теряют, Тэль, а уныние валит с ног не хуже меча, — устало проговорил Ханса, надеясь вразумить девушку. — Теперь ты это знаешь. У тебя есть два варианта — попытаться выжить и научиться искренне смеяться или шагнуть в Бездну, надеясь, что от твоей души останется хоть что-то.

Видимо, он слишком хорошо знал её, ибо жёсткие слова подействовали как ушат ледяной воды. Тэль вздрогнула и пару раз моргнула, словно смахивая наваждение.

«К чему вдруг эта слабость? Ты и так знала, что Дэйрон далеко не в Раю. Он прав».

— Ладно, выхода у меня всё равно нет. Альтернатива в виде вечных пыток меня не особо привлекает.

— Ну вот, иногда у тебя даже получается думать. Прикольно, правда?

— Паскуда, — буркнула Тэль с улыбкой и сделав пару затяжек, бросила окурок в демона.

— Ты и правда меня не боишься, — парень ловко увернулся и показал ей средний палец, нагло ухмыльнувшись.

— Залезай в портал, — бросила она и схватила его за предплечье.

— Ох и вывернет тебя.

— Мне не привыкать.

Но Тэльера ошиблась. К такому вообще привыкнуть невозможно. Голова грозилась расколоться надвое, её мутило, будто она знатно приложилась темечком об что-то твердое. Мир вокруг качался, и она не смогла устоять на ногах. Скрючившись, она выблевывала душу прямо на площади перед каким-то зданием.

— Чем дальше мы перемещаемся, тем сильнее воздействие. Ну и как поживает твой накуренный мозг?

— Иди к чёрту! — прохрипела Тэльера, стоя на карачках.

— Только что оттуда, — хмыкнул Ханса и подал ей белоснежный платок.

— Где мы? — спросила Тэль, поднявшись на ноги. Теперь всё ощущалось так, будто она с жесткого похмелья.

— Арсенал. Посмотрим, может хранители смогут подобрать для тебя оружие, которым ты себя случайно не прибьешь.

— Ой, ну хватит. Я неплохо стреляю из лука, и ты это знаешь.

— Формально это я тебя научил. Но уж если быть честными, тебе нравится процесс?

— Не знаю, я не пробовала что-то другое.

— Ну вот, по этой причине мы и здесь. Пойдем.

Она мельком успела разглядеть здание из величественного белого мрамора. Исполинское строение в греческом стиле с нотками готики, имело множество окон с красивыми ставнями, на которых была изображена эмблема в виде двух скрещенных мечей, заключенных в равнобедренный треугольник. Врата в Арсенал были резными и красиво гармонировали с барельефами на самом здании.

Внутри кишела жизнь, девушки в серых мундирах сновали туда—сюда, громко переговариваясь, из-за чего в большом помещении стоял гул. Тэль поморщилась, взявшись за виски.

— Потерпи, скоро пройдет, — Ханса нагнулся, чтобы посмотреть, всё ли в порядке, и Тэль вымученно улыбнулась ему.

— Я в порядке, просто немного тошнит. Почему тут одни девушки?

— Так может показаться на первый взгляд, но да, в большинстве. Так уж вышло, что маги Металла в основном женщины, а следовательно, и хранители тоже.

— А-а-а?

— Хранители — это маги Металла с даром к Пространству. Большинство из них находят темные артефакты, где бы они ни были, из-за внутреннего чутья, а также имеют исключительные способности по ковке и закаливанию оружия.

— Принято, — всё еще держась за лоб, Тэль разглядывала пространство с разинутым ртом.

— Ханса! — воскликнула незнакомая девушка, обратив на себя внимание гостей.

Тэль резко обернулась, отчего её желудок неприятно свело.

— Кого это ты к нам привел? — незнакомка с голубыми глазами разглядывала Тэль с интересом, чуть повернув голову.

Её голос был по-девичьи звонким и хорошо сочетался с миловидной внешностью. Густая рыжая коса обрамляла голову по кругу. Широкий нос украшали веснушки, а пухлые, розовые губы и щеки придавали ей юношеской красоты. На вид ей было не больше девятнадцати.

— Ситри, здравствуй. Знакомься, это Тэль. Мы здесь, чтобы подобрать для неё оружие, поможешь?

— Конечно! — Ситри широко улыбнулась, привстав на носочки и махнув рукой. — За мной!

Тэль завели в большую залу, поражающую количеством самого разнообразного оружия, закрепленного на по меньшей мере ста металлических щитах со специальными креплениями. В Арсенале можно было найти всё — от молота, до боевого веера. Высокие потолки и громадные панорамные окна ещё сильнее подчеркивали размеры залы.

— На что обратим взгляд? Что вам нравится? — она обратилась напрямую к Тэль, заметив, как Ханса под шумок отдалился к щиту с луками.

— Э-э-э, по правде сказать — ума не приложу. Можно пройтись?

— Начнем от сюда, — Ситри провела её к щиту с томагавками. — Для этого вида характерен бой на ближней дистанции. Легкий, но при этом считается достаточно эффективным. Из-за своих небольших размеров спокойно применяется в тесных помещениях. И из-за того, что является одноручным, освобождает вторую руку для захвата или другого оружия. Возьмите, если это ваше, сразу поймете. Советую вот этот, — Ситри улыбнулась и сняла с креплений лаконичный черный томагавк, дюймов пятнадцать14 в длину.

Аккуратно взяв оружие, Тэль попыталась прокрутить его в руке, но выронила, сбив ещё три других с нижних уровней. Ханса обернулся на громкий звук, но даже бровью не повел, лишь ехидно ухмыльнулся. Ответом ему послужил неприличный жест.

— Простите, — Тэль улыбнулась и протянула девушке неудачный вариант, отступив от щита на добрых два метра.

— Ничего, пойдемте дальше.

Пройдя несколько рядов, Тэль всё пыталась придумать, что бы именно ей могло приглянуться, но в голову приходил лишь лук или в крайнем случае арбалет. Но она упорно пыталась не смотреть в сторону щитов с этими видами оружия, надеясь заполучить хоть что-то свое.

Наконец она остановилась, ощутив легкую вибрацию в ладонях. Сначала в её голову закрались сомнения: «А точно ли я смогу освоить что-то подобное?», но глубоко вздохнув, она прислушалась к внутренним ощущениям, не позволяя сомнениям укрепиться. Вибрация усилилась, сердце зачастило, и она ведомая чем-то глубоким, неосознаваемым, потянулась за двуручной секирой.

— Это оно, — сглотнув вязкую слюну, произнесла девушка.

Тёмное лезвие, украшенное замысловатой гравировкой, словно запечатлёнными проклятиями древних кузнецов, завладело вниманием Тэль. Её форма была изящной, но смертоносной — острая, тяжелая, наготове расколоть любой доспех, любой череп. Но главное, что отличало её от других, дожидавшихся хозяев лезвий, — змей, оплетающий древко. Угольно чёрный, будто выкованный из самой ночи, он словно затаился в ожидании, готовый ожить в нужный момент. Змей обвивал рукоять из черного дерева, впитавшего не одну каплю крови. Её вес не показался Тэль чем-то непосильным, а лезвие по ощущениям отдавало теплом, будто бы и секира не прочь оказаться именно в этих женских руках.

Что совершенно точно поняла для себя Тэльера — это оружие не для слабых. Чтобы сражаться с ней, потребуется сила и решимость. И держа ее в руках, она чувствовала грядущие перемены, о которых когда-то просила Всевышнего каждую ночь.

— Этот змей просто украшение? Или существо, запечатанное внутри?

— Никто не знает, но говорят, когда сражаются с секирой, враги слышат шепот – тихий, змеиный, рожденный из хаоса, как предвестник смерти. Может, эти россказни пошли именно из-за неё, кто знает?

— Не справилась с пукалкой, но взяла орудие для взрослых? — этот нагловатый голос она узнала бы из тысячи.

— Ой, иди ты! — шикнула Тэль, закатив глаза. — Она притянула меня.

— В смысле? — Ханса едва заметно свел брови, отвлекшись от разглядывания стрел.

— Мне нестерпимо захотелось взять ее в руки, и я повиновалась этому желанию, — пояснила девушка с горящими глазами.

— Ну что ж, тогда у Ламии впереди много работы. Спасибо тебе, Ситри. Запиши оба на меня, хорошо? — его голос моментально изменился, став любезным, и Тэль цокнула.

Весь путь до портала Тэльера любовалась новой игрушкой. В оружии чувствовалась древность и профессионализм, который приложили к его созданию.

— Отдай ей каплю своей крови, и она будет служить тебе верой и правдой до конца твоей жизни, — заговорил Ханса. — И вот, возьми, — он протянул ей кожаный сверток с шестью сюрикенами. — Всадишь их в Элиззадру, если она решит на тебя напасть, будет время добежать до меня.

— Ты уже наслышан? — цокнула Тэль и приняла подарок. — И это остановит ее?

— Они отлиты из особо сплава с добавлением серебра, а оно ядовито для нее. И да, я уже наслышан, я чуть портки не обмочил, услышав эту великолепную историю.

— Это ты мне так советуешь подлизать её зад при следующей встрече? — Тэль порезала палец об лезвие и размазала по нему кровь, рубиновый глаз змея на секире сверкнул, принимая жертву.

— Советую просто помолчать и опустить глаза в пол. Она отвалит, если будет думать, что ты подчинилась.

— А если не отвалит, всадить ей эту штуковину меж глаз?

—Как можно точнее, а потом удрать так быстро, как можешь.

— Инструкции ясны, пупсик. И спасибо тебе, Ханса. Куда дальше?

— Сдам тебя в детсад к Ламии, потом как отдохнешь, потренируешься со мной. Будем меняться, чтобы ты не привыкала к боевому стилю.

— Я б дала тебе затрещину, да боюсь не дотянусь.

— Смастерить тебе табуреточку?

— Будь добр, как раз ей я тебе и врежу!

Хмыкнув, он забросил её в портал, как мешок с дерьмом, Тэль не успела даже пикнуть. В этот раз блевать ей было нечем, отделалась грациозным приземлением на задницу и легким головокружением.

— Ну засранец, ну я тебе дам, блять! — проворчала девушка, потирая ушибленный копчик.

— Сначала вырасти!

— Вижу, вы прекрасно ладите, — Ламия их уже поджидала.

Цвет её кожи слегка потеплел. Судя по всему, она недавно поела — с губ еще не до конца сошла кровь. Этот факт работал на руку Тэль — у наставницы было прекрасное настроение.

— Развлекайтесь, дамы. Проследи, чтобы она не отрубила себе ноги, Лами. Было бы прекрасно!

В спину парня полетел сапог в качестве прощания, но он успел скрыться в портале, так что предмет одежды остался лежать на песке.

— Чёрт бы его побрал, — вякнула девушка и нацепила сапог. — Чем займемся?

— Занимательная вещица, — Ламия разглядела секиру, — Я бы сказала — реликвия, принадлежащая когда-то очень могучему демону. Уверена, что справишься?

— Она выбрала меня, так что — да. Мне же не завтра воевать.

— Кто знает, кто знает… Но начнем с сюрикенов. Пойдем.

Глава 8. Если драки не избежать — бей первая

Он не давал ей ложных обещаний, что мир станет добрее.

Он лишь научил её бить первой, когда мир снова покажет клыки…

Но как бы упорно Ханса не пытался поднять ей настроение, накачивая зельями и выдавая одну шутку за другой, Тэль умело скрывала дыру внутри, улыбаясь и отвечая на шутки. Ханса чувствовал, но пока списал всё на потрясения и кардинальные перемены.

Но к Аду она начала привыкать. Чего не скажешь о внутреннем «я», что теперь совсем потерялось среди переизбытка эмоций.

А единственный, кто мог её направить, варился заживо в пропитанной кровью пустыне.

Дэйрон снова был в её мыслях — не лицо, не голос, а тень, лежащая на сердце. Его образ всплывал перед глазами, как обрывки сгоревшей плёнки: куски смеха, взгляд, спина, исчезающая в дверном проёме. Он был для неё не просто другом или опорой, он был единственной возможностью жить, а не существовать.

— «Что за психоделические картины, Хендерсон? Совсем выжила из ума? Или перебрала с наркотой, как всегда?».

— «Завали, Джейн, всё равно ничего путного из твоего провонявшего членами рта, не выйдет. Сколько футболистов ты обслужила в этот раз? М?».

— «А ты завидуешь? Ты и твое уродство никому так и не приглянулись?».

— «Всё лучше, чем иметь гонорею, приправленную хламидиями. Смотри, чтобы среди команд не началась эпидемия, ебучая Джейн, — Тэль слащаво, наиграно ухмыльнулась и подмигнула ей, снова напрашиваясь на драку.

Отдать ей должное — Тэль умела выводить людей из себя, словно чувствовала, куда стоит надавить.

— «Не перестаю удивляться, как у Джереми может быть такая сестра? А да, она же приемная», — ничего смешного в том, что она сказала не было, но вся компания, включая «старшего брата» ядовито захихикали.

«Ну да, куда мне до сладкого пай-мальчика, отличника и капитана, сраного Джереми Хендерсона — гордости семьи, с моим-то послужным списком».

Среди которого было несколько передозов.

Селфхарм.15

Постоянные драки и дисциплинарные комиссии.

Неуправляемый характер.

Приводы за разбой и неподобающее поведение.

Дрянной язык и ещё куче всего.

— «Только посмей, Джейн», — прошипел Дэйрон задвигая Тэль за спину.

Он всегда появлялся вовремя.

Всегда, когда был нужен.

Её супергерой.

— «Что ты нашел в этой замухрышке, Дэйрон? Не устал ещё защищать то, что уже умерло?»

— ««Замухрышке?» Может, ты просто ей завидуешь, а, Джейн? Не всем дана такая внешность, как у Джоан. К тому же, при всех её недостатках, родители продолжают её любить, а вот твои? При всей-то напускной идеальности, где они, Джейн?».

— «Помолчи, Дэйрон», — начал Джереми, но парень перебил его.

— «А ты вообще заткнись, позорник. Что на это сказала бы Саманта, м? Ты ведь так боишься разочаровать мамочку. Давно ли ты возомнил себя королем? Может ей и школьному совету стоит узнать, как именно ты добился своих впечатляющих результатов в спорте? Дать им номерок твоего дилера, святой ты наш?»

— «Пойдем, Дэй, они того не стоят», — Тэль попыталась сдвинуть его с места, но Эймс был непреклонен. — «Если уж ты, «старший братец», не способен её защитить, это сделаю я. Чёрт, да в пятилетке больше мужества, чем в тебе».

Джереми не стал спорить и увел своих собачек подальше, цокнув языком.

Дэйрон надавил именно туда, куда нужно было, чтобы сбить его спесь.

— «Забей, он просто напыщенный гондон», — прошипел Дэй. — «Как ты?».

— «Нормально, я бы справилась».

— «Да уж, знаю я, как ты справляешься».

Эта стычка стоила ей отбитых почек, сломанных ребер и сотрясения.

Тем же вечером они отпинали её в темном переулке толпой.

Пьяную, беспомощною малолетку. Девочку, которая уже потеряла веру в человечество.

Это должно было стать предупреждением.

Но они и не догадывались, что постепенно будили зверя внутри неё.

Первое, что сказал Дэйрон, когда она очнулась на больничной койке:

— «Если драки не избежать — бей первая».

Глава 9. Сломанная, но гордая

«Они просто не разглядели то, что вижу я».

Она терла бедро, но уже не чувствовала пальцев, предаваясь болезненным воспоминаниям. Тэль вдавливала ногти в старые шрамы, как будто могла выцарапать оттуда боль, ставшую её единственной родиной.

Боль — не просто способ почувствовать мир.

Боль — единственное, что она никогда не теряла.

Боль — её язык. Её вера. Её мать.

Она прокручивала Дэйрона в памяти, как альбом с фотографиями. От первого и до последнего дня.

Внутри неё была пустота, напоминающая затопленный дом: вроде бы стены есть, но всё сгнило, а полы — хрупкие, едва держат.

Ламия тихо наблюдала за ней. Без язвительности. Просто смотрела — и, кажется, видела. Тэль не была похожа на тех, кто встречался ей раньше.

Сломанная, но гордая.

Безумная, но не глупая.

Красивая, но слепая к своей красоте.

— Ну всё, достаточно, — скомандовала Ламия грубее, чем хотела, и дёрнула подопечную за локоть, вырывая из омута воспоминаний.

— А? — Тэль мотнула головой. — Прости...

— Не начинай. Мне плевать, — буркнула Ламия и закатила глаза. — Вот твоя обитель на какое-то время.

Тэль кивнула — слишком быстро, чтобы это выглядело естественно. Как будто заранее боялась, что на неё закричат, и поспешила отвести взгляд.

Теперь возле дома был не просто пустырь с единственным жутким деревом, а тренировочный полигон, нашпигованный оборудованием, способным выбить из Тэль всю дурь. На площадке выстроилось в хаотичном порядке всё, что только могло понадобится: от тренировочных мишеней для стрельбы на разном расстоянии до брусьев и канатов, видимо, для того чтобы тренировать мышцы и равновесие.

«Господи, какая же ты жалкая», — причитала она про себя, разглядывая тренажеры. «Молилась об иной жизни, а теперь трусишь?».

— Попади в красное поле хотя бы три раза, и перейдем к секире, — Ламия снова прервала её мысли, встряхнув посильнее. — Ты ведь не устала?

— Нет.

— Чудно, мне всё равно насрать.

— Ну, спасибо, что спросила, — Тэль закатила глаза и достала сверток. — Что делать?

— Конкретных правил обращения с сюрикенами нет. Всё зависит от ситуации, в которой они тебе понадобились. Главное — прикладывать силу к броску. Можешь попробовать метнуть из-за головы или сделать боковой бросок. Это самые простые варианты. Если бросаешь сбоку, всегда переноси вес по направлению к цели.

— Ясненько, — Тэль глубоко вздохнула, внутри всё зудело от предвкушения.

Ей хватило минуты на то, чтобы более-менее прийти в себя.

Тэль выдохнула, будто готовилась не к броску, а к казни. Взяла сюрикен, руки дрожали.

Бросок.

Мимо.

Траектория была выбрана правильно, но нож не воткнулся в цель достаточно глубоко и упал в песок.

А вот второй — в цель. Мишень треснула. У неё в груди что-то защемило. И это была не радость, а ужас: «А вдруг я всё-таки что-то могу?».

— Хера се, я так умею? — глаза Тэль расширились, и она обернулась на Ламию; та стояла в таком же недоумении.

— Неплохо, но я думаю — это была случайность. Ещё.

Остальные четыре попали ровно в цель, каждый ближе, чем предыдущий. Но Ламия всё равно не поверила, приказав целиться в нее на ходу.

Демоница двигалась совершенно сумасшедше, подняв пыль в воздух, но Тэль всё равно попала трижды, прежде чем выдохлась. Голова еще немного кружилась из-за недавнего перемещения и провала в дерьмовое прошлое, но ликование перебивало это неприятное ощущение.

Наставница выдернула из своей груди три ножа и бросила их на песок к остальным. Внимание Тэль сосредоточилась на сюрикенах, но зрение размылось, словно она собой не управляла.

Она двинула рукой, и ножи вернулись к ней, аккуратно сложившись в стопку на раскрытой ладони. Её брови взлетели в верх, и она покосилась на хмурую Ламию.

— Что, чёрт побери, это было?

— Поздравляю, ты не безнадежна и, кажется, не так проста, как могло бы показаться.

— Что это должно значить?

— Пока не забивай себе голову. Ты всё ещё слаба. Ты всё еще сломана. Три ножика в цель — это не победа, а пыль. Шагай на бревно.