Встретишь демона – убей!

Предмет её мрачных размышлений действительно явился к ужину, и, когда серту ровно в восемь зашел в библиотеку и недвусмысленно махнул рукой, приглашая её следовать за собой, Ира обнаружила постылого супруга восседающим во главе стола со становящейся уже привычной жутковатой улыбочкой.

Место для Иры было накрыто напротив, а не рядом с Кантеру. «Прям как в лучших домах Лондона и Парижа», – хмыкнула она про себя, присаживаясь, и уже хотела проявить вежливость и поинтересоваться у некроманта, как прошел его день, как почувствовала некое внутреннее сопротивление этому намерению. И не только почувствовала, но, к счастью, и сумела сообразить, что преодолевать его не стоит, поскольку так проявляется остаточное воздействие наложенного на Ирту заклинания послушания.

«А ведь точно! – припомнила Ира. – Он же разрешил мне только отвечать, когда он ко мне обращается, и самой обращаться с вопросами и просьбами, если мне что-то нужно. И если бы я сейчас полезла со своими расспросами из вежливости, сразу бы понял, что что-то пошло не так». Облегченно выдохнув, она приступила к ужину, постаравшись вообще ни о чем не думать, а то вдруг этот мерзкий гаденыш сможет как-то прочитать её мысли, – про способности некромантов Ирту, а значит, и Ира почти ничего не знала. В присутствии этого жуткого типа заталкивать в себя еду удавалось с трудом, но приходилось себя заставлять, чтобы не вызывать ненужных вопросов о причинах отсутствия аппетита.

– Чем ты сегодня занималась? – поинтересовался Кантеру, когда покончил с ужином и перешел к потягиванию какого-то напитка, который серту наливал ему в небольшую рюмочку из бутылки темного стекла без какой-либо этикетки.

– Я осмотрела дом, господин, проверила, какие продукты есть в наличии, а потом изучала справочник по травоведению, который нашла в библиотеке.

– Целый день? – изумленно приподнял брови некромант.

– Да, господин, ведь это великолепное издание под редакцией самого Бартиану Льясу, – ответила Ира, своевременно выудившая из памяти Ирту эту информацию.

– Что ж, похвально, – сухо кивнул Кантеру. – Завтра к обеду приедет мой друг, так что распорядись, чтобы серту приготовил полный обед, да чтобы мяса было побольше, насчет напитков я сам дам ему указания.

– А твой друг останется на ужин, господин?

– Почему ты спрашиваешь? – отчего-то напрягся Кантеру.

– Чтобы знать, какие указания давать серту насчет ужина, господин, – с некоторым недоумением ответила Ира.

– Ну да, всё правильно, лучше тебе продумать меню заранее, – Ирин ответ явно успокоил некроманта. – Да, он останется на ужин, поэтому займись приготовлениями прямо с утра, чтобы нам успели доставить нужные продукты из города, если они понадобятся. Если потребуется что-то докупить, напишешь список и отдашь мне, а я пошлю вестник неору Банельесе, и всё доставят прямо сюда.

– Хорошо, господин.

– А сейчас иди в свою спальню. Завтра утром серту тебя разбудит к завтраку. Можешь взять себе что-нибудь почитать в библиотеке, ты можешь брать там любые книги, те, что тебе нельзя трогать, хранятся в моем кабинете.

– Спасибо, господин, – поблагодарила Ира и с немалым облегчением покинула столовую, действительно направившись в библиотеку.

Конечно, больше всего ей хотелось почитать «Магическое право Королевства Баунилья», но взять эту книгу Ира не рискнула, вдруг некромант заметит и что-то заподозрит. Поэтому она прихватила тот справочник по травоведению, который листала днем, и отправилась к себе, намереваясь для начала всё-таки изучить магический договор.

Договор и правда нашелся в сумке Ирту, стоявшей в шкафу. Но, увы, безупречно составленный юридический документ ничем Иру не порадовал – в нем не нашлось ни малейшей лазейки. Поэтому остаток вечера она потратила на более внимательное изучение своего нового гардероба, а также содержимого туалетного столика, попутно выяснив, что Кантеру всё-таки позаботился о всяких там шпильках – заколках, хотя и не исключено, что Ирту была права в своих опасениях, и эти вещи остались от его предыдущих жен. В отличие от вещей в шкафу, выглядевших однозначно новыми, внешний вид этих дамских мелочей не дал Ире ни малейшей подсказки насчет того, как давно они были приобретены.

Когда она закончила, на часах, стоявших на туалетном столике, было уже почти одиннадцать, и, как это ни странно, но только в этот момент Ира осознала, что часов в сутках здесь тоже двадцать четыре. Хотя, не так уж это было и удивительно, учитывая, сколько всего с ней произошло за эти самые сутки.

Принимая перед сном ванну, Ира старательно отгоняла воспоминания о том, что увидела сегодня в подвале, но получалось не очень хорошо. Однако через некоторое время, хотя тягучая тоска в груди никуда не делась, ей всё-таки удалось сосредоточиться на планах на следующий день. Вот, например, стоило бы завтра помыть голову, тем более, что будет какой-то гость. Не то чтобы ей было такое уж большое дело до того, что о ней подумает гость некроманта, но Ира была убеждена, что чем тяжелее обстоятельства, тем меньше поводов распускаться, поэтому намеревалась не только следить за опрятным внешним видом доставшегося ей нового тела, но и попытаться улучшить его состояние, попробовав какой-нибудь укрепляющий шампунь и средства для улучшения кожи рук и лица.

Она боялась, что долго не сможет уснуть, однако, интенсивные переживания, по всей видимости, утомили её настолько, что Ира снова заснула практически мгновенно.

«Интересно, – подумала она засыпая, – а Ирту умерла или очнулась в моем теле с обрывками моих воспоминаний?»

Проснулась Ира снова от мерного стука в дверь. И снова расстроилась, на сей раз – до слез, потому что этой ночью ей приснилась не жизнь Ирту, а её собственная. Причем тех времен, когда еще был жив Володька. И так в этом сне было хорошо, что Ира, наверное, и в собственном доме проснулась бы без особой радости, а уж в жилище проклятого некроманта – тем более.

Но вставать, конечно же, пришлось. Вставать, открывать дверь, чтобы серту прекратил в нее долбиться, умываться, одеваться и идти на завтрак. В этот раз, кстати, серту дожидаться её не стал, видимо, потому что теперь она знала, куда идти.

Когда Ира вошла в столовую, Кантеру уже заканчивал завтрак, так что сидеть с ним за одним столом не пришлось.

– Если понадобится посылать за продуктами, напиши список, бумага, ручки и чернила есть в ящиках стола в библиотеке. Потом принесешь его мне, я буду у себя в кабинете, – бросил некромант на ходу, направляясь к двери.

– А где твой кабинет, господин? – уточнила Ира, больше всего боявшаяся выдать излишне свободным поведением, что может не подчиняться заклятию, и получить новую порцию какой-нибудь магической гадости от этого мерзавца.

– Ах да, я же тебе не сказал, – поморщился тот. – Кабинет на втором этаже, через одну дверь от твоей спальни. И не входи, даже если там будет не заперто, постучись и жди, когда я сам открою, поняла?

– Поняла, господин, – послушно согласилась Ира.

Закончив завтрак, Ира велела серту убрать со стола и помыть посуду, а сама пошла на кухню, чтобы еще раз взглянуть на имеющиеся продукты и продумать меню. Учитывая пожелание насчет «побольше мяса», докупить этого самого мяса и впрямь было бы неплохо. Еще требовались свежие овощи и зелень. Определившись, Ира направилась в библиотеку, где действительно нашлись и бумага, и ручки, и запас чернил.

Со списком в руке она постучала в дверь кабинета некроманта и замерла в ожидании. Кантеру не заставил себя долго ждать и открыл дверь буквально через минуту. Ира протянула ему список и, пользуясь случаем, задала вопрос, который пришел ей в голову только сегодня:

– А что будет, если я прикажу серту приготовить блюдо, делать которое он не умеет, господин?

– Если серту дают приказ, который он не может исполнить, он качает головой, как человек, когда обозначает «нет».

– А можно ли его как-то научить готовить что-то новое, господин?

– Да, для этого нужно дать ему команду изучить новый рецепт, произнести название блюда, потом список ингредиентов с указанием количества, а потом описать способ приготовления. У тебя всё?

– Еще я хотела спросить, есть ли какой-то способ позвать серту, если он мне нужен.

– А я разве не давал тебе свисток? – недоуменно нахмурился Кантеру.

– Нет, господин, ты только написал в записке, как правильно давать команды.

– Да, точно. Сейчас, – с этими словами некромант захлопнул дверь у Иры перед носом, не дав возможности рассмотреть обстановку кабинета, пока он будет искать этот свисток.

Долго ждать не пришлось и в этот раз, видимо, нужная вещица находилась под рукой. Это и правда оказался небольшой цилиндрической формы свисток белого металла, в который, как объяснил Кантеру, действительно нужно было просто посвистеть, чтобы подозвать серту. Получив полезный артефакт, Ира отправилась в библиотеку, прикинув, что серту еще явно не успел закончить с посудой, да и начинать приготовления к обеду пока рановато.

Очень хотелось всё-таки почитать «Магическое право». Раздумывая, рискнуть или не стоит, Ира неожиданно поняла, что заклятие послушания имеет еще один побочный эффект – она четко чувствует, где именно в данный момент находится Кантеру. Трудно сказать, было ли так изначально задумано, или, наоборот, подобное чувство направления стало следствием того, что действие заклятия заметно ослабло, однако же эта особенность была чрезвычайно полезной, и теперь Ира могла спокойно заниматься чем угодно, главное было не забывать краешком сознания отслеживать местонахождение мерзкого некроманта.

На сей раз предметом её изучения стал раздел про семейное право. К удивлению Иры, выяснилось, что непосредственно законами права женщин в браке и семье, собственно, никак и не ущемлены. Женщины, как и мужчины, имели право самостоятельно принимать решение о вступлении в брак, начиная с шестнадцати лет. Права в отношении детей также были предоставлены обоим родителям в равной мере, и ограничение этих прав брачными договорами не допускалось, равно как и освобождение кого-либо из родителей от обязанности по содержанию детей и их воспитанию.

Имущественные же отношения супругов регулировались обычно брачным договором, который можно было заключить как до вступления в брак, так и после, и изменять в любое время по соглашению сторон. А вот правила на случай, если договора не было, сильно отличались от привычных Ире: каждый из супругов в этом случае имел право только на то имущество, которое ему принадлежало до брака, и на то, которое он получил или заработал после его заключения, однако муж был обязан содержать жену, если у нее не было собственного дохода.

Разводы не были запрещены, но допускались либо по соглашению между супругами, либо через суд и при наличии «веских оснований», перечень которых не раскрывался и, по всей видимости, устанавливался судом. Причем, что интересно, и в том, и в другом случае с момента заявления о расторжении брака до момента оформления документов о разводе должно было пройти не менее полугода, это было что-то вроде срока на примирение.

Как поняла Ира, просмотрев другие разделы книги, совершеннолетие в Баунилье наступало в шестнадцать лет. С этого возраста можно было не только вступать в брак, но и самостоятельно решать, где и на кого учиться, где жить и кем работать. И с этого же возраста прекращалась обязанность родителей содержать своих детей.

В общем, на бумаге всё выглядело вполне прилично, но, как Ира знала из истории своего мира, в реальной жизни законы определяют не всё. Ведь что толку, что девушка имеет формальное право сама решать, чем ей заняться, если на обучение выбранной профессии нужны деньги, а их нет? Тут поневоле придется выбирать – работать на самой черной работе и неизвестно сколько копить медяки или выйти замуж за выбранного родителями человека.

К тому моменту, как Ира решила, что пора бы уже дать серту указания насчет приготовления обеда, оказалось, что все заказанные ей продукты уже доставлены, поэтому планы в отношении обеденного меню она смогла воплотить беспрепятственно. Правда, пришлось обучать серту готовить окорок, запеченный в фольге, но это действительно оказалось несложно, всё же серту был чем-то вроде робота – как запрограммировал, так и работает. Хотя, конечно, было немного странно, что специальная фольга в кладовой была, а пользоваться ей для готовки серту до сих пор никто не научил. С другой стороны, никаких подробностей о предыдущих женах Кантеру Ирту не знала, возможно, никто из них и вовсе не умел готовить.

Мысленно порадовавшись, что вовремя сообразила поинтересоваться у некроманта, как обучать серту, Ира задумалась о том, что вообще за то недолгое время, что она тут находится, у нее как будто обострилась интуиция, словно появился некий внутренний компас, подсказывающий, как следует поступить. И ладно обучение серту, это могло быть и совпадением. Но ведь и вчера её, никогда не отличавшуюся обостренным духом противоречия, вдруг потянуло в запретный подвал, да еще и именно в ту комнату, где она обнаружила несчастную замученную Кантеру женщину.

«Наверное, это из-за того, что я нахожусь в опасной ситуации», – решила Ира и пошла к себе, чтобы помыть голову и опробовать магическую шапочку для сушки волос, которую прихватила из дома Ирту. И, кстати, правильно сделала, потому что такую полезную вещь некромант для жены приобрести почему-то не догадался.

Шапочка оказалась и впрямь волшебной, с её помощью густые волосы Ирту высохли всего за полчаса, не потеряв мягкости и блеска. Такой чудесный эффект полностью искупал неказистую форму – выглядела вещица как дурацкая шапочка для душа на резиночке, да еще и с дырочками. Так что Ира бережно повесила полезный артефакт на крючок в ванной рядом с полотенцами, чтобы он остыл, а сама стала одеваться к обеду.

К обеду её снова приглашал серту. «Мог бы и драгоценный супруг по дороге в столовую за мной зайти, чай, невелик труд, в дверь-то постучать», – ядовито подумала Ира, но потом решила, что, наверное, гость уже приехал, и Кантеру занимает его беседой в ожидании обеда.

И действительно, некромант уже сидел за столом в обществе ничем не примечательного темноволосого мужчины (кстати, светловолосых Ира в воспоминаниях Ирту еще не видела), которому на вид тоже было около сорока.

– Моя жена Иртуринья, – представил её Кантеру.

Его собеседник вежливо улыбнулся, внимательно разглядывая Иру, и представился сам:

– Дьягу Банара.

Ира кивнула, но ничего не ответила, поскольку разговаривать с другими людьми некромант ей не разрешал. Видимо, эта мысль пришла в голову и гостю, поскольку он с ироничной улыбкой поинтересовался у Кантеру:

– Может, разрешишь своей жене поговорить со мной?

– Нет, – угрюмо отрезал некромант. – И мы не будем это обсуждать.

Так что Ира обедала молча, а мужчины общались между собой. И обсуждали они исключительно погоду и цены на какие-то ингредиенты, названия которых Ирту были незнакомы. Мысленно уговаривая себя, что этому телу надо хорошо питаться, Ира размеренно работала столовыми приборами, тщательно пережевывала пищу и с некоторым трудом её проглатывала, постоянно запивая, чтобы не застревала. Никакого удовольствия от еды при этом она, разумеется, не получала, хотя на вкус всё было весьма приличным.

Когда обед подошел к концу, Кантеру обратился к Ире с немного неожиданным, но очень привлекательным предложением:

– Я решил позволить тебе оборудовать свою лабораторию в свободной комнате на первом этаже. Велишь серту отвести тебя в кладовую в подвале, там есть кое-что из моего старого оборудования, всё, что тебе подойдет, он отнесет и расставит, как скажешь. Если чего-то будет не хватать, напишешь список и отдашь мне, я закажу. Но это всё завтра, а сейчас иди к себе, ужин серту подаст в твою комнату. Можешь сначала зайти в библиотеку, взять что-нибудь почитать.

– Спасибо, господин, – немного удивленно поблагодарила Ира – такой заботы от некроманта она не ожидала.

Как только Ира вышла из комнаты, из-за двери, которую она даже не успела до конца закрыть донеслась произнесенная с ехидной насмешкой реплика гостя:

– Ты меня поражаешь! Собираешься принести её в жертву, причем самым мучительным образом, и при этом заботишься, чтобы в ожидании этого знаменательного события она не скучала!

Услышанное настолько потрясло Иру, что она даже не сразу поняла, что тело продолжает выполнять приказ некроманта, шагая в сторону лестницы на второй этаж. Сцепив зубы и сжав волю в кулак, Ира сделала несколько широких шагов назад и снова оказалась у неплотно прикрытой двери. Однако оставаться на месте и стоять неподвижно было тяжело, поэтому она решила пойти на хитрость: делала несколько крошечных шажочков в сторону лестницы, а потом – один широкий шаг назад. Хитрость сработала: так сопротивляться заклятью оказалось легче. Да и эта ходьба на месте немного помогала бороться с леденящим страхом, снова сжавшим внутренности.

Сосредоточившись на том, чтобы взять контроль над телом, Ира пропустила часть ответа Кантеру и услышала только его окончание:

– … поэтому пусть она лучше будет при деле, чем забивает голову размышлениями о своей судьбе.

– Что ж тогда ты наложил на нее заклятие послушания, раз ты такой добренький? – продолжал ехидничать Дьягу.

– Не делай вид, что ты не понимаешь, – не менее язвительно ответил Кантеру. – То, как я с ней обращаюсь, продиктовано исключительно разумными соображениями. Я и так уже провалил три попытки из-за собственной непредусмотрительности.

– Ты хочешь сказать, что это было не из-за того, что что-то не так со схемой твоего ритуала? – голос гостя прямо таки сочился недоверием.

– Конечно! – возмущенно ответил Кантеру. – С моим ритуалом всё в порядке: и схема, и время проведения – в ночь зимнего солнцеворота – всё просчитано идеально! А вот с жертвами действительно были проблемы. С первой я в первую же ночь не удержался и дал волю своим инстинктам, хорошо хоть совсем не зарезал.

«Значит, эта несчастная в подвале отдала свою жизнь вместо моей», – мысленно горестно вздохнула Ира, сдерживая набежавшие слезы.

А Кантеру тем временем продолжал:

– Ну и потом еще я за ней не уследил – едва она смогла встать с постели, как попыталась сбежать. В итоге пришлось не только наложить на нее заклятие послушания, но и держать в подвале, чтобы никто даже случайно не увидел, что я с ней сотворил. Поэтому мало того, что несмотря на лечение, у нее остались шрамы, и ритуальный узор лег неровно, так и она сама была ослаблена – всё-таки полгода в подвале никому не идут на пользу – вот ничего и не вышло. Со второй я учел свои ошибки и лучше контролировал себя в первую брачную ночь, да и потом избегал с ней близости, отговорившись несуществующим ритуалом, необходимым для зачатия. Ну и заклятие послушания сразу наложил. Но поскольку заняться ей было совершенно нечем, ведь я никуда не позволял ей выходить, а читать она почти не умела, то, маясь от безделья, она только и думала о том, что тоже может умереть, как и моя первая жена. Поэтому, хотя она сидела и не в подвале, всё равно к моменту ритуала была слишком ослаблена, чтобы что-то могло получиться. С третьей я учел и это, но у нее оказались небольшие способности к магии, которые исказили ток силы в ходе ритуала, поэтому с ней не получилось тоже. Ирту же – идеальная кандидатка, магии в ней ни капли, так что да, я собираюсь о ней как следует заботиться, чтобы наконец-то всё получилось как надо.

– Но она же такая страшненькая! Что будешь делать, если она всё-таки переживет ритуал: прирежешь, чтобы не путалась под ногами?

– Зачем же? Хорошие травницы на дороге не валяются. Если мне удастся открыть врата, даже самая уродливая в этом мире жена не будет мне мешать ни в малейшей степени. Пусть себе живет, готовит свои зелья, я, может, даже еще и мага какого ей в помощь подберу. Не забывай, что, даже если врата будут открыты, находиться в этом мире мы по-прежнему сможем только в человеческих телах, а для их надлежащего функционирования хорошие зелья лишними не будут.

«Врата? В человеческих телах? Да кто же вы такие?!» – увлекшись размышлениями, Ира снова упустила контроль и спохватилась уже почти возле лестницы. На этот раз вернуть власть над телом оказалось уже проще, и она снова начала ходить туда-сюда у двери, не желая упустить ни единого слова из этой жутковатой беседы.

Однако разговор свернул на обсуждение каких-то технических деталей планируемого Кантеру ритуала и стал совершенно непонятным, ведь в магии Ирту не разбиралась, тем более в магии некромантов, так что её память ничего подсказать Ире не могла.

Ира уже хотела пойти к себе и всё хорошенько обдумать в спокойной обстановке, как беседа вновь изменила русло.

– А кстати, ты знаешь, что Баинейру уничтожили? – поинтересовался Дьягу.

– Неужели? – удивленно переспросил Кантеру.

– Представь себе, он совершенно потерял осторожность. А ведь и я, и ты неоднократно говорили ему, что недооценивать людей опасно.

– И что же с ним произошло?

– О! Ты не поверишь, что вытворил этот идиот! Я услышал эту историю от человека, который непосредственно участвовал в событиях, так что смог узнать все подробности из первых рук.

– Ну и? – поторопил его Кантеру.

– Так вот, – продолжал Дьягу, – не знаю, в курсе ты или нет, но Баинейру всегда предпочитал развлекаться в Тарджийском лесу. Поскольку он, в отличие от тебя, мой друг, всегда ограничивался простыми убийствами без дополнительных повреждений, просто перерезая жертве горло, то даже если тела и находили, всё списывали на нападение разбойников, поскольку у него хватало ума еще и обчищать бедолаг, которые ему попадались. Но где-то с месяц назад он перерезал целую группу девиц, отправившихся в лес за какими-то лекарственными травами. Их вроде было трое. Не прошло и недели, как он проделал это снова, причем неподалеку, и отправил к Транзисэу аж пятерых, среди которых была и парочка детей. Тут уже даже распоследнему недоумку стало бы ясно, что разбойники ни при чем, да и полиция Тарджи оказалась на высоте: их эксперты сумели определить, что раны были нанесены одной и той же рукой. Поэтому лес стали скрытно патрулировать замаскированные наряды полиции, сопровождавшие каждую группу желающих там прогуляться. И еще через неделю Баинейру попался.

– Так его поймали полицейские? – в голосе Кантеру прорезалось неподдельное удивление.

– Представь себе! А поскольку то, что он творил, на поведение нормального человека никак не походило, то его, обвешанного ограничительными амулетами, под конвоем и со всей возможной осторожностью направили на экспертизу в Джиалэу, где, как ты понимаешь, быстро разобрались, что к чему, и избавили этот мир от присутствия бедняги Баинейру.

– Но что на него нашло? – изумление в голосе Кантеру зазвучало уже явно.

– Не имею ни малейшего понятия. Думаю, что узнать это мы сможем только тогда, когда Мэстри Каминьо тоже отправит нас в вечное путешествие.

– Уверен, это случится еще очень не скоро, – прокомментировал Кантеру.

– Предлагаю за это выпить! – радостно отозвался Дьягу.

– Не возражаю. Только прикажу серту подать еще вина, а то ты всё уже выхлебал.

Услышав последнюю фразу, Ира пулей метнулась в комнату, предназначавшуюся под её лабораторию, и, подглядывая через приоткрытую дверь, замерла в ожидании, когда серту сначала явится по свистку некроманта, а потом отправится в подвал за вином. Как только скелет скрылся в подвале, она опрометью кинулась на второй этаж и перевела дух только у двери в библиотеку, куда всё-таки решила заглянуть за книгой, чтобы не вызывать вопросов, чем же она весь вечер занималась в своей комнате.

***

Август 7830 года, Джиалэу

Неннория Вутеррес была вдовой и жила вдвоем со взрослой дочерью Паризой. Были у Неннории и сыновья, но они уже были женаты и жили отдельно, поскольку семья Вутеррес была довольно состоятельной, и у каждого из сыновей было свое, пусть и не очень большое дело.

Париза вскоре тоже собиралась замуж, и не просто за приличного молодого человека из хорошей обеспеченной семьи, а еще и по любви. Неннория, которая в свое время вступила в брак по воле родителей, очень радовалась за дочь и много времени посвящала подготовке свадьбы, взяв на себя все заботы, за исключением, разумеется, выбора свадебного платья.

Третьего августа Неннория собиралась в десять часов утра посетить ресторан, в котором должен был проходить свадебный банкет, чтобы согласовать с распорядителем последние детали, поскольку до свадьбы оставалось уже меньше недели.

Горничная и кухарка Вутерресов в этот день были выходными, а значит, приготовить себе завтрак и собраться Неннория должна была самостоятельно, поэтому она поставила будильник на восемь утра, чтобы успеть спокойно позавтракать и не спеша добраться до ресторана.

Да, у Вутерресов имелся будильник – часы, снабженные новомодным артефактом, подававшим звуковой сигнал в заранее установленное время.