Сказы Йоля. Дикая Охота

Глава 10. Письмо в сугробе

- Жак?! - Имя владельца трактира вырвалось у Этьена с трудом.

- А?! - Мужчина резко обернулся к солдату. Ни у Жака, ни у его тени больше не было и следа рогов. - Что, Этьен?!

- Я… я…

- Конечно, дорогой друг! Это же Ваша очередь рассказывать историю! - Жак больше не злился на гостя, а лишь с любопытством наблюдал за ним, ожидая новую историю.

- А, да, конечно. - Этьен задумался на секунду. - О, вспомнил! Это история из моего детства, мне ее отец рассказывал.

- Вот, дорогой друг, отлично! - Жак потер руки.

Как из-под земли возникла Мари и поставила на стол тарелку с печёными яблоками.

- Мари… Вы, право, закормите меня! - Смутился Этьен. - Я уже объелся, а Вы всё приносите угощения!

- Этьен, не отвлекайтесь! - Жак отодвинул блюдо в сторону, всё его внимание было теперь приковано к солдату. - Продолжайте Ваш рассказ!

Мари осуждающе посмотрела на мужа, подхватила блюдо и чистую тарелку, предназначенную для гостя.

- Начинайте, Этьен, а я пока за вами поухаживаю, - сказала она, положив самое румяное яблоко на тарелку солдата, и направилась к печке за чайником.

- Спасибо, мне очень приятно… - Взволновался гость. - Ну ладно, рассказываю! - Мари появилась с новым чайником чая и разлила его по кружкам. - Когда я был совсем маленьким, мой отец рассказывал, что в его компании друзей, когда они были чуть моложе, был некий Жан. Друг был достаточно богат, и его везде сопровождал его слуга Лоран.

И эта история именно о Лоране. О бедном Лоране.

Слуга был приближен к богачу по имени Мишель. Хозяин обладал несметными богатствами, но, как часто бывает, ему было мало. Шикарный замок, сотня слуг, подвал, заполненный золотом, но нет: Мишель грезил о золоте волшебном.

- Одна-единственная такая монета может стоить целого замка! - Рассказывал он слуге в редкие моменты откровения. Хотя, возможно, только Лоран воспринимал хозяина всерьез.

- Но где же его найти, господин?

- В том-то и загвоздка, Лоран. - Хозяин откинулся на спинку кресла. - Оно у Короля Дикой Охоты.

- Дикий Гон?! - Голос Лорана дрогнул. В нем звучал суеверный страх.

- Именно! - Мишель мечтательно взглянул в окно. - Но я не знаю… Как найти их, как обратиться…

- О, господин! Не стоит их искать! Встреча с ними пророчит скорую смерть…

- Глупости, Лоран. - Хозяин снисходительно рассмеялся. - Всё это - деревенские сказки. Я знаю, что они духи, но с духами же можно договориться!

Слуга в ужасе замотал головой, пытаясь остановить хозяина.

- И мы с тобой должны их найти. Никаких возражений! Поэтому, друг мой, - твёрдо заявил Мишель, - когда ты в следующий раз отправишься в деревню или на ярмарку, опроси каждого встречного: видели ли они Дикую Охоту, что знают о ней, как с ними встретиться.

- Но, господин, всё, что я знаю: никто не может рассказать о них практически ничего. Те, кто их встречает, назад не возвращается.

- Значит, заставь мёртвых говорить!

Шли месяцы. Лоран всё искал хоть малейшее упоминание о Диком Гоне, но люди, узнав о предмете его поиска, либо бледнели и спешно убегали «по неотложным делам»; либо рассказывали те же сказки, что и древние старухи на ярмарке.

Однажды слуга, возвращаясь в замок, столкнулся на дороге с бродягой в потрёпанном плаще. На незнакомце была огромная широкополая чёрная шляпа, отбрасывавшая на лицо глубокую тень. Лоран не мог разглядеть его черт.

- Говорят, вы ищете Дикую Охоту?

- Не я, а мой господин. - С недоверием ответил юноша.

- Зачем они ему?

- Лишь Бог знает.

- Ладно… - Путник задумался. - Пусть он напишет письмо.

- Дикой Охоте?!

- Да! Пусть напишет письмо и сам зароет его в снег.

- Но тогда бумага испортится, чернила растекутся…

- Пусть сделает так, как я сказал! - Грубо оборвал его незнакомец.

И тут же будто в ответ на его слова поднялась метель: взвыл ветер, завертелись хлопья снега. Лоран зажмурился, прикрывая лицо от ледяных уколов снежинок, чтобы хоть краем глаза разглядеть странного гостя. Когда ветер чуть стих, на дороге уже никого не оказалось.

Вернувшись в замок, Лоран рассказал хозяину о странной встрече. Мишель тут же умчался в кабинет и позвал слугу следом.

- Что писать?! - Перо в его руке дрожало.

- Что ищете встречи…

- Но зачем?! Я же не могу прямо заявить, что хочу его обокрасть!

Слуга на мгновение задумался.

- Напишите, что зовете его на костюмированный бал в честь праздника! До Йоля осталось чуть меньше двух недель.

- Идеально, Лоран!

Хозяин переписывал черновик несколько часов. Но вот наконец письмо готово. Мишель отнёс его к ближайшему сугробу и спрятал у кромки снега.

Ответа не последовало, однако замок начал готовиться к приёму дорогих гостей. Были приглашены и представители знатных родов, и близкие друзья.

К кануну Йоля всё было готово: комнаты и залы украшены, на кухне завершали праздничные блюда, стол накрыт, музыканты настраивали инструменты.

Гости собирались, и праздничный зал постепенно заполнялся представителями знати. Мишель, не в силах усидеть на месте, то и дело потирал руки, в последний раз проверяя, всё ли готово к приёму.

В замке царила настоящая феерия. Гости появлялись в костюмах животных, мифических существ, кто-то щеголял в платье соседа, а кто-то - в ливрее слуги. Повсюду смех, яркие маски, мерцание сотен свечей и звон хрустальных бокалов.

Весь вечер Мишель не отрывал взгляда от двери, жадно всматриваясь в лица вновь прибывающих. Но каждый раз, понимая, что это не долгожданный гость Дикой Охоты, его интерес гас.

Сам хозяин нарядился Королём: картонная корона, накладные рыжие волосы и пышные усы, длинная, сшитая из пёстрых лоскутов мантия.

Время перевалило за полночь. Гости, разгорячённые вином и весельем, шумели всё громче, а Мишель, смирившийся с поражением, сидел на софе и беседовал с другом, одетым в лохмотья бедняка.

Хозяин уже смирился с тем, что Предводитель Призраков не придет.

Возможно, бродяга над ним подшутил. Или даже Лоран. Но разбираться в этом он будет уже завтра.

Дверь внезапно распахнулась, и в центр зала въехал всадник на вороном коне. Гости в испуге бросились к стенам, музыка смолкла. Незнакомец спрыгнул на пол и молча поклонился.

- Прошу прощения за беспокойство, - его голос раскатывался громом по замку. - Моя лошадь не привыкла к светским вечерам.

Фигуру всадника скрывал длинный черный плащ, а лицо было мертвенно-бледным. В спутанных черных волосах таяли снежинки.

- Могу я видеть короля праздника?

Позади него уже стоял Мишель.

- Я здесь! Добро пожаловать! - Он светился от счастья, наконец его желание сбылось!

Пока слуги осторожно уводили коня, Мишель уже указывал дорогу к своему столу, сгорая от желания пообщаться с запоздавшим гостем лично.

Праздник продолжился: вновь заиграла музыка, пары вернулись к танцам; бал пошел своим чередом.

За столом хозяин угощал Всадника всеми возможными яствами: запеченной дичью, диковинными фруктами, лучшим вином из старинных погребов.

- За что же я заслужил такое радушие? - Спросил гость. Его голос звучал грозно, даже когда он того не желал.

- Я давно мечтал познакомиться с вами… - Мишель сделал знак слуге, чтобы тот добавил гостю салата.

- С нами?! - Всадник озадаченно приподнял бровь.

- Да, с Дикой Охотой.

Услышав ответ Мишеля, гость рассмеялся.

- Вы разве не знаете, что встреча с нами сулит смерть?

- Подобная встреча того стоит, — без колебаний ответил Мишель.

Произнеся эти слова, Мишель заметил, как к ним приближается экономка Луиза.

- Прошу прощения… Мне ужасно неловко, господин Мишель, - женщина смотрела в пол, а голос ее дрожал. - Мне необходимо доложить о происшествии на кухне… Нам очень нужна ваша помощь… Извините…

- Хорошо, Луиза, я сейчас подойду. - Кивнул Мишель, и экономка, поклонившись, быстро удалилась.

- Вы извините меня?

- Безусловно. - Ответил Всадник, не отрываясь от жаркого.

Мишель вошел на кухню, и слуги тут же обступили его. Лоран тоже был здесь, но стоял в стороне.

- Господин Мишель, мы бы хотели узнать, кто этот гость, сидящий за вашим столом? - Дрожащим голосом спросила Луиза.

Хозяин лишь удивлённо посмотрел на них, не находя, что ответить.

- Мы служили Вам верой и правдой двадцать лет, - вступила Глория, стоявшая чуть позади. - А Вы впустили в дом саму Смерть!

Мишель тяжело вздохнул. «Без Лорана здесь точно не обошлось. Бунт прислуги - определенно его рук дело».

- Простите, господин, но я не готов сегодня отдать душу дьяволу! - Лакей Готье хлопнул дверью.

- Мы тоже уходим! Да, и мы! - Звучало со всех сторон.

Через минуту в кухне остались лишь Лоран и Луиза.

- Ну… И вы что скажете? - Спросил Мишель.

- Я не уйду. - Прошептала Луиза.

- Господин, я с вами до конца… - Опустил голову Лоран. - Но, скажите, что Вы задумали?

- Я убью его. Покончу с Всадником и заберу всё, что он привёз. Раз он живёт между мирами, у него должны быть сокровища, артефакты… Хотя бы его лошадь. Слуги разбежались, думая, что я слабак и дурак. Я докажу, что могу перехитрить саму Смерть! Его добро станет моим трофеем. Обо мне будут говорить, а о Дикой Охоте забудут!

- Нет, прошу, господин, не надо! - Бросилась в ноги Луиза. - Это духи Судьбы, Вы не сможете соперничать с богами!

- Лишь я знаю, что могу! - Оборвал ее Мишель. - И ты мне в этом поможешь.

Господин вернулся за стол, где Всадник, закрыв глаза, наслаждался очередным кусочком персика. Появление Мишеля его явно отвлекло и огорчило.

Гости продолжали танцевать и веселиться, не обращая внимания на двухметрового гостя с непростым характером.

Хозяин замка улыбнулся и вернулся на свое место.

- Извините, надеюсь, Вы не скучали здесь в одиночестве?

- Нет, - вновь грозно, но с ледяной улыбкой ответил Всадник. - Я уже несколько сотен лет не вкушал столь изысканной пищи. - Еще один кусочек персика отправился в рот. - Не стоит и начинать. - С этими словами вся съеденная им еда вновь появилась на тарелках.

Мишель потерял дар речи.

- У Вас, кажется, снова проблемы на кухне? - Всадник кивнул в сторону Луизы и Лорана, замерших в дверях.

- Мы принесли… чай. - Экономка, не поднимая глаз, поставила поднос с чайником и двумя кружками, и оба слуги попятились, готовые немедленно исчезнуть.

- Лоран! Луиза! Почему бы вам не присоединиться к нам? - Всадник провел рукой и на подносе появились еще две фарфоровые кружки.

«Откуда он знает наши имена?!»

«Чего он хочет?!»

Луиза и Лоран переглянулись, понимая друг друга без слов. Их взоры устремились к хозяину. Тот, стиснув зубы, кивнул, разрешая остаться. Теперь им предстояло чаепитие вчетвером.

Луиза потянулась к чайнику, но Всадник жестом велел ей оставаться на месте. Сам же он разлил тёмную жидкость по чашкам и расставил их перед своими жертвами.

- Отдохните немного. Вас осталось лишь двое из сотни слуг, предстоит большая работа! - Всадник посмотрел на Луизу. Женщина была готова провалиться сквозь землю.

Всадник знал всё.

- Луиза, расскажи о своем сыне! - Всадник сделал первый глоток. - Он до сих пор мучает животных Думаю, из него выйдет настоящий охотник. Сильный и безжалостный. Займет почётное место в Диком Гоне!

Экономка поперхнулась слезами и опустила голову.

- Лоран, а твой отпрыск? До сих пор певчий в той церквушке? Будь осторожен с этими священниками, не доверяю я им. Предадут в любой момент! - И разразился громким смехом.

- Я не понимаю… что Вы хотите сказать!

- Всё ты понимаешь! - Выдохнул Всадник. - Вы мне лучше о другом расскажите. - Он сделал еще один глоток чая и закрыл глаза от удовольствия. - Ммм… Atropa belladonna! Вы добавили ягод белладонны, чтобы подсластить чай? - Еще глоток.- Или просто хотели отравить меня? - Его взгляд устремился на Мишеля. - Отравить покойника! Ты представляешь, Мишель?! - Всадник не мог перестать смеяться. - Ну и чья же это идея?!

- …моя. - Тихо ответил хозяин замка.

- Да? - Всадник смерил его взглядом.

- Пожалуйста, отпусти их…

- Конечно отпущу! - Всадник широко улыбнулся. - Они до конца дней своих будут помнить эту встречу. И даже дольше. А ещё расскажут миру о короле Мишеле, который мечтал о золоте Короля Дикой Охоты.

Мишель побелел.

- Не волнуйся, я доставлю тебя к нему. А там уж… договоритесь! - Рассмеялся всадник. - Я всё равно хотел забрать тебя с собой. Устроить праздник, созвать друзей в свой замок, и всё для того, чтобы пригласить Смерть в дом! Нужно быть сумасшедшим!

Всадник смеялся, а Мишель постепенно понимал, на какое проклятие сам себя обрек. - Не горюй, Мишель, ты не будешь один! Пока я наслаждался твоим угощением, я вкусил душу каждого из твоих гостей. Они теперь будут вечно танцевать для Короля. Возможно, и тебе позволят лицезреть это зрелище. Кто знает… - Всадник откинулся на спинку стула, и его смех медленно растаял в тишине.

Мишель с опаской поднял глаза на танцующие пары. Он узнавал друзей и соседей в карнавальных костюмах, кружащихся под звуки музыки. Но оркестра не было. А сами люди, освещенные свечами, превращались в скелеты, одетые в пышные наряды.

- Ну что же, нам пора! - Всадник хлопнул в ладоши, и всё исчезло.

Лоран и Луиза очнулись посреди праздничного зала, когда солнце уже было высоко над горизонтом. Свечи уже догорели, а в замке не было ни одной живой души.

Как ни пытались слуги найти Мишеля и его гостей, те исчезли навсегда.

Но перед Йолем в зимние ночи у стен замка видят его самого. Обезумевший, в лохмотьях, призрак разгребает снег руками в поисках проклятого письма.

Глава 11. Проклятье ожерелья

- Мари! В историю Этьена проник твой Почтальон! - Жак был все еще захвачен историей солдата.

- Да, кажется, так. - Улыбнулась Мари. – Ну тогда… я продолжу!

Муж с шумом стукнул ладонями по столу.

- Вы оба удивляете меня! - Сверху донеслось сердитое рычание, и Жак мгновенно понизил голос до шёпота. - Вы оба удивляете меня! Дорогая, мы ждём твоей истории!

- Хорошо, только помоги мне немножко.

Супруги направились к печи. Жак принёс новый чайник с травяным отваром, Мари - тарелку бисквитного печенья.

Этьен от изумления едва не захлопал в ладоши, предвкушая, каким будет угощение. Мари, заметив его восторг, кротко улыбнулась, ей очень хотелось, чтобы гость чувствовал себя уютно. Печенье таяло во рту, доставляя всем огромное удовольствие. Когда каждый был обеспечен чаем и лакомством, Мари начала свой рассказ.

- Это история про подругу моей сестры, Авроры. В детстве они часто брали меня с собой на прогулки, и я хорошо помню, как Аврора была ко мне добра.

Моя сестра всё видела… была на том самом празднике.

В то время за Авророй ухаживал молодой человек по имени Леон. Он работал сапожником, но мастером его назвать было сложно. Леону не хватало ни усидчивости, ни аккуратности, ни верности делу; да и в жизни он был таким же. Он плыл по течению, редко что-либо решал сам, больше полагался на случай.

Встреча с Авророй стала для него решающей именно потому, что интерес проявила она. Леон был слишком ленив и безынициативен, чтобы самому искать чье-то общество или добиваться внимания.

День рождения Авроры выпадало на Йоль, и Леон, конечно же, забыл об этом и не позаботился о подарке. Напоминанием стал визит её родителей в мастерскую: они зашли пригласить его на праздничный ужин. Семейные застолья не слишком его радовали, но делать было нечего.

Закончив работу, он закрыл двери мастерской и долго не знал, куда ему идти. В доме Авроры его ждали, но появляться с пустыми руками было неловко даже для него. И тогда Леон, как обычно, следуя своим правилам, решил положиться на судьбу: он надеялся, что подарок найдётся сам по дороге.

Темнота сгущалась, и в ней утопали лишь постоялые дворы и белые сугробы. Дом Авроры был уже совсем близко, а подарка по-прежнему не было. Отчаявшись, Леон бросил взгляд на лесную опушку в десяти шагах за домом, и решение пришло само. Он свернул с дороги.

Леденящий ветер гнал к домам запоздалых прохожих. Леон же ускорил шаг. Он вспомнил, что опытные путники, вступая в лес, оставляли небольшие дары для местных духов. Может, среди этих подношений найдется что-то и для Авроры?

Он шел по тропе, сделал несколько шагов, но ничего не нашел. Всё было зря.

«Должно быть снегом замело».

Он уже хотел вернуться в деревню, но что-то ослепило его. Ему даже пришлось прикрыть глаза руками, что-то озаряло светом лесную тьму. Казалось, что светится снег, но подобное сияние должно было принадлежать другому явлению.

Леон осторожно приблизился. На палке, торчащей из снега, висело ожерелье. Оно было совершенным, сливалось со снегом, и, если бы не его свечение, то заметить его было бы невозможно. Посередине был большой прозрачный камень, бесчисленные грани ловили свет и дробили его на все цвета радуги, а сам камень был будто из льда, - прозрачный, холодный, с парой снежинок внутри. Остальные камни, выстроившиеся по обе стороны, излучали ослепительный свет, что изначально привлек внимание сапожника.

Леон попытался сорвать ожерелье и бежать из леса. Если бы кто-нибудь заметил такую красоту, произошла бы драка; нельзя было терять такое сокровище! Юноша дёрнул, но палка, на которой висела находка, не поддалась. Боясь сломать украшение, Леон начал быстро разгребать снег, наверняка ветка просто вмёрзла.

Лёд и снег отлетали комьями.

Сапожник вскрикнул, отшатнулся и упал на тропинку, пятясь прочь. Украшение держалось совсем не на ветке. Это было тело, скелет, а его кости сплелись вокруг ожерелья, став ему новой защитой.

Недалеко от дерева лежало что-то круглое, сапожник понял, что это череп. А слева и справа под снегом угадывались кости рук и ног.

Леон схватился за голову и судорожно думал, что же делать дальше. За спиной послышался треск веток. Он быстро обернулся, но никого не заметил. Надо было бежать отсюда подальше, но вначале нужно сделать то, зачем он здесь. Если бы не праздник Авроры, он бы все равно не оставил украшение просто так. Но сейчас нужно было решиться, нужно было найти силы, забрать ожерелье.

Сапожник выдохнул, встал со снега и подошел к дереву. Он взялся за кости грудной клетки, отвернулся в сторону, чтобы не признавать того кошмара, что он совершал и потянул на себя. Раздался сухой, отвратительный хруст, кости поддались со скрежетом.

Через несколько минут Леон уже направлялся в дом своей возлюбленной.

Дом отца Авроры светился вдалеке. Богатый хозяин всегда держал двери открытыми для всех: столы ломились от еды, любой путник мог найти и кров, и угощение. А в эту ночь - ночь Йоля и день рождения дочери - пир был особенным.

Но сама именинница стояла в стороне от веселья. Не притрагивалась к яствам, не пускалась в пляс. Она ждала Леона.

Поэтому, когда в дверях показался возлюбленный, улыбка Авроры озарила комнату так, будто взошло ещё одно солнце.

- Ты пришел! Я так ждала тебя! – Именинница была не в себе от счастья.

- Ага. - Безучастно буркнул про себя сапожник. Он опустился на скамью рядом с именинницей, и всё его внимание поглотили яства.

- Устал? Много работы? - Не унималась Аврора, всё ещё не веря, что он пришел.

- Угу. - Леон положил кусочек мяса курицы в рот и искал глазами бутылку вина.

- Ты пришел! Ты не забыл о моем дне рождения!

Леон лишь глубоко вздохнул, посмотрел на сияющее лицо девушки и ответил неловкой ухмылкой. В зубах у него застряло волокно мяса, а на усах поблёскивали крошки хлеба. Аврора счастливо прижалась к его плечу, а сапожник, уже ничего не замечая, принялся уплетать ужин.

Воздух был пропитан счастьем, смехом, радостью и ощущением праздника. Пришло время поздравлять девушку и дарить подарки. Гости один за другим желали Авроре семейного счастья (искоса поглядывая на Леона, опустошавшего графин), а подружки - встретить «ту самую» судьбу.

- Завидуют нам, наверное! - Посмеявшись, шепнула Аврора возлюбленному, когда тот внимательно рассматривал декольте одной из подружек.

Спустя несколько поздравлений и пожеланий любви, наступил и черёд Леона. Он даже не поднялся с места, лишь развернулся к имениннице на скамье.

- Вот, держи! - Буркнул он, протягивая свёрток. - С днем рождения! - И сразу же вернулся к баранине, как будто совершил тяжкую обязанность.

Перед тем, как вручить подарок, Леона долго мучила мысль, не сбежать ли с праздника, притворившись больным, и не отдать ли ожерелье перекупщику или пышногрудой деве, встретившейся на пути. Но в итоге лень победила: на улице было холодно и скользко, а здесь - тепло, еда, вино льётся рекой. Да и избавиться от украшения хотелось: неприятные воспоминания были связаны с тем, как он ее заполучил.

На Аврору ожерелье произвело невероятное впечатление. Она потеряла дар речи, не отводя глаз от сверкающих камней, через секунду бросилась на шею к любимому, но тот жестом остановил ее. Девушка, не обидевшись, села рядом и принялась рассматривать свое сокровище.

Гости тоже замерли в изумлении от подарка Леона.

«Такое украшение должно стоить целое состояние!» - Говорили они.

«Возможно, он ее и вправду так любит», - шептали соседи.

Девушка попросила возлюбленного надеть ей украшение, но тот лишь отмахнулся, выполнив уже и так достаточно. На помощь бросились подруги; восхищённо отмечая тонкость работы и игру камней на свете, они помогли застегнуть замочек на шее Авроры.

Едва раздался тихий щелчок, в зал ворвался ледяной ветер, разом погасивший все свечи. Слуги принесли огня, и, когда снова зажгли свечи, посреди зала, окутанный морозным туманом, стоял незваный гость. Это был высокий мужчина с волосами цвета воронова крыла и ледяными глазами.

- Кто из вас посмел забрать ожерелье моей жены?! – Каждое слово заставляло стены дома дрожать, а за его плечами клубилась темная мгла.

Сердца гостей сжались от ужаса: перед ними был Всадник Дикой Охоты.

- Прошу вас… - Отец Авроры пытался остановить его, но Всадник лишь повёл рукой, и гости вокруг застыли, никто не мог и пальцем пошевелить. Его шаги глухо отдавались по деревянному полу, пока он не остановился напротив стола именинницы. Леон, забыв даже о еде и вине, спрятался под столом. Подруги с визгом побежали к двери.