Приключения Таисии Цветковой. Дачные приключения с привкусом криминала

Глава 1: "Мука высшего сорта"

Честно говоря, я никогда не считала себя кулинарным талантом. Максимум моих достижений на поприще готовки – это яичница, которая иногда получается не подгоревшей, и бутерброды с колбасой. Но когда моя подруга Светка в очередной раз похвасталась фотографиями своих домашних тортиков в социальных сетях, что-то во мне надломилось.

– Тая, ну как ты живешь? – причитала она по телефону. – Женщина должна уметь готовить! А ты что, так и будешь всю жизнь питаться полуфабрикатами?

Я посмотрела на свой холодильник, битком набитый замороженными пельменями и готовыми салатами из супермаркета, и вздохнула. В тридцать два года пора бы уже научиться чему-то более серьезному, чем разогревание еды в микроволновке.

– Знаешь что, Светка, – сказала я решительно, – запишусь на курсы кулинарии!

– Да ну тебя! – засмеялась подруга. – Ты же даже кофе умудряешься сжигать.

Но я уже загорелась идеей. На следующий день после работы отправилась в районный центр досуга "Золотые ручки", который располагался в старом двухэтажном здании рядом с моим домом. Честно сказать, вывеска выглядела не очень презентабельно – краска облупилась, одна буква вообще отвалилась, но я решила не обращать на это внимания.

В фойе меня встретила полная женщина лет пятидесяти с копной крашеных светлых волос.

– Добро пожаловать! – воскликнула она таким тоном, словно я была миллионным посетителем. – Меня зовут Галина Семеновна, я администратор. Вы по какому вопросу?

– Хочу записаться на курсы выпечки, – робко сказала я.

– О, замечательно! – заохала Галина Семеновна. – Как раз завтра у нас начинается новая группа. Преподает сам Альберт Викторович Тестов! Это настоящий мастер своего дела, можете мне поверить.

Я заполнила анкету, заплатила за месяц занятий и получила список необходимых принадлежностей. Читая его дома, я ужаснулась – оказывается, нужны какие-то специальные формочки, венчики, мерные стаканчики и еще куча всего. Мой кот Персик, рыжий и пушистый, как маленькое солнышко, скептически наблюдал за мной с подоконника.

– Ну что смотришь? – обратилась я к нему. – Скоро я буду печь тебе вкусняшки собственного приготовления!

Персик только хвостом махнул, видимо, не очень поверив в мои кулинарные способности. И, честно говоря, я его понимала.

На следующий вечер, вооружившись новенькими кухонными принадлежностями, я явилась в центр досуга. Галина Семеновна проводила меня в небольшую комнату на втором этаже, где стоял длинный стол, несколько плит и большой холодильник.

– Кулинарная студия! – объявила она гордо. – Здесь творятся настоящие чудеса!

В студии уже собралось человек шесть. Все женщины, возраст от тридцати до шестидесяти. Я поздоровалась и села на свободное место.

– Меня зовут Марина, – представилась симпатичная брюнетка лет сорока, сидевшая рядом со мной. – Я уже третий курс хожу. Очень люблю печь!

– А я Таисия, – ответила я. – Только начинаю.

– Увидите, Альберт Викторович замечательно преподает, – зашептала Марина. – Правда, характер у него… специфический. Но он действительно профессионал!

В этот момент дверь распахнулась, и в студию вошел мужчина лет пятидесяти пяти. Высокий, худощавый, с аккуратно подстриженной бородкой и пронзительными голубыми глазами. На нем был белоснежный поварской халат и высокий колпак.

– Добро пожаловать в мир настоящей выпечки! – провозгласил он театральным голосом. – Меня зовут Альберт Викторович Тестов. Я преподаю искусство домашней кулинарии уже пятнадцать лет и могу с уверенностью сказать: из любой домохозяйки можно сделать настоящего мастера!

Он обвел нас взглядом, задержавшись на мне.

– Новенькая? – спросил он. – Как зовут?

– Таисия Петровна, – представилась я.

– Отлично! Таисия Петровна, надеюсь, вы готовы к серьезной работе? Кулинария – это не развлечение, это искусство!

Я кивнула, чувствуя себя школьницей на экзамене.

Альберт Викторович начал занятие с лекции о видах муки. Оказывается, мука бывает не только пшеничная! Есть ржаная, овсяная, рисовая, кукурузная и еще множество видов. Преподаватель рассказывал с таким энтузиазмом, что даже я, далекая от кулинарии, заслушалась.

– А теперь, дамы, приступим к практике! – объявил он. – Сегодня мы будем печь классические маффины с черникой.

Он раздал нам рецепты и начал показывать, как правильно замешивать тесто. Руки у него двигались быстро и уверенно, словно дирижировали невидимым оркестром.

– Главное правило – не перемешивать тесто! – поучал он. – Ложечка за ложечкой, аккуратно, с любовью!

Я старательно повторяла его движения, но тесто у меня получалось какое-то комковатое. Альберт Викторович подошел ко мне и покачал головой.

– Нет, нет, Таисия Петровна! Вы же не дрова рубите! Нежнее, деликатнее!

Он накрыл мои руки своими и показал правильные движения. Честно говоря, мне стало немного не по себе от такой близости, но я сделала вид, что все нормально.

Пока мы возились с тестом, я успела познакомиться с остальными участницами курса. Кроме Марины, которая оказалась многодетной мамой и домохозяйкой, в группе была Валентина Ивановна – пенсионерка, мечтавшая освоить французскую выпечку; Людмила – молодая мамочка в декрете; Зинаида Петровна – строгая женщина лет пятидесяти, работавшая в школе завучем; и Олеся – девушка лет двадцати пяти, которая, по ее словам, хотела удивить жениха кулинарными талантами.

– Я уже три раза к алтарю шла, – хихикала Людмила, размешивая тесто, – но каждый раз что-то шло не так. Может, дело в том, что готовить не умею?

– Ерунда! – фыркнула Зинаида Петровна. – Современные мужчины сами должны готовить. У меня муж отлично справляется с кухней.

– А мой, даже яичницу сжигает, – вздохнула Валентина Ивановна. – Хорошо, что на пенсии больше времени появилось, можно самой за плитой колдовать.

Альберт Викторович слушал наш женский треп с кислой миной.

– Дамы, дамы! – прервал он нас. – Меньше разговоров, больше концентрации! Выпечка требует полного внимания!

Действительно, пока мы болтали, мое тесто окончательно превратилось в непонятную массу. А у Марины, наоборот, получилось идеально – воздушное и однородное.

– Как у вас так ловко получается? – спросила я с завистью.

– Опыт, дорогая, – улыбнулась она. – У меня трое детей, всю жизнь что-то пеку. А вы что по специальности?

– Бухгалтер, – ответила я. – Работаю в торговой фирме. Цифры считаю лучше, чем тесто мешаю, видимо.

– Ничего, научимся! – подбодрила меня Людмила. – Я вот тоже раньше только разогревать умела.

Наконец, мы загрузили наши маффины в духовку. Альберт Викторович объявил пятнадцатиминутный перерыв.

– Пойдемте в холл, там есть автомат с кофе, – предложила Марина.

Мы спустились вниз, и тут я заметила странную вещь. Галина Семеновна стояла у своего стола и о чем-то горячо спорила по телефону.

– Нет, я же говорю, денег нет! – шипела она в трубку. – Подождите еще неделю!

Заметив нас, она быстро отключилась и натянула дежурную улыбку.

– Как дела? Получается? – спросила она слишком бодрым тоном.

– Пока учимся, – ответила Марина.

Мы купили кофе и вернулись в студию. Маффины уже пропеклись, и, надо сказать, пахли они божественно. Правда, мои получились какие-то кривые и неровные, но хотя бы не сгоревшие.

Альберт Викторович попробовал выпечку каждой из нас и вынес свой вердикт.

– Марина, как всегда, отлично! – похвалил он. – Валентина Ивановна, неплохо, но не забывайте про температурный режим. Людмила, больше ванили в следующий раз. Зинаида Петровна, тесто слегка перемешано. Олеся, отлично для первого раза! А вот Таисия Петровна…

Он долго жевал мой маффин, морщась.

– Соль и сахар не перепутали? – спросил он, наконец.

Я покраснела. Действительно, в спешке я могла ошибиться с баночками.

– Ничего, бывает, – снисходительно заметил преподаватель. – В следующий раз будьте внимательнее.

Занятие закончилось, мы убрали за собой посуду и начали расходиться. Альберт Викторович остался в студии – видимо, готовился к следующему уроку.

Дома меня встретил Персик. Я решила угостить его кусочком своего неудачного маффина, но кот отказался наотрез. Понюхал, фыркнул и демонстративно отвернулся.

– Ну, спасибо за поддержку! – обиделась я. – Я же стараюсь!

Персик посмотрел на меня своими зелеными глазами с таким выражением, словно хотел сказать: "Хозяйка, лучше открой мне консервы". И знаете что? Он был прав. Консервы Персик ел с удовольствием, а мой маффин пришлось выбросить.

Но я не сдавалась! На следующий день купила несколько кулинарных книг и даже посмотрела пару видео уроков в интернете. Теория – это одно, а практика совсем другое, но хотя бы базовые понятия я решила освоить.

Через два дня было следующее занятие. На этот раз мы должны были печь дрожжевые пирожки с разными начинками. Я приехала заранее, чтобы занять место поближе к преподавателю.

В студии уже собрались все участницы, кроме Олеси. Альберт Викторович выглядел каким-то нервным – то и дело, поглядывая на часы и барабаня пальцами по столу.

– А где наша молодежь? – спросил он.

– Олеся звонила, сказала, что задерживается, – ответила Марина. – Пробки, знаете ли.

– Ну что ж, начнем без нее, – решил преподаватель.

Он начал рассказывать про дрожжевое тесто, но я заметила, что он рассеян и несколько раз повторился. А когда мы приступили к замешиванию теста, он вдруг резко оборвал объяснения.

– Извините, дамы, мне нужно отлучиться на пару минут, – сказал он и выскочил из студии.

Мы переглянулись.

– Странно он себя ведет, – пробормотала Зинаида Петровна. – Обычно он такой собранный.

– Может, проблемы какие-то, – предположила Людмила.

Альберт Викторович вернулся через десять минут, но выглядел еще более взволнованным. Руки у него слегка дрожали, когда он показывал нам, как формовать пирожки.

Занятие прошло комково. Мои пирожки получились чуть лучше, чем в прошлый раз, но все равно далеко от идеала. Зато настроение у меня было хорошее – я чувствовала, что постепенно втягиваюсь в процесс.

После занятия я задержалась, чтобы вымыть противень. Альберт Викторович сидел за столом и что-то писал в блокноте, время от времени вздыхая.

– Альберт Викторович, а можно вопрос? – решилась я.

Он поднял на меня глаза.

– Слушаю, Таисия Петровна.

– У вас есть какие-то секретные рецепты? Хотелось бы что-то особенное научиться печь.

Преподаватель странно на меня посмотрел.

– Секретные рецепты… – повторил он медленно. – Знаете, Таисия Петровна, в кулинарии главное не рецепт, а душа, которую вы вкладываете в блюдо.

– Но все-таки, наверняка у вас есть какие-то особые секреты? – не унималась я.

Альберт Викторович захлопнул блокнот.

– У каждого повара есть свои секреты, – сказал он загадочно. – Но не все из них связаны с кулинарией.

Я не поняла, что он имеет в виду, но переспрашивать не стала. Попрощавшись, я отправилась домой.

Дома Персик встретил меня с обычным скепсисом. Я протянула ему кусочек пирожка с капустой, но кот даже нюхать не стал – просто повернулся ко мне спиной и ушел к своей миске.

– Ну ладно, – пробормотала я, – значит, пока еще не дозрела до кулинарных шедевров.

Но что-то мне подсказывало, что проблема была не только в моих кулинарных способностях. Альберт Викторович определенно что-то скрывал, и я была бы не я, если бы не попыталась выяснить что именно.

Глава 2: "Дрожжи раздора"

Утром я проснулась с твердым намерением стать достойной ученицей кулинарных курсов. Персик встретил меня на кухне с видом знатока, который прекрасно понимает всю безнадежность моих кулинарных амбиций. Он сидел возле своей миски и смотрел на меня с таким выражением, словно хотел сказать: "Хозяйка, лучше открой мне консервы и не мучай ни себя, ни окружающих".

– Не строй из себя критика, – сказала я ему, наливая кофе. – Сегодня у меня все получится!

Персик недоверчиво мяукнул и принялся умываться. Видимо, решил не тратить время на споры с безнадежной особой.

К вечеру я приехала в центр досуга с новенькими формочками для кексов и решительным настроем. В студии уже собралась вся наша дружная компания. Правда, дружной ее можно было назвать с большой натяжкой – между некоторыми участницами явно витало напряжение.

– Добрый вечер, дамы! – торжественно произнес Альберт Викторович, входя в студию.

Сегодня он выглядел еще более театрально, чем в прошлый раз. Белоснежный халат был безупречно выглажен, колпак сидел идеально ровно, но в глазах читалась какая-то нервозность. Руки у него слегка дрожали, когда он раскладывал рецепты на столе.

– Сегодня мы изучаем дрожжевое тесто! – объявил он. – Это основа основ, альфа и омега выпечки! Без понимания природы дрожжей невозможно стать настоящим кулинаром!

Он начал рассказывать о видах дрожжей, но я заметила, что несколько раз сбивался и повторялся. Обычно такой собранный и уверенный в себе, сегодня Альберт Викторович казался рассеянным.

– Дрожжи – это живые организмы, – говорил он, то и дело, поглядывая на часы. – Они требуют особого обращения, правильной температуры, подходящей среды…

– Альберт Викторович, – вдруг встряла Зинаида Петровна, наша строгая завуч, – а можно задать вопрос?

– Конечно, Зинаида Петровна, слушаю вас.

– Вы в прошлый раз обещали дать нам рецепт особых пирожков. Помните, вы говорили про бабушкин секретный рецепт?

Лицо преподавателя вдруг стало напряженным.

– Ах да, пирожки… Конечно, обязательно дам. Позже.

– А вот это интересно! – вдруг резко сказала Марина, которая обычно была такой милой и спокойной. – Очень интересно!

Все повернулись к ней. Марина стояла, сжав кулаки, и смотрела на Зинаиду Петровну с явной злостью.

– Что вас так взволновало, Марина? – осторожно спросила Людмила.

А то, что этот "бабушкин секретный рецепт" – это рецепт моей покойной свекрови! – выпалила Марина. – Она мне его передала перед смертью, а я, дурочка, поделилась с подругой. И что же теперь получается? Зинаида Петровна решила выдать его за семейную реликвию своего рода?

Зинаида Петровна покраснела так, что стала похожа на переспелый помидор.

– Что вы такое говорите! – возмутилась она. – Этот рецепт у нас в семье передается из поколения в поколение! Моя прабабушка…

– Ваша прабабушка, видимо, была очень современной женщиной, – ядовито перебила ее Марина. – Потому что мука "Макфа" и маргарин "Рама" в ее времена еще не производились!

Олеся, наша самая молоденькая участница, захихикала. Валентина Ивановна покачала головой с видом человека, который много чего повидал в жизни. А Людмила вообще достала телефон и начала что-то снимать – видимо, для соцсетей.

– Дамы, дамы! – попытался вмешаться Альберт Викторович. – Давайте не будем портить атмосферу творчества! Рецепты – это достояние человечества, они не могут принадлежать одному человеку!

– Ага, конечно! – не унималась Марина. – Зинаида Петровна, а не вы ли на прошлой неделе хвастались в учительской, что знаете секретный рецепт пирожков и даже написали статью для школьной газеты?

– При чем тут школьная газета? – попыталась оправдаться Зинаида Петровна.

– А при том, что там вы назвали себя хранительницей старинных кулинарных традиций! И даже фотографию приложили – пирожков, сделанных по МОЕМУ семейному рецепту!

Честно говоря, я не ожидала такого поворота событий. Когда записывалась на курсы, думала, что максимум драмы будет в том, что у меня не получится тесто. А тут разворачивается настоящая мыльная опера с кражей интеллектуальной собственности.

Альберт Викторович совсем растерялся. Он переминался с ноги на ногу и явно не знал, как уладить конфликт.

– Может быть, просто случайное совпадение? – неуверенно предположил он. – Похожие рецепты встречаются…

– Случайное совпадение? – взвилась Марина. – Включая особый способ лепки и секретную приправу из тмина и кориандра?

Зинаида Петровна окончательно потеряла дар речи. Она открывала и закрывала рот, как рыба, выброшенная на берег.

– Ну, вот что, – решительно сказала Валентина Ивановна, – хватит нам тут цирк устраивать. Мы же за деньги пришли учиться, а не семейные дрязги выяснять.

– Совершенно верно! – поддержала ее Людмила, отрываясь от телефона. – Альберт Викторович, давайте заниматься!

Преподаватель с видимым облегчением кивнул.

– Да, конечно, приступим к практике. Сегодня мы будем делать дрожжевые булочки с корицей.

Но атмосфера в студии была испорчена. Марина и Зинаида Петровна сидели по разным концам стола и бросали друг на друга убийственные взгляды. Олеся хихикала по любому поводу. Людмила продолжала что-то фотографировать для инстаграма (запрещен в РФ). А Валентина Ивановна вздыхала и качала головой.

Я попыталась сосредоточиться на замешивании теста, но постоянно отвлекалась на происходящее вокруг. Альберт Викторович тоже был не в своей тарелке – несколько раз путал ингредиенты и даже умудрился насыпать соль вместо сахара в демонстрационное тесто.

– Альберт Викторович, вы хорошо себя чувствуете? – участливо спросила Людмила.

– Что? Да, да, все прекрасно, – он встряхнул головой. – Просто немного устал. Вчера поздно лег.

Но мне показалось, что дело не только в усталости. Преподаватель явно был чем-то обеспокоен. Он часто смотрел на дверь, словно ждал кого-то или, наоборот, боялся, что кто-то войдет.

Занятие продолжалось в напряженной атмосфере. Мое тесто получилось чуть лучше, чем в прошлый раз, но до идеала было далеко. Зато у Марины, несмотря на все волнения, булочки вышли просто изумительные – пышные, румяные, с восхитительным ароматом корицы.

– Марина, у вас действительно золотые руки, – похвалил Альберт Викторович. – Видно, что готовите с детства.

– Спасибо, – сухо ответила она, но я заметила, что похвала ей приятна.

Зинаида Петровна демонстративно отвернулась и принялась активно месить свое тесто, явно стараясь показать, что она не хуже справляется.

К концу занятия все окончательно вымотались от напряжения. Альберт Викторович поспешно объявил домашнее задание – попрактиковаться в приготовлении дрожжевого теста дома.

– На следующем занятии мы будем делать пироги с различными начинками, – сказал он. – Приходите в четверг в то же время.

Мы начали собираться. Марина и Зинаида Петровна принципиально не прощались друг с другом. Олеся все еще хихикала. Людмила продолжала что-то строчить в телефоне – видимо, выкладывала фотографии булочек в соцсети.

– Альберт Викторович, – обратилась к преподавателю Валентина Ивановна, – может быть, вам помочь прибрать?

– Нет-нет, спасибо, – поспешно ответил он. – Я сам справлюсь. У меня свой порядок.

Мы вышли из студии, оставив преподавателя одного. В коридоре девочки еще немного поговорили о случившемся, но я поспешила домой – на улице уже совсем стемнело, а завтра рано на работу.

Дома меня встретил Персик с обычным недоумением. Я попыталась угостить его кусочком своей булочки, но кот отказался наотрез. Зато булочка Марины, которую она мне дала попробовать, пришлась ему по вкусу.

– Ну, вот видишь, – сказала я коту, – некоторые умеют готовить, а некоторые только учатся.

Персик мяукнул в ответ и ушел к себе на подоконник. А я легла спать, размышляя о странном поведении Альберта Викторовича и о том, что завтра будет новый день, полный кулинарных открытий.

Но утром меня разбудил звонок Людмилы.

– Тая, ты слышала? – взволнованно говорила она в трубку.

– Что случилось? – я с трудом разлепила глаза.

– Альберт Викторович! Его нашли мертвым в студии!

Я села на кровати как ошпаренная.

– Что?! Как?!

Галина Семеновна пришла утром открывать центр, а он лежит на полу среди рассыпанной муки! Говорят, поскользнулся и ударился головой!

У меня в голове пронеслись вчерашние события – нервозность преподавателя, скандал из-за рецепта, его странное поведение. И почему-то мне вспомнилось, как Персик вчера отказался есть мою булочку, но с удовольствием попробовал Маринину.

– Людмила, а полиция уже приехала?

– Да, там сейчас целый цирк. Галина Семеновна рыдает, говорит, что такой хороший человек был, такой талантливый…

Я попрощалась с Людмилой и задумалась. Персик сидел на подоконнике и внимательно смотрел на меня своими зелеными глазами. В них читалось что-то вроде: "Хозяйка, а ты не находишь, что вчера было слишком много странностей?"

И знаете что? Кот был прав. Было слишком много странностей. Альберт Викторович не похож на человека, который может просто поскользнуться и разбиться насмерть. Слишком уж он был аккуратным и осторожным.

Глава 3: "Начинка с сюрпризом"

Кто-то настойчиво звонил в дверь. Персик недовольно зашипел с подоконника – видимо, тоже не ожидал такого раннего визита. Я натянула халат и поплелась к двери, мысленно проклиная всех, кто решил нарушить мой законный сон.

За дверью стоял молодой участковый, которого я уже видела вчера в центре досуга.

– Таисия Петровна Цветкова? – спросил он официальным тоном.

– Да, это я, – кивнула я, пытаясь пригладить торчащие в разные стороны волосы.

– Старший лейтенант Морозов. Мне нужно задать вам несколько вопросов о вчерашних событиях в кулинарной студии.

Я пригласила его в комнату и поставила чайник. Персик с подоконника внимательно наблюдал за незнакомцем, явно оценивая степень его опасности для нашего спокойного существования.

– Расскажите, как проходило занятие, – попросил Морозов, доставая блокнот.

Я подробно пересказала все события вчерашнего вечера – скандал между Мариной и Зинаидой Петровной, нервозность Альберта Викторовича, то, как он остался в студии один.

– А что вы можете сказать о характере преподавателя? – спросил участковый.

– Ну, он казался немного… странным, – призналась я. – Очень театральный, эмоциональный. Но вчера он был особенно нервным, постоянно на часы смотрел.

– Понятно, – записал что-то Морозов. – По предварительным данным, смерть наступила в результате несчастного случая. Альберт Викторович поскользнулся на рассыпанной муке, упал и ударился головой о край стола. Травма оказалась смертельной.

Я кивнула, но что-то внутри меня противилось такому простому объяснению. Альберт Викторович был очень аккуратным, педантичным человеком. Неужели он мог так небрежно рассыпать муку и не убрать ее?

После ухода участкового я решила съездить в центр досуга. Официально курсы, конечно, отменили, но мне хотелось своими глазами посмотреть на место происшествия. Персик, видимо, почувствовав мое беспокойство, настойчиво просился с собой. Обычно он терпеть не мог поездки в переноске, но сегодня почему-то рвался в бой.