Синдром ушедшей весны

1

Катя ещё раз вытряхнула содержимое сумки и с ненавистью посмотрела на вещи. Кошелек, помада, блокнот, две ручки и пачка мятной жвачки. Нет ни паспорта, ни студенческого. Она бросила сумку на кровать и принялась вытряхивать всё из рюкзака, хотя понимала – напрасно. Паспорт не мог оказаться в рюкзаке, потому что вчера она положила его в сумочку.

– Женя, ты точно не брала мои документы?

– Конечно, нет! – сестра выглянула из кухни.

«Конечно, нет», – пробормотала под нос себе Катя. Ясно, что паспорт потерян, но смириться с этим невозможно.

– Что же делать? – она села на кровать прямо на груду вещей.

– Ну, позвони ещё раз девочкам, – Женька забрала помаду, которой Катя вчера так и не воспользовалась. – Может, они не везде посмотрели?

Во-первых, Катя была уверена что девочки посмотрели везде: в их крохотной студии было бы легко заметить чужой паспорт. Во-вторых, общаться с подругами после событий пятницы совсем не хотелось.

– Вы пошли в клуб, там ты показала паспорт. Потом сели в такси и поехали ночевать к Марусе и Лизе домой, – сестра лениво перекладывала вещи. – От них ты поехала на метро, и документов уже не было?

– Все так, – кивнула Катя, хотя это была не совсем правда. Но знать, как на самом деле она провела вечер пятницы, сестре не полагалось.

– Ты не паникуй, – посоветовала Женька. – Если в такси нет, может, он в клубе выпал, и его найдут? Они по понедельникам всегда делают генеральную уборку и чистят диваны.

– Откуда ты знаешь?

Сестра пожала плечами и вышла на кухню.

Сама Катя о клубах ничего не знала. Она не посещала подобных мест до вчерашней пятницы. И не пошла бы никогда, если бы не Лиза с Марусей. С ними Катя училась в вузе, но девчонки ушли после 4 курса, а она осталась в магистратуре. После выпуска подружки почти не виделись, общались только в социальных сетях, обещая друг другу «обязательно встретиться на следующей неделе». Потом Лиза и Маруся начали вместе снимать студию, и Катя как-то выпала из их тусовки. Но приехать к ним на новоселье в эту пятницу согласилась.

Но вместо обещанных посиделок дома подружки потащили Катю в центр Москвы в ночной клуб. Она пыталась было сопротивляться, но Марусю сложно переубедить: "Доброва, мы немножно потанцуем и пойдем гулять. Ночная столица, апрель, романтика…". Но все завертелось совсем не так, как Катя ожидала. И ещё паспорт пропал.

У Кати неожиданно для неё самой выступили слезы. Все-таки прошлой ночью она испугалась сильнее, чем могла себе признаться. В клубе она отошла в туалет, вернулась, а за их столиком уже сидят трое парней. Правда, выглядели они нормально, "прилично", как подумала тогда Катя: говорили вежливо, приятно шутили, с ней знакомились с искренними улыбками. Маруся на ухо шепнула, что Игорь, Альберт и Егор – ее давние знакомые, случайно встретились. Парни угощали коктейлями и даже Катю уговорили попробовать напитки, хотя она алкоголь презирала и всегда отказывалась. Когда двое из них ходили танцевать с подружками (Катя стеснялась), третий оставался за столиком и развлекал Катю разговорами. Поэтому за вечер Катя успела пообщаться с каждым из них, но ничего толком не узнала. Парни не пили – за рулем, а девчонки, особенно Катя, захмелели быстро. Тогда Альберт предложил покататься. Катя, конечно, стала протестовать. Но потом решила: раз друзья Маруси, ничего страшного не случится.

Втроем девчонки сели в машину к Егору: на вид лет 26, сдержанный, с хорошим чувством юмора. Кате понравилось, как он по-доброму посмеивался над Лизой с Марусей, высовывавшихся в люк его машины. Конечно, она старалась не разглядывать Егора, но ничего не могла с собой поделать. Катя никогда ни с кем не встречалась: учеба была важнее парней и тусовок. Но именно такие парни, как Егор, всегда привлекали ее внимание. Стильная прическа, аккуратная одежда, приятный голос и серые глаза, которые будто светились изнутри… Очень галантный, вежливый и собеседник интересный – Катя убедилась в этом еще в клубе. Она не давала себе думать, что именно из-за Егора согласилась на поездку с незнакомыми парнями. Да и выпила лишнего тоже только из-за Егора.

Катя думала, что их довезут до дома подружек, но Егор остановил машину где-то в Хамовниках. Оказалось, там жил Альберт. Когда парни привели их в просторную комнату с большой, нет, огромной, кроватью, Катя почувствовала неладное. Новые знакомые снова угощали ее подружек коктейлями, но Катя от напитков отказывалась и пыталась разведать обстановку. Обнаружила, например, что вторая комната закрыта на ключ.

Когда Катя дернула дверь, чтобы в этом убедиться, подошел Альберт, взял ее под руку и почти силой повел в комнату с большой кроватью. При этом он улыбался и спокойным голосом советовал ей отключить голову и расслабиться. «Так, наверное, выглядит, волк перед финальным броском», – подумала Катя, глядя в его холодные, полные отвращения глаза. Девчонки хохотали. Альберт что-то налил Кате и с той же хищной улыбкой заставил выпить. Когда она ставила бокал на стол, то заметила, как Егор достает презервативы…

Катя вздрогнула. Воспоминания кипели в ней, но она заставила себя не думать. Хотя бы до вечера. Если Женька увидит, что Катя плачет, хлопот не оберешься. Нужно просто собрать разбросанные вещи, все-таки позвонить Лизе насчёт паспорта – или лучше написать смс. А потом как-то жить дальше. Документы, конечно, могли остаться в квартире Альберта. Но, во-первых, его дом Катя найти не сможет. Во-вторых, лучше сделать новый паспорт и утонуть в бюрократической волоките, чем еще раз видеть его глаза и плотоядную улыбку. В понедельник у Кати работа до вечера, а во вторник она напишет заявление, что документ утерян. Из последних денег заплатит штраф и, как всегда, что-нибудь придумает.

– Альберт Андреевич, это Инга, – пропищала трубка. Имя Инга ему ни о чем не говорило, но звонили на его личный номер. – Это из клининга, – догадалась уточнить девушка, и Альберт вздохнул.

– Здравствуйте, Инга, – какое имя у его уборщицы. Почему он ее никогда не видел? – Что у вас случилось?

– Альберт Андреевич, я знаю, что мы без надобности не звоним клиентам, – она сказала “звоним” с ударением на первый слог, и Альберту сразу стало скучно. – Но я у вас в спальне нашла документики. Они так завалились, прямо в кровать.

– Что за документы?

– Тут паспорт и студенческий билет Добровой Екатерины Михайловны. Я подумала, вдруг ваша девушка волнуется, Альберт Андреевич. Вы бы ей позвонили, паспорт все-таки, скажите, что я нашла, – Инга лепетала и глотала слоги. Альберт устал ее слушать. К тому же из подъезда уже выходил Егор, и разговор нужно было поскорее закончить.

– Спасибо вам, Инга, – сказал он властно. – Просто оставьте паспорт на столе.

Инга начала было спрашивать, какой стол ей выбрать, а Егор уже подошел к машине. Альберт открыл ему багажник и грубее, чем нужно было, попрощался с уборщицей.

– Ты чего такой мрачный? – друг сел в машину. Альберт неопределенно пожал плечами. Он готов был поспорить, что мрачнее Егора сегодня нет никого. – Спасибо, что решил подвести. Но если ты печешься о моем моральном состоянии, то зря, – сам того не зная, Егор только подтвердил мысли Альберта.

– Я вижу, да.

– Да все нормально, Алик, честно.

– Просто твое состояние заставляет чувствовать себя … неловко.

Они помолчали.

– Что, Игорь уехал? – Егор открыл окно и закурил.

– Уехал утром. Я сегодня, видишь, всех провожаю.

– Да, настроение я вам вчера подпортил. Устроил сцену. Но барышень жалко.

– Ничего их не жалко. Девки взрослые, голова на плечах есть. К тому же им плохо никто не сделал. Все по согласию.

– Ну да, ну да. По согласию… И что, вы с Игорем так каждые выходные?

– Не каждые. Игорь же не каждые выходные приезжает. А у меня и постоянные есть, не только по клубам снимать.

– Привлекут вас за изнасилование, как откупаться будете?

– Не привлекут. Все же добровольно. Да и лишних следов мы не оставляем.

– Уверен?

– Да не парься. Они визжат, потому что им нравится.

Егор хотел возразить, но только вздохнул.

Уже в Шереметьево перед зоной досмотра Егор вдруг посерьезнел. Альберт тихо выругался. Он не мог дождаться, когда же они попрощаются, чтобы не видеть потерянного вида друга.

– Я вот что решил. Я ее найду.

– Кого найдешь? – Альберт начал раздражаться.

– Ну, Катю, Катю. Найду и извинюсь. Нужно ей все объяснить.

– Слушай, мы в пятницу ей уже нормально объяснили. Девочка всё поняла, претензий нет.

– Нет, Алик, на ней лица не было. Она вся бледная была.

– Может, просто от алкоголя стало плохо.

– Вот и я говорю, мы ее опоили и этим воспользовались. Она первый раз пошла в клуб, – Егор резко замолчал: этот разговор он уже заводил, и чуть с Альбертом не поссорился.

– И что? Как ты её из Канады искать будешь?

– Ты позвонишь в клуб.

Альберт выругался уже громче, но Егор не обратил внимания:

– Ты позвонишь в клуб, заплатишь за записи камер наблюдения…

– Камер, где показано, как она с нами из клуба уходит? Или там какие-то другие камеры есть?

– Ну да, нелогично. Так, а с таксистом можно связаться? Ты со своего телефона вызывал?

– Я через приложение такси заказывал.

– Там должен быть номер таксиста. Посмотри.

Номер был, и адрес, куда отвезли девушек утром субботы, был тоже. Егор воодушевился и начал быстро перечислять, на ходу доставая загранпаспорт:

– Я до самолета позвоню таксисту, спрошу про то утро. А ты узнаешь, есть ли в их доме камеры. Потом…

– Егор, улетай. Ты приедешь через три недели. Может, наешься своего кленового сиропа и успеешь остыть.

– Вот именно, Алик! Я вернусь через три недели. Записи камер уже сотрут. Как мы ее должны искать в Москве?

– Ну, я-то не должен…

– Алик!

Альберт вздохнул. Они с Егором слишком давно и слишком хорошо знали друг друга, чтобы понимать, что спор бесполезен.

– Да, Егор, да. Я найду тебе эти … записи. Обещаю тебе помочь.

– Спасибо. Я наберу таксисту и тебе перезвоню.

Егор умчался в зону досмотра, даже нормально не попрощавшись. Только в машине Альберт вспомнил, что у него дома нашли какие-то документы. Он совершенно не помнил ни имени, ни внешности девушки, из-за которой так волновался Егор. Альберт усмехнулся: вдруг это счастливое совпадение? Все-таки она провела много времени в его постели и могла потерять там паспорт.

2

Понедельник не задался с самого утра. Катя чуть не опоздала на пару. У нее был последний курс, выпускной через два месяца. Из кафе, где она работала официанткой, недавно попросили уйти. Оплачивать съемную квартиру и их с Женей жизнь было нужно, и Катя устроилась мыть лестницы – сначала у себя в подъезде, а потом и в институте. Но неожиданно в их дом вернулась прежняя уборщица, и Катю уволили. Это была финансовая потеря, но не такая значительная. Оставалась ещё работа в родном вузе.

А сегодня утром декан увидел Катю – лучшую студентку, идущую на красный диплом – в мужском туалете со шваброй. До этого он, вероятно, не догадывался, что платит ей зарплату, а теперь всё прояснилось. Позор вузу и деканату, когда без 5 минут экономист драит сортиры – примерно так он сказал Кате. Она отличница, она должна заниматься диссертацией, участвовать в конференциях, а не мыть полы. И если она хочет быть хорошим экономистом, то должна знать, как заработать на жизнь без мытья лестниц. Он долго кричал и вразумлял Катю, угрожал лишить красного диплома – в 7 утра в мужском туалете. Конечно, после этого ее сразу уволили, обещав сохранить историю в тайне.

Катя пыталась бодриться. Какой-то запас денег у нее был. Справится без работы. На новую она сейчас не устроится: нет ни времени на поиски, ни паспорта. Да и экзамены на носу.

«Буду писать курсовые на заказ, повышу цену», – планировала Катя, забирая у декана трудовую книжку. Курсовыми она тоже зарабатывала, но старалась не афишировать. Еще делала переводы и домашние задания однокурсникам, писала за доцентов научные статьи – денег едва хватало, чтобы покрыть все расходы. Но Катя не сдавалась: ее должны взять на хорошую работу после получения магистерского диплома. В глубине души Катя понимала, что пойдет на любую работу: ее сестра учится на платном, помочь им некому, и деньги очень нужны.

Весь день Катя пыталась себя успокоить, подсчитывая в уме все ближайшие траты. Выходило, что новая работа нужна как можно скорее. Домой она пришла сразу после пар. Женька вернется не скоро, и Катя решила приготовить вкусный ужин и сделать уборку. Она мыла пол и подпевала песне, когда домофон зазвонил. Почему-то Катя испугалась. Она никого не ждет. Может, не отвечать?

Катя застыла с тряпкой в руке. Домофон смолк и зазвонил снова. Мокрой рукой в резиновой перчатке она, словно в замедленной съемке, нажала на клавишу трубки:

– Кто там? – свой голос показался ей неестественным.

– Здравствуйте. Мне нужна Екатерина Доброва.

Катя выронила трубку. Нет, она не пустит этого человека. Хотя шипели помехи, Катя была уверена – попасть в ее квартиру хочет Альберт. Его холодная усмешка, его руки, когда он тащил ее по коридору, отпирал ключом вторую комнату… Нет-нет, она его не пустит. Катя села на пол у двери и попыталась успокоиться. Ну, конечно, она выронила паспорт, когда хватала свою сумочку и пыталась сбежать из этой квартиры…

Катя увидела, как Егор достает презервативы и убирает их в карман, а Игорь закатывает рукава на рубашке. Она попыталась незаметно вразумить девчонок. Лиза с Марусей не были сильно пьяны, захмелела именно Катя – из-за неопытности. Она начала шептать подружкам, что пора уходить, иначе неизвестно, что сейчас начнется. Девчонки только засмеялись – конечно, сейчас будет жарко. А зачем еще они приехали? Маруся показательно взяла Егора за руку и ушла с ним из комнаты. Катя подавила укол ревности – с чего вдруг ревновать незнакомого парня – и попыталась поговорить с Лизой. Та лишь отмахнулась, мол, хочешь – иди, а мы остаемся. В этот момент Альберт делал Лизе коктейль, и ей было не до Кати. Тогда Катя действительно решила уйти, хотя было около часа ночи, а где именно находится квартира, она понимала смутно.

Катя выскользнула в коридор как можно незаметнее и стала искать свою сумочку. Та вдруг упала с вешалки, и ее поднял Игорь.

– Куда ты собралась, красавица?

– Я… Мне… Мне бы в ванную.

– Пойдем, я тебя провожу?

– Не надо, я сама.

– Я смотрю на тебя весь вечер. Все ты бегаешь, шепчешься, выходишь куда-то из комнаты. Так что в ванную я тебя провожу.

Катя судорожно соображала, но алкоголь не давал ей думать.

– Слушай, мне надо в туалет. У меня месячные начались, – вдруг соврала Катя и обрадовалась – ловко придумано. Но Игорь крепко взял ее руку.

– Ну, раздевайся, посмотрим на твои месячные, – он затолкал Катю в ванную и закрыл дверь. Из кухни рядом раздавались стоны.

Катя отступила и уперлась бедрами в стиральную машинку. Игорь подошел очень близко:

– Ну, что же ты? Врешь? Почему вы, девки, всегда врете?

– Я… Я не вру…

– Твои подружки нам сказали, что ты всегда много ломаешься. Получаешь удовольствие, издеваясь на парнями… Но ты знала, зачем сюда ехала, и что здесь будет. Так что не отказывайся, тебе понравится…

– Я… Я не знала… Я… Отпустите меня, пожалуйста…

– Отпущу, если хорошо попросишь, – Игорь начал расстегивать пуговицы на джинсах, и Катю затрясло.

–Я… не хочу… Я … не буду… Пожалуйста.

Игорь только усмехнулся. Его глаза были почти черными – воплощение злости, силы и власти. Катя вдруг поняла, что сейчас он сделает с ней все, что придет в голову. А она даже не сможет сопротивляться – таким он казался сильным. Подтверждая ее опасения, Игорь притянул Катю за запястья:

– Ты будешь делать все, что я скажу тебе. Ты поняла, милая? – “Милая” он произнес так, будто назвал Катю последними словами. Ее трясло и начало подташнивать. Катя из последних сил попыталась вырваться.

Глаза Игоря налились гневом, он неожиданно открыл дверь и вытолкал Катю из ванной. И распахнул дверь кухни. Там Маруся лежала на столе, а Егор… Егор был сзади. Увидев Катю и Игоря, он улыбнулся:

– Ты следующая, малышка?

В этот момент Игорь притянул Катю к себе:

– Смотри на свою подругу. Ты видишь, как ей хорошо? – Игорь взял отворачивающуюся Катю за подбородок и заставил не отрывать взгляда от происходящего на кухне. Маруся извивалась и стонала. Даже неопытная Катя поняла, что подруга получает удовольствие. Кате было стыдно, очень стыдно, но вдруг она почувствовала, что зрелище ее возбуждает. И Игорь тоже это понял. Он начал нежно гладить ее, расстегивать платье и что-то шептать на ухо.

Катя не сразу сообразила, как на кухне все закончилось: руки Игоря были ласковыми и теплыми, он не делал ей больно, вопреки ожиданиям. Катя очнулась, когда мимо прошёл довольный Егор и подмигнул ей.

– Что, он тебе понравился? – прошептал Игорь ей на ухо. Катя попыталась отстраниться, но его руки все еще крепко ее держали. На кухне Маруся искала свои трусики. – Расслабься, красотка. Иди с ним, я не обижусь. Ты вернешься ко мне горяченькая.

Игорь, смеясь, отпустил Катю и поймал голую Марусю:

– Пойдем искупаемся? – он повел Машу в ванную, откуда только что вышел Егор. На нём было только полотенце вокруг бедер.

Егор обнял Катю за талию и завел на кухню:

– Сейчас, – он нежно провел по ее обнаженной спине, – только попью воды и займусь тобой. Может, тебе вина?

Наваждение, наконец, отпустило Катю. Её снова затрясло. Она приходила в себя. И хотя тело её вело себя странно, мозг уже начал соображать. Катя подошла к окну и попыталась застегнуть платье. Руки Егора этого сделать не дали.

– Ты что, малышка? Замёрзла? Я тебя согрею.

Егор обнял ее сзади, начал целовать шею, медленно опускаясь губами по позвоночнику, нежно и мягко. "Ты такая хрупкая, – тихо шептал он, – какая же ты красивая". Платье было расстегнуто до конца, и его руки свободно гуляли по телу Кати. Не выпуская из объятий, он повернул ее к себе лицом. Серые глаза оказались удивительно близко. Кате стало так жарко, как не было никогда в жизни. Она робко провела руками по его обнаженными торсу. Дотронулась до коротких волос. Опустила руку чуть ниже спины…

Что же она делает? Пора остановиться! Он не дал ей думать, просто притянул к себе, так близко, слишком близко. И поцеловал очень горячим поцелуем. Катя была неподвижна. Она же ни с кем не встречалась и целоваться не умела. Почему-то именно сейчас ей казалось стыдным, что она не знает, как целоваться.

– Все хорошо, расслабься. Не бойся, тебе всё понравится.

И Катя действительно расслабилась. Выключила голову. Его серые глаза действовали на нее магнетически. Его горячее тело, его руки, его поцелую… Казалось, именно так все и должно быть. Именно здесь и именно сейчас. Никто никогда не нравился ей так, как понравился Егор. Егор, который так страстно занимался сексом с ее подругой именно в этой кухне каких-то полчаса назад. Стоп! Что она делает?!

Катя попыталась отстраниться, чувствуя, что сознание, наконец, возвращается. Но он только крепче прижал ее к себе. Катя не могла выбраться из его рук. Но Егор почему-то пугал её не так сильно, как Альберт или Игорь.

– Послушай… Послушай, пожалуйста. Я… Я не хочу… Я не могу… Я случайно здесь оказалась.

– Да брось ты, – нежно сказал он Кате в ушко. – Как можно оказаться в моих руках случайно?

– Пойми, я так себя никогда не веду.

– Все бывает в первый раз.

– Пойми, это будет мой первый раз. Я девственница.

Егор не выпустил ее, но целовать перестал.

– Не очень хорошее начало сексуальной жизни – секс с тремя парнями. Но ты не волнуйся, я все сделаю аккуратно. Тебе понравится.

Катя попыталась удержать падающее платье, а в глазах появились слезы.

– Я так не могу. Я не хочу. Я не так себе это представляла.

– Мы можем пойти на кровать, там будет удобнее.

–Я… Я не так воспитана… У меня бабушка была… Говорила, что можно только после свадьбы…

Егор вдруг отстранился от неё и посмотрел совершенно по-другому: холодно, резко.

– Слушай, ну какая бабушка? Только бабушек нам ещё не хватало, – его голос прозвучал иначе. До этого он мурлыкал, а теперь говорил слишком строго и отрезвляюще. – Тебя как зовут?

– Я же Катя, – вопрос оказался совершенно неожиданным. – Мы же знакомились в клубе.

– Ты думаешь, я запоминаю имена всех, с кем собираюсь переспать? Или кто-то из нас запоминает?

Катя густо покраснела. Она всё стояла у окна и держала платье, а Егор отошел, поднял с пола джинсы и надел их. Почему-то Катя не отвела взгляд, когда он скинул с себя полотенце.

– Катя, тебе сколько лет? – спросил он буднично.

– 24.

– Ты же девочка большая. Ты понимаешь, что так себя не ведут. Когда ты знакомишься с парнями в клубе и едешь к ним домой, неужели ты не понимаешь, что будет дальше? Что ты мне про бабушек каких-то рассказываешь? Зачем ты сюда ехала?

– Я… Мне Маруся… Ну, с которой ты сейчас тут… Она сказала, что заберет какую-то книгу здесь, а потом мы поедем дальше. Что она вас давно знает.

– С твоей Марусей мы все познакомились пару часов назад. И нам твоя Маруся сказала, что ты все время ломаешься. Получаешь от этого удовольствие. Что тебе так нравится отказывать парням, придумывать всякие истории.

– Это… Это не правда, – у Кати перехватило дыхание. Егор сказала то же, что и Игорь в ванной.

– Ты хорошая актриса или правда наивная дурочка?

– Я первый раз пошла в клуб. Я не знаю этих ваших правил. Я просто давно не виделась с подругами и согласилась с ними пойти, – Катя не могла сдержать слёз, её снова знобило и тошнило.

В этот момент из ванной вышли смеющиеся Маруся и Игорь.

– Игорь, – крикнул Егор. – Зайди потом сюда, только штаны надень.

– Оу, игры с раздеванием. Сейчас приду, – Игорь расхохотался.

Егор подошел близко к Кате, от прикосновения её передернуло. В голове одна за одной сменялись картинки, и она просто не понимала, что ей теперь делать. Она правда была девственницей. Но зачем она рассказала Егору? А если это окажется "лакомым кусочком", и они её изнасилуют? "Впрочем, они в любом случае меня изнасилуют, – с горечью напомнила себе Катя, – так мне и надо, нечего пить с незнакомцами в клубах". Но Егор только поправил ей платье и застегнул молнию на спине. В этот момент на кухню вернулся Игорь. Улыбка медленно сползла с его лица: вид Кати в слезах, вжавшейся в подоконник, должно быть, производил сильное впечатление.

– Игорь, у нас проблемы.

– Да я уж вижу. Что, ревнует тебя к подружке?

– Девочка – девочка, – Егор сделал акцент на последнем слове.

– И ты успел это проверить?

– Нет, она сообразила сообщить мне заранее.

– Вот как. А с виду не такая и дурочка.

Они говорили о Кате, будто её не было рядом. Она обхватила себя руками и согнулась – так плохо и страшно ей еще не было.

– Я не могу её отвезти, я выпил. И водителя отпустил.

– Я тоже выпил.  Может, такси?

– Нет. Знаешь этих ночных бомбил. Вид у неё сейчас соответствующий.

– Согласен.

– Ладно, скажу Альберту.

Катя уже не плакала, просто смотрела в пол, согнувшись. Перед глазами была пелена и в ушах гудело. Кто-то подошел и обнял её за плечи.

– Эй, пойдем сядем.

– Я никуда не пойду, – но сил вырваться вдруг не осталось, и пришлось подчиниться. Её усадили на мягкое кресло.

– Вот, выпей, – но Катя оттолкнула стакан.

– Я не буду ничего пить…

– Это просто вода. Обычная вода.

Катя взяла стакан и поняла, как сильно дрожат руки.

– Успокойся, пожалуйста. Прости. Я не хотел тебя пугать. Никто не хотел тебя пугать. Мы думали, что ты так… специально делаешь. Забудем, ладно?

Катя подняла глаза. Рядом сидел Игорь – тот Игорь, который полчаса назад кричал на неё в ванной, и глаза были черными. Сейчас он говорил нормальным, даже приятным, голосом и выглядел иначе.