- -
- 100%
- +
Ей хотелось одного, чтобы праздник поскорее закончился. Так неуютно она себя не чувствовала ещё никогда. В жизни не подумала бы, что в семье могут быть такие отношения. Спасибо матушке Дану, за то, что у неё любящие и понимающие близкие. Жаль, что нельзя просидеть затворницей весь месяц. Чтобы отвлечься от мыслей, она стала изучать тех, кто сидел с ней за одним столом. Надо в любом случае понимать, кто есть кто в этом серпентарии.
Глава 7. Отпрыски Знатных Семей.
Лафаэра решила сполна использовать свой артефакт и начала отвечать Дамиру, заставив того чуть не задохнуться от радости. Она тихо расспрашивала его обо всех гостях и услышала столько интересного. Оказывается, высшая знать живёт, не соблюдая даже ими же установленные законы, а виноватыми делает тех, кто по сути жертвы этих самых нарушений. Взять того же незаконнорождённого Антасагара. Где это видано, чтобы отец использовал собственного сына как слугу на побегушках, не давая ему при этом свою защиту и любовь? Будто мать этого несчастного, будучи рабыней, могла отказать хозяину в близости. В чём их вина, что сегодня этого дроу-полукровку так унизили?
Однако этот случай теперь поможет ей увидеть своими глазами, кто есть кто. Одни усмехались, чтобы выслужиться, другие из собственных низменных чувств, а третьи – чтобы не навлечь эти насмешки на себя. Есть те, кто держит на лице холодную маску точно как и она сама.
Самое печальное в ситуации с Антасагаром то, что он, похоже, оправдывает собственного отца. Он служит ему верой и правдой, признавая своё рабское положение. С другой стороны, бедняга ведь и не знает, что может быть по-другому. Ужасно. Кто здесь у нас ещё?
Аркад. Вот этот всё осознаёт. Первенец барона Аркадия Файбуса, наставника кронпринца и достойный сын своего отца. Говорят, что барон очень дурно влияет на Горыню. Сам Аркад отличается удивительно гнилым и мстительным характером. Его внимание – это очень плохой знак.
Кронпринц с женой и сыном. Горыня вызвал у неё сочувствие, когда она увидела, как он переживал по поводу своих друзей, правда, непонятно, почему не вмешался. Однако судя по взглядам, которые он бросал на своего сынишку, маленького принца Глеба, возможно, он просто боялся этим поступком поставить его под удар. Жена же его, принцесса Забава из Тридевятого Царства, сидела, как не в чём не бывало. Её, видно, не волновало это происшествие. Она весь праздник мило улыбалась, невинно хлопая своими бирюзовыми глазами.
Поведение брата Горыни, Августа, вызвало у неё уважение. Он переживал за брата, явно волновался за его друзей, остро чувствовал всю несправедливость матери, бросился спасать ситуацию и добился своего. Достойно. Очень достойно.
За их столом ещё сидели братья Заболоцкие из Робинии. Князь Стефан с женой и его брат двойняшка – княжич Натан. Братья были разные. Старший – серьёзный мужчина мускулистый, высокого роста, с короткими вьющимися волосами, небольшой бородкой и зелёными глазами. Натан тоже высокий, но худощавый, с длинными волосами, собранными в низкий хвост, с серыми глазами, курносый и, как и брат, с веснушками. Однако Натан не женат, и судя по озорным взглядам, которыми он провожал каждую симпатичную девушку – записной повеса.
Они не смеялись и не злорадствовали. Но и явного сочувствия не проявляли. Будто таких сцен насмотрелись достаточно. Что, скорее всего, так и есть. Она не осуждала. Нет. В Стране Золотого Солнца рабов уже не было. Но случилось это только после того, как её отец полюбил эльфийскую рабыню, её матушку. Он честно сказал об этом. Но до этого тоже были не только слуги, но и рабы. Однако если кто-то провинился, то закон был равен для всех. Хоть для знатного, хоть для раба. Предательство, например, каралось и карается смертью. Убийство тоже. Причём хоть аристократ убивал раба, хоть раб убивал аристократа наказание было одинаковым. Это останавливало жестокость в отношении рабов. Кстати, хозяин не имел права самолично назначать наказание рабу. Всё только через суд. Здесь же правил сильный, диктуя свои законы. С рабами он был волен делать всё что угодно.
Лафаэра не могла наблюдать за столом со знатью. Было бы странно, если бы она не сводила с них глаз, но у неё был информатор в лице Дамира, и она, пользуясь тем, что в зале стало довольно шумно, тихо расспрашивала его. Вдруг раздался голос Аркада, которому, видно, хотелось уколоть эльфийку. Ничего удивительного в этом не было. Батюшка предупреждал её, что в Робинии эльфы закабалены и к ним относятся чуть ли не как к животным. Поэтому она спокойно подняла глаза на наглеца, когда он с ухмылкой взял попробовать мясо в кисло-сладком соусе, приготовленном по рецепту из Страны Золотого Солнца.
– Я бы, наверное, не рискнул на это даже посмотреть, если бы не знал, что приготовил блюдо королевский шеф-повар. Характер у дроу презлющий, но готовит божественно и уж точно не допустит, чтобы нам подали всяких червяков, как это принято там в вашей варварской стране. Вы ведь едите всяких жучков?
– Конечно! – Лафаэра ни на мгновение не задержалась с ответом, – Это у нас обязанность каждого воина научиться съесть скорпиона живьём. Ещё обожаем пауков. Что за воин, если в походе он не сможет выжить без обоза с провиантом. Да вообще, что за мужчина, если он питается только блюдами, приготовленными на роскошной кухне и поданными нежными ручками рабынь? Настоящий мужчина – это всегда воин. А настоящий воин не может быть привередой и неженкой. Вы ведь согласны, Аркад? Я уверена, вы в походе съедите даже слизняка, если это нужно для победы.
Аркад задержался с ответом. Да и как здесь ответить быстро? Сказать, что не съест, значит, отрицать, что он настоящий воин. Сказать, что съест, тогда в чём его язвительный укол?
– Ну мы же не на войне, – промямлил он.
– Вот потому вам и подали мясо в кисло-сладком соусе, а не слизняка, – мило улыбнулась Лафаэра.
Больше Аркад не пытался её уколоть, но по тому какие мрачные взгляды он на неё бросал, было ясно, что вскорости попытается отомстить. Однако Лафаэра понимала, что он в любом случае собирался сделать ей гадость, независимо выставила бы она его в смешном свете или нет.
Вскоре наступил перерыв перед десертом, во время которого все могли прогуляться, полюбоваться красотами дворца, поболтать с теми, кто сидел за другими столами. Дамир, конечно, этим воспользовался, он под предлогом, экскурсии потянул её в ближайшую галерею и там стал снова распинаться о своей любви. Лафаэра остановила его.
– Дамир, прекрати. Я уже говорила тебе, что не выйду замуж просто ради самого брака. Объясни, зачем мне это? Я хочу настоящую семью. Твои родители ведь поженились по любви? Мои тоже. Так почему я должна выходить за того, кто не вызывает у меня никаких чувств? Ты мой друг детства. Мы с тобой вместе лазили по деревьям, стреляли из лука и арбалета, играли в прятки. Ты мне как брат. Да ты и есть мой брат. Я и люблю тебя как родного брата. Но за братьев замуж не выходят. Тебе ли это не знать. Ты ещё встретишь девушку, которая станет твоей любимой и любящей, а я порадуюсь за вас. Если не хочешь со мной поругаться, давай прекратим эти разговоры.
Вдруг раздался шорох, и когда они обернулись, то увидели, что из-за соседней колонны выходит Аркад, мерзко улыбаясь. Он окинул взглядом Дамира с Лафаэрой и ушёл насвистывая.
Глава 8. Гостья Поневоле.
Дамир что-то тихо прошептал, зло прищурившись вслед Аркаду, затем обернулся к Лафаэре.
– Прости меня, Эра! Прости, ради всего святого! Я не знал, что этот шакал ошивается рядом!
– Перестань Мир, перестань сейчас же, – Лафаэра вдруг вспомнила, как давно они не звали друг друга детскими именами, – Ты правильно сказал. Шакал и есть. Не здесь, так в другом месте подкараулил бы. И что плохого мы сделали? И твои, и мои родители прекрасно всё знают. Высмеять перед другими может? Тебя это волнует?
– Нет, – Дамир мотнул головой, – Совсем не волнует! Я готов на каждом углу кричать, что люблю тебя, а ты жестоко меня отвергаешь.
– Ну, скажешь тоже, – рассмеялась эльфийка, – Монстра из меня не делай. Ты прекрасно знаешь, в чём дело. В общем, если ни меня, ни тебя не волнуют сплетни, то плевать, что он там расскажет и кому.
– Хорошо, как скажешь, – вздохнул шахзаде, – Хотя я бы лучше к нему подослал кого-нибудь, чтобы объяснили, что подслушивать плохо. Пойдём. Пора. Сейчас начнут разносить десерт. Протокол нельзя нарушать. Её Величество Цветана очень ревностно относится ко всему этому.
Лафаэра кивнула, и чинно положив кончики пальцев на предложенную Дамиром руку, торжественно пошла рядом с ним. Всё по этикету. Всё как здесь в Робинии любят.
Они сели на свои места, не обращая внимания на расплывшуюся в довольной улыбке физиономию Аркада. Начали разносить сладости. В меню было указано, что они приготовлены в традициях Великой Восточной Империи. И впрямь. Лафаэра увидела, что им принесли Шекер Локум, сахарное печенье очень нежное и рассыпчатое, и Пишмание, сладости, похожие на клубочки пряжи. Но ниточки в них были сахарные и присыпаны дроблёными фисташками.
Гостям очень понравилось такое необычное угощение и со всех сторон слышались похвалы главному повару. Цветана, сидя за своим столом, тоже выслушивала комплименты от Мустафы. Он по своей восточной привычке говорил цветисто и красочно. Цзиньлун же вместе Ланфен, найдя глазами Лафаэру, явно вздохнули спокойнее. Чувствовалось, как хочется им уже покинуть этот пир, на котором они только нервничали. Поэтому лишь только появилась возможность уйти, не нарушая протокол, они всей семьёй стали прощаться, ссылаясь на усталость. Цветана милостиво кивнула, принимая оправдания, и семья императора Цзиньлуна удалилась в свои покои.
Как только вошли к себе, возмущённая Лафаэра дала волю чувствам. Цзиньлун при первых же словах дочери проверил на всякий случай, стоит ли на покоях купол тишины. Принцесса совсем не стеснялась в выражениях, описывая Аркада, и всех, кто насмехался над друзьями Горыни. Цзиньлун с Ланфен дали дочке высказаться, а затем стали расспрашивать. Их явно насторожило внимание Аркада и то, что он следил за ней. Император вызвал евнуха, который ещё не успел ему обо всём доложить.
Евнух подтвердил рассказ принцессы. Цзиньлун нахмурился. Приказал собрать побольше информации о сыне барона Файбуса и о самом бароне, а Лафаэре теперь везде нужно было ходить с охраной. Она и не возражала. Наверное, впервые в жизни, охрана не казалась ей чем-то ограничивающим. Её интуиция подсказывала, что не так опасно встретиться с ягуаром в лесу, чем мило беседовать в салоне с местной знатью. Ягуар наверняка человечней будет.
Им надо ждать начала игр ещё десять дней, и это время по идее должно было быть занято светскими приёмами, балами, маскарадами, или другими развлечениями знати. Однако императорская семья из Страны Золотого Солнца планировала провести их в библиотеке Робинии. Они заранее получили на это разрешение от Цветаны и Акация. Кроме того, им дали разрешение посетить алхимическую лабораторию и музеи. Ещё их интересовал ботанический сад. Время пролетит незаметно, если им удастся везде побывать.
Из империи каждые три часа поступали краткие донесения от Миншенга, бывшего главного евнуха, а ныне распорядителя во дворце. Его оставили за главного. Миншенг был уже практически как семья и Лафаэру любил и баловал с самого рождения. Так что за империю можно было не волноваться. Но вот за них самих, пожалуй, стоило беспокоиться. Вернее, за Лафаэру. Цзиньлун чувствовал Ланфен, а Ланфен чувствовала опасность. Пока она не понимала, откуда эта опасность придёт, но то, что придёт, ни мгновения не сомневалась. Им хотелось уже сейчас отправить дочь обратно. Но теперь они не могли этого сделать. Надо было уходить через портальную комнату, а для этого узнать, когда она будет свободна. Поток гостей был большим, и комната постоянно кого-то принимала и отправляла. Заявку надо было подать заранее.
Цзиньлун решил это сделать. И вот странность на ближайшие три дня комната была абсолютно занята. Ну вот ни минутки свободной. А как иначе? Через неё ещё и редкости всякие доставляли.
Конечно, это было не единственное место, откуда можно было построить портал. Но вторая портальная комната, вернее, уже портальный зал был за границей Вечнограда, столицы Робинии. Туда Цзиньлун не хотел ехать. По дороге могло вообще что угодно случиться. Может, на это и рассчитывали. Пришлось им пока остаться. Цзиньлун решил, что охрана охраной, а лучше, чем они с женой никто их дочь не сможет оберегать. Так что теперь Лафаэра как в самом детстве ходила везде с мамой и папой. И снова она не возмущалась. Её интуиция тоже кричала об опасности.
На следующий день они решили воспользоваться разрешением царственной четы и провести время в библиотеке. Цзиньлун искал описание редких артефактов, Ланфен интересовалась лекарственными растениями, а Лафаэра хотела найти какое-нибудь неизвестное доселе оружие. В библиотеке можно было не опасаться ловушек. Она была защищена от любой несанкционированной магии. Так что они, спокойно разыскав в каталоге, где находятся интересующие их книги и свитки, разбрелись по огромному залу с высоченными полками.
Библиотека была разбита на сектора, обозначенные буквами и цифрами. Полки были тоже пронумерованы. Так что найти книгу труда не составляло. Специальные лесенки помогали добраться куда нужно. В библиотеке царила тишина, нарушаемая лишь поскрипыванием ступенек и шелестом страниц.
Глава 9 Библиотека.
Кроме семьи императора, в библиотеке никого не было. На время, пока его семья там находилась, для других доступ был закрыт. Стандартные меры безопасности. Снаружи около дверей стояла охрана, поэтому Лафаэра сильно удивилась, когда увидела, что в конце ряда мелькнула женская фигура, поманив её рукой.
Чувства тревоги у неё не было, поэтому она спокойно пошла за полупризрачной фигурой, в которой было что-то неуловимо знакомое. Зайдя за очередной стеллаж, увидела прекрасную черноволосую, зеленоглазую женщину в летящих тёмных одеждах и радостно рассмеялась.
– Как же я сразу не узнала! Тётушка Морриган! Как я счастлива тебя видеть! Ты согласна уговорить матушку, чтобы она меня отпустила на обучение?
– Нет, детка, – богиня войны и смерти ласково потрепала девушку по белоснежной щёчке, – Я с просьбой к тебе. Мне нужно, чтобы ты выручила двух братьев эльфов. Тебе придётся остаться на игры.
– Но Батюшка хочет, как только появится возможность отправить меня домой, к Миншенгу. Он считает, что здесь опасно. Да и я согласна с ним. Если бы эти избалованные аристократы могли биться на мечах, всё было бы проще, – Лафаэра даже ножкой в негодовании притопнула, – Но они ведь плетут интриги! Но я с радостью сделаю что нужно, а как я узнаю этих эльфов?
– Твоих родителей я предупрежу. Узнать эльфов ты сможешь. Как увидишь, сразу поймёшь, что именно их и надо спасать. Дальше действуй, как сочтёшь нужным. Если их можно просто выкупить, то попроси батюшку выкупить. Именно здесь геройствовать не нужно. Главное – результат. И ещё, твоё обучение начнётся с той минуты, как ты встретишь эльфов. Так что, милая, твоя мечта сбылась.
– А разрешение батюшки с матушкой? – распахнула глаза принцесса, – И какие испытания у меня будут?
– Разве твои родители когда-нибудь были против? Они говорили, что ты не готова. Однако я считаю, что уже вполне можешь начать. А испытания… Ну кто же рассказывает об испытаниях заранее? – Морриган подмигнула, – Всё начнётся внезапно. Главное всегда будь готова.
– Я всё поняла, тётушка! – Лафаэра кинулась к Морриган и звонко чмокнула её в обе щёки, – Ты самая лучшая на свете! Я тебя так люблю!
– Я тебя тоже, детка…
Голос растаял вместе с самой Морриган, а Лафаэра в радостном возбуждении прижалась спиной к книжным полкам и сложила руки, вознося благодарственную молитву матушке Дану. Её мечта сбывалась прямо сейчас! После испытаний она станет настоящей туата! Какое счастье, что торжественный пир, где надо было строго соответствовать протоколу, уже прошёл. Теперь она будет одеваться так, чтобы в любой момент быть готовой к испытанию.
Принцесса предполагала, что в этот момент Морриган беседует с её родителями, поэтому не спешила к ним с радостной вестью. Уж лучше пусть от тётушки всё узнают. Она вернулась к книжным полкам, нашла нужную книгу и стала изучать оружие дроу. Говорят, у них есть потрясающие мечи-ловушки. Вот бы такой раздобыть.
Вернулись из библиотеки они все в разном настроении. Лафаэра была в радостном возбуждении, Цзиньлун в сильном волнении, а Ланфен опечаленная, но довольно спокойная. Императрица прекрасно знала, что испытаний не может избежать ни одна воительница туата. Эту судьбу эльфийки из племени матушки Дану выбирают всегда сами. Её дочь выбрала свой жребий ещё в раннем детстве. Противиться выбору пути у туата не принято. Поэтому мужа она с самого начала настраивала, что когда-нибудь придётся дочку отпустить на испытания.
Цзиньлуну далось это тяжело. Но он мужественно молчал, понимая, что с богами не поспоришь. Да и должок за ним был. Скоро двадцать пять лет пройдёт, как боги, объединившись, помогли защитить Страну Золотого Солнца от фоморов под предводительством демона Цзян Ши, повелителя мертвецов. До сих пор боги ни о чём не просили.
Сейчас они тоже не просят. Они, наоборот, выполняют желание его дочери. Главное, чтобы он не мешал ей. Но как можно соглашаться, чтобы его малышка подвергалась таким опасностям? Хотя кто её удержит? Она умудрялась с самого детства обманывать стражу и сбегать в лес. Своего первого ягуара она принесла, ещё будучи ребёнком. Так что он уже привык вечно волноваться. Отпустит её, а сам вернувшись в Страну Золотого Солнца, пойдёт с Ланфен по храмам всех богов, просить у них милости для своей дочки. А те дни, что она проведёт с ними, будет пылинки с неё сдувать.
Ланфен, запершись с Лафаэрой в её покоях, давала ей наставления. Вмешиваться в это ему не полагалось, и он пошёл проверять, какие артефакты может ей ещё добавить. Понятно, что уйдёт его девочка не сразу, но всё же. Лучше заранее подготовиться. Остаток дня прошёл в этих занятиях, а за ужином они узнали ужасную новость. При пока неясных обстоятельствах погибла королева Цветана. Говорили, что она готовила какой-то подлый план, который мог бы сравнять с землёй Робинию и весь волшебный мир. По ней запрещают держать траур, и никакие развлекательные мероприятия не отменяются.
Всё это было странно, и хотя Цветана не вызывала у императорской семьи тёплых чувств, особенно после последнего пира, всё же так относиться к царственной особе было более чем странно. Очень плохо всё это выглядело. Очень плохо. Последние указы, говорят, исходили от Горыни. Хотя официально королём был Акаций. Однако как им сообщили, никто из гостей не разъехался и не собирается. Всё продолжают свою развлекательную программу как ни в чём не бывало.
Обсудив всё, на завтра они запланировали Ботанический сад. Император Цзиньлун в любом случае отметил, что туда собирается. Так что вроде они действуют, как предписано протоколом. Вмешиваться во внутренние дела Робинии им не пристало. Цветану они практически не знали и никогда не были с ней близки, чтобы печалиться, протестовать или начинать докапываться до истины. Поэтому ботанический сад – отличный вариант.
К тому же им действительно хотелось посмотреть, можно ли с собой увезти что-то из саженцев. Лафаэру же интересовали растения, про которые она вычитала в книгах о ядах. Ей очень хотелось найти то растение, сок которого вызывал бы моментальный глубокий сон. Она бы тогда все арбалетные болты и стрелы смазала этим соком.
Цзиньлун услышав, удивился.
– Сказала бы, я же умею готовить сонный порошок.
– Его нужно менять время от времени, батюшка, и я делала это уже несколько раз. Потому ищу что-нибудь новенькое.
Император кивнул. Да, искать что-то более совершенное надо всегда и наверняка лучше, если это будет не многокомпонентное средство. Проще находить ингредиенты.
После завтрака они отправились в сад. Что-что, а эту роскошь они оценили. Великолепное содержание и уход. Огромное количество самых разных экзотических растений даже из самых отдалённых миров. На сад денег не жалели. А как чудесно он был оформлен. Растения были собраны по принадлежности к миру, и в саду можно было найти уголок каждого из известных миров. Если нельзя было создать атмосферу мира, то для него делали специальный павильон. Но это понадобилось всего для нескольких миров с особым влажным и чересчур сухим климатом. В остальном было достаточно артефактов, создающих необходимые условия типа температуры и освещения.
Все были восхищены. В саду работали эльфы, и было понятно, почему он так пышно цветёт. Даже с ограничением магии, эльфы чувствовали природу, как никто другой, а растения отзывались на их любовь, ласку и заботу. Лафаэра достала из своего пространственного кармана маленький справочник. Она составляла его сама и вносила туда те растения, которые нужны были либо для лечения, либо для подавления врагов любым методом. Очень много она знала наизусть, но в справочник она постоянно добавляла новые, которые ещё не успела изучить. С этим справочником и путеводителем, который им любезно предоставил распорядитель, они отправились изучать ботанический сад.
Глава 10. Фералас
Фералас шёл по Вечнограду, стараясь не оглядываться каждую минуту, проверяя, нет ли слежки. Уж очень не понравился ему сегодня взгляд трактирщика и одновременно владельца постоялого двора, где он снял комнату. Он точно не мог видеть его истинное эльфийское обличье. Зелье работало отлично, и требовалось его пить всего раз в несколько дней. Было немного болезненно, какое-то время, когда его принимаешь в первый раз, но в остальном просто отличная штука. Дорого, но эффективно.
Да ему никаких денег не жалко за любое средство, которое поможет найти брата. Его похитили несколько дней назад, но на месте борьбы кто-то выронил монету на землю, которую в пылу борьбы не заметили, потому что кругляш сразу затоптали. Монета была из Робинии. Может, это Тэреан у кого-то из похитителей сорвал кошель с пояса, и оттуда выпала монета. Кошель подняли, а монету не заметили. В любом случае похитители, скорее всего, были из Робинии.
Он потом привёл на это место провидца, заплатив ему столько, сколько тот запросил. Провидец всё подтвердил. Сказал, что за братом охотились специально. Его выставят на летних Играх в Робинии. Им нужен был лучший колесничий, а такого, как Тэреан не найдёшь больше.
Разыскать брата надо обязательно. Нельзя допустить, чтобы сбылось ужасное. Он прикинулся купцом, собрал караван, тюки с товаром накидал для видимости. Всё за один день, потому что иначе в Робинию ему было не попасть. Из Ламдара только раз в полгода открывался портал в Робинию. Можно, конечно, найти пути и попасть туда и без этого портала, но это заняло бы пару недель, а ему надо успеть до начала игр, пока лоскуток с каплей крови брата не бросили в Урну Судьбы. После этого он уже не сможет покинуть игры.
Как глупо всё получилось. Они были уже совсем недалеко от Арсела, столицы Ламдара. Там пришли бы к тому, кто ждал их, показали бы медный жетон и, наконец, узнали хоть что-то о своей семье. Но на постоялом дворе, где они остановились, почему-то не было воды в комнате. Тэреан взял кувшин и ушёл. В это время пришла служанка, строя глазки, начала спрашивать, что подать им на ужин, да не надо ли сменить им тюфяк. Из соседней комнаты постоялец съехал как раз, а тюфяк там намного лучше. Таким славным господам, он явно больше нужен. Она ушла, а Тэреана всё не было.
Внизу, когда он спустился, хозяину вдруг приспичило спросить, откуда они и куда направляются. Вот в этот момент Фералас почувствовал тревогу. Внимание служанки он отнёс к желанию получить пару монет за свои ласки, а вот интерес хозяина сильно насторожил. Он побежал, но опоздал. Какой он глупец. Ему самому надо было пойти за водой. А вернее, просто потребовать её принести. Так нет, он отпустил Тэреана. Брат, конечно, не младенец беспомощный, но с ним во владении мечом и рядом не стоял.
Да что теперь. Надо выручать его. Он узнал, после того как нашёл монету, кто ещё останавливался на этом же постоялом дворе и внезапно съехал. Узнал имена. Так что здесь, в Вечнограде, разыщет их и попробует либо выкупить брата, либо помочь ему сбежать. Эти знатные дома совсем свихнулись на своих играх и ставках. Они похищают лучших воинов и наездников везде, где только могут. По их законам сделать волшебное создание рабом – это чуть ли не подвиг. Потому ему приходится прятать свою эльфийскую сущность.