- -
- 100%
- +
– Почему?.. – совсем запутавшись в сети моих витиеватых объяснений, не сумела промолчать сестричка.
И я вдруг подумала, что с такой матерью следующий князь рискует оказаться не самым дальновидным правителем области. Успокаивало одно – девочкам доставался лишь титул, а бремя власти всегда ложилось на плечи мужчины – сына предыдущего князя или супруга юной княгини. То есть переживать имело смысл только за племянника. А у него, как у любого ребёнка, родителей было двое. И родной отец будущего князя не походил на полного идиота. Нет. Чтобы раз за разом охмурять девушек и уходить безнаказанным, нужно хоть немного разбираться в людях и иметь какие-то зачатки мозга. Возможно, строгое княжеское воспитание отшлифует остальное, превратив сына изворотливого ловеласа если не в мудрого, то, по крайней мере, в хитрого правителя.
Звучало уже не столь плохо.
– Потому что князь бесплоден, на что указывают его многочисленные бездетные браки, – разжевала, на секунду отвлёкшись от основной темы разговора.
Чтобы Мирта не успела сообразить, куда пропали остальные княгини. Ведь её убедить в невиновности князя было бы гораздо сложнее, чем меня… И плевать, что я бы никогда не отправила сестру в объятия смерти, а родители никогда бы не отдали дочь мужчине, имейся у них хоть капля сомнений в его порядочности! А про убийцу и говорить нечего. Объяснять это сестрёнке пришлось бы долго и нудно. У меня просто не было на это времени.
– А раз честным путём наследников ему не видать, я и настаиваю на твоём участии в этой авантюре, – переключилась обратно на насущные проблемы. – Чтобы убить двух зайцев одним выстрелом – пристроить тебя с ребёнком и защитить нас от твоего позора… А то и трёх – ведь когда ты превратишься из просто княгини, в княгиню-мать, нашей семье тоже перепадёт немного благодарности счастливого отца. Да одно такое родство сделает наших братьев самыми завидными женихами в округе! А если кто-то из них осмелится попросить князя оплатить обучение – уверена, он ни за что не откажет!
– А если кто-то догадается, что ребёнок на самом деле не его?.. – почти смирившись, вяло возразила Мирта.
Однако я всё предусмотрела.
– Вероятность этого стремится к нулю, – заявила с видом эксперта. – Срок у тебя сейчас микроскопический – ни один врач не придерётся – так что до родов беспокоиться нечего. А после было бы страшно, если бы биологический отец ребёнка внешне сильно отличался от законного, но в молодости князь тоже был высоким и тощим. Вон, его до сих пор иногда с жердью сравнивают – по старой памяти. Шатеном, правда – но ты-то светленькая, так что цвет волос малыша подозрений не вызовет. А мелкие черты разглядывать никто не станет – слишком велика разница в возрасте между ним и его наследником, чтобы утверждать что-то наверняка. Слухи же о твоей неверности до него не дойдут, потому что ты будешь изображать меня. А я в глазах общества чиста и невинна.
Меня было практически невозможно загнать в тупик – настолько хорошо я подготовилась. И Мирта серьёзно задумалась.
– Не могу, – спустя минуту виновато выдавила она. – Одна мысль, что мне предстоит с ним спать, вселяет в меня ужас. Давай лучше я сбегу вместо тебя. По-настоящему. Без подмен и обманов. А?
И мне стало очень-очень грустно. Потому что сестра умудрилась нащупать то самое белое пятнышко неизведанной территории на моей идеально составленной карте.
– Куда? – печально вздохнув, я покосилась на тёмный квадрат окна. – Даже у меня ещё нет чёткого понимания, что делать дальше. Как жить. Где взять средства… Но я разберусь. У меня достаточно сил преодолеть любые трудности. А ты… Ты не выживешь. Одна, да ещё с младенцем на руках… Признай это.
Мирта гулко сглотнула, безмолвно согласившись с моими доводами.
– Зато у князя тебе не придётся печься о насущных проблемах, – снова переключилась на уговоры. – В его замке тебя ждёт роскошная, лёгкая жизнь. Власть. Деньги… И за всё это придётся всего пару раз позволить ему к себе прикоснуться.
– Вот сама и позволяй! – не упустила случая взбунтовать сестра.
Уже не столь рьяно, как прежде, что, безусловно, обнадёживало.
– Окажись я на твоём месте – позволила бы! – парировала в ответ. – Закрыла бы глаза и представила кого-нибудь, дорогого моему сердцу. Да хоть того же сбежавшего парня. Тебе же было с ним хорошо?
– Не особо, если честно, – скривилась Мирта.
– Тем более! – тут же ухватилась я. – Вдруг князь окажется хорошим любовником и своими ласками заставит тебя забыть обо всём на свете?
– А если нет?
– Тогда ты выждешь несколько недель – и обрадуешь мужа! Узнав о твоём деликатном положении, он сразу окружит тебя заботой и больше не притронется, чтобы случайно не навредить малышу. Будет беречь как зеницу ока…
– А потом? Он ведь наверняка захочет ещё детей.
– Не думаю. Говорят, с возрастом мужская сила ослабевает. Возможно, ему будет сложно ещё с первым. И мучиться дальше князь просто не захочет. А когда он умрёт – гораздо раньше тебя – ты освободишься и сможешь повторно выйти замуж. Уже за того, кто будет тебе симпатичен, – использовала последний аргумент.
И сестрёнка наконец-то капитулировала!
– Ладно, – мрачно, но твёрдо обронила она. – Твоя взяла. Меняемся. Мои документы в верхнем ящике комода. В глубине справа. А твои?
– Мои там же. Только в соседней комнате, – улыбнулась я.
Не забыв, впрочем, быстренько метнуться в нужный угол и забрать драгоценные бумажки.
Вот что значит, сёстры. Даже мыслят одинаково… Порой.
– Ты сейчас уедешь? – стоило мне снова подойти к кровати, спросила Мирта.
Вроде безразлично – но я чувствовала, что она на грани и вот-вот расплачется.
– Нет. Сначала мне нужно кое-что сделать, – села обратно. – Возможно, я ещё вернусь и немного поиграю саму себя. Но вряд ли. Так что давай всё же попрощаемся…
И раскрыла руки для объятий… Чтобы в следующее мгновение пошатнуться от той пылкой стремительности, с которой на меня бросилась сестричка.
– Я буду скучать! – всё-таки намочив мне шею, жалобно прошептала она.
– Я тоже, – сомкнув ладони на её спине, призналась неожиданно изменившимся голосом.
После чего непреклонно высвободилась, встала и торопливо покинула спальню Мирты. Чтобы она не увидела, насколько тяжело мне дался этот отчаянный шаг… К тому же – не последний.
Впереди ждало самое сложное. И расклеиваться было пока рано.
Наскоро переодевшись, я опять выскользнула в коридор, практически беззвучно спустилась в прихожую и через сени вышла на улицу, взяв курс на сельскую библиотеку и, по совместительству, клуб для местных работяг. Благо, располагалась она всего в нескольких километрах вниз по дороге и работала круглые сутки… По крайней мере, та часть, которая была мне нужна.
Основательно подмёрзнув в пути, я уже начала сомневаться в правильности выбранного направления (а заодно – в собственной адекватности), когда из темноты внезапно вынырнуло небольшое здание с двумя дверьми и одним-единственным чердачным окном, из которого лился какой-то потусторонний, слегка голубоватый свет, с трудом продираясь сквозь ночную мглу… В первый момент это жуткое зрелище отбило у меня всякое желание идти дальше, и я чуть было не развернулась, однако окоченевшие конечности заставили меня передумать, цепко ухватиться негнущимися пальцами за деревянную ручку и несколько раз с силой дёрнуть дверь на себя, сгребая в кучу огромный пласт нетронутого снега. Который означал, что случайной встречи внутри можно не опасаться.
Прекрасно!
Одинокая лампа, встроенная в потолок, зажглась не сразу, а лишь после того, как я переступила порог и закрыла за собой дверь. Зажглась, ослепила, на мгновение показав скудную обстановку, состоящую из пяти небольших столов по периметру – и почти тут же погасла, погрузив крошечное помещение в приятную полутень. А следом над одним из столов пригласительно загорелся большой полупрозрачный экран – и я привычно устроилась на стуле перед ним. И пускай обычно загнать простых тружеников полей и ферм в библиотеку могла только крайняя нужда, мне работа с компьютером уже давно не была в новинку.
Именно сюда, подавив стойкое отвращение к любым изобретениям магов (всё равно что в трупах копаться!), я впервые пришла после похорон старшего брата с твёрдой решимостью сделать всё, но никогда больше не допустить ничего подобного! Именно здесь, не в силах отныне полагаться на народные методы лечения и опыт неуловимого сельского врача, освоила азы оказания первой помощи при обморожениях и других несчастных случаях. Именно здесь, всё сильнее углубляясь в медицину в стремлении расширить свои скудные возможности, увлеклась биологией и поняла, чем хочу заниматься всю оставшуюся жизнь. Именно здесь определилась с местом учёбы – самым лучшим, к чему мелочиться? – и выяснила все необходимые требования для поступления. Именно здесь, лелея скромную мечту помогать людям, потихоньку подтягивала недостающие знания… А теперь пришла искать работу. Хотя по-прежнему испытывала неприязнь ко всему, связанному с магией. Слишком хорошо понимала, кто и чем заплатил за возможность простых смертных приобщиться к великой сети, опутывающей мир. С такого ракурса маги воспринимались не благодетелями, а плантаторами-рабовладельцами. Манипуляторами… Вот только никакие ассоциации не мешали мне пользоваться достижениями современной магической науки во имя благой цели. Так что сформировать запрос на поиск и отправить его в свободное плавание, тщетно надеясь на скорый ответ, было делом нескольких минут.
Тщетно – потому что я сильно сомневалась в успехе данного предприятия. И неважно, что право первопроходца мне не светило. Что многие до меня уже проворачивали нечто похожее – и добивались желаемого! Никто из них не делал этого ночью. Никто из них не пытался замахнуться на столицу. И уж тем более, никто из них не ставил обязательным условием оплату проезда до нового места службы. Авансом. Пускай и в довольно мягкой, обтекаемой форме: «Расходы по переселению оплачивает наниматель». По сути, это всё равно являлось ультиматумом… Нет. Все они искали работу поближе и добирались туда сами. За свои деньги. А ещё все они были мужчинами – молодыми, сильными и здоровыми. А что могла предложить я? Без опыта, без образования… Только тело, но на это добро и так покупателей хватало. К тому же меня, в отличие от других, подгоняло время.
Я была обязана управиться до рассвета, чтобы без помех выбраться из родного захолустья, где все друг друга знают. И рисковать не собиралась, планируя вскоре отправить запрос повторно – уже в города по соседству. И чуть позже – ещё раз. Туда, куда смогу доехать самостоятельно, потратив все свои сбережения… То есть без лишних условий. Однако всё разрешилось куда раньше.
Не прошло и часа, как на экране выскочило диалоговое пространство с мигающим сообщением.
«Требуется сиделка. Срочно. Когда вы можете приступить к работе?» – гласило оно. – «Стол и проживание за мой счёт», – высветилось следующей строкой.
И у меня чуть сердце из груди не выскочило!
«Завтра», – с трудом сдерживая счастливую улыбку, сухо напечатала в ответ.
И только собралась аккуратно напомнить, что билет должен купить собеседник, как мне прилетело:
«Отлично. Жду номер брони».
Всё произошло так быстро, что я не сразу сообразила, чего хочет мой будущий наниматель – и первые несколько секунд тупо пялилась в экран, пытаясь сформулировать уточняющий вопрос. Но меня опередили:
«Берите ближайший рейс. Цена не имеет значения».
На том конце словно мысли читали – и я радостно кинулась проверять расписание технолётов в поисках свободного кресла. Любого, лишь бы было! Ведь в средствах меня не ограничивали… И плевать, что подобная щедрость наталкивала на определённые подозрения.
Главное – улететь! А с остальным можно и по приезде разобраться… Если успею до того, как станет уже поздно.
Но о плохом я старалась не думать.
Глава 1
То ли возвращение в прошлое очень меня утомило, то ли сказалось напряжение бессонной ночи, но в какой-то момент (притом незаметно для самой себя!) я задремала и очнулась лишь после приземления, ощутив мягкий толчок в спину. Подскочила, испуганно огляделась – и замерла, с открытым ртом уставившись в окошко. За двойным стеклом которого переливалось разноцветными огнями поистине гигантское здание технопорта. Сотни, если не тысячи прожекторов бессистемно прорезали воздух яркими лучами, периодически очередями выстреливая в пустое небо, благодаря чему казалось, будто мир вокруг сошёл с ума, превратившись в настоящий хаос…
В жизни не видела ничего прекраснее!.. И ничего бессмысленнее.
Мне и в страшном сне не могло привидеться, что где-то настолько бездарно тратят энергию! А главное, зачем? Чтобы поразить приезжих своей нелепой расточительностью? Или усладить взор операторов, которым уже давно ничего не нужно?
Нет, я бы ещё поняла, если бы дело происходило ночью, поздним вечером или хотя бы в пасмурную погоду – такое яркое пятно могло служить отличным ориентиром для технолётов в туман или снежную бурю, пробиваясь даже через плотные облака… Но на улице стоял ясный день! И пускай самого солнца ввиду ограниченного обзора мне видно не было, его свет прекрасно отражался от боков рядами выстроившихся вдоль здания серебряных птиц, ослепляя пассажиров и внося ещё большую сумятицу в творящееся безобразие… Благо, мучиться пришлось недолго.
Лихо затормозив примерно напротив середины технопорта, мы съехали на боковую дорожку и медленно поплыли к одному из многочисленных входов, где плавно остановились. Но стоило оператору открыть двери, как люди, до этого мирно сидевшие на своих местах, словно с цепи сорвались! Пихаясь и переругиваясь, они гурьбой ринулись на выход, будто кто-то их подгонял… Глядя на столь слаженное поведение, я, признаться, немного струхнула и, опешив, тоже рванула следом, ловко влившись в суетливый поток. От греха подальше. А там меня уже подхватило этой живой лавиной, закрутило и буквально вынесло из технолёта, лишив возможности передумать.
Ощущая себя утлой лодочкой в бурной горной реке, я и опомниться не успела, как вместе со всеми преодолела короткий коридор и сразу очутилась в здании, поражающим своим великолепием изнутри не меньше, чем снаружи. Яркие огни в потолке, сверкающие зеркала вместо стен, до блеска натёртые белоснежные полы, магазины, витрины, рестораны – всё такое светлое, чистое и нестерпимо сияющее… Хуже голографической праздничной ёлки в клубе. У меня аж глаза заслезились! А ещё голоса. Много голосов. Топот ног, музыка из ниоткуда, стук каблуков, скрип колёсиков, и шум, шум, шум – неопределяемый, но оттого не менее раздражающий. Неудивительно, что следующие несколько минут я, оглушённая и слегка пришибленная, тупо шла за кем-то, не особо разбираясь, куда иду. И не пытаясь выбраться из безликой толпы, пускай и пространство, и скорость вроде позволяли… Вроде – потому что проморгаться и убедиться в этом у меня никак не получалось.
Пожалуй, ситуация чем-то напоминала выход на улицу из тёмного сарая в светлый морозный день после тяжёлой работы в душном помещении. И после обильного снегопада, засыпавшего грязь и слякоть. Там ведь тоже сначала страсть как неймётся юркнуть обратно, в знакомое тепло и спокойствие… Впрочем, этот порыв быстро стихает. Потому что снег от солнца блестит и переливается не так резко и куда более эффектно. Им хочется любоваться. Остановиться и вдохнуть полной грудью, чтобы до краёв напитаться атмосферой природного чуда. А заодно – насладиться волшебной тишиной… Здесь же не возникало ни малейшего желания даже притормозить – столько всего разного было свалено в одну кучу. Напротив – тянуло убежать и спрятаться. Забиться в какой-нибудь угол, подобно таракану, и посидеть там пару часов, лишь изредка высовываясь из добровольного заточения, чтобы постепенно привыкнуть к внезапно обрушившемуся на твою голову аду и наконец-то покинуть своё ненадёжное убежище… Более того, судя по поведению большинства, схожие малодушные порывы испытывала не я одна! Вот только найти укромное местечко было, пожалуй, в миллиарды раз сложнее, чем просто уйти. Недаром все стремились поскорее выбраться на свежий воздух – и, стыдливо опустив лица в пол, мчались мимо зазывающих их работников быстрее пущенной из арбалета стрелы. И у меня не было причин поступать иначе.
Чуть освоившись, я трезво оценила происходящее и однозначно заключила – мне тут делать нечего. Денег у меня всё равно не было, да и стоило, как я быстренько убедилась, всё в десятки раз дороже, чем за аналогичные товары взяли бы у нас в посёлке на ярмарке… Если бы вообще додумались тратить время на их создание и продажу. Голод меня тоже не особо мучил – по крайней мере, не настолько, чтобы задерживаться. Так что я с чистой совестью покинула технопорт… И едва устояла на ногах, практически столкнувшись с аэромобилем! Он пролетел буквально в миллиметрах от моего носа, притом на такой огромной скорости, что меня бы непременно размазало по его обшивке, если бы мне на помощь не пришёл какой-то пожилой мужчина, очень вовремя дёрнув меня назад.
– Спасибо! – пережив первый шок, благодарно выдохнула я.
– А нечего ушами по сторонам хлопать! – сощурившись от запоздало догнавшего нас ветра, недружелюбно буркнул мой спаситель. – Не видишь что ли, где проезжая часть?
Проблема в том, что я-то как раз всё видела – было трудно не заметить улиткой ползущую вереницу техномобилей (обычных, не летающих!), буквально на ходу высаживающих и сажающих пассажиров. И до неё мне ещё оставалось шагов пять, не меньше! По тротуару. На что я и рискнула указать собеседнику:
– Но он же…
– Маг, – недослушав, презрительно выплюнул мужчина.
После чего воровато огляделся – а не услышал ли кто-нибудь его дерзких слов – и торопливо испарился. Будто испугался возможных последствий… А я, проводив его взглядом, запоздало вспомнила, что прибыла не куда-нибудь, а в столицу, где живёт больше магов, чем на всех прочих территориях, вместе взятых. И если обычно на выходки сильных мира сего просто закрывали глаза (да и вели себя за пределами города они куда сдержаннее!), то здесь им было позволено почти всё. Официально… Но меня это не страшило.
Главное, что обычных людей тут тоже было полно. А в толпе затеряться проще – что в конечном итоге и являлось моим основным критерием при выборе новой дислокации.
С этими мыслями я расправила плечи, внимательно огляделась – и опять сникла, не сумев определиться с направлением движения. Потому что вырваться из здания мне довелось если не точно посередине технопорта, то явно где-то близко к его центральной части. И было одинаково непонятно, что находится справа, а что – слева. Указатели с названиями улиц тоже ничего мне не дали – адреса своего работодателя я не знала, последние сбережения истратила ещё дома, пока добиралась до технодрома, да и договаривались мы вроде как о доставке моей тушки прямо к подопечному… Вот только место встречи обсудить забыли. И время. И способ связи… Короче, всё самое важное. И если мне эта беспечность была ещё простительна – в конце концов, я же понятия не имела, что меня ждёт! – то что помешало моему нанимателю, большой вопрос. Не мог же он тоже настолько торопиться…
Эх, вот был бы столичный технопорт хоть чуточку меньше!.. Тогда я бы непременно разобралась. Всё-таки природа не обделила меня мозгами… Но в таких масштабах было непонятно, на что обращать внимание в первую очередь! Пришлось действовать по обстоятельствам.
Ещё минуту понаблюдав за прохожими, я выяснила, что они охотно идут в обе стороны, и, поколебавшись, пошла направо – раз уж предпочтений ни у кого нет, значит, и мне разницы никакой… Правда, вскоре обнаружилось, что почти все люди из встречного потока в итоге запрыгивают в техномобили или (гораздо реже) в одинокие повозки, запряжённые одной-двумя лошадьми, в то время как мои товарищи в большинстве своём туда даже не смотрят – и круто развернулась, решив, что работодатель, уже потративший на мою доставку круглую сумму, вряд ли станет экономить и отправлять меня на общественном транспорте, к остановке которой народ наверняка и направлялся. К тому же никакого билета на технобус, или что у них здесь было в ходу, никто мне не присылал.
Да, конечно, я слышала, что в столице не любят переводить бумагу, предпочитая каким-то образом записывать бронирование прямо на удостоверение личности – через имя и номер, указанные в билете. Вместе с деньгами и, как иногда случалось, долгами – если суммы не хватало на проезд. И мой наниматель вполне мог поступить так же, ничего мне не сообщив – но предпочла отложить проверку этого варианта на потом, сочтя его маловероятным. Единственное, для уверенности я всё же ненадолго заглянула в помещение технопорта и прошла под крышей целую секцию – до следующих дверей – где наткнулась на очередные указатели, подтвердившие мои предположения по поводу расположения остановок общественного транспорта… Правда, сильно это не помогло. Потому что никакого официального места сбора заблудившихся пассажиров, вопреки моим наивным мечтам, там не упоминалось. А жаль. В столь огромном и многолюдном здании оно бы очень пригодилось… Но на «нет» и суда нет.
Мне ничего не оставалось, кроме как придерживаться изначального плана… Однако, прошагав, наверное, около версты – до самого конца здания – я так и не встретила своего нанимателя. Ни пешком, ни на колёсах. Зато обнаружила, что на стёклах (по факту – экранах) некоторых техномобилей горят всевозможные надписи. Чаще – с именами, но иногда и просто «свободно», которое гасло, стоило кому-нибудь сесть внутрь. Вот только моего имени – или, вернее, имени сестры – нигде, увы, не было.
Печально.
Как бы я ни жаждала свободы, начинать жизнь с пустыми карманами не входило в мои планы. Во всяком случае, без крайней на то необходимости. И пускай неисполнение работодателем возложенных на него обязательств освобождало меня от ответственности, я всё равно считала своим долгом отблагодарить его за помощь и не собиралась опускать руки, по-прежнему уповая на благополучный исход мероприятия. Отчасти – из глубоко эгоистичных соображений. Но чем дальше, тем труднее мне было сохранять позитивный настрой. Слишком сильно болела голова. От всего. От шума, которого было на улице ничуть не меньше, чем в здании, просто звуки лучше рассеивались, не находя возможности отразиться. От солнца, которое подозрительно быстро клонилось к горизонту, постепенно уступая в борьбе фонарям и слепящим фарам. От обилия незнакомых запахов – далеко не всегда приятных. И, самое главное, от жары. Жуткой, плавящей жары! Ведь одета я оказалась совсем не по погоде – и потому в прямом смысле обливалась потом.
Это у меня на родине зима была настоящей зимой – со снегом, морозами и прочими маленькими радостями. Столица же располагалась в регионе со значительно более мягким климатом, и сейчас там стояло нечто вроде нашей ранней осени. Неудивительно, что в плотном шерстяном платье мне было, мягко говоря, некомфортно. Приходилось то и дело прятаться в здание, чтобы немного охладиться… Впрочем, на пути туда – против движения техномобилей – я прибегала к этому методу редко. От силы пару раз. А когда, вдоволь настоявшись возле въезда, обречённо поплелась обратно – к общественным остановкам – то предпочла сберечь жалкие крохи рассудка и пошла зигзагом. Всё равно техномобили двигались настолько медленно, что прозевать нужный было бы проблематично. Секция снаружи – секция внутри – секция снаружи – секция внутри… И снаружи, разумеется, не переставала вертеть головой. Без особой надежды, а чисто наудачу.
Вдруг всё-таки повезёт?..
К несчастью, фортуна улыбаться мне не спешила. Вдобавок я постоянно на что-то отвлекалась. То меня толкнут невнимательные прохожие, пока я пытаюсь разобрать светящуюся в окне надпись. То гаркнут что-нибудь над самым ухом, притом не относящееся лично ко мне, вынудив подпрыгнуть и возмущённо уставиться на нарушителя спокойствия. А пару раз аэромобили мимо проносились. Так быстро и близко, что некоторых людей банально сбивало с ног ударной волной – и в результате на мостовой образовывалась небольшая пробка. Но зато я узнала, что, несмотря на привычку парковаться на тротуарах – территории пешеходной, однако ввиду очевидных обстоятельств почти всегда наполовину свободной – летать маги всё же предпочитали над проезжей частью, где было больше простора для манёвров. Лишь брали разгон – и тотчас уходили в сторону. Когда уже не могли никого задеть… Хотя я где-то читала, что аэромобилям, в отличие от технолётов, разбег не нужен. Что они могут просто оторваться от земли и, набрав определённую высоту, аккуратно заскользить по воздуху дальше. Могут! Но на практике приступают к движению буквально через несколько секунд плавного подъёма. А остальное добирают в процессе, подвергая смертельной опасности ни в чём не повинных людей.
Впрочем, всё праведное негодование отошло на второй план, стоило мне увидеть техномобиль, на всех четырёх стёклах которого заглавными буквами было написано слово «СИДЕЛКА». И неважно, что стоял он вдали от общей массы, примерно на полпути к остановкам, не двигался и вообще выглядел покинутым. Я всё равно к нему подошла и робко постучалась, затаив дыхание в ожидании ответа.