Медведь для Настеньки

Глава 1

Анастасия

– И уносят меня, и уносят меня… – горланю я вовсю, чтобы только не дать себе расплакаться.

Машина несётся на такой скорости, что я не вижу ничего, кроме полосы дороги, расчищенной от снега. Но мне абсолютно всё равно. Так больно мне ещё не было.

И это не из-за того, что меня друзья уже давно записали в старые девы, хотя здесь и можно было бы согласиться. Частично.

В двадцать девять лет иметь за плечами только двое отношений: одни – длиной в пять лет, с расставанием, которое уже год меня выжимает.

Хотя я даже не обижаюсь на Руслана. Он полгода, как счастливо женат на нашей общей подруге, которая теперь и не подруга уже, а так, знакомая. Хотя приглашение на свадьбу они мне присылали.

Ох и смеялась я тогда. После, конечно, были слёзы и бутылка мартини, а потом клуб, Томка и…

А вторые отношения, точнее, первые – это было что-то невероятное, сумасшедшее и совершенно недворянское. Но я тогда была так счастлива, что даже страшно было. И не просто так, как оказалось.

Ну да ладно. Не об этом.

Сегодня же, в преддверии Нового года, я должна находиться за торжественным столом в кругу родных и близких. Но моя драгоценная бабуля, которая приехала к нам из самой Франции, решила начать учить меня уму-разуму. Меня! Женщину, которая за двадцать девять лет своей жизни достигла таких высот, что им (а это не только бабуля, но и моя маман с дорогой старшей сестрицей, которая уже десять лет как замужем за своим магнатом) даже и не снилось! Ни одна из этих дам после окончания университета ни дня не проработала.

Я же занимаю должность финансового директора в компании, которая занимается закупкой и продажей автомобилей из Японии.

А эти… родственницы решили мне сегодня устроить головомойку. Хотя бабуля начала ещё с момента прилёта. Мне, как самой мобильной, выпала честь встречать её в аэропорту. Так это стало просто феерией.

То вокруг одни идиоты, которые не могу аккуратно нести её багаж. То в самолёте она не могла спокойно читать, так как какой-то нахал начал храпеть. В другом конце самолёта.

А апогеем стало, когда моя бабуля решила влезть в ссору одной парочки, которая, вероятнее всего, хотела где-то встретить Новый год, но что-то у них не заладилось. И всё бы ничего, если бы её не отшили. Хотя я бы и сама так сделала.

– Бабуля, проходи и не мешай, – в запале выдал ей мужчина.

– Да как вы смеете, молодой человек, называть меня, баронессу, бабулей? – завизжала она. – Где ваше воспитание? Хотя чему я удивляюсь? Здесь как жили одни крестьяне, так и живут. Только обвешали себя брендами.

Помолчать бы ей, но куда там.

Мне же, пришлось выслушивать всю дорогу о том, что как была «прогнившей» Россия, так и осталась.

Но это бабуля. Её воспитывали в других понятиях, а для меня нет ничего роднее Москвы.

Да только крахом стало то, что бабуля решила к нам на ужин позвать Руслана со Светой, и начала её постоянно одёргивать, а Руслану говорить, что вот Анастасия так бы никогда не сделала, не пошла, не сказала.

А ну их всех! Я хоть и воспитывалась в этой семье, но не могу привыкнуть к этим всем закидонам дворянским.

Песня сменяется мелодией рингтона, а через три секунды из всех динамиков раздаётся строгий, высокомерный голос:

– Анастасия, где ты находишься? – спрашивает бабушка.

– Еду по дороге, – отвечаю спокойно я.

– По какой дороге, Анастасия? На улице метель, – поучительно говорит бабушка. А я будто не вижу! – Я отправила за тобой водителя. И собери вещи, ты на все новогодние праздники должна будешь жить в родительском доме, а не в какой-то квартире.

– Зря отправила, бабушка. Я не дома и не собираюсь туда, – отвечаю я спокойно, стараясь игнорировать бурное сопение в трубку. – И на праздники я буду не дома, а еду отдыхать. У меня выходные, и я хочу провести их с друзьями.

– Куда ты собралась? – взвизгивает бабушка, а я быстро прикручиваю колонки, чтобы не оглохнуть. – Немедленно возвращайся. Я тебе не разрешала никуда уезжать. У меня, вообще-то, планы.

– Вот так сюрприз, бабуль, у меня тоже планы, – не выдерживаю я и начинаю язвить. – Всё. Больше не могу говорить. Связь пропадает.

– Анастасия! – последнее, что я слышу, когда нажимаю сброс вызова на панели.

Как же всё-таки хорошо, что ребята меня позвали на базу отдыха. Я бы просто не выдержала со своей семейкой. Или, может, нужно было принять предложение Томы и ехать с ней в Сочи?

Так, Настя, успокаивайся и следи за дорогой. Навигатор ведёт меня, а это главное. Да и любимая песня бабушки Вари орёт на всю машину.

Эх, бабушка-бабушка. Только ты меня и понимала всегда. Как говорит папа, во мне просто очень многое от его мамы. Вот где была бабуля. Неровня нашей баронессе, хоть та её никогда и не любила. А бабушка Варя только улыбалась на все её шпильки в свою сторону и не обращала внимания.

Вспомним свою бабушку Варю, я даже загрустила. Но быстро отбросив все свои терзания, вдавливаю педаль газа, добавляя скорости и драйва.

– И уносят меня, и уносят меня в звенящую снежную да… Вашу мать! – последнее я визжу, так как мне под колёса падает что-то большое, снежное и пугающее.

«Слава Богу, что у меня машина отличная!» – успеваю я подумать перед тем, как на всей скорости влететь в огромный сугроб. Сугроб же?

Я, вероятно, потеряла сознание, так как следующее, что я чувствую – это колючую россыпь стекла на моем теле, морозный воздух и чей-то мат.

– Делают для карликов! Сука! – грохочет чей-то злой голос.

– Я? – только и успеваю пискнуть, перед тем как меня за ворот шубы вытаскивают через разбитое окно и куда-то волокут.

Следующее, что я вижу, вися на руке какого-то злого мужчины, как моя машинка, моя красавица, накренилась и начинает падать.

С моста падать!

– Моя машинка, – пищу я.

– Насосёшь ещё! – прилетает мне ответ откуда-то сверху, меня тут же передёрнуло, и я начинаю вырываться, дёргаясь в этих медвежьих тисках.

– Насосёшь? – возмущаюсь я.– Насосёшь?! Да ты хоть можешь представить, абориген местного разлива, сколько я пахала, чтобы заработать на эту машину?

Меня резко ставят на землю, и я разворачиваюсь лицом к этому «спасителю». И только он открывает рот, как сразу же хмурится.

А ничего так, симпатичный. И что-то знакомое в нём есть. Света бы побольше, чтобы разглядеть его получше.

Но тут я чувствую, как по лицу бежит что-то горячее.

Я поднимаю руку, чтобы дотронуться до этого места, как её останавливают, ухватив большой ладонью и покачав головой.

– Ну супер, что? – выдохнула зло и чувствую, что начинаю терять сознание. – Съездила встретить Новый год.

А дальше просто темнота.

Глава 2

Михаил

– Слушай, Мих, ну что ты так вцепился в свою это Каролину? – голос друга звенит радостью.

– Карину, Дан, – тяжело выдыхаю я, перевожу дыхание и радуюсь тому, что сейчас не рядом с этим идиотом.

– Да хоть Марину! – огрызается Дан. – Давай поднажми там, и ты успеешь доехать до того, как самолёт пойдёт на взлёт. И прилетишь к нам в Питер. Мы с тобой, как в старые добрые времена, встретим этот Новый год.

– Нет, в этом году я пас, – отвечаю я, а сам начинаю нервничать: я только выехал из посёлка в сторону Москвы, но снег становится все сильнее и сильнее.

– Ты и в том году был пас. – обиженно выдал Дан.

– Слушай, не веди себя как баба. Я в этом году наконец-то решился сдать все границы и встать на путь примерного семьянина.

– Ха-ха-ха, ты шути да не перегибай. А то что-то ты в своём лесу одичал за неделю.

– Я ездил, чтобы всё обдумать.

– Херово думал, хочу сказать.

– Так, давай мы с тобой закончим сейчас, а то метель сегодня разыгралась не на шутку.

– Ладно. Я понял – мы тебя теряем. Так и знай, ты мне больше не друг. И я буду искать себе нового напарника в наших с тобой любимых играх. Видимо, придётся помириться с братом.

– Меньше экспрессии. Это Карина у меня актриса, а не ты. Вы с Яром сначала наследство поделите, – хохочу я в ответ и отключаюсь.

Мы с ним всегда понимаем друг друга, просто сейчас он что-то явно перегибает.

А мне и правда, нужно было время, чтобы всё обдумать и решить. Мне тридцать два года, нужно уже определяться в этой жизни. Бизнес я построил, механизм отлажен. Друзья, проверенные годами, есть. А теперь можно и о жене подумать, да о детях. Тем более мама уже давно спрашивает у меня, когда же я порадую её такой долгожданной новостью.

Карина же – самый лучший вариант в этом случае. Мы с ней уже больше трёх лет вместе. Хотя по началу Дан меня усиленно отговаривал от отношений с ней. Но меня устраивают наши отношения. Потребительские, как модно сейчас говорить. Я – ей, она – мне. Так же будет и дальше. Как сказал мой юрист, без брачного контракта нельзя даже близко подпускать женщин к капиталу.

И вот, пока он там, в преддверии Нового года, составляет эти чудо-бумажки, я еду в Москву, так как уже готов сделать этот ответственный шаг.

Второй раз…

– Ух! – машину дёргает в сторону. – Вот тебе и настоящая зима пришла к нам. Метёт так метёт.

Давно не было такой зимы. Сколько там ещё мне ехать? Чувствую, что придётся в срочном порядке с утра готовить все к сюрпризу для Карины. Что мне там нужно? Пытаюсь сообразить, но моё внимание привлекает поднявшийся вихрь впереди, а после замечаю резко выскочившую машину, белый хэтчбек, который начинает нести на скорости в ограждение моста.

– Твою мать! – вырывается у меня, когда понимаю, что от падения с моста машину спас сугроб, но она висит передними колёсами вниз.

Я выскакиваю из машины и бегом несусь к горе-водителю. Пытаюсь открыть дверь – не поддаётся. Её заклинило.

Хорошо, что куртка у меня плотная. Замахиваюсь и бью локтем в стекло. Оно рассыпается в крошку, а я замечаю на подушке безопасности россыпь тёмных волос и белую шубку. Ну кто бы сомневался. Не могу сдержать внутреннего сарказма.

Пытаюсь вытащить девушку, но получается плохо. Как-то в кино, когда смотришь эти сцены, они кажутся крутыми, а я сейчас выгляжу как орангутанг, который пытается достать банан.

– Делают для карликов. Сука! – рявкаю я и наконец-то выдёргиваю девушку из окна, оттаскиваю от машины, которая начинает крениться вниз.

– Моя машинка. – Слышу я сбоку и начинаю злиться.

– Насосёшь ещё! – грубо осекаю я эту водительницу.

Судя по внешности, что могу рассмотреть сейчас при свете фар, очень ухоженная принцесска, но водить так и не научилась.

Неожиданно она начинает вырываться и визжать:

– Насосёшь? Насосёшь?! Да ты хоть можешь представить, абориген местного разлива, сколько я пахала, чтобы заработать на эту машину? – повышает голос эта малышка.

Судя по тому, что я могу удерживать её на руке, то весит она не больше шестидесяти. Я этот вес беру на руку. Но меня цепляет ещё что-то. Что-то очень знакомое мелькает в этих глазах и лице. Ставлю её перед собой, чтобы отчитать, но замечаю, что по виску у неё бежит кровь.

Значит, досталось неслабо. Она тоже затихает и поднимает руку, чтобы проверить, но я останавливаю её.

– Ну супер, что? Съездила встретить Новый год, – зло выдаёт девушка и теряет сознание.

– Кому ещё супер, – тяжело вздыхаю я, подхватывая её на руки.

Ну и как мне узнать, кто же ты, красотка?

Я укладываю её на заднее сидение, смотрю по сторонам и не понимаю, куда мне ехать. Подхожу к мосту и вижу, что машина ушла под лёд, так как видно один задний фонарь.

Возвращаюсь к своему роверу и, запрыгнув, решаю ехать в Москву. Там и врачей можно организовать и её быстрее определить.

Да только у судьбы сегодня явно другие планы на меня. Проехав метров пятьдесят, понимаю, почему её понесло. Как не привалило. Через всю дорогу лежит огромное дерево, которое невозможно объехать. Выхожу опять из машины, потерев затылок, и понимаю окончательно, что сегодня я в город не попаду.

– Дан, сука. Ты меня сглазил, что ли? – рычу я в пустоту.

Открываю багажник, достаю треугольники и вешаю с двух сторон дерева. Покололся весь. Снега за шиворот насыпало. Зараза. Но хоть так, может, кто сможет заметить.

Я пытаюсь позвонить в аварийную службу, но связь всё время срывается. Сажусь в машину, упираюсь руками в руль и принимаю единственно верное решение: нужно вернуться в посёлок. Там хотя бы есть свет и тепло. А если сейчас переметёт здесь всё, то мы просто околеем вдвоём с этой потеряшкой.

– Ну что, красивая? – поворачиваю голову назад и пытаюсь рассмотреть лицо девушки, что никак не придёт в себя. – Поехали кататься.

Разворачиваюсь и стартую назад. В лес.

Глава 3

Анастасия

– Привет, сделай мне, как обычно, – шлёпаю на барную стойку свою сумочку и выдыхаю.

День, как всегда, начался с беготни. Хочу доделать все дела и сбежать, но сначала моя Тома.

– А что за кислая рожа? – спрашиваю у подруги, когда она ставит передо мной капучино с сердечком.

Обожаю её. Тома моя подруга ещё со школы. «Недостойное общество», как говорят бабушка с маман, но мне, если честно, насрать. Лучше человека не встречала. Могу приехать к ней и пожаловаться на жизнь. Могу, наоборот, пожалеть или отчитать её. Тома для меня роднее сестры, как ни странно. А если учесть, что она работает бариста и умеет поднять мне настроение одной только чашечкой кофе, то я счастлива каждое утро забегать сюда.

– Это моя обычная рожа, – поджимает губы Тома. – Да и потом, чему радоваться? Новый год, а я опять одна.

– Лучше уж так, чем с этим придурком, – фыркаю в ответ я. Как вспомню её Тимурчика, так передёргивает всю.

– Не говори так, мы ведь почти год встречались. Выходит, я почти год была с придурком. Как-то обидно, – дует губки Тома, а я злится начинаю. Вот было бы ради кого страдать?

– Ой, вот только не проси тебя утешать. Фу, как вспомню, как он причмокивал во время еды. Вроде молодой парень, а ведёт себя, как старик. Представляешь, что было бы лет через десять?

– Отстань! – шикает на меня Тома. – Если тебя устраивает быть одной, то я тебе мешать не буду. Тем более я и сама сейчас к новым отношениям не стремлюсь.

– Вот и правильно! Знаешь, как сказал один восточный мудрец? Ты лучше голодай, чем что попало есть, и лучше будь один, чем рядом с кем попало, – со знанием дела говорю я.

Я уже прошла путь от тупых длинных отношений к моменту, когда Русланчик выбрал Светика. Так что уж лучше одной.

– Ага, – хмыкнула Тома, – сказала Настя, отпивая из чашки, в которой дохрениллион кофеина.

– Ой, не придирайся, – машу я на неё руками, игриво кривляясь. – И потом, мы сейчас о тебе говорим. У меня всё норм. Вот на базу отдыха еду. По навигатору сто пятьдесят километров. Не хочу встречать Новый год со своей семейкой. Тем более я же говорила тебе, что моя бабуля прилетела из Франции и в очередной раз начала меня учить, что «в нашей дворянской семье все женщины должны быть замужем за соответствующим партнёром», – на последней фразе я стараюсь копировать бабушку, но вместо этого вызываю улыбку у подруги, что меня радует.

– Ну, после общения с твоей бабулей, я бы и сама удрала куда подальше, – хихикает Тома. – А может, в Сочи мотанём?

– Нет-нет, я уже всё спланировала, – качаю я головой.

Не буду же я объяснять своей неугомонной подружке, что мне нужно быть где-то в глуши, чтобы мои родственнички меня не достали. А в Сочи уж слишком много цивилизации.

– Ясно, ясно, – приподнимает Тома брови и изображает высокомерную мину. – Вам, дворянам, с нами, холопами, в одном доме жить не положено.

Мы обе ржем так, что подходит менеджер и просит быть потише. Вот же зануда.

– Слу-ушай, – заговорщически шепчу Томе. – А давай я тебе выкуплю эту кофейню? Будешь сама себе хозяйка.

– Не-ет, – морщится подруга, а я вслед за ней. Ну что за бука? – Слишком много мороки. Вижу я, как администратор носится, если проверки бывают.

– Подумаешь, раз в месяц. Ну же, – хочу убедить её я. У неё же хватка не меньше моей. Но она выбрала тихую жизнь, а я пру напролом. Не хочу я этого спокойствия.

– Не хочу. Мне бариста быть комфортнее.

– Вот! – Я поучительно тыкаю в неё пальчиком. – Вот твоя проблема. Ты не хочешь выходить из своей зоны комфорта. Не амбициозная ты. Но всё же подумай. Деньги тебе дам без процентов. Вернёшь, когда сможешь. Зато у тебя уже будет своё дело. Будешь сама себе хозяйка!

– Да не нужно мне это, – отмахивается Тома.

– А что нужно? – спрашиваю я, хотя уже знаю ответ и заранее тяжело вздыхаю.

– Если бы он написал… если бы извинился…

– Стоп! Это он тебе изменил. Я своими глазами видела, как он гулял с этой шмарой.

Вот не зря я его терпеть не могла, этого имбецила. До чего мою девочку довёл.

– Так, Тома, ты вроде на курорт собралась, – касаюсь я её руки, вырывая из воспоминаний, а то быть беде.

– Да, поеду, – твёрдо говорит она.

– Вот. Молодец, моя кофейная чародейка, – говорю я, допивая капучино. – Не жди никого, не ищи никого. Делай, что хочется. Ну, всё, я побежала, – поднимаюсь с места. – Я ещё чемоданы не собрала.

– Вот все вы одинаковые, что ты, что Алеся. Она тоже отказала мне. – Алеська, это вообще отдельная история. Вот у кого график! Даже я рядом не стояла.

– А ты ей предложила раньше меня? – шутливо щурюсь я. – Не прощу. Хотя не удивительно, что она отказала. Сейчас, наверное, у неё концерт на концерте сидит и концертом погоняет. Поезжай сама.

Чмокаю Тому в щеку и выбегаю на улицу. Мне нужно быстренько успеть всё сделать. Я не переживу ещё несколько дней в обществе моей высокородной семьи…

Открываю глаза и упираюсь взглядом в деревянный потолок. Провожу рукой по бокам. Кровать. Мягкая. Аккуратно начинаю подниматься и осматриваю сначала себя: одета. Это хорошо.

Смотрю вокруг себя: строгая минималистичная обстановка. Тёплые тёмные и светлые тона дерева. Красиво и очень натурально, если можно так сказать. Мужчина здесь живёт и явно один. Ничего женского нет. Ну, кроме моей шубки на кресле в углу.

Спускаю ноги на пол и даже через колготки чувствую, какой мягкий ворс на коврике.

Ну и где я нахожусь? Перевожу взгляд в окно – темнота. Только видно завихрения метели.

О, Боже! Моя машина!

– Где же, где же… – Я подбегаю к шубке и пытаюсь найти телефон, а его нет. – Вот же засада. Настя, блин! Как ты так умудрилась?

Стучу себя по лбу и кривлюсь от боли. Я же себе ещё и лоб разбила. Ищу глазами зеркало, но нахожу только две двери. Я открываю первую и вздыхаю с облегчением – ванная.

Быстро делаю все свои дела и, осмотрев себя в зеркале, кривлюсь. Видок, конечно, помятый.

Нужно найти хозяина. Я выхожу из комнаты и понимаю, что дом-то двухэтажный, так как справа от меня начинается лестница, а слева идет коридор.

Внизу что-то падает, явно железное, заставляя меня содрогнуться. Может, меня будут расчленять? А я тут решила себе экскурсию устроить.

Вздыхаю и начинаю тихо спускаться. Оказывается, весь дом сделан из дерева. Красиво. И запах очень приятный.

Спускаюсь с последней ступеньки и понимаю, что полы горячие. Это хорошо, но вот если бы были тапочки, было бы привычнее.

Слева от меня слышится шум, и играет музыка. А ещё в доме пахнет мясом. А я сегодня ничего с утра не ела.

Я двигаюсь в сторону шума и сразу за деревянной стеной попадаю на шикарную кухню! Даже глаза разбегаются. Я не любитель пропадать на кухне, но здесь бы задержалась.

Обвожу всё медленным взглядом, пока не натыкаюсь на тёмные глаза с таким характерным прищуром. Серые домашние штаны. Белая футболка так обтягивает мышцы этого индивидуума, что у меня непроизвольно скапливается слюна во рту. Да он просто огромный и явно выше меня больше, чем на голову.

– Всё рассмотрела? – спрашивает голос, который я уже и не надеялась когда-либо услышать.

Но этого не может быть! Он был другим. Не таким, как этот.

– Мыслительный процесс работает хорошо, значит, вспоминаешь, Настенька? – последнее он произносит с придыханием, а я содрогаюсь.

– Не-е-е-ет, – шепчу, делая шаг назад, но упираюсь в стену. – Этого не может быть.

– Ну я тоже так подумал сначала, – отвечает он, и вытерев руки о полотенце, начинает медленно двигаться в мою сторону. – А после занёс тебя в дом, включил свет. – Он подходит ко мне почти вплотную и, наклонившись, заглядывает в глаза, уже тише добавляет: – И понял, что спас сегодня ту, которая когда-то меня убила.

– Этого не может быть, – шепчу я, а у самой собираются слёзы в глазах.

– Ну здравствуй, Настенька, – выдыхает мне в губы и впивается в них поцелуем.

Глава 4

Михаил

Режу мясо на стейки, а у самого в голове крутится рой мыслей, которые не хотят становиться в правильный порядок. Это просто какая-то шутка, или девушка очень похожа на… Ну не может же быть такого? Да ещё и прямо под Новый год!

Опять под Новый год и опять авария! А может, это просто чья-то злая шутка?

Палец обжигает резкой болью, и я отдёргиваю его, понимая, что порезался.

– И такого не случалось уже очень давно, – бурчу я себе под нос и подставляю палец под холодную воду.

Прислушиваюсь к звукам в доме – тишина. Значит, ещё не пришла в себя. Хотя я думал, что, когда буду обрабатывать ей лоб, она очнётся, но нет.

Опираюсь рукой о столешницу и пытаюсь успокоить себя, но не выходит.

– Как вы себя чувствуете? – спрашивает доктор, водя передо мной рукой. – Сколько пальцев видите?

– Где Настя? – хриплю я.

– Кто? – удивлённо переспросил доктор.

– Девушка. Со мной в машине была девушка, – повторяю, а сам боюсь услышать ответ.

– Не знаю, о чём вы. К нам вас привезли одного. После аварии. Вы были без сознания больше трёх суток. Сегодня уже второе января.

– Со мной была девушка, – дёргаюсь я, но тут же застонал от боли во всём теле.

– Медсестра! – кричит доктор, а через пять минут я проваливаюсь в сон.

И вот сейчас, как насмешка судьбы, эта девушка лежит в моей комнате и не приходит в себя. И даже пахнет она так же, как девять лет назад. Мы тогда ехали на празднование Нового года к общим друзьям, и на трассе какой-то лихач решил обогнать нас. Мою старенькую «Ладу» тогда просто сложило пополам. И я даже представить не мог, что произошло с Настей, пока…

Поворачиваю голову и вижу, что на кухню входит Настя. Это действительно она. Только женственнее стала, красивее. И взгляд такой, что хочется утонуть в синеве её глаз. От этих мыслей я начинаю злиться. Но только она натыкается на меня своими глазками, как у меня срабатывают не те рефлексы, которые должны бы сработать.

– Всё рассмотрела? – хочу быть грубым, но не выходит. Вот только Настя вся напрягается от моего голоса и делает шаг назад. – Мыслительный процесс работает хорошо, значит, вспоминаешь, Настенька? – протягиваю я её имя, смакуя каждую букву.

– Не-е-е-ет, – шепчет побелевшими губами Настя, а я уже не могу себя остановить. Мне нужно дотронутся до неё. Сейчас же. Я должен проверить ещё раз, что она настоящая. А после скрутить эту красивую шейку или…

– Ну, я тоже так подумал сначала. А после занёс тебя в дом, включил свет. – Я подхожу к ней почти вплотную и, наклонившись, заглядываю в глаза, уже тише добавляю: – И понял, что спас сегодня ту, которая когда-то меня убила.

В её глазах мелькает непонятная мне боль, и слёзы начинают наполнять их. Это что, представление?

– Этого не может быть, – шепчет совсем тихо, а я залипаю на её губах.

Интересно, они до сих пор такие же на вкус?

– Ну здравствуй, Настенька, – говорю я и впиваюсь в её губы поцелуем.

Меня уносит, кроет и просто перемыкает сознание. Я теряюсь в ощущениях, потому что они такие же, как и тогда. Вкус ягод на губах и цветочный запах вокруг срывают все мои устои и предохранители.

Беру Настю за талию и резко вжимаю в себя, заставляя её выдохнуть и открыть ротик. Вот теперь можно и по-взрослому играть. Прикусываю её губку, которая первой попадается на пути, а после сразу зализываю. Чувствую, как Настя вся сжимается в моих руках, а ещё понимаю, что она не отвечает на поцелуй.

Ныряю языком в её рот и сразу же шиплю, так как чувствую острые зубки на нём.

Настя пытается меня оттолкнуть, а после замахивается, но я успеваю поймать её руку.

Отпускаю её губы и чувствую, что мой язык пульсирует.

– Убрал от меня свои руки, Миша! – рявкает на меня Настя, а я даже подвисаю от её вида.

Только что была бледной и потерянной, а сейчас драться собирается. Это немного не та Настя, которую я помню.