- -
- 100%
- +
Предисловие.
Я приглаживаю лохматые волосы, вытираю намокшие глаза. Руки трясутся, но я все равно нажимаю на кнопку записи. Зеленая точка сменилась красной.
— Честно… я даже не знаю, с чего начать. Наверное, вы все уже видели…
Мой голос дрожит. Я замолкаю и сглатываю. Смотрю в камеру, обращаясь к тем, кто увидит это позже.
— Долгое время вы знали меня как LYSS. Но вы не знали, как меня зовут, сколько мне лет и как я выгляжу, — сделав небольшую паузу, я глубоко вздыхаю воздух, закусывая губу. — Наверное, каждый представлял меня по-своему: смелой, бесстрашной, загадочной. Девушкой, которая не боится темноты, высоты, заброшенных мест и неизвестности.
Я замолкаю, потому что хочется рассмеяться. Смелость — это последнее, что я сейчас чувствую.
— Но правда совсем другая. Я не такая. Когда-то я доверилась человеку, рядом с которым, как мне казалось, я могла быть собой. Мне не нужно было думать, как я выгляжу, что говорю или как смеюсь. Но я ошиблась. То, что должно было остаться между нами, увидели сотни людей. Надо мной смеялись, меня обсуждали. Именно тогда появилась LYSS. А черная маска стала моей защитой. Способом спрятаться…
Я снова смотрю в камеру. Сейчас я должна сказать то, что надо было очень давно.
— Многие писали, что LYSS ничего не боится. Но на самом деле LYSS появилась именно из-за страха. Страха снова стать поводом для насмешек. Страха снова потерять контроль над своей жизнью. Сейчас ситуация снова повторилась. Но иногда жизнь сама заставляет перестать прятаться. Поэтому… сегодня я хочу показать вам, кто я на самом деле.
Я вновь набираю в легкие побольше воздуха, как перед прыжком в ледяную воду. Надеюсь, не захлебнусь.
Глава 1.
Резкий, вибрирующий вой, ворвался в сон, разрывая его, словно дешевую бумагу. Я дернулась, скидывая одеяло и вслепую зашерудила по тумбочке рукой в поисках телефона.
— Черт, — я выдохнула, когда вступление сменилось хрипловатым голосом солиста когда-то любимой группы. Кто же знал, что ежедневное пробуждение от этой песни не будет таким же приятным, как ее прослушивание на повторе. А каждый гитарный перебор станет причиной увеличения моего утреннего раздражения.
Но пытка длилась недолго. Победно нащупав пластиковый корпус, я притянула смартфон к себе, успев прекратить этот кошмар до начала припева. Тишина, наступившая вслед за этим, показалась мне благословенной, но обманчивой.
— Алиса, пора вставать, — голос из-за двери резанул по нервам острее, чем будильник, заставив меня натянуть одеяло обратно.
— Она умерла. Примите мои соболезнования, Елена Николаевна.
Дверь с грохотом распахнулась. Не церемонясь, мама уверенно зашагала к окну, отдернув плотные черные шторы, и также молниеносно вернувшись к моей кровати.
— Очень смешно, — безжалостно стянув одеяло, мама ободрительно шлепнула ладонью по моей ноге и тут же направилась к выходу. — Надо было ложиться раньше, а не сидеть всю ночь в телефоне.
Спорить было бесполезно. Возможно, и правда не стоило ложиться за три часа до будильника перед первым учебным днем в новой школе.
Встав с кровати, я потянулась, чувствуя, как каждый сустав протестует против раннего подъема и побрела в ванную, чтобы после быстрой утренней рутины вернуться обратно к старому шкафу-купе. Игнорируя собственное неряшливое отражение в зеркале, я дернула дверку вбок, сразу натыкаясь взглядом на сиротливо висевшее внутри белое платье. Среди мешковатых и спортивных темных вещей, оно выглядело почти чужеродно.
Недовольно скривившись, я все же вытянула вешалку из шкафа и резко кинула ту на кровать с такой ненавистью, словно она или платье на ней уже авансом испортили мне весь день.
Вчерашний спор с матерью я проиграла вчистую.
Первый день в новой школе, Алиса. Надо хотя бы в него попытаться произвести хорошее впечатление.
Такое перефразирование известной поговорки про одежку, к моему великому сожалению, не терпело никакого оспаривания. Несмотря на все аргументы мама оставалась непреклонна, в конце-концов и вручив мне это недоразумение с требованием надеть.
Я снова тяжело вздохнула, понимая, что выхода нет. Минута, и вот я уже стою перед зеркалом, в этот раз разглядывая себя с ног до головы. Белое платье делало меня бледнее, чем обычно, а растрепанные после сна волосы смотрелись дико на фоне этого благопристойного наряда. Я провела ладонью по лицу, будто пытаясь стереть усталость и потянулась за расческой. Несколько четких движений не особо изменили общую картину, но выйти из положения помогли пара, прицепленных наугад, серебристых заколок, и легкий макияж. Криво, но сойдет.
— Алиса! — голос мамы снова догоняет меня уже в прихожей, когда я обуваюсь, закинув сумку на плечо. — Поешь что-нибудь. Целый день же в школе будешь!
— До вечера!
Убежать от очередного спора было легче, чем выиграть в нем, поэтому выскочив за дверь, я быстро спускаюсь по ступенькам лестничной клетки.
Мы переехали пару месяцев назад. Все случилось так стремительно, что я даже не успела осознать, каким образом опустела наша квартира, а мы оказались на вокзале, ожидая поезд «Москва — Верск».
После оживленной столицы, новый город казался подозрительно тихим и нарочно медленным. Раскинувшиеся среди холмов пустые улицы здесь то карабкались вверх между домами, то внезапно срывались вниз. А вместо привычных голубей где-то высоко над моей головой кричали чайки, направляясь к морю, которое было видно почти с любой точки.
Такими разрозненными картинами я успела увидеть Верск из окна такси, пока мы с мамой, кое-как запихнув в багажник свои вещи, ехали домой.
В новой школе я уже была раньше. В первый раз, когда подавала документы, и потом — во второй — на собеседовании с директором. Дорога туда занимала минут пятнадцать, если не застревать на одном из крутых подъемов, где автобусы тяжело взбирались вверх, шумно переключая передачи, а ветер с моря за их окнами вдруг становится особенно заметным.
Уже на пороге школы я почувствовала легкое головокружение. Ладони вспотели. Я неуверенно толкнула дверь и шагнула внутрь. В здании было пусто и тихо. Где-то за несколькими стенами глухо гудели голоса преподавателей и учеников, но ни на лестнице, ни в длинном коридоре с бледными стенами и табличками на дверях не было ни души. Звонок, как назло, прозвенел давно. Я знала это, потому что слышала тот еще на подходе к школе. Вытащив телефон из сумки, я открыла расписание.
Десятый «А». Кабинет 312. Третий этаж.
Коридор делал поворот, потом еще один, после которого я окончательно запуталась в бесконечной череде одинаковых дверей и табличек. Заприметив широкий подоконник у окна, я забралась на него с ногами, прислонившись затылком к нагревшемуся стеклу.
— Эй.
Хрипловатый голос раздался откуда-то сбоку, заставив меня вздрогнуть.
— Че не на уроке? Не видел тебя раньше… Потерялась? — чуть впереди стоял парень с обесцвеченными волосами, выбивающимися из-под красной банданы.
— Да… Где здесь кабинет 312? — опешив, я быстро спрыгнула с подоконника, поправляя платье и наблюдая, как парень делает несколько шагов вперед. По его рукам скользнул солнечный свет, и я заметила, как на них блеснул металл. Почти на каждом из его пальцев поблескивали кольца, а в левом ухе красовалась черная сережка.
Однако больше меня поразило его лицо. Расслабленное, с чуть прикрытыми глазами и широкой самодовольной улыбкой. Словно он кайфовал просто от того, что существует.
— Десятый «А», — не получив ответа, я слегка взволнованно заправила прядку волос за ухо. — Я искала сама, но тут все кабинеты…
— О, так мы теперь одноклассники? — перебил он, и улыбка стала еще шире. — Давай провожу.
Парень чуть склонил голову, разглядывая меня пару секунд с легким прищуром, а потом вдруг резко прихватил за плечо — не грубо, скорее так, будто мы знакомы уже сто лет.
— Я Матвей, — бросил он через плечо, уверенно шагая вперед, не убирая руки. — Ну или можно просто Мотя.
— Алиса, — ответила я, прибавляя шаг, чтобы не отставать. — Алиса Орлова.
— Орлова, — повторил Матвей, будто бы пробуя мою фамилию на вкус. — Красиво. Тебе идет. В отличие от этого платья… Оно, так скажем, явно не твое, что ли…
Природа, видимо, решила пошутить надо мной, когда наградила внешностью, не сопоставимой с повадками и характером. Глазами, например, в которых, как говорят, можно утонуть. Большими, зелеными, которые обычно красиво описывали в дурацких романах. Чтобы хотя бы немного отвести от них внимание, я не так давно осветлила прядку своих длинных вьющихся волос. А после, поняв, что это не особо помогает, проколола нос, украсив его септумом с двумя маленькими камушками.
Конечно же, внимание окружающих это не притупило, а наоборот.
Со стороны я казалась уверенной. Может, даже слишком. Наверное, так должен выглядеть человек, который знает, чего хочет и не боится смотреть в глаза. Но это только с виду.
На самом деле, я просто умела держать непоколебимое выражение лица, даже, когда внутри все дрожало.
И пока сверстники глазели на меня с еще большим интересом, я прятала худощавое тело за мешковатой одеждой, натягивая на себя широкие джинсы, футболки и толстовки на пару размеров больше. Так было спокойнее.
Но сейчас это не работало. Под пристальным взглядом Матвея я почувствовала себя еще более уязвимой, чем обычно, от чего щеки начали предательски гореть.
— Можешь, кстати, сесть со мной. Покажу тебе местные порядки. А то замучаешься одна, — не дожидаясь ответа, Матвей толкнул дверь, утаскивая меня за собой в кабинет.
Несмотря на уже давно прозвеневший звонок, в классе было шумно. У доски стояла невысокая женщина в строгом костюме с короткой стрижкой и очками на цепочке.
— Доброе утро, Татьяна Васильевна, Я скучал. Два дня без вас — это просто пытка. Честно. Думал о вас каждую минуту, — раскинув руки в стороны, парень сделал пару шагов вперед навстречу обернувшейся на его крики учительницы.
— Ох, Матвей… Я тоже по тебе скучала. Особенно по твоим опозданиям, — по классу пробежали смешки, а Татьяна Васильевна усмехнулась, заглядывая ученику за плечо и наконец замечая меня, которая пару дней назад еле-еле влезла в проходной балл. — А ты, наверное, наша новенькая? Алиса, правильно? Проходи, не стесняйся. Я как раз собиралась объявить классу, что у нас пополнение.
— Я ее нашел! — в голосе Моти звучала неприкрытая гордость. — Представляете, сидела на подоконнике. Потерялась. Видите, как хорошо, что я опоздал.
Учительница улыбнулась, качая головой:
— Ну, герой. Проходите, садитесь. Алиса, ты пока посмотри свободные места, где тебе было бы удобно?
Медленно пройдя вслед за Матвеем вглубь кабинета, я осторожно прислушалась к перешептываниям и смешкам, волной прокатившимся к задним партам. Разглядывали меня с неприкрытым любопытством, несколько человек улыбнулись, но большинство как будто и вовсе не придало значения такому важному для меня событию.
— Так, класс! — Татьяна Васильевна хлопнула в ладоши, привлекая внимание. — Доброе утро. У нас, как вы поняли, новенькая, Алиса Орлова. Переехала из Москвы. Надеюсь, вы встретите ее дружелюбно и поможете освоиться. А теперь открывайте тетради…
Сев за последнюю парту, я выдохнула и посмотрела в окно. За стеклом кружили чайки, где-то вдалеке блестело море. Казалось, что и этот город, и эта школа, и этот странный парень с кольцами — все это какой-то неправильный сон, из которого я вот-вот должна была проснуться.
***
Как и ожидалось, день тянулся бесконечно. Я практически не слушала учителей, механически записывая что-то в одну и ту же тетрадь, изредка переводя взгляд на настенные часы.
— Ну что, Алиса Орлова, — к концу пятого урока Матвей резко вскочил, оперевшись рукой о парту, от чего кольца тихо звякнули. — Пойдем?
После похода в столовую пару уроков назад, я уже поняла, что новому приятелю едва ли нужно мое согласие. Возомнив себя гидом, он каждую перемену таскал меня по разным уголкам школы, рассказывая местные сплетни. В этот раз в качестве достопримечательности выступила курилка. Она находилась в небольшом проеме между школой и забором, куда мы прошмыгнули мимо седого охранника.
— Видала? — остановившись, Мотя кивнул на кирпичную стену, покрытую слоями граффити. В центре, на уровне его груди черным маркером было выведено «Гришаня RIP”. Буквы были немного неровными, но надпись выглядела свежей. Ее явно переодически обновляли. Чуть ниже, я заметила маленькие темные пятнышки. Кровь. Старая и почти въевшаяся в камень. — Здесь два года назад одного пацана нормально так отмудохали. Вон даже кровь осталась.
Я сглотнула, втягивая запах сырости носом и слегка нахмурилась, глядя на Матвея:
— И за что его так?
— А хрен его знает, — парень пожал плечами и слегка наклонил голову снова разглядывая надпись. — Может наговорил чего лишнего, может девочку не поделили. Мне Егор так и не рассказал.
Он замолчал, а потом добавил чуть тише:
— Но прикол в том, что они друзьями были. Ну, знаешь, там выросли в одном дворе, в футбол вместе гоняли… А потом — раз, и все.
Я перевела взгляд с надписи на него. Лицо Матвея снова стало тем же — расслабленным, почти довольным, будто он рассказывал что-то забавное, а не историю о предательстве.
— И что с ним сейчас? — я почувствовала, как в животе свернулся нервный комок. — Он живой? Надпись интересная такая.
— А я не говорил? — Матвей усмехнулся и достав из кармана пачку сигарет, выбил одну и поднес к губам, но, прежде чем закурить, протянул ее мне. Я, не раздумывая, взяла и, прикурив от его зажигалки, глубоко затянулась. Горький дым неприятно обжег горло. — Он же со мной в прошлом году сидел. Гришаня. После этого случая батя его в Лондон отправил. Якобы там безопаснее.
— Ты серьезно? — я уставилась на него, не веря своим ушам. Я едва ли могла подумать, что кто-то в этой глубинке способен на такие резкие перемены в жизни.
— Абсолютно. Я на него в Линке подписан до сих пор. Вижу иногда его пафосные фотки — Биг-Бен, дорогие рестораны. А у нас тут только такая память осталась.
Затушив окурок, он повернулся ко мне и в его взгляде мелькнуло что-то странное, почти насмешливое.
— Как тебя в Линке найти, кстати? Могу скинуть, поглядишь на него. Будешь знать, куда мечтать.
— В линке? — настороженно приподняв бровь, я сама поразилась своему актерскому мастерству, увидев удивленное лицо Матвея напротив.
— Да ну, Орлова? Ты вроде из Москвы приехала, а не из глухой деревни. Как можно не знать Линк?
Сделав последнюю затяжку, я пожала плечами, выпуская дым в сырой воздух:
— Я предпочитаю живое общение. А в соцсетях все понарошку. Люди строят из себя тех, кем не являются. Мне для этого школы хватает.
Матвей усмехнулся, снова бросил взгляд на мое платье. Здесь, в темном уголке за школой оно как будто нарочно казалось еще белее.
— Ладно. Давай хотя бы номерочками обменяемся. Вдруг снова потеряешься.
Я чуть заметно улыбнулась, но ничего не ответила.
— Погоди. А мемы? Ты хоть знаешь, что это такое?
— Да я знаю, что такое мемы! — Из моего рта вырвался смешок.
Матвей, наблюдая за тем, как я пыталась сохранить серьезный вид, спросил с нескрываемым любопытством:
— Слушай, а чего вы вообще переехали, если не секрет? Не обижайся, но наш городок-то по сравнению со столицей почти деревня.
— Родители развелись. И пару недель назад мама сказала… — я осеклась, прокручивая в голове недавние воспоминания. Странно пересказывать это все незнакомому парню. Едва ли ему интересно, как именно рухнула наша семья. Как ушел отец, а мы собрали чемоданы и уехали в этот тихий чужой город, оставив позади все, чтобы было родным.
Матвей, кажется, заметил мое замешательство, но не давил, молча ожидая продолжения. В этот момент в кармане рюкзака завибрировал телефон, который молниеносно оказался в моей руке.
2 непрочитанных уведомления.
Link
Mariaaaa_Volkova: Ну как первый день в школе?
Mariaaaa_Volkova: Много пацанов симпотных? :))))
Mariaaaa_Volkova: Отправил(а) фото.
Я улыбнулась, глядя в экран. Маша, оставшаяся в Москве, была моим последним островком стабильности. Мы подружились еще в средней школе и с тех пор были не разлей вода. Прямо как парни из недавней истории Матвея.
Отодвинув неприятные ассоциации, я быстро застучала пальцами по экрану, печатая подруге ответное сообщение.
— Че такая счастливая? — голос Моти раздался слишком близко, и я почувствовала, как он повис над моим плечом, пытаясь заглянуть в экран.
Я резко заблокировала экран, поворачиваясь к однокласснику с настороженным видом.
— Ого, — Матвей усмехнулся, делая шаг назад и поднимая руки в пораженческом жесте. Его кольца блеснули в тусклом свете. — Экран потух быстрее, чем я успел моргнуть. Ты сто процентов что-то скрываешь, Орлова.
— Просто подруга написала. Ничего такого.
— Ага, подруга… — саркастично протянул Матвей, разворачиваясь в сторону автобусной остановки. — Пошли, подруга, покатаю на местном транспорте.
Согласившись, я дала Матвею возможность отойти чуть вперед и быстро напечатала ответное сообщение подруге.
Link
LYSS: Как буду дома наберу!
***
Едва переступив порог квартиры, я с тихим щелчком закрыла за собой дверь. Сумка с глухим стуком упала на пол прихожей и, медленно стянув с себя ботинки, я направилась в спальню.
В квартире было тихо, видимо, мама все еще не вернулась с работы. Рухнув на кровать, я почувствовала, как матрас мягко продавился под моим весом, словно впитывая всю усталость. Я лежала неподвижно, уставившись в потолок, прислушиваясь к тишине квартиры и пытаясь разложить по полочкам произошедшие за день события. Первый учебный день был не таким страшным, как я ожидала, но все равно выматывающим.
Я закрыла глаза, но через пару минут, перевернувшись на бок, разблокировала экран и набрала номер.
— Привет! Извини, не могла сразу ответить.
— Наконец-то! Ну как ты там? Привет! — радостный голос подруги прозвучал так громко, что я невольно отодвинула телефон от уха и поморщилась, улыбаясь.
— В целом все хорошо, только опоздала.
— Не удивлена. Как одноклассники?
Я вздохнула, и слегка поджала ноги, смотря в потолок, будто там можно было найти ответ.
— Пока толком ни с кем не успела пообщаться. Только с соседом по парте. Матвей зовут.
— Красивый?
— Не знаю… Тебе бы, наверное, понравился. Ты любишь таких… энергичных, — я рассмеялась и перекатилась на спину, закидывая руку на лоб.
— Та-а-ак…
— Да перестань, — я снова засмеялась. — Он просто забавный. Провел мне сегодня экскурсию по школе. Может я бы и дальше общалась с ним время от времени.
— Время от времени? Значит все-таки понравился? — подруга усмехнулась, заставив меня снова закатить глаза.
— Да не начинай. Я пока не думала об этом. Сегодня же был всего лишь первый день. Я просто плыла по течению, — я на секунду замялась. — Вообще, я думала, будет хуже.
Я медленно поднялась и переместилась на край кровати, посмотрев в сторону окна, подбирая слова.
— После Москвы тут все такое медленное… и море рядом. Как будто я приехала в бесконечный отпуск.
***
Лес вокруг намеренно поглотил все звуки города, оставив только редкие шорохи и дыхание ветра. Здесь, вдали от уличных фонарей, на небе отчетливо было видно звезды. Я стояла у края старой дороги, где асфальт давно потрескался, уступив место молодой траве. Впереди, среди деревьев, возвышалось заброшенное здание — массивное, когда-то величественное, теперь словно забытое временем. Его фасад с колоннами и арочными окнами выглядел чужеродно в этой лесной глуши, будто кто-то просто перенес сюда кусок разрушенного города и оставил умирать.
За несколько часов до этого мама неохотно, но все же согласилась отпустить меня на ночную прогулку по окрестностям. Во время получасовых уговоров, она смотрела на меня настороженно и внимательно, как умеют только матери, но усталость взяла свое — и она кивнула. «Только недолго и напиши, когда вернешься», — сказала она, уже возвращаясь к своим делам, не подозревая, что «прогулка по городу» на самом деле ведет в лес, туда, где нет ни фонарей, ни людей.
Телефон в руке подрагивал от холода. На экране уже был открыта вкладка со стримом. Я натянула балаклаву с головы на лицо, поправила прорези для глаз, чтобы те не сползали на веки. Глубоко вдохнула, на секунду оглянулась на темную линию деревьев за спиной и нажала на кнопку «Начать эфир».
— Всем привет… — я тут же заставила себя улыбнуться, хотя под маской этого все равно не было заметно. — Я сейчас в очень необычном месте. Вы не поверите, куда я забралась.
Камера дрогнула и поднялась, показывая фасад заброшенного здания. Ветер прошелся по листьям деревьев, и где-то в глубине леса что-то тихо треснуло, будто ответило на мои слова.
— Перед нами заброшенная гостиница. По поводу ее закрытия ходит много слухов, — я медленно перевела камеру на темные окна второго этажа. — Одни говорят, что она просто стала нерентабельной. Другие уверяют, что после одного странного случая отсюда начали массово увольняться сотрудники, а потом гостиницу закрыли совсем. Документов почти не осталось, так что теперь это место обросло десятками легенд.
Я переступила через перекошенный дверной проем. Тяжелая металлическая дверь давно сорвалась с петель и лежала у стены, почти полностью скрытая слоем листьев и пыли.
— Но, очевидно, мы пришли сюда не страшилки слушать. Я нашла идеальную стену на первом этаже — старый холл с колоннами. Ночной свет туда падает как раз так, что краска будет смотреться нереально. Пойдемте смотреть, а заодно разведаем обстановку.
Gde_ya: Мы скучали!!!
Probablysleeping: Давно не выходила.
Zzkich: Это где.
— Привет, привет… — продолжила я уже увереннее, шагнув ближе к входу. — Да, давно, сейчас возвращаюсь в прежний режим. Что рисовать — пока секрет, но эскиз у меня с собой.
Я переступила через перекошенный дверной проем. Тяжелая металлическая дверь давно сорвалась с петель и лежала у стены, почти полностью скрытая слоем листьев и пыли.
Внутри сразу стало еще холоднее. Луч фонарика осветил широкий вестибюль. Потолок местами обрушился, и сквозь огромные проломы виднелось ночное небо. На полу валялись куски штукатурки, сгнившие деревянные балки и осколки стекла. Когда-то здесь была мраморная плитка, но теперь ее покрывали толстый слой грязи, мох и тонкие корни деревьев, пробившиеся сквозь трещины.
Справа тянулась длинная стойка, напоминавшая стойку регистрации. За ней стояли покосившиеся металлические шкафы с вырванными дверцами. На одной из стен еще угадывались выцветшие таблички, но буквы настолько стерлись, что прочитать их было невозможно.
Я навряд ли была здесь первой. Поверх старой облупившейся краски наслаивались десятки разноцветных надписей, тегов, дат посещений, уходившие на несколько лет назад. Между ними попадались стрелки с подписями «крыша», «подвал», «опасно» и просто бессмысленные каракули, оставленные очередными любителями заброшек.
— Ну да... — я усмехнулась, проводя камерой вдоль стены. — Все самые интересные места уже давно нашли до нас.
Каждый мой шаг отзывался глухим эхом.
— Вау... — мой голос невольно перешел на шепот. — Она гораздо больше, чем я ожидала.
Я медленно повернула камеру, показывая просторный холл. В глубине начиналась широкая лестница с резными перилами. Часть ступеней отсутствовала, а остальные покрывал толстый слой пыли.
Revenggehalf: Это похоже на старую больницу.
Piknitt: Не ходи одна наверх.
Npc2008: Какая атмосфера... аж мурашки.