Потомки небес

— Я не чувствую этого.

— Конечно, потому как ты ничего не делаешь, чтобы развить в себе эти качества.

— Антей, что ты от меня хочешь? – устало закатила я глаза.

— Я хочу, чтобы ты подумала над своим поведением, а заодно пересмотрела свое отношение к Каю.

— Хорошо, я подумаю.

Думать, как и верить в себя у меня тоже не получалось, потому как все сводилось либо к страху, либо к зависти и, если бы не случай, я, наверное, так и осталась трусихой. Как уже говорила ранее, помимо тренировок с оборотнями мы еще посещали занятия с богатырями. Они тоже посмеивались над нами, особенно надо мной, ибо, как и остальные не верили, что я – воин. Еще мы узнали, что как оборотни на дух не переносят вампиров, так и богатыри ненавидят оборотней, поэтому и здесь нашей троице пришлось нелегко. В отличии от меня, Зёма долго держался и терпел все издевательства, а я по-прежнему давала волю слезам, сбегая с тренировок. Кай защищал нас как мог, но даже его суперсилы не хватало на всех. Главным зачинщиком всех драк здесь был тот самый Богомир, который являлся вратарем в команде Алекса. В своей группе его выбрали лидером, потому как он был крупнее и выше всех. Сила в нем и правда имелась нереальная, ведь этот богатырь одним ударом мог запросто отправить в нокаут любого оборотня. Так вот однажды, еще в седьмом классе, когда Рощин в очередной раз в мою сторону отпустил мерзкую шутку, Самохин не выдержал. Он бросил ему под ноги штангу, с которой занимался, и встав напротив него, сказал:

— Ну, хватит! Если ты тут сильнее всех, это не значит, что имеешь право унижать нас!

— Смотрите, кто у нас тут заговорил, — сказал тот, скрестив руки на груди. — Зверь невиданный страх потерял?

— Я может и невиданный, но все же зверь и тебе стоило бы опасаться моей спящей силы.

— Слыхали? – обратился Рощин к другим богатырям. — Он мне угрожает. Да ты знаешь, что я с тобой сделаю после этого?

— Что бы ты не сделал, я все равно тебя не боюсь.

— Ах, ты!

Парень замахнулся, чтобы ударить, но кулак перехватил Кай и, отведя его в сторону, с силой оттолкнул. Богатырь отшатнулся на несколько шагов назад, разозлившись не на шутку.

— Как ты посмел, мелкий гаденыш, встать у меня на пути? — взревел он.

— Может, я и мелкий, зато проворнее тебя, — смело ответил тот. – Я, кажется, понял, почему богатыри не могут жить в мире с оборотнями. Вы боитесь, потому что мы реально сильнее вас, но пока наша сила спит, пользуетесь этим, запугивая и унижая нас. Зёма прав, тебе действительно стоит опасаться того дня, когда наши способности пробудятся в полной мере.

— Если бы не твой огонь, я навешал тебе, чтобы ты понял, твоя сила ничто по сравнению с моей, — злобно ответил Богомир.

— В отличии от него, у меня нет огня, и ты можешь попробовать навешать мне, — встрял в разговор Самохин.

— Зёма, ты чего? — испугалась я. — Он же убьет тебя.

— Это вряд ли, если не захочет сидеть в камере.

— Ты бросаешь мне вызов? – уточнил Рощин, скрестив руки на могучей груди.

— Да.

— Отлично, я принимаю его. Сегодня в восемь на стадионе.

— Заметано.

Седьмой класс считался рубежным, ведь здесь учились не одиннадцать лет, как в обычной школе, а тринадцать. Однако, учитывая то, что это место магическое, взросление здесь шло как в сказке не по дням, а по часам. Блэкхарту было выгодно, чтобы дети рано начали мыслить, как взрослые и больше времени уделяли силовым тренировкам, развивая свои способности. Магия помогала быстрому росту и наращиванию мышечной массы, поэтому двенадцатилетние мальчишки выглядели словно качки-переростки. Девчонки тоже стремительно формировались в своей физиологии, и некоторые оборотни догнали по росту ребят. Я же доставала своим друзьям только до плеча, но это не мешало моей силе развиваться с ними на ровне. Я это к тому, чтобы вы понимали, что из нас здесь выращивали реальных воинов, с малых лет, способных дать отпор врагу намного крупнее нас. Так вот, в назначенное время мы втроем пришли на «стрелку», где нас уже ждал лидер богатырей в компании четырех своих друзей.

— Ну, что не передумал драться? — спросил он у Зёмы.

— С чего бы? — ответил тот.

— Я смотрю, ты с собой подмогу привел, это хорошо. Для них это послужит уроком на будущее.

— Да и ты тоже не один. Наверное, решил подстраховаться на случай моей победы.

— Это мы еще посмотрим.

Поначалу одноклассник очень хорошо увертывался от ударов Богомира и ему даже удалось несколько раз нормально так врезать по наглой роже. Однако это только разозлило парня, и он несколькими обманными движениями вырубил Самохина, отчего тот упал на землю и больше не шевелился. Мы с Каем переглянулись и хотели подбежать к нему, но на нашем пути встал зачинщик драки.

— Ему вы сейчас вряд ли поможете, а вот себе можете, — довольно оскалился он.

— Чего ты хочешь? — спросила я.

— Хочу, чтобы вы признали во мне лидера и перестали задирать свой нос.

— Ты еще не победил, — ответил Шин.

— Разве? А мне казалось, что я не должен его убивать, чтобы доказать свою победу, но раз ты настаиваешь.

— Нет, сразись со мной!

— С большим удовольствием.

Рощин накинулся на оборотня, но тот уклонился от его руки и сильным ударом ноги поверг на землю. Богатырь опешил от такой наглости и дико зарычав, вскочил на ноги, а потом снова напал на Кая. Я хотела подойти к Зёме, но дружки Богомира не давали этого сделать, все время оттесняя от него, поэтому мне пришлось стать невольным зрителем этого побоища. Шин продержался чуть дольше своего друга, но в итоге и он, пропустив один мощный удар, упал без сознания. Богатырь довольно улыбнулся и пнув его для верности ногой, повернулся ко мне, а затем поинтересовался:

— Ну, что признаешь меня своим лидером или тоже хочешь отправиться вслед за ними?

Мои мысли заметались в голове в поисках решения словно тараканы на кухне при включенном свете. Их пятеро, а я одна и мои шансы на выигрыш просто равны нулю. Однако, если признаю его правоту, то про этот позор узнает Зверев и мне уже никогда не избавится от его насмешек и клейма трусихи. Нет, уж пусть лучше Рощин сейчас меня вырубит, чем потом буду жалеть о своем поступке. Хоть мое сердце ушло в пятки от страха, но я смогла посмотреть в глаза Богомиру и смело выпалить:

— Ты не лидер, а обычный хулиган-переросток, который пользуется своей силой, чтобы не защищать, а запугивать и унижать слабых. Однако ты сам слаб, потому как подчиняешься Звереву, хоть и говоришь о ненависти к оборотням.

— М-да, я думал, ты будешь умнее этих зверенышей, — ответил он, с презрением глядя на меня. — У нас с Алексом уговор: он не трогает меня, я помогаю ему. К тому же Зверев нормально относится к тому, что я тоже являюсь лидером среди своих.

— А не боишься, что однажды он отберет у тебя это звание и ты станешь его куклой?

— Этому никогда не бывать, потому как я смогу справится с ним.

— Жаль, Алекс этого не слышит. Думаю, ему бы не понравились твои слова.

— А мне пофиг на твое мнение, потому что тебе конец.

Богомир замахнулся, а я зажмурилась и даже не пыталась защищаться, но удара почему-то не последовало, поэтому решилась открыть один глаз. Второй у меня открылся сам от удивления, потому что богатырь был с ног до шеи оплетен в кокон из корней. Я огляделась по сторонам и позади всей его шайки увидела Жанну, которая приложила руки к земле, таким образом сдерживая парня. Остальные тоже проследили за моим взглядом и тут же кинулись к Зинченко. Она приложила еще больше усилий, но смогла спеленать только двоих и тогда крикнула мне:

— Не стой как пень, помоги мне! Я не смогу их всех сдерживать!

Одноклассница вскочила с земли и тут же схватилась с двумя напавшими на нее богатырями. Я побежала ей на выручку, но споткнулась о подножку, которую мне сделал один из лежащих на земле парней. Так как Жанна больше не контролировала корни, то богатыри быстро выпутались из них и кинулись на меня. Видимо, с перепугу я смогла отразить их удары и это придало мне немного уверенности. Я сцепилась с ними не на жизнь, а на смерть, поэтому смогла-таки раскидать по сторонам, после чего взяла на себя одного нападавшего на одноклассницу, и мы быстро разделались с остальными.

— Здорово мы их уделали, — обрадовалась я.

— Рано радуешься, — ответила она. — С Богомиром будет сложнее справится.

И правда, когда парень смог освободиться из кокона и увидев, что все его товарищи лежат на земле, просто рассвирепел. Мы с оборотнем приготовились напасть на него с двух сторон одновременно, но он обманным маневром пошел на меня, а потом резко изменив траекторию, одним ударом вырубил Жанну. Я испуганным взглядом проследила за ее падением, а Рощин повернулся ко мне и злобно сказал:

— А теперь молись, потому что больше тебе никто не поможет.

Он решительно наступал на меня, а я в страхе пятилась назад пока не споткнулась о Кая. Посмотрев на его бездыханное тело в надежде, что он очнется, потом на Зёму, который тоже был в отключке, я наконец-то почувствовала злость. Она словно волна поднималась из низа живота к горлу, отчего мне сделалось плохо. Дыхание участилось, а пульс зашкаливал так, будто сердце намеревалось сломать ребра. Я схватилась за шею, не в силах отдышаться, а затем упала на колени перед богатырем и выставила руку вперед, защищаясь от него. Он остановился передо мной, а затем с презрением сказал:

— Что решила притвориться больной лишь бы избежать наказания? Плюс в том, что у тебя это хорошо получается, но минус – я тебе не верю.

Рощин схватил меня за горло и держа на вытянутой руке, поднял с колен, а затем врезал со всей силы по лицу. Удар пришелся в скулу, и я уже мысленно попрощалась со своей нижней челюстью, как вдруг в моей голове вспыхнул целый фейерверк искр, который на мгновенье ослепил и приглушил дикую боль. Как не странно, но я не отключилась и даже почувствовала, как Богомир отшвырнул меня от себя, а затем последовал удар о землю. Как только фейерверк погас, мое сознание прояснилось, и я четко увидела стадо разъяренных быков, которые сверкали красными глазами, роя землю копытами. Это были те самые животные из моего кошмара, что преследовал меня целый год, пока находилась в так называемой спячке. Понять, почему они вернулись именно сейчас я не смогла, потому как мой разум отключился, а в голове была только одна мысль – убить. Перестав ощущать боль, открыла глаза и встала на ноги. Рощин помогал своим товарищам подняться и быки, увидев цель, тут же передали мне свой гнев, а вместе с ним и силу, прилив которой я ощутила моментально. Кто-то из богатырей окликнул своего лидера, указав пальцем в мою сторону, а тот обернулся и очень удивился, увидев меня, твердо стоящей на земле.

— Неплохо, — сказал он. – Видимо, сила в тебе и правда есть, но не надейся, что ее хватит для второго раза.

Однако ему пришлось удивиться снова, ибо я не только устояла, но и смогла поймать его кулак в свою руку, после чего рывком вывернула ее до хруста, а затем резким ударом ноги откинула парня назад. Он приземлился на пятую точку и опешив от такой неожиданности, в шоке смотрел на меня. Однако богатырь быстро оклемался и вскочив с земли, понесся в мою сторону словно паровоз. Я сгруппировалась и присела, уклонившись от его удара, но зато мой кулак нещадно пробил его пресс и Богомир отлетел на несколько шагов, снова упав на землю. Ловя воздух ртом, он разъярился не на шутку и придя в себя, свистнул своим друзьям, а затем они всем скопом навалились на меня. Удары сыпались со всех сторон, но я видела это словно в замедленном кино, поэтому легко увертывалась от них, уверенно посылая богатырей в нокаут с одного удара. Остановилась лишь, когда у меня не осталось противников и тогда быки исчезли, гнев отступил, а я с удивлением почувствовала, что страха больше нет, поэтому на душе стало очень легко. С моих глаз словно спала пелена и оглядевшись по сторонам, увидела, что все зачинщики драки, включая их лидера, лежат в отключке. Жанна и Кай пришли в себя чуть раньше этого, поэтому с открытыми ртами от удивления смотрели на меня во все глаза. Пока они отходили от шока, я подбежала к Зёме, который продолжал не подавать признаков жизни, и приложилась ухом к его груди. Сердце билось, поэтому потрясла его за плечо, но он не очнулся. Тогда одноклассница, подойдя к нему, положила одну руку к его груди, а вторую к земле и через несколько секунд тот вздохнул, открыв глаза.

— Что случилось? — спросил он, садясь. – Мы победили?

— Очень на это надеюсь, — ответила я. — Ты как себя чувствуешь?

— Голова немного кружится, а так нормально.

Мы с Зинченко помогли ему подняться и он, оглядев место битвы, с удивлением спросил:

— Это кто их так уделал?

— Мира, — ответил Кай, подходя к нему.

— Серьезно?

— Видел бы ты, как она их раскидала, — восхищенно сказала одноклассница.

— Но как? — удивился Самохин.

— Не знаю, — пожала плечами я и опустила глаза.

Мне не хотелось рассказывать про быков, ибо не знала, как к этому отнесутся другие и не сочтут ли меня ненормальной после этого.

— Как не знаешь? — не унимался Зёма. — Это ведь просто чудо, что ты смогла уложить пятерых богатырей с Богомиром в придачу. Ты что не помнишь, как это сделала?

— Помню. Страх исчез сразу после того, как он ударил меня, а дальше действовала на автомате.

— Ничего себе автомат, — удивился Шин. — Ты вертелась среди них словно мельница и ни один удар не попал в тебя. Я только и видел мелькающие руки с ногами, да отлетающих от тебя богатырей, но это было потрясающее зрелище.

— Блин, жалко я этого не видел, — опечалился Самохин.

— Не переживай, — хлопнула его по плечу Зинченко. — Думаю, теперь мы это еще не раз увидим, потому что Мира смогла перебороть свой страх, ведь так?

— Ты права, но мне не по себе от того, что сделала, — призналась я.

— О чем ты говоришь? – не понял Зёма. — Они заслужили это. Теперь будут думать прежде, чем лезть к нам.

— Может и так, но я не контролировала свою силу и меня это немного настораживает. Жанна, пожалуйста, проверь, они живые?

Она подошла к каждому из богатырей и, приложив свою руку к их груди, прислушалась, а затем сказала:

— Живые.

— Тогда приведи двоих в чувство.

— Зачем?

— Мы не можем их здесь бросить и просто уйти.

— Да почему не можем-то? — возмутился Самохин. — Они с нами точно также поступили бы.

— Но мы-то не хотим уподобляться им, правда? Хорошее от плохого отличается тем, что при любых обстоятельствах остается неизменно положительным.

— Очень интересно, ни фига не понятно, — состроил он недовольную моську.

— Она хотела сказать, что мы не монстры и умеем быть милосердными, — пояснил Кай, положив ему руку на плечо. – Разбудить нужно только двоих, чтобы они смогли остальных привести в чувство, а мы уйдем со спокойной совестью.

— Типа, мы такие благородные, да? Если честно, то мне их совсем не жалко, — надул губы брюнет.

— Мне тоже, но мы должны быть выше этого. Жанна, пробуди, пожалуйста, вот этих. Думаю, они справятся с остальными.

Она подошла к указанным богатырям, а затем привела их в чувство. Они медленно поднялись с земли, но увидев, что стало с их товарищами, тут же встали в боевые стойки.

— Да ладно вам, — махнул рукой на них Шин. — Мы не будем с вами драться и передайте остальным, если кто-нибудь еще раз тронет или унизит хоть одного оборотня, то простым нокаутом вы уже не отделаетесь. Я больше не буду биться с вами на равных и применю всю свою силу, чтобы поставить на место.

— И я тоже, — поддержала Зинченко и зарычав, показала свои хищные клыки.

После этого мы все развернулись и пошли прочь со стадиона с чувством полного превосходства и непобедимости.

— Жанна, а ты как здесь оказалась? — поинтересовался Кай.

— Следила за вами, — ответила она.

— Зачем?

— Все бояться Богомира, поэтому никто не решился встать на вашу сторону. Я подумала, что пятеро на трое не слишком-то честно.

— Спасибо, — поблагодарила я.

— Мне-то за что? Это ты их всех уделала.

— Если бы ты не сдержала Рощина, возможно, исход был другой.

— А, ну, тогда пожалуйста.

Мы все разошлись по своим комнатам, а после того, как я приняла душ и приготовилась ко сну, ко мне снова наведался Антей.

— Не хочешь рассказать, что произошло сегодня на стадионе? — спросил он.

— Ну, ты ведь сам все видел, зачем спрашиваешь? — ответила я.

— Меня интересует не то, что я видел, а твое состояние.

— Со мной все хорошо.

— Мира, я хочу знать, как ты преодолела свой страх.

— Я не могу это объяснить.

— А ты попробуй. Что почувствовала до удара Богомира?

— Мне стало плохо, потом начала задыхаться.

— Что этому способствовало?

— Я не знаю, все началось внезапно.

— А после того, как он тебя ударил, как ты очнулась?

— А я и не отключалась. В глазах лишь потемнело, но я все чувствовала, а потом просто перестала соображать.

— При этом у тебя были какие-нибудь видения? Ну, там животное какое-нибудь или еще что-нибудь?

— Не было ничего такого.

— Мира, подумай хорошенько, я ведь не просто так спрашиваю. В тебе спит зверь и я должен знать, когда он проснется.

— Тебе-то это зачем? – удивленно посмотрела на него. — Это ведь я должна быть готовой ко встрече с ним.

— Мне это нужно, чтобы помочь тебе справиться с его атакой, ведь он может причинить тебе вред, — на полном серьезе ответил наставник.

— Как, если это всего лишь дух?

— Силы этого духа достаточно, чтобы подчинить тебя своей воле. Если его не остановить, ты можешь стать безжалостным убийцей и тогда тебе уже никто не поможет. Ну, так что, ты видела зверя?

— Нет, — решительно соврала я.

— Уверена?

— Да.

— Хорошо, тогда другой вопрос. Почему ты доверилась Жанне?

— В смысле? – не поняла я.

— Ты сказала ей спасибо за то, что Кай сделал до нее в той ситуации со Зверевым, но его ты за это так и не поблагодарила, — пояснил Антей. — Что же случилось в этот раз, изменила свое мнение о дружбе?

— Возможно, я еще об этом не думала, но у меня встречный вопрос, почему стражи не вмешались?

— Я запретил.

— Хотел посмотреть, выживу или нет?

— Я бы такого не допустил, но ты должна была побороть свой страх, и только опасная ситуация могла помочь тебе сделать первый шаг к этому.

— Ну и методы у тебя, разве так можно поступать с детьми?

— Можно и даже нужно, но под чутким контролем. Скажи, а почему тебе стало жалко Богомира?

— Потому что Кай прав, мы не монстры и в данной ситуации я должна была поступить именно так.

— А если бы это случилось в другом месте и при других обстоятельствах, как тогда поступила?

— Не знаю, какими должны быть обстоятельства, чтобы я поступила по-другому.

— И все же…

— Антей, я устала, — прикрыла глаза и отвернулась к стене. — Давай над своим поведением я подумаю завтра.

— Хорошо, поговорим позже, отдыхай.

Часть 5

Однако ни на следующий день, ни через неделю наставник не тревожил меня этим разговором, и я была ему за это благодарна, но все равно мучило то, что соврала о своих быках. Наверняка Антей знал, как помочь мне, но почему я так боюсь их, что не могу даже слова сказать? Интересно, у всех оборотней зверь просыпается также или это происходит у каждого по-разному? Может, спросить об этом Жанну? Хотя, нет, мы же не подруги, а значит, полностью довериться ей не могу. Тогда остается Кай. На следующий день, когда я пришла на тренировку к оборотням, Алекс был уже в курсе произошедшего. После того, как мы все переоделись и вышли в зал в ожидании наставника, Зверев со своими дружками подошел ко мне и сказал:

— Слышал, ты отделала Богомира. Не иначе как свершилось чудо, а?

— Возможно, — ответила я, смело глядя ему в глаза.

— Парни, моя кукла потеряла страх. Это ли не повод проучить ее?

Все дружно поддержали его идею и Алекс, сжав кулаки, сделал шаг в мою сторону, но тут произошло нечто непонятное. Все, кто присутствовал на тренировке, встали на мою сторону за моей спиной, приготовившись к атаке и настроены они были решительно. От такой неожиданной поддержки я ощутила небывалый прилив сил, и поняла, что действительно больше не испытывала страха перед Зверевым.

— Я не твоя кукла и никто из нас ей не будет, — дерзко ответила, пристально смотря в его глаза.

— Уверена? – приподнял левую бровь лидер оборотней.

— Абсолютно, а если ты тронешь кого-нибудь еще, то я отделаю тебя как Богомира.

— Ты угрожаешь мне?

— Предупреждаю.

— Действительно случилось чудо, раз ты поверила в себя. Видно, придется тебя разочаровать и показать, кто здесь настоящий альфа.

— Что тут происходит? — спросил вошедший в зал Лев Викторович.

— Ничего, — недовольно ответил Алекс. — Мы просто разговаривали.

— Раз так, хорошо. Я всегда говорил, что прежде, чем начинать войну, нужно провести переговоры, в которых может найтись мирный способ решения проблемы. Что ж, начнем разминку.

За полчаса до окончания тренировки наставник, как всегда, разбил нас на пары. По воле случая, а может быть и нет, моим напарником снова стал Зверев и по его довольному лицу было видно, что жалеть он меня не собирался. Я тоже не желала ему уступать, а даже наоборот, в процессе спарринга вошла в азарт и вместо защиты перешла в атаку. Алексу это сильно не понравилось, поэтому он усилил натиск и один раз ему удалось повалить меня, прижав коленом к полу.

— Ты все равно моя кукла, — зло шепнул оборотень.

Эти слова подействовали на меня словно красная тряпка на быка и я, перекинув его через себя, быстро поднялась на ноги. Это уже не была борьба по правилам, а скорее на выживание. Мы кружили как два хищника, не поделивших добычу и даже не заметили, что все, включая наставника, перестали заниматься и наблюдали за нами, образовав круг. В какой-то момент нервы Зверева сдали, и он с диким ревом кинулся на меня, но я снова отразила его удар, после чего завязалась драка не на жизнь, а на смерть. Я несколько раз въехала парню по уху и по скуле, а он разбил мне губу. Запах крови его опьянил и мы, сцепившись в клубок, покатились по полу. Оборотень несколько раз пытался воспользоваться подлым приемом, но я была начеку, поэтому успевала увертываться от его когтей. Применив пару обманных маневров, мне наконец-то удалось повалить парня и, сев на него верхом, пригвоздила его руки к полу так, что тот не мог даже пошевелиться. Я нависла над ним, победно посмотрев в золотистые глаза, которые расширились от удивления. Как выяснилось позже, в тот момент Алекс увидел вокруг меня незримый голубоватый ореол, и я для него показалась какой-то сказочной принцессой с невероятно милым личиком. Однако мой вопрос вернул его в реальность, и лицо парня снова приняло злобное выражение.

— Ну, что ты признаешь свое поражение? — спросила я.

— Не дождешься, — прорычал он и наполовину обернувшись, вонзил свои клыки мне в предплечье.

Жгучая боль пронзила мою руку, поэтому я не смогла сдержать вскрик, ослабив хватку. Зверев скинул меня с себя, а затем встал, вернув себе человеческий облик. Я тоже поднялась, закрыв рану рукой и понимая, что бой на этом не окончен. Зёма с Каем подошли ко мне и осмотрев повреждение, обнаружили на моей тунике следы от зубов, из которых сочилась кровь.

— Что там? — спросил наставник у них.

— Он прокусил ей руку, — ответил Шин.

— Это нечестно, — возмутился Самохин. — Зверев применил запрещенный прием. Мира не оборотень, поэтому он должен был биться на равных.

— Ты прав, поэтому Алекс будет наказан, — ответил Лев Викторович.

— Наказан за то, что защищал свою жизнь? — возмутился тот. – Что за фигня?

— Но ведь реальной угрозы не было, а тебе всего лишь нужно признать, что Князева оказалась сильнее как человек.

— С фига ли? Ей просто повезло, вот и все!