HERETICUS TENEBRAE: Astra tiranium dominatorum est

* * *

— Да что ты там возишься то а?

— Ты можешь заткнуться?

— Только не говори, что мы застряли! Я тебя четвертую прямо тут!

Голос разносился звонким эхом во мраке металлической трубы и звучал подобно колокольному звону в ушах.

— Нет, просто решётка приварена. Нужно подождать, пока я дотянусь до… фраг, как же тут тесно то а!

Эл изворачивался как завяленная ящерица, несколько раз грязно выругавшись, когда Ви «случайно» наступила ему на лицо и, в конечном итоге достал свой клинок. Уперев остриё в приваренный край решётки он напряг волю и одним рывком срезал её. После чего они оба вывалились из просвета трубы прямо на решётчатый пол.

— Ай фффф! Чтобы я ещё раз тебя послу…

— Тшшш!

Они поднялись, напряжённо вслушиваясь в кавалькаду звуков генераторного отсека, гудящего рядами массивных флюоресцирующих энергоячеек и когитационных модулей, облепленных свежими восковыми печатями с гербом святой шестерни. В воздухе ещё витал запах ладана от недавнего богослужения и прекрасно отлаженная троица сервочерепов, горя красными огоньками из глазниц, резво подлетела им под ноги, подбирая своими мелкими конечностями срезанную решётку и приваривая её обратно к трубе.

— (шёпотом) Здесь что-то не так…

— Ясновидец из тебя так себе, но я промолчу.

— А я и не…

Будто бы холодными когтями его схватило за сердце ощущение несущейся навстречу беды и вынуждая от испуга непроизвольно взмахнуть рукой за мгновение до грохота выстрела. Звон от столкновения стабберной пули с выставленным плашмя клинком практически оглушил его, а вызванная столкновением вибрация едва не вырвала клинок из руки в одном болезненном спазме. Вивиенна отскочила лишь спустя доли секунды после этого и, видит Император, если бы целились в неё, то всё могло бы пойти совсем по-другому. Неизвестно кто был сейчас удивлён больше: стрелок или сам Эл.

— Нихера се! Ты видел?! Видел?!

— Что я должен был видеть, пидор ты гнойный?! Какого, мать твою на капитанском мостике, ты взял с собой грёбанный стаббер?!

— Хотел опробовать свою новую пушку, Зер. Что такого?

— А про рикошет ты гнида забыл?! Здесь стены кругом металлические! Ооооох угрохаешь ты меня когда-нибудь, правильно мне мама говорила!

Грубые голоса мужчин доносились из тени в дальнем углу и предвещали их появление, однако, Эл чувствовал присутствие ещё кого-то в помещении. Живого и недвижимого. Из тени вышло двое. Крупные, угловатые, покрытые белесоватыми шрамами мужчины шли так, как если бы под ними был подиум и зрители вокруг задержав дыхание разглядывали их искусственную мускулатуру, пропитанную анаболическими препаратами. Многочисленные следы старых порезов на лице и выцветшая гвардейская униформа облегчённого образца выдавала в них дезертиров одного из Бронтийских полков, именуемых в простонародье «Длинные ножи» за соответствующую особенность снаряжения и обучения. Тот что справа держал стандартный гвардейский лазган, второй же покачивал в руках какой-то самопал, похожий на самозарядную винтовку с отпиленным стволом. Часть его лба вместе с глазом блестела свежевживлённым металлом недорогой аугметики. Коротким жестом Эл убедил Ви не доставать оружие. Несмотря на расслабленный вид, эти головорезы были наготове и любое провоцирующее движение сейчас могло привести их обоих к быстрому и весьма печальному концу.

— О, Жори, а про эту цыпу тот хмырь ничего не говорил.

— Ну, значица, это бонус.

Оба слащаво улыбнулись, роняя свои взгляды на фигуру Вивиенны, так некстати подчёркнутую облегающим кожаным костюмом и, наверное, нет в галактике ничего, что бы бесило её сильнее, нежели пренебрежение её мнением по данному конкретному вопросу. Одним резким движением она схватила ближайшего из низ за пальцы, которыми тот в данный момент изображал свои фантазии и, с глухим хрустом, сломала. Не успев осознать случившееся, пострадавший отбросил её увесистым пинком и Ви свернулась на полу в попытке сделать вдох. Эл даже не дёрнулся с места, ибо дуло лазгана не переставало смотреть ему в лицо, к тому же, он не чувствовал в них жажды убийства, что было странно, но давало надежду.

— ААААЙ! Ах! ТЫЖ НЕДОЁБАНАЯ ССССУКА!

— Вечно ты тянешь руки куда не следует…

Один из сервочерепов отвлёкся от сварки и принялся кружить вокруг головы скривившегося от боли мужчины, сканируя металлическую деталь в его голове.

— Дерьмо! Ещё эти здесь как мошкара!

Мужчина двинул прикладом по черепу и тот, издав протяжный писк и выдав сноп искр, отлетел к ближайшему блоку когитаторов, оставив на корпусе последнего заметную вмятину. Эл почувствовал как кто-то кроме них четверых пришёл в движение и бесшумно приблизился. Запах ладана усилился в тот же момент, как вокруг горла, и без того пострадавшего, головореза обвилась ребристая металлическая змея, выпрыгнувшая откуда-то из темноты. Мужчина заболтал ногами в воздухе, когда его приподняло и скорее всего не успел даже приблизительно понять что и как его разорвало на части, появившимися ещё тремя «змеями». Теперь стало видно, что это всего лишь механодендриты некоего механикуса. Дезертир с лазганом, казалось, вовсе не дышал и молча наблюдал за расправой через прицел, произведя скорее отчаянный, чем спланированный выстрел в темноту из которой тянулись механические конечности. Лазерный луч на мгновение осветил бредущую фигуру, исчезнув после этого без каких-либо искр и вспышек, а одна из конечностей, словно играючи, хлыстнула стрелка, который перевернулся в воздухе и шмякнулся плашмя об пол. Фигура в бордовой мантии же просто сложила свои окровавленные механодендриты за спиной подобно крыльям и подбежала к разбитому сервочерепу, начиная баюкать его остатки как ребёнка на руках. Эл даже и не предполагал, что синтетический модулированный голос способен передавать своеобразное подобие печали.

— SN-28! SN-28… не уберёг я тебя… о, Омниссия всезнающий, какое богохульство! Чёртовы мешки с мясом и костями оскверняют все твои творения до которых дотянутся!

Ви отказалась от помощи и встала сама, пытаясь привести себя в порядок с озадаченным видом поглядывая на обеспокоенное лицо Эла, выискивающего на ней признаки травм. Заметив, что оставшийся дезертир решил сбежать, она рванулась отвешивать тому пинки со всего размаху и продолжила бы дальше превращать покрытое шрамами лицо в кашу, если б Эл её не одёрнул.

— Погоди чуток, нам его ещё допросить надо.

— Так он будет сговорчивее!

— Так ему нечем будет говорить!

В этот момент на них обернулась фигура механикуса и Эл узнал его «лицо».

— Йерсиний?

— Господин Багинский? Не ожидал вас здесь встретить, тем более в подобных обстоятельствах.

— Перипетии судьбы меня удивляют гораздо чаще, чем мне этого хотелось бы.

— Если вы про решения вероятностных уравнений, то вполне согласен с вами.

Дезертир, лишённый былой бравады, замер в тревожном ожидании, медленно надувая расквашенными ноздрями кровавые пузыри. Эл наклонился к нему, наступая на подозрительно медленно убираемую ладонь.

— Не заставляй меня копаться в твоей голове. Поверь, это неприятно, поэтому говори как есть. Как вы узнали где и кого ждать? Что вам сказали сделать?

— Да никак… просто подошёл какой-то вонючий дрыщ, толкнул деньжат и сказал, что из трубы в генераторной вывалится чел, его надо будет приголубить и закрыть где-нибудь до поры до времени.

— Не убивать?

— Не… токма припугнуть, а то, что пальнул в тебя, так это так, для порядку… ну чтоб не возникал особо.

— А когда он к вам подошёл?

— Он то? Это… уж неделя прошла как… хотя нет, неделю назад он подходил с авансом, а договаривались мы с ним ещё в порту…

Ви замахнулась рукой, но Эл придержал.

— Он не врёт.

— С чего это ты ре… ах, ну да.

— Со своей стороны могу тоже подтвердить. Мои биометрические системы сообщают, что микродвижения зрачков субъекта соответствуют психошаблону «veritas». Так что, если вы с ним закончили, позвольте мне реквизировать его биоматериал.

По дезертиру было видно, что он не понял большую часть фразы, но на всякий случай запаниковал.

— Э! Э! Чё вам надо то ещё? Я всё сказал!

— Увы, молодой человек, но вы уже измерены, посчитаны и внесены в каталог ремонтной серво-бригады, где сможете послужить на благо Омниссии и искупить свои грехи.

Мужчина хотел было что-нибудь сказать или сделать, но быстро обмяк от электрической дуги, скользнувшей из прицепившегося к его затылку механодендрита.

— Чтож, благодарю за помощь, Йерсиний, но нам, похоже, нужно опять спешить.

— Вне сомнений, отсутствие благословенного логис-организатора приводит к суете. (он в очередной раз как будто улыбнулся остатками своего лица) Расчетное время прибытия в систему «Станков» 27 стандартных часов.

* * *

«Нет истины в плоти, только предательство. Нет силы в плоти, только слабость. Нет постоянства в плоти, только распад. Нет определённости во плоти, только смерть»

118.853.М41. Сегментум Обскурус. Сектор Каликсида. Субсектор Мальфи. Мир-кузня Хадд. Низкая орбита.

— Ну как? Нашла его?

— Да, отделился от основного трансатмосферного потока на частном лифтере. Вот его сигнал на ауспексе. Если будем держать дистанцию в 20 километров, то скорее всего он нас не заметит и решит, что оторвался.

— Надеюсь он находится в полной уверенности, что мы остались на корабле, иначе бы купил больше людей.

— Как ты думаешь, почему он приказал им не убивать? Тебе не кажется это слишком уж странным?

— Кажется, но догадок пока нет, может быть, если бы нас убили, то по его следу послали бы кого-нибудь посерьёзнее…

— Исключено, цель второстепенная, а весь анклав работает в авральном режиме уже год. Врятли на него выделили бы ещё одну команду, к тому же для него самого выгода сомнительная. Я бы убила не задумываясь.

— Ну незнаю, даже сейчас мы попали на него случайно: успев посмотреть записи камер наблюдения до того, как некто из его сообщников их сотрёт… Ай! Башкой ударился!

— Сейчас тряханёт ещё сильнее!

Лёгкий двухместный шаттл дико мотало из стороны в сторону при вхождении в плотные слои атмосферы, поэтому Эл решил не отвлекать Ви от пилотирования этого корыта и покрепче вцепился в кресло, уставившись на дрожащий зелёный навигационный голопроектор. Все эти полёты не лучшим образом сказывались на его пищеварении и самочувствии в целом. Даже при том, что он со временем научился усилием воли подавлять все нежелательные позывы, стремление свести нахождение в летающем транспорте к минимуму надёжно засело в его голове уже давно. Они спускались при хороших, по местным меркам, погодных условиях, а значит, можно хотя бы не опасаться кислотного шторма или чего-нибудь в этом роде. Как и все владения Адептус Механикус, поверхность мира-кузницы Хадд, открывающаяся за бронекристаллом, была сплошь заволочена густым непроглядным смогом, из которого то тут, то там выглядывали шпили «Единения машинного духа» и «Благословенного вычисления». Когда шаттл окунулся в бескрайнюю грязную пелену смога стало слышно, как напряжённо стали работать воздушные фильтры, а дух шаттла провозгласил через динамики своим противным генератором речи: «Внимание! Агрессивные условия внешней среды. Уровень токсических и абразивных примесей в атмосфере опасен для пребывания незащищённых или немодифицированных органических существ. Рекомендуется использование изолирующих систем жизнеобеспечения или дыхательная аугментация.»

— Надеюсь в этой посудине предусмотрены хотя бы респираторы…

— Я тоже… Смотри, он, похоже, повернул в сторону кораблестроительных верфей.

Ближе к поверхности непроглядный смог сменился туманом, сквозь который открывался вид на невероятных масштабов производство. От горизонта до горизонта всё вокруг было утыкано тысячами чадящих чёрным дымом труб и исходящих жаром доменных печей под ними. Километровой длины манипуляторы перемещали ещё более громоздкие детали. Невообразимая мощь и размах происходящего были трудны для восприятия. И это ещё не начался период схождения планет, когда все промышленные мощности переводятся на максимально возможную интенсивность работы, т.к. гравитационные условия изменяются настолько, что их уникальность и обеспечила Станкам такую славу поставщика лучших сплавов, оружия и боеприпасов. Эл почувствовал себя настолько незначительной пылинкой, что ему стало не по себе, хотя это и была вполне очевидная правда. Точно также справедливая правда и для всех тех миллионов людей, трудящихся на износ в утробе бесчисленных заводов внизу. Заводов, не останавливающихся вот уже более тысячи лет и не планирующих останавливаться, ибо аппетиты имперского флота и других потребителей здешних товаров поистине неутолимы.

— Ты это серьёзно?

Ви заметила краем глаза как Эл переложил из сумки в набедренный карман серебряную безликую маску с двумя узкими прорезями для глаз.

— Да, пора перестать бегать за ним и играть в прятки. Как оказалось, он играет куда лучше нас.

Обеспокоенность Вивиенны была понятна. Эл надевал маску только в тех редких случаях, когда был полностью уверен, что кому-то придётся умереть. Догадывалась ли она о практическом назначении психофокусирующей маски или же считала её просто ритуальным жестом он не уточнял.

— Садись в тот же ангар, я попробую найти его по следам и сообщу, в случае чего.

— Может лучше доставим его Женевьяну?

— Боюсь, у меня не хватит на это сил. Ты же видела, что он со мной сделал одной короткой фразой… так что единственный шанс, это нанести удар внезапно и окончательно. Одному Императору известно, что он задумал и на что способен.

Ви лишь пожала плечами, но по её взгляду было понятно, что она не в восторге.

— Совсем забыл спросить: а как ты смогла получить право на свободный пролёт здесь?

— Передала «привет» генералу — фабрикатору и архимагосу ещё на подлёте к системе, благо не профукала коды во всей этой суете.

Шаттл приземлился на рокритовую платформу с небольшим толчком и Эл натянул на лицо дыхательную маску с фильтром, делая несколько глубоких вдохов, чтобы привыкнуть к затруднившемуся дыханию. Они молча кивнули друг другу и он нырнул в приоткрывшийся шлюз. Фильтра, как выяснилось, было явно недостаточно для местной атмосферы, потому что обоняние сразу обожгло резким запахом серы и жжёного металла. Глаза начали слезиться от рези, а жар доменных печей под платформой колыхал воздух подобно сильному ветру. Сквозь запотевшие окуляры разглядеть мелкие детали врятли было возможно, поэтому пришлось проделать один из самых нелюбимых им фокусов, направив всю волю к глазам, отчего те начали слезиться и болеть ещё сильнее, но на покрытом мелкой росой рокрите стали видны еле заметные следы сапог, ведущие от лифтера к внутренним помещениям ангара. Снующие туда-сюда инженерные сервиторы не обращали на него ни малейшего внимания, сбитые с толку наводнившим их сенсоры психическим шумом. Старая и простая уловка зачастую оказывалась гораздо полезней мощных техник, которым его принудительно обучали и которые его выматывали до состояния овоща. В вечном сумраке этой планеты недоумевающие глаза сервиторов казались такими же зловещими как и вся обстановка вокруг. Внутри, за гермоворотами, украшенными огромным символом святой шестерни воздух оказался заметно чище и, с невыразимым облегчением, Эл снял респиратор. Судя по расплывающимися от слёз надписям на стене, следы уходили налево, в сторону деактивированного сборочного цеха.

— Простите, сэр, но здесь запрещено находиться лицам, не задействованым в производственном процессе, вам необходимо обра…

— Забудь меня!

Усиленные волей слова оказались для болезненного вида молодого человека, преградившего ему путь с мотком кабелей в руках как ушат с холодной водой и тот продолжил свой путь как ни в чём не бывало. В обширном помещении цеха, освещённого лишь дежурными огнями, не оказалось ни души. Не было даже вездесущих сервочерепов, осматривающих целостность проводки и труб под потолком. В самом центре помещения на мощных адамантовых стапелях над ним нависала громада полусобранного фрегата в несколько сотен метров длинной. За лесом из свисающих с него подобно лианам с диких миров кабелей разной толщины Эл заметил движение двух фигур и первое, на что упал его ищущий укрытия взгляд, Это балки сборочных манипуляторов над командной рубкой фрегата, за широкими перемычками которых можно было с лёгкостью прятаться от любого наблюдателя. Времени на раздумья не оставалось и он, наспех успокоив мысли, направил всю свою волю к мышцам ног, которые одним рывком позволили преодолеть полтора десятка метров до торчащих деталей корабля, а затем, чередой сверхъестественно высоких прыжков, и до самих балок, где можно было хоть ненадолго расслабить сознание. От чрезвычайных нагрузок ноги заныли с такой силой, что отрезать их прямо сейчас не казалось такой уж ужасной идеей. Мысль о том, что может было бы проще стать невидимым довольно быстро отмелась после воспоминания о том, как его всё-таки застукал инфракрасный авгур ещё в те времена, когда он периодически крал выпечку из храмовой столовой. Как потом выяснилось, достаточно внимательные личности вполне могут заметить по бликам и дрожанию воздуха таких «умников» как он не хуже любой другой аппаратуры.

— Ви, слышишь меня?

— Да, есть что-нибудь?

— Вижу двух человек, наш клиент в белом защитном плаще и неизвестный в зелёном. Они…похоже, просто разговаривают.

— Что-нибудь слышишь?

— Да, но, по всей видимости, это какой-то шифр или незнакомый диалект. Передаю запись.

— Принято. Пометь второго целеуказателем, я попробую проследить за ним.

— Уже сделано.

Как он ни старался, всё равно не мог понять ни слова из того, что произносили эти двое. «And’maganar, sue komus! Gevher chortang…» Эла начала пробирать неприятная дрожь от каждого услышанного слова, но он всё равно пытался слушать, потому что голос второго показался ему отдалённо знакомым. По окончанию разговора оба приложили правую ладонь к левому плечу. «Как половина аквиллы» подумалось ему и он с максимально тихим шипением извлёк меч из специально промасленных ножен, готовясь к броску. Серебряная маска холодным касанием прильнула к лицу и дыхание стало замедляться, в отличие от мыслей, ставших лёгкими и всепроникающими. Анкерман видимо очень спешил обратно к своему лифтеру и это был идеальный момент закончить всё разом в тихом закутке. Эл спикировал бесшумно как хищная птица прямо на него, целясь точно в затылок. Наполненный волей клинок вошёл в ферророкритовую плитку как в пирожное, но человека по пути не встретил. Одновременно с приземлением раздался хлопок разреженного воздуха и всё вокруг наполнилось кратковременным шёпотом тысяч голосов, а в десятке метров рядом стала ощущаться возникшая из ниоткуда человеческая сущность. Анкерман смотрел на своё отражение в маске из-под чёрного капюшона испуганно хлопая глазами человека, совсем не привыкшего к тому, что что-то может пойти не по плану.

— Какого варпа? Ты ещё кто та…

Молча и всё также бесшумно фигура в чёрном метнулась к Анкерману размытой стрелой. Взмах. И снова звук схлопывающегося вакуума вперемешку с ворохом потусторонних воплей. «Это не аварийный телепортариум! Этот гад умеет прыгать через варп сам по себе… Плохо! Очень плохо!» На этот раз птичник возник на носу фрегата, хватаясь за отверстие торпедного аппарата. «Чтож, 10 метров его предел и, надеюсь, он и вправду не до конца контролирует процесс, иначе бы просто телепортировался прямо внутрь меня, разорвав на кусочки.» Ещё одна попытка. Выцелив «Дружочком» переносицу Анкермана, Эл нажал на активационную руну и лазерный луч оставил на корпусе корабля прямо за ним ярко светящуюся точку раскалённого металла.

— Да чтоб тебя!

Анкерман оказался по ту сторону корабля и уже улепётывал со всех ног. На таком расстоянии не удавалось нормально сфокусировать свою волю, но импульс достиг его и птичник свалился кувырком в скручивающих всё тело спазмах. Воодушевлённый этим Эл кинулся к нему с надеждой всё-таки добить, но в самый последний момент заметил как у того промелькнуло в руках что-то из перьев, ракушек и прочей мелочи, а цех наполнился громогласными словами.

— Ash’k kazul ugdan mok…hariiii!

Эл уже был готов разорвать его сердце своими ментальными силами, как рокрит под ногами внезапно стал жидким и стал утягивать его вниз вылезающими из него кучами нечеловеческих рук. Сматывающий механизм нарукавной лебёдки протестующе завизжал, пытаясь вытянуть хозяина из паранормальной трясины, а обрубленные чужие конечности вновь превращались в куски рокрита. Лебёдка сломалась и задымилась почти сразу же, но Эл смог частично высвободится и отползти в сторону. Люминосферы на потолке беспорядочно моргали и лопались из-за безумных потоков энергии, высвобожденных нечестивым колдовством, но чёртов птичник никак не унимался.

— Shagar madun ez hassiiiii!

Воздух во всём цехе наэлектризовался настолько, что то тут, то там начали проскальзывать разряды, в нос ударил резкий запах озона, а волосы стали подниматься дыбом, причём не только от статики. Безвольно свисавшие до этого кабели корабля вдруг ожили подобно щупальцам огромного монстра и поползли к нему, не давая времени на то, чтобы успеть нанести удар колдуну. Одновременно с этим из динамиков начала раздаваться пронзительная сирена и неприятный скрипящий голос монотонно провозгласил: » Внимание. Всему персоналу немедленно покинуть рабочие места вне основных помещений и проследовать в ближайшие укрытия до сигнала оповещения о снятии штормовой опасности. Уровень угрозы mortis maxima. Шлаковая буря. Повторяю…» В диком танце и всполохах мерцающего меча Эл боролся за свою жизнь под монотонную речь и нарастающий гул надвигающейся бури из несущихся на огромной скорости осколков мусора и абразивной пыли, образовавшейся за многие сотни лет непрекращающихся выбросов и способной за минуту содрать обшивку бронированного краулера. Извивающиеся кабели хлестали и рвали со всех направлений, не оставляя возможности выйти из окружения или увернуться. Часть удавалось перерубить и парировать, от части, наиболее крупных, ускользнуть за мгновение до того как они разламывали толстые напольные плиты под своими чудовищными ударами, но, с пугающей скоростью, Эл стал пропускать всё больше болезненных ударов. Один из кабелей обвился вокруг голени с силой достаточной чтобы сломать кости прямо в тот момент, когда Эл собирался отпрыгнуть в сторону от двух других, которые тут же сокрушительно врезались в него. Первый выбил весь воздух из груди, ломая рёбра и сбивая с ног, а второй размозжил губы и нос вместе с расколовшейся маской. Эл упал на грани сознания под глухой хруст ломаемых костей голени. Он хотел было закричать, но нечем. Тело больше не слушалось и всё, что оставалось, это отчаянное желание выжить. Выжить любой ценой, невзирая на последствия. Несколько кабелей с острыми штекерами развернулись и устремились прямо на него, чтобы пронзить, но замерли в полуметре от цели, сдерживаемые остатками воли цепляющегося за жизнь с завидным упорством человека. Вдруг перед глазами на пару секунд промелькнул образ того самого двойника из сна. Двойник высокомерно ухмыльнулся… Странным образом возникшая злость позволила разглядеть сквозь мутные очертания действительности нечёткие очертания Анкермана и хлестнул по нему мысленным лезвием. Даже в лучшие времена ему было трудно контролировать настолько сфокусированную энергию, поэтому то, что врага удалось задеть, уже показался чудом. Хаотично всколыхнувшая воздух невидимая сила оставила множество неровных зазубрин на полу, прежде чем брызнувшая кровью от порезов левая рука колдуна выронила амулет и тот растерянно отшатнулся прежде чем завизжать, хватаясь за неровно изрубленную кисть. «Нельзя позволить произносить ему слова… без них он…всего лишь человек.» Эл выплюнул осколки маски, впившиеся в губы и несколько недавно спротезированных зубов на пол и стянул с себя помятый серебряный овал. Двигаться было чуть легче, чем невозможно и крайне болезненно, а голова кружилась словно весь мир стал сплошной каруселью, но по крайней мере смертельно опасные кабели замерли без команды. Скованной судорогой рукой удалось нащупать пистолет в кобуре. «Может быть теперь он уже не будет таким прытким… иначе на второй раз меня уже не хватит» Несколько неприцельных выстрелов прожужжали в метре от вопящего Анкермана, что несколько отвлекло его от сиюминутных горестей и он снова побежал прочь. Откатившись с болезненным криком из-под взбесившихся кабелей, принявшихся лупить по всему вокруг и поднявшими невыносимый грохот, Эл попытался прицелиться получше и сердце, наконец, согрел долгожданный всполох попавшего в бедро лаз-заряда, после чего колдун вновь исчез и появился на каком-то внутреннем балконе под узким бронекристаллом, терзаемым потоками шлаковой бури и разрывался между тем, над какой раной стонать сильнее.