Открытие жизни на планете Зэнзэя
- -
- 100%
- +
В итоге всего действия все четыре боковых ускорителя должны будут быть пристыкованы к модулю в вертикальном положении, как четыре минарета у мечети, только вплотную.
Разумеется, вся эта работа была нелегкая. Поэтому, когда она была завершена, экипаж стал бурно праздновать данную успешно проделанную работу. В частности, они решили сделать групповой снимок на фоне преобразовавшегося модуля «Визит-1». Но при этом, как назло, радость омрачило то самое жуткое неведомое чудище, так не вовремя подавшее голос. В результате настроение у большей части компании было опять испорчено, так как всех снова стал волновать вопрос о том, как быть в данной ситуации.
– Ну, это уже просто ни в какие ворота не лезет! – нервно прокомментировал этот рев Кирилл Макаров.
Разрядить обстановку попытался Василий Назаров:
– Коллеги, в принципе программа первого выхода завершена. Предлагаю вам вернуться в модуль, и там мы вместе обсудим эту проблему, а также все остальные запланированные дела. Я вас заверяю, кстати, что вы преувеличиваете опасность.
– Ладно! – сказал Энди. – Давайте все возвращаться в модуль.
После этого все молча побрели ко входу в модуль, а Курт пошел следом, немного отставая от остальных. Но внезапно, когда группа подошла к лестнице, а Рейчел начала по ней подниматься, раздался новый, еще более чудовищный рык того самого монстра. В испуге Рейчел, Кирилл и Энди навалились друг на друга в неконтролируемом стремлении побыстрее попасть в модуль. Это даже едва не привело к падению Энди с лестницы. Курт на это громко рассмеялся и сказал:
– Видели бы вы себя! Члены общества потребления встретились лицом к лицу с гневом живой природы Зэнзэи, которую они еще не успели осквернить своим хищническим капитализмом!
Тем не менее никто не стал с ним пререкаться. Все просто сообща договорились, что прежде всего надо собраться с духом и организованно, без лишней суеты, по одному, в соответствии с правилами пройти через шлюз.
Когда все наконец вернулись обратно в модуль, больше всех тревожилась Рейчел:
– Послушайте, я уже теперь не знаю, что и делать. А если ОНО на нас напасть решит? Мы успеем улететь тогда? А как мы вообще теперь спать спокойно сможем?
Тем не менее Василий Назаров смог всех успокоить:
– Послушайте, ваш модуль оборудован множеством высокочувствительных сенсоров. При этом на орбите работает корабль «Пилигрим» с нашим экипажем и множество спутников с функциями слежения и ретрансляции сигналов. Все это обеспечивает возможность надежного наблюдения за всем тем, что происходит в районе вашего корабля, и гарантирует постоянную связь модуля с «Пилигримом». Так что ситуация у нас на контроле. Любое крупное, быстро передвигающееся существо будет моментально замечено системой безопасности в радиусе четырех километров от вашего модуля, и вы будете предупреждены заблаговременно. Если приближающееся существо превышает метр, у нас тут сразу раздастся тревожный сигнал. На корабле осуществляется круглосуточная работа в две смены, которая помимо остального заключается в мониторинге всей Долины Прогресса на наличие любых угроз. Днем наблюдение будут вести в числе прочих моя жена и Джулия Джонсон. Ну и Глаша будет нам помогать по возможности. А ночью, когда вы спите, это будут делать Чен Лифен, Мария Иванова. В общем, ваши самые близкие люди будут следить за вашей безопасностью, а также еще несколько специалистов. Поэтому, повторюсь, ситуация у нас на контроле, о любой опасности вы будете предупреждены заблаговременно.
На это Рейчел ответила:
– Спасибо, Василий. Ты меня успокоил.
А Энди сказал:
– Впрочем, несмотря на то что боковые ускорители установлены, модуль все равно не улетит сразу. На подготовку к взлету потребуется минимум пятнадцать минут, так что если существо будет приближаться слишком быстро, то мы можем не успеть улететь.
– По крайней мере, вы успеете разбежаться врассыпную, – сказал Василий.
Кирилл постепенно перестал волноваться, и согласился с оптимистичным мнением Василия:
– И если это существо окажется способным разбить модуль «Визит-1», то вряд ли оно станет охотиться за такой мелюзгой, как мы. Ну а на тот случай, если чудище уничтожит спускаемый модуль, у нас на орбите есть несколько запасных. В общем, опасность невелика, – сказал Кирилл, после чего спросил у Василия:
– А ты по-прежнему не засек ничего похожего на чудище поблизости от нас?
– Как ни странно, но нет. Но мы работаем над этим. Так что, полагаю, мы сможем найти больше информации на этот счет, – ответил Василий.
– Действительно странно… Что бы это могло быть тогда?.. – задумчиво вопрошал самого себя Кирилл, почесывая подбородок. А потом он сказал уже более уверенно:
– Тем не менее согласен с Василием. Думаю, поводов для паники нет. Предлагаю всем сосредоточиться на дальнейшем выполнении программы миссии.
Энди тоже поддержал Василия и успокоил Рейчел:
– Действительно. Нет повода для беспокойства, мы все контролируем.
На что Курт, расхохотавшись, возразил:
– Да-да, знаем, как же, все вы контролируете. Вы просто ослеплены своей алчной гордыней. Вы зря рассчитываете на то, что со своими технологическими штучками вы якобы превосходите могущество великой матери-природы! И попомните мои слова!
– И что же нам делать? – спросил Кирилл Курта.
– Я уже тебе объяснял. Нужно смиренно принимать все, что исходит от природы этой прекрасной планеты. И, немного побыв здесь, нужно улететь отсюда, оставив этот прекрасный мир нетронутым и незагрязненным, понимая, что тут нет ничего для нас и что этот мир должен развиваться сам, без нашего вмешательства. Тебе надо отучать себя от империалистических замашек, и тогда эта истина станет для тебя простой. У русских с этим особенно трудно, понимаю, но надо над собой работать. И я в этой экспедиции уполномочен следить за тем, чтобы вы, посланники алчных транснациональных корпораций, не задумали использовать эту прекрасную планету в своих хищнических капиталистических интересах! Такова моя миссия!
На что Василий сказал Курту:
– Курт, заверяю тебя: здесь никто не собирается разрушать экосистему Зэнзэи. В конце концов, принятые нами обязательства запрещают нам делать то, что к этому ведет.
– Ага, но вы взяли с собой оружие и бомбы, хотя я протестовал!
– Оружие нам надо исключительно в целях самообороны. Человечество нам это не запрещает!
– Я против оружия. Но, допустим, у вас и есть моральное право убить здесь кого-то лишь в целях самообороны. Хотя я категорически против, так как мы здесь всего лишь непрошеные гости. Но зачем у вас с собой БОМБЫ?
– Насчет бомб мы тебе тоже все объясняли! Нам их положили спонсорские корпорации на тот случай, если мы тут обнаружим месторождение полезных ископаемых под какой-нибудь горой. Бомба позволит взорвать эту гору и пробраться к ресурсу. На этот случай у нас есть и небольшие буровые установки. Есть ядерные бомбы, но они взяты исключительно для добычи на необитаемой планете. Так как Зэнзэя, как мы видим, обитаема, то применять их тут мы не будем, хотя бы потому, что нам это запрещено. Хотя на неядерные бомбы и буровые установки этот запрет не распространяется.
– Мерзкие алчные корпорации! Для них нет ничего святого, и они готовы изуродовать эту прекрасную планету всего лишь ради своей проклятой прибыли! Но я не позволю вам даже ямку здесь вырыть!
– Да-да, мы знаем твое мнение на сей счет. И, если помнишь, мы пошли тебе навстречу, и все наши бомбы и буровые установки остались на «Пилигриме». Здесь с нами, на планете, нет ничего из таких принадлежностей. И ты имеешь возможность следить за всеми отправлениями аппаратов с корабля «Пилигрим», а также всеми присылаемыми сюда грузами.
– Это лишь только потому, что я настоял. Вам дай волю – и вы сразу сделаете все, чтобы ублажить своих спонсоров!
– Не всегда, конечно. Но я тем не менее предлагаю тебе учесть, что именно они оплачивают все удовольствие. Именно благодаря им мы здесь сейчас находимся.
– Как будто это так важно. Может быть, если бы нас тут не было, то было бы лучше.
– Если бы нас тут не было, то сюда бы все равно кто-то прилетел рано или поздно. Потому что всегда найдется кто-то ищущий ресурсы, новое место жительства, или тот, кем просто движет любопытство и жажда приключений.
– Может, это и так. Но без меня вы бы сюда тоже не полетели. К счастью, общественность проявила должное неравнодушие, и потому я тут. Для этого простые люди в лучших традициях движений за свободу и демократию выходили на митинги в самых разных городах по всему миру. Им хватило твердости духа и сплоченности, и они потребовали от правительств, чтобы среди членов экспедиции был специально уполномоченный от Организации Объединенных Наций, который все проконтролирует. И, безусловно, их наилучшим выбором стал я – известный борец с алчными корпорациями, уничтожающими природу ради прибыли. Ведь это обычные простые люди поняли, что они никогда себе не простят, если на корабле будут только вы – те, кого наняли хищные транснациональные корпорации. И они сделали соответствующие требования в адрес правительств, от которых зависел этот полет. Китай, как известно, активно сопротивлялся, но в итоге тоже был вынужден уступить. И поэтому здесь нахожусь я, известный эколог, пацифист и социалист, истинный представитель ВСЕХ людей, а не только жадных империалистов-капиталистов. И вы все прекрасно знаете, что без меня эта экспедиция точно не состоялась бы, ибо ее просто никто бы не позволил. И я прослежу, чтобы эта планета была защищены от тех, кого интересуют только деньги.
В разговор решил вмешаться Кирилл:
– Курт, подумай вот о чем: ведь мы пошли тебе навстречу и поэтому не взяли с собой на планету ни бомб, ни буровых установок. Все они остались на орбите, и потому они точно не будут задействованы.
– Да, но, если бы не я, вы бы этого не сделали! Хотя, собственно, без меня вам бы и не дали даже начать этот полет. Вот что значит мнение неравнодушной общественности!
Тут в разговор вмешался Ханг, который решил рассказать свою версию того, как все было:
– На самом деле, Курт, я знаю, как один из участников тех переговоров, что «общественное мнение» играло тут совсем другую роль. Главными были те политики, такие как знаменитый Ален Грон, лидеры «зеленых» организаций, из которых многие были депутатами, а также крупные деятели международных бюрократических структур. Эти господа занимались тем, что промывали мозги простым трудящимся ложными рассказами про то, что этот полет организуют «проклятые хищные корпорации ради своей гнусной прибыли», что все члены экипажа «специально наняты хищными корпорациями» и что «поэтому этот полет надо запретить». А ведь это все неправда! Но, как все помнят, это привело к очень большим акциям протеста. Тут не поспорить. А депутаты планировали уже запрещать сотрудничество с рядом корпораций по этому вопросу. Так как многие из них были важнейшими поставщиками оборудования и спонсорами, особенно компания моего отца, то это приводило к отмене полета. Но мой отец, а также прочие спонсоры и лоббисты полета, просто дали взятку этим господам, и в итоге они перестали мешать. Собственно, ради этого «зеленые» лоббисты все это «общественное недовольство» и устраивали – чтобы получить эту взятку. Но осталась проблема, ведь общество все равно было уже неспокойно. В итоге, когда мы и они договорились по всем выплатам, то, чтобы «успокоить взволнованную общественность», пришлось взять на борт тебя, Курт, в качестве «спецпосланника ООН». Обывателям мы просто рассказали, что ты проследишь, чтобы «проклятые корпорации не искалечили эту планету ради своей гнусной прибыли», и они успокоились.
Курт рассвирепел:
– Это все гнусная ложь с целью скомпрометировать героических активистов, борющихся за сохранение природы на матушке Земле! Да как у тебя вообще язык повернулся обвинить этих прекрасных людей в продажности?!
1.7
Затем Рейчел решила наладить мир:
– Послушайте, давайте не будем ссориться! Курт, Кирилл ведь правильно сказал, что мы пошли тебе навстречу, отказавшись брать с собой сюда, на планету, бомбы и буровые установки. Мы показали, что готовы идти тебе навстречу!
Кирилл поддержал ее:
– Вот именно. У нас, кстати, до отбоя осталось несколько часов, и я предлагаю провести это время спокойно. Тем более что на завтра у нас запланировано множество работы.
На что Рейчел сказала:
– Как вы знаете, есть известный документальный фильм о Курте, но, как я понимаю, из всех здесь присутствующих его до сих пор видели только он сам и я. Можно, кстати, посмотреть сейчас всем вместе, если желаете.
На это все ответили, что не против. Тогда Энди установил один из мониторов напротив кресел, и все вместе принялись смотреть этот фильм.
Фильм назывался «Мой путь к природе» и повествовал о Курте Эдвардсе как одном из самых знаменитых экологических активистов того времени. Начинается фильм с очень помпезной заставки, сопровождавшейся эпичной музыкой, в финале которой появлялась крупная надпись названия фильма на фоне заката и полупрозрачного лица Курта Эдвардса, вдумчиво глядящего вдаль. Лицо, разумеется, было бородато и с множеством косичек. В результате во время этого кадра со стороны кого-то из зрителей послышался легкий смешок, за которым последовало тихое, но строгое замечание от Рейчел.
Вначале фильм рассказывал о детстве Курта Эдвардса, о его первых впечатлениях о мире и о том, как это привели его в «зеленое» движение. Потом повествование перешло к его увлечению субкультурой хиппи и его музыкальной карьере. Все это сопровождалось его интервью, и вот как он, в частности, объяснил свой активизм и свою известную должность в ООН:
– Вы же хиппи. Почему вы так активно стали заниматься публичной деятельностью?
– В молодости меня привлекло движение хиппи. И значительная часть хиппи, в числе которых был и я, верила, что сможем изменить мир с помощью музыки, показывая людям пример прекрасной жизни в наших коммунах. Но позже, изучив длительную историю движения хиппи, мы поняли, что это, к сожалению, плохо работает. Поэтому с тех пор я перешел к акциям прямого действия и больше не отказываюсь от участия в политике.
Очень много времени уделялось его публичным выступлениям на митингах и концертах, в частности, его речам на философские темы, такие как «необходимость борьбы за жизнь в гармонии с природой», переход к «жизни в коммуне», призывы к отказу от таких общественных институтов, как государство, армия, полиция, тюрьмы, суды, религиозные организации, частная собственность. Было показано, как его много раз задерживали полицейские в разных странах за несогласованные акции протеста и «художественные перформансы». Многие из таких кадров действительно стоило посмотреть в силу их эпичности.
Кирилл Макаров при этом не удержался и начал спорить с некоторыми высказываниями Курта, прозвучавшими в фильме. На это Курт обвинил Кирилла в том, что он «продался капиталистам», но Рейчел обоих одернула и попросила сохранять спокойные и желательно дружеские отношения, хотя бы на время миссии. В итоге оба замолчали и продолжили спокойно смотреть фильм. При этом Рейчел шепотом обратилась к Кириллу с просьбой не провоцировать конфликт, так как «это тут совсем ни к чему».
Ближе к финалу фильм перешел к рассказу о том, как Курт стал сотрудничать с ООН и работать в вышеуказанных направлениях уже в нынешнем статусе. При этом были показаны высказывания различных деятелей из разных международных организаций и движений, которые в целом заявляли, что «не во всем согласны с Куртом Эдвардсом, но восхищаются его смелостью и несгибаемостью и считают его одним из самых выдающихся людей нынешней эпохи». А под конец в фильме рассказали о самом главном подвиге Курта, благодаря которому он снискал огромную мировую славу, – это участие в несанкционированной высадке на канадской буровой платформе, добывающей полезные ископаемые в Северном Ледовитом океане. Делалось это с целью развернуть там протестный баннер. После этого Курта и его спутников судили за пиратство, но затем из-за чуть ли не миллионных митингов протеста по всему миру отпустили.
Через это приключение Курт прошел со своей нынешней женой – Глафирой «Глашей» Андриякиной, которая участвует в данной экспедиции в качестве его заместителя и находится на корабле «Пилигрим». И, в частности, для этой истории авторы фильма взяли у нее интервью, которое тоже вошло в их произведение. Глаша на этом видео, с одной стороны, была хорошо знакомой всем присутствующим блондинкой невысокого роста, с ясными узко поставленными голубыми глазами, широкой игривой улыбкой и маленьким округлым носом. Но при этом тут она была совсем юной, с еще очень детским лицом, что привело в изумление некоторых зрителей.
– Ничего себе, какая малышка! – воскликнула Рейчел.
– Сколько ей тут лет? – спросил Кирилл у Курта.
– Девятнадцать, может, двадцать.
– Выглядит гораздо моложе, кстати, – заметил Энди.
Глафира в то время говорила только по-русски, и ее реплики сопровождались субтитрами. Ну а сама дискуссия с ней, понятное дело, происходила через переводчика. В частности, из интервью стало ясно, что с Куртом Эдвардсом они познакомились, когда он приезжал в Москву, чтобы поддержать местных «зеленых» активистов. После она уехала с ним из России и стала его женой. Ну а свой приход в «зеленое» движение она описала следующим образом:
– Я выросла в России, в отдаленной деревне Воронежской области…
– Глаша фром Раша, – прокомментировал это кто-то веселый за кадром. А сама Глафира с нарастающей экспрессией продолжила:
– Там, в деревне, мы жили на природе, но когда я приехала в город, сначала в Воронеж, а потом в Москву, я увидела, что люди не умеют жить в гармонии с природой и что они только и делают, что постоянно ее загрязняют ради своей прибыли! И что так продолжаться не должно! И тогда я поняла, что я обязана что-то делать, чтобы их остановить, иначе у человечества нет будущего! – заявила она, после чего, видимо, обращаясь к этим загрязнителям, грозно заявила в камеру:
– Как вы смеете так поступать?! Вы же убиваете природу, нашу мать!
На этих словах Энди Джонсон обернулся назад, чтобы посмотреть на выражение лица Ханга, сидящего позади всех. Однако Энди ничего не разглядел, так как лицо Ханга было закрыто ладонью.
В следующих кадрах Глафира уже показана на буровой платформе вместе со своими единомышленниками. На борту этого ненавистного объекта она вместе с некоторыми другими активистами, включая Курта Эдвардса, только что написала белой краской огромную надпись «УБИЙЦЫ ПРИРОДЫ» и это вызвало аплодисменты остальных единомышленников. Там она снова общается с видеооператором:
– Я мечтаю когда-нибудь оказаться в другом обществе, более справедливом и разумном, чем то, в котором мы живем!
На это все активисты отреагировали овациями, а находящийся рядом Курт ей сказал:
– Обещаю, что приведу тебя туда!
А уже смотрящий данный фильм Курт на это заявил другим зрителям:
– Кстати, наш полет на «Пилигриме» является инициативой именно Глаши. Есть интервью, где она впервые высказывает данную свою идею. Так что это совсем не государства затеяли, как Ханг утверждает.
Тогда Ханг заявил:
– Но только эту идею подхватили далеко не сразу, а только тогда, когда посчитали ее целесообразной.
– Когда общественность настояла!
В итоге Рейчел снова пришлось призывать обоих успокоиться, и они послушно это сделали.
Далее в фильме было еще немного речей Курта, исполнение под гитару песен его сочинения, ну и на этом наступил финал. В основном все были не очень щедры на рецензии, разве что Рейчел сказала несколько дружелюбных фраз. Ну а Ханг предложил в следующий раз посмотреть документальный фильм про его отца Гао Вейдуна – известного и легендарного промышленного магната, мультимиллиардера, гениального инженера и владельца множества высокотехнологических компаний, одной из которых является корпорация, разрабатывающая космические аппараты. Эта компания («Вейдун Корпорейшн») является одним из важнейших поставщиков оборудования и для данной миссии, а также профинансировала ее более чем на 50 %. Услышав предложение посмотреть такой фильм, Курт фыркнул, мол, «мне с этими капиталистами-империалистами и так все ясно», на что, впрочем, Ханг ничего не ответил. Только Рейчел сказала, что «можно и этот фильм потом посмотреть, хоть большинство из нас его, кажется, видели», и, попросив Курта «быть посдержаннее», предложила всем приступить к ужину.
Рейчел и все остальные тихо поднялись с кресел, негромко что-то обсуждая друг с другом, и направились к углу, в котором стояли холодильник и оборудование для приготовления пищи. Стоит отметить, что после просмотра полуторачасового фильма о земной жизни из своих воспоминаний, исследователи испытали привычное для себя чувство изумления от того, куда их занесло. И, например, напоминание самому себе «я сейчас в далекой системе Новус» в такой ситуации создавало даже легкое чувство эйфории, и желание посмотреть в иллюминаторы на окружающий пейзаж.
К тому же на улице случилось интересное событие – закат Малого Новуса. Непосредственно сам уход этой звезды за горизонт был, конечно, хорош, но ничем не отличался от подобного события с Солнцем на Земле. Интересная вещь была связана с тем, что после заката Малого Новуса более тусклый Большой Новус находился в зените, продолжал светить и должен будет зайти лишь после полуночи. Это привело к продолжительным сумеркам, в результате чего небо стало темно-синим. А что касается окружающего ландшафта, то вся зелень значительно потемнела, а отбрасываемая предметами тень стала непроглядно-черной.
Еда, которую они употребляли в пищу, гораздо больше была похожа на обычную, чем на ту, которую едят космонавты в невесомости на орбитальных станциях. Здесь тюбики были не нужны, так как есть гравитация. Собственно, и на корабле «Пилигрим» тоже была гравитация (которая создавалась вращением обитаемого модуля-тора), и потому там тоже была предусмотрена вполне нормальная еда. Разве что только пищевые продукты на «Визите-1» хранились в замороженном или сушеном виде. Соки тоже были только сухие, и их надо было разбавлять водой. В остальном ничего необычного. Программой полета было даже позволено отметить успешный первый день шампанским, которое было специально приготовлено на этот случай.
Таким образом, все начали праздновать данное важное событие, произносить тосты, речи и опять фотографироваться. В подготовке ужина активнее всего была занята Рейчел – единственная женщина среди членов экипажа «Визит-1» (все остальные женщины, участвующие в экспедиции, остались на «Пилигриме»). Стоит отметить, что на время этого ужина Рейчел удалось оказать хорошее влияние на окружающих ее мужчин, сделав их более дружелюбными, открытыми и снизив общий уровень занудства.
Затем Курт Эдвардс достал гитару, предложил всем сесть кружком и петь под его игру. Отмечу, что у всех с собой был груз, в основном приборы для научных исследований. А вот у Курта Эдвардса была с собой гитара, чтобы, «вдохновляясь красотами Зэнзэи, сочинять музыку и тем самым изменить человечество к лучшему». Идею Курта Рейчел восприняла с явным восторгом, и все остальные тоже последовали ее примеру. Причем по телемосту к этому присоединились и многие находящиеся на «Пилигриме». Пели разные песни, но очень всем понравилось петь детские романтические песни про приключения в дальних краях. Курт также время от времени сольно исполнял разные хипповые песни, в том числе собственного сочинения, и многие из них, в общем, были неплохими.
Так прошло около двух часов, в течение которых они музицировали, пели песни, рассказывали байки, толкали речи и поднимали тосты. Незадолго до отбоя эта тема с песнями наскучила Кириллу, который к тому же явно не обладал способностями к пению. Он вспомнил про то, что у него есть маленькое ящероподобное существо, и решил с ним повозиться.
Для экспериментов с такими находками на борту модуля предусмотрена мини-лаборатория. Она представляет собой специальный шкаф, главным отсеком которого является кубический сектор для опытов, отделенный от внешнего пространства герметичным стеклом, создающим там воздушную изоляцию. А в самом модуле при этом был предусмотрен отдельный люк, через который можно было с внешней стороны помещать в данный сектор объекты для опытов (это особенно важно, если объект крупный). Этот сектор и предназначен для проведения большинства экспериментов. Манипуляции с помещенными туда образцами возможны с использованием специальных механических манипуляторов, а также при помощи двух перчаток (из сверхпрочного материала), которые прикреплены к стенке таким образом, чтобы можно было, просунув в них руки с внешней стороны, производить работу внутри сектора, сохраняя там воздушную изоляцию. Сами образцы хранились в специальных ящичках, из которых их легко можно было бы доставать при помощи манипуляторов и помещать в сектор для опытов. В одном из таких ящичков уже хранилось то пойманное в долине существо.