Женимся! Семья за одну ночь

Глава 7

Олег

– Ваш заказ, Олег Геннадьевич, – разливается елей над ухом, вызывая острое желание отряхнуться и помыться.

В нос бьет гремучая смесь приторных запахов от удушающей ванили до прогорклой бабкиной помады – и это напрочь уничтожает обоняние. Впрочем, может, и к лучшему. Потому что блюдо, которое оказывается на столе передо мной, выглядит непрезентабельно. Сомневаюсь, что мне понравится его аромат.

– Что это? – скептически кривлюсь. – Где мой морской еж? – специально напоминаю, хотя уже знаю ответ.

Утомленный жизнью, он решил покончить с собой в объятиях официантки. Достойная смерть, ему можно только позавидовать. Все лучше, чем скучно отправиться в мусорное ведро. Судя по тому, что я успел увидеть и унюхать в уборной, именно эта участь была уготована испорченному блюду. Я бы точно к нему не притронулся.

Схематично рисую ежа и напротив вывожу кучу собачьего…

– Кхм-кхм, – предупреждающе покашливаю, уловив чересчур пристальное внимание и шумное, томное дыхание чуть ли не над ухом. Передергиваю плечами.

– Блюдо от шефа, – радостно сообщает мне Сашкина замена, и я узнаю в ней управляющую.

Какая честь. Явилась собственной персоной. Вспомнить бы, как ее зовут…

Впрочем, похрен!

– Состав? – бесстрастно уточняю я.

Вложив ручку в блокнот, закрываю его и отодвигаю в сторону, чтобы не светить пометками. Вряд ли кто-то разберет мой почерк – даже любопытная рыжая не смогла, а как вытягивала шею, пыхтела и кусала губы, думая, что я ничего не замечаю.

Шпионка на выезде. Агент Веснушка – всюду сует свой конопатый нос.

На защиту ресторана встала грудью… Причем в прямом смысле! Аккуратненькой такой, небольшой и упругой, как у девочки. Вроде бы, ничего особенного… Зато в туалете чуть меня в нокаут не отправила одним своим видом. Внезапно. Сам не ожидал от себя такого ступора.

Ох, млять, Высоцкий, о чем ты только думаешь? Жри этот подгоревший продукт жизнедеятельности криворуких кулинаров – и постарайся не отравиться. А потом дуй домой, к дочери!

Надеюсь, запас активированного угля в аптечке еще не исчерпан. Боюсь, пригодится.

– Эм-м, ну-у, соста-ав хоро-оший. М-м, – мямлит хозяйка этого безобразия и мычит, как корова на выпасе.

Терпеливо жду, сможет ли она выжать из себя хоть что-нибудь внятное, а взгляд тем временем устремляется в сторону служебных помещений. Мельком замечаю Сашку, укутанную в мой пиджак.

Невольно усмехаюсь.

Чудная девчонка. Рыжие все такие? Словно с другой планеты...

Сашка пролетает мимо приоткрытой двери и скрывается в подсобке, где к ней через пару минут присоединяется какой-то недоносок.

Хмурюсь. Ухмылка, которая почему-то прицепилась к моим губам, мгновенно исчезает. Все-таки надо было заставить Сашу обслуживать меня в таком виде, как есть. Чтобы не прохлаждалась непонятно с кем в рабочее время. Бардак!

Буравлю взглядом пустой дверной проем, но обзор вдруг заслоняют два бидона. Машинально отшатываюсь, пока меня не придавило или не удушило ненароком. Тяжело вздыхаю, покосившись на женщину, которая оказывается неприлично близко.

Откинувшись на спинку стула, я наблюдаю, как она склоняется над принесенным блюдом, прищуривается и рассматривает его. Серьезно? Еще пара сантиметров ниже – и ее грудь из моего ужина отбивную сделает.

Нет уж, пробовать я это точно не буду. Хватит с меня на сегодня экзотики.

– Скажите, как вышло, что сомелье знает меню и в целом ресторан лучше, чем его управляющая? – выплевываю с укором, скидываю салфетку с колен. – Позовите мне Александру.

Зачем? Черт меня дернул! Скучно без нее стало.

– К сожалению, она не может вас обслужить. Но я справлюсь не хуже, – широко улыбается мадам не первой свежести, натягивая блузку и открывая декольте. Надеюсь, у нее ничего не треснет.

В поисках спасения я цепляюсь за мужчину в поварском колпаке, который приближается к столу. Если я правильно запомнил слова Сашки, то это и есть Рафаэль.

– Греческий салат, – коротко презентует он свое блюдо. – Милена Игоревна, вы на раздаче забыли, – тихо добавляет, а она багровеет от злости. Разумеется, не привыкла выслушивать замечания от персонала.

Видал я таких «управленцев». Получила через постель власть, вцепилась в нее наращенными ногтями – и пьет кровь подчиненных на завтрак, обед и ужин. При этом сам ресторан загибается.

– Мне все ясно, – выдыхаю я, облокотившись о край стола.

Пока у нее пар из ушей не повалил и пламя изо рта не испепелило повара, я с удовольствием забираю тарелку. Если верить Сашке, то это единственное съедобное блюдо в этом месте. А я чертовски проголодался! Отдаю Рафаэлю блевотину от шефа, жестом прошу унести.

– Может, что-нибудь еще? – не унимается грудастая хозяйка.

Подцепив греческую фиолетовую оливку и кусочек феты, погружаю вилку в рот. Перекатываю на языке, попутно оценивая вкус заправки. Неплохо. Не образец высокой кухни, но… вполне сносно. Накалываю дольку помидора и отправляю ее следом.

– Хотите совет, как спасти ваш ресторан? – перекусив и подняв себе настроение, насмешливо обращаюсь к Милене, которая застыла надо мной Статуей Свободы.

– Разумеется, – отвечает она охотно, с неуместным придыханием, будто я ей секс предлагаю.

Обезоруживает на мгновение милейшей, соблазнительной улыбкой. И добивает обручальным кольцом на безымянном пальце. Совсем свихнулась? Мне проблемы с чужими мужьями-миллионерами не нужны. Да и не стоит она того…

– Увольте всех на хрен, начиная с себя, – выплевываю сурово и гневно. – Кроме Александры и Рафаэля. По моим наблюдениям, только они здесь и работают. Остальные – балласт. И вы, Милена, в первую очередь. На месте вашего супруга, – киваю на ее правую ладонь, которую она лихорадочно прячет, – я бы вам ничего, кроме метлы, не доверил. И то пока не решил: то ли убирать, то ли полетать.

– Как вы смеете? – сдавленно пищит она, растеряв весь свой напускной шарм.

– Ждите отзыв. – Поднимаюсь с места, зыркнув на часы. – И готовьтесь к закрытию. Ваше заведение опасно для жизни. А с такими у меня, как правило, разговор короткий.

Милена переваривает мои щедрые «комплименты», а я пользуюсь моментом, чтобы покинуть наконец-то это заведение. Бросив прощальный взгляд на зону для персонала, никого не нахожу в поле зрения – и быстро шагаю к выходу.

Сдалась она мне. Все, что должен был, я здесь уже сделал.

Не оглядываюсь. Достаточно мне на сегодня новых впечатлений, а пиджак пусть оставит себе. На память…

Хмыкнув, отвлекаюсь на телефон. Не могу проигнорировать звонок, потому что он из логистической компании, которая мне принадлежит и, в прямом смысле, кормит меня. Причем не тухлыми ежами, а хлебом с маслом и черной икрой. Основная профессия отражает мою натуру и близка мне по характеру: четкая, ясная, механическая. А хобби… Я и не помню, как меня угораздило стать ресторанным критиком. В какой момент избирательность в еде превратилась в нечто большее, а потом и вовсе заняла все мое свободное время. Черт знает, чего мне не хватало! Наверное, острых ощущений, зато сегодня я ими сыт по горло.

– Слушаю, Денис, – мельком взглянув на имя контакта, я настороженно приветствую личного помощника. Надеюсь, ничего не стряслось за время моего отсутствия. Эти бездари могут так напортачить, что потом год не разгребу…

Девушек в моем офисе нет – принципиально их не принимаю. Даже на собеседование не допускаю. Какой бы умницей, спортсменкой и комсомолкой ни окажется кандидатка, в конечном итоге все сводится к одному. Или я ее захочу, или она меня. При любом раскладе работать некомфортно.

– Олег Геннадьевич, сможете сейчас подъехать?

– Та-ак, все-таки просрали сроки доставки? – рычу я в трубку, ступаю на крыльцо и ускоряю шаг. Ливень прекратился, но противная морось продолжает брызгать с неба, окропляя голову и плечи. – Я же предупреждал, что это крупный и важный заказчик, – нервным движением свободной ладони смахиваю воду с волос.

– Нет, вы неправильно поняли. В компании все идет по плану, в сроки мы укладываемся, – спешит успокоить меня помощник. – Здесь к вам… не по работе.

– Хм... Кто?

Сняв внедорожник с сигнализации, не тороплюсь садиться в салон, хотя надо бы. Вместо этого становлюсь боком, опираясь бедром о капот и краем глаза оглядывая служебный вход в ресторан.

– В приемной вас ждет главный редактор проекта «РевиЗоркий», куда вас нанимают сниматься…

– Тц, не нанимают, а предлагают контракт, – строго перебиваю его, покосившись на часы. – И не сниматься, а консультировать. Это разные вещи. Я не клоун, чтобы на камеру кривляться.

– Понял, принял, – откликается Денис. – Так и передать?

– Разумеется, нет, – закатываю глаза. – Скажи, что я буду, – бормочу заторможенно, заметив, как открывается дверь с торца здания. – Возможно, задержусь немного. Кофе телевизионщикам сделай пока.

Отключившись, задумчиво кручу в руке телефон и наблюдаю, как из ресторана выходят сотрудники. Кто-то покурить после проверки, кто-то собирается домой. Похоже, Милена из-за моего визита весь персонал в выходной день выдернула.

Ясно, почему меня встретили такие кислые мины. Но я неосознанно ищу взглядом одну единственную, конопатую и со вздернутым носиком. Выцепив рыжую сомелье из толпы, окидываю ее взглядом с ног до головы. Переоделась… Вместо формы на ней привычные пацанские джинсы, подмоченные внизу, короткая кожаная куртка, а под ней… заправленная в пояс мужская рубашка. Явно не ее размера. Скорее, с плеча этого малорослика, который выходит за ней следом и суетится вокруг. Крутит на пальце брелок от байка. Они тут все какие-то… неформальные?

– Александра, – все-таки окликаю рыжую. – Подвезти? Твой мопед уже доставили в сервис, – отчитываюсь, будто выслужиться хочу. Однако я действительно виноват и привык отвечать за свои поступки.

Саша спотыкается, замирает и хмуро сводит тонкие желтые бровки к переносице. Прищурившись и поджав губы, смотрит на меня с необъяснимой обидой и ненавистью. В ответ могу лишь недоуменно повести плечами и распахнуть пассажирскую дверь, жестом приглашая ее внутрь. Дождь моросит, время поджимает, а я как долбаный таксист на заказе. Не хватает шашечек, кепки и счетчика.

– Спасибо, но… – цедит она сквозь ровные белые зубки. – Не мой размер, – двусмысленно ухмыляется. Вспоминаю колкость, которую она отвесила мне по поводу большого автомобиля.

Кусачая. И неадекватная. Потому что в следующую секунду вдруг запускает в меня какой-то пакет, который я машинально ловлю. Пока гипнотизирую взглядом свой смятый пиджак , Саша важно расправляет плечи, вскидывает подбородок – и садится на мотоцикл к тому самому недоноску, с которым вышла из ресторана. Обнимает его со спины.

Байк с ревом срывается с места.

– Да и катись ты… – зло выплевываю им вслед. – Дикарка невоспитанная.

Хотел как лучше, а получилось… через одно место. Только зря время потерял, проторчав под мерзким накрапывающим дождем, а у меня, между прочим, каждая минута денег стоит.

Раздраженный и недовольный, сажусь за руль своего внедорожника.

– Размеры ей наши с тобой не понравились, – бурчу, как будто к старому другу обращаюсь, которых у меня в силу занятости в принципе нет. Бережно похлопываю по кожаной обводке, но тут же яростно сжимаю ладони. – Оторва языкатая.

Небрежно и грубо бросаю пакет с пиджаком через плечо назад, не оборачиваясь. Даже не проверяю, куда приземлился. Плевать. Не отрываю глаз от дороги.

Как только огненная макушка скрывается за поворотом, я завожу двигатель и еду в противоположном направлении.

Благо, мы с ней больше никогда не встретимся.

Глава 8

Александра

С трудом и надрывным пыхтением выбираюсь из высокого минивэна. Ищу ногой точку опоры, но не достаю до асфальта. Совсем немного не хватает, и это невероятно раздражает. Еще и офисная юбка, надетая специально для собеседования, сковывает движения.

– Ненавижу большие машины, – ворчу себе под нос, держась за дверцу. – В них я чувствую себя маленькой и неуклюжей.

– Да ты и так мелюзга, Сашка, – громко и заразительно хохочет Рафаэль, подхватывая меня одной рукой за талию и легко опуская на землю, будто я ничего не вешу.

– Ну вас! – фырчу, поправляя одежду.

Повар продолжает смеяться, так по-доброму и тепло, что я не могу на него обижаться. Отмахиваюсь, обращая все свое внимание на здание нового ресторана, где мы собираемся попытать счастья. Я сбилась со счета, в который раз…

В нашем послужном списке – сплошные отказы, причем в грубой форме. Работодатели даже слушать нас не желают: стоит им открыть резюме и пробить имена по базе, так сразу указывают на дверь.

Мегера не преувеличивала, когда угрожала испортить мне карьеру. Уволила по статье, да еще и такую дрянь в трудовой указала, что та до сих пор краснеет от стыда. И все из-за выскочки Высоцкого! Ладно, я ему как кость в горле, а за что Рафаэль под раздачу попал?

– Почему вывеска завешена? – киваю я на самый верх стеклянного здания.

– Название ресторана держится в секрете. Сюрприз, наверное, – пожимает плечами Раф. – Сегодня вечером открытие. Персонал экстренно набирают.

– Хм, думаете, нас с места в карьер сразу? Бросят на торжественное мероприятие? – скептически морщу нос. Подозрительно.

– Для начала взяли бы вообще в штат, – тяжело вздыхает над ухом Илья, следом за мной вывалившийся из машины.

– Ты вообще зачем уволился? Мегера тебя не прогоняла, – напоминаю ему, взмахнув указательным пальцем в воздухе.

– Что мне там делать без вас? Не уволила, так сожрет. Не знаю, что хуже, – резонно замечает парень. – Да и закроют ее ресторан. Вот посмотришь. Как статья того критика выйдет, так все… Мегере капут, – проводит ребром ладони по горлу.

– Что ж, ребятки, идем внутрь, а то опоздаем, – Рафаэль укладывает мощные лапы нам на спины и подталкивает к крыльцу. Ему кажется, слегка, а я чуть не отлетаю, как теннисный мячик. – Прости, – хмуро бросает он. – Я сразу на кухню, потому что Матвей Васильев, хозяин заведения, лично проверяет поваров. Мне рассказывали, он просит что-нибудь приготовить и сам пробует.

– Ты справишься, – подмигиваю ободряюще.

– А вам туда, – указывает Рафаэль направление, когда мы заходим в длинный коридор. – Друг шефа, правая рука и по совместительству управляющий занимается подбором обслуживающего персонала.

Растерянно киваю и, понурив голову, плетусь к нужному кабинету, как на плаху. От уверенности и смелости не остается и следа, когда заношу руку над поверхностью двери, чтобы постучаться. Таблички нет: видимо, впопыхах не успели повесить. Такое стремительное открытие меня настораживает, но выбора нет.

С надеждой оглядываюсь на Илью.

– Дамы вперед. – Пятится приятель к стене.

– Вот засранец, – закатываю глаза и, в очередной раз одернув узкую юбку, опасливо захожу в кабинет управляющего.

Меня встречает… высокая спинка кожаного кресла. В панорамных окнах отражается силуэт мужчины, сидящего в нем. Покашливаю, обозначая свое присутствие, и он лениво разворачивается ко мне лицом. Выглядит уставшим и невыспавшимся. Неудивительно – в ресторане наверняка сейчас аврал.

– Здравствуйте… – начинаю я и запинаюсь, не зная, как к нему обращаться.

Это провал. С порога на вылет!

– Глеб, – свободно представляется он, широко и искренне улыбаясь.

– Гле-еб… – тяну в ожидании отчества.

– Просто Глеб. Проходи, присаживайся. – Мужчина указывает на стул напротив. – Как зовут? Где работала? Только давай быстренько, – встряхивает часами на запястье.

– Александра, – шумно сглатываю, а потом продолжаю как член общества анонимных алкоголиков: – Я сомелье… и меня уволили с предыдущего места работы.

Вкратце рассказываю управляющему, что произошло на самом деле. Слушает молча, не задавая вопросов. Попутно листает мои документы, читает резюме.

– Все? – небрежно уточняет Глеб, когда я умолкаю. Мычу в знак согласия и заранее расстраиваюсь, мысленно приготовившись к очередному отказу. Но Глеб вдруг выпаливает довольно: – Ты принята, иди переодевайся. Вечером работаешь на открытии, – отчеканивает он, а я роняю челюсть и округляю глаза. – Вакансии сомелье у нас не предусмотрено, конечно, но нам остро нужен администратор, а я ни одну кандидатуру еще не одобрил. До тебя. Если справишься сегодня, должность твоя.

– Что? А как же… – мямлю я, облизывая пересохшие губы. – У меня ведь нет рекомендаций. Точнее, есть, но такие, что лучше бы не было.

– Дело вот в чем… – Подается он вперед, сцепив кисти в замок. – Была у нас в главном ресторане администратор с безупречными рекомендациями. Образование, опыт работы, внешние данные… Просто конфетка.

– И? – сипло попискиваю.

– Что «и»? Все шло прекрасно, пока она к хозяину в штаны не полезла, а в придачу еще и перед женой его жестко подставила… Ты же не собираешься такого делать? – Он оценивающе проходится по мне взглядом-сканером.

– Нет! За кого вы меня принимаете! – возмущенно восклицаю я.

– Вот! Так я и подумал, – Глеб удовлетворенно хлопает в ладоши, откидываясь на спинку, вальяжно покачивается в кресле. – Иди готовься к вечеру. Если несложно, пригласи следующего, – щелкает пальцами. – Там кто-то еще остался?

– Илья, мы вместе работали у Милены Игоревны. Он официант.

– Нормальный? – Прищуривается Глеб, а я активно киваю. – Тоже принят. Под твою ответственность.

– Спасибо! Мы вас не подведем.

Глеб снисходительно усмехается, а я спешу на выход, пока он не передумал. Не верю в свою удачу. Назло всем Мегерам и критикам я получила работу. Неужели и на моей улице перевернулся грузовик с пряниками!

– Александра, – летит мне в затылок неожиданно, как пуля снайпера, и я оглядываюсь, схватившись за ручку двери. – Особое внимание ВИП-столикам и всем подозрительным, на твой взгляд, важным персонам. Матвей кое-кому дорогу в бизнесе перешел. Есть вероятность, что конкурент натравил на нас ресторанного критика. А у тебя как раз есть опыт общения с ними…

Земля уходит из-под ног.

Что, опять? Чертова петля времени, а я в ней бешеная белка, бегающая по кругу.

Да уж, а пряники-то оказались с душком. Остается молиться, чтобы не с елово-кипарисовым.

* * *

Вечером на открытии ресторана в зале полная посадка. Яблоку негде упасть, но… Мощную фигуру в белоснежном костюме я узнаю в толпе сразу.

Вырядился, как на индийские похороны. Важно шагает по залу, смотрит на всех посетителей свысока, по пути окидывает надменным взглядом интерьер, изучает панорамные окна с арками и изящные люстры, оценивая освещение, скользит с прищуром по полу и мебели. Жду, когда он наклонится и проведет пальцем по поверхности, собирая пыль, как вредная свекровь. Благо, этого не происходит.

Высоцкий подходит к ВИП-столику, за которым... уже сидит красивая шатенка. Помню, я лично провела ее на это место.

На секунду отвлекаюсь от критика и, подняв руку ко рту, нервно покусываю подушечку пальца. Неужели я что-то перепутала? Вроде бы, сделала все правильно. Гостья назвала мне столик – и я показала, где он.

Значит, они вместе?

– Еще и бабник, – шумно выдыхаю я, делая вертолетик губами, когда Олег дарит девушке лучезарную улыбку, искреннюю и непривычно мягкую. Как назло, она ему к лицу.

Лихорадочно размышляю, что делать. Если выйду к ним, как поручил Глеб, то Высоцкий узнает меня, опять поиздевается и подставит. Если нет – меня просто уволят за то, что ослушалась приказа. Я в ловушке. Пока стою тут и мучаюсь, парочка мило беседует.

– Чтоб у тебя несварение желудка случилось! – с ядовитым шипением насылаю проклятия, спрятавшись в глубине зала, возле двери в административные помещения. – Прямо за столом!

Нет, я не ревную! Плевать мне, за кем ухлестывает этот павлин. Его избраннице можно только посочувствовать – он ведь дотошный и нудный. Уверена, с ним от скуки умереть можно, если дольше часа наедине остаться. Однако, к сожалению, мне Высоцкий то и дело устраивает веселую жизнь.

– Удод! Выскочка!

– Кхм, кто? – тихо звучит за спиной мужской голос.

– Ой, Матвей Андреевич, – виновато оглядываюсь на Васильева, хозяина этого заведения. – Там за ВИП-столиком Олег Высоцкий, тот самый ресторанный критик, которого на вас натравили.

– Хм, – потирает Васильев подбородок, не отрывая хмурого взгляда от сладкой парочки. Выглядит злым, разочарованным и недовольным. Точно уволит. Опять! Я попаду в книгу рекордов Гиннеса за самый быстрый вылет с работы в истории.

– Я до последнего надеялась, что к вам явится кто угодно, только не он. Мало ли критиков в городе, да и ресторан ваш, уж не обижайтесь, далеко не звезда Мишлен. А этот павлин исключительно по элитным шастает, – тараторю я на эмоциях, забывая, что в таком состоянии могу наговорить себе на несколько выговоров. – Еще и швабру какую-то с собой привел. Ученица, что ли?

– Полегче, это моя жена, – резко осекает меня Матвей.

– Простите, – обреченно опускаю голову. – Уволите?

– Прямо сейчас решаю твою судьбу… – задумчиво тянет хозяин. – Саша, рассказывай, что за «выскочка»? Сильно обидел?

– Карьеру испортил.

Умолкаем одновременно и, наклонив головы, заторможенно наблюдаем, как Высоцкий подается ближе к столу и как бы невзначай протягивает свою загребущую лапу, чтобы… взять жену хозяина за руку? Наглец! И по совместительству самоубийца – его же шеф за свою любимую или отравит, или на тушенку пустит.

Продолжение мы не видим, потому что перед нами вдруг вырастает спина одного из посетителей. Недовольно вздыхаем в унисон.

– Хочешь отомстить? – неожиданно предлагает Васильев, и я на миг теряю дар речи.

– А-а… Но… – мямлю, пытаясь собраться с мыслями. – Матвей Андреевич, нельзя! Высоцкий сделает так, что ваш ресторан закроют…

– Да насрать мне и на него, и на ресторан, – выпаливает тот в сердцах, запуская пятерню в волосы. – Я люблю Ксюшу, а она на развод подала. Сегодня у меня последний шанс ее вернуть. Я сюрприз для нее подготовил, ресторан назвал «Александрия» созвучно имени, которое она мечтала дать нашему будущему ребенку. Саша, будь то мальчик или девочка, неважно.

– Как мило, – расплываюсь я в улыбке. – Почему она разводится с вами? – недоуменно пожимаю плечами. – А-а-а, из-за той администраторши, которая в штаны к вам залезла? – повторяю слова Глеба и поздно понимаю, какую глупость совершила. Закрываю рот двумя руками, как обезьянка с плаката: «Не болтай».

– Ты слишком много знаешь, – сводит брови Васильев, мрачно покосившись на меня.

– Да, и много болтаю, – выдыхаю в ладони.

– Послушай, если я ему морду при всех набью, Ксюша точно не простит, а сбежит отсюда. Она и так меня абьюзером называет. Отвлеки его как-нибудь, чтобы я по-тихому жену забрал. Ликвидируй нахрен. Чем хочешь, любым оружием. – На эмоциях шеф берет меня за локоть и разворачивает к себе лицом. – Саша, я тебе премию выпишу.

– О не-ет, мне не нужны деньги, – в очередной раз зыркнув на довольного Высоцкого, похожего на холеного белого кота-британца, лениво играющего с мышью, я расплываюсь в зловещей улыбке. – Я за идею!

Одернув узкую юбку и поправив бейджик на груди, я выхожу из слепой зоны зала на свет. Минуя бар, подхватываю бутылочку бургундского вина насыщенного гранатового цвета. Пятна, оставленные им, нереально отстирать, особенно если ты пижон в белоснежном дорогом костюме из натуральных тканей. Идеальное преступление.

Умыкнув у официанта полотенце, аккуратно оборачиваю им бутылку. Прости, но сегодня ты идешь на разлив. Во благо семьи шефа! На это мне дан зеленый свет.

Безнаказанность и азарт будоражат кровь. Злость и обида подогревают разгорающийся внутри меня костер. Месть опьяняет.

Расправив плечи, я красиво дефилирую к нужному столику. Сердце пропускает удар, когда мы сталкиваемся с Высоцким взглядами, но я не останавливаюсь и даже не спотыкаюсь. Наоборот, цепко держу наш зрительный контакт. Хитро усмехнувшись, уверенно шагаю вперед.