- -
- 100%
- +
Идя по длинному коридору, слышу скрип двери из зала. Я стараюсь не смотреть ужастики, чтобы потом моя фантазия не добавляла мне седых волос раньше времени, и стараюсь беречь свои нервы. Но тут от этого скрипящего звука мне вдруг становится ещё жарче, и я чувствую, как мелкие капельки пота скатываются по спине между лопаток.
Останавливаюсь и не издаю ни звука, пытаясь прийти в себя и списать всё на свой недосып и перенасыщенный на эмоции день. Лишь спустя пару минут я вновь продолжаю путь в комнату. Делаю всего пару шагов, как меня ловит какое-то чудовище. Сердце летит в пятки, а из горла готовится вырваться истерический вопль, но тут мой рот кто-то закрывает. Становится ещё страшнее, а потом это чудовище начинает говорить:
– Блять, тише ты, – слышу тихий шёпот Егора. Хоть внешне их тяжело отличить, но по голосу легко. По интонации точнее.
Услышав его, я ненароком расслабляюсь, а потом до меня доходит: Егор ночью в нашей с подругой квартире зажимает мне рукой рот!
Дергаюсь, пытаясь отодрать его руку, но он, шумно выдохнув, начинает идти по коридору, таща меня вместе с собой. И останавливается уже в ванной комнате.
– Тише будь, Малинка, – говорит слишком серьёзно и отпускает меня.
– Что? – говорю так же тихо. – Что это значит? Зачем притащил меня сюда, я спать хочу, – шиплю на него, пытаясь нащупать замок на двери, так как слышала, что он нас тут запер.
– Да не суетись ты. Мне в туалет надо.
Чего?!
– И? А я при чём?
Вот дурак, совсем не понимает, что он парень, а я девушка?!
– Мне страшно. У меня фобия, – его голос всё так же серьёзен, и тут я слышу, как он поднимает крышку унитаза.
– Стой, стой, стой! – ору шёпотом, ищу в темноте его руки, чтобы остановить. – Фобия чего у тебя? Одному в туалет ходить?
– Ага, – он уворачивается от моих рук. – Я ж обычно с братом хожу, а он спит.
Я аж подвисаю от его ответа. Только вот через секунду слышу его тихий смех и следом:
– Шутка. Фобия темноты. Так что не отвлекай, постой у двери.
Звук расстёгиваемой ширинки заставляет распахнуть глаза, а щёки покраснеть даже будучи в темноте. Как же я ненавижу этого неандертальца...
– Я девушка! Прекрати сейчас же! И выпусти меня! – громкий шёпот оглушает в таком тесном пространстве. Реакции нет, и я боюсь того, что могу услышать дальше. – Егор, пожалуйста, я подожду за дверью, – умоляюще пищу.
– Точно? Обещаешь? – спустя пару секунд тишины отвечает этот дурак.
– Об-бещаю…
Конечно же, я тогда не сдержала такого глупого обещания и закрылась в своей комнате, надеясь, что он помер от своей фобии. Утром я встала раньше всех и, быстренько собравшись, убежала на учёбу. И даже решила не выходить из аудиторий. Только, если в сопровождении Любы.
Старалась максимально избегать тупого Егора. Мне почему-то было жутко стыдно. Не знаю из-за чего: того, что чуть не произошло или того, что убежала, бросив его одного. Было очень грустно, что от своей трусости я могла не увидеть сегодня Снайпера.
Конечно, если бы я встретила его одного на перемене, я бы подошла и нажаловалась. Но он сам пришёл ко мне перед второй парой. Прямо в аудиторию. Он стоял в дверях, окидывая всех взглядом, чем вызывал шепотки, а у троицы, что также сидела передо мной и Любой, восхищённые вздохи.
– О, девчонки! Смотрите, Золотой пришёл! – восторженно и всё-таки громко сказала Кристина, поправляя свои волосы и при этом забрасывая одну ногу на вторую, развернувшись к проходу.
– Это Егор или Глеб? – спрашивает Рита.
– Да всё равно, они оба красавчики, – не отстаёт Эля, почти ложась на парту грудью.
Люба закатывает глаза, а Снайпер направляется в нашу сторону. На нём широкие чёрные часы, по которым я сразу поняла, что это не дурацкий Егор.
– Идёт к нам, девки! – пищит Кристина, и я чувствую, что моё лицо немного скошено от их странного поведения.
Он, улыбаясь, подходит к нам и садится на корточки, кладя локти на стол сбоку от меня. Все пялятся, и мне не по себе. Лишь его шикарная улыбка придаёт мне смелости улыбнуться в ответ.
– И что он опять натворил, раз ты убежала ни свет, ни заря?
22
– Привет, кстати, – Глеб кивает Любе. Дожидается от неё приветствия и впивается в меня своим янтарным взглядом. Наклоняет немного голову, отчего прядь волос падает ему на лоб. Он убирает её небрежно и подмигивает. Красивый.
Как и его брат…
Тут же морщусь. Представлю, что он один ребёнок в семье.
– Привет, Глеб, – начинаю я и вижу, как наша троица сверлит нас взглядом. Определённо собирают слухи. – Может, выйдем?
Киваю в сторону выхода, и Глеб поднимается на ноги. Мы выходим в коридор под пристальные взгляды и тишину студентов. Останавливаемся у широкого подоконника. Сегодня на улице пасмурно, и повсюду лужи, поэтому я надела толстовку, шнурки от которой сейчас перебираю пальцами от нервозности.
– Малинка, я знаю своего брата. Жалуйся давай, – Снайпер усмехается, облокачиваясь поясницей о подоконник и упираясь в него же руками по бокам от себя.
– Егор боится темноты? – спрашиваю.
– Раньше боялся, а что?
Вот же ж. Наврал? И чего он добивался?.. Какой-то странный. Теперь я больше боюсь его, чем ненавижу.
– Просто передай ему, чтобы он не подходил ко мне, ладно? – отрываю взгляд от пола и перестаю теребить шнурки толстовки. – Сейчас звонок будет, давай встретимся позже. Может… отвезёшь меня на работу в обед? – решаюсь попросить его, чтобы побыть с ним подольше.
– У тебя скоро день рождения, – он прекрасно знает, когда оно, и я сразу же вспоминаю какое сегодня число. – Я подарю тебе телефон.
– Нет! – произношу гораздо громче, чем хотелось бы, а затем выдавливаю улыбку. – Не вздумай, Глеб. Я не приму такое, ты же знаешь, – верчу отрицательно головой, обхватив себя за плечи.
– Ну тогда мне придётся прибегнуть к хитрости, Малинка, – и его загадочный взгляд меня ступорит. – Ты же ещё вчера спрашивала, что тебе сделать, чтобы я простил тебя. Правда?
– Да, – положительно киваю, сведя брови к переносице. Ещё бы, я ведь виновата перед ним.
– Ну вот. Моё желание – прими мой подарок, Малинка, – щёлкает меня по носу и, сунув руки в карманы, удаляется.
Блин! Подстава.
Мой день рождения будет через три дня. В эту субботу. Честно признаться, я забыла о нём. Нужно срочно купить себе телефон, чтобы Глеб не тратился на такой недешёвый подарок.
Возвращаюсь в аудиторию, но стоит подойти к своему месту, как передо мной появляется Кристина. Она показательно жуёт жвачку, растягивая её на языке, и складывает руки под грудью, отчего та в открытом декольте приподнимается.
– Это чё было, очкастая? С какого ты с Золотым общаешься?
Набираю полные лёгкие воздуха, смотря на Любу. Ищу поддержку, а она как на зло, пожимает плечами. Показывает кивком на Кристину и проводит ладонью по шеи.
Она хочет, чтобы я уничтожила её? Как?..
– Ты оглохла, Блоха? – она смеётся, наклоняя голову назад, и поправляет свои волосы. – Он же обзывал тебя. Чего это ты с ним общаешься? Тебе самой не стрёмно?
– Это Глеб, – сухо отвечаю, хотя внутри меня трясёт.
И спасает меня преподаватель, что заходит в аудиторию.
На лекции Кристина часто поворачивается, задавая мне разные вопросы, но Люба их блокирует, чем спасает меня.
После пары мы со старостой идём в столовую. Катька уже там, машет нам из длинной очереди. Быстро набираем себе обед и садимся за столик.
– Ты куда, кстати, упорхнула с утра пораньше? – спрашивает она, когда мы начинаем есть.
– Егор-дурак ночью такое вытворил, – отвечаю, вставляя трубочку в коробку сока.
– Что он сделал?
– Схватил меня ночью и утащил в туалет. Один боялся, – мой голос пропитан гневом.
– И? – спрашивает Люба, – У вас что-то было? – её лицо кривится. Конечно, она ведь хотела стать девушкой Егора. А потом возненавидела его.
– Он хотел нужду справить. При мне, – заканчиваю тише, наклоняясь ниже к ним. Хотя в столовой слишком шумно, и меня не услышали бы, если даже постарались.
Катька начинает смеяться, а через пару секунд начинает и Люба.
Смешно им. Вот бы оказались на моём месте!
Слышу смех сбоку. Поворачиваюсь, натыкаясь на толпу студентов. Егор со своими друзьями. Глеба среди них нет. Он ловит мой взгляд и резко отворачивается. Сначала хмурюсь, а затем расслабляюсь.
Отлично. Значит Снайпер поговорил с ним. Ну и хорошо.
Третья пара проходит спокойно. Кристина только дёргается и пыхтит, сидя передо мной. После звонка прощаюсь с Любой, которой нужно к отцу, и спускаюсь к выходу. Уже будучи на первом этаже, ощущаю, как моё запястье кто-то стискивает. Разворачиваюсь, сталкиваясь взглядом с Элей.
– Иди-ка сюда, – произносит ядовито. Её голос шипит.
Она тащит меня назад от выхода. Студентов немного, и мой язык опять перестал меня слушаться. Она тянет меня к пустому углу, как вдруг меня хватают за вторую руку.
– Злата, нужно поговорить.
Этот голос вызывает злость. Егор. Эля отпускает меня. Я замечаю, как она смотрит на него и начинает тут же улыбаться, убирая недовольную маску с лица.
– О, привет. Егор, да? – совершенно забыв про меня, она мило улыбается, подходя к Егору ближе, и кладёт руку на его плечо.
Пожалуйста, пусть они останутся вдвоём, давая мне фору на побег! Ужасная ситуация...
– Отвали, – грубо отвечает, смотря на Элю, а затем переводит взгляд на меня. – Пойдём. Поговорить надо.
Мне, вообще, ничего не надо! Но как обычно, я молча следую за ним. Он останавливается у выхода, повернувшись ко мне лицом. Тут уже пусто и можно поговорить спокойно. Ладно, посмотрим, что он хочет сказать. Надеюсь, это будет извинение.
– Злата, – он говорит серьёзно.
Значит, я права?.. Только вот в следующую секунду, дверь распахивается, и кто-то шустро влетает в Егора сзади, который от неожиданности и удара подаётся вперёд, прямо на меня. Успевает лишь руки выставить в разные стороны, упираясь ими в стену. А я оказываюсь прижатой к стене в кольце этих самых рук. И тут наши губы соприкасаются…
23
В шоке распахиваю глаза. Кажется, он шокирован не меньше моего. Резко отстраняется и отводит первым взгляд, прокашливаясь при этом.
Что только что произошло?..
Меня вдруг ведёт по стенке вбок, и он помогает мне поймать равновесие, обхватив одной рукой моё запястье, а затем ставит на место. Резко отстраняется, засовывая руки в карманы джинсов и, кивнув в сторону выхода, идёт туда.
Какая нелепая ситуация. Пока он не видит, вытираю губы тыльной стороной ладони и всё же направляюсь следом за ним. Сердце колотится, испугавшись, и щёки пылают. Даже руки мелко трясутся. Ужасное состояние от нелепого стечения обстоятельств.
Что ж, я никогда не назову это поцелуем. Это же не он, да?.. Капец. Дурацкий, дурацкий Егор! И я иду не за ним! Мне нужно найти Глеба, чтобы он отвёз меня в цветочный.
Направляюсь в сторону парковки, смотря под ноги и обходя все лужи. Прохладный ветер растрёпывает волосы, из-за чего уши начинают мёрзнуть. Накидываю капюшон, чтобы не продуло.
– И куда ты собралась? – взгляд натыкается на белые кроссовки, подошвы которых испачканы из-за влажной земли. – Нужно поговорить, Злата. Давай выпьем кофе через дорогу.
Поднимаю на него взгляд. Но до лица не дохожу, останавливаюсь на его шеи. Из-за своего роста я не сильно ниже его. Может... сантиметров десять. Пытаюсь обойти его, при этом проигнорировав, но он загораживает мне путь снова. Шумно выдыхаю и говорю:
– Отстань от меня. Я не хочу пить с тобой кофе, – и голос мой на писк похож. Делаю ещё одну попытку его обойти, и на этот раз он меня не останавливает.
– А, ну отлично, – говорит мне в след. – Я тоже. Ну на всякий случай, извини за ночь.
Я оборачиваюсь, в шоке от его извинения, но он уже уходит в другую сторону. Облегчённо выдыхаю.
– Ничего себе… Егор извинился…
Разглядываю парковку, пытаясь отыскать машину Глеба. Я не помню, как она выглядит, и мне приходится просто стоять в надежде, что он сам меня найдёт. Студентов мало, большинство уже разошлись. И я, наконец-то, вижу, как из универа выходит Глеб. С Викой Протасовой. Они мило беседуют, над чем-то смеясь, пока я, поджав губы, наблюдаю за ними.
Они направляются в мою сторону. Перешагиваю с ноги на ногу, пока жду их и тереблю шнурки толстовки.
– Не знаю, Вик, я подумаю, – говорит Глеб и останавливается напротив меня.
– Ладно, как скажешь, так и будет, – Вика тоже останавливается и переводит взгляд на меня. – О, первокурсница. Приветик.
– Привет, – произношу тихо.
– Вика, это Злата – моя подруга.
– О, прямо подруга? – она улыбается, странно поглядывая на Снайпера. – А Егор знает?
– Знает.
– Ты уже нажаловалась на Егора своему другу? – спрашивает она меня, выделяя последнее слово.
О, точно. Она же слышала, как дурацкий Егор обозвал меня.
– Вик, прекращай. Подруга.
– Да ладно вам, – она смеётся, хлопнув Глеба по плечу.
– Ладно, мы торопимся. До завтра, – он обхватывает меня за плечи и разворачивает в сторону парковки.
– Пока-пока, – машет она рукой, продолжая сверкать улыбкой.
– Пока, – тихо прощаюсь, повернув голову в её сторону, и она подмигивает мне.
Доходим до его машины. Большая и белая. Теперь я обязательно запомню её. Улыбаюсь, когда он открывает мне пассажирскую дверь.
По дороге в цветочный мы обсуждаем всё на свете. И это так напоминает наши переписки, что я расслабляюсь. Чувствую, что счастлива в этот момент. Дорога занимает совсем немного времени, а хотелось бы, конечно, побольше. Но Глеб предлагает и забрать меня после работы. Естественно, я соглашаюсь!
Приятная музыка в магазине и запахи различных цветов только поднимают мне настроение. Тут большое разнообразие на самом деле, разве что роз нет. У Лады аллергия на них. Забавно…
Пританцовываю спиной ко входу, собирая очередной букет, и даже подпеваю. Всё равно у двери колокольчик, который оповестит о посетителе. Так ухожу в процесс создания прекрасного, что не сразу замечаю, что я не одна. Резко торможу, выпрямив спину, и поворачиваюсь на сто восемьдесят градусов.
– И опять ты, – раздражённо проговаривает обладатель янтарных глаз, осматривая меня с ног до головы.
Да почему он злится-то?!
24
Поправляю свои старенькие очки и обхожу стойку, на которой обычно делаю различные комбинации.
– Это моя работа, – произношу, возвращаясь к букету. – А ты чего пришёл? Букет для девушки купить?
Да блин! Что это за дерзость в моём голосе? Совсем не похоже на меня.
Но букет у меня получается просто шикарным. Эх… Кому же достанется такая красота?..
Улыбаюсь, проворачивая его в руках, и сажусь на корточки, чтобы достать розово-голубую упаковочную бумагу. Думаю, такая в самый раз. Одной рукой держа стебли цветов, другой я расправляю бумагу. Локтем придерживаю её, чтобы не закрутилась обратно, и тянусь за ножницами. Присутствие Егора меня напрягает, но я стараюсь не обращать внимание. Пусть выберет, что хочет. Или спросит, тогда я подскажу. Тороплюсь с букетом, чтобы не пришлось потом вновь всё поправлять из-за этого дурака.
Что ж такое-то?..
– Подай, пожалуйста, ножницы, – прошу его, так как не могу дотянуться сама. Уже почти лежу на столе.
Смотрю на него и вижу, что он пялится на меня. Потом медленно переводит взгляд в сторону моей руки и, вытащив свою из кармана, берёт ножницы. Крутит на пальце их, продолжая сверлить меня своими янтарными глазами. Вопросительно смотрю, приподняв бровь, и киваю на ножницы. Повторяет за мной, потому что тоже приподнимает бровь и, наконец-то, отдаёт мне их.
Шумно выдыхаю, чем показываю своё к нему отношение. Я, действительно, ненавижу его. Может и не всей душой, так как он всё же брат моего Снайпера, но чуть-чуть да ненавижу. Чего только стоили его оскорбления… И, вообще, он должен мне нормальные очки! Те, что сейчас на мне, недостаточно точные для моего зрения. И усугублять его я не намерена.
– Кстати, а когда ты купишь мне новые очки? – снова смотрю на него, отрезая нужный кусок бумаги. Он резко наклоняет голову в сторону, но молчит. – И выбирай уже цветы.
Хмурюсь, продолжая работать с букетом, потому что он напрягает всё сильнее. Молчит. Вот что ему надо? Где другие клиенты?.. Аж не по себе становится. Брр…
Отрезав нужное количество упаковки, хочу взять ножницы в другую руку. Чуть не рассыпаю цветы и, пытаясь сделать всё и сразу, случайно режусь.
– Ауч! – дёргаюсь от боли, роняя эти проклятые цветы.
И совсем неожиданно для меня, этот неандерталец берёт мою руку и засовывает больной указательный палец себе в рот.
В рот! Какой ужас!
В шоке распахиваю глаза, чувствуя его горячий язык. Сглатываю, готовая расплакаться от очередной абсурдности. Блин, ну что за идиот?..
И, кажется, для него это тоже неожиданно. Он замирает, глядя на меня, а затем отдаёт мне мой бедненький палец. Слюнявый палец, на минуточку!
– Прости, – пожимает плечами. – Я всегда так делаю, – и взгляд отводит. Руки в карманы убирает и поворачивается в сторону выхода. – Пойду покурю. Доделай его, – указывает на букет. – Вернусь, оплачу.
А. Ну ладно. Хоть над душой стоять не будет. Сколько же бактерий у него во рту, раз он всегда такделает?..
Фыркаю и иду к сумке за пластырем. Утром я обнаружила влажный рюкзак, который так и не высох после ливня, поэтому пришлось брать сумку. Но перед этим иду промыть палец от слюней одного дурака.
Закончив, наконец-то, с букетом, слышу звук колокольчика. Егор вернулся, притащив с собой запах дыма. Отвратительно.
– С тебя семь тысяч, – именно в такую сумму оцениваю букет и жду, что он сейчас откажется. Он хоть и капитан футбольной команды, и многие девушки ходят вокруг него, но вот не богатый он. Просто обеспеченный. Да и не думаю, что работает. Тёть Таня, наверное, ему столько в неделю переводит, сколько я озвучила.
И пока я наблюдаю за ним, он спокойно достает деньги и аккуратно кладёт передо мной. Улыбается ещё.
Что ж, допустим.
– Спасибо за покупку, – улыбаюсь в ответ, протягивая ему цветочки в розово-голубой упаковке. Блин, завидую его девушке. Они бы классно смотрелись у нас в кухне, там как раз голубые шторы.
– Оставь себе, Малинка, – подмигивает и удаляется.
– А? – непонимающе хмурюсь, так и морщины получить не долго. – Я тебе не Малинка!
– Как скажешь, воробушек, – поднимает одну руку, так и не повернувшись.
Воробушек? Спятил?!
Сжимаю букет, чувствуя, как начинают болеть зубы. Это я с такой силой их сжала. Мои бедненькие нервы. Он превращает меня в злюку, что ж такое-то?..
Смотрю на букет в своих руках минут пять.
Всё думаю, чтобы это значило?.. Он его мне, что ли, купил? Значит, Катька с Глебом были правы? Я нравлюсь неандертальцу?
Капец! Ладно, это просто красивые цветы.
Откладываю их и принимаюсь за следующий букет. Ближе в десяти вечера приезжает Лада. Она такая красивая, особенно ей идет её небольшой животик. Она пьёт чай, и мы болтаем до конца рабочего дня, время от времени отвлекаясь на клиентов.
– Ты купила букет? – спрашивает, когда я беру его и иду за ней на выход.
– Это… друг подарил. Купил и отдал мне, – тушуюсь, смотря в пол. Конечно, семь тысяч. Выглядит, будто я украла его.
– Оу, какой у тебя замечательный друг, Злата, – она улыбается, выходя первой.
На парковке уже ждёт Глеб. Подходит к нам, обнимая Ладу.
– Привет, ты за Златой? Правильно, нечего так поздно одной ходить, – оборачивается ко мне. Я как раз закончила ставить магазин на сигналку. – Твой друг? – спрашивает, ехидно дёргая бровями.
– А. Да, но не…
– Друг, друг. Не переживай, довезу в целости и сохранности. Как малыш?
– Все в порядке, спасибо, – она кладёт руку на живот. – Мне нужно забрать Влада из караоке. Они там с Даней зависли, так что я поеду. Пока, ребята.
Помахав нам, она уходит к своей машине, а Глеб открывает мне дверь в свою. Забираюсь, размещая сумку и букет на коленях.
– Это от кого? – кивает на цветы, как только садится рядом.
– От твоего близнеца, – даже не смотрю на него, потому что лицо покрывается краской. Я, конечно, не влюблена в Глеба, но лучше бы он мне подарил букет.
Слышу тихий смех сбоку и резко поворачиваюсь.
– Что смешного?
– Я так и думал, – он заводит машину. – Ты ему понравилась. Скажу больше – похоже он влюбился.
25
– Не взаимно, да? – спрашивает Глеб, когда замечает моё скривившееся лицо и выезжает на дорогу.
Естественно, блин, не взаимно!
– Мягко сказано. Он же дурак, – произношу, смотря прямо перед собой. Уже стемнело и похолодало. Кажется, будто тёплые деньки больше не настанут. Ветер колышет деревья, и людей на улице сегодня меньше.
Минуту едем в тишине, а потом он внезапно говорит:
– Я тут с мамой говорил. Рассказал про тебя, ну и… В общем, про телефон спалил, она не знала. Ругалась, хотела бежать рассказывать Оксане твоей, – поворачиваюсь к нему в панике. – Короче, не будет она говорить ей, норм всё. Зайдёшь домой, сразу ответь ей. Уверен, она уже настрочила тебе, – он тормозит у подъезда и поворачивается ко мне. – Похоже, ты ей очень нравишься, – хмыкает.
– Хорошо, – прижимая к себе сумку и букет, открываю пассажирскую дверь. – И спасибо… Снайпер, – легко улыбаюсь, думая о том, что он говорил с тётей Таней обо мне. Капец.
– Пока, Малинка, – широко улыбается в ответ и подмигивает, заставляя смутиться.
Захожу домой и чувствую запах свежей выпечки. Катька опять что-то кашеварит. И где только сил столько берёт?.. Хорошо, что нам пока не задают много домашки. Точнее, почти ничего не задают. Я бы не успевала ничего с работой-то.
– Вернулась? Быстро ты, – она выходит в коридор, вытирая руки полотенцем, и смотрит на часы на стене. – Четыре минуты одиннадцатого.
– Глеб подвёз, – снимаю кроссовки и вручаю букет Катьке.
– Ого, это мне? По какому поводу? – она ныряет носом в цветы и прикрывает блаженно глаза.
– Нет, это мне. Поставь, пожалуйста, в вазу. Переоденусь пока, сил нет.
– А от кого?! – кричит вслед.
Ухожу в комнату, оставив удивлённую подругу в коридоре. Скидываю сумку на кровать и иду к ноутбуку.
– Ну ничего себе, – шепчу, когда вижу, сколько сообщений мне отправила тётя Таня. Сначала о том, что переживает. Спрашивает, как я умудрилась сломать телефон. А потом ругается, что сразу не сказала. И ладно, она мне не пыталась звонить всё это время, что я в Москве. Оксана бы давно была в курсе. Из-за её работы проводницей, она частенько не на связи и лишь иногда пишет мне, а не звонит. У меня ведь и ночь может быть или пары. А потом я ей отвечаю в той же социальной сети.
Что ж, пишу ответ, что всё в порядке, и я нашла подработку. Ответ приходит через минуту, пока я переодеваюсь в домашнее.
О, нет. Они с Сонькой решили подарить мне телефон на день рождения. У них это семейное, что ли?.. И отказы не принимаются, иначе они всё расскажут Оксане. А та точно отругает меня. Не хватало ещё, чтобы забрала из Москвы. Ну и ну…
Соглашаюсь, а после отвечаю Соньке. Она рассказывает про своих одноклассников и какого-то новенького, который её сильно бесит. Отчасти я её понимаю. Делюсь с ней подобной историей и чувствами, не упоминая её братика и, закрыв ноутбук, иду к Катьке.
Букет и впрямь отлично вписался в интерьер голубой кухни. Мимолётная улыбка касается губ, пока я не отдёргиваю себя. Букет от Егора, вообще-то! Тут нечему радоваться.
– Ну рассказывай. Кто этот тайный даритель? – Катька уже налила мне чай, поставив рядом булочки, а сама опять что-то стряпает.
– Почему тайный? – сажусь за стол и отпиваю чай с лимоном. Ммм… ещё и с сахаром. Как, впрочем, и булочки. Не много ли сладкого на ночь?..
– Тогда рассказывай давай. Я жду.
– Егор подарил.
– Егор? – она поворачивается ко мне, отлипнув от своей стряпни. Широко распахнутыми глазами смотрит на меня, а затем хохочет. – Боже, какой же он, – вертит головой из стороны в сторону, забрасывая противень в духовку.
– Какой? Тупой? – с раздражением выплёвываю, откусывая сладкую выпечку. А сладкое и правда поднимает настроение.
– Я хотела сказать «милый», вообще-то.
Садится напротив меня, уперев локти в стол, и тоже откусывает булочку.
– Вообще не милый. Скорее… противный, – а потом я перевожу тему подальше от Егора Золотого.
Утром на пару Люба заходит вместе с Агаповым. Они мило шушукаются, подходя к нашей парте.
– О, выздоровел?
– Ага, грёбаная ангина. Что я пропустил?
И всю первую лекцию они вдвоём, не прекращая, щебечут, пока я пытаюсь слушать преподавателя. К ним даже оборачивается троица, что сидит перед нами. Фыркают и просят потише, хоть и сами обсуждают свой маникюр.