Возрождение лотоса

- -
- 100%
- +
– В бардачке, господин. Подождите минуточку, – он припарковал машину на обочине. Достал аптечку, воду и передал Нобу.
– Зря я взял тебя с собой, – сожалением произнёс Нобу, глядя на Мэй.
– Не ругай себя... – она сделала несколько больших глотков воды, пытаясь смыть с души въевшуюся грязь. – Можем ехать.
Водитель выехал на дорогу.
– Ты уверена? Мы можем вернуться в усадьбу, – предложил Нобу, закрывая аптечку.
– Уверена, – Мэй села по удобнее и прикрыла глаза. – Постараюсь немного вздремнуть.
– Ладно, но, если станет хуже, сразу же дай знать.
– Я тебя поняла... Спасибо за заботу.
Нобу предпочёл промолчать.
Всю дорогу Мэй ехала с закрытыми глазами. Сон никак не шёл, а беспокойство и тревога теснились в мыслях.
«Почему ты не спасла того мужчину? Его жизнь тяжким грузом ляжет на твою совесть. Мэй, ты никогда не узнаешь, что с ним стало на самом деле... Ты могла выйти из машины, прикоснуться к нему и спасти несчастного от мук и неминуемой гибели... Демоны – воплощение зла. Ты должна их устранять».
Незнакомый настойчивый голос продолжал нашёптывать ей.
Тошнота не отступала, горло неприятно саднило и першило. Она прокашлялась, а затем прильнула к бутылке с водой.
«Почему я вообще об этом думаю? Может это голос предков?»
– Мы уже в Касива, – предупредил её Нобу.
– Ясно.
«Чем скорее мы встретимся с Аоки, тем быстрее вернёмся в усадьбу и всё закончится», – Мэй нервно прикусила губу.
– Как себя чувствуешь? – отвлёк её Нобу.
– Нормально, – соврала Мэй, отводя взгляд на кольцо.
Город Касива казался продолжением Токио. Скорее всего, из–за того, что находится рядом со столицей, перенимая её лихорадочный ритм. Проезжая вдоль реки, Мэй наблюдала за людьми, что наслаждались жизнью. Семьи играют друг с другом, одиночки наблюдают за течением, а подростки бросали камни в воду и заразительно смеялись.
И тут же другая реальность напомнила о себе.
«Бок о бок с людьми живут омерзительные существа, неведомые для их глаз. Эти твари без зазрения совести отнимают жизни невинных, – Мэй отвернулась, коснулась маменого кольца. –Всего лишь одно касание избавит территорию от демонов и негативного влияния».
Мысли о способности уничтожить демонов становятся всё навязчивее.
– Мэй? – позвал Нобу, увидев, как она напряжённо разглядывает собственные руки.
– Просто задумалась, – рассеянно ответила она.
Вскоре внимание Мэй привлекло бежевое здание с высокими белыми окнами. Кафе, казалось, когда–то был частным домом, но теперь стал оазисом для искателей наслаждения и умиротворения.
– Господин и госпожа, мы на месте, – сообщил водитель.
– Благодарю, Рику.
– И что дальше? – спросила Мэй.
Нобу не успел ответить ей, на его телефон поступил неожиданный звонок с неизвестного номера. Он ответил на вызов.
– Привет. Я вернулся в Токио, – весело объявил Шого. – Нам надо встретиться.
– Я и Мэй сейчас в Касива. Собираемся встретиться со свидетельницей той трагедии, – пояснил Нобу.
– Я же просил не заниматься самодеятельностью, Нобу, – весёлый тон Шого сменился на сердитый.
– Знаю, но у нас нет времени... Как только решим вопрос в Касива, сразу встретимся с тобой, – пообещал он.
– Жду объяснение твоих действий. Удачи, – отрезал Шого и сбросил звонок.
– Это был Мацубара? – уточнила Мэй.
– Да, он прибыл в Токио. После разговора с Аоки встретимся с ним.
– Хорошо.
Нобу покинул салон машины, Мэй последовала за ним.
– Нет! Ты остаёшься здесь! – властно заявил маг огня.
– Серьёзно? – воскликнула Мэй, хлопнув дверью автомобиля. – Ты меня привёз в Касива, чтобы я любовалась пейзажем за стеклом машины или начала искать правду о смерти родителей?
Нобу недовольно сверлил её взглядом. Она права, но его беспокоило её состояние.
Недолго думая, он тяжело вздохнул, ответил:
– Твоя взяла, – уступил Нобу. – Зайдёшь в кафе первая, как посетитель, я зайду после тебя, через пять минут. Будешь свидетелем нашего разговора.
– Так–то лучше. Но, как посетитель, я должна что–то заказать, а у меня ни гроша в кармане, – Мэй виновата прикусила губу, почувствовала себя неловко, прося у него деньги.
– Вот держи мою кредитку, – он протянул ей пластик. – Заказывай что захочешь.
– После, когда у меня будут деньги, я верну тебе, – пообещала она ему.
– Не нужно, – хмыкнул Нобу, заметив её внезапное оживление. – Вперёд.
Мэй уверено пересекла дорогу.
Подойдя к двери, она замерла. Пару раз глубоко вдохнула и выдохнула, набираясь храбрости, а после вошла в кафе, усаживаясь за первый попавшийся столик.
Её внимание захватило внутренний и внешний декор заведения в южнофранцузком стиле. Оно дарило атмосферу свежести и новизны. Атмосфера уюта и тепла.
К ней подошла сотрудница.
– Добрый день, – с лучезарной улыбкой девушка положила перед Мэй меню. – Как будете готовы заказать, позовите.
– Я закажу сразу, американо со льдом, – твёрдо сказала Мэй.
– Может быть, десерт? У нас недавно появился в ассортименте вкусный бисквитный торт из сливы.
Мэй на секунду замялась. Она любит сладкое, и при других обстоятельствах не упустила бы возможности побаловать себя, но сейчас цель посещения кафе у неё другое.
– Нет, спасибо.
– Я оставлю вам меню, – официантка отправилась на кухню.
Ожидая заказ, Мэй продолжила осматривать помещение.
Посетителей немного: пара смущённых подростков, наверняка, на свидании. И пожилой мужчина, завершавший чашку кофе за чтением потрепанной книги, которая продолжала радовать своего единственного читателя. Мэй отвела взгляд к камину, рядом с ним, в ведре, лежали дрова, запах хвои давно покинул помещение.
– Ваш заказ готов, – девушка поставила на стол прозрачный высокий стакан с холодным кофе.
– Спасибо.
Первый глоток принес освежение: бариста прекрасно приготовил напиток, превратив ледяной американо в идеальное средство спасения от летней духоты.
Лёгкий перезвон колокольчиков привлекло внимание Мэй. В кафе вошла женщина и прошла за стойку и резко замерла, смотря в знакомые серые глаза. Уставившись на Мэй, лицо женщины сделалось смертельно белым. Такого поворота событий Мэй не ожидала. План разрушился, как карточный домик: Аоки узнала её, встреча может сорваться окончательно.
Дверь, снова, открылась, на этот раз вошёл Нобу.
Мэй всклочила со стула и, миновав его, тихо прошептала:
– Она узнала меня. Придётся вести беседу самой.
– Мэй, – он собирался схватить её за руку, но не успел.
Подойдя к стойке, она обратилась к Аоки:
– Госпожа Аоки?
Женщина медленно обернулась и застыла, смотря на гостя. Мэй не ошиблась в своих предположениях, она узнала её.
– Кто вы? – с неуверенностью спросила Аоки.
– Агава Мэйко. Я дочь Агавы Мико, – представилась Мэй.
За стойку прошла официантка, что приняла заказ от Нобу.
– Сэкико, – обратилась Кита к ней, – ко мне заглянула дочь старой подруги, хочу немного поболтать с ней, ты не против?
– Я поняла вас, хозяйка.
Нобу и Мэй столкнулись взглядами, в котором отчётливо читалось предупреждение: «Ты действуешь не по плану!». Но обсуждение разногласия придётся отложить.
– Что привело вас сюда? – взволнованно спросила Кита, присаживаясь за столик, который заняла Мэй..
– Я пришла, чтобы задать пару вопросов.
– Я ничего не знаю, – заупрямилась Аоки.
– Не успела я задать вопросы, как вы уже поставили крест на нашей беседе, – Мэй сделала глоток кофе. – Значит ли это, что вы что–то знаете?
– И зачем мне раскрывать секреты прошлого? – повысила голос Аоки.
– Потому что я потеряла всех близких. Сначала родителей убили, а потом и бабушку. Я хочу докопаться до корня зла, и вы – моя единственная нить в этом лабиринте, – откровенно высказалась Мэй.
– Ты можешь жить тихо, о тебе никто не знает.
– Нет, уже не могу. Когда на пороге моего дома появился враг, то об этом узнал и Совет, – Мэй опустила взгляд, воспоминания минувших дней отозвались в сердце болью. – Если бы я могла жить тихо, меня здесь не было бы...
Аоки лишь покачала головой в замешательстве. Её взгляд утонул в текстуре стола, ища там ответы.
– Прежде, чем помочь тебе, мне необходима твоя помощь, – произнесла Кита шёпотом.
– Слушаю.
Женщина ещё раз осмотрела помещение, видно, что она боится. Взгляд остановился на Нобу.
– Он со мной, – тут же уведомила её Мэй.
Аоки кивнула и с решимостью завернула рукав рубашки на левой руке, обнажая знак.
– Что это? – Мэй напряглась, разглядывая непонятную отметину, похожую на татуировку.
– Печать молчания, – еле слышно произнесла женщина наклоняясь вперёд. – Заклинание–проклятие, обрекающее носителя на вечное безмолвие. Накладывается с обоюдного согласия. Если ты снимешь это клеймо, я расскажу всё, что знаю...
Мэй ощущает себя беспомощной. Она не знает как снять эту печать. Её взгляд метнулся к Нобу в поисках подсказки, но он отрицательно мотнул головой.
«Коснись метки и позови свою силу. Она ответит тебе»,– тот голос, что сопровождал всю дорогу, снова отозвался.
Мэй вытянула руку и коснулась места печати, сосредоточившись на ощущениях, призвала силу, струившуюся в её теле.
«Снять печать», – мысленно приказала она силе очищения.
Печать развеялась будто её никогда не существовало, оставляя после себя дымку воспоминаний.
В кариях глазах Киты вспыхнуло изумление, а затем заполнились слезами. Её тело чисто от печати молчания:
– Вы сделали то, о чём я и мечтать не смела, – Аоки коснулась того места, где была печать.
– Очень рада, что смогла помочь, – Мэй скромно улыбнулась, гордясь своим достижением, но одновременно испытывая неясную тревогу.
«Почему Нобу был против снятия печати? И что за голос управлял мои телом или я смогла сама снять печать?»
– После долгой работы в Совете, меня перевели на одну из научных баз магов, – Кита начала свой рассказ привлекая внимание Мэй. Слова не застревали в горле комом. – Научная база специализировалась на синтезе магии с новыми технологиями. Её возглавляли два мага: Оойси Ясуши и Агава Рэйджи. Агава был выдающимся инженером. Всё что он разработал служит магическому сообществу по сей день. Оойси Ясуши, в свою очередь, блестящий руководитель, его идеи вдохновляли всех сотрудников, в том числе и меня... Но между Рэйджи и Ясуши была не только дружеская симпатия – их объединяла мечта о мире, где смерть на заданиях не была бы результатом слабости магов перед демонами. Со временем они сделали шаг к осуществлению этой мечты... Первые эксперименты были удачными, в них была задействована Агава Мика. Но после... К сожалению, я не знаю всех деталей произошедшего того трагического дня. Мне пришлось покинуть Токио по семейным обстоятельствам. Но, я слышала, что оборудование не прошло проверку, взорвалась из–за накопившей силы Мико. После возвращения в Токио, Оойси заставил оставшихся в живых сотрудников принять печать молчания... Это не всё. Я так же знаю человека, что работал на вашего отца. Возможно, он знает больше чем я.
Её родители погибли из–за общей мечты: сделать мир лучше. Она и предположить не могла, какую роль они внесли в мир магии, и какой ценой им пришлось заплатить за свои стремления.
– Как найти того человека, что работал с моим отцом?
– Его зовут Ишида Юки. Ранее он жил в Токио, а после инцидента переехал. К сожалению, я не знаю куда, – Кита сжала губы, озабоченная своей скудной информацией.
– А что знаете об Оойси Ясуши?
– Сейчас он работает на Совет. Занимает высокую должность.
Мэй мала ждала от встречи с Аоки Китой, а узнала достаточно, чтобы продолжить копать в нужном направлении.
«Два мага могут пролить свет на правду», – размышляла Мэй.
Нобу допив чай, вышел из кафе.
– Спасибо вам за правду. Это более чем достаточно, – поблагодарила Мэй, вставая из–за стола.
– Кофе за счёт заведения. Это меньшее, чем я могу вас отблагодарить.
Мэй в темпе покинула кафе, перешла дорогу и остановилась рядом с Нобу, который ждал её у машины, его взгляд выражал неодобрение.
– Я понимаю, что поступила неправильно, но мне действительно нужна была информация.
– Иногда поступки имеют последствия, – сурово ответил Нобу. – Нужно учиться выбирать правильное решение.
Мэй вспомнила незнакомый, расплывчатый голос. Очевидно, снятие печати произошло не усилиями Мэй, а с помощью вмешательства другого сознания. Эта мысль испугало её. Сделав Шаг ближе к Нобу, она собиралась рассказать ему об этом, но он поднял руку, прерывая её:
– Подожди, мне нужно позвонить Ито. – Нобу достал телефон и позвонил своему родственнику. – Есть задание, найди информацию о Ишиде Юки.
– Ни привет, ни как дела, – обиженно протянул Ито. – Ладно, будет сделано.
– Я тебе плачу за работу, а не за пустую болтовню, – отрезал Нобу и сбросил звонок, он собирался убрать телефон, как ему кто–то позвонил. – Да, Ханако.
– Привет. Ты же в Касива? – её голос звучал взволнованно.
Нобу напрягся.
– Что случилось? – насторожился он.
– Симидзу не отвечает. Он и пару учеников взялись за задание низшего класса. Прошли сутки. Я попыталась связаться с ним, но от него и других учеников никаких вестей... – Ханако говорила быстро, с дрожью в голосе. – Когда я прибыла на место... Мои опасения оправдались.
– Они мертвы? – резко спросил Нобу.
– Не знаю... Тут барьер. Демон загнал их в ловушку.
– Не вздумай ничего предпринимать. Я тебе скину адрес, заберёшь меня, – распорядился огненный маг.
– Угу. Спасибо, брат, – вздохнула Ханако.
– Ещё не за что благодарить, – он скинул звонок.
Глава 7. "Нобу, я помогу тебе"
Мэй казалось, что все негативные эмоции и чувства, какие только существуют в мире, превратили это проклятое место в очаг зла.
Ханако переместила их на северную часть города Абико, неподалёку от Касива.
На первый взгляд стоит разрушенный дом, но глаза мага видят иную картину: территория оказалась окована огромным чёрным барьером, сотканным из самой скверны, расползавшийся по земле.
Желчь подкатывала к горлу Мэй. Как бы она не старалась укротить бурю в желудке, отступив в сторону, дала волю своему телу.
– Мэй? – Ханако подбежала к ней, бережно собрав её спутавшиеся длинные волосы. – Наверное, это из–за моей магии пространства.
– Не знаю... это место... Здесь столько гнили, – выдохнула Мэй, и новый приступ тошноты вырвался наружу.
– Я предупреждал! Тебе нужно было вернуться в усадьбу вместе с Рико. Знал, что так и будет, – раздражено пробормотал Нобу.
Нобу не поддержал её идею с самого начала, когда Ханако наоборот, дополнила своё согласие словами: «Рано или поздно, но Мэй придётся биться с демонами. Практика будет для неё лучшим учителем». Мэй признается самой себе, что совершенно не понимает причины своей решимости принять участие в спасательной миссии.
– Новичкам, вроде тебя, часто не по себе, когда сталкиваются с большим скоплением скверны, – сочувственно сказала Ханако, нежно поглаживая по спине Мэй. – У меня даже воды с собой нет... Нобу, может, всё таки я отправлю её домой?
– Пусть остаётся, – хмуро ответил Нобу, приблежаясь к падающему забору. – Но, если начнёшь мешаться или тебе будет действительно угрожать опасность, то Ханако отправит тебя восвояси.
– Да, поняла я.
Нобу протянул руку в пространство, извлёк круглый предмет и положил его на землю. Через пять секунд от странной вещи начал исходить мягкий, приятный свет, а после создал защитный вакуум.
Нобу приблизился к границам чёрного барьера, аккуратно коснулся поверхности. Внутри ощущался ещё один барьер, от него исходила другая энергия. Нобу предположил, что это дело рук Симидзу Рэна, поскольку он единственный маг высшей категории.
– Как вообще Совет мог отправить на такое опасное задание одного мага высшего ранга и детей? А куда Симидзу смотрел, когда брал задание? – недоумевал Нобу.
– Рэн говорил, что это задание низкого ранга, – встала на защиту друга Ханако.
– Получается, «Глаза» ошиблись?
– Похоже на то.
– Кто такие «Глаза»? – Мэй прокашлялась.
– Организация в Совете, что определяет уровень опасности предстоящих заданий, – пояснила Ханако.
Нобу вытянул руку на против барьера. Он, не касаясь его, направил магию огня. Появились трещины, но они тут же затягивались. Маг повторил попытку ещё пару раз, результата не последовало.
– Нобу? – встревожилась позвала его Ханако. Она прекрасно знает, на что способен её брат, его неудачные попытки настораживают и доказывают с каким врагом им придётся столкнуться.
– Ничего не выходит. Барьер поглощает мою силу, – Нобу направил больше огня, но барьер остался непоколебим. Испарины от напряжения выступили на его лице.
Он вновь протянул в пространство руку, извлекая из кармана клановое оружие. Чёрный меч, словно искра из преисподней, вспыхнул багровым пламенем, не опаляя при этом своего хозяина. Мэй ощутила исходящий от него жар. Ей казалось, что меч готов сжечь всё на своём пути.
Нобу обхватил рукоять двумя руками и поднял над головой. Он выглядит, как Бог, что собирается исполнить свой смертельный указ. Один удар и барьер раскололся ровно посередине, не выдержав мощи огня Кагуцути, кромки барьера полыхали, освещая пространство.
– Чёрт! – Нобу вонзил в землю меч. – Я сломал второй барьер, что наложил Симидзу, а первый так и не исчез... Они остались беззащиты.
– Может, у меня получится переместиться во внутрь? – предложила Ханако.
– Нет! Это безумие!
– Но у нас нет другого выхода! – настаивала на своём Ханако.
Мир вокруг Мэй остановился.
«Если ты примешь скверну, то будешь способна на большее», – голос Мэй эхом прокатился в её сознании. Он разительно отличается от того шёпота, что был в Касива.
Она замерла.
Мэй отчётливо помнила тот злополучный вечер в Перте. Стоя лицом к лицу с демоном, в руинах собственного дома, она услышала этот же голос. Тогда он помог ей защитить себя, высвободив бурный поток силы, что стёрла высшего демона в порошок прямо на крыльце.
«Кто ты?»
«Ах, он так усердствуют,– голос сочился ядовитой насмешкой. – Жалкое зрелище! Но тебе ничего не стоит развеять этот барьер».
«Это ты следовала за мной в Касива и помогла мне снять печать молчания с Аоки?», – Мэй требовала хоть какого-то ответа.
«Если тебе будет легче от правды, то нет... Это была не я. А теперь прими тьму и спаси их. Ты же хороший маг?»
За спиной Мэй почувствовала дыхание вечной мерзлоты, наполненное холодом смерти. Оно выжидает, чтобы забрать её душу в пучину невыносимой боли и страданий.
В жилах, словно лава, забурлила тёмная, осквернённая, опасная сила. Совершенно чуждая той, которой она применяла для снятие печати молчания. Чувство всемогущества, как яд, растекалось по телу, опьяняя и ослепляя.
«Подойди к барьеру и коснись его».
Мэй, будто марионетка, подчинилась приказу. Вдалеке она слышала отчаянные крики Ханако, но не могла ответить – словно кто–то наложил заклинание на её уста. Мэй пропустила скверну через свою руку, позволяя ей вырваться мощным потоком по барьеру. Скверна вперемешку с силой очищения заставило барьер покрыться трещинами, пока он не рассыпался окончательно.
Мэй тряхнула головой, стараясь стрясти наваждение. Как будто кто–то снял её жизнь с паузы и всё пришло в движение.
Громоподобный рык потряс воздух, оглушая всех присутствующих. Мэй присела и зажала руками уши. Когда гул утих, подняв взгляд, она увидела огромного дракона. Его полупрозрачное тело переливалось электрическими разрядами. Внутри существа находится незнакомая ей девушка, неподвижная и без сознания.
– Ёсика? – изумлённо произнесла Ханако, всматриваясь в знакомые черты лица.
За одним рёвом последовал ещё один, но больше он походил на неприятный визг, режущий слух.
В поле зрение троих магов показался ёкай.
– Дзикининки? – удивлённо произнёс Нобу.
Он ожидал увидеть демона высшего ранга, поскольку такой тёмный и огромный барьер мог поставить только Они, а не демон среднего уровня.
Жуткое создание напоминает гниющего, горбатого человека, с зазубренными зубами. Ярко красные глаза–бусинки впивались в врага. Тело покрыто гнойными язвами и лохмотьями кожи. Ростом он с человека, но демон явно не боялся своего соперника.
Дзикининки неуклюже бросился на дракона. Он прыгнул, на удивление высоко, и длинные, когтистые пальцы впились в полупрозрачную оболочку дракона. Который тут же ответил потоком электричества.
– Кто такие дзикининки? – спросила Мэй, подбежав к Ханако.
– Это демоны–падальщики, пожиратели человеческой плоти. На вид он может и хрупок, но ему не зря присвоили средний класс. Всё из–за того, что дзикининки сложно уничтожить. Нужно огромное мастерство, чтобы на мага не пало проклятие.
– Тогда как нам его победить?
– Для них нужно провести ритуал «сегаки». Они на время «кормят» демона, но полное уничтожение это не гарантирует.
Нобу присоединился к разговору.
– Ханако, риса у тебя случайно с собой нет?
– Нет! Не знала, что мы встретим такую падаль? – расстроено парировала Ханако.
– Бегите! – крикнула Мэй, прервав разговор.
Там, где они только что стояли, рухнул дракон, продолжая отбиваться от ёкая. Ударная волна швырнула их в разные стороны.
Ёсика сдаваться не намерена. Пустила большой разряд тока по телу. Дзикининки отлетел к стене разрушенного дома. Он тут же встал и кряхча–визжа, снова, побежал на своего врага.
Мэй сильно приложилась головой о камень. Головокружение сдавили виски, тошнота подступила к горлу. Её вырвало. Не вовремя она получила сотрясение мозга. Подняв голову, взгляд упал на лежащее поблизости тело.
– Ханако, Нобу, я нашла кого-то, – попыталась крикнуть Мэй, но её голос утонул в оглушительном грохоте битвы.
Нобу оказался ближе и смог услышать её и тут же подбежал.
– Мэй, у тебя кровь на виске, – заметил он, стирая рукавом рубашки её кровь.
Однако, Мэй проигнорировала его слова и показала на близ лежавшее тело.
– Там кто–то есть...
Нобу присмотрелся, и увидел светлую макушку юноши.
– Ты сможешь идти дальше?
– Да, помоги лучше ему.
Нобу с большой неохотой отпустил её, и побежал вперёд. Он опустился возле парня, ощупал пульс – жив. Юноша выглядит ужасно – истощённый и тусклый, словно его жизненные силы выпили до дна.
Пока Мэй шла в их сторону, она думала о сложившейся ситуации:
«Почему я вообще участвую в этой спасательной операции? Зная себя, я никогда не поступила так бы опрометчиво. В моём стиле, отсиживаться где–то, пока кто–то рискует своей жизнью. Всё так запутанно. В голове каша с самого утра», – злилалсь на саму себя Мэй.
– Он жив? – спросила она, подойдя к Нобу.
– Жив.
Пространственное окно открылось и вышла Ханако.
– Я нашла Рэна и переместила его в безопасное место, – она посмотрела на юношу. – Китамура?
– Он жив, – ответила Мэй.
– Хорошая новость. Заберу его и вернусь.
Она коснулась его тела и они исчезли.
Теперь внимание Нобу переключилось на битву между чудовищами. Наблюдая за происходящим, он понял, что действовать надо немедленно.
Цена за силу – жизнь. Ёсика выглядит ужасно: кости проступали сквозь кожу, мышцы медленно тают, под глазами залегли чёрные тени, губы иссохли, волосы потускнели.
Ханако вернулась через секунду.
– Нам нужно найти Фурикава, – оповестила она о ещё об одном участнике.
– Мэй, Ханако, он на вас, а я пойду в бой! – объявил Нобу, достал меч из пространственного кармана и побежал вперёд.
Мэй становилось хуже, сильно приложилась, и, чтобы не напрягать Ханако, она предложила следующие:
– Давай разделимся? Так будет быстрее.
– Ладно! – ответила Ханако и побежала в противоположную сторону.
Мэй медленно побрела вперёд, борясь с головокружением и ухудшением состояния. Она опёрлась о развалившуюся стену и посмотрела на сражение.
Нобу – воин, движения отточены и грациозны. Его меч стремительно пронзает демона, но тот не умирает. Дракон, заметив ещё одного врага, обрушивает свой гнев на Нобу. Ему приходится сражаться и защищаться одновременно.
Мэй почувствовала боль в груди. Дышать становилось всё сложнее, как будто её лёгкие сдавливали железные тиски. Неподалёку приземлился электрический шар. Этого света хватило, чтобы она заметила ещё одно тело.
Мэй, спотыкаясь и шатаясь, дошла до него.
Зрелище оказалось не для слабонервных: вся одежда, лицо, волосы покрыты кровью. Голубые глаза, полные застывшего ужаса, взирали в бездонное небо, моля о спасении. На лице навеки запечатлелась гримаса нестерпимой боли. Дзикининки, словно голодный зверь, уже успел обглодать руки и одну ногу.



