Ненужная Жена Звёздного Командующего

Не аристократы. Не офицеры. Рабочие в плотных куртках. Женщины с сумками. Подростки с зелёными техническими метками у висков. Старик, продающий что-то горячее из переносного контейнера. Ребёнок в слишком большой шапке держал за руку мать и смотрел на светящиеся капсулы с восторгом.

У Веры болезненно сжалось сердце.

Кира тоже так смотрела на метро, когда впервые увидела поезд без машиниста.

“Мама, он сам едет? А вдруг передумает?”

Вера остановилась.

Нельзя. Не сейчас.

Она подошла к панели транспорта.

Символы вспыхнули.

Она ничего не поняла.

— Ну же, — прошептала она. — Лира, если ты знала тайные ходы, должна знать и это.

Пальцы коснулись панели.

Ничего.

Браслет нагрелся сильнее.

Вера оглянулась.

Кажется, кто-то смотрел на неё.

Мужчина у стены. Потом женщина с серебряной лентой на рукаве. Потом подросток.

Она опустила голову.

Слишком поздно.

— Арден? — произнёс кто-то.

Слово прошло по толпе, как искра по сухой ткани.

— Это она?

— Лира Арден?

— Не может быть.

— Смотри на глаза.

Вера отступила.

Капюшон соскользнул.

Тишина вокруг стала страшной.

Потом кто-то сказал:

— Предательница.

Очень тихо.

Но услышали все.

Женщина с серебряной лентой шагнула к ней.

— Мой сын был в нижнем куполе.

Вера подняла руки.

— Я не…

— Не смей говорить.

Ещё один голос:

— Из-за неё погибла седьмая.

— Почему она не в камере?

— Почему она вообще дышит?

Толпа начала сжиматься.

Вера отступила к стене. Панель транспорта больно упёрлась в спину. Браслет на руке завибрировал часто-часто.

Тревога.

Поздно.

— Я не хотела никому навредить, — сказала она.

Это была ошибка.

Мужчина с ожогом на щеке резко бросился вперёд.

— Не хотела?!

Кто-то схватил Веру за накидку. Ткань треснула. Её дёрнули в сторону. Она ударилась плечом о стену.

— Пустите!

— У моей девочки не осталось ног!

— Мой брат сгорел в доке!

— Арден!

Слово стало уже не фамилией.

Приговором.

Вера пыталась закрыть лицо руками. Кто-то толкнул её. Кто-то плюнул. Боль вспыхнула в виске, когда она ударилась о металлический край панели. Золотая линия на запястье вспыхнула в ответ.

Толпа отшатнулась на секунду.

— Ведьма Арден!

— Она активирует!

— Держите её!

Вера рванулась в сторону, но не успела.

Чья-то рука сжала её волосы.

И вдруг всё вокруг прорезал резкий приказ:

— Назад!

Нокс.

Он влетел в узел как удар. С ним были трое охранников в чёрной форме. Люди расступились не сразу. Кто-то крикнул. Кто-то попытался удержать Веру.

Нокс ударил не оружием — металлической рукой в стену рядом. Панель треснула. Искры посыпались на пол.

— Я сказал назад!

Теперь расступились.

Он схватил Веру за плечо и буквально выдернул из толпы.

— Идти можете?

Она хотела ответить резко. Не вышло. Воздуха не было. Руки дрожали, губа снова кровила.

— Да.

— Врёте.

Он подхватил её под локоть.

Не мягко.

Но и не так, чтобы причинить боль.

Вера заметила это даже в ужасе.

Толпа гудела вокруг.

— Почему вы её защищаете?

— Она убила наших!

— Отдайте её!

Нокс повернулся к ним.

— Она под приказом командующего.

— А наши мёртвые под чьим приказом?!

На секунду Нокс замер.

Вера почувствовала, как его рука на её локте стала тяжелее.

Этот вопрос ударил и по нему.

Потом он сказал глухо:

— Разойдись.

Не приказом капитана.

Просьбой человека, которому тоже больно.

Толпа не сразу, но начала отступать.

Охрана повела Веру к боковому проходу. Она почти не шла — ноги были ватные. Где-то сзади продолжали кричать. Золотая линия на запястье то вспыхивала, то гасла.

У самого поворота кто-то вдруг оказался рядом.

Невысокий человек в сером капюшоне. Лица Вера не увидела. Только голос — быстрый, хриплый, почти у самого уха:

— Лира знала, где спрятана правда.

Она замерла.

Нокс дёрнул её вперёд.

— Что?

Человек в капюшоне уже растворялся в толпе.

Но успел шепнуть:

— Найди нижний архив.

Вера обернулась.

— Подождите!

Нокс резко прижал её к стене, закрывая собой от толпы.

— Вы с ума сошли?

— Там был человек. Он сказал…

— Сейчас вы скажете это командующему.

— Нет.

— Да.

Его лицо было близко. Злое. Напряжённое. Но за злостью Вера увидела другое: он испугался, что толпа разорвёт её прямо у него на глазах.

Не за неё.

За приказ.

Наверное.

— Я не хотела, чтобы всё так…

— Вы вообще думали, что будет? — процедил Нокс. — Или решили, что мир закончился дверью вашей комнаты?

Вера не ответила.

Потому что он был прав.

Она думала о Кире. О себе. О бегстве. О словах Аурена.

Но не о людях, которые увидят её лицо.

Они вывели её через технический проход к закрытой платформе.

Каэль ждал там.

Чёрная форма. Ровная спина. Ледяное лицо.

Только взгляд был таким, что Вера поняла: он уже всё знает.

Она остановилась.

— Я…

— Молчать.

Одно слово.

Тихое.

Страшное.

Нокс отпустил её и отступил.

Каэль подошёл ближе.

Вера приготовилась к крику, но он не кричал. Конечно, не кричал.

— Вы хотели свободы, — сказал он. — Вы получили пять минут.

Она сглотнула.

— Я хотела узнать о дочери.

Что-то мелькнуло в его глазах, но тут же исчезло.

— Ещё пять минут — и вас бы разорвали.

— Ваш дом тоже клетка.

— Да.

Ответ был неожиданным.

Вера подняла глаза.

Каэль смотрел прямо.

— Но снаружи вас ненавидят не меньше.

Она отвернулась.

Город за прозрачной стеной шумел внизу. Живой. Огромный. Раненый.

И теперь она знала: Каэль не преувеличивал.

Её тюрьма была ужасна.

Но за её стенами тоже не было свободы.

Только чужая боль с её лицом.