Вдох. Исповедь провинциальной актрисы

Глава 15

Это был конец семидесятых, как сейчас модно говорить, «застойный период позднего Советского Союза». Но мы никакого застоя не ощущали! Да, в магазинах товаров не доставало – не было такого изобилия, как в сегодняшнее время, но мы ничего другого и не видели, сравнивать нам было не с чем. Уровень жизни был приблизительно одинаков для всех: никто не гонял по дорогам на мерседесах и бентли, никто не щеголял по улицам в брендовой одежде, на столах советских граждан – один и тот же продуктовый набор. И народ был не избалован увеселительными мероприятиями. В нашем городе из всех развлечений: дворец культуры, кинотеатр, живописная речка «Цна» и конечно, парк, который широко раскинулся на берегу вышеупонятой реки и служил центром притяжения всех горожан. Пожилые люди приходили сюда прогуляться, выгулять внуков, а также посидеть на лавочке и посплетничать, обсуждая проходящую мимо молодёжь. Дети и подростки спешили на аттракционы, собираясь галдящим стайками, и гурьбой неслись к кассам, чтобы успеть занять очередь за билетами. Мужская половина населения зависала на стадионе, особенно когда проходили матчи по футболу между городскими командами, остервенело болея за нашу котовскую команду «Пластмасс», и зачастую, как было принято, спорные вопросы решали кулачными боями. Молодое поколение подтягивалась ближе к вечеру – к началу танцев. И вот тут начиналось самое интересное! Со смятыми билетами в руках, нарядной струйкой они стекались на крытую, летнюю танцплощадку. Все остальные посетители парка домой не расходились, окружали танцплощадку тесным кружком, с интересом наблюдая и обсуждая всё что происходило на танцполе: кто в чём одет, кто кого пригласил, кто приезжий, у кого с кем роман. Городок-то маленький; практически все друг друга знали, поэтому если к нам залетала какая-либо столичная штучка, тут же приковывала всё внимание к себе, а девчонки разбирали по косточкам её наряды.

Мы с Леной подошли как раз к началу танцев, когда заиграла первая песня – «В реку смотрятся облака», группы «Поющие сердца». И тут подруга как заорёт:

– Гала, глянь на сцену! Ты видишь кто там? Или мне кажется? – Лена щурилась и пыталась рассмотреть стоящих на сцене музыкантов. Я посмотрела на сцену и обомлела! Наши недавние знакомые. Лёва – пел и играл на соло-гитаре, Влад – сидел за барабанами.

– Нет, тебе не кажется! Это – Влад и Лёва, – удивлённо и в то же время радостно сообщила я. – Так вот почему они так торопились, и надо же, нам не сказали, что они играют на танцах, – рассмеялась я.

– Вот это поворот! Я их раньше не видела здесь, – Лена повернулась к знакомой девушке, стоящей с кучкой других девчонок, – это новые музыканты?

Та ответила:

– Нет, тут два состава работают, они еженедельно меняются. Сегодня играет на барабанах и поёт наша местная звезда Влад Серебрянский, а Лёва – он недавно в группе.

Я заинтересованно наблюдала за Владом, который очень артистично выбивал ритм на барабанной установке, подпрыгивая и потряхивая головой в такт. Палочки так и порхали в его руках. Началась другая песня – «Прощай», Льва Лещенко. Запел Влад, и это было потрясающе! Он пел и все время оглядывал танцпол. Когда наши глаза встретились, улыбка вспыхнула на его лице – с тех пор он не выпускал меня из своего поля зрения.

У меня внутри всё затрепетало: сердце застучало чаще в радостном предчувствии чего-то очень интересного, необычного. Всё задвигалось вокруг: девчонки танцевали группами, делая вид, что очень увлечены танцем, хотя на самом деле стреляли глазками, выглядывая потенциального кавалера, парни кучковались, но большинство со скучающим видом подпирали стены и разглядывали девушек, а кто посмелее с серьёзным видом дефилировал вокруг танцпола, выискивая жертву для медленного танца. Мы со знакомыми девушками танцевали кружком под Льва Лещенко:

Лена нагнулась ко мне и прокричала:

– Смотри, Влад глаз с тебя не сводит! Я же тебе сказала, что он на тебя запал!

– Ну и что, что смотрит. Это, ещё ни о чем не говорит! – прокричала я в ответ, продолжая танцевать.

– А я тебе говорю, что он на тебя запал, вот увидишь! – со знанием дела настаивала подруга.

Только музыка закончилась, толпа замерла на своих местах, ожидая следующего танца. Зазвучала медленная, очень популярная в то время, песня – «Сгорая, плачут свечи». Лену пригласил какой-то коротышка, и увлёк танцевать медляк; меня пригласил какой-то долговязый парень с длинными волосами, который, как я заметила, всё время крутился возле меня. Я, естественно, отказала, так как интерес у меня был уже совершенно другой. Так что все быстрые танцы я танцевала, а медленные стояла у стены и наблюдала за Владом. Он мне всё больше и больше нравился, да и чему тут удивляться: взрослый парень, симпатичный, артистичный, местная звезда! Для шестнадцатилетней девчонки, не имеющей никакого опыта в любовных делах – предел мечтаний! Лена же была звездой танцпола – все медленные танцы нарасхват. На очередной медленный танец ко мне снова подкатил долговязый и пригласил; я отказала, но он оказался настойчив. Схватил меня за руку и со словами: «ты чё кочевряжишься?», потащил на танцпол. Не успела я даже толком испугаться, как всё вокруг пришло в движение: Влад передал барабанные палочки своему коллеге, соскочил со сцены, подбежал к нам и со всего маха, ничего не объясняя, врезал в дыню долговязому. Тот заверещал, как резаный:

– Ребята, полундра, Лабухи Жилковских бьют!

Откуда ни возьмись слетелась толпа каких-то парней и давай метелить Влада. Музыка резко оборвалась, музыканты побросали свои инструменты, соскочили со сцены и подбежали к дерущимся – образовалась куча мала. Девчонки завизжали, разбегаясь врассыпную; Ленка схватила меня за руку и оттащила из эпицентра разборок. Тут примчалась милиция, пронзительно заливаясь трелью свистка, и быстро растащила дерущихся. Они скрутили Жилковских (проживающих в районе – малая Жилка) и вывели с танцплощадки. Музыканты остались стоять на местах – взбудораженные, в разорванных рубашках, тяжело дыша. У Лёвы назревал огромный синяк под глазом, Влад трогал рассеченную губу. Как ни в чём не бывало парни запрыгнули обратно на сцену и с серьёзным видом продолжили играть. И снова толпа заколыхалась в танце: девчонки в кружках отбивали ритм ногами, ребята курсировали по кругу, зрители обсуждали увиденную сцену. А я пребывала в шоковом состоянии!

– Лена, я пойду домой, пока ещё не так темно, – прокричала я ей на ухо, – ты остаёшься?

– Ты что? С ума сошла, самое интересное только начинается, – продолжая танцевать, возмутилась она, – ещё час до конца танцев! Нет я тебя не отпускаю, тебя ещё Влад должен пригласить! Я чувствую!

– Почему ты так думаешь? – удивлённо округлила я глаза, – он же работает.

– Увидишь! – с хитрецой в глазах прокричала Лена.

Заиграла очередная медленная песня – «Звёздочка моя ясная» группы «Цветы». Я заметила, как Влад снова отдал свои барабанные палочки коллеге, спрыгнул со сцены и, улыбаясь, направился прямиком ко мне. Окружающие девчонки с завистью смотрели на меня. А я вдруг поняла, что означает «перехватило дыхание» – такую палитру чувств я ещё никогда не испытывала. Невольно я стала героиней танцевального вечера, из-за которой звезда местного разлива подрался с местной шпаной. Я представляла, как шушукаются зрители, обсуждая меня и Влада, и мне стало не по себе. А Влад с рассеченной губой и в разорванной рубашке, как ни в чем не бывало галантно пригласил меня на медляк.

– Гала, ты не против потанцевать со мной?

– Не против, – тихо ответила я, едва дыша. Сердце готово было вырваться из груди.

Мы танцевали молча на достаточно скромном расстоянии друг от друга. Лёва с подбитым глазом пел песню и с улыбкой смотрел на нас с Владом. Когда я встретилась с ним взглядом, он поднял большой палец вверх и радостно покивал головой. Пары, танцующие на танцполе, тоже обращали на нас внимание: всё время разворачиваясь к нам, если мы во время танца пропадали из их поля зрения. Я поймала себя на мысли, что мне нравится быть в центре внимания, мне нравится быть рядом с популярным в нашем городе парнем, и ещё поняла – я влюбилась. Его рыцарский поступок растопил моё сердце; оно стучало, как сумасшедшее; я не могла даже глаз поднять на Влада, так как не могла справиться со своим волнением. Он же всё время пытался поймать мой взгляд.

– Испугалась? – спросил он, крепче прижав меня к себе, – не волнуйся, ты под защитой. Я тебя в обиду не дам.

– Нет, – отважно взглянула я на него и тут же утонула в его глазах. Влад смотрел ласково и в то же время подбадривающе, – всё так быстро произошло, что я даже не успела испугаться. А ты, лихо дерешься! – И в шутку спросила: – Где так научился кулаками махать?

– Улица научила! – Влад серьёзно посмотрел на меня, – Гала, ты можешь подождать меня после танцев? Мне надо будет с ребятами аппаратуру занести в подсобку. А потом я тебя провожу до дома, – затем шутливо пояснил, – оставлять без охраны такую красавицу опасно!

– Хорошо, – через паузу согласилась я, – а где мне тебя ждать?

– Я после последней песни подойду к тебе и отведу к Летней Эстраде. Там подсобка, куда мы складываем инструменты. Ты там подождёшь, пока мы занесём инструменты. Хорошо?

Я молча кивнула головой; музыка закончилась. Влад проводил меня до места, где кучковалась наша девчачья ватага и пошёл на сцену. Только он покинул меня, как ко мне подскочила Лена и с интересом стала расспрашивать:

– Ну как? О чём говорили? Я же сказала тебе, что он пригласит тебя! А ты мне не верила!

– Он просил меня остаться и подождать его. Ты одна дойдёшь до дома?

– Не волнуйся, – рассмеялась Лена, – меня проводят, осталось только выбрать кто!

Когда прозвучала последняя песня, Влад спрыгнул со сцены и подошёл ко мне.

– Пойдём я отведу тебя в подсобку, – но увидев моё смущение, успокоил, – не волнуйся, Гала, ты там будешь не одна. Там будет Настя – девушка Лёвы. Заодно и познакомитесь.

Он отвел меня к Летней эстраде, и мы оказались в небольшой, пыльной комнате заваленной аппаратурой. На диване возле журнального столика сидела стройная, невысокого роста девушка, с длинными до талии золотисто-медовыми, вьющимися волосами и изящными чертами лица. На столе стояло несколько бутылок вина и закуска. Она суетилась, накрывая импровизированный стол для музыкантов. Увидев нас пошла навстречу.

– Всё, вы закончили?

– Да, – ответил Влад, – ребята собирают аппаратуру. Познакомьтесь – это Гала.

Настя с интересом посмотрела на меня, потом с хитрой улыбкой на Влада, но затем, видимо вспомнив правила приличия, представилась:

– Настя, очень приятно.

– Гала, взаимно, – отдавая дань этикету, представилась я.

Затем Настя наконец увидела раздутую губу Влада и озабоченно воскликнула:

– Что случилось?

– Потом расскажу, – на ходу бросил Влад.

Он ушёл, и мы остались вдвоем, ощущая взаимную неловкость. Настя прошла к столу и старательно делала вид, что увлечена организацией застолья; я чувствовала себя не в своей тарелке и просто молча сидела, хотя уже было желание встать и уйти. Наконец она прервала молчание:

– А ты давно знакома с Владом?

– Нет, мы сегодня познакомились, – вежливо ответила я, уже продумывая под каким бы предлогом скрыться.

– Понятно… – Настя продолжала колдовать над столом, периодически бросая на меня заинтересованный взгляд, и неожиданно проинформировала, – ты очень похожа на бывшую девушку Влада, я вижу вкусы у него не меняются.

Что мне было на это ответить я не понимала, но решила поддержать разговор.

– Они расстались?

– Да. Перед этим долго встречались и даже хотели пожениться. Но затем она поступила в МГУ и уехала учиться в Москву. Влад долго не мог прийти в себя, ждал, что после учебы она вернётся в Котовск, но увы, расстояние делает своё дело – вся любовь сошла на нет.

У меня возникло ощущение, что я не на своём месте и мне надо немедленно уйти, но придумать, как это сделать пока не могла. Поэтому я вежливо поддерживала разговор:

– Я тоже скоро уезжаю на учебу в Ярославское Театральное училище.

– Да? Печально. Надеюсь, ваши с Владом отношения не зайдут далеко? – Настя задумалась и грустно проронила, – он второе предательство не переживет.

Меня уже начинал раздражать этот разговор: ещё ничего не произошло, ещё непонятно что ко мне испытывает Влад, да и мои чувства только зарождались и были похожи лишь на заинтересованность, поэтому я резко ответила:

– Почему ты думаешь, что у нас с Владом что-то может быть? Мы даже толком не знакомы, а ты уже говоришь о каком-то предательстве!

Настя оторвалась от стола и долго разглядывала меня, подперев голову рукой.

– Потому что я давно знаю Влада. Я сразу увидела, что у него к тебе не просто минутное увлечение, – затем подошла ко мне и с угрозой произнесла, – если ты ничего к нему не испытываешь, не дури парню голову – ему сейчас и так не просто. Лучше езжай в свой Ярославль! – Я резко встала и собралась уходить, но тут дверь распахнулась, и ввалился Лёва, неся под мышкой гитару, а в руках пюпитры и ноты.

– Ну как, вы тут не скучали? – складывая музыкальные инструменты в угол комнаты, весело поприветствовал Лёва.

Настя вскрикнула и подскочила к нему.

– А это ещё что? – она осторожно потрогала синяк под глазом и подула на него, Лёва пытался увернуться.

В дверях появился Влад, затаскивая тяжелый барабан. Настя наехала:

– Влад, что случилось? Вы мне можете рассказать?

– Так, производственные травмы! – отшутился Влад и обратился к Лёве, – Принимай орудие наживы!

Лёва подоспел на помощь, они вместе затащили барабанную установку и разместили в углу комнаты. Настя смочила холодной водой платок и приложила к подбитому глазу, воркуя над Лёвой. Влад подсел ко мне на диван и взял за руку.

– Всё в порядке? – обеспокоенно спросил он.

– Просто уже поздно, я пойду, наверное, – как-то неуверенно пролепетала я.

– Не волнуйся, минут через двадцать пойдём. Перекусим только, – и многозначительно подмигнул мне, – много энергии потратил, махая кулаками. Боюсь до дома не дойду.

– А может вы мне проясните ситуацию, что молчите, как партизаны? – допытывалась Настя, продолжая колдовать над подбитым глазом Лёвы.

– Настюша, ничего страшного не случилось, – приобнял подругу Лёва, – просто шпана Жилковская некорректно вела себя с девушкой – вот мы и разобрались.

– Ну вы, как всегда, вляпываетесь в какие-то мутные истории! – И вдруг спохватившись спросила, – а где все остальные?

– А они пошли домой, решили нас оставить наедине с прекрасными дамами. Очень чуткие коллеги, потому что все женаты! – рассмеялся Влад и, вдруг, вскочил как ошпаренный, – блин, Лёва, остальные инструменты надо затащить, а то разворуют!

Лёва с Владом затащили оставшиеся инструменты, затем наконец расселись за столом и с жадностью накинулись на бутерброды, заботливо приготовленные Настей. Лева открыл бутылку Хереса и высокопарно произнёс:

– А что будут пить наши прекрасные дамы? Вино, Херес?

Я чувствовала себя неловко, тем более никогда не пила спиртное. Да и вообще опыта общения со взрослыми ребятами у меня не было, поэтому скромно ответила:

– Я пить не буду. Съем бутерброд.

– Вот и правильно, – нравоучительно наставляла Настя, – нечего маленьких спаивать. А мне налей белого вина.

Лёва поухаживал за подругой, все чокнулись и выпили. Влад, видимо почувствовал мою скованность, поэтому минут через двадцать нашего застолья он поднялся и извиняющимся тоном произнёс:

– Ребята, я сегодня перепел1, поэтому солировать2 нет настроения, тем более завтра у нас халтура3 намечается. Так что мы пойдём, я Галу провожу до дома. Лёва с пониманием кивнул головой, Настя с ехидной улыбкой помахала нам рукой. После чего, мы наконец оказались на свежем воздухе.

Порыв ночного воздуха обдал наши лица свежестью и ароматными запахами разгорающегося лета. Влад, ничего не говоря, взял меня за руку, и мы молча побрели по парку, направляясь к моему дому. Длинные тени от фонарей изгибались и сопровождали нас. Мы шли по тенистым улицам пустого ночного города; стук наших шагов раздавался гулким эхом, синхронизируясь со стуком моего сердца. Влад всё время мечтательно улыбался и заглядывал мне в глаза. Я спросила:

– Как ты? Я чувствую себя виноватой, что ты пострадал. Ты так быстро среагировал, что я не успела ничего понять. – Влад продолжал улыбаться, – чему ты всё время улыбаешься?

– Просто мне хорошо! Как-то спокойно с тобой, давно я так себя не чувствовал, странно, – он задумался, а потом вдруг спросил, – ты когда уезжаешь на учёбу в Ярославль?

– В конце августа. Занятия с первого сентября начинаются.

– Эх, не везёт мне! – с горечью произнес Влад, – для тебя это важно? Я так понимаю, ты уже не вернёшься в Котовск?

– Не знаю, всё случилось спонтанно. Я ещё не понимаю, нужно мне это или нет. Хотя профессия актрисы меня уже затягивает, – и через паузу философски добавила, – что загадывать – время покажет.

Я чувствовала какое-то раздвоение: с одной стороны я очень стремилась в новую жизнь, с другой – встреча с Владом манила неизведанностью первой любви. Что говорить, он меня поразил своим голосом, рыцарским поведением, да и внешне просто симпатяга и обаяшка. И конечно меня привлекало, что он старше меня, мне льстило его внимание – подобного общения с противоположным полом у меня ещё не было. Мы подошли к моему дому.

– Мы пришли, – с сожалением произнесла я и протянула руку для прощания, – до свидания, мой спаситель! Да уж, вечер был очень насыщенный! – рассмеялась я, вспоминая молниеносную реакцию Влада и его мастерство в кулачном бою.

Влад сжал мою руку, задержал в своей и очень серьёзно, глядя мне в глаза произнёс:

– Приходи завтра вечером на танцы, я буду тебя ждать.

Я находилась в замешательстве – почему я должна приходить к нему на работу? Если он хочет со мной увидеться, почему бы ему не пригласить меня на свидание? В моём видении взаимоотношений между полами складывалась иная картинка развития событий. Я молча обдумывала предложение. Вероятно, Влад почувствовал мои сомнения и стал оправдываться:

– Гала, если бы я был завтра свободен, пригласил бы тебя в кино, на речку, куда угодно. Но нам на завтра подвернулась выгодная халтура, так что днём я работаю. – Затем, вдруг, театрально встал передо мной на колени, раскинул руки в стороны, как бы раскрывая всего себя передо мной, и шутливо продекламировал: – Госпожа, сжальтесь надо мной! Позвольте мне лицезреть ваш прекрасный облик завтра вечером на танцах! Если вы не осчастливите меня своим присутствием, я застрелюсь! – и приставил два пальца к виску, изображая пистолет.

Я заливисто рассмеялась, опустилась перед ним на колени, убрала его руку от виска и поддержала импровизацию:

– Сударь, что вы! Не делайте глупостей! Я с удовольствием посещу ваше вульгарное сборище, только лишь бы вы не стрелялись!

– О! Благодарю вас, моя госпожа! – подползая ближе ко мне, продолжал Влад свой спектакль, – я клянусь, что буду защищать вас от неприличного посягательства. Позвольте облобызать вашу ручку!

Я со смехом протянула ему руку для поцелуя. Влад подобострастно прильнул к ней и поцеловал. Затем помог мне встать с колен, но не отпустил, а мягко притянул к себе, обнял и поцеловал. Это было неожиданно, хотя в глубине души я этого ждала.

Сколько раз в своих грёзах и фантазиях я представляла, как это произойдёт, и каким будет мой первый поцелуй. И вот он случился! С дурманящим запахом уходящего лета, с гуляющим ветром в волосах, с шелестом великанов-тополей, с сияющими с небес звёздами, с покачивающейся в облаках, как в колыбели, луной. Шёпот природы сопровождал наше романтическое свидание своим молчаливым согласием. Я растаяла и полностью отдалась поцелую – этому новому неизведанному ощущению.

Глава 16

С этого вечера мы с Владом встречались каждый день. Я поступилась своими принципами, и как ненормальная бегала каждый вечер к нему на танцы, где терпеливо дожидалась, когда он закончит выступление, умело отбиваясь от назойливых поклонников. Влад всегда чутко наблюдал за мной со сцены, дабы избежать каких-либо эксцессов с отвергнутыми поклонниками, и часто старался подчеркнуть, что я его девушка: объявлял песни для меня, или покидал сцену, отдавая своё «орудие наживы» коллеге и приглашал меня на медленный танец. Вся танцплощадка с интересом наблюдала за нашим романом, который развивался у всех на глазах.

Лена, как и в пору нашей учёбы, всегда и везде была со мной: она не пропускала ни одного вечера, пользуясь успехом у противоположного пола, рядом с ней всегда крутился новый провожатый. Так что после окончания танцев она с ухажером шла домой, а я спешила в каморку, где после работы собирались музыканты. Там мы весело проводили время: пили вино (да-да, я тоже приобщилась к этому веселящему зелью), обсуждали события вечера, музыканты на своем сленге разбирали профессиональные нюансы. С Настей мы подружились, она оказалась нежной и доброй девушкой, бескорыстно преданной своему избраннику – Лёве. На меня она уже не злилась, приняла все обстоятельства моей жизни, и часто, когда музыканты были заняты своими профессиональными спорами, мы секретничали с ней в уголочке, о своём, о женском. С Владом мы встречались не только на танцах, но часто ходили вдвоём на речку, или в кинотеатр, или просто гуляли и ели мороженное. Иногда собирались вместе – Лёва, Настя, Влад и я. Устраивали вечерние посиделки у костра, пели под гитару, жарили сосиски на костре и пили вино. Влад, при всей пылкой любви ко мне, вёл себя корректно, события не торопил, но я чувствовала, что это даётся ему с трудом. Мы целовались как сумасшедшие, но этим всё ограничивалось, хотя я понимала, что он достаточно взрослый и ему нужно больше. Лето проходило насыщенно, интересно, романтично; я совсем позабыла, что скоро надо уезжать на учебу и расстаться с Владом. Приближение осени отрезвило меня. За неделю до отъезда вдруг встала перед выбором. Я успела привязаться к Владу, и уже не стремилась покинуть, вдруг ставший такой уютный и милый городок, и да, сказать по правде, я была безумно влюблена! За день до моего отъезда мы с ребятами решили устроить прощальный ужин с шашлыками, с ночным купанием, недалеко от садовых домиков. Влад с Лёвой разводили костер, занимались подготовкой шашлыков; мы с Настей на расстеленном покрывале резали овощи, готовили бутерброды. И она, воспользовавшись моментом, завела разговор по душам.