Твоё опальное пламя

Глава 8

Ашер. Королевство Вальмор. Морриган. Июль 1578 года от победы над Духами Хаоса.

В паху всё закаменело до нестерпимой боли. Открыл глаза. Небольшой постоялый двор. Скромная комната. Приподнялся на локтях, глядя на то, как топорщится одеяло.

– Да ну нет! Ну сколько можно травить мои ужасные сны своим сногсшибательным появлением? – простонал я, запрокинув голову.

Стук в дверь. Вошла одна из работниц постоялого двора.

– Ванна готова. Как вы и просили.

Кивнул, пробегая взглядом по её фигуре. Прикрыл глаза. Остановил себя. Я уже устал от бесконечной смены женщин. Да и Гаспар будет ждать меня. Значит, придётся обойтись без неё.

– Спасибо, – бросил я, отпуская её.

Поднялся с кровати и отправился в соседнюю комнату. Забрался в ванну. Сунул руку под воду.

– Я сдеру с тебя три шкуры, когда найду. За все мои унижения. В последний раз я таким занимался, будучи неопытным юношей.

Прикрыл глаза, сглотнул. Перед глазами вновь гибкий силуэт. В красном платье. С ароматом нероли.

– Хаос тебя дери, Ашер, ты уже и до рукоблудия докатился, – проворчал сам себе.

Откинул голову. Забылся, пока напряжение не спало.

– Что же ты за проклятие, если из-за тебя я уже месяц не был в родном доме? – продолжил разговор с самим собой. – Или даже больше? Тьма, Ашер! Ты сходишь с ума.

Выбрался из воды. Высушил тело с помощью печати огня. Оделся и направился прочь из комнаты. На первый этаж. Где в зале, за столиком в углу уже сидел раздражительно бодрый Гаспар.

– Должен признать – она петляет не хуже зайца. Я уже устал бегать за ней по континенту, – пробормотал друг.

– Нужно было сразу её хватать, а не беседы вести, – проворчал я.

– Не понравилась? – растянул губы Кречет, бегая по мне взглядом.

– Кто? – искренне удивился я.

– Девушка, что я тебе отправил. Мне просто уже надоело твоё ворчание. Думал, это поможет улучшить твоё настроение.

– А. Ты об этом. Та, что сообщила о готовой ванне? – виновато поморщился я.

Гаспар даже жевать перестал. Протянул руку и приложил её к моему лбу.

– Жара нет, но, кажется, это всё же лихорадка. Любовная.

– Иди ты, знаешь куда, – прошипел я в ответ, скрипя зубами.

Друг рассмеялся. Отпил из кружки медовухи. Утёр губы.

– С чего ты вообще взял, что она будет в Вальморе? – вздохнул я, приступая к завтраку.

– Ну-у, после того как она швырнула меня в стену воздушным потоком, за ней направились мои люди. Быстрая, зараза. Она словно с рождения бегством занимается. Затаилась в Вальморе. Но наша с тобой сеть раскинута по всему континенту. Она уже месяц петляет по всем странам. Кроме Гримхольма.

– Потому что там я, – подвёл итог. – А про то, что мы с тобой работаем вместе, она не знает. Пока логично. Неглупая. Но почему она вернулась в Вальмор?

– Потому что отсюда ближе бежать на острова. Она не с континента, Ворон. И водит нас за нос, чтобы мы не отследили её.

– Хитро, – я отпил медовухи. Поморщился.

– Знаешь, что меня смущает?

– Фто? – пробормотал я с набитым ртом.

– Она поняла, кто я. С островов. Но без проблем вычислила, что я принц. Даже на континенте не все знают меня в лицо. Да что там. В Маридоре мне каждая собака не кланяется. Тем более, когда одет попроще.

Я задумчиво посмотрел на него. Нахмурился.

– Может… ты с ней уже когда-то пересекался? Она не знала, кто я, когда кружила со мной в танце в Королевском клыке.

Гаспар покачал головой.

– Нет. Это что-то другое. Словно мы что-то упускаем за простым поиском твоей несостоявшейся любовницы.

Я цокнул языком. Гаспар еле сдержал смех.

– Но я вынужден тебя оставить. Мне нужно возвращаться в Маридор. Надеюсь, ты её поймаешь сам. И спокойно помчишь с ней к алтарю.

Прикрыл глаза, сдерживая раздражение. Гаспар же похлопал меня по плечу.

– Я дал тебе в руки все карты. Не упусти момент.

– Договорились. И спасибо, Гас, – пробормотал я.

Кречет уже поднялся из-за стола. Замер.

– Ты мне стал ближе моего брата и сестры. Неоднократно спасал мою жизнь. Так что не за что, Аш.

Я улыбнулся, наблюдая, как он выходит из зала. Мы познакомились на одном из балов. И сразу узнали друг в друге родственные души. Бастард, который жил на улице, пока король не признал его. Что построил теневую империю юга. И принц, что выживал на улицах севера, выстраивая иерархию Ворона. Лишь бы не появляться дома, где правил отец-тиран. И мне он тоже стал кем-то вроде брата.

Закончил завтрак. Отправился к доверенному лицу, что докладывал нам о перемещении девчонки по словам Гаспара.

Вальмор – край болот. Но при этом здесь делают мои самые любимые вина. И наш человек был виноделом. Роскошное поместье. Запах спелого винограда. Рот наполнился слюной от предвкушения.

Меня уже ждали. Проводили в гостиную.

– Рад вас видеть, Ворон… или же мне лучше обращаться к вам по титулу? – мужчина лет тридцати пяти, привстал с дивана при моём появлении.

– Просто Ворон, – я уселся на кресло, лениво растёкся по нему.

Засуетился слуга, наполняя бокалы вином.

– Наслышан, что вы любите наше вино. Не окажете мне честь? Десятилетней выдержки, – он поднёс ко рту бокал, пригубил.

Я взял в руки свой. Втянул аромат. Сделал глоток, перекатывая вино по рту, смакуя.

– Итак, – намекнул я.

– Девушка, что вы разыскиваете, остановилась в соседнем поместье. И уже сменила цвет волос, – улыбнулся мужчина. – Завтра мои люди доставят её.

– В поместье? – нахмурился я.

До этого момента она выбирала куда более скромные места обитания. Разум словно затуманился. Я потёр висок. Сделал ещё глоток.

– Да. Притворилась служанкой, – пробормотал мужчина и отвёл взгляд.

Я прикрыл на миг глаза, немного теряя нить разговора. С трудом открыл их. Перед взором всё поплыло. Поставил бокал на столик. Кажется, он упал. Комната завращалась вокруг меня.

– Что в вине? – прорычал я, пытаясь разогреть кровь и вывести отраву из организма.

– Простите, Ваше Высочество. Ничего личного. Они заплатили больше, – последнее, что услышал перед тем, как отключиться…

Глава 9

Лорелин. По пути к Безымянным островам. Остров посреди океана. Август 1578 года от победы над Духами Хаоса.

Устало опустилась на небольшой остров. Заплакала от отчаяния. Я устала сбегать за эти два месяца. За мной открыли самую настоящую охоту. Даже зайца так не загоняют. И только недавно всё стихло. Но самое страшное, что я даже не знала, жив ли Тиамон.

Добралась до навеса, что соорудила здесь в прошлый свой визит. Расправила крылья, легла на одно и укрылась вторым. В небе загрохотало. Поднялся ветер. Благодаря печати воздуха сделала кокон.

– Я только немного посплю. И вернусь к тебе, Тиамон, – пробормотала я, сомкнув веки.

Провалилась в сон. И прошлое. Оно ввалилось в него. Вновь заставляя дрожать, сжиматься.

***

Лорелин. Безымянные острова. Некрос. 12 лет назад.

Мужчина изгибался на полу, корчился от боли. На лице матери застыла злорадная улыбка. А жертва не могла отвести взгляд. Печать тёмной эмпатии поднимала всё плохое, что пережил мужчина. Заставляла проживать снова.

Я не выдержала и отвернулась. Кайлас – мой самый старший брат, встал позади меня, обхватил голову руками и повернул.

– Не смей закрывать глаза, сестрица. Иначе мне придётся и их открыть. И это будет больно. Будешь потом лежать и корчиться, как этот предатель.

Мама отвела взгляд от своей жертвы. Посмотрела на нас. Детей, стоявших позади неё и вынужденных наблюдать за пытками.

– Она снова отвернулась? – приподняла она свою идеальную бровь.

– Да, – фыркнул Вандран – третий брат.

Царица прошла ближе, схватила меня за подбородок, заставляя заглянуть в глаза.

– Ты Веларис. И ты не имеешь права быть слабачкой.

– Но ведь он ничего не сделал, – пролепетала я.

Мама усмехнулась.

– Не будь дурой. Клевета – первый шаг к предательству. Запомни это.

Отпустила меня, развернулась и пошла на выход из гостиной. Кайлас толкнул меня. Упала. Ушибла колени. Братья и сестра рассмеялись и направились следом за мамой. Только Тиамон остался, со вздохом опустился на колени, приподнял мою юбку и принялся осматривать разбитую коленку.

Я сдерживала слёзы. Ведь это тоже слабость. За которую накажут.

Стражники подняли с пола мужчину, лежавшего с пустым взглядом и пускавшего слюни как неразумное дитя. Мы остались в гостиной вдвоём.

– Сможешь потерпеть до вечера? Я попрошу у целителя зелье, чтобы обработать рану. Но нам нужно идти на обед. Иначе будет хуже.

Кивнула. Тиамон помог мне подняться. Придерживал меня, пока шли. Только возле столовой отстранился. Чтобы не влетело от мамы за сочувствие. Это же слабость. А Веларис не могут быть жалкими.

***

Лорелин. По пути к Безымянным островам. Остров посреди океана. Август 1578 года от победы над Духами Хаоса.

Дождь лил уже три дня. Мой маленький навес протекал. Крылья были мокрыми. Мокрые ветки горели с трудом, давая больше дыма, чем тепла. Рубашка и брюки намокли. Я притянула колени к груди, обняла их. Меня мелко трясло от холода. Еда закончилась ещё вчера. Горстка ягод – весь мой рацион на сегодня.

Сапожки промокли. Пришлось их снять и положить у «костра». Сил на магию тоже не было. То и дело я проваливалась в сон. Просыпалась. Бродила по острову в поисках еды. Всматривалась в горизонт в ожидании чуда, что дождь скоро закончится. Но небо по-прежнему было затянуто. Волны яростно накатывали на берег. А ветер воровал остатки тепла в моём теле.

Тепло в сердце было только к Тиамону. Внутри ещё тлела надежда, что он жив. Глупая. Ведь зелий хватило бы только на месяц. А я отсутствовала куда дольше.

И даже Ворон не приходил ко мне во снах. Уж лучше бы приятные кошмары с ним, чем воспоминания о детстве.

– Даже ты меня оставил, – пробормотала я, усаживаясь под навес и закидывая в рот несколько ягод.

Желудок болезненно сжался. Я прикрыла глаза, пытаясь воссоздать в памяти образ. Идеальное лицо. Золотистые глаза, что меняли оттенок, словно живое пламя. Но всё вновь поплыло…

***

Лорелин. Безымянные острова. Некрос. 11 лет назад.

– Очнулась? – раздражённый голос мамы.

Удары по щекам. Я вздрогнула. Дёрнулась. Холодный металл впился в запястья. Царапая. Вновь побежала кровь из ран. Я открыла глаза.

– Раз ты оказалась такой мерзавкой, укравшей у меня печать – будь добра учиться её использовать.

Я помотала головой, опустила взгляд. Внутри всё содрогалось от отвращения. Неделю назад у меня манифестировала печать тёмного эмпата. А у матери пропала. Это закон нефизических печатей. Если у кого-то в роду она просыпается – у другого пропадает. Всего таких печатей восемь в нашем мире. И пусть они не сжигают или не замораживают. Но игры с разумом другого наносят куда больший ущерб.

Мать села на стул напротив, изящно закинула ногу на ногу. На мгновение мелькнул кружевной край шелковых чулок. Красивая. Эффектная. Каждый мужчина робел рядом с ней. У неё семь детей. Четверо из них близнецы. Но фигура идеальна. Словно ей всего двадцать. Холёная. Уверенная в себе. Она с лёгкостью управляла островом, который не могли завоевать наши предки тысячу лет. Изгнанные предки.

– Я тебе не враг, Лорелин. И ты должна думать в первую очередь о семье. О том, что у нас отняли. Кто наши враги?

Я сглотнула.

– Аурионы, Маридоры, Железные, Гримвальды, Вальморские, Тёмные, Эрдангорд.

– Почему?

– Они предали нас. Почти уничтожили наш род. Забрали то, что принадлежит нам.

Мать удовлетворённо кивнула.

– Что ты сейчас чувствуешь?

– Боль, – честно ответила я.

– Проецируй её, – она взмахнула рукой. – Кайлас. Подойди.

Брат быстро примчался к ней. Ему уже восемнадцать. Он статный юноша с надменным взглядом синих глаз. Ненавистных.

– Проецируй.

Кайлас с ужасом распахнул глаза, посмотрел на маму. Она приподняла бровь.

– Не на меня. На неё смотри.

Брат моргнул. Повернулся. Прищурился. Я глубоко вздохнула. Собрала всю боль, что копила все эти годы. Направила на брата. Он содрогнулся. Затрясся. Но не упал. Упрямо смотрел мне в глаза. И я почувствовала его боль…

***

Лорелин. По пути к Безымянным островам. Остров посреди океана. Конец августа 1578 года от победы над Духами Хаоса.

Лихорадка закончилась. Я открыла глаза. Но не смогла подняться. Сил не было. Руки казались тонкими веточками. Дождь утих. Тучи расходились. Изредка выглядывало солнце. Крылья обсохли. Укуталась в них.

– Я обязательно вернусь, Тиамон.

Глава 10

Ашер. Безымянные острова. Остров Зефироса. Начало сентября 1578 года от победы над Духами Хаоса.

Тепло. Никаких прогнивших досок. Даже тюфяк казался королевской периной. Я открыл глаза. Распахнутое настежь окно. Небольшую комнату заливает солнечным светом. Слишком ярким, после корабельного трюма. Лёгкие, полупрозрачные занавески балдахина развеваются. Словно всё это мираж. Игра моего уставшего подсознания.

– Очнулся?

Я перевёл взгляд на говорившего. Думал, что уже ничего не доставит мне удивления. Но нет. Синие глаза. Пепельные волосы. Мужчина, на вид ровесник Рейнара. Но он был её чёртовой копией. Я сглотнул.

– Где я? – голос словно чужой. Хриплый. Сухой.

– Зефироса. Один из Безымянных островов. Я приготовил обед. Вставай. Нужно поесть.

Желания есть не было. Совсем. Спину вновь обожгло болью. Но внутри всколыхнулось любопытство. Первая настоящая эмоция за этот адский месяц. Или больше. Я сбился со счёта. Жаль, что моя жизнь теперь считается в днях, а не годах.

С трудом поднялся. Вышел в соседнюю комнату. Грубо сколоченный стол. Два стула. Печь. Какие-то шкафы. Столы для готовки. И похлёбка в глиняной миске. Сел за стол. Уставился на мужчину. Он даже не поднял на меня взгляд. Лишь скупо улыбнулся, почувствовав мой.

– Как давно тебе отрезали крылья?

Я сглотнул. Прикрыл глаза. Попытался распахнуть крылья. Инстинктивно. Больно. Мышцы на спине свело. Сжал кулаки.

– Наверное, месяц назад. Я плохо помню.

Лгал. Я лишь не считал дни. А всё, что произошло после поместья винодела, я помнил в мельчайших подробностях. Феноменальная память. На континенте – моё спасение. В плену – проклятие для разума.

– Меня зовут Тиамон. Тебя выбросило штормом несколько дней назад. Чуть дальше от моего дома. Наверное, раньше ты был крепышом. И я даже благодарен, что ты отощал. Я бы не дотащил тебя.

– Не стоило, – без эмоций произнёс я.

Крылатые не живут без крыльев. Это канон нашего мира. И однажды я видел сам, во что превращается жизнь без них. Тогда я избежал потери своих. Но настигло. Как ни беги.

***

Ашер. Королевство Гримхольм. Нордград. 11 лет назад. За два месяца до смерти Сванхильд Гримвальд.

Я отшвырнул тарелку. Поднялся, откинув назад стул.

– Разве я позволял тебе уйти? – голос Харальда заставил замереть.

Прищурился. Развернулся с улыбкой.

– Пошёл ты, знаешь куда, – выплюнул я.

Мамаглубоко вздохнула, с ужасом смотря на отца, лицо которого уже пошло красными пятнами. Веллант прожёг меня взглядом. Рейнар замер, готовясь к худшему.

– Как ты разговариваешь с королём? – скривился Харальд.

– Как ты того заслуживаешь, жалкое ничтожество, – припечатал я.

Король вскинул бровь. В его глазах мелькнуло что-то новое. Словно он придумал новую пытку. Как вершину садизма, что царил в замке все эти годы.

– Всё сказал?

– Думаешь, стоит добавить что-то ещё? У всех присутствующих за столом найдётся что тебе сказать, – пожал я плечами.

Харальд слишком спокойно поднёс к губам бокал с вином. Сделал глоток.

– Но они молчат. А ты, я смотрю, возомнил себя самым смелым.

Он унижал нас весь ужин. Мне надоело. Слушать о том, как он изнасиловал мать Рейнара. Как тот должен быть благодарен ему за жизнь. За то, что не засох жалким семенем на одежде его шлюхи-матери. Веллант. Он и по матери старшего брата прошёлся. Когда дошёл до моей, терпение закончилось.

– Ну кто-то же должен тебе сказать о твоей никчёмности. Раз другие дрожат, – я не смотрел на братьев.

Хотя они уже достаточно взрослые, чтобы дать отцу отпор. Но он король. А Веллант утратит право на трон, если убьёт Харальда. И мы продолжали терпеть безумца. Год за годом. Сносить побои, унижения, моральное уничтожение.

– Молодец, – улыбнулся Харальд. С предвкушением. Облизнул губы. – Меч королю!

Гвардейцы принесли королю меч. Харальд поднялся из-за стола. Я оцепенел, глядя на него. Братья шокировано смотрели на отца. Мама сглотнула, пальцы её задрожали, лихорадочно сжимая салфетку.

– Харальд, – прошептала она дрожащим голосом.

– Заткнись, – бросил он её наотмашь. – Расправляй свои крылья, змеёныш. Посмотрим, насколько ты будешь смелым без них.

Он подал знак гвардейцам. За моей спиной послышались тяжёлые шаги. Я усмехнулся и покачал головой.

– Нет. И ты не сможешь меня заставить.

Харальд обнажил меч.

– Уверен? – выгнул он бровь.

Веллант бросил на меня предупреждающий взгляд. Король поднялся из-за стола, направился ко мне. Гвардейцы схватили меня за руки, заломили их, заставили опуститься на колени. Я видел, как вскочили братья со своих мест.

– Сидеть, змеёныши. Пусть доказывает до конца, что он смелый!

Холодный металл коснулся шеи.

– Или проще отрубить тебе уже голову, чтобы ты не позорил имя моего рода?

Я прикрыл глаза. Приготовился к смерти. Внутри всё сковало холодом. Даже печать огня не спасала от него.

– Харальд! Забери мои, – отчаянный крик матери.

Я вскинул голову, смотря на неё с ужасом. Харальд обернулся. Расплылся в улыбке. Мама поднялась из-за стола. Опустилась на колени, расправляя свои белоснежные крылья.

– Нет! – одновременно бросили Веллант и Рейнар.

Но гвардейцы уже бросились к ним. Рейнар отбился от нескольких. Но его всё же скрутили, ударив рукоятью меча по виску. В гостиной стало холодно. Морозные узоры побежали по стенам.

– Веллант, Рейнар, не нужно, – еле слышно прошептала мама.

Харальд пожал плечами.

– Можно и так. Ответишь за дерзость своего ублюдка, – спокойно приблизился к матери, занёс меч.

Удар. Крыло упало на белый мрамор. Кровь потекла по спине матери. Она закусила губу, чтобы не кричать. Рейнар зажмурился. Веллант дёрнулся, пытаясь вырваться.

Второй удар. Мама упёрлась руками в пол. Кровь текла по спине. Белые, обрубленные кости, вместо прекрасных крыльев. Я не мог отвести взгляда, сотрясаясь от рыданий и осознания того, что наделал…

***

Ашер. Безымянные острова. Остров Зефироса. Начало сентября 1578 года от победы над Духами Хаоса.

– Я слышал о красивой легенде, что крылатые могут вернуть утраченные крылья, если найдут свою истинную пару, – голос Тиамона заставил меня вырваться из ужасных воспоминаний.

– Всего лишь легенда, – горько ответил я. – Моя… прабабка - глава совета старейшин крылатых. И за свою вековую жизнь не видела подтверждения ей, наверное. Зато мне самому доводилось убедиться, что наш срок без крыльев всего два месяца.

Тиамон закончил с ужином. Поднялся из-за стола. Достал из шкафчика какую-то склянку с зельем, выпил залпом. Вцепился в край столешницы, морщась, прикрывая глаза.

– Ты в порядке? – спросил я напряжённо, наблюдая за ним, за тем, как сотрясается его тело.

– Да, – усмехнулся он. – Просто болен и умираю.

Я приподнял брови. Рассмеялся почти истерически.

– Прости. Это просто какой-то абсурд. Ты умираешь. Но при этом притаскиваешь меня к себе домой и кормишь ужином. Даже не зная, кто я. А вдруг я чудовище? И крылья отрезаны в наказание за злодеяния?

Тиамон вернулся за стол. Упёрся локтями.

– Ты с континента. И я знаю, кто ты. Гримвальд. Верно?

– Какое это имеет значение? Теперь я никто. И за мной идёт смерть.

Мужчина кивнул.

– Значит, я прав. Только глаза сначала сбили меня с толку. Но они серые. Когда ты был без сознания. Я видел. И ты можешь помочь.

– Я? – усмехнулся, указывая на себя пальцем. – Чем я могу тебе помочь за этот месяц? Написать письмо братьям, чтобы они оплатили моё последнее пристанище? Нет гарантии, что ты к моменту его доставки на материк сам не умрёшь.

– Мне ничего не нужно. С собой во Тьму не утащишь нажитое, – грустно улыбнулся Тиамон. – Но у меня есть сестра. И ей нужна защита. Ты не король. Принц крови? Или родственник?

– Младший принц, – нахмурился я.

Волнение. Сестра. Неужели она? Насмешка судьбы. Меня выбросило на берег к её дому, когда я рыскал за ней по континенту столько месяцев. Я атеист. Но кажется, я начинал верить в богов. По крайней мере, у них было жуткое чувство юмора. Не иначе.

– Имя моего рода – Веларис, – сглотнув, произнёс Тиамон.

Я выгнул бровь. Столько удивления у меня не было, даже когда я слышал в полубреду разговор Сигурда, Северина и наёмников, что заточили меня в трюм.

– Этот род ведь уничтожен, – пробормотал я недоверчиво, взял ложку, перемешал похлёбку.

– Скажи это моим родителям, трём братьям и трём сёстрам.

– Оу, – только и смог выдохнуть я.

– У меня печать земли. Я скрываю это место ото всех при малейшей опасности. Но скоро меня не станет. И тогда моя семья найдёт мою сестру. Либо убьёт. Либо подчинит. При любом из этих вариантов они пойдут войной на материк.

– И встретят там огромные армии, – отмахнулся я, всё же пробуя ужин.

– С печатью тёмной эмпатии – армии не слишком страшны. Да и на всех подчинённых островах есть армии. Как раз хватит на семь королевств.

Я поднял взгляд. Сглотнул. Прикрыл глаза, вспоминая свою семью. Братьев. Их жён. Морвену с бокалом вина. Маленького Кайана. Что, наверное, уже научился сидеть.

– И предотвратить это можно только спася твою сестру? – прищурился я.

Тиамон кивнул.

– Почему ты рассказываешь это мне? – искренне не понимал я.

– Ты ведь Ворон?

Я дёрнул бровями. Отодвинул пустую тарелку.

– Она рассказала тебе? – спросил прямо, понимая, что уворачиваться нет смысла.

Тиамон поднялся, прошёл в комнату, из которой я вышел. Вернулся с потрёпанным этюдником. Положил его передо мной. Я нахмурился. Раскрыл его. Обомлел, глядя на свой детальный портрет. Даже татуировки, которыми я прикрывал шрамы, были переданы с поразительной точностью. Перелистнул страницу. Ещё один. И на следующей.

Сердце забилось чаще. Пальцы дрогнули. Пока я сходил с ума в её поисках… она воссоздавала мой образ на бумаге. Не один день.

– Я… могу написать письмо. Она может отправиться в Нордград с ним к моему-брату королю. Он поможет. Наверное… – сглотнул, вспоминая смех Сигурда о том, что крылья необходимо передать моим братьям, чтобы убить Гримвальдов морально. Всех.