От него исходит холод

18

Мы не встречаемся, но мы…

Выхожу из большой чёрной машины Вильяма, улыбаясь от наслаждения, что получила несколько минут назад, и направляюсь к своему домику. Поправляю шапку и облизываю губы. Как всё-таки приятно находиться рядом с ним.

Ступаю по тропинки, которую утром расчистили от снега и напеваю какую-то мелодию, что не выходит из головы. Забываю обо всём, таком неважном сейчас и рассматриваю тёмное небо, усыпанное мелкими звёздами. Тело и душа прибывают в блаженстве, а проблемы на втором плане. Я просто счастлива. Завтра приедут сёстры и мы как следует повеселимся. Уверена, они закатят вечеринку в честь нового семестра. Если их, конечно, не опередит грёбаная троица. Мне не особо хочется тусить и пить малиновые коктейли, но вот в домик Вильяма я бы наведалась, не раздумывая. А вообще, стоит поблагодарить кукушек за их дурацкую игру в «правда или действия». Думаю, если бы не она, мы с Вильямом ещё долго не начали бы «общаться».

Мороз, благодаря которому я выдыхаю пар изо рта, совсем не портит моего настроения. Он, наоборот, дарит моему разгорячённому телу остыть.

Сегодня Вильям припарковался подальше, ближе к забору, где нет даже фонарей, из-за чего сейчас мне предстоит пройти немаленький путь. Я прохожу вековые мощные деревья, что ближе к домикам украшены разноцветными гирляндами, пару домиков, где живут братсва-спортсмены, что соперничают между собой. Доходу почти до своего и поднимаю голову, переставая смотреть себе под ноги. И вдруг натыкаюсь на грёбаного брата, будь он неладен. Стоит недалеко от дальнего домика и курит сигарету. Смотрит прямо на меня.

Да пошёл ты…

Он хитро улыбается, стоя всё в той же расслабленной позе, провожая меня взглядом. Быстро залетаю в свой домик, где наконец-то могу выдохнуть. Этот чёртов ублюдок одним лишь взглядом вызывает во мне мерзкую дрожь. И я искренне не понимаю, почему боюсь его. Он ведь уже совершеннолетний и несёт ответственность за все свои поступки, но кровь в жилах всё равно стынет от него.

Поднимаюсь на второй этаж, где сталкиваюсь с Паулой. Рядом никого, и мы обмениваемся улыбками.

В новогоднюю ночь она напилась вина до чёртиков, а потом ревела белугой, проклиная сначала Лукаса, что вытащил её из сугроба, а после Нортона, что стащил её браслет. Это было так странно, что в какой-то момент я рассмеялась. В какой-то степени она помогла мне тогда справиться с эмоциями, что вызвал своим поведением Вилли. Ой, Вильям.

– Снова была с ним? – спрашивает, останавливаясь рядом со мной.

– Ты же знаешь, – отвечаю, ведь она каждый раз угадывала, где я была. По моему лицу, естественно. Она сама так сказала.

Больше мы не можем говорить, ведь кто-то из наших соседок поднялся на этот этаж. Поджав губы, ухожу к себе, чтобы взять жёлтый шёлк и пойти в ванную – смыть с себя страсть Вильяма.

После каждой нашей встречи, я жду следующую. Я так провела все каникулы. Грёбаная напасть, но я настолько люблю его, что хочу ещё и ещё… Он мой триггер. Он вызывает во мне самые сильные чувства. Я горю рядом с ним, меня насквозь пронзают импульсы счастья. Невероятное чувство.

Остаток дня проходит спокойно. Я выполняю задания преподавателей и начинаю курсовую. Завожу будильник и с улыбкой от предстоящей встречи с Вильямом ложусь спать.

Рано утром слышу шум за дверью. Разлепляю веки, как она вдруг открывается, впуская весёлых кукушек, которые, оказывается, уже тут…

– О…

– Приветики, соня! – первой на меня накидывается Сабрина. Отводит свою электронку в сторону, чтобы поцеловать меня в щёку. Всегда сравниваю её с младенцем, что не может выпустить соску изо рта.

– Давно не виделись, цыпа. Как ты тут? Не заразилась никчёмностью? – рядом на кровать опускается Лори, также целуя меня в щёку.

Я всё-то не могу разлепить глаза, как следует.

– Всё отлично, – улыбаюсь, обнимая их в ответ.

– Как с Хуго? Вы теперь серьёзно встречаетесь? – Лори приподнимает бровь с пирсингом, надувая пузырь из синей жвачки.

– Ну… – вздыхаю, не зная, как признаться. Вот Паула отреагировала сморщенным лицом и словами «боже, какой кошмар».

– Что «ну»? – Сабрина улыбается, двигаясь телом, словно тут играет музыка.

– Мы не встречаемся, но мы…

Чёрт! И какое подобрать слово?..

– Ясно, трахаетесь, – кивает головой Лори. Ну точно, она-то всё знает и понимает. – Ладно, вставай на пары, потом расскажешь, а то я сейчас отключусь, – и позевает.

– Чё правда? – удивляется Сабрина, по которой точно не скажешь, что она спать собирается. Наоборот, в её глазах просыпается интерес. Она даже про электронку на миг забывает, что уже минуту как у неё не во рту. – Охо-хо, вот так поворот…

Да твою же мать! Что такого?..

Они уходят к себе, а я собираюсь на пары. Сегодня ещё и физическая культура, чему я рада. Разгоню кислород в крови и мозг заработает лучше. Тогда я может придумаю, как влюбить в себя Вильяма.

19

Я мечтаю, чтобы ты исчез!

Иду по коридору учебного корпуса. Тревога не отпускает, но денёк я должна продержаться, а потом и кукушки рядом будут. Мы в одной группе учимся и это просто прекрасно.

Мы подружились с самого первого дня, когда Сабрина ткнула меня ручкой в спину, чтобы попросить помощи в задании. Наши знания решили проверить прямо на первой паре, где атмосфера была напряжённая в тот день. Мы наконец-то окончили школу, поступили, отдыхали всё лето, а тут сходу всем пришлось капаться в своих мозгах, чтобы показать на что мы способны. Да, жесть.

Тогда я помогла своим кукушкам и оказалось, что нас поселили в один домик.

Лори с Сабриной так и продолжают сидеть за моей спиной, изредка прося списать. На самом деле Лори не глупая девушка, хоть внешность у неё явно не заучки. А вот Сабрина прямо совсем иногда не понимает элементарного. Такая дурочка-хохотушка. Просто для неё всё легко в этой жизни, напрягаться не обязательно.

Задумываюсь, продолжая путь в аудиторию, но тут меня что-то резко тянет в сторону. Успеваю лишь издать мгновенный писк, как потная огромная ладонь закрывает мой рот. И этот запах, попавший в мои ноздри, сжимает сердце в кулак.

Карлос…

– Ну что ты пугаешься, как не родная, – спрашивает своим высоким голосом, словно вилкой по блюдцу, до мерзких мурашек, что тут же проходят по позвоночнику, расползаясь по всему телу.

Ненавижу его, но боюсь в сто раз больше. Он поймал меня. О, нет. Дёргаюсь в его хватке, но он больно тянет меня за косу, отчего моя шея натягивается.

– Даже «привет» не сказала, сучка, – ухмыляется, а после его рука с моих волос ложится на грудь, больно сжимая её. С такой силой, что я не могу на ногах устоять, жмурюсь, а из глаз слёзы литься начинают.

Господи, пожалуйста…

– Замри, блять, – приказывает и на секунду убирает руку от моих губ, но лишь для того, чтобы сдавить пальцами щёки.

Кажется, я сейчас упаду в обморок от боли и страха.

Грёбаный ублюдок. Я просто мечтаю, чтобы ты исчез.

На миг проскакивает мысль, что нужно было послушать Бьянку и перевестись, но вот Вильям…

Глотая горькие слёзы, я не в силах произнести ни слова. Я замерла, как он и просил. Знаю, что лучше не перечить ему, будет лишь хуже.

– Вижу, ты выросла. Стала сочной тёлкой, – ведёт носом по моей щеке. – Может дашь братцу? М? – его рука передвигается на другую грудь, проделывая с ней тоже самое – сжимая со всей силой. В глазах темнеет на секунду, а дыхание прерывается.

Фу, боже… Нет, нет, нет… Исчезни!

– От…пусти, – прошу хрипло и тихо, на сколько позволяют его вонючие пальцы, которые впились в мои щёки.

– Ой, прости, тебе больно, – делает заботливый тон, что меня удивляет и я распахиваю широко глаза. А после он отстраняется и даже отходит на пару шагов, поднимая руки вверх.

В шоке смотрю на него, прикрываясь руками. Грудь жжёт, а лицо огнём горит. Тело неприятно дрожит. Из-за слёз плохо ориентируюсь в пространстве.

Как могу срываюсь с места в сторону уборной. Даже не удивляюсь, как рюкзак не слетел с меня, ведь мне сейчас совершенно не до этого. Забегаю в нужную дверь, сразу же направляясь к раковине. Умываюсь холодной водой, смывая потоки слёз, что не собираются заканчиваться. Я реву и реву, не в силах открыть глаза. Ноги еле держат.

Твою мать! Что это было?! Чёртов ублюдок решил показать себя? Ненавижу, как же я его ненавижу!

Глажу свою грудь, что до сих пор горит и пульсирует болью. Уверена там будет огромный синяк от его вонючей клешни. Как же мерзко. Тошнота находит, стоит вспомнить его ужасный запах.

Открываю окно и долго дышу, кажется, даже пропускаю звонок на пару. Лишь через десять минут я прихожу в себя и ухожу на пару, где стараюсь не смотреть на последние парты. Вильям не обращает внимания на моё появление, чем вводит в печаль.

Нужно ли рассказывать ему об этом случае? Не обидится ли он на меня за прикосновения другого парня?..

Совсем спятила, Элен? Эти прикосновения – самое отстойное, что может быть. Тело до сих пор лихорадит от произошедшего.

И с чего Карлос вдруг отпустил меня? Не похоже на него… Совсем не похоже…

Отсиживаю лекцию, а затем со всеми вместе направляюсь в спортивный зал. Лучше вообще не буду одной передвигаться. Он отпустил меня, но нужно быть на чеку и при первом же звоночке бежать в ректорат или к Вильяму. Бить тревогу.

Я справлюсь.

20

Ты же не предашь меня?..

– Что ж, видимо тусоваться мы будем, как и всегда у грёбаной троицы, – говорит Лори, стоя у листовки с приглашением. Такие сегодня расклеены по всему кампусу.

Кукушки наконец-то со мной и от этого мне спокойнее.

– Ну и ладно, – пожимает плечами Сабрина, а после затягивается электронкой. Прямо в помещении, но говорит, что так можно. Ладно, наверное, ей и правда можно. – Нужно съездить до выходных в центр, прикупить наряд.

– Да, ты с нами? – Лори поворачивается ко мне и наклоняет голову, отчего её синие волосы падают с плеча.

Отрицательно мотаю головой, поджимая губы.

Какой мне наряд без лишних денег?.. Мне с трудом хватает того, что присылает мачеха.

– Смотри сама, до выходных ещё есть время. Может передумаешь, – она приобнимает меня за плечи, и мы идём на пару.

Первая, вторая, третья – все пары проходят спокойно. Я расслабляюсь рядом с подругами, которые вдруг сообщают мне о том, что им нужно в деканат и, похоже, надолго.

Вновь чувствую тревогу. Я рассказала им про сводного брата. Правда кукушки стали коситься на него периодически. Нет, не из-за того, что он мог им понравиться. Вкусы у девчонок самые примитивные – смазливый красавчик, желательно популярный и богатенький. Тут у Карлоса совпадает лишь богатство – деньги моего отца, которые он прожигает. Ублюдок…

– Не переживай, – говорит Сабрина, когда мы выходим из корпуса, где у нас проходили пары. Тут их несколько, и корпус администрации отделён от всех – он находится в самом конце территории. – Смотри, девчонки из нашего домика. Иди примкнись к ним, спокойно дойдёшь.

– Давай, смелее, – подгоняет меня Лори, толкая в спину.

Ладно, девчонки и правда наши. Нужно лишь ускорить шаг и догнать их.

Машу кукушкам и бегу следом за соседками. Руки не вынимаю из карманов, ведь забыла варежки, а на улице, как и всю зиму – чёртов холод, пробирающий до дрожи.

Они уже завернули за угол учебного здания. Скриплю снегом под ногами, стараясь идти быстрее. Очень страшно. Словно среди белого дня конченый Карлос может схватить меня и утащить в своё логово. Брр…

Уже подхожу к углу корпуса, на миг оглядываюсь, проверяя, чтобы за мной никто не шёл. Чисто. Отлично.

Поворачиваюсь, забегая за угол, и тут же натыкаюсь на препятствие. Мой рот зажимают, а тело волочат чуть дальше – за старое крыльцо, в тёмный угол.

Я сразу расслабляюсь, ведь знаю – это мой Вильям. Я отличу его из тысячи других парней по прикосновениям и свежему запаху.

Улыбаюсь в его горячую ладонь, совершенно не сопротивляясь. Он останавливается у стены и разворачивает меня к себе лицом, убирая руку. Кладёт её мне на талию, заглядывая в глаза. У него они всегда такие синие, яркие.

– Привет, – шепчу за секунду, как его губы накрывают мои.

Он редко что-либо говорит, я привыкла. Он больше действует. Как и сейчас, целует меня, сжимая талию через тёплую куртку. Это не удобно, но так приятно. Всё, что связано с Вильямом не может быть иначе.

– Привет, – произносит, отстранившись.

Я зависаю на какие-то секунды, пока он прицельно смотрит в мои глаза. Он поздоровался со мной. И это немного странно, удивительно для меня. Может это из-за духов, что дала мне с утра Сабрина?.. Это и правда действует?.. Может попросить у Бьянки немного денег и всё же купить платье на вечеринку?.. Возможно ли, что тогда Вильям начнёт влюбляться в меня?..

Мы целуемся и обнимаемся ещё несколько минут, а после он спрашивает:

– Придёшь в выходные? – и даже заправляет прядь волос, что выбилась из-под моей шапки.

Кажется, я зависла со странной улыбкой на лице. Сердце скачет, как ненормальное, трепетные чувства поселились в груди, вытесняя страх и тревогу, что правили там до этого.

– Элен? – зовёт меня, и я отмираю, заметив, как его брови сводятся к переносице.

– А? Да… Да, приду, конечно, – киваю много раз, чтобы наверняка.

Усмехается, щёлкнув меня по замёрзшему носу и, сунув руки в карманы чёрной куртки, уходит.

Твою мать!

Это что сейчас было?..

Тихонько пищу, смотря ему вслед. Мне ведь не показалось?..

– Да уж, – выдыхает Паула, когда я рассказываю ей случившееся. На часах пол второго ночи, а мы очень тихо сидим в моей комнате в темноте и точим печеньки. – Да ты вся светишься. Можешь с лёгкостью заменить мой фонарик на телефоне, – кивает она на свой телефон, что лежит между нами и освещает пространство.

– Думаешь, я и правда могу понравиться ему? – открываю бутылку с соком и делаю жадный глоток.

– Ты и так ему нравишься, – утверждает, забирая у меня бутылку.

– А ты откуда знаешь? Ты уверена? – сыплю вопросами, находясь в шоке от такого заявления. – Так это и правда духи подействовали?

Она смеётся. Потом берёт подушку и смеётся в неё, видимо, чтобы нас не услышали другие девчонки.

– Ты такая наивная, Элен. Думаешь, он стал бы трахать страшилу?

Закатываю глаза.

– Паула, я знаю, что нравлюсь ему внешне. Но вот то, что произошло сегодня… Он ведь так смотрел на меня, понимаешь?

– Байер, угомонись. Никакие духи не заставят парня полюбить тебя, как, впрочем, и шмотки. Будь собой, да и всё, – кивает и откусывает очередную печеньку.

У Лойчер всё так легко…

На следующий день происходит кое-что действительно ужасное. Хоть я и говорила Вильяму про ублюдочного Карлоса, которого до ужаса боюсь, сейчас сводный стоит в компании троицы, и они над чем-то смеются.

Вильям, как и всегда, лишь улыбается. Мы не были в его машине уже пару дней, и он не видел того, что происходит с моей грудью. А она сейчас в двух ярких синяках.

От этой картины у меня на глаза наворачиваются слёзы.

Вильям Хуго, ты же не предашь меня?..

21

Это то самое радостное и спокойное, что живёт в моём сердце – любовь.

– Идёшь в столовку? – спрашивает Сабрина, закидывая тетрадь в свой оранжевый рюкзак, и достаёт электронку.

Смотрю в спину Вильяма, к которому подходят Лукас с Нортоном. И Карлос…

– Да, – киваю, вставая следом за ней.

Лори стало нехорошо на прошлой паре, и она ушла отдыхать в домик. Наверняка, те странные покупные сырники, что она съела на завтрак, сыграли в этом огромную роль.

Уже какой день я сама не своя. А всё чёртов сводный братец, который одним своим присутствием скручивает моё нутро в чёртов узелок. Никак не могу расслабиться, зная, что он сидит в аудиториях где-то за моей спиной. И вроде не проявляет больше своего поганого характера, но тревога всё равно не отпускает.

Парни стоят у стола Вильяма, о чём-то разговаривая. Мы с Сабриной направляемся на выход из аудитории, путь к которому как раз через них. И чем ближе я подхожу, тем глобальнее ощущаю напряжённость. Мой любимый человек стоит с конченым ублюдком. Монстром.

Этот подонок ещё и плечом меня задевает.

– Ой, прости, сестрёнка, – сожалеюще проговаривает, повернувшись ко мне.

Поднимаю взгляд на Вильяма. Он смотрит на руку братца, что держит меня за локоть. Молча киваю, вырываю руку, и бегу за своей кукушкой.

Чёрт! Ну зачем отец запихал его сюда?..

– Кстати, цыплёночек, ты решила насчёт похода по магазинам? Поедешь? – спрашивает Сабрина и берёт меня под локоть, когда мы оказываемся в коридоре. – Вечеринка уже послезавтра, значит поехать мы должны сегодня. Ну или завтра, – пожимает она плечами. – А если Лори не поправиться? – тормозит, останавливая за одно меня. – Детка, ты должна поехать со мной! Кто мне иначе подскажет?

– Ладно-ладно, успокойся. Я поеду, пойдём, – соглашаюсь и киваю в сторону столовой. Перерыв не настолько большой, чтобы останавливаться лишний раз.

Я и сама хотела поехать с сёстрами. Прикупить наряд на пятничную вечеринку, чтобы посмотреть на реакцию Вильяма.

Надеюсь, там не будет Карлоса. Может он вообще уедет или… Вот бы его отчислили.

Ведь когда он находится в поле моего зрения, я не могу думать о хорошем. Или о Вильяме. Я просто боюсь и опасаюсь разного. Один сплошной минус в моей жизни.

После пар Сабрина уговаривает ехать в магазин прямо сейчас. Мне приходится вскрывать заначки, чтобы насобирать хоть на простенькое, но новое платье. Коробка из-под домашних тапочек стала как раз такой.

Пересчитываю всё, что нашла, плюс те деньги, что Бьянка переводила мне в каникулы.

– Думаю, хватит, – подвожу итог и выхожу из своей комнаты.

Вижу, как открывается дверь Паулы, показывая её белоснежную голову.

Киваю ей и улыбаюсь. Получаю в ответ её подмигивание.

Обязательно зайду к ней перед сном поболтать. Она как депрессант действует на меня.

Сабрина нетерпеливо ждёт меня в прихожей, постукивая тяжёлой подошвой своих ботинок.

– Я вся спарилась, Байер. Ты настоящая черепаха, – прищурившись смотрит на меня синими глазами. Я лишь широко улыбаюсь и надеваю куртку.

– Как тебе? – спрашивает она, когда появляется из примерочной. В полупрозрачном оранжевом платье. Я даже вижу её чёрное бельё.

– Ты как продажная шлюшка, – утверждаю я, скривив губы.

– Пф, на то и расчёт, детка, – усмехается она, крутясь вокруг своей оси и подмигивает своему отражению. – Теперь давай подберём что-нибудь тебе. Что-нибудь, чтобы Вильям отжарил тебя пуще прежнего.

– Боже-е, что за словечки, – смеюсь и закатываю глаза, вставая с пуфика.

Так, нужно выбрать что-то недорогое, но красивое…

Вильям Хуго, я собираюсь покорить тебя своей красотой в пятницу вечером!

Перемеряю десяток платьев, на которые Сабрина кривит лицо. Показательно засовывает в рот два пальца, тем самым показывая своё недовольство. А затем сама выбирает мне наряды. Я в первую очередь оцениваю стоимость.

А выбирает она всё чертовски дорогое. Ей и не нужно смотреть на ценники, ведь в её брендовой сумочке живёт кредитка отца, а в моей простенькой звенит мелочь.

– Это слишком… – поджимаю губы, рассматривая вещи, что она бросает мне. – Мне не по карману, Сабрина.

– Не парься, дарю, – щёлкает жвачкой, кидая в меня ещё одну вещь. На этот раз ядовитого зелёного цвета.

Твою мать…

Она покупает нам по три платья. И лишь одно из своих я выбрала сама и на свой «ужасный», как говорит Сабрина, вкус.

– Ты будешь секси, детка. Уверяю, – она улыбается, обнимая меня свободной рукой за плечи, когда мы ждём такси около торгового центра.

Щёки покалывает от холода, что никак не собирается прекращаться.

– Да. Я надену то изумрудное, – тоже улыбаюсь, представляя себя в нём. Ещё и волосы распущу. Они у меня длинные, шоколадные, как и цвет глаз.

– Ну тоже ничего. Только вот чёрное смотрелось бы круче.

– Эти нитки? Серьёзно? Не-ет…

Она заливается смехом.

Лори совсем плохо. А всё грёбаные сырники. Врач подтвердила сильное отравление, и теперь она на больничном. Пол вечера я сижу у них в комнате. Мы с Сабриной поддерживаем Лори, но ей совершенно не до этого. Через полчаса она засыпает, а я ухожу к себе.

Жду сообщение от Вильяма. Обычно оно всегда приходило в это время, не считая последних двух дней. И я бы подумала, что он больше не желает видеть меня. Только вот вчера он так обнимал и целовал меня. Так смотрел своими яркими лазурными глазами.

Улыбаюсь своим мыслям. Это то самое радостное и спокойное, что живёт в моём сердце – любовь.

Вильям: «Жду за домом»

Вижу долгожданное сообщение и в миг соскакиваю с кровати.

– Так, что же мне надеть?..

22

Поцелуй меня на прощание…

Знаю, чем мы сейчас с Вильямом займёмся. Ведь мы всегда только этим и занимаемся.

Нутро предвкушающе сжимается. Я так соскучилась за эти два дня, что тороплюсь, и даже пару раз запинаюсь о мебель в тесной комнате.

Распахиваю шкаф, выворачивая его содержимое. Жалею, что сейчас на улице дикий холод. В другом случае я бы надела юбку, или даже красивое платье, что купила сегодня днём. Не очень-то удобно в машине раздеваться, когда на тебе множество тёплой одежды.

Но ничего не поделать, приходится достать утеплённые лосины и свитер. Снимаю бюстгальтер, который мне не понадобится и натыкаюсь на синяки на груди. Они уже почти сошли, остались лишь желтоватые следы.

– Чёрт…

Надеваю топ, майку, а уже сверху свитер. Может Вильям не будет снимать это всё полностью?.. И мне бы на руку, чтобы он увидел проделки ублюдочного Карлоса, но стыд перевешивает. Хочется для любимого быть красивой. Без синяков и изъянов. Ладно, к шраму на стопе я привыкла ещё со школы и уже не замечаю его, но вот эти синяки…

Переплетаю косу с молниеносной скоростью и, схватив телефон, вылетаю из комнаты.

В прихожей накидываю куртку и сапоги. Мороз начинает колоть щёки, стоит оказаться на улице. Забегаю за домик и вижу чуть дальше в тени такую знакомую машину.

Улыбаюсь, подходя к ней. Запрыгиваю в салон, где играет приятная тихая музыка и сразу ощущаю запах Вильяма, что сносит крышу к чертям.

– Привет, – произношу, часто дыша, ведь запыхалась. Торопилась к нему.

– Привет, – сухо отвечает, но я привыкла.

Он всегда такой безэмоцианальный. Отодвигается вместе с сидением чуть назад в пригласительном жесте. Я снимаю обувь, куртку и сразу лезу к нему на колени. Соскучилась до безумия.

Хоть от него и исходит холод в плане романтики, разговоров и прочего, я всё же могу с лёгкостью представить, будто мы встречаемся. Ведь он не просто трахает меня, как ему вздумается. Всё же он заботливо целует и доводит меня до оргазмов.

Вильям горячими ладонями забирается под мою кофту, опаляя кожу жаром сквозь тонкую майку, что моё тело начинает плавиться в его руках. Он притягивает меня ближе к себе. Одной рукой накручивает косу на руку, а затем впивается в мои губы своими нежными и мягкими. Я первая углубляю поцелуй, языком проникая в рот Вильяма.

Мы целуемся несколько минут, пока его руки блуждают по моему телу, вырывая из меня тихие стоны. Забираются под одежду со всех сторон, стискивая разгорячённую кожу. Забываюсь в наслаждении, что пробирается под кожу, расползаясь по венам жжением.