HERETICUS TENEBRAE: Astra tiranium dominatorum est

— Неужели вам это так нравится? Уже в который раз заказываете.

Ленз, естественно, себя сдерживать не стал и немигаючи смотрел на своего ментора в ожидании ответа, издевательски синхронно с ним жуя свой кусочек алана. Люциуса, по всей видимости, раздосадовало то, что его отрывают от столь желанного обеда, но единственным свидетельством сему явилось лишь нечаянное лязганье вилкой по столу.

— (вытирая салфеткой капельки крови с губ) Ты же помнишь Акридж?

— Ещё бы я его не помнил, вы меня заставили участвовать в каком-то «Рыцшардском турнире» мать его, где мне чуть не оторвали руку своими здоровенными пиками эти придурки на бронированных ездовых полуптицах, полульвах.

— Так вот, одним из деликатесов на той планете было свежее мясо разводимых в пещерах необычных огромных крылатых рептилий, способных плеваться некой горючей смесью наподобие прометия. С тех пор ничего изысканнее не пробовал.

— Как же это хорошо, когда все подобные увлечения так щедро оплачиваются из оперативных фондов инквизиции.

Неловкое молчание, оставленное колкой фразой Ленза решил прервать сам Женевьян, когда, наконец, расправился с последним кусочком окровавленного мяса и почувствовал себя заметно лучше.

— Вивиенна доложила, что вы всё-таки ликвидировали того колдуна на Хадде.

— Да, инквизитор, цель устранена с минимальным ущербом для третьих лиц и без потерь с нашей стороны. Сообщник, к сожалению, сбежал, но его биослед и телеметрические данные прилагаются к отчёту.

— Им мы займёмся позже, а сейчас ты, Асадор и «стажёр» под руководством господина Кристофа должны будете прочесать кварталы отсюда и досюда (Женевьян достал миниатюрный гололит и спроецировал дрожащее трёхмерное изображение улья с пометками основных зон ответственности) на предмет недавно выходившего на связь соглядатая. Шифрование каналов попало под подозрение, поэтому искать его придётся по старым условным знакам. Остальные, вместе со мной, наведаются в орбитальные доки для организации горячей встречи. И вот ещё что: Кристоф, я скинул на твой планшет список личных дел интересующих нас персоналиев, которых тоже нужно будет проверить.

— Принял.

— Хорошо. Разрешаю использовать любые методы допроса. Делайте что хотите, но мне нужна любая информация про человека по имени «Ключ» в кратчайшие сроки. Всё что узнаете, незамедлительно передавайте на мой дата архив. Если эта сумасшедшая сука заявится сюда, я хочу поприветствовать её лично, иначе получится так, что Фендаль умер зря, а весь сектор скатится в пучину религиозной войны.

— Симеон, нас поддержит кто-нибудь в случае чего?

— Что-то мне подсказывает, что даже элитный 41й Латунный может не сильно изменить ситуацию, но запрос всё же сделал. Также архидиакон Эуфлонк сообщил, что если течения варпа окажутся благоприятны, совсем скоро должен прибыть целый взвод Серафим.

Гемина при последних словах на секунду широко распахнула глаза, забыв смахнуть листочек зелени с губ.

— Взвод? Он что, умом двинулся? Столько сестёр в одном месте камня на камне не оставят от собора. Они не для охраны предназначены.

— Уж лучше так, чем соскребать с пепелища то, что останется от Игнатио.

— Симеон, а ты разве ничего не можешь с ней сделать? Или почётный караул «Сестёр тишины»?

— Ох, дорогуша, если бы всё было так просто… понимаешь, сжечь меня она может и не сожжёт, но пережить падение на себя, скажем, танка, или пулю в лоб я врятли смогу.

— Всё! Выдвигаемся! И да поможет нам Император.

— Приоритетная задача: идентификация субъекта.

— Гав!

— Инициировать протокол выслеживания.

— Гав — гав!

Кибермастиф сорвался с места, повизгивая сервоприводами пласталевых суставов и поднимая клубы сухой горячей пыли с полупустой улицы. Воздух сушил и обжигал горло, поэтому Эл старался дышать реже и поверхностнее, всё сильнее прячась в термоотражающую накидку и стараясь не выходить из спасительных теней от возвышающихся зданий и многочисленных дырявых навесов, колыхающих над головой. Асадор погрузился в анализ транслируемых прямо в мозг потоков данных, поступающих от неприлично многочисленных сенсоров своей «зверюшки» и лишь изредка поглядывал на дорогу, чтобы ни во что не врезаться. Кристоф же с подобным рвением поддерживал постоянную связь со всеми членами команды инквизитора, с невероятной скоростью обдумывая каждое сказанное ими слово и комментарий, выдавая после своё заключение и рекомендации по рационализации действий. Чтож… похоже что за всем, что будет происходить у них под самым носом придётся следить ему самому, а ещё за «стажёром», потому что Эл всё также ему не доверял. Плетущийся позади «Вжик» добавлял витающему в воздухе ожиданию неприятностей особый пикантный привкус. Мало того, что на верхние уровни не суются даже Арбитрес, так ещё и «запятнанный» совсем рядом и может в любой момент сотворить что-нибудь трудноперевариваемое. А работа предстояла грандиозная. Обойти почти всё западное крыло трущоб над «Золотой дланью», которые обрамляют её подобно короне на голове монарха и при этом не влипнуть в неприятности казалось невыполнимой задачей, ибо неприятности здесь на каждом шагу, хотя кого это хоть когда-нибудь волновало? Вдобавок на нервы постоянно давили доносящиеся из бесконечной пустоты разума стоны десятков миллионов душ людей, изнывающих в мануфакториях прямо под ним и умирающих от истощения снующих посыльных бесчисленных торговцев. Улей бурлил и кипел под ними всеми красками жизни и смерти. Почему-то именно в этот момент Эл подумал о том, что ни разу не видел никого из того огромного штата инквизитора, который занимается тоннами всей той бумажной работы, сопровождающей любое, даже самое незначительное телодвижение оперативных групп, в одной из которых он и состоял. По понятным причинам Женевьян старался держать своих полевых агентов вдали от подобного и Эл ужаснулся тому, будь это не так и ему бы пришлось возиться с улаживанием каких-нибудь вопросов с администратумом касательно их транспортного налога например…

Тарсус был гораздо больше в высоту, нежели в ширину, поэтому меж тянущимися к небу готическими шпилями можно было разглядеть границу улья и чернеющую громаду исполинского замка в безжизненной пустыне за стенами. Проследив за его взглядом, Кристоф, видимо, не сдержался.

— «Крепость праведных»… слышал о ней, не так ли?

— Только то, что это вторая по значимости база Арбитрес во всём секторе, из пыточных камер которой за пару тысяч лет её существования ещё не сбежал ни один заключённый.

— Оу, ну не только. Она, пожалуй, ещё и единственное напоминание для безмерно уважаемого кардинала, что не он, всё-таки, является хозяином планеты.

Тень ухмылки пробилась сквозь тщательные попытки Эла скрыть свой сарказм.

— И… часто приходится напоминать?

— За 40 лет моего обучения там…слава Императору, не приходилось, но кто знает…

— Агентов — вериспекс обучают так долго?

— Искать связь между «случайными» событиями и находить улики там, где их никто больше не увидит не самая простая работа.

— Такого ценного сотрудника врятли бы отпустили просто так.

Теперь пришла очередь Кристофа явить миру свою холодную ухмылку уголком рта.

— Женевьяну очень трудно отказать.

Найдя в собеседнике всё же человека, а не детективную машину, Эл почувствовал себя немного лучше, хотя для «нормальных» людей он сам тоже зачастую казался слишком отстранённым и не от мира сего.

— Уж в этом не сомневаюсь.

Асадор поднял руку в предупредительном жесте и припал к углублению в истёртой песчаными бурями стене. Последовав его примеру, остальные сразу же скрылись в закутках из сваленного металлолома и мусора.

— Что-то не так, Кай?

— Пёсик передаёт, что впереди большая группа людей. Они вооружены и напичканы наркотой. Одна из их машин движется в нашем направлении.

Кристоф резким движением затащил за шиворот замешкавшегося «Вжика» и отвесил ему подзатыльник.

— Пропустим машину и обойдём их по параллельным улицам. Сколько их, Асадор?

— Больше сотни, грёбанных ублюдков.

— Значит при решении фрактального уравнения буду использовать переменную второго порядка… таааак, исходя из особенностей психики данных групп населения они будут рассеиваться на два-три квартала, чтобы разграбить, поэтому мы сможем пройти по S3 улице не встретившись ни с одним из них.

— Вы серьёзно? Это же практически прямо к их основной массе!

— Поверь мне, я в этом разбираюсь, парень.

Эла терзали сомнения. Весь его опыт общения с ульевыми бандами говорил как раз обратное. От этих отморозков следует держаться как можно дальше и не иметь с ними дел даже через третьих лиц, не то чтобы ринутся прямо на рейдерский разъезд. Но приходилось всё же довериться опыту и навыкам старшего. Вжика же вообще передёрнуло от ещё свежих воспоминаний житья бытья в подобном коллективе и если бы не предусмотрительно строгий тон Кристофа, то, возможно, наделал бы глупостей.

Около минуты не происходило ничего, но потом мимо прокатилась грохочущая криво сваренная колымага на зависть любому орку. Машина была доверху набита чернокожими, завёрнутыми в тряпьё людьми, размахивающими в алкогольном угаре обильным арсеналом самопального огнестрела. Мужчины и женщины дико визжали и хохотали спрыгивая с кузова и вламываясь в окрестные лачуги. Эл слишком часто раньше наблюдал подобные картины, чтобы рефлекторно не поёжиться. «Люди везде остаются людьми, где бы ты ни встречал их». Он не помнил кто и когда сказал эту фразу, но она всегда оказывалась поразительно точной на любой планете Империума. Дождавшись когда гоп-компания окажется достаточно увлечена своим любимым занятием, Кристоф скомандовал жестом двигаться к ближайшему переулку. Доносившиеся до них крики и звуки борьбы вперемешку с мольбами о помощи задевали некоторые струны в душе Эла и Кристоф заметил это не хуже профессионального телепата.

— Мы агенты Золотого трона, а не уличные мстители из городских легенд, парень. Мы умираем во мраке, чтобы спасать миллионы, а не горстку жителей трущоб. Как бы цинично это ни звучало, но так и есть.

Слова здесь были, конечно же, излишни, ибо каждый знал, что за плечами у товарища достаточно опыта, дабы понимать такие базовые аспекты деятельности аколита, но, тем не менее, лучше перестраховаться.

— Я понимаю.

— Хорошо, если так.

Они бежали по тесному переулку достаточно долго, чтобы начать сомневаться в правильности своего решения, но в конце концов попали на ещё один пыльный тротуар, подвешенный над бездной простирающихся внизу затенённых эстакад, платформ и комплексов зданий, уходящих ещё глубже к столь желанной сейчас прохладе.

— Фух! Вот побегал бы Люциус сам по такой жаре.

— Зря ты так, он у нас боевой дядька. От настоящего дела никогда в стороне не был. Ещё до того, как ты пришёл к нам, помню как охотились мы за отступниками из «Кровавого договора»…

— О! Ты про тот самый случай, Кай?

— Да, Крис, в общем когда мы думали, что вот-вот схватим этих выродков за яйца, выяснилось, что руководит ими самый настоящий десантник хаоса!

— В это трудно поверить… тем более в то, что вы после этого остались живы.

— Не спорю. Пара сотен килограмм чистой ереси, закованной в древние осквернённые демонами силовые доспехи, видавшие, возможно, самого Императора! Это не шутки. Но Женевьян не струхнул тогда и попёр прямо на него. Ох как же они быстро двигались, у меня аж голова закружилась, но в итоге исполин приложил по нашему боссу силовым кулаком и мы уж решили, что то, что стекало со стены, уже врятли оживёт и станет нашим прежним инквизитором, но он выкарабкался каким-то чудом. Не иначе сам Император спас от гибели.

— Правда стал гораздо более замкнутым и отстранённым…

— Посмотрел бы я на тебя, после того как тебя размажут об стену до состояния фарша.

— Лучше за приборами следи, Кай. У тебя датчик мигает.

— Да знаю я. Сигнал всё ещё слишком слабый, глядишь к вечеру и наткнёмся на что-нибудь.

В этот самый момент Вжика бросило в дрожь и можно было бы подумать, что у него начался эпилептический припадок, если б не невидимые для обычного человека возмущения энергий варпа. Ему, похоже, пришло видение и невероятно острое внимание Кристофа успело выхватить из происходящего за доли секунды едва заметную деталь пространства: песок под ногами парнишки перекатывался под воздействием ветра не совсем так, как обычно, а словно огибал таинственные незримые узоры, возникающие и исчезающие слишком быстро, для непрофессионала. Кристоф даже успел опередить Эла в намерении остановить Асадора от того, чтобы привести Вжика в чувства и в этот момент уважение к его интеллекту вновь подпрыгнуло до облаков. Голос же паренька вибрировал в воздухе и мало чем походил на человеческий.

— Предающий друзей своих во спасение их же, предающий любовь ради спасения собственного чрева… так соблазнителен ему путь в конце которого не спасётся никто… Незаживающая рана, осуждением поцелованная глаза откроет на проклятую душу… Дети, потерянные среди звёзд, повторяют ответ на вопрос, который никто не задаёт…

По коже всей группы побежали мурашки от холода, несмотря на иссушающий зной вокруг, а с одежды тяжело дышащего Вжика стал подниматься пар.

— Всё в порядке?

— Нам… нельзя… искать то, что вы ищете…

— Что? Что ты вообще несёшь? С кем разговариваешь? Я нихрена не понял!

На лице Асадора читалось искреннее недоумение и испуг человека, слишком редко сталкивавшегося с псайкерами, чтобы привыкнуть ко всему тому дерьму, что их сопровождает.

— Спокойнее, Кай, следи за ауспексами. Эл, что с ним?

— Спонтанные всплески психической активности, он в порядке, я присмотрю за ним.

— Хорошо, продолжаем движение.

Эл подхватил под плечо всё ещё вялого и бормочущего себе под нос молодого человека, стараясь не вслушиваться в бессмысленные бредни и концентрируясь на восстановлении его ментального барьера. Тем не менее, как бы он ни старался, возникшая тревога, всё нарастала с каждым шагом по горячим безлюдным улицам, зажатым между истлевшими под солнцем и ветром верхушками стандартных имперских готических шпилей и понастроенных вокруг них самодельных жилищ, из редких окон которых, на них иногда поглядывали почерневшие лица местных жителей. Молитва покаяния Императору немного успокоила Вжика и он стал поспевать за остальными самостоятельно.

— Господин упомянул некоего Фендала… А кто это?

— О паренёк пришёл в себя? Думаю тебе не стоит…

— Да брось, он имеет право знать.

— Эх, ну лаааадно. Это история о том, что нас всех ждёт рано или поздно. Инквизитор Фендал был давним и самым близким другом нашего Женевьяна. Последние года своей карьеры он посвятил себя охоте за «Пылающей принцессой». Дело то было столь скверным и секретным, что никто в ордосе так и не получил полного доступа к материалам следствия, однако Фендал со своим боевым отрядом смогли настигнуть её на Сумраке — жуткой планете вечного болотного зловония и навязчивых кошмаров. Тогда то жертва вдруг обратилась в охотника и сожгла до тла весь его отряд вместе с ним, но Фэндал что-то успел передать Женевьяну перед смертью… что именно он не рассказывает… Так! Пёсик нашёл что-то. Сигнал всё ещё неубедителен, но это лучшее, на что мы пока можем надеяться. Где-то прямо под нами.

— Пошли, я нашёл лестницу.

Спустившись на один уровень ниже они не заметили особой разницы в обстановке и направились к размалёванной похабными надписями двери ничем не примечательного барака, возле которой издавал своё электронное скуление механический пёс.

— Сканеры показывают, что там пусто.

— Я тоже ничего не чувствую, но всё равно проверю.

Эл извлёк из кобуры «Дружочка» и мягко, словно змея, прильнул к стене. Лёгкого толчка ногой было достаточно, чтобы она отворилась, а он сам, не заходя сразу, наблюдал за коридором через ржавую щель в стене в напряжённом ожидании любого шевеления среди теней. Ничего. Чтож… Внутри царил беспорядок, свидетельствующий о проживании большого количества людей в тесных, душных и плохо освещаемых помещениях. Среди гор хлама взгляд просто навсего терялся в том, на чём акцентировать внимание. Благо с ними были безупречно отлаженные сенсоры на четырёх лапах и зверюшка уселась напротив потемневшего от сырости деревянного стола с бумагами.

— Видимо наш желанный соглядатай провёл за ним достаточно долго времени, чтобы пропитать его своим запахом.

— На бумаге всё записано так коряво! О Император, как это прочитать?

— Стойте, ничего не трогайте. Мне нужно осмотреться.

Кристоф касался взглядом каждого уголка помещения на первый взгляд бегло и суматошно, но это вовсе не так. Он даже не пожалел свой безупречный костюм и прильнул к грязному полу, чтобы получить новый угол обзора.

— Стул был задвинут много позже, после того, как сидящий встал. Толщина пыли под ножками разница довольно сильно… затем, судя по линии из помятого именно ногами мусора он пошёл к умывальнику. Тааааак, под умывальником он обронил что-то, есть следы от колен и… пятно крови. Видимо брился. Кай, проанализируй кровь, будь добр.

— Уже скоро… Да, это его. Свернулась всего день назад.

— Отлично. Введи её в реестр как более свежий ориентир. Может это поможет.

— И помогло! У меня есть сильный сигнал! В сотне метров к северу. Быстро передвигается… Что за хрень!

— Что там?

— Он несётся со скоростью в пол сотни кломов в час!

— Ну, может у него спидер.

— Внутри жилых зданий?

— Мини — спидер?

— Очень смешно, Эл!

Мигающая точка на выпуклом экране миниатюрного когитатора пугающе проворно проскакивала через пролёты и двери на схематическом плане помещений, вдобавок изображение постоянно дрожало и искажалось, а постукивания Асадора по корпусу лишь ненадолго восстанавливали относительную чёткость, несмотря на постоянные молебны о благосклонности машинного духа с его стороны.

— Идём наперерез вот в этот блок. Там глухой тупик. Можем попытаться перехватить.

Уже на бегу по пёстрым от перемежающихся теней петляющим улочкам Эл заметил несколько более задумчивое чем обычно лицо Кристофа и тот, встретившись взглядом, сразу же пояснил.

— А нужно ли нам его догонять?

— Думаешь ловушка?

— Немного попахивает. Осторожность не помешает.

Сбежав по истёртой веками рокритовой лестнице, они оказались на небольшом перекрёстке среди конгломератов наползающих друг на друга жестяных, деревянных и глиняных самостроек, соединённых лианами из бельевых верёвок и объявлений на малограмотном низком готике.

— Сигнал замер вон там!

Асадор указал на заколоченное ржавыми листами и досками здание, напоминающее продуктовую лавку. Дверь оказалась закрыта достаточно массивным замком, а петли, к огорчению, не подавали признаков расшатывания, поэтому идея выбить всё это хозяйства отпала достаточно быстро. Кристоф уже примеривался своим дробовиком, чтобы снести замок, но Эл решил попробовать разобраться без грубой силы. Прикосновение сознания к замку, пусть и с трудом, но всё же сдвинуло его детали с места под аккомпанемент металлического скрежета, но он так и не открылся. Видя потуги Эла, Вжик, видимо не выдержал и одним взмахом руки направил к замку поток невидимой силы, разом превратившей массивную сталь в непередаваемой формы скрученный комок, покатившийся по тротуару. Внеочередная ухмылка Кристофа стоила затраченных усилий.

-Никогда не думали о карьере медвежатника?

Воздух внутри был густым от сырости, затхлым и наполненным едким запахом мускуса, а мрачное запустение угнетало не слабее вони. Все вскинули своё оружие, рассредоточившись и пытаясь разглядеть в освещаемых через дыры в стенах тонкими лучиками света любые подозрительные очертания в своём секторе обстрела. Потрескивая бинарным кодом, меж ними проскользнул мастиф и принялся осматривать комнаты, пока не задержался у темнеющей кучи осыпавшейся штукатурки в углу. Под ней, в окружении зловония и роя мух, виднелись очертания трупа мужчины.

— Маааать твою за ногу! Когда ж он успел так подкиснуть?

— Тут довольно-таки жарко…

— А это точно он?

Лицо Асадора приняло уже знакомый обиженный вид.

— Ольфакторные рецепторы моего пса исключительно селективны. Вероятность ошибки меньше сотой доли процента.

— Как по мне, так все трупы воняют одинаково.

— А ещё они не носятся со скоростью спидера.

Возобновивший осмотр и восстановление событий по мельчайшим деталям Кристоф пробуждал в голове ассоциации с поэзией. По другому такую работу не назвать.

— Он упал уже мёртвым и судя по его позе он облокотился об эту стену… вот и потёртость. Шёл с этой стороны в спешке и коснулся ящика. В этой части комнаты лёгкий сквозняк из отверстия, а значит, если что-то и лежало на ящике, то улетело в угол. Вот и листок. Написано его почерком, линии букв соответствуют конфигурации кисти и на ладони те же чернила, только написано в спешке: «Даже самая чёрная тень, может быть незаметна там, где очень светло, ибо свет не только разгоняет тьму, но и ослепляет»… Так, Асадор, отправь пикт изображение шифровальщикам, а я передам копию начальнику.

Сердце Эла забилось чаще от скребущихся на душе догадок, но озвучить их он не осмелился, ибо даже сам пока не до конца понимал собственные чувства. Вокруг воцарилась тишина размышлений, но Асадор начал вдруг оглядываться так, будто его кто-то звал.

— Что? Что ты сказал?

— Н…ничего…

Вжик был явно взят врасплох внезапным вопросом, потому, что заворожённо наблюдал как на пустой поверхности ящика возникают причудливые узоры, рисуемые невидимой кистью. Элу стало тяжело дышать из-за резко сгустившегося воздуха, но краем глаза он заметил, некое движение. Это оказался плюшевый мишка, залезающий в кроватку. Кристоф нервно пнул старый хронометр опёртый о стену.

— Долбанный хрон тикает так громко, что уже действует на нервы!

Но хрон не тикал уже очень давно и разваливался. Он просто был не в состоянии работать. Не успел Эл сказать и слова, как Асадора подняло в воздух невидимым суспензорным полем и унесло в другую комнату, одновременно с тем, как все двери с оглушительным грохотом захлопнулись. Затмившая всё вокруг темнота не позволяла непривыкшим глазам рассмотреть ровным счётом ничего, но Эл, почему-то отчётливо видел, как по потолку невероятно быстро ползёт несколько фигур, напоминающих обезноженных людей, с ободранной кожей и изрезанным до неузнавания лицом. Ещё до того, как кто-либо смог бы среагировать, мастиф кинулся на одного из них, ещё в полёте перемалывая его своими цепными челюстями с приглушённым визгом мотора, раскидывающего ошмётки изорванной плоти по комнате.

— Что за…

Кристоф зажмурился от взрыва брызг вскипевшего после попадания лаз-заряда ихора и отшатнулся чуть не перевалившись через груду хлама за спиной. Кривые и длинные, как у хищных зверей, когти третьего промелькнули в сантиметре от шеи Эла, когда он изворачивался под одновременными атаками с других сторон многократно заученным пируэтом и перерубал одним широким взмахом сразу две тени перед собой пополам. Только когда зловонная жижа забрызгала лицо стоящего истуканом и хлопающего глазами Вжика он очнулся и неожиданно мощным ментальным импульсом отбросил от себя несколько тварей, размазав их по стене как комки с потрохами. Ничем не сдерживаемая энергия задела и Эла тоже, подхватив его как тряпичную куклу и проломив им межкомнатную перегородку. Чудом успев сгруппироваться и не сломать себе шею в диком кувырке, Эл всё же ощутил пульсирующую боль от впившихся в спину и левую ногу ржавых обломков. Сквозь пелену поднятой пыли стали различаться приближающиеся сгорбленные силуэты. Он не был уверен сработает ли это на них, но всё равно собрал всю волю в кулак и направил в них. Боль, скрутившая бы человека до смерти лишь разозлила их, а попутно полетевшие обломки только ненадолго замедлили. Элу же досталось сильнее. Неосторожно выпущенная сила всколыхнула сознание и разум наполнился хором голосов и образов, один из которых ужасающим фоном застыл перед глазами. Горящий величественный собор. Дым заволок небеса, а земля залита кровью. Он узнал это место и осознание масштабов возможной трагедии пересилило всю боль и слабость. Он бросился в противоположную сторону, полностью игнорируя крики товарищей и многочисленные шорохи тварей за спиной. Стена впереди выглядела достаточно дряхлой, чтобы, не сбавляя скорости, на полном ходу влететь в неё. Однако вместо земли под собой, он обнаружил, что свободно парит в воздухе, проносясь мимо переплетений многоуровневых эстакад и громад небоскрёбов к стремительно и неумолимо приближающейся тверди. Терять было нечего и Эл попытался спланировать в сторону атмосферного транспортного потока в надежде зацепиться выстреленным крюком за какой-нибудь лифтер. Сказать, что свободно падающий на высоте в несколько километров человек приводил пилотов в полное замешательство, значит ничего не сказать. Поток превратился в разворошённое осиное гнездо, но крюк всё-таки зацепился за рулевые крылья одного из лифтеров и левую руку дёрнуло так, что Эл сначала решил, что её оторвало к чертям, а пилот с пассажирами даже не нашли слов для ругани и тупо смотрели через панорамное окно в оцепенении. Мужчины и женщины в богатых костюмах не моргали и, казалось, даже не дышали, наблюдая как ободранный молодой человек с гримасой боли и гнева отчаянно цепляется за воздухозаборник под потоками высокоскоростного ветра. И никто даже не обратил внимания на то, что рычаг люка поворачивается сам по себе, после чего парень неуклюже ввалился в салон с криком прижимая повреждённую руку. Перерастянутые и надорванные мышцы отказывались слушаться и левая рука безвольно лежала плетью, в правая сжимала лаз-пистолет.