Служба Высшей Справедливости. Портовый Город
- -
- 100%
- +
Она тихо взяла всё необходимое и пошла наверх. Девушка знала, что дальше будет только хуже. И может пора уже подумать о том, чтобы уйти раньше? Может не стоило дожидаться этого позора всего семейства? Если она убежит, Руфус не сможет объявить при всех, что она изгнана и не опозорит тётю и дядю.
Поглощенная мыслями, она запнулась о последнюю ступеньку и чуть не выронила всё, что несла в руках.
– Детка, ты в порядке? – услышав шум, подала голос снизу тетушка Мэй.
– Да, всё хорошо, запнулась просто.
Мелисса пошла дальше в комнату, откинув все мысли. Она знала, что, скорее всего, каждый в этом доме уже думал о варианте, который ей только что пришёл в голову. Но никто его не озвучивал – тетя с дядей из осторожности, а мелкие – просто потому, что они маленькие ещё и их всё равно никто не будет слушать.
В комнате Мелиссы царил бардак. Стоя на пороге своей же комнаты, девушка с подносом в руках смотрела на необычную картину. Нора разъяренная, морща нос, с растрепанной головой стояла на кровати и рычала негромко. В нескольких метрах от нее стояли Расс и Росс, немного удивленные.
– Так, мне еще тут спать, между прочим! – Мелисса нарочито сурово нарушила тишину.
Нора села и улыбнулась, поправляя растрепавшиеся косички. Близнецы бросили подушки на пол:
– Это она начала! – с притворной обидой воскликнул Расс.
Нора опять оскалилась:
– Да что ты такое говоришь, выхухорь блохастый… – и вместе с этими словами, запустила в брата небольшой, но плотной подушкой четко в лоб.
– Нора, прекрати, – Мелисса поставила поднос на столик, рядом с кроватью. – Давайте ешьте, время перекусить, – девушка повернулась к маленькой девчушке, поправляя прядку волос, свалившуюся на нос. – Не обзывайся на брата.
Братья тихо посмеивались, похрустывая овсяным печеньем. И было от чего. Малышка Нора никогда не сдерживалась, говорила всё, что думала. И, по правде говоря, никто особо ее за это не наказывал и не ругал, только пальцем грозили и все, потому что младшая всегда знала, когда и что она могла сказать, и, главное, когда надо было остановиться. Она вообще смышленая была.
– Мелисса, мы в город пойдем? – вдруг спросил Росс, вытирая рукавом молоко с лица.
– Не знаю, Росс, я не хочу. Осталось совсем немного времени, лишний раз туда ходить и светиться не хочется.
– Долго ты будешь сидеть затворником? – Нора начала старую песню. – Ты крутая, тебе нечего бояться. Почему ты тут прячешься?
– Милая, давай не бу…
– А когда мы будем? – уже не выдержал Расс, он был самым сдержанным, молчаливым среди них всех, но и его терпение лопнуло. – Когда ты будешь с нами об этом говорить? Думаешь, раз мы маленькие, мы ничего не понимаем, не видим и не слышим? – голос одного из близнецов плавно переходил с рыка на крик. – Сколько ты еще будешь все в себе держать?
Росс одернул брата. Но Расса это не остановило, он продолжал, выплескивая накопившуюся ярость:
– Ты думаешь, если будешь об этом молчать, тебе станет легче? Нам станет легче? Думаешь, если ты и мама с папой будете молчать, мы ничего не узнаем? Так вот, я раскрою тебе маленький секрет, мы с Россом в школу ходим, все знаем и слышим. И знаешь, что? Если родители этой бредятиной прикрываются, мол, защищают нас, ну ты-то хоть не прикидывайся и не ври нам!
Расс сжимал руки в кулаках, дышал тяжело, щеки его раскраснелись, сверкая глазами, глядел на Мелиссу. Он ждал, правда, сам не понимал чего. То ли, чтобы старшая сестра что-нибудь ответила ему в ответ, то ли, чтобы дала ему затрещину. В комнате повисла напряженная тишина. Мелисса глубоко вздохнула, села на кровать и посмотрела на всех троих.
– Расс, ты должен понимать, эта не тема для разговора, – Расс хотел уже что-то возразить, но Мелисса подняла ладонь вверх, давая понять, что она его выслушала и теперь её черед задвигать монолог. – Но, ты прав. Пытаться что-то утаить от вас в таком маленьком городишке, где все друг друга знают – бессмысленно. По правде говоря, никто не утаивает, просто не знают, как вам все это сказать, под каким соусом вам всё преподнести, чтобы вы не возненавидели это место.
Девушка перевела дыхание. Нора спокойно ела печенье, а близнецы внимательно слушали. Расс начал медленно остывать, сев возле Норы. Малышка нежно взяла его за руку.
– Я бы хотела вам сказать всё, что вы хотите услышать. Но не могу. Я обещала нашим родителям, что буду молчать, – она подняла руку, показывая, чтобы Расс даже не начинал все опять. – И да, ты можешь дуться сколько тебе влезет, – она посмотрела на насупившегося близнеца, – но так будет лучше. На этом тема закрыта. Закрыта, – девушка выразительно посмотрела на уже набравшего в грудь воздуха, чтобы возразить Расса. – А теперь марш на улицу, помогите дяде. Нора, мы с тобой на кухню.
Недовольный Расс, задумавшийся Росс, жующая Нора и тяжело вздыхающая Мелисса – эта процессия вышла из комнаты девушки и направилась вниз. Как и ожидала старшая, тетя Мэй уже суетилась на кухне, что-то сыпала в чашки, мешала, а дядя Рисс пошел на улицу колоть дрова. Не говоря ни слова, близнецы вышли на улицу, накинув теплые меховые куртки. Мелисса и Нора двинулись на кухню. Завидев их, тетушка сразу выдала им список поручений.
Каждый был занят своим делом. Думать о чем-то грустном, просто не было времени. Собственно, на то и был расчет. Время пролетело, как один миг. Вечер пришел быстро, окутывая сумерками окрестности. Ужин прошел в полном молчании, никто не хотел ничего озвучивать. У каждого были свои мысли, каждый был увлечен только своими раздумьями.
Пришло время сна. Младшие отправились по своим комнатам. Где-то через час, в доме повисла полная тишина, младшие уснули, только и слышно было, как сопят. А Мелисса, тетя Мэй и дядя Рисс все так же сидели на кухне. Вдруг раздался глухой стук в дверь. Все трое напряглись. Глава семейства с беспокойством в глазах встал и пошел открывать дверь. Тетушка Мэй проводила его испуганным взглядом и схватила Мелиссу за руку.
– Проходи, друг, – донеслось из прихожей. Гость зашёл не сразу. Из прихожей доносился глухой шёпот дяди Рисса и прибывшего в их дом гостя. О чем они говорили, сложно было разобрать.
На пороге кухни возник гном с огромной седой бородой, аккуратно расчесанной и заплетенной в косички. Мастер Обриус пришел не просто так, на плече у него висела довольно увесистая кожаная сумка.
– Я вам вот, – пыхтя, поставил на пол сумку, гном проговорил, – одежду принес. Тут, конечно, немного, но на первое время пожить в Портовом Городе хватит. И вот еще…
Мастер подошел к Мелиссе и положил ей в руку кожаный мешочек с фамильным гербом гнома. Девушка едва сдерживала слезы. Тетушка тихо охнула.
– Мастер… – тихо выдохнула Мелисса.
– Не надо мне тут, – гном сурово и четко прервал девушку, намекая, что это обсуждать он не собирается. – Ты спасла моих детей. Этот долг ничем не уплатить. Это меньшее, что я могу, – он посмотрел печальными глазами на девушку, а потом повернулся к дяде, – я пойду, если кто увидит, будет нехорошо. Окольными путями шел.
Мастер и Рисс, не глядя друг на друга, вышли с кухни. Мелисса осталась стоять, как вкопанная. Она будто смотрела на все со стороны, будто всё это происходило не с ней.
– Девочка моя, не стой. Скорее ступай наверх, собирай вещи, бери только самое необходимое.
Мелисса, ничего не понимая, двинулась наверх, ноги плохо слушались, были как ватные. Сердце стучало так быстро, будто готово было выпрыгнуть из груди. В голове буря мыслей, тонна вопросов. Она кидала в дорожную сумку только все, что попадалось под руку без разбора. Комната плыла, как в водовороте. Пошатываясь, она спустилась вниз, при этом держась за перила, чтобы не свалиться со ступенек.
Её ждали тетя и дядя.
– Так, – сказал Рисс хрипло, – пора.
– Что? Что происходит? Почему? – Мелисса говорила тихо, но она догадывалась, что услышит в ответ.
Тетя взяла ее руки в свои:
– Девочка моя, ты думаешь, мы не знаем, что ты хочешь уйти? Мы все поняли уже давно. Но не в этом проблема.
– Мастер Обриус, гном высокопоставленный, слышит и видит многое. Мы с ним договорились – если вдруг он узнает что-то, он придет. Тебя не будут выгонять из стаи, – Рисс помолчал мгновение, тяжело вздохнул и выдал. – Мастер Обриус подслушал, как Руфус разговаривал со своей супругой в его ателье, он прикажет казнить тебя перед всеми в качестве примера тем, кто посмеет загрязнить кровь стаи. Поэтому, пока никто не узнал, ты должна бежать.
– Пойдешь лесной тропой до Великой дороги, оттуда рукой подать до Портового города. Иди быстро, не оборачивайся, не останавливайся, не смотри назад. Ни с кем не говори, никому не доверяй, – тетушка говорила быстро, докладывая в сумку Мелиссы бутерброды в дорогу.
– Вот адрес, – Рисс протянул девушке клочок пергамента. – В Портовом Городе, в самом центре стоит таверна “Изумрудный Котелок”, ее хозяина зовут Владмир. Передашь ему это, – дядя протянул Мелиссе орден, небольшой, похожий на звезду, но что-то в нем было особое. – Он всё поймет.
– Готова? – тетушка спросила со слезами на глазах.
– Но… а как же вы? У меня еще столько вопросов… – горячие слезы потекли по щекам девушки.
– Некогда, родная. Мы не знаем, сколько у нас времени, сутки, может двое, а может до рассвета.
Мелисса медленно надевала пальто с овчинным мехом, все еще не понимая толком, что происходит. Все было, как в тумане. Откуда-то издалека слышался голос дяди:
– Мелисса, не смотри назад, запомнила? – Рисс тряхнул девушку за плечи. – Пойдешь по лесу – не смотри назад, только вперед, поняла? Ответь.
– Да, – вяло сказала Мелисса, – пойду по лесу – не смотреть назад.
– Доберешься до таверны, Владмир даст нам знать, сама не пиши. Вся связь только через него, поняла?
– Да, дядюшка, – и тут слезы хлынули из ее глаз. Оказывается, уходить было не так-то и просто, как она думала.
Дядя прижал её к груди, поглаживая волосы. Тетушка обняла их обоих.
– Тише, моя маленькая, не плачь. Ты справишься. Ты сильная, как твоя мать. Она никому не дала себя сломить, даже Руфусу. И ты не давай.
Тетушка всучила еще один кожаный мешочек, тот, который Рисс раньше доставал из-под половицы.
– Посмотри на меня, – глава семейства взял худенькое личико Мелиссы в свои огромные ладони, – твоя мать, Мия, отдала жизнь за тебя. Она была сильной, как зимний ветер. Руфус её не простил за отказ тогда, не простил и тебя сейчас за сломанную руку младшей. Ты не просто полукровка, ты напоминаешь ему о прошлом, о том, что ему отказали ради другого. Так что тебе будет лучше и спокойнее там, у Владмира. Но не здесь. Мы дали слово твоей матери, что сбережем твою жизнь, не дадим ему угробить тебя. Мы тебя любим. Помни это. А теперь тебе пора.
Он поцеловал Мелиссу в лоб. Слезы продолжали бежать по ее лицу, но уже не от страха и отчаяния, а от осознания, сколько любви Мэй и Рисс ей подарили. Тетя обняла ее еще раз. Мелисса схватила сумку мастера Обриуса, свою дорожную сумку и вышла на улицу. Ночь встретила её морозным ветром, яркой луной и серебристым снегом. Девушка быстрым шагом направилась в сторону леса. Деревья приветливо покачивались, приглашая ее войти в лес и не думать ни о чем. А тетушка и дядюшка остались стоять в дверях, пока ее силуэт не исчез среди деревьев. Пока она шла, Рисс все повторял:
– Не смотри назад, не смотри назад, дорогая…
Глава 6
Мелисса шла вперед так быстро, что даже сил не было думать о чем-то. В голове был только круговорот мыслей, но ни одна не задерживалась на месте. Все плыло. Лес в глазах девушки превратился в одну сплошную затуманенную кашу. Сколько времени прошло, она не знала. Но помня наказ дяди и тети, она не останавливалась. Выносливость волка давала ей возможность идти долго и уверенно.
На самом деле вокруг всё было тихо. Деревья тихонько колыхались от ветра, зверей и птиц не было слышно. Девушка позволила себе чуть сбавить шаг и оглядеться по сторонам. В ярком свете луны, все казалось таким холодным, но при этом безопасным. Даже самые темные уголки леса не вызывали страха или тревоги. Порой она вглядывалась в темноту, и ей казалось, что кто-то оттуда смотрит на нее. Но Мелисса всё списывала на игру лунного света. Больше всего ей понравилась та самая опушка леса, где проходила трансформация. Не смотря на жуткие и горькие воспоминания, место было очень красивое. Опушка была окружена деревьями, аккуратно растущими в шахматном порядке, будто кто-то так сделал специально. Сама опушка была идеально круглой формы и засыпана снегом, а в свете луны казалось, что это блестящий ковер.
– Как красиво, – прошептала она, глядя на высокие деревья, укрытые снегом и освещаемые светом луны.
– Конечно, тут красиво, не город же.
Мелисса остановилась на месте и судорожно принялась осматриваться по сторонам. Голос. Это что, галлюцинации?
– Ты чего встала, иди, давай. Тебе что сказали дядя с тетей?
– Ага…
Девушка двинулась вперед, медленно озираясь, пытаясь понять, кто говорит.
– А вы кто? – Мелиссе стало интересно, кто с ней говорит.
Тишина, никто не отвечал. Путница решила, что это все-таки были галлюцинации. Просто показалось, может от того, что слишком быстро шла или от стресса.
– Дух леса, – ответили откуда-то издалека нежным, приятным, женским голосом, таким обволакивающим и успокаивающим. – Ты иди, не отвлекайся, я тут рядом.
– А вы следите за мной?
Раздался звонкий смех, такой чистый и мягкий, как у малышки Норы. Потом опять тишина.
– Твои дядя и тетя помолились духам леса, чтобы ты спокойно и без приключений дошла до Великой дороги. Вот, – констатировал голос, – выполняю их просьбу.
– А можно тебя… вас… увидеть?
– Можно.
Голос ответил быстро. Но ничего не произошло. Мгновенье, одно, другое, ничего не происходило. Мелисса смотрела то налево, то направо, шагая дальше, и, уже начиная думать, что обидела чем-то духа.
– Ты, главное, не думай о плохом, – голос раздался откуда-то сбоку, но уже звучал не так как раньше. Он звучал приземленно, а не разносился по лесу эхом.
Мелисса чуть подпрыгнула, повернула голову в сторону и увидела идущую рядом девушку в белых одеждах с длинными светлыми волосами, украшенными цветами.
– Смотри вперед, Мелисса, – дух говорила спокойно, продолжая смотреть вперед.
– Ого… – Мелисса выдохнула. – Я думала, вы никогда не показываетесь никому.
– Мы не показываемся таким, как Руфус, злым, жадным… Ты – другое дело. Показаться тебе, это честь.
– Почему честь? – девушка не особо понимала, о чем речь.
– О, в этом тебе предстоит только разобраться. Я не могу тебя лишить удовольствия и радости открытий.
Дух произнесла последние слова довольно строго. Мелисса поняла, что можно даже не пытаться, все равно ничего не скажет. Поэтому она отвернулась от воплощения сути леса и продолжила путь. Они шли вместе долго. Рядом с духом Мелисса совсем успокоилась. Девушка задумчиво осматривала каждое дерево, украшенное морозными узорами.
Наступал рассвет. Солнце лениво поднималось, рассыпая позолоту на верхушки деревьев, окрашивая небо в цвет ягодного зефира. Солнечные лучи начали весело играть на снегу под ногами идущих девушек, от чего все вокруг переливалось радужным свечением.
Они все шли и шли… Молча.
– Осталось недолго, – вдруг тихо произнес дух.
Мелисса посмотрела на девушку, а потом снова вперед. На удивление, молчание не напрягало. Почему-то в компании этого духа, она смогла немного разобраться в своих мыслях.
За всю свою жизнь, ей не было так страшно. Кто мог подумать, что Руфус настолько злопамятный? Как можно так ненавидеть кого-то, что будешь наказывать его или её детей за решения, принятые когда-то давно? Но больше всего Мелиссу интересовал другой вопрос, по какому такому праву Руфус желает казнить её? Зачем вообще казнить за любовь? Подумаешь, любовь случилась не с кем-то из стаи, а с кем-то вне стаи. Что тут такого?
– Перестань так много думать, ты не даешь себе отдохнуть от грустных мыслей, от этого теряешь концентрацию.
Дух продолжала идти, не глядя по сторонам.
– Скажи, а вы все видите, что в лесу происходит?
– Да.
– А ты видела… ну… много лет назад…
– Твой день трансформации? Да. Это мы привели твоих дядю и тетю, чтобы они забрали тебя домой, – в голосе духа прозвучала мягкость.
Мелисса ничего не говорила дальше. Ей стало стыдно. И старое чувство позора вдруг снова подкатило.
– Не стоит стыдиться, – проговорила тепло дух. – Здесь нет твоей вины. Здесь нет ничьей вины.
Мелисса ничего не ответила. Просто шла вперед. Солнце уже приближалось к зениту, когда путница в очередной раз поправила сумки и снова окинула взглядом местность. Только сейчас она обратила внимание, что проснулись птицы и животные. Все пришло в движение. Лес ожил. Где-то там, вдалеке раздавалось пение птиц, эхом доносившееся до её ушей. Поблизости было слышно, как кто-то квохчет, шуршит, копошиться, фыркает.
Для себя Мелисса сделала еще одно открытие – никто не желал ее убить или съесть. А то старухи в городе постоянно говорили, что в лесу нежить живет. Детей не пускали сюда играть. На трансформацию шли во все оружие. А оказывается, лес приветлив и дружелюбен, особенно при солнечном свете. Краем глаза она заметила, что дух что-то шепчет. Девушка в белых одеждах поманила кого-то рукой. Из-за огромного дерева выскочил заяц с небольшим мешочком, он отдал его духу в руки и ускакал обратно, поджав большие уши.
– Это тебе поесть в дорогу, – дух протянула мешочек Мелиссе.
– Спасибо, – оторопела она.
Мелисса приоткрыла мешок, а там были ягоды, орехи и немного меда. Она улыбнулась. Это было приятно. Она достала ягодку серебрянки и тут же съела.
– Мммм, вкусно. Она не такая, как у нас в городе.
– У вас она не так выращивается, – просто ответила дух.
– А как тебя… вас зовут? – Мелисса понимала, что надо было раньше об этом спрашивать, может, поэтому они молчали всю дорогу.
– Ридна. Дух леса. Зелигена.
– Мелисса. Очень приятно.
Ридна улыбнулась. Они шли дальше. Деревья начали расступаться перед девушками, открывая глазам Великую дорогу.
– Вот мы и пришли, – сказала Ридна, ее голос снова разносился эхом по лесу.
– Уже? – Мелисса немного расстроилась. В компании духа идти было не так страшно.
– Иди вперед по Великой дороге. До Портового Города мы тебя проводим, но уже будем смотреть издалека. А там… – дух немного замялся, – там ты будешь сама по себе.
– Спасибо, Ридна. Изобилия вашему лесу и мирных путников.
Мелисса двинулась вперед, выходя на широкую дорогу. Она ощущала легкое присутствие духа, чувствовала, как за ней наблюдает все живое от птиц до самых маленьких животных. Девушка открыла мешочек, подаренный зайцем, и, идя по дороге, жевала ягоды.
Дорога была ровная, заезженная. По обеим сторонам красовался живописный лес. Грусть медленно отступала. Мысли о том, как там без нее тетя, дядя и младшие тоже оставались позади. Ей не пришлось уговаривать себя, что без нее им будет легче. Это была правда.
– Не смотри назад, – эхом донесся до нее голос духа.
Интересно, почему именно это и дядя, и дух повторяли ей без конца?
***Мелисса добралась до нужной ей таверны без приключений, что не могло не радовать. Она толкнула скрипучую дверь. В помещении было пусто, посетителей еще не было. На удивление, пахло чем-то цветочным, свежим, хотя Мелисса ожидала унюхать стойкий запах алкоголя и табака. За стойкой стоял мужчина с тряпкой в руках и улыбнулся, завидев девушку.
– Мелисса, а я ждал тебя только завтра, – мужчина вышел из-за стойки, аккуратно пряча тряпку куда-то вниз, и направился к ней. – Пойдем, я тебе комнату приготовил. Не дворец, конечно, но жить можно.
– А как вы меня узнали? – девушка двинулась за хозяином, осторожно глядя на мужчину перед ней.
– По глазам и выражению лица. Твоя мать всегда так на нас с Риссом смотрела. Глаза полные доброты и милая улыбка. Ох, что ж это я, давай сумки-то.
Владмир взял сумки, после чего повернулся и сказал:
– Орден не доставай, спрячь и никому не показывай. А то проблем не оберемся.
– Так, а зачем же дядя мне его дал? Он велел передать… – удивилась девушка.
– Магия, моя хорошая. Я орден учуял сразу, как ты зашла. Это ещё одна причина, почему я тебя узнал.
Они поднялись на второй этаж, где было комнат восемь по обе стороны. Мужчина открыл ключом ближайшую дверь справа и вошел внутрь. Комната была маленькая, но светлая. Огромное окно, слегка прикрытое полупрозрачными бежевыми занавесками с цветочным узором, открывало вид на центральную улицу Портового Города. Справа от окна стояла кровать, одноместная, укрытая плотным лоскутным покрывалом. Возле кровати была прикроватная тумбочка, а следом за тумбочкой, вплотную к окну стоял небольшой стол. В левом углу был небольшой шкаф, на дверце которого висело овальное зеркало.
– Ты, это, не серчай, девушек таких тут отродясь не жило. Так что я, как мог, обустроил. Все вычистил, так что не бойся. Ванная у тебя тут отдельная ото всех. Замок заговоренный. Без приглашения могу только я войти. Магия старая, на всех действует.
Мелисса, улыбаясь, кивала в знак благодарности. Почему-то слова застряли в горле. Ей здесь нравилось. Все было такое уютное, почти как дома. Не хватало только шума младших, суеты тетушки и басистого смеха дядюшки.
– Ты давай, сегодня отдохни, а завтра на работу выходи. Буду платить тебе двадцать золотых в месяц, оплата небольшая, конечно, но достойная. За комнату платить не надо. А вот еду, одежду и все прочее сама себе будешь покупать, – Владмир наконец сообразил поставить сумки на пол.
– Я могу сегодня начать работать, – Мелисса сняла пальто и повесила на вешалку у двери.
– Нет, отдохни, походи по городу. Только ходи по Центральной улице и возвращайся до темноты, поняла?
– Поняла. Спасибо вам. Мне тут все очень понравилось. Спасибо за заботу.
Владмир широко улыбался. Добрая это была улыбка. Домашняя. Мелисса чувствовала, будто к дяде в гости приехала. Она принялась раскладывать вещи. Одежду мастера Обриуса всю повесила в шкаф. Мешочки с золотом спрятала под половицу, как дядя учил, взяв оттуда пару монет на всякий случай.
– Новая жизнь! – она сказала это сама себе, смотря в зеркало и поправляя растрепавшиеся с дороги волосы.
Заперев комнату, она спустилась вниз. Владмир с кем-то разговаривал, громко смеясь. Когда Мелисса зашла в общий зал, мужчины замолчали. Рядом с Владмиром стоял не то гном, не то просто человек невысокого роста, она так и не поняла.
– Мелисса, знакомься, это наш повар, Красверг. Его жена и дочь тут недалеко живут и работают в цветочном магазине.
– Очень приятно, – девушка улыбнулась и протянула руку.
– И мне, – прохрипел человечек. – Чего ты так смотришь?
– Простите, я не… я… я…
– Да ладно тебе, – улыбнулся Красверг. – Я наполовину гном, наполовину человек. Не пугайся. Приходи вечером, ужином накормлю.
Полугном улыбнулся, и, расправив широкие плечи, насвистывая неизвестную Мелиссе мелодию, отправился на кухню.
– Раз ты собралась гулять, зайди, пожалуйста, в лавку “Темная роза” у площади и забери приправы для Красверга. Он переживает, что они не успеют сегодня сами занести. А у нас тут есть господа, которые очень любят блюда с этими приправами.
Согласно кивнув, Мелисса взяла записку из рук Владмира и вышла за дверь. Портовый Город предстал для неё в самом лучшем свете – оживленный, шумный, яркий, романтичный, будто девушка попала в одну из тех сказок, которые ей когда-то на ночь рассказывала тетушка. Она вздохнула полной грудью и, светясь от радости, сделала первый шаг к жизни на свободе.
Глава 7
Нивалис ждал в холле, пока его друг одевался. Он в очередной раз рассматривал картины, которые разместились на стенах. На них были запечатлены дни великих сражений драконов с эльфами за территории и знания. Прадедушка Нидхегга, дракон Игнис Великий, был хранителем магии драконов. Его уважали и почитали, как главу рода и ордена, хранящего многовековые знания. Но никто до сих пор не знает, как погиб Игнис, кто к этому причастен и какой был мотив. Нидхегг очень не любил, когда ему напоминали об этом. Вспоминая эту историю, мужчина сразу становился злым и агрессивным. Каждой своей чешуйкой он жаждал выяснить имя того, кто убил его прадедушку. Но ответ на этот вопрос сейчас был от него также далек, как и десять столетий назад. Поэтому портрет Игниса Великого висел в самом дальнем углу.
– Господин просит еще пару минут, – хихикнул Авиджа.
Широкоплечий мужчина устало вздохнул, что-то буркнул себе под нос и вышел на улицу. Было тепло, хотя ветер дул морозный. Нивалис раздумывал, что же ему делать с гномом. С одной стороны, пора отдать отчет в отдел Наказаний. А с другой, он не был полностью уверен, что гном виноват.