Притворись моим

© Макей М., текст, 2024

© Heirasu, иллюстрации, 2024

© ООО «Издательство АСТ», 2024

Глава 1

Поцелуй по ошибке

– Идешь на вечеринку, Эдди?

Лиам смотрел на Эддисон ласковым взглядом. Его холодные голубые глаза невидимым огнем обжигали ей кожу, а её щеки запылали. Сегодня она твердо решила рассказать о своих чувствах Лиаму, и где, как не на вечеринке этому лучше было случиться? Поэтому Эддисон ответила:

– Ты же знаешь, только если ты пойдешь. Иначе как мама проконтролирует меня?

Они стояли между двумя почти одинаковыми домами, у декоративного забора, выкрашенного в белый. Со стороны Эддисон участок обрамляла лишь невысокая живая изгородь, а двор дома Лиама украшали пышные кусты роз, привлекающие внимание своими пышными бутонами.

– Будто я все докладываю твоей матери.

– Будто ей когда-нибудь было не все равно, – ухмыльнулась Эддисон.

Семья Келлеров жила по соседству со Смитами вот уже восемь лет. Лиам с первого взгляда понравился Эддисон, а с первого слова она в него влюбилась окончательно. Он казался Эддисон идеальным парнем. Умный, смелый и сильный. Вот каким был Лиам. В детстве он всегда защищал Эддисон, так что сейчас, в старшей школе к ней никто не осмеливался прикоснуться и пальцем. И хоть она и сама никогда не давала себя в обиду, такая забота от Лиама грела ее сердце.

К тому же Лиам в глазах Эддисон был необычайно красив. Голубые глаза, пшеничного цвета волосы, крепкое телосложение и высокий рост. У них бы родились самые чудесные дети на свете. Оливковую кожу и непослушные темные кудряшки Эддисон дополнили бы прекрасные гены Лиама. Будущие сын и дочка до конца своих дней благодарили бы родителей за такой подарок.

– Малышка Эдди стала совсем взрослой, – Лиам изобразил голос Эммы, матери Эддисон. – Не мог бы ты приглядеть за ней, Лиам?

– Еще по одной, Эдди? – теперь уже Эддисон пародировала Лиама. – И плевать, что спортсменам пить не стоит, да, Лим-Лим?

– Боже, не называй меня так…

Оба засмеялись. Они какое-то время неотрывно смотрели друг на друга, отчего Эддисон смутилась и снова раскраснелась. Чтобы справиться с бурей нахлынувших к Лиаму чувств, Эддисон поспешила добавить:

– Эрик с ребятами заедут за тобой?

– Да… и в машине, к сожалению, не будет свободного места, Эдди. Но, я надеюсь, ты не против прогуляться? У меня есть новость для тебя.

– Да, мне тоже нужно будет кое-что тебе сказать.

– Тогда до вечера?

– До вечера, Лим-Лим.

Идти на вечеринку одной не очень-то хотелось. У Эддисон не было близких подруг. Она хорошо общалась с одноклассницами и ребятами в фотокружке, в который ходила уже второй год подряд, но всем она предпочитала Лиама. Его одного всегда было достаточно.

Эддисон глубоко задумалась и вздохнула – если она пообещала Лиаму прийти, то отступать было нельзя. К тому же в своих чувствах к Лиаму никто кроме нее самой не признается, решила она.

Выбрав свое самое короткое платье и нанеся макияж ярче обычного, Эддисон взглянула на себя в зеркало в очередной раз. Отросшие почти до ягодиц темные кудряшки после мытья и укладки муссом выглядели вполне сносно, а яркие губы хорошо контрастировали с кожей. Даже черные короткие ботинки отлично вписались в образ. Эддисон не носила каблуки. И платья она тоже на самом деле не носила. Но если она и оголила ноги, то переломать их на каблуках не хотела бы даже ради Лиама. Женщины и без того во все времена шли на большие жертвы из-за мужчин, и Эддисон не желала быть в их числе.

Вечеринка оказалась закрытой. Вместо басов и кучи пьяных подростков Эддисон встретила тихая джазовая музыка и терпкий аромат свежесваренного кофе. Из знакомых лиц она увидела несколько человек из ее фотокружка, хористок и парней из команды Лиама по футболу. Куда же без них. И если фотографы и певчие птички уместно смотрелись на фоне расслабленной сладко-тягучей атмосферы вечера, то футболисты ярким пятном выделялись из общей толпы. И дело было вовсе не в цвете одежды…

«Какая-то слишком странная вечеринка, – подумала Эддисон, проходя в дом, обставленный вычурной мебелью и чудаковатым декором. – Особенно с учетом того, что Лиам и его парни здесь».

– Эдди!

Лиам с теплой улыбкой подошел к Эддисон и обнял ее. Мириады мурашек пробежали по спине Эддисон от его прикосновения. Она улыбнулась в ответ.

– Что за… блаженная туса, Лим-Лим? Куда ты меня притащил?

– Это собрание закрытого клуба «ККК».

– КК… чего?

– Кино, классика и кофе, – почти пропел Лиам. – Под классикой здесь принято понимать музыку, литературу и… да в общем, почти все творческое. – Его глаза блестели. – Здесь так круто, Эдди! Я прихожу уже на пятое или шестое собрание и до сих пор не могу поверить, что это правда!

Они стояли у камина, рядом с поленницей дров. Их окружали люди, сбившиеся в кучки по интересам. Тут и там слышались разговоры о просмотренных фильмах, посещенных выставках и покоренных вершинах. Ребята делились впечатлениями обо всем, что они любили. И хоть поначалу вечеринка показалась Эддисон странной или, скорее, нетипичной, теперь определенно она нравилась.

– Пятое или шестое, – задумчиво протянула Эддисон.

– Прости, что раньше не приглашал. Не сразу познакомился с организатором… настолько близко.

– М-м, понятно… Просто когда ты говорил о вечеринке, я представляла что-то более отвязное и веселое.

– Здесь тоже весело поверь. В прошлый раз мы посмотрели все комедии с Чарли Чаплином, а на первом собрании устроили танцы в стиле сороковых.

– Да, – усмехнулась Эддисон, – твои ребята просто в полном восторге!

Лиам виновато взглянул на парней из футбольной команды. Кто-то из них безуспешно пытался познакомиться с хористками, кто-то тайком подливал ликер в свой кофе. Но каждый из них явно чувствовал себя не в своей тарелке.

– Думаю, это их последний визит, – согласился Лиам. – Но ты-то меня не оставишь? Здесь, кстати, Джек и Клеменсия из фотокружка.

– Ка-а-ак же жаль, что мне на них абсолютно наплевать. Другое дело ты… – Эддисон запнулась на полуслове, – в том смысле… В общем, я подумаю, Лим-Лим. Но ничего обещать не буду.

– Отлично! О, кстати… мне же нужно тебя кое с кем познакомить.

– Лиам, постой, – Эддисон удержала его за руку. – Я должна тебе кое-что сказать. Только давай отойдем в менее людное место.

Они выбрались на просторную и светлую веранду. Подвесные кресла-качели из ротанга, мягкие подушки на диванчиках, бра и люстры в стиле бохо шик и сухие колосья пшеницы создавали уютную атмосферу. Музыка здесь звучала совсем приглушенно и идеально подходила для признания в любви. Эддисон нервно вздохнула.

– Эдди, что-то случилось? Ты дрожишь.

– Лиам, – начала неуверенно Эддисон, – мы с тобой столько лет знакомы и… Ты знаешь, ты ведь для меня самый близкий друг.

– Эй, ты тоже мне дорога.

Лиам положил ладонь на руку Эддисон и та улыбнулась. Они сидели на диванчике так близко друг к другу, что их губы находились всего лишь в мгновении от поцелуя. Эддисон не могла выкинуть из головы эту мысль, но все же продолжила:

– Помнишь наш уговор: если мы в кого-то влюбимся, то обязательно расскажем об этом друг другу?

– Не может быть! – ахнул Лиам, отчего Эддисон даже вздрогнула. – Не могу поверить, что ты тоже решила рассказать мне о таком именно сегодня!

– Тоже?..

– Я кое с кем начал встречается, – Лиам смутился. – Она необыкновенная и точно тебе понравится. Я хотел сегодня вас познакомить.

Эддисон показалось, что земля ушла из-под ног. Она будто окунулась в чан с ледяной водой, не задерживая дыхания. Новость о том, что Лиам уже с кем-то встречается, бурным потоком ворвалась внутрь, обожгла легкие и сковала горло. Болезненный спазм скрутил живот, а сердце будто и вовсе замерло.

Лиам что-то говорил. Только когда он дотронулся до щеки Эддисон, она смогла вернуться в реальность.

– Ч-что? Что ты сказал.

– Вики. Это ее имя, – озадаченно повторил Лиам. Но затем убрал от лица Эддисон руку, улыбнулся и спросил: – А как зовут того счастливчика, что завладел сердцем моей дорогой Эдди?

Это было хуже пытки. Глаза Эддисон наполнялись слезами, и она ничего не могла с этим поделать. Она стыдливо опустила взгляд. Рой мыслей в голове жужжал с такой силой, что она не могла думать здраво. Эддисон подскочила на ноги и бросилась бежать.

На пути к главному выходу из дома Эддисон сшибла кого-то из команды по футболу, но даже не обратила внимание. Она расталкивала людей с такой и отчаянием, что возможно даже сделала кому-то больно. В этот момент ей не было дела ни до кого. Эддисон казалось, что она умирает, что сердце не выдержит такой жгучей обиды.

Раскрыв нараспашку дверь, Эддисон сделала шаг в ночную темноту улицы. Хотела бежать. Без оглядки. Как можно дальше. Но нога подвернулась. Эддисон с глухим криком повалилась на землю. Она уже приготовилась к удару, но крепкие мужские руки подхватили ее за талию и притянули к широкой груди. В следующую секунду Эддисон нос к носу столкнулась с Ноем Кингом, отпетым школьным хулиганом, и попыталась перевести дыхание. Карие глаза Ноя безразлично изучали слезы на щеках Эддисон, его взгляд прошелся по ее растрепанным волосам и дрожащим губам. Ной не торопился размыкать руки, держал Эддисон крепко, будто она, как по волшебству, вдруг стала для него важной. А Эддисон, как бы это глупо и странно ни звучало, в данный момент нуждалась именно в таких объятиях. Которые словно дырявый спасательный круг – он не даст утонуть, но только пока внутри есть воздух.

– Эдди! – из коридора дома раздался голос Лиама.

Эддисон вздрогнула, приходя в себя. Не было ничего хуже того, что Лиам мог застать ее в таком состоянии. Раньше она не боялась перед ним плакать. Но не сейчас. Сейчас в одночасье все изменилось. Все рухнуло…

Эддисон сделала первое, что пришло ей в голову. Она схватила ворот куртки Ноя и притянула того к себе еще ближе. Ее соленые от слез губы накрыли губы Ноя. Эддисон сильно зажмурилась и в следующую секунду разомкнула рот Ноя языком. Когда Ной нехотя ответил на поцелуй, Эддисон ощутила маленький шарик на своих губах. На вкус поцелуй оказался похожим на колу с виски…

Через мгновение, слегка отстранившись от Ноя и тяжело дыша, Эддисон встретила равнодушный взгляд парня. Ной не казался удивленным, но раздражение и непонимание ясно читались на его бледном лице.

За спинами Ноя и Эддисон стоял растерянный Лиам.

– Эдди… только не говори, что ты в него влюбилась. Пожалуйста, только не в Ноя Кинга!

Все еще стоя спиной к Лиаму и держа Ноя за ворот куртки, Эддисон почувствовала, как к горлу снова подступает ком давящей боли. Увидев поцелуй Ноя и Эддисон, Лиаму вдруг стало наплевать на состояние Эддисон и, судя по его интонации, дело было совсем не в ревности. Все, что его беспокоило, это то, что она умудрилась влюбиться в такого парня, как Ной Кинг.

– М-мы встречаемся, Лиам, – дрожащим голосом выдавила из себя Эддисон и с мольбой посмотрела в глаза Ною. – Познакомься, это мой парень.

Ной перевел взгляд с Лиама на Эддисон и вдруг усмехнулся одним уголком рта. Сердце девушки ушло в пятки от такой реакции Ноя. Она уже представила, как тот отталкивает ее, а потом начинает издевательски смеяться. Обман раскрывается, и вместо привычной дружбы с Лиамом ей остается только его жалость. От этих мыслей Эддисон сильнее сжала куртку Ноя, костяшки ее пальцев побелели.

– Ты разыгрываешь меня, Эдди? – с надеждой спросил Лиам.

– Ну почему же? – вдруг ответил Ной. – Я действительно ее парень.

Взгляды Ноя и Эддисон встретились вновь. В глазах Ноя плясали озорные огоньки, он снова усмехнулся. Затем провел большим пальцем по щеке и губам Эддисон, стирая слезы, закинул руку ей на шею, и они оба повернулись к Лиаму.

– Почему ты так удивлен, Здоровяк? Неужели только ты можешь отбирать у людей самое ценное?

– Эй, придурок! – вдруг разозлился Лиам. – Я ничего у тебя не отбирал, а вот ты… Эдди, он использует тебя, чтобы мне насолить! Не ведись на эту уловку!

Эддисон нахмурилась, ничего не понимая. Она смотрела то на Ноя, то на Лиама и гадала, что между ними могло случиться. Ответ не заставил себя долго ждать.

– Что здесь происходит?

На улицу вышла Виктория Кинг, сестра Ноя. В школе многие считали ее красивой, но Эддисон думала, что у Виктории холодная красота. Такая же, как и у Ноя. Брат и сестра казались бесчувственными и безразличными к другим, хотя Ной частенько зависал в шумных компаниях. Но Эддисон почему-то была убеждена, что это напускное.

Как и у Ноя, у Виктории были карие глаза, темные волосы и правильной формы нос и губы. Девушка имела тонкую, изящную фигуру и только этим отличалась от Ноя. Все в школе знали, что брат и сестра очень близки. «Наверное, это потому что они двойняшки», – думала Эддисон.

– Твой брат снова взялся за старое, – ответил Лиам.

– Ной?

– Что, Вики? – хохотнул Ной. – Здоровяк просто познакомился с моей девушкой и начал наезжать на меня. Я его не трогал.

– Он мозги ей пудрит! – огрызнулся Лиам. – Эдди, это Вики – моя девушка. Это с ней я хотел тебя познакомить. Ною не очень-то понравилась новость о том, что мы встречаемся, поэтому он всячески пытается задеть меня!

– Тебя задевает тот факт, что мой брат встречается с… ней?

Виктория недовольно приподняла одну бровь и выжидающе взглянула на Лиама. Тот сначала даже растерялся, но потом ответил:

– Эдди мне, как сестра, Вики! Я не могу просто принять то, что он водит ее за нос.

– Значит, ты наконец-то хорошо понимаешь меня, Здоровяк.

– Значит, не будешь отрицать, что это правда?! – парировал Лиам.

– Прекрати, – сухо проговорила Эддисон, поймав взгляд Лиама. – Ной не водит меня за нос, это я… я была инициатором наших отношений. Уверена, не так давно он даже не знал о моем существовании.

– Эдди…

– Лим-Лим, не надо. Не будь эгоистом… У тебя есть девушка, – Эддисон посмотрела на Викторию, но затем быстро отвела взгляд. – Позволь мне тоже встречаться с тем, с кем я хочу.

На несколько секунд повисла напряженная тишина. Лиам прожигал взглядом Ноя, Виктория внимательно смотрела на Эддисон, сузив глаза. Потом Виктория сказала:

– Не стоит им мешать, Лиам. Я уверена, Эддисон уже большая девочка и сама знает, с кем ей встречаться.

– Вики, я не…

– Пойдем, милый. Не веди себя, как Ной, это по-детски.

– Пошла ты! – зашипел Ной.

– И я тебя люблю, братец, – ехидно промурлыкала та, уводя за собой Лиама.

Ной и Эддисон остались наедине. Они все так же стояли в обнимку, и теперь, когда Лиам и Виктория ушли, Эддисон не могла это игнорировать. Она аккуратно отодвинулась от Ноя и виновато опустила глаза.

– Прости, что поцеловала. И за то, что тебе пришлось участвовать в… этом спектакле, тоже прости.

Ной молчал, поэтому Эддисон пришлось поднять голову и посмотреть на него. У него был серьёзный вид. Он стоял, засунув руки в карманы джинсов, и задумчиво покусывал нижнюю губу. И вдруг сказал:

– Значит, ты влюблена в Здоровяка?

Этот вопрос застал Эддисон врасплох. Во рту вмиг пересохло, она не нашлась с ответом. Ной хитро улыбнулся и облизал губы, Эддисон заметила блеснувший на языке пирсинг. «Так вот что я ощутила при поцелуе!» – подумала Эддисон.

– Как интересно все сложилось…

– Прости, – уже тверже повторила Эддисон. Заметная невооруженным глазом вражда между Ноем и Лиамом была ей неприятна. – Я признательна тебе за то, что не выдал меня. Думаю, если завтра скажу Лиаму, что у нас с тобой ничего не получилось, он будет рад и не станет задавать мне лишних вопросов.

– Тогда мы не дадим ему и шанса на радость.

– О чем ты?..

– Думаешь, я из доброты душевной не раскрыл твой спектакль? – притворно удивился Ной.

Он приблизился к Эддисон, отчего ей пришлось сделать несколько шагов назад. Она уперлась спиной в перила крыльца, а Ной положил на них руки по обе стороны от ее талии.

– Теперь ты моя собственность, Смит, – дыхание Ноя обожгло нежную кожу на шее Эддисон. – Будем притворяться парой и бесить твоего ненаглядного Лиама. Если, конечно, не хочешь, чтобы он узнал о твоих чувствах к нему.

– Какой же ты мерзкий! – разозлилась Эддисон.

– Мне это уже говорили, – усмехнулся Ной, отодвигаясь от Эддисон. – Ну что ж, давай обменяемся номерами. Нас ждет интересное шоу!

Глава 2

Объявляю войну!

– Может, еще контракт составим? Что за бред?

Эддисон и Ной сидели на скамейке под кленом в школьном парке вот уже полчаса. Обеденный перерыв они решили провести вместе, ведь так и следовало поступать парочке. Ной съел сэндвич, запил колой и прилег. Он нагло положил голову на колени Эддисон и прищурился, глядя на солнце.

– Правила необходимы, чтобы мы не переходили черту. Прямо как ты сейчас.

– Расслабься, детка. Мы же встречаемся.

– Это фальшивые отношения! – Эддисон попыталась отпихнуть Ноя от себя, но тот стал сопротивляться. – И не называй меня деткой. Это как-то пошло.

– Сделаю вид, что мне не все равно и что это правило учтено. Ты моя собственность, Смит, не забывай об этом. Не советую ставить мне условия…

– Что за наглость! – соскакивая с места, крикнула Эддисон.

– Наглость? – усмехнулся Ной, снова усаживаясь на скамейке. – Но это же ты засунула свой язык мне в рот.

Эддисон хотела возразить, но промолчала. Ной остался очень доволен собой после их небольшой перепалки, и Эддисон решила, что можно его разговорить.

– Почему тебя так заботят отношения Лиама и Виктории? У тебя нездоровая любовь к сестре?

– Ты хочешь меня задеть, но не выйдет. Я сразу понял, что ты девчонка с дьявольским огоньком. Разыграть такое представление как вчера… Ух! Не каждой под силу.

Эддисон закипала, но старалась казаться хладнокровной. Однако ей отчего-то почудилось, что Ной видит ее насквозь.

– Ты же сама спишь и видишь, чтобы они расстались. Если Вики бросит Здоровяка, то к кому он прибежит? – Ной многозначительно взглянул Эддисон в глаза. – Правильно. Ему нужна будет жилетка, в которую можно поплакать. Тут ты его и сцапаешь, с твоими-то навыками.

– Да что ты вообще несешь, какие навыки?! Ты же совершенно ничего не знаешь обо мне.

– Ну, так давай познакомимся поближе, Смит, – Ной щелкнул языком, отчего пирсинг характерно звякнул о зубы.

– Оставь свои попытки для какой-нибудь наивной дурочки. Меня не интересуют парни, ищущие приключения на задницу и желающие покрасоваться перед толпой.

– Ложь, – довольно хмыкнул Ной. – Лиам Келлер больше, чем кто-либо другой, любит красоваться перед толпой. Ты была хоть на одном его матче? Иначе я не понимаю, как ты этого не замечала.

Эддисон в который раз промолчала. Уж чего-чего, а аргументов, чтобы всякий раз ставить ее на место, Ною хватало. Это ужасно злило Эддисон и наводило на плохие мысли.

– Ты же не отстанешь от меня, Кинг?

– Как я могу лишить себя такого веселья?!

– Отлично! Тогда давай заключим пари? Проигравший выполняет одно желание.

– А вот это уже интересно, – хитро улыбнулся Ной. – На что спорим?

– Мы разлучим Викторию и Лиама. И, если Лиам станет инициатором расставания, я выиграю и ты будешь должен мне желание. И наоборот.

Ной задумался, но ехидная улыбка не сползала с его губ. Наконец, он встал и приблизился к Эддисон.

– Я же говорил, Смит, ты та еще дьяволица. Пари так пари.

Эддисон сделала вид, что улыбнулась. Она схватила со скамейки сумку и отправилась обратно в школу. Все, о чем она могла думать – как отомстить Ною Кингу. Его самоуверенность и хитрость бесили Эддисон, но к концу разговора у нее созрел план. Эддисон мысленно объявила войну Ною, потому что никто не имел права ей указывать.

– Ах ты, шизик самовлюбленный! – сыпала ругательствами Эддисон, пока готовила сэндвичи.

Рано утром ей пришло сообщение от Ноя, в котором тот просил Эддисон приготовить ему ланч с собой. И дело было даже не в том, что над ланчем нужно было повозиться, а в интонации самого сообщения. «Хочу сэндвичи, Смит. С ветчиной и индейкой. И помни, я не люблю долго ждать» – интонация этого сообщения, по мнению Эддисон, была предельно ясна.

– Так и будешь продолжать меня шантажировать? – кипела от злости Эддисон. – Ну я тебя накормлю-ю-ю… На всю жизнь запомнишь этот ланч!

– Ты чего так разворчалась с утра пораньше?

Эмма, мать Эддисон, зевая, вошла на кухню. Она была одета в строгий брючный костюм, кудрявые, как у дочери, волосы были собраны в пучок и заколоты на затылке…

– Мам, а у нас есть слабительное?

– Нет. Но, возможно, вчерашнее рагу тоже поможет справиться с запором. У тебя проблемы?

– Проблемы у одного парня в школе. Потому что я собираюсь накормить его твоим рагу.

– Если этот парень не Лиам, то мне абсолютно все равно, – улыбнулась Эмма, отпивая кофе из чашки. – Но не смей использовать мое рагу. Не хочу потом объяснять школьному совету, почему я не умею готовить.

– То есть передо мной тебе нисколько не стыдно?

– Твой желудок уже адаптировался к моей готовке, – пожала плечами Эмма, но ласково улыбнулась. – Ты еще спасибо скажешь, что прошла такую школу жизни благодаря своей матери. У тебя просто спартанская закалка, милая.

Эмма одним глотком допила кофе, взяла с полки ключи от своего Фольксваген Поло и, чмокнув Эддисон в макушку, поспешила на работу.

Мать Эддисон всегда была немного ветреной и легкомысленной, а после смерти мужа, отца Эддисон, и вовсе потеряла всякий интерес к родительским обязанностям. Но она любила дочь, и Эддисон это знала. Просто иногда Эддисон хотелось быть предоставленной не только самой себе.

Проводив маму задумчивым взглядом, Эддисон сложила сэндвичи в бокс для еды, взяла из холодильника колу и отправилась в школу. Как и прошлые восемь лет подряд, Лиам ждал ее у дороги. Но в отличие от прошлых восьми лет и даже от вчерашнего утра, сегодня Эддисон в компании Лиама чувствовала себя неуютно. Они шли молча, и это тем более не способствовало разряжению обстановки.

– Пообедаем вместе? – указывая на бокс в руках Эддисон, улыбнулся Лиам.

– Э-это для Ноя. Мы решили теперь больше времени проводить вместе.

– Да… конечно.

– Ты, наверное, с Викторией сможешь пообедать?

– На самом деле нет. У нее сложилась некая традиция во время обеденного перерыва. – Лиам заметил замешательство на лице Эддисон и пояснил: – Вместо обеда она прячется на крыше и слушает аудиокниги. По ее словам, у нее даже плед там есть.

– Тогда почему бы вам не делать это вместе? Можно совместить обед и прослушивание аудиокниг.

– Я как-то не подумал об этом… Спасибо, Эдди, сегодня же сделаю Вики сюрприз.

Эддисон улыбнулась другу, но в душе у нее разрасталась бездна. Она помогла Лиаму советом, хотя на самом деле хотела, чтобы он бросил Викторию.

– Мне нужно еще в аптеку зайти. Ты иди, Лим-Лим, а то опоздаешь на тренировку.

– В аптеку? У тебя что-то болит?

– Нет. Просто нужно взять что-нибудь для… оздоровительного коктейля. Не переживай, со мной все хорошо.

– Эдди, – Лиам резко остановился напротив магазинчика с различными мелочами вроде музыкальных шкатулок, украшений и декора. – Как ты?.. Господи… почему Ной Кинг?! И главное, когда?

От взгляда Лиама внутри у Эддисон все перевернулось. Она так хотела рассказать ему правду…

– Серьезно? Ты еще меня будешь спрашивать о таком?.. Сам-то! Закрутил роман и ничего мне не сказал!

Лиам аккуратно, будто спрашивая разрешения, взял ладонь Эддисон в руку. Он несильно сжал ее пальцы, задержал на них внимание. Эддисон не удавалось распознать все эмоции, отразившиеся на его лице, но она абсолютно точно увидела тоску в его глазах.

– Помнишь то лето, когда родители построили нам домик на дереве?

– Конечно, помню, – с грустью улыбнулась Эддисон. – Папа был еще жив. И все казалось каким-то волшебным…

– Я просто обожал этот домик. А когда ты сказала, что мы обязательно поженимся и в будущем купим себе дом в сто раз больше, и вовсе чуть не слетел с катушек от счастья.

– К чему ты это? – осторожно поинтересовалась Эддисон, чувствуя, как начинает щемить сердце.

– Сам не знаю…

Лиам тяжело вздохнул, еще раз слабо сжал ладонь Эддисон и затем расцепил их руки. Он выглядел подавленным, так же сейчас чувствовала себя и Эддисон.

– Мне почему-то так нестерпимо захотелось вернуться в этот домик. Знаешь, меня вдруг поглотило ощущение, что между нами ничего не будет, как прежде, – Лиам прочистил горло. – Ты теперь встречаешься с этим выскочкой, у меня есть Вики… Как думаешь, мы сможем сохранить нашу дружбу?

Эддисон уставилась на Лиама, не моргая. Ей так хотелось обнять его, подарить ему все тепло, что в ней скопилось. Она столько лет подряд представляла, как дружба с Лиамом перерастает в настоящую любовь. Вспоминались их ночевки друг у друга, походы с родителями, совместные значимые для них обоих покупки… Но сейчас ей казалось, что Лиам предал ее.