Его правила. Мой выбор

Глава 14

Телефон зазвонил около семи утра.

— Алекс, я буду у вас вечером. Хочу увидеть Софию и познакомиться с Анной. Не переживай, я не собираюсь устраивать ей допрос. Мне просто интересно, кто тот человек, которому София настолько доверяет.

— Хорошо. Только постарайся не составлять о ней окончательное мнение за первые десять минут. Я тебя знаю: если человек тебя заинтересовал, ты успеваешь сделать выводы ещё до того, как он успевает сесть напротив тебя.

— Ничего не обещаю.

Эвелин рассмеялась и отключилась.

Алекс положил телефон на стол.

Он знал Эвелин достаточно хорошо, чтобы понимать: если она сказала, что просто хочет познакомиться, значит, именно этим она и займётся. Просто по-своему.

Эвелин приехала около семи вечера.

Она обняла Софию, сняла жакет и заметила на столе книгу.

— Это подарок Анны? Хороший выбор. Видно, что она запомнила, что тебе нравится, а не просто купила что-то, связанное с балетом.

— Она вообще всё запоминает, — сказала София. — Наверное, поэтому я ей и доверяю. И ещё она не боится папу, что для меня уже достаточно серьёзная рекомендация.

Алекс, стоявший у кухонного острова, поднял глаза.

— Очень полезная информация. Рад, что у меня теперь есть официальная оценка от дочери.

Эвелин улыбнулась.

— Теперь мне ещё интереснее с ней познакомиться.

Через два дня Эвелин приехала в академию.

Алекс как раз входил в холл, когда увидел её рядом с Софией.

— Ты могла предупредить меня. Я бы хотя бы понял, чего ждать.

— Могла, но тогда ты бы успел объяснить, какие вопросы мне лучше не задавать. А я предпочитаю сначала увидеть человека сама, особенно если речь идёт о женщине, которая проводит с Софией столько времени.

София уже открывала дверь в зал.

— Я позову мисс Теплинскую.

Через минуту появилась Анна.

— Добрый день.

— Анна, это Эвелин, мама Кэтрин.

— Очень приятно.

— Мне тоже. София хорошо о вас отзывается, а это происходит далеко не со всеми её преподавателями. Похоже, вы сумели найти с ней общий язык.

Анна улыбнулась.

— Она просто довольно избирательна в людях. Если уж кому-то доверяет, то обычно не без причины.

Эвелин кивнула и ещё раз посмотрела на книгу в руках Софии.

— Насколько я понимаю, она серьёзно относится к Нью-Йорку. Мне интересно ваше мнение как педагога: вы считаете, что она действительно готова к такой программе?

Анна немного подумала.

— К интенсивной программе — возможно. А вот готовность в пятнадцать лет самостоятельно жить в другом городе — совсем другой вопрос. Я бы не стала делать вывод только по её таланту или желанию уехать.

— Вот поэтому Алекс и сомневается, — сказала Эвелин. — Я хорошо понимаю его осторожность, хотя иногда он так старается защитить близких, что забывает спросить, нужна ли им именно такая защита.

Анна спокойно ответила:

— Я тоже понимаю его. Но сомневаться и запрещать — не одно и то же.

Алекс посмотрел на неё, но промолчал.

Эвелин не стала развивать тему.

— Вы давно работаете с детьми?

— Почти двадцать лет, в разных местах. В какой-то момент я поняла, что мне нравится именно преподавание: видеть, как человек постепенно начинает понимать собственное тело и перестаёт бояться ошибаться.

— И давно во Флориде?

— Достаточно, чтобы перестать считать месяцы. Я приехала попробовать поработать, а потом обнаружила, что уже не хочу уезжать.

Эвелин улыбнулась.

— Значит, вы здесь остались.

— Да. Иногда решение принимается не потому, что всё заранее продумано, а потому, что однажды понимаешь: назад уже не хочется.

Эвелин задержала на ней взгляд, но больше ничего не спросила.

В коридоре открылась дверь, и несколько учениц вышли из соседнего зала.

Эвелин отошла, пропуская их.

— Пожалуй, я буду вам мешать. Давайте продолжим разговор за обедом, когда вокруг не будет музыки и детей. Я вас приглашаю.

— Хорошо. Думаю, так действительно будет спокойнее.

Эвелин улыбнулась.

— И не беспокойтесь, Алекс не придёт. Мне кажется, без него мы быстрее поймём друг друга.

Анна посмотрела на Алекса.

— Тогда, возможно, разговор и правда получится спокойным.

Эвелин рассмеялась.

— Видишь? Она уже умеет пользоваться твоим отсутствием.

— Я начинаю чувствовать себя лишним, — сказал Алекс.

— Привыкай, — ответила Эвелин и направилась к выходу.

Анна проводила её взглядом.

После разговора Алекс предложил подвезти Анну. Она согласилась, и вскоре они уже ехали по знакомым улицам Майами.

Некоторое время оба молчали.

Потом Алекс сказал:

— Прости за неё. Она умеет задавать вопросы так, что человек начинает отвечать ещё до того, как понимает, что его спросили. И если ты ей действительно интересна, обед может оказаться довольно обстоятельным.

Анна посмотрела в окно.

— Я заметила. Но мне тоже интересно, какой она была до того, как стала твоей тёщей, поэтому, думаю, мы переживём этот обед.

Алекс усмехнулся.

— Тогда я ничего не буду тебе заранее объяснять. Если начну готовить тебя к встрече, ты сразу поймёшь, что я опять пытаюсь всё контролировать.

— Именно поэтому лучше ничего не объясняй. Мне будет интереснее самой понять, с кем я имею дело.

Он улыбнулся и больше ничего не сказал. За стеклом мелькнули пальмы и знакомые улицы. На этот раз Алекс действительно не стал ничего решать заранее.

Глава 15

В субботу утром Анна получила сообщение от Эвелин.

«Если планы не изменились, жду вас в час. Есть место, которое вам понравится».

Анна ответила, что приедет.

К часу она была у небольшого ресторана на берегу. Эвелин уже сидела за столиком у окна.

— Я боялась, что заблудилась, — сказала Анна, снимая очки. — Навигатор зачем-то повёл меня через соседний квартал.

— В этом городе иногда проще ехать по памяти, особенно если знаешь, куда именно едешь.

Анна села напротив.

— Я тоже постепенно к этому пришла. Первые месяцы вообще не понимала, как люди здесь умудряются ездить без навигатора.

Они сделали заказ и сначала заговорили о Софии. О предстоящем выступлении, о репетициях, о программе в Нью-Йорке.

Эвелин расспрашивала о занятиях без прежней осторожности, как будто теперь ей было интересно не просто узнать мнение педагога, а понять, чем именно София так увлечена.

— Она действительно готова к серьёзной программе? — спросила она.

— К самой работе — да. Она хорошо понимает, чего хочет, и умеет трудиться. А вот вопрос самостоятельной жизни в пятнадцать лет совсем другой. Тут я бы не стала отвечать за неё.

— Алекс, наверное, именно поэтому так переживает. Он ведь даже обычную поездку Софии сначала просчитывает так, будто отправляет её на другой конец света.

Анна улыбнулась.

— Он переживает ещё до того, как появляется повод.

Эвелин рассмеялась.

— Это тоже правда. Иногда мне кажется, что он способен составить запасной план ещё до того, как кто-нибудь успеет придумать основной.

К столику подошла женщина.

— Простите, что задержалась. Дорога сегодня совершенно невозможная, а я почему-то решила, что успею быстрее.

Эвелин поднялась.

— Ничего страшного. Ты как раз вовремя.

Женщина наклонилась к ней и быстро что-то сказала, потом заметила Анну.

— Ой, простите. Я не знала, что вы не одна.

— Ничего, — ответила Эвелин. — Познакомьтесь. Это Анна. А это моя дочь Кэтрин.

— Очень приятно.

— Мне тоже. Я заехала буквально на полчаса, но, если я вам мешаю, скажите, и я не буду вас задерживать.

— Ты как раз вовремя, — сказала Эвелин. — Мы говорили о Софии, так что тебе всё равно есть что добавить.

Разговор снова вернулся к Софии.

Кэтрин спросила, как она работает на репетициях, действительно ли дополнительные занятия ей помогают и насколько серьёзно она относится к Нью-Йорку.

Анна рассказала о последних неделях.

— Она стала лучше контролировать себя, когда устает. Раньше начинала торопиться, если что-то не получалось с первого раза. Сейчас чаще останавливается и пытается разобраться.

— Это хорошо, — сказала Кэтрин. — В детстве она была совершенно такой же. Если что-то не выходило, она злилась и начинала делать ещё быстрее. Мы тогда могли по двадцать минут объяснять ей, что от того, что она станет торопиться, ничего не изменится.

— Похоже, мало что изменилось.

— Почти ничего. Только теперь она научилась спорить гораздо убедительнее.

Официант принёс блюда.

Несколько минут все трое ели, и разговор ушёл в сторону от балета. Кэтрин рассказала о работе, Эвелин пожаловалась на жару, Анна вспомнила, как в первый год во Флориде не могла привыкнуть к тому, что здесь даже зимой можно выйти из дома без пальто.

Только когда официант забрал тарелки, Эвелин сказала:

— Кстати, Алекс так и не рассказал тебе, что мы с Кэтрин обсуждали на прошлой неделе. Я случайно упомянула об этом, и теперь, кажется, уже поздно делать вид, что ничего не было.

Анна посмотрела на неё.

— Нет. Но, судя по вашему выражению лица, мне, наверное, лучше сразу спросить, что именно вы обсуждали.

Кэтрин сразу поняла, к чему идёт разговор.

— Мам, только не начинай. Мы уже говорили об этом, и я не хочу превращать сегодняшний обед в продолжение нашего разговора.

— Что? Я просто сказала.

— Ты просто сказала так, будто сейчас будет объявление, а я уже знаю, чем обычно заканчиваются такие объявления.

Эвелин пожала плечами.

— Для меня это важно. Я просто иногда думаю, что люди со временем становятся другими и некоторые вещи можно увидеть иначе.

Кэтрин вздохнула.

— Мам, мы с Алексом давно живём отдельно. У нас нормальные отношения, особенно когда дело касается Софии. Этого мне достаточно, и возвращаться к тому, что было между нами, я не хочу.

— Ты именно это и говоришь, только другими словами.

Эвелин улыбнулась, но спорить не стала.

Кэтрин повернулась к Анне.

— Не обращайте внимания. Она иногда смотрит на старые фотографии и вспоминает, как всё было раньше.

— В этом нет ничего плохого.

— Нет. Просто прошлое от этого не становится настоящим. Мы прожили вместе много лет, потом поняли, что хотим от жизни разного. Ничего страшного не произошло. Просто однажды стало понятно, что дальше каждому лучше отдельно.

Анна кивнула.

— И сейчас вы хорошо общаетесь?

— Да. Иногда спорим из-за Софии, конечно. Было бы странно, если бы мы никогда не спорили. Но мы давно научились заканчивать такие разговоры до того, как они превращаются в старые семейные войны.

Анна улыбнулась.

— Похоже, это полезный навык.

— Особенно с Алексом. Хотя, если честно, с годами он стал проще. Раньше ему было гораздо труднее просто оставить всё как есть и признать, что иногда люди сами знают, чего хотят.

Анна посмотрела на неё.

— Это я уже заметила.

Кэтрин улыбнулась.

— Тогда вам не нужно ничего объяснять.

Эвелин покачала головой.

— Вы обе слишком быстро нашли общий язык. Я уже начинаю подозревать, что зря вообще решила вас познакомить.

— Мы просто говорим о твоём любимом человеке, — ответила Кэтрин.

— Алекс не мой любимый человек, — сухо сказала Эвелин. — Он бывший зять, и я совершенно не собираюсь возвращать себе семейный статус.

Кэтрин рассмеялась.

Анна тоже.

После обеда Кэтрин первой поднялась из-за стола.

— Мне пора. Я обещала забрать Софию вечером, если Алекс не передумает в последний момент, а она уже написала мне три раза.

— Он не передумает, — сказала Эвелин. — Хотя теперь я понимаю, почему ты всё равно предпочитаешь перепроверять.

— Именно поэтому и перепроверяю.

Кэтрин повернулась к Анне.

— Я рада, что мы познакомились. София действительно очень хорошо о вас говорит, и теперь я понимаю, почему ей с вами спокойно.

— Она обычно не тратит слова зря.

— Вот именно. Поэтому я ей и верю.

Кэтрин улыбнулась и ушла.

Эвелин ещё некоторое время сидела за столом.

— Она не хочет его возвращать, — сказала Анна.

— Я знаю. Просто мне всё ещё трудно привыкнуть к тому, что некоторые вещи действительно заканчиваются и уже не зависят от того, чего хочется мне.

Анна посмотрела на неё.

— Это, кажется, важная мысль.

Эвелин посмотрела на неё и тихо рассмеялась.

— Вы сейчас говорите как Анна Теплинская или как человек, который уже слишком много общается с Алексом?

— Пока сама не решила. Но, думаю, со временем разберусь.

Они поднялись из-за стола.

На улице Эвелин обняла её на прощание.

— Передавайте Софии привет и скажите, что бабушка ждёт от неё звонка. Она опять обещала позвонить вечером и наверняка забудет.

— Передам. Хотя не обещаю, что она простит мне такую ответственность.

Эвелин улыбнулась.

Анна пошла к своей машине, а Эвелин осталась ждать водителя.

Уже садясь в машину, Анна заметила на пассажирском сиденье папку с нотами. Она взяла её и положила на заднее сиденье.

Потом завела двигатель и ещё несколько секунд сидела неподвижно.

Встреча оказалась совсем не такой, какой она её себе представляла.

Глава 16

В воскресенье вечером Алекс вернулся домой раньше обычного.

София была наверху. Из её комнаты доносилась музыка, иногда — короткие удары по полу, будто она что-то отрабатывала между домашними заданиями.

Алекс поставил ключи на стол и снял часы.

На журнальном столике лежала раскрытая коробка со старыми фотографиями.

Он остановился.

Эвелин привезла её на прошлой неделе, когда в очередной раз решила разобрать вещи в доме Кэтрин. Алекс собирался убрать коробку в шкаф, но так и не дошёл до этого.

Он сел на край дивана и взял верхнюю фотографию.

Кэтрин была совсем молодой. Светлые волосы короче, чем сейчас, на ней простое платье, а рядом стоял он — ещё без привычной уверенности, без дорогого костюма, с нелепо длинными волосами и выражением человека, который не понимал, зачем вообще нужно фотографироваться.

Алекс усмехнулся.

— Господи.

Он переложил фотографию на другую.

Вот София совсем маленькая. Сидит у него на плечах и тянет его за волосы. Ему было чуть больше тридцати, и он тогда почти не спал, потому что пытался одновременно заниматься первым большим отелем и быть отцом.

Следующая фотография была сделана на пляже.

Кэтрин держала Софию за руку, а он стоял рядом.

Обычный день.

Обычная семья.

На следующей фотографии была Элизабет.

Его мать сидела в кресле на веранде семейного дома и смотрела в камеру с тем выражением лица, которое Алекс помнил лучше любого снимка.

Он задержал фотографию в руках.

Иногда ему казалось, что мать умела замечать в людях то, что они сами ещё не понимали.

Он положил снимок обратно.

На дне коробки лежала фотография, которую он раньше не видел.

Эвелин и Кэтрин стояли возле праздничного стола, София ещё совсем маленькая сидела на руках у Кэтрин, а сам Алекс смотрел куда-то в сторону, разговаривая с кем-то за пределами кадра.

Анны там, конечно, не было.

Эта мысль пришла совершенно неожиданно.

Он положил фотографию на стол.

— Пап?

Алекс поднял голову.

София стояла на лестнице.

— Ты опять достал эту коробку?

— Да. Не успел убрать.

Она спустилась и села рядом.

— Покажи.

София взяла одну фотографию.

— Здесь я ещё маленькая.

— Ты тогда заставила меня купить тебе ту огромную жёлтую кепку.

— Она была красивая.

— Она была ужасная.

— Тебе просто не нравился цвет.

— Мне не нравился сам факт её существования.

София рассмеялась.

Несколько секунд они молча смотрели на фотографии.

Потом она положила снимок обратно и достала телефон.

— Пап, я хотела с тобой поговорить.

Алекс сразу понял, о чём.

— Про Нью-Йорк?

— А о чём ещё?

Он отложил фотографии.

— Хорошо. Давай.

София открыла телефон и протянула ему.

— Я всё ещё хочу подать документы. Там принимают с пятнадцати лет, есть общежитие и куратор для несовершеннолетних. Я даже поговорила с девочкой, которая училась там в прошлом году.

Алекс пролистал страницу.

— Ты уверена, что готова жить там одна?

— Я не говорю, что уже готова. Я говорю, что хочу попробовать и разобраться.

Он вернул ей телефон.

— Для меня это не так просто. Ты моя дочь, и я не могу спокойно представить, что ты уезжаешь в другой город одна.

София посмотрела на него.

— Я понимаю. Но если ты каждый раз будешь решать, что мне ещё рано, я никогда не узнаю, готова я или нет.

Алекс несколько секунд молчал.

— Я не обещаю, что в конце соглашусь.

— Не надо. Просто не говори «нет» заранее.

Он кивнул.

— Хорошо. Я поговорю с людьми из программы, посмотрю условия, жильё, правила. Вместе.

— Вместе — хорошо.

— Но решение пока не принято.

— Я знаю.

Она встала.

— Только не начинай всё проверять так, будто ищешь причину меня остановить.

Алекс посмотрел на неё.

— Постараюсь.

— Уже неплохо.

Она пошла к лестнице.

— София.

Она обернулась.

— Я правда постараюсь.

— Я знаю.

Она поднялась наверх.

Алекс остался один.

На столе лежали старые фотографии.

Он посмотрел на снимок, где держал маленькую Софию на руках.

Тогда он точно знал, что ей нужно.

Сейчас впервые пришлось признать, что этого знания больше недостаточно.

Анна приехала около восьми.

Алекс открыл дверь ещё до того, как она успела позвонить.

— Ты рано.

— София сказала, что ты хотел меня видеть.

— Хотел.

Она вошла и сняла лёгкую куртку.

— Что случилось?

Алекс посмотрел на неё.

— Ничего. Просто хотел увидеть тебя.

Анна улыбнулась.

— Это неожиданно честный ответ.

— Я тренируюсь.

— Заметно.

Они прошли в гостиную.

Анна остановилась у журнального столика.

— Фотографии?

— Нашёл старую коробку.

Она взяла один снимок, но почти сразу положила обратно.

— Не буду вмешиваться.

— Почему? Это просто фотографии.

— Потому что там ваша семья.

Алекс несколько секунд молчал.

— Ты вчера виделась с Кэтрин.

— Да.

— Она что-нибудь говорила о Нью-Йорке?

— Только то, что считает желание Софии серьёзным. А почему?

Алекс посмотрел на коробку.

— Сегодня София принесла мне почти готовый план поступления. Даты, документы, стоимость, общежитие. Она даже поговорила с одной из выпускниц.

Анна улыбнулась.

— Значит, она действительно подготовилась.

— Да. Поэтому я решил хотя бы разобраться, а не спорить с ней вслепую.

Анна посмотрела на него.

— Это уже похоже на хороший план.

Алекс сел на диван.

— Мне гораздо проще проверить всё самому. Школу, жильё, людей, документы. Найти слабое место и решить, можно ли его закрыть.

— А если слабого места не найдётся?

Алекс усмехнулся.

— Тогда придётся искать другое.

Анна посмотрела на него.

— Вот этого я бы не делала.

— Я знаю.

— Не уверена, что знаешь.

Он поднял глаза.

— Я согласился разобраться. Пока только это.

— Тогда уже хорошо.

Алекс помолчал.

— Я не хочу, чтобы она уехала.

Анна ничего не ответила.

Он несколько секунд смотрел на неё, потом добавил:

— Наверное, пока мне достаточно просто признать это.

Анна села напротив.

— Тогда пока не надо решать, чем всё закончится. Посмотри, что она подготовила. Поговори с ней. Задай вопросы. А потом уже будете решать.

Алекс посмотрел на неё.

— Ты сейчас опять слишком близко подошла к ответу.

— Я не отвечаю за тебя.

— Это я уже понял.

Он усмехнулся.

— А если она ошибётся?

— Тогда ей придётся с этим разобраться.

Алекс кивнул.

— Я посмотрю программу. Сам.

Анна улыбнулась.

— Хорошо.

— Но это не значит, что я уже согласился.

— Я знаю.

Она поднялась.

— Мне пора. Завтра утром занятия.

Алекс тоже встал.

У двери Анна остановилась.

— Только не превращай это в войну с Софией.

— Не обещаю.

— Тогда хотя бы не начинай её первым.

Он посмотрел на неё.

— Постараюсь.

Анна надела куртку.

— Спокойной ночи, Алекс.

— Спокойной.

Она вышла.

Алекс вернулся в гостиную.

На столе лежал телефон.

Он снова открыл сайт программы.

На этот раз не стал смотреть стоимость.

Нашёл раздел для родителей несовершеннолетних студентов и начал читать условия проживания.

Потом открыл страницу с контактами.

Записал номер руководителя программы.

Он всё ещё не хотел, чтобы София уезжала.

Но впервые собирался разобраться не в том, как её остановить, а в том, куда именно она хочет поехать.

Глава 17

В субботу Анна собиралась провести дома весь день.

За неделю накопилось столько мелких дел, что к утру они уже казались вполне серьёзными. Нужно было постирать бельё, купить продукты, ответить на письма родителей и наконец разобрать папку с документами, которая лежала на кухонном столе с прошлого месяца.

К двум часам она успела почти всё. Осталось только вымыть пол и решить, что приготовить на ужин.

Анна как раз стояла перед открытым холодильником, когда позвонил Алекс.

— Я хотел предложить тебе провести вечер на воде, — сказал он. — Без ресторанов, гостей и разговоров о работе. Просто покатаемся, поужинаем где-нибудь у берега. У тебя есть другие планы?

Анна посмотрела на ведро и швабру посреди кухни.

— Были. Но, кажется, я готова их пересмотреть.

— Надеюсь, я не отвлекаю тебя от чего-то важного.

— От мытья пола. У тебя серьёзная конкуренция.

Алекс рассмеялся.

— Тогда я заеду за тобой в шесть.

— Лучше я сама доберусь. Скажи, куда ехать.

Он назвал небольшую пристань недалеко от Коконат-Гроув и предупредил, что стоит надеть что-нибудь удобное.

Анна закончила уборку, приняла душ и некоторое время выбирала между платьем и лёгкими брюками. В конце концов остановилась на брюках, белой майке и свободной льняной рубашке. Волосы оставила распущенными, взяла сумку и вышла из дома.

По дороге она поймала себя на том, что улыбается, вспоминая его звонок.

Раньше Алекс всегда появлялся по какому-нибудь делу: привезти Софию, обсудить занятия, предложить помощь. Теперь он просто позвонил, потому что хотел провести с ней вечер.

Ей нравилась эта перемена.

На пристани Алекс ждал возле небольшой моторной лодки.

На нём были светлые брюки и тёмно-синяя рубашка с закатанными рукавами. Он разговаривал с мужчиной в выцветшей бейсболке, но, заметив Анну, закончил разговор и пошёл ей навстречу.

— Ты вовремя.

— Я старалась. Хотя не ожидала, что у тебя найдётся лодка, на которой можно обойтись без команды.

— Это самая обычная лодка. Я иногда выхожу на ней один.

Анна посмотрела на аккуратный белый корпус, мягкие сиденья и блестящие металлические поручни.

— У нас, видимо, немного разные представления об обычных вещах.

Алекс улыбнулся и помог ей подняться на борт.

Внутри стояла сумка-холодильник, лежали полотенца и несколько бутылок воды. Анна устроилась на сиденье, пока он отвязывал швартовы.

— А куда мы плывём?

— Есть одно место недалеко отсюда. Там обычно спокойно, можно остановиться и поужинать.

— Звучит хорошо.

Он завёл двигатель, и лодка медленно отошла от причала.

Сначала они шли вдоль берега. По одну сторону тянулись дома с террасами и собственными причалами, по другую открывалась вода. Мимо прошла яхта, оставив за собой широкую полосу пены, и Алекс немного сбавил скорость, чтобы переждать волну.

Анна держала волосы рукой, но вскоре оставила попытки сохранить причёску. Ветер всё равно делал с ними что хотел.

— Ты часто здесь бываешь? — спросила она.

— Раньше чаще. Когда София была маленькой, мы иногда выходили вместе. Она любила сидеть впереди и показывать, куда мне плыть, хотя понятия не имела, что находится в той стороне.