Связанная кровью с Королём Ликанов. Книга 2
- -
- 100%
- +
Разорванная рубашка Виолетты всё ещё лежит на полу, и стыд захлёстывает меня при виде этого доказательства моей потери контроля. Всё, что произошло между нами, было идеальным, запредельным – пока всё не испортилось.
Жалкий дурак. Мне следовало сдержаться. Было очевидно, что человек не сможет выдержать то, что есть между нами.
Она справится, – настаивает Фенрис. – Что-то не так. Дело не в нашей связи. Богиня бы этого не допустила.
С величайшей неохотой я опускаю Виолетту обратно на кровать. Эхо не теряет времени, протискиваясь рядом со мной, чтобы натянуть футболку через голову Виолетты. Та похожа на тряпичную куклу, без малейшего намёка на сопротивление.
Даже запах черники стал едва уловимым, его трудно выделить в смеси других ароматов.
– Мне нужно остаться с ней. – Мои руки беспомощно зависают над неподвижным телом Виолетты. – Я должен это исправить.
– С ней всё будет в порядке. Больше всего ей нужен отдых. А вот ты… – Эхо хмурится и шлёпает по моим рукам, отгоняя их. – У тебя есть другое дело. Иди оденься.
Мне хочется рявкнуть на эту странную, загадочную женщину, но Виолетта относится к ней с большой нежностью. Если я причиню ей боль…
От мысли, что прекрасные, травянисто-зелёные глаза Виолетты будут смотреть на меня с обвинением, у меня сжимается желудок. Кажется, сегодня я обрёл много новых страхов.
Решив проявить великодушие, я игнорирую дерзость Эхо, хватаю с пола свою рубашку и натягиваю её. Ткань кажется тесной, неприятной для кожи.
Странная пустота гложет меня – нечто большее, чем парализующий страх потерять Виолетту. Моё тело ощущается по-другому. Легче. Словно то, что годами таилось во мне, ослабило хватку.
Даже присутствие Фенриса ощущается… яснее, что ли.
– Я объясню, что с ней происходит, когда будет время, – говорит Эхо, даже не взглянув в мою сторону. – Но сейчас есть кое-что поважнее, с чем тебе нужно разобраться.
– Нет ничего важнее неё. – Слова вырываются из моего горла диким рычанием.
Эхо не вздрагивает. Не моргает. Просто смотрит на меня своими сверхъестественными глазами. Затем со вздохом качает головой.
– Выйди на улицу и разберись с теми, кого ты привёл сюда своей бессмысленной демонстрацией доминирования. – Её голос срывается на шипение. – Или они вышибут мне дверь, а я обещаю, этого ты не захочешь.
– О чём ты говоришь?
– Твоя истерика привлекла зрителей. Твой бета сейчас с ними разбирается, но разобраться должен ты.
Ах.
Я чувствую это – давление незнакомой волчьей энергии на периферии моего сознания. Стая. Хозяева территории. Присутствие, которое я бы заметил сразу, если бы не был так сосредоточен на Виолетте.
Я рычу сквозь стиснутые зубы.
– Вот именно. – Эхо кладёт руку на лоб Виолетты. – Скорая скоро приедет, так что разберись с ними, пока они не распугали парамедиков. Виолетта на мне. А ты иди и будь королём.
Ещё один взгляд на Виолетту: я запоминаю изгиб её щеки, россыпь бледных веснушек на носу, медленный взлёт и падение её груди.
– Я скоро вернусь, – шепчу я ей. – Обещаю.
Эхо вздыхает. – Просто иди.
Снаружи у подножия ступенек дома на колёсах стоит Волчий Глаз, его широкая спина – барьер между тем, что принадлежит мне, и полукругом волков – их восемь, разных рангов в стае, и все они щетинятся сдержанной агрессией.
Их альфы здесь нет, но один из них, возможно, их бета.
– Сэр, – говорит Волчий Глаз, и в его голосе слышно облегчение. – Стая Скрипичная Спинка была обеспокоена нашим… присутствием.
Я должен быть в ярости. Должен желать разорвать на куски этих низших волков за то, что они посмели явиться, когда моя пара без сознания. Даже Фенрис должен царапаться изнутри, пытаясь вырваться, требуя крови за это вторжение.
Но Фенрис мысленно остаётся рядом с Виолеттой, молчит в моей голове, предоставляя это мне.
А я чувствую себя… сдержанным. Странная ясность течёт по моим венам там, где должна быть расплавленная ярость. Я всё ещё могу достучаться до своего гнева – он здесь, кипит под кожей, – но он больше не угрожает поглотить меня целиком. Ощущение настолько чуждое, что я едва не спотыкаюсь.
Волчий Глаз хмуро изучает моё лицо.
Я коротко киваю Волчьему Глазу и, обойдя его, поворачиваюсь лицом к этим незваным гостям. Мои плечи расправляются, ноги встают шире – поза короля, который отказывается признавать любой вызов законным.
В тот момент, когда они улавливают мой запах и лёгкую волну доминирования в воздухе, их лица бледнеют. Присутствия Волчьего Глаза должно было хватить, но не все волки достаточно умны, чтобы распознать Ликана. Особенно слабые.
– Где ваш альфа? – Мой вопрос раскалывает воздух.
Волки неловко переминаются с ноги на ногу, переглядываясь. Эта стая была явно не готова к прямой конфронтации с Королём Ликанов. Их дискомфорт пропитывает воздух, напускная бравада тех, кто вляпался во что-то, что им не по зубам.
Из их рядов выходит волчица. Лет тридцати пяти, крепкого телосложения, с резкими чертами лица и расчётливыми глазами. Не их альфа, но кто-то, облечённый властью.
– Верховный Альфа. – Она не сводит взгляда с моего воротника, избегая прямого зрительного контакта. Умно. – Я Виктория, из стаи Скрипичная Спинка.
Я склоняю голову. – Почему вы здесь?
Виктория расправляет плечи, её лицо мрачнеет. – Пока мы не почувствовали всплеск альфа-доминирования, не похожий ни на что, с чем мы сталкивались раньше. На человеческой территории. Наши протоколы требуют расследования необычной активности оборотней, особенно в такой близости к людским поселениям.
Мои челюсти сжимаются. – Вы не признаёте власть Трона Ликанов?
– Признаём, – поспешно заверяет она. – Мы признаём вашу власть, Верховный Альфа. Мы просто… не знали о вашем присутствии до этого момента. Прошу прощения, что прервала… – Её взгляд метнулся к дому на колёсах. – Ваше… удовольствие.
Я чувствую за спиной веселье Волчьего Глаза, хотя лицо у него, скорее всего, непроницаемо. Это шестое чувство, рождённое годами дружбы.
– Присутствия моего беты вам было недостаточно?
– Мои извинения, Верховный Альфа. Мы впервые сталкиваемся с Ликанами на нашей территории.
Я морщусь. Довод разумный; стаи, подобные Скрипичной Спинке, невелики и базируются в сельской местности. – Теперь знаете. А теперь уходите. Мои дела здесь – это мои дела.
Виктория мгновение смотрит на меня, затем прочищает горло. – Мы не хотим вас обидеть, Верховный Альфа. Для стаи Скрипичная Спинка будет честью оказать вам гостеприимство на время вашего пребывания на нашей территории. – Она выпрямляется, и её лицо превращается в почтительную маску. – В нашем комплексе есть подходящее жильё для вас и вашей свиты.
Тяжёлая рука опускается мне на плечо. Мне не нужно смотреть; я и так знаю, что Волчий Глаз ухмыляется, как дурак. Он обожает всё бесплатное; называет это профессиональной деформацией после стольких лет помощи с финансами нашей стаи.
– Мы воспользуемся вашим щедрым предложением, – говорит он, и его голос полон обаяния.
В моей груди нарастает рычание. Я не оставлю Виолетту.
«Нам всё равно нужно где-то остановиться», – передаёт мне Волчий Глаз по связи стаи. Его мысленный голос прагматичен. «И это значит, что мы сможем держать Эвана подальше от неё».
Мои плечи расслабляются. Да, расстояние между ними было бы идеальным вариантом.
Мой взгляд скользит дальше, за пределы места столкновения. Эван стоит у моей машины, скрестив руки на груди, и с подозрением разглядывает волков. Рядом с ним топчется Джаспер, нервно теребя свои очки в медной оправе. За ними лежит груда наших вещей – сложенная палатка, спальные мешки, какие-то сумки с неизвестными припасами. Всё уже упаковано и готово к переезду.
Сколько же я пробыл в этом доме на колёсах с Виолеттой? Достаточно долго, чтобы они успели свернуть весь наш лагерь.
– Волчий Глаз, отведи Эвана и Джаспера в комплекс. Я останусь здесь.
61 Глава 61
Мое тело будто использовали как манекен для краш-тестов. Голоса просачиваются сквозь вату в ушах, поначалу приглушенные и далекие, но постепенно заостряясь до знакомых интонаций. Злых интонаций.
– Категорически нет. Всегда держитесь от нее в десяти футах, – Эхо.
Безошибочно знакомое рычание. – Ты здесь не главная.
– Нет, зато они – главные, а ты высасываешь ее досуха каждый раз, когда соприкасаешься с ней. И свою чертову шавку от нее тоже убери.
Рык. Точно Фенрис.
– Перестань так на меня смотреть. Ты – невоспитанная шавка.
Сознание витает где-то рядом, но ускользает, и, честно говоря, вернуться в небытие кажется самым разумным решением. Ничего хорошего не ждет в комнате, где сцепились Эхо и Король Ликанов. Жажда смерти. Для одного.
– Ее энергия наконец-то стабилизируется, а вы двое хотите тут же влезть и забрать то, что она накопила…
– Если прикосновения причиняют боль, почему ты позволяешь им прикасаться к ней?
– Они не питаются от нее, будто она – шведский стол с безлимитным подходом.
Ох. Звучит… не очень.
Прохладное прикосновение скользит по внутренней стороне моей руки, за которым следует резкий укол. Что-то тянет кожу, и это ощущение вытаскивает меня ближе к полному сознанию. Это не прикосновение Эхо, а кого-то другого. Холодное и странное на ощупь.
– Давление девяносто на шестьдесят. Пульс стабильный, шестьдесят четыре, – незнакомый голос, отрывистый и профессиональный. – Так, капельница поставлена.
– Хорошо. Вводим физраствор, – еще один незнакомец.
Похоже, я в больнице.
– Готовимся ее перемещать.
– Вы ее не заберете, – рявкает Ашер.
Ладно, может, и не больница. Ох. Они, наверное, вызвали скорую. Теперь понятно.
– Смогут, если понадобится, – спорит Эхо.
Фенрис скулит.
Мои ресницы дрогнули.
– Она пошевелилась, – тут же говорит Ашер, в его голосе вибрирует напряжение. – Виолетта?
Притворись мертвой, говорю я себе. Еще пять минут без сознания, прежде чем столкнуться с катастрофой, которая меня ждет.
Но свет за веками пробивается красным сквозь тонкую кожу, кто-то снова возится с моей рукой, и все кажется неправильным, странным и холодным, и прятаться больше не вариант.
Я со стоном разлепляю глаза. Потолочный свет вонзается прямо в мозг.
– Слишком ярко, – хриплю я голосом, похожим на наждачную бумагу.
– Она очнулась, – снова Ашер, теперь ближе. Я, может, и не вижу его, но чувствую, как он нависает надо мной.
Он вообще из тех, кто любит нависать.
Слово «нависать» начинает звучать странно после второго повторения. А после третьего – и того хуже.
– Я выключу свет, – предлагает Эхо, ее голос звучит дальше, чем голос Ашера.
Чья-то рука хватает мою, и я смутно ощущаю какое-то внутреннее движение, как только происходит контакт. Странно, словно… словно кто-то открыл кран, и что-то внутри меня хлынуло наружу, прямо к точке соприкосновения кожи…
Что-то пищит. Очень настойчиво.
– Перестань ее трогать, идиот!
– Я просто пытался…
– Сэр, вам нужно отойти.
Рычание.
Мое желание сбывается, и я снова проваливаюсь в беспамятство.
*
На этот раз, когда сознание возвращается, вокруг тихо.
Я робко открываю глаза, тихо вздыхая с облегчением, когда на этот раз свет не вонзается мне в глазные яблоки. Слабое янтарное сияние освещает плиточный потолок надо мной.
Теперь я точно в больнице.
Какой-то шорох привлекает мое внимание. Я поворачиваю голову, и левая сторона шеи протестует, затекшая оттого, как долго я здесь лежу на шуршащей пластиковой подушке.
Эхо стоит рядом со мной, ее радужные волосы взъерошены и растрепаны. Ее глаза с кошачьими зрачками выглядят измученными, под ними темные круги. Она склоняет голову набок, молча изучая меня.
– Привет, – хриплю я. Голос такой, будто я полоскала горло гравием. Как долго я была в отключке?
– Привет, солнышко, – в голосе Эхо звучат привычные музыкальные нотки. – Как ты себя чувствуешь?
Я пытаюсь сглотнуть, но горло будто набито осколками стекла. Я кашляю и пробую снова, морщась от боли. – Будто меня прокрутили в стиральной машине и повесили сушиться.
Уголок рта Эхо дергается в улыбке. – Что ж, тогда ты по крайней мере чистая. – Она тянется за чем-то, что я не вижу, и возвращается с бумажным стаканчиком. – Воды?
Я киваю и пытаюсь приподняться. Руки дрожат от усилия, до стыдного слабые.
– Осторожно, – Эхо подкладывает руку мне под плечи, поддерживая меня с удивительной силой. Ее прикосновение прохладно для моей кожи, которая кажется горячечной и сверхчувствительной. – Маленькими глотками. Тебя знатно потрепало.
Вода скользит по горлу, словно спасение. Я и не осознавала, как сильно пересохла, пока первая капля не коснулась моего языка.
– Где… – начинаю я, но Эхо обрывает меня, приложив палец к губам.
– Его вышвырнули. Ему нельзя приближаться к зданию ближе чем на сто футов, так что он через дорогу, наверное, сверлит взглядом твое окно.
Я моргаю.
Она пожимает плечами. – Он заслужил.
Я ей верю, но…
Мой взгляд скользит по комнате. Это не обычная больничная палата – никаких стерильно-белых стен или пластиковых стульев. Вместо этого пространство теплое, с отделкой из натурального дерева и чем-то похожим на ткань ручной работы, покрывающую стены. Гирлянда из маленьких огоньков создает то мягкое сияние, что я заметила раньше.
– Где я?
– Это больница. Ты в особом отделении наверху, – губы Эхо кривятся в усмешке. – Для ВИП-сверхов.
Я снова моргаю. – Я человек.
– Да, но он – нет.
Я медленно склоняю голову. Даже от этого движения у меня немного кружится голова. – Какое отношение Ашер имеет к тому, в какой я палате?
– Ну… – Эхо почесывает щеку. – Знаешь что? Пожалуй, я позволю ему самому ответить на этот вопрос.
Я щурюсь, услышав уклончивый ответ Эхо. – Нельзя просто так это заявить и смыться. Какое отношение Ашер имеет к этому?
Эхо пожимает плечами, движение почти слишком небрежное. – Скажем так, твой парень тут своим влиянием попользовался.
– Он не мой… – Отрицание застревает у меня в горле. Эм. А может, и мой. Если только он не делает подобные вещи со всеми женщинами направо и налево… Делает? Дерьмо. Не то чтобы мы это обсуждали, прежде чем он сорвал с меня рубашку.
Я рефлекторно смотрю вниз, но нет, я не голая. На мне больничная рубашка.
– Ты помнишь, что случилось прямо перед тем, как ты отключилась?
Жар так быстро заливает мое лицо, что я думаю, не отключусь ли я снова. В голове вспыхивают обрывки воспоминаний: сильные руки, сжимающие мои бедра, жар его дыхания на моей шее, неослабевающее давление его пальцев внутри меня, то, как его голос рокотал у моего уха, когда он…
Ноздри Эхо раздуваются, и она машет рукой в воздухе. – Возьми себя в руки, Виолетта. Ты так фонишь, что я практически это чую.
Я натягиваю тонкое больничное одеяло до самого подбородка, словно оно может скрыть мои мысли. – Это не… я не… – Но отрицать бессмысленно. Мое тело предает меня багровым румянцем, который, несомненно, расползается от линии роста волос до кончиков пальцев ног.
– Значит, было хорошо, да? – В выражении лица Эхо проскальзывает озорство.
– Заткнись, – я прячу лицо в ладонях, от унижения у меня кружится голова. – Не могу поверить, что я… с ним… а потом просто… отключилась.
– «Отключилась» – это мягко сказано, – Эхо примостилась на край моей кровати. – Твоей энергии практически не было. Я видела призраков, в которых и то больше жизненной силы.
Она говорит об этом так небрежно, будто и впрямь видела призраков. Эхо не из тех, кто блефует, но… – Погоди, ты что, правда видела призраков?
– А что? Ты в них веришь?
– В призраков? Нет, конечно нет.
Смех Эхо разносится по комнате, легкий и музыкальный, но с какой-то остринкой. Волоски у меня на руках встают дыбом.
– О, Виолетта. Тебе стоит немного расширить свое мировоззрение. В мире есть не только люди и оборотни. – Она неопределенно указывает на пространство вокруг нас, словно в углах больничной палаты притаились невидимые существа.
– Я знаю, – неловко говорю я, теребя край одеяла. – Все знают, что существуют и другие сверхъестественные существа. Ведьмы. Вампиры. Но я никого из них не встречала.
Эхо усмехается. – Правда? Ну, думаю, это разговор для другого раза. – Она наклоняется вперед, ее нечеловеческие глаза изучают меня. – Ты помнишь, как стабилизировала Ашера?
Я тут же качаю головой, хмурясь от незнакомого термина. – Стабилизировала? Что ты имеешь в виду?
Эхо снова почесывает щеку, колеблясь долю секунды, прежде чем на ее лице появляется откровенное любопытство. – Ну, вы же трахнулись, так?
Из моего горла вырывается кашель, и я закрываю пылающее лицо обеими руками. – Мы не… – Мой голос срывается на шепот. – Мы не дошли до конца.
– Достаточно близко, – Эхо пренебрежительно машет рукой. – Чем интимнее контакт, тем сильнее происходит перенос.
Мои руки падают на колени. – О чем ты говоришь? – Вопрос звучит слабо и жалко. Я отчаянно стараюсь не думать о том, что произошло в доме на колесах после того, как Эхо оставила нас одних: о грубых от нужды руках Ашера, о том, как мое тело изгибалось навстречу его телу, о том, как он рычал мне на ухо, о шокирующей силе разрядки, которая обрушилась на меня…
Да уж, не думать об этом у меня отлично получается.
Мое лицо вспыхивает еще сильнее.
– Энергетический перенос, – голос Эхо выводит меня из задумчивости. – Слушай, мне не нужны подробности того, что вы делали. Я просто пытаюсь объяснить, что произошло, когда вы это делали.
Мои пальцы сжимают тонкое больничное одеяло. Униженная часть меня хочет полностью свернуть этот разговор, но, очевидно, это не вариант. – Я понимаю, но я не улавливаю, о чем ты говоришь.
Эхо хмурится. – Тебе кто-нибудь когда-нибудь объяснял, что происходит при связи пары?
62 Глава 62
– Ох… он не… я не… – моя рука неловко взлетает к шее. – Мы не пара или что-то в этом роде.
Она потирает лоб. – Я не об этом спрашивала. Ты знаешь, что происходит с двумя оборотнями, когда они завершают связь пары? Метки-шрамы – это лишь физическое проявление. Настоящее единение происходит на энергетическом уровне. Когда оборотень заявляет права на свою пару, происходит обмен энергией. Обычно он сбалансирован. Отдаешь и принимаешь.
В животе всё похолодело. – Ладно…
– Это не так уж и много, и существуют разные уровни чувствительности к связи. Некоторые пары, например, могут чувствовать эмоции друг друга. Почти всегда между парами есть ментальная связь. И они могут в небольшой степени разделять боль и исцеление друг друга.
Я киваю.
– А есть ещё и ты.
Теперь она уже просто нагоняет жути. – Я слушаю.
Выражение лица Эхо смягчается чем-то, похожим на жалость. – Ашер… взял. Много. Хотя не думаю, что он сделал это намеренно. Справедливости ради, ты и сама по себе… тот ещё особый случай.
Я щурюсь, глядя на неё. – Эм… Эхо? Не хочу повторяться, но Ашер не пытался поставить на мне метку.
Она со стоном проводит руками по волосам. – Виолетта, тебе нужно поработать над своим неприятием отношений. Я знаю, что он не пытался поставить метку, но ты что, серьезно хочешь сказать, что до сих пор не поняла, что вы двое – предназначенная судьбой пара?
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.