Клиника расходных пациентов

Глава 11

Патрис был очень доволен. Вещество в очередной раз показало себя изумительно. Каждый раз он получал то, что хотел. Ни подозрений, ни срывов, ни сюрпризов. Все работало идеально. Теперь, когда он нарезвился всласть, можно попробовать использовать это для более серьезных целей. Можно придумать что-то покрупнее.

«С весельем покончено. Надо заняться делами. Придумать что-то грандиозное! Я стану знаменит! У меня будут брать интервью, я стану синонимом успеха! Все будут называть меня гением. Журналисты будут ночевать у моего дома, чтобы взять у меня интервью». – Патрис скорчил гримасу от удовольствия, представляя себе молодых журналисточек, которые с благоговением и восторгом слушают его с бокалом вина и в полурасстегнутой блузке, только лишь бы получить эксклюзивный материал.

«В шестьдесят жизнь только начинается, да? – улыбнулся своим мыслям Патрис, но мысль о журналистках не прошла бесследно. – Ладно. Еще один раз», – подумал он и вышел из дома.

Он сел в машину и поехал в сторону центра. Ночная жизнь вступала в свои права, и он точно знал, где в это время его ждет успех. Небольшой, но модный клуб открылся совсем недавно. Все самые красивые девушки проводили свои вечера там, разбивая сердца и обманывая надежды таких же красивых молодых людей. Патрису рассчитывать на кого-то из них не приходилось. Но модное место потому и модное, что попасть в него может далеко не каждая красавица. И те крошки, которых не пустили на эту ярмарку тщеславия, обычно перемещались в соседний бар: выпить коктейль, скорректировать планы или, возможно, познакомиться с кем-то здесь, в менее пафосном месте.

Его внимание привлекла блондинка в маленьком черном платье. Идеальная фигура, но слишком простое, с оттенком деревенской глупости, круглое лицо. Таких никогда не пропускают. Отлично. Подойдет.

Патрис сел рядом.

– Не пускают? И меня не пустили.

Блондинка кинула на него оценивающий взгляд и, не увидев ничего интересного, равнодушно промолчала.

– Мне и не нужно в клуб. Я уже не в том возрасте. Но моя жена, она там с этим молодым пройдохой, – в отчаянии произнес Патрис. – Все мне говорили, что не нужно на ней жениться. Слишком молода, ей нужны только деньги. Но… любовь.

Теперь блондинка с интересом посмотрела на мужчину. Но фраза о деньгах лишь на секунду привлекла ее внимание, а затем она получше разглядела мужчину, и интерес снова исчез.

– Сочувствую, – произнесла она, но уже без настороженности.

– Я сам виноват. Надо было думать раньше.

Вдруг Патрис схватился за сердце.

– Вам плохо?

– Нет. Все нормально. Где-то тут были мои таблетки.

Патрис похлопал себя по карманам.

– Кажется, остались в машине.

Он попытался встать, но обессилев, снова сел.

– Вы не могли бы?.. Они, наверное, в бардачке.

Патрис протянул ключи от машины, и девушка нехотя их взяла.

– А где ваша машина?

– На парковке за этим зданием. Вы ее сразу увидите, зеленая.

Патрис точно знал, какое впечатление производит на молодых девиц его арендованная «ламборгини». Через минуту она вернется и будет мило ворковать с ним, заботясь о его самочувствии.

Девушка с видимым неудовольствием встала, поправила задравшееся выше положенного неудобное платье и отправилась к машине. Патрис же тем временем достал ампулу, влил в бокал и открыл таймер на телефоне.

Когда девица вернулась, она широко и приветливо улыбалась, держа пачку таблеток.

– Надеюсь, я ничего не перепутала, – глупо хихикнула она.

Патрис достал таблетку, взял стакан воды и предложил тост.

– Давайте выпьем за чудесное спасение. Если бы вы не оказались рядом, у меня не было бы ни единого шанса. За вас!

Еще через десять минут они мило болтали, и девушка рассказала, что учится в институте, сама оплачивает учебу, вечерами подрабатывает официанткой и у нее есть несколько кредитов, которые сильно отравляют ей жизнь.

Время шло, и наконец Патрис решил: пора.

– Ну что ж, мне пора ехать. Спасибо, что составили мне компанию. Сейчас почти невозможно встретить милых, добрых и бескорыстных девушек.

– Ой, вы уверены, что вам можно за руль? Вы точно хорошо себя чувствуете? Давайте я вас провожу хотя бы до машины. Мне будет спокойнее. Все-таки вам было нехорошо.

Блондинка уже видела себя следующей мадам «жена-богатого-простофили».

– Я даже могу поехать с вами, – кинула она наконец. – Чтобы убедиться, что вы нормально доедете.

Но Патрису совсем не нужно было, чтобы она сразу соглашалась. Ему нужно было другое.

Глава 12

– Клянусь, я не давала! – смеялась Даша. – Признайся, это ты?

– С ума сошла? Я вообще против этого. Ты разобьешь парню сердце, а он там у нас самый нормальный. Мне его жалко. Серьезно. – Сказала Ирэн, скрестив руки на груди.

– Что я могу поделать? Мотылек сам летит на огонь.

Килиан каким-то чудом раздобыл Дашин номер и вот уже второй день подряд писал ей красивые пожелания доброго утра.

– Нет, серьезно, это так трогательно! Особенно по сравнению с Густаво. Меня триста лет никто не называл красивой. Тем более «фантастически красивой». Уже давно никто не умолял о свидании и тем более, не обожествлял. Эта его влюбленность так вовремя! Густаво сейчас столько гадостей пишет – мне просто необходимо, чтобы кто-то это уравновесил.

– Ты поиграешь с ним и бросишь.

– Скорее всего.

– Даша?! – Ирэн сделала круглые глаза.

– Он молод и красив. За ним бегают сотни девушек его возраста. Он не будет долго один. Ты же знаешь, молодость – она такая. Все эти эмоции только закаляют характер и делают его более искушенным, а в итоге и более интересным. Так что ничего с ним не случится.

– Ты уже все решила, да?

– Нет. Но если он продолжит так же красиво умолять о свидании, я, пожалуй, сдамся. Мне тоже, знаешь, чтобы выйти замуж, нужно быть счастливой, чтобы у меня горели глаза. Никому не нужна мрачная тетка после развода. Все хотят счастья. Находясь рядом со счастливым человеком, все думают, что и ему перепадет немного. А где мне взять хоть крупицу радости, если в кошельке растет брешь, Густаво меня поливает последними словами, а предстоящий суд закончится неизвестно чем? Да, господи! Я даже живу у тебя! У меня все плохо, но я пытаюсь держаться. Неужели если кто-то хочет отогреть меня своей улыбкой, я буду сопротивляться?

– Даша, ты должна основать секту.

– Секту?

– Серьезно! Ты так убедительно говоришь, что любая дурь из твоих уст кажется вполне безобидной.

– Я подумаю. Ну вот, смотри, опять! Две эсэмэс. Одна от Густаво: «… Я порву тебя в суде, жадная ты дрянь» и от Килиана: «Соглашайся! Обещаю, я покажу тебе такие уголки, о которые знают не все местные». И следом еще одна: «Верну тебя домой, как только скажешь». Ну разве он не прелесть? Вернет меня домой. Как будто мне пятнадцать!

– Ладно, дело твое. Только не обижай его, пожалуйста. Он действительно очень хороший.

Ирэн прыгнула в машину и поехала в университет. Всего через полчаса она уже поднималась на свой этаж, но, когда подошла к своему кабинету, ее карта-ключ не сработала. Она попробовала снова и снова, но магнитный замок не хотел ее пропускать.

– Это то, о чем я думаю? – пробормотала Ирэн.

– Боюсь, что да, – откуда-то сзади раздался довольный голос Ван Синь. – Упустила ты свой шанс.

– И что это значит?

– Сходи к мадам Бий – узнаешь. Хотя, знаешь, она сегодня в разъездах, вернется только к вечеру. Ты можешь подождать ее в комнате для персонала. У них там бесплатный чай. В пакетиках. А вообще, новости, я смотрю, ты не читаешь?

Довольная Ван Синь ушла, а Ирэн, предчувствуя неладное, открыла смартфон и вбила в поисковике название университета. Новости вылезли первыми, и она сразу поняла, что речь пойдет о ней.

Фатальная ошибка стажера приводит к гибели человека.

Не по протоколу: в чем ошиблась молодая аспирантка?

Цена ошибки младшего сотрудника.

И еще несколько заголовков в подобном же стиле. В статьях рассказывалось о том, как из-за глупой оплошности пострадал человек. Якобы женщина не соблюдала протокол, оставила пациента с тяжелейшим диагнозом одного, сидящим у открытого окна (из этих статей можно было подумать, что сидел он прямо на подоконнике, а нерадивая сотрудница чуть ли не подтолкнула его). К счастью, нигде не упоминалось имя Ирэн, но в каждой из них было написано, что женщину отстранили от работы в университете до выяснения обстоятельств.

«Она вылила на меня всю грязь! – подумала Ирэн. – Это она слила информацию! Страхуется на тот случай, если комитет по этике затеет длительное расследование. Обвинить кого-то в прессе – отличная стратегия. Если появилось в СМИ – значит, человек наполовину виновен, а Мадам Бий выходит сухой из воды. Ну уж нет, я не буду козлом отпущения! Я все выясню! Надо узнать имена пациентов. Они проходят через охрану, так что их имена должны остаться в списке».

Ирэн спустилась по лестнице к стойке охраны. Охранники и уборщицы всегда все знают. Самые свежие сплетни, новости об увольнениях и новых сотрудниках они узнают мгновенно, словно впитывая их из воздуха. Еще Элеонора Рузвельт10 заметила, что великие умы обсуждают идеи, средние – события, а мелкие – людей. Так что попробовать стоит. Если удастся разговорить охранника, то, может, он и список посетителей ей покажет. Немолодой охранник смотрел на планшете фильм. Кажется, про агента 007.

– Месье, можно я у вас посижу? – начала издалека Ирэн. – Мой пропуск аннулировали, в кабинет попасть я не могу, а мадам Бий куда-то уехала.

– Вот диваны, вон стулья.

Ирэн послушалась. Но через пару минут снова сделала попытку.

– Мадам Бий ничего не говорила про меня? Знаете, это я была в кабинете, когда все произошло. Ужасный шок.

Последний, кому заносчивая мадам Бий стала бы что-то говорить, – это был охранник. Но людям, занимающим мелкие посты, так не хватает признания, что стоит им подарить лишь немного уважения, они станут твоими верными союзниками. Но кажется не в этот раз.

– Нет.

«Пока он не досмотрит, как Шон Коннери11 победит Доктора Зло12, разговорить его не удастся», – решила Ирэн.

– Ладно. Я подожду.

Мимо проходила уборщица.

«О! Это мой шанс», – подумала Ирэн и сделала обеспокоенное лицо.

– Простите, я не могу попасть в свой кабинет. Моя коллега Ван Синь только злобно хихикает и ничего не объясняет. Может, мадам Бий что-то говорила, что со мной будет? Я так переживаю! Вы ничего не слышали?

Но уборщица посмотрела на нее непонимающим взглядом, а охранник неожиданно засмеялся.

– Она не говорит по-французски. Она еле-еле понимает слово «уборка». Тут стало слишком много иностранцев. Русские, китайцы, индусы. Даже уборщицу – и ту взяли не местную. Я буду жаловаться в профсоюз, знайте!

Ирэн отправилась наверх. Может, в комнате для персонала ей повезет больше.

Там сидели медсестра из клиники и девушка-библиотекарь. Медсестра красила губы, пытаясь сделать их более пухлыми, и, судя по всему, никак не могла добиться идеально ровной линии. Библиотекарь вежливо поздоровалась, ответив на приветствие Ирэн.

– Это вы были с пациентом, да? – спросила она.

– Ей нельзя об этом говорить, – произнесла медсестра, словно Ирэн не существовало, и продолжила красить губы.

– Как вы это переживаете? – спросила библиотекарь. – Я не могу спать. Я видела, как он падал, и эта картина все время стоит у меня перед глазами. А что чувствовали вы, я даже не представляю.

– Я ничего не видела, если честно, – начала Ирэн, но медсестра ее перебила:

– Потому что нарушила протокол и оставила пациента одного.

– Я не нарушала протокол! Покажите мне пункт, где сказано, что нельзя выходить из кабинета! – Ирэн закрыла руками лицо и довольно натурально заплакала. – Я не виновата. Мне и так с этим жить, зачем вы так?

Библиотекарь подошла и осторожно положила ей на плечо руку. Медсестра, видимо, не ожидавшая такой реакции, оторопела и попыталась исправить положение:

– Нет, ну… вас никто не обвиняет. Всякое бывает. Такие пациенты, знаете… От них всего можно ожидать.

Ирэн решила продолжать в том же духе:

– А вдруг он был здоровый? Нам сказали, что не все из них имеют диагноз. Вдруг это правда моя вина? Как мне теперь с этим жить?

– Да не-е-ет! У вас не было ни одного нормального пациента. Они все из клиники. Не переживайте так, правда! К этому сложно привыкнуть, но не всем из них можно помочь.

Ирэн вытерла слезы, выдавила робкую улыбку и сказала:

– Нам нельзя об этом говорить. Мадам Бий будет нас ругать.

– Не будет. Здесь все так засекречено, что нам и рта открыть нельзя. А что там скрывать-то? Обычная работа, ничего такого. Больше важности, набивают себе цену. Я, кстати, Натали.

– Ирэн.

– Марийон, – представилась библиотекарь.

– Кажется, меня уволят из-за этого, – продолжила Ирэн.

– Не уволят. Формально ты ничего не нарушила, – медсестра перешла на «ты». – Профсоюзы их со света сживут, если они только попробуют. Я думаю, тебя переведут на другую работу. Будешь перебирать бумажки. Но потом вернут обратно, когда история забудется.

– Я на испытательном сроке.

– Оу! Ну тогда… Будем надеяться на лучшее.

– Неужели все пациенты были с диагнозом? Ко мне приходили милейшие люди. Вот буквально перед этим человеком приходила мадам, абсолютно здоровая с виду. Ни речь, ни сознание не нарушено. Очень вежливая. Стильно еще так одета – синий костюмчик.

– В синем костюме? Нет, у нее был Альцгеймер. Она уже бывала в нашей клинике и должна была лечь на лечение. Но, как говорится, не судьба.

– Не судьба?

– Передумала, наверное. Никто не хочет уезжать в больницу – это дорога в один конец. Все хотят как можно дольше побыть дома. Но сознание угасает, и она уже не вернется к нормальной жизни.

– А второй?

– Что второй?

– У него тоже был Альцгеймер?

– Нет, шизофрения. Но в ремиссии, не прогрессирующая. Принимая таблетки, такие пациенты подолгу сохраняют работоспособность, и годами ничто не выдает наличие у них диагноза. Но видишь, как вышло.

– Как его звали? Мне нужно знать, пойми. Это все произошло, возможно, по моей вине.

– Я все-таки не могу об этом говорить. Прости, протокол есть протокол.

«На словах мы с тобой, но как только нужна помощь, у нас протокол. Особенность французов. Никакой взаимовыручки», – подумала Ирэн. Она попрощалась с коллегами и опять спустилась на первый этаж, решив действовать на этот раз чуть-чуть наглее.

Заранее включив камеру на смартфоне, она подошла к охраннику и бесцеремонно взяла его тетрадь со списком людей.

– Эй! Вы что? Положите на место!

– Я должна посмотреть, пришел ли мой пациент, – ответила Ирэн, фотографируя список посетителей и уворачиваясь от охранника.

– Положите на место, я вызову жандармов, это частная собственность!

– Я сотрудник университета, у меня есть право на информированность в условиях турбулентности и неопределенности. К тому же мне нужно выполнять свою работу, которую мне сказали срочно закончить, – Ирэн продолжала нести чушь, делая как можно больше снимков и отвлекая охранника. – Ну вот и все! Я закончила. Месье, благодарю за содействие. Я буду наверху у мадам Бий!

– Придурошная русская! – пробормотал охранник и снова включил свой фильм.

Глава 13

– Похоже, вы были правы, капитан. У нашей убитой в ванне старушки, мадам Жизель Кюри, все же были тайны. В секретере спрятаны фотографии мальчика. От самого рождения и до взрослого возраста. Но они довольно старые, выцвели, не датированы, и, честно говоря, непонятно, кто это может быть. Мы пытаемся определить возраст фотографий по бумаге – предварительно им от тридцати до сорока лет. Точнее скажем позже.

– Покажите соседкам. И поговорите с пациентами в клинике. Может, она с кем-то общалась, откровенничала. Что еще?

– В молодости она работала в университете Парижа и занималась исследованиями мозга. И вы просто не поверите, как называлась ее научная работа.

Люк выдержал театральную паузу:

– Подождите, я зачитаю дословно: «Клонирование генов и последствия окислительного стресса при нейродегенеративных заболеваниях».

– Она занималась нейродегенеративными заболеваниями в молодости, а в старости ее накрыл Альцгеймер?

– Жуткая ирония, правда?

– Жуткая – это точно. И долго она этим занималась? Кстати, что именно она делала?

– Неясно. Научная работа очень старая, тексты не оцифрованы. Теперь ее труды пылятся где-то в архивах.

– Найдите кого-то, кто работал с ней в это время. Узнайте, что именно она изучала и как долго. Начните с нашего университета – у них точно есть доступ к научным статьям за все годы. Может, они ее даже знают.

Глава 14

Мадам Бий была одета в черную блузку с белым бантом и напоминала толстую сороку. Весь кабинет она обставила в черно-белых цветах, и, видимо, это казалось ей удачным интерьерным решением. Сама мадам смотрелась здесь как шахматная королева. Даже ее очки сегодня были с черно-белой оправой и она явно чувствовала себя иконой стиля.

– Ирэн, в связи с обстоятельствами мы пока направим ваши усилия на то, чтобы помочь с организацией предстоящей конференции. К научной работе вы вернетесь чуть позже, когда уляжется шумиха.

Ван Синь хихикнула, и мадам Бий строго на нее посмотрела.

– Вы можете помочь вашей коллеге.

Ван Синь тут же посерьезнела и выпалила:

– Я бы рада помочь моей коллеге, но я и так сплю по четыре часа, потому что занимаюсь подготовкой большого аналитического отчета по нашей работе. Если мы хотим сделать ошеломительный доклад на конференции, то бумажками должен заняться кто-то еще.

Килиан сочувственно посмотрел на Ирэн и добавил:

– Ван, а давай я возьму на себя математические расчеты и работу с матрицами, а ты поможешь Ирэн? Заодно переключишься. Спать по четыре часа очень опасно. Досадно будет, если допустишь ошибку. Поставишь мадам Бий в неловкое положение перед всем научным сообществом.

Ван Синь злобно на него посмотрела, но ничего не ответила.

– Килиан, давай ты поможешь Ирэн, а нашей Ван поможет другой сотрудник. Конференция действительно очень важна. Ошибок быть не должно.

– Мадам, я против. Это моя работа, мое исследование, и я трудилась над ним не для того, чтобы отдать ее кому-то!

– Это моя работа. И это мое исследование, – повысила голос мадам Бий. – Не забывайтесь, Ван Синь! Вам просто повезло все это делать под моим началом. С сегодняшнего дня работаете над докладом вместе с другим коллегой.

– А вот я с удовольствием помогу с организацией конференции, – решил разрядить обстановку Килиан. – Подготовка круглых столов, общение со спикерами, модераторами. Это же отличная возможность.

– Для чего? – уточнила мадам Бий

– Для… всего.

Мадам Бий отметила про себя, что эти паршивцы только и мечтают, чтобы пробить себе дорогу наверх. «По головам готовы ходить, только бы сделать себе имя», – вспомнила профессорша себя в их возрасте.

Ирэн, знавшая от капитана Николя Фонтен, чего на самом деле хочет мадам Бий, все совещание лишь молчала, стараясь ничем не выдать свою осведомленность. Однако время не на ее стороне. Она не знала, что дальше захочет выкинуть эта лживая профессорша. Ей нужно как можно скорее и как можно больше разузнать о пациентах.

– Мой магнитный ключ не работает. Я не могу заходить в кабинет. А мне, как минимум, нужен доступ к компьютеру, – сказала Ирэн.

– Да, конечно. Это лишь на несколько дней. Вы же понимаете, на меня давят. Мы должны все проверить, соблюсти протоколы комитета по этике, все предписания, и потом вы снова получите свой доступ.

– И где мне тогда работать?

– Вы можете пока пользоваться компьютерами в библиотеке.

– Гостевыми?

– Это временная мера.

Когда совещание уже подходило к концу, Ирэн включила диктофон на своем смартфоне и аккуратно положила его под стул. А затем все, кроме мадам Бий, вышли из кабинета и отправились по своим делам. Кроме Ирэн, которая пошла в библиотеку выполнять задание мадам Бий на гостевом компьютере.

Глава 15

В ее вместительной сумке лежало все, что нужно. У них было чуть меньше получаса, и Ван Синь знала, как можно успеть доставить удовольствие. Под ее мешковатым платьем оказались маленькие трусики из черного латекса, такой же черный лифчик и маленькая плетка, висевшая на кружевном черном поясе. Из сумки она достала туфли на шпильке, надела их и постучала в дверь кабинета.

– А где мой плохой… грязный мальчик?

Профессор Кац удовлетворенно откинулся на кресле.

– Смотри что я принес для нас сегодня!

С этими словами профессор достал из портфеля пачку презервативов черного цвета с такими же черными шипами и усиками.

– У-у-у… Кто-то хочет погорячее? Ладно. Но мы должны вести себя очень тихо, да? – продолжила Ван Синь, доставая маленький игровой кляп и засовывая его в рот профессору. – Ты плохо себя вел, и за это будешь наказан.

***

Уже одеваясь, Ван Синь сказала:

– Я не приду сегодня ночью. Дракониха заставила меня все переделать.

– Не-е-ет! Мой цветочек обязательно должен сегодня приехать. Я покажу тебе кое-что интересное.

– Твой цветочек скоро завянет от такой нагрузки. А ты никак не хочешь мне помочь.

Ван Синь надула губки и стала похожа на маленькую куклу.

– Я помогу! В нужный момент я сделаю так, что твоя карьера взлетит! Нужно просто дождаться подходящего случая. Я же пообещал тебе дать самые громкие рекомендации и ускорить статью в журнале.

– Одна статья даже в журнале Q1 никак не поможет моей карьере взлететь.

– При удобном случае мы найдем возможность, которая продвинет тебя. Или кто-то откроет какую-то вакансию, и ты займешь большую должность, или подвернется какой-то грант. Я дерну за нужные ниточки – и мой цветочек станет очень важным человеком. Потерпи.

Глава 16

Ирэн воспользовалась внутренним телефоном и позвонила в кабинет мадам Бий.

– Мадам, простите, что отвлекаю. Я знаю, что это противоречит протоколу, но я хотела бы ознакомиться с историей болезни моих пациентов. Той, которая передала письмо, и тем, который выпрыгнул из окна. Я хотела бы взять на себя дополнительную нагрузку и попросить вас дать мне возможность написать научную статью, описав эти случаи более подробно. Анамнез, история взросления и та работа, которую уже удалось проделать. Если это возможно. Можно мне получить папки с историей болезни этих пациентов? Где они могут быть? Может, Ван Синь могла бы мне их передать? Дела пациентов хранятся у нее?

Ирэн знала две вещи. Во-первых, они не хранятся у Ван Синь. А во-вторых, профессорша не то, что не позволит писать статью – она даже не разрешит взглянуть на эти документы. Но Ирэн это было и не нужно.

– Ирэн, понимаю ваше рвение и ваши чувства, но сейчас лучше сосредоточиться на другом. Впереди конференция, и каждый ценный сотрудник должен сейчас внести свой вклад в то, чтобы она прошла безупречно. Мы должны сделать все для нашего университета. А потом, если вы сохраните ваш интерес, конечно, мы вернемся к этому вопросу.

Положив трубку, мадам Бий набрала еще один номер.

– Папку Фредерика Саванжа и Жизель Кюри принеси в мой кабинет. И еще. Тебе же не надо говорить о том, что эти папки не стоит ни под каким предлогом передавать или показывать другим сотрудникам? … Нет? Ну и прекрасно.

***

Еще через полчаса в кабинет мадам Бий снова постучали.

«Да что ж такое? Уже вечер, а они все ходят и ходят.» – подумала профессорша. Спрятав бокал вина в шкаф, она разрешила войти.

– Мадам Бий, простите! – Ирэн зашла в кабинет с выражением искреннего сожаления на лице. – Простите, что снова вас беспокою, но мне кажется, я выронила свой телефон во время совещания. Кажется, он выпал из кармана. Можно я посмотрю под столом?

Ирэн подошла к столу для совещаний, заглянула под стул и довольно искренне порадовалась:

– Слава Богу, он здесь! Не представляю, что бы я делала, если бы потеряла его! Извините еще раз.

Ирэн отправилась домой, по пути прослушивая запись с диктофона. Подъехав к дому, она уже знала имена двух своих самых странных пациентов. Даши еще не было, и она, не отвлекаясь ни на что, приступила к поиску.